– Прости за опоздание, Крамер! – послышался низкий мужской голос, а затем из полумрака коридора в комнату вошли два непомерно крепких человека. Один из них вкатил за собой телегу с высокими бортами, наспех сваренными из кусков арматуры, и поставил ее у стены.

Все пленники почувствовали какой-то жуткий холодок в теле. От вошедших людей веяло смертью. Отсутствие какого-либо огнестрельного оружия, простецкая внешность, такая же простецкая одежда и увесистый моток полиэтиленовой пленки подмышкой никак не говорили о том, что эти двое мужчин могли быть хладнокровными убийцами. Они скорее были похожи на обычных уборщиков в клеенчатых фартуках, которые пришли сюда, чтобы вычистить захламленную за полгода операторскую комнату, но какое-то необъяснимое чувство подсказывало пленникам, что это именно те чистильщики, о которых говорил Крамер.

Тот неожиданно встал с кресла и, по-хозяйски оглядев комнату, скомандовал:

– Расстилайте возле стены! И смотрите не испачкайте мне здесь все!

– Зачем это? – до спецслужбиста донесся дрожащий голос Рут Деррик. Женщина до последнего не верила, что скоро придет конец и эта пленка предназначена для них. О боже, как она хотела, чтобы не подтвердились ее страшные догадки.

Крамер ничего не ответил трясущейся от страха женщине, он только криво улыбнулся, обернувшись в ее сторону, и продолжил инструктировать вошедших:

– Пистолеты не используем – я передумал! Работаем ножом, медленно и с удовольствием. Каждого заворачиваем в пленку и кладем на телегу. Все делаем аккуратно, ребята! Да, раненого вояку не трогать – он мой. И не забудьте оставить на его душу полиэтилена!

Сказав это, спецслужбист хитро посмотрел на жену Уильяма и указал на нее пальцем:

– Самая любопытная пойдет первой!

Маркус был взведен, как пружина. Он как мог незаметно подобрался к своему оружию и почти касался его ногой. Оставалось быстро присесть, достать банку с напитком и вставить в энергоприемник. Но банки хватило бы только на один выстрел. Маркус задумался: «Так, Крамера я прикончу. Но как насчет тех двоих? Ммм… оружия в их руках не видно, наверное, оно лежит в брезентовой сумке на телеге. Если так, то это хорошо! Им понадобится время, чтобы до него добраться, а за это время я успею свернуть им шеи. Нет, надо одного оставить, чтобы открыл дверь. Главное, чтобы сейчас Крамер отвернулся на какое-то время».

Как назло, спецслужбист не спускал глаз с биоробота. Мерфи он обезвредил, Уильям Деррик и Майк не представляли для него угрозы – они стояли, обнявшись, и с ужасом следили за действиями чистильщиков, и только Маркус был тем единственным, кого он должен был опасаться.

Тот внимательно наблюдал за движениями Крамера. Вот спецслужбист, не отводя от него глаз, расправил ногой скомкавшийся край расстеленного полиэтилена, затем подошел к телеге, быстро заглянул в брезентовую сумку, оценивающе приподнял брови и тут же снова переместил взгляд на него. Не было ни единого мгновения, когда биоробот смог зарядить оружие. Внезапно Маркуса посетила мысль: «Крамер не знает, что здесь есть протопушка и она лежит за пультом. Если я просто присяду, он не сразу поймет, для чего я это сделал. У меня будет время вставить банку!»

Но шли секунды. Крамер уже не командовал чистильщиками, а те заканчивали расправлять расстеленную пленку. Заплечных дел мастера уже знали объем работ, которые им обозначил спецслужбист, поэтому тот был уже свободен от внимания к этим персонам и следил за действиями биоробота. Краем глаза Маркус видел, как один из чистильщиков пошел в сторону миссис Рут. Это была катастрофа! Крамер каким-то образом чувствовал, что в эти секунды надо еще пристальнее следить за действиями биоробота, и поэтому ствол пистолета был постоянно направлен в его сторону. Маркус продолжал вести взглядом чистильщика. Вот тот схватил за руку женщину. Его оттолкнул Уильям. Маркус резко перевел взгляд на Крамера. Тот неизменно смотрел прямо на него. Спецслужбиста как будто бы не волновало то, что происходило за его спиной. Маркус снова сфокусировался на человеке в клеенчатом фартуке. В это мгновение чистильщик наотмашь ударил Уильяма по лицу и выдернул из его рук его жену. Уильям пошатнулся и упал на спину. От удара затылком о гранит он потерял сознание. Следом на человека набросился Майк и тут же был отправлен в нокаут. Женщина кричала и упиралась. Она царапала ногтями лицо мужчины, но тот схватил ее за волосы и с силой швырнул на пол. Вдруг Маркус почувствовал, как за его спиной пробежала Чериш. Девушка со всех ног летела на помощь бедной женщине. Достаточного было одного удара ноги костолома, чтобы синтетическая красотка отлетела в угол и отключилась. Маркус перевел взгляд на спецслужбиста. Глаза и пистолет Крамера неизменно смотрели на него. Потомок Югулаторов был невозмутим. Крик миссис Рут, которую волокли за волосы, металлический скрежет ножа, доставаемого другим чистильщиком из ножен, и беспомощный Мерфи, отчаянно надрывающий глотку, обещая выпустить кишки спецслужбисту, поставили точку в ожидании Маркуса. Сейчас его уже не волновал заряженный ствол револьвера, который мог изрешетить его в любое мгновение. Шли драгоценные секунды, и до того, как Рут дотащат до полиэтилена, Маркус должен был вышибить мозги Крамеру или погибнуть сам. Он резко присел, скинул ранец и достал одну из банок с напитком. В этот момент его окликнул спецслужбист. Маркус не обращал на это внимания, он судорожно вставлял банку в энергоприемник смертоносного прибора. Банка вошла наполовину, но дальше ни в какую не хотела лезть – грубый шов от запайки отверстия не давал банке войти до щелчка. Маркус все давил и давил на банку и снова и снова слышал оклики Крамера. Но голос спецслужбиста тонул в непрекращающемся крике миссис Рут, которую за волосы волокли по полу. Поняв, что банка не войдет, Маркус отшвырнул ее и вытащил другую, но с ней произошло то же самое.

– Мать твою, мать твою! – нервно твердил на чуждом ему языке потерявший надежду биоробот. Он уже отчаялся что-то сделать с оружием и судорожно думал, что еще можно предпринять, чтобы спасти миссис Рут: «До Крамера несколько шагов. Я перепрыгну пульт и, пока он выпустит две-три пули, успею сломать ему шею! Две-три пули я какое-то время выдержу, главное, чтобы они не попали в голову. Если он меня не успеет первым прикончить, попробую добраться и до чистильщиков, а там посмотрим!»

Маркус резко поднялся на ноги. К его удивлению, Крамера не было на старом месте. Тот, чувствуя неладное, уже стоял на расстеленном полиэтилене, спрятавшись за спину трясущейся от страха миссис Рут. Хитрый спецслужбист с опаской выглядывал из-за головы женщины, приставив к ее спине пистолет.

– Я знал, Маркус, что у тебя там что-то спрятано! – донеслось до биоробота. – Ты сам выдал это своим взглядом. Ты так часто смотрел за этот пульт, что было неудивительно, что ты когда-нибудь туда нырнешь. Не думаю я, что там какое-нибудь оружие, иначе бы ты давно меня пришил! А если у тебя там нет ничего, мне непонятно, зачем ты вообще туда нырял? Или ты прятался от визга этой бабы? Ха-ха-ха, смешно! Но тем не менее я подстраховался, как видишь! Знаешь, мне нравятся эти опасные игры! Я люблю чувствовать, что где-то рядом ходит смерть и в конечном итоге я выхожу победителем! Так у меня было всегда, и я никогда не ошибался, в противном случае я бы сказал Болтону, чтобы он всех вас прикончил. А еще мне нравится смотреть, как визжат те, кем занимаются эти два костолома! Болтон не смог бы так, как они – у него не настолько крепкие нервишки, чтобы хладнокровно вспарывать животы.

Спецслужбист окликнул чистильщиков:

– Эй, парни, давайте этого щенка Майка сюда, а мамаша пусть посмотрит!

Внезапно раздавшийся звук открывающейся двери заставил вех повернуть головы в сторону выхода. Даже миссис Рут от неожиданности притихла. Маркус тем временем пристально смотрел на Крамера. По застывшему удивлению на лице спецслужбиста было понятно, что тот тоже не был готов к этому. Через какое-то мгновение из полумрака коридора в комнату шагнул лаборант. Он остановился, едва ступив за порог, и у него был испуганный вид.

Крамер облегченно вздохнул:

– Уф, Болтон, что произошло, почему ты здесь?

Лаборант молчал. Вдруг он как-то неестественно дернулся вперед и, чуть не споткнувшись, сделал несколько шагов, как будто бы его толкнули в спину. Из-под его подмышки появилась чья-то рука, держащая автомат. Раздалась очередь. Чистильщик, играющий ножом возле миссис Рут, схватился за живот и рухнул на расстеленную им же самим пленку. Кучность стрельбы была отменная! От разрывных пуль брюхо увесистого костолома превратилось в кровавое месиво, а из дыры в фартуке, который должен был сохранять рубашку от брызг крови его жертвы, вывалились кишки. Очередная порция смертоносного свинца достала и другого заплечных дел мастера, не дошедшего до Майка нескольких шагов. Чистильщика словно подкосило. Его ноги срезало в коленях, и он завалился назад, со всего маху впечатавшись затылком в твердый гранит. Теперь уже крики ужаса и боли двух костоломов заполняли операторскую комнату. Шло время. Тот, кто стоял за спиной лаборанта, не спешил добивать раненых, рвущих свои глотки от дьявольских смертельных мук – он смаковал это. Первым замолк валяющийся на полиэтилене. Через какое-то время, побившись головой о пол в предсмертных конвульсиях, затих и второй. Воцарилась мертвая тишина. Крамер стоял в луже крови, вытекшей из живота чистильщика. Он продолжал хладнокровно прикрываться полуобморочной миссис Рут и пытался понять, что произошло и кто стоял за спиной Болтона. Перебрав миллион версий и не найдя ответа, спецслужбист вдруг подумал о самом Болтоне: «Прошло совсем мало времени, и он наверняка не успел смонтировать пленку, а уж тем более отправить ее на поверхность. Дьявол! Какой-то ублюдок срывает мои планы!»

Крамер, выглянув из-за головы Рут, неожиданно заговорил:

– Кто бы ты ни был, прошу позволить мне поговорить с моим работником!

– Валяй! – раздалось в ответ.

Услышав этот голос, Мерфи встрепенулся. Он хорошо знал этот голос! Он очень хорошо его знал!

– Дайрон? – вдруг неуверенно воскликнул сержант. – Дайрон, это ты, брат?

В ответ никто не ответил, но тут же снова заговорил Крамер.

– Болтон, ты успел смонтировать видео?

Лаборант закивал головой:

– Да, сэр, смонтировал!

– Где пленка?

– Как вы и сказали, отправил ее с Эвансом на поверхность, а исходники уничтожил.

– Отлично, Болтон! Отлично, парень, ха-ха-ха! Все как и должно быть, я никогда не ошибался и в этом еще раз убеждаюсь!

– Неа, приятель! – снова раздался до боли знакомый голос. – На этот раз ты ошибся! Обосрался ваш Эванс! Обосрался до смерти, иначе откуда бы я взял эту волшебную штуковину, которая так хорошо кишки выпускает наружу?! Пленка у меня!

Крамер не поверил сказанному, но насторожился:

– Покажи ее!

Тот, кто стоял за лаборантом, поднял вверх руку с металлической катушкой, заполненной магнитной пленкой.

Крамер продолжал:

– Покажи катушку Болтону.

Незнакомец вытянул вперед руку и практически сунул катушку в нос лаборанту. Тот внимательно оглядел ее и одобрительно кивнул:

– Это она, сэр!

– Что я тебе говорил, ублюдок, у меня она! – прокричал незнакомец.

Мерфи уже не сомневался: он слышал голос Дайрона и, разрываемый от счастья, закричал:

– Дайрон, мать твою, я знаю, что это ты, сукин ты сын! Живой же, братишка! Я знал, что ты нас не бросишь!

Наконец из-за лаборанта показалась голова человека, голос которого безумно напоминал сержанту голос его лучшего друга. Если это действительно был здоровяк, то его невозможно было узнать из-за намотанной на лицо белой рубашки, насквозь пропитанной кровью.