Яркий свет затопил спальню. Ветер принес с улицы аромат цветущей черемухи, рокот автомобилей, сырую морось высыхающих после дождя луж на асфальте. Даша лежала на кровати с открытыми глазами. С кухни доносился аромат свежего кофе. Умный физиолог Лурье утверждал, что спутать сон с явью невозможно. Так делают писатели, взявшие спекулятивный прием на вооружение. Даша поднялась с кровати, подошла к окну, осторожно отдернула портьеру. На проезжей части в пробке скопились автомобили. Светофор моргал желтым глазком, нетерпеливые водители безустанно сигналили.

– Кофе будешь?! – прокричал Лоренц.

– Угу…

Она прошла в ванную комнату, остановившись перед зеркалом, плотно сомкнула веки. Что ты боишься там увидеть?! Неслышно подошел Лоренц, поцеловал ее в шею:

– С днем рождения!

Кожа Даши покрылась мурашками. Она резко отстранилась.

– Что с тобой?! – воскликнул Лоренц. – Мы не виделись две недели! Я специально примчался, чтобы успеть…

– Почему две недели?!

– Я был в Москве, в командировке. Ты забыла? Мой новый проект… Что случилось, Даша?!

– Какое сегодня число? – Она говорила, не размыкая глаз.

– Семнадцатое мая! У тебя день рождения. У меня есть подарок!

– Спасибо. Можно мне принять душ?

– На здоровье!

Мужчина вышел наружу, тон голоса был обиженный. Черт с ним! Даша открыла глаза. Ничего нового в зеркале она не узрела, разве что черные круги под глазами, как после бессонной ночи, и губы припухли, словно она рыдала. Она включила воду и четверть часа стояла под упругими струями душа. Мыслей в голове не было. Пустота, горечь и гложущее чувство стыда. Растерлась насухо, вышла на кухню, встретилась с удивленным взглядом жениха, насильно улыбнулась.

– Это называется специальные дни! Сегодня разыгралось не по-детски.

– Слава богу! – облегченно выдохнул мужчина. – А я смотрю и не узнаю свою девочку! Как неродная! И худущая!

Он потянулся с объятиями, она вновь уклонилась.

– Кофе будешь?

– Насыпай!

Лоренц уверенно колдовал над плитой. Одним из его чудачеств было приготовление кофе. Он не признавал кофемашины, молол зерна вручную и варил напиток на специальной джезве. Раньше ей это нравилось. Сейчас он разливал черную жидкость по чашкам. Даша пригубила, поежилась от наслаждения. Ты обо всем скоро забудешь, Родченко! А сегодня надо напиться. Идея с месячными в тему. Недельку обойдемся без секса с женихом. Она выпила кофе до дна, протянула чашку:

– Еще!

– Сию минуту!

По телевизору со скорбным лицом вещал диктор: «…Журналисты окрестили злодеяние преступлением века! Из частной коллекции прошлой ночью был похищен знаменитый алмаз. «Капля Солнца» – так называли драгоценность знатоки…»

Она опрокинула на пол стакан с апельсиновым соком. Лоренц кинулся с тряпкой, укоризненно покачал головой:

– Ты и правда не в форме, подруга! Слышала про алмаз?

– Сорок шесть карат… – ставшим вдруг хриплым голосом сказала она.

– У меня есть увлекательное предложение!

Он налил ей новую порцию кофе в чашку и убежал в комнату. Что-то в нем неуловимо поменялось. Так бывает, когда не видишь человека длительное время, он вроде и состариться не успел. Лицо, манера речи, поворот головы. Даша сунула руку в карман халата, нащупала твердый предмет. Не удивилась. Не следует быть Нострадамусом, чтобы угадать дальнейший ход событий.

Лоренц притащил планшет, нашел страницу в закладках. Вид он имел торжественный и загадочный.

– Я тебе говорил про подарок?

– Ты хочешь подарить мне использованный планшет?

– Нет, радость моя! Я хочу подарить тебе незабываемый круиз!

– Сюрприза не получится, Миша! – грустно усмехнулась она. – Змеиное озеро в Хакасии…

– Нет… Я даже не слышал о таком ничего! Тут вот какая штука. Ты не читала про перевал Дятлова? Это на Северном Урале…

Лоренц быстро перелистывал страницы планшета, сопровождая свои действия бормотанием.

– Увлекательная история! Много лет назад там пропала группа исследователей. Ну, про это все знают. Вот! С недавних пор в тех местах бесследно исчезают туристы!

Даша впилась в лицо жениха острым взором.

– Ты без очков, Лоренц! – прошептала она.

– Не понял?!

Он растерянно захлопал глазами. Чистыми карими глазами, не ведающими диагноза близорукость. Она поднялась со стула, вышла в спальню. Одежда оказалась на прежнем месте. Джинсы были велики: она скинула несколько килограммов на коровьей сыти и вынужденных пробежках по улицам Петрополиса. Быстро оделась, сунула алмаз в карман куртки. В коридоре маячил Лоренц. Он напоминал спаниеля, лишенного прогулки. Глазами полными горя он наблюдал за тем, как девушка шнурует кроссовки. Вспомнились глаза Кости Малышева. Глаза волка в неволе.

– Даша! Если ты начала употреблять наркотики, мы преодолеем кризис вместе…

– Пасть в скрепу!

Грозный оклик заставил жениха поперхнуться и замолчать. Она сбежала вниз по лестнице, выскочила на улицу. Свет здесь был тоньше, тусклее, чем в Петрополисе. Воздух пах машинным маслом, копотью. Обычный городской запах, если живешь на Московском проспекте. Все привычное, но такое чужое. Даша подняла руку, остановилось такси.

– Летний сад!

– Триста!

Вот дьявол! Она забыла взять деньги! Девушка сунула руку в карман, нащупала смятые бумажки.

– Поехали!

За окошком такси замелькал знакомый с малолетства пейзаж. На стене одного из домов красовался плакат: бутылка колы, из откупоренного горлышка прет пенная влага, в хрустальном стакане нежатся кубики льда. Автомобиль тронулся с перекрестка, плакат остался позади. По ходу движения появился просторный супермаркет, стеклянные окна украшали яркие картинки с продуктами. Колбаса в глянцевой упаковке, ломтики сыра, бутылки с напитками. Ничего не поменялось. Что ее так удивило? Драгоценность в кармане халата. Ратибор говорил, будто они всегда жили в этом городе, просто мы не могли их увидеть. Миша не носит очков. Она не успела расспросить бывшего жениха! Был в отъезде, в Москве вставил линзы. Объяснение с натяжечкой, но допустимое. Почему она едет в Летний сад? Первое, что пришло в голову. Говорят, первая реакция самая верная. Погуляет, развеется. Надо было взять сотовый. Обидела хорошего парня, дура!

Машина пересекла Фонтанку, остановилась в пробке на перекрестке. Даша рассеянно посмотрела в окно. Очень теплая весна пришла в северный город. Жара, как в июле, горожане ходят в футболках и шортах. Высокая девушка выгуливала на поводке собаку. Собака дернула поводок, выскочила на мостик. Даша охнула, во рту появился металлический привкус. Мощная грудь, короткие сильные лапы, скошенное рыло, акулья пасть. Мало ли в Питере бультерьеров! Пес гавкнул, сделал стойку. Хозяйка улыбнулась, подмигнула Даше, как старой знакомой. Автомобиль поехал дальше, Даша вжалась в сиденье, лоб покрылся испариной, больше в окно не смотрела. Водитель остановился, включил аварийку.

– Приехали!

Даша машинально сунула купюры. Она не могла прийти в себя после увиденного. Вышла из машины, ступая на ватных ногах, подошла к турникету на входе в сад.

– Эй, шалава! Ты что, под кайфом?! Тебе говорят!

Водитель грубо дернул ее за локоть. Приземистый плешивый мужичок сорока с лишним лет. Изо рта шмонит, как из помойной ямы.

– Как ты меня назвал?

– Известно как! – грубо ухмыльнулся водитель. – Шалава чумовая! Ты что суешь?! Деньги давай!

Он тряс жеваными бумажками.

– Я заплатила…

– На кой мне твоя бумага сдалась?! Засунь ее знаешь, куда?! Доллары давай, баксы!

– Триста долларов за поездку?!

– Нормальная цена! Если бабло проторчала, можно и по-другому договорится. Ты вроде девчонка сочная… – Он провел ладонью по ее ягодице.

Петрополис из параллельного мира мало чем отличался от новоявленного Санкт-Петербурга! От удара в солнечное сплетение водитель сложился надвое, побагровел и медленно осел на корточки.

– Ох! Дроля чумовая…

– Что ты сказал?!

– Уйди, шалава!

Тон и манера говорить в точности такие же, как у швейцара из ресторана «Карамболь»! Они похожи! Если взять поправку на одежду, возраст, шофер младше лет на десять. Похожи как братья!

– Ты сходишь с ума, Родченко! – проговорила она вслух.

Люди равнодушно проходили мимо. Даша повернулась и быстро зашагала по аллее. Она отлично понимала, как надлежит поступать в Петрополисе, но совершенно не представляла, что делать дальше здесь, в благополучном Санкт-Петербурге. Она уселась на скамью, закрыла глаза и погрузилась в мрачные размышления. Мыслей в голове роилась бездна, и ни одна не была конструктивной. Идти в полицию? Или порыскать в Интернете? Лоренц обнаружил новую зону на Урале. В прошлый раз было Змеиное озеро. Вот оно – первое отличие! Он без очков, а поездка по городу стоит как бюджетный тур на курорт. Скамья скрипнула под тяжестью чужого тела.

– Здесь занято! – не открывая глаз, процедила девушка сквозь зубы.

– Я уже с утра торчу! Соскучился!

Этот знакомый глуховатый голос с извинительными интонациями она узнала бы из тысячи других! Даша кинулась на шею к мужчине, уткнулась в грудь лицом. Он стал гладить ее по волосам, говоря что-то успокоительное. Обоняние – первобытное чувство, доставшееся в наследство от архаичного предка. Чем тоньше оно развито, тем ближе связь субъекта с его доисторическим пращуром. От Малышева пахло здоровым телом, чистой кожей. Даша тихонько рассмеялась:

– Я не узнаю твой запах без рыбы…

– Договорились. Сегодня идем в рыбный ресторан!

– Ненавижу рыбу!

Она отстранилась, глядя в волчьи глаза. Он улыбнулся, на скулах появились очаровательные ямочки.

– У тебя ямочки на щеках, когда улыбаешься! – воскликнула она. – Я раньше не замечала!

– Я раньше не особо много улыбался! Поводов не было…

Мимо них прошла аккуратная старушка. Наверное, таких ухоженных, чистеньких бабулек можно встретить в любом городе мира, но в Питере они разительно отличаются от остальных. Сочетание душевной щедрости и интеллигентности. Старушка с улыбкой посмотрела на молодых людей. Даша улыбнулась в ответ. Теперь все будет хорошо! Она сжала руку возлюбленного, не в силах разомкнуть пальцы.

– Рано или поздно ты мне сломаешь руку! – рассмеялся он.

– Сломаю! Как ты догадался, что я сюда приду?!

– Интуиция. Очнулся в своей квартире, сижу в кресле, как тупой индюк, на кухне жена хлопочет.

– Жена…

– Забудь! – Он быстро поцеловал ее, его губы были горячими, крепкими. Губы хозяина. – Теперь нас может разлучить только смерть.

– Как в сказке… Они не обманули. История пошла по другому виражу. – Даша нахмурилась, промеж бровей легла глубокая складка.

– Объясни!

– Тебе ничего не показалось странным? Чего не было заметно раньше?

– Родные рубли вышли из обихода! – горько усмехнулся Костя. – По дороге заехал на заправку – цены атомные! Хорошо хоть, сотка баксов в бумажнике оказалась.

– Доллары вместо рублей. – Она загнула большой палец. – Мой жених не пользуется очками, – загнула указательный. – И наконец, самое главное. На набережной я видела пса на прогулке! – Она сложила нечто вроде кукиша.

– Бультерьер!

– Бультерьер…

– Совпадение?!

– Не уверена. Его вела девушка на поводке. Я не успела ее хорошо разглядеть. Все вместе, понимаешь? Поменялась валюта, мой жених раньше не мог разглядеть собственной ладони без очков, и, наконец, эта собака. Хозяйка улыбнулась мне, будто мы знакомы! Еще этот шофер… – Она тихо выругалась. – Ты сказал фразу, когда мы шли от Кушнера. Принесешь с собой демонов, как осеннюю грязь на подошвах ботинок…

– Не предполагал, что мои слова окажутся так близки к цели!

Малышев задумчиво повертел в руках ножик. Даша взяла нож, потрогала холодную сталь. Такие ножи изготавливают умельцы на зонах.

– Это его нож…

– Так точно! Пока ждал тебя, забавлялся вот! – Он виновато усмехнулся. На досках были грубо вырезаны четыре буквы и схематичное изображение сердца. «ДАША».

Она сжала ладонями голову.

– Я поняла! Поняла, черт возьми! Там, в Петрополисе, я видела скамейку с такой же надписью!

– Как такое может быть?!

– В том-то и дело, что такого быть не может! – Она говорила быстро, словно боясь, что им помешают. – Они ничего не дают просто так. Бесплатно. Я попросила доминиуса вернуть тебе свободу. Желания в Гадесе выполняются. Это было МОЕ желание, понимаешь?! Демон нарочно увел меня по ложному пути. Сосредоточив внимание на судьбе жены короля Ричарда. Неверная жена, жившая восемьсот лет назад, никак не влияет на историю! Ее уже нет, Костя! Они сами ничего не могут сделать, эти демоны! Мы их просим об услуге! В нынешней версии истории ты не судим, молодожены, убитые тобой, живы. Вроде надо радоваться, но за исполненные желания трояны взимают мзду! Как тот циклоп на воротах. Только платить надо не деньгами, а судьбами!

Костя вскочил на ноги:

– Поменялась валюта, твой парень не носит очков. Моя жена – брюнетка, хотя всегда ненавидела этот цвет волос. Но все остальное осталось неизменным. Тот же город, такие же люди!

– Отличия есть… – Она бегло рассказала про таксиста.

– … твою мать! – выругался Малышев.

– Это только начало, Костя! – грустно сказала Даша. – Семьдесят два года. Нщклы существования Ордена Троянов. У них уйма времени впереди, и очень скоро скамья с твоими художествами попадет в подвал бакланов. Ты совершишь страшную аварию, я отправлюсь в экзотический тур в Сибирь или на Урал, не важно, куда именно… Круг замкнется, все начнется сначала, и так до бесконечности. Они играют с нами, как злые дети с лягушкой. Несчастной лягухе только кажется, что она скачет куда хочет. А сейчас мы вернулись в исходную точку пути, пока еще ничего не свершилось! Я не могу объяснить, но чувствую, что близка к разгадке…

– Браво!

Громкий голос заставил молодых людей вздрогнуть. Напротив стоял мужчина под руку с молодой девушкой. Девушка держала на поводке бультерьера, золотой медальон на груди пса сверкал в лучах полуденного солнца. Мужчина выглядел респектабельно. Он был одет в дорогой костюм от «Бриони», его спутница облачена в вечернее платье. На декольтированной груди сверкало ожерелье «Картье». От незнакомцев буквально пахло деньгами, властью и благополучием. Даша ощутила, как острая игла кольнула в сердце.

– Это вы?!

– Браво еще раз! Вы оказались очень умны, донна! Недаром Лукреция мечтает о вашем инкубе. Я предупреждал: разлука не окажется долгой. Вы не скучали? Я успел соскучиться!

– Они под защитой, Лютер! – сказала девушка.

– Временно, дорогая!

Малышев двинулся вперед, в его руке сверкнуло лезвие ножа. Простой ножик, из тех, что тачают народные умельцы на зонах.

– Я знаю этого человека… – тихо произнес он.

– Как не знать?! – усмехнулся троян. – Крупный чиновник, влиятельный бизнесмен!

– Прикончу тебя, сука! – Он кинулся вперед, но Даша повисла на руке:

– Стой, Костя! Они этого и ждут! Ты ничего не изменишь, а тебя посадят!

– Меня по-любому посадят!

– Вы начинаете соображать, молодые люди! – Троян рассматривал надпись на скамье. – Как интересно работают мозги у мартышек. Такая ничтожная деталь привела к выводу. Хотя где гарантия, что вы не ошиблись? – Он поставил на скамью дипломат из крокодильей кожи, щелкнули золотые замки, в руках трояна оказался планшет. – Новое время порождает прогрессивные технологии! – Чиркнул пальцем по экрану. – Полюбуйтесь!

Видео было неважного качества, словно снимал любитель, но Даша сразу же узнала подвал центровых бакланов. В углу резалась в карты компания Булата, на стенах висели засушенные рыбины.

– Хоум видео! – засмеялся троян. – Смотрите дальше!

Камера скользнула по стенам и уперлась в скамью, где отчетливо можно было прочесть надпись. «МАША». И вырезанное фигурное сердце.

– В подвале было темно, – сладким баритоном ворковал троян. – А накануне донна сильно ушиблась головой. Немудрено было спутать заглавную букву имени!

– Ты лжешь! – закричала девушка. На ее крик обернулись прохожие, пожилой мужчина с внучкой поспешно направился к выходу из парка.

– Ложь – понятие относительное! – спокойно ответил троян. Он бережно убрал планшет в портфель, застегнул замки. – Мы сами вольны выбирать ту или иную версию услышанной истории. – Он с симпатией посмотрел на девушку. – Честно скажу, мы давно ждали появления избранного героя. Мельчает народец! И здесь такой сюрприз! Тебя ничего не удивило, донна?

Даша слушала каждое слово демона, подавшись всем корпусом вперед.

– А ведь подсказки были на каждом шагу… – продолжал троян. – Вас ведь предупреждали: ни одному смертному не удавалось покинуть Башню Смерти! А вы с попутчиком не только выбрались без особых хлопот, но умудрились заняться любовью прямо посреди хранилища инкубов!

– Убить тварей! – Малышев побледнел от ярости.

– Бессмысленно! – выдохнула девушка. – Вспомни, сколько кноров в Гадесе! Файлы на любой вкус. Они вселятся в другого человека!

– Избранная… – процедил сквозь зубы троян, будто пробуя экзотический напиток на вкус. – От случайных попутчиков мало проку. Ложный героизм, пустые проповеди, прилюдные жертвы. Только избранный герой способен поменять ход истории!

– Когти на мизинце! – закричал Малышев. – Вас распознают!

– Пришлось пожертвовать древней традицией! – притворно вздохнул Люцифер. – Полюбуйтесь! – Он вытянул ухоженные руки. Обнажился рукав обшлага дорогого костюма, демонстрируя часы на запястье. Запел тихую мелодию айфон, троян приложил трубку к уху.

– Слушаю! Буду в пятнадцать часов. Как не знать?! В среду прием у президента! Законопроект уже готов! Да, да… Согласен! Ключевое решение!

Он разговаривал внушительным баритоном. Ни дать ни взять – серьезный чиновник! Отключил связь, скорчил серьезную мину:

– Вынуждены вас покинуть, господа петербуржцы! Дела государственной важности, знаете ли!

Они повернулись и быстро пошли по направлению к выходу из парка. Даша обреченно смотрела им вслед:

– Через пару лет они скроят новый Петрополис на месте нашего города! Разница в том, что у нас есть атомная бомба. Мы уничтожим планету, как сатирусы сожгли свою Озалию. И ничего нельзя изменить!

– Мы можем попытаться, – возразил Малышев. – Но для этого придется повторить подвиг Ивана Архангельского.

– Ты предлагаешь вернуться назад?!

– Другого выхода не вижу. Только следует подготовиться. Найти шамана, который помог Кушнеру.

– Где мы его разыщем?!

– Помолимся и найдем!

– Молиться будем?! – Вопреки серьезности ситуации, она не смогла удержаться от улыбки.

– Ты веришь в сатану?

– Трудно не верить своим глазам!

– Поверить в Бога ничуть не сложнее! Ну что, летим в Красноярск?!

– Летим!

В проулке, примыкающем к улице Пестеля, была припаркована машина. На гладких боках джипа играли солнечные блики. Даша забралась в салон, внутри было чисто, пахло мягкой кожей.

– Кучеряво живешь, Костя!

– Жил, – тихо проговорил он.

Они домчали за двадцать минут до Крестовского острова, за последние годы здесь выросли небоскребы, вдоль Гребного канала беспечно прогуливались сытые горожане. Будто жирный скот перед закланием. Такие же господа, не ведающие близкой гибели, совершали променад по Михайловской аллее в тот час, когда бакланов преследовал генерал Мойзес Кейтель. Экспозиция почти не поменялась. Костя сбегал домой, и теперь карман куртки топорщился от пухлой пачки денег.

– Забрал всю валюту, что дома была! Неизвестно, сколько теперь стоят авиабилеты.

Джип ехал по Каменноостровскому проспекту. Костя и Даша сохраняли молчание, словно боялись нарушить неустойчивое равновесие. За окном проносились дома, мелькали рекламные транспаранты. Пока существенных изменений не было заметно. Те же улицы, такая же одежда. Возле Московской площади собралась небольшая толпа. Испытывая недобрые предчувствия, Даша обернулась в ту сторону. Перед магазином стоял высокий мужчина. Он держал на поводке двух огромных котов-мутантов, что-то объясняя зевакам, оживленно жестикулируя. Карлос Траубе – прошу любить и жаловать! Троян угадал проезжающих кошаров, приветливо помахал рукой.

– Они прибывают, – прошептала Даша. – Будто десант…

Малышев остановил джип на парковке. Подбежал сотрудник, мальчишка в фирменной кепке с логотипом «Пулково».

– Четверть часа – сто баксов!

– Если демоны не захватят это мир, он сам треснет по швам! – заметил Малышев, доставая бумажник.

До ближайшего рейса в Красноярск оставалось два часа. Костя купил билеты, забронировал билеты на поезд до Минусинска, внеся полную предоплату. Кассирша в окошке смотрела поверх голов.

– Билеты в оба конца?

– Только туда…

– Получите!

Малышев равнодушно сунул в карман изрядно похудевшую пачку купюр.

– Если так дальше пойдет, на обратную дорогу не хватит!

– Пешком дойдем!

Даша пристально посмотрела на большой экран телевизора, висящий в углу зала ожидания. Выступал министр обороны. Загорелое лицо ковбоя с глянцевых страниц модного журнала было серьезно, выражало озабоченность. «Если Китай не примет наш ультиматум, мы вынуждены будем применить силу!»

Миловидная женщина-репортер смотрела на харизматичного политика кроличьим взглядом.

«– Означает ли это возможность применения атомного оружия?!

– Вы читали Чехова? – интимно улыбнулся министр. – Если в первом акте на стене висит ружье, в третьем оно обязательно выстрелит».

Они рассмеялись.

– Генерал Мойзес Кейтель, – прошептала Даша.

– Они спешат, – утвердительно сказал Малышев. – События развиваются быстрее, чем следовало ожидать.

«– Как называется ваш проект, генерал?

– Могу озвучить рабочее название. Скажем, Власть троянов!

– Звучит интригующе!» – воскликнула репортер.

Они миновали пропускной пункт и стали ждать объявления посадки. Даша прильнула щекой к мужскому плечу.

– Я думала, что наше первое свидание будет другим.

– Оно будет. – Он бережно поцеловал ее в висок. – Обязательно будет!

Время шло мучительно медленно. Малышев поймал себя на мысли, что не может отвести взор от прилавка с пивными банками. Усилием воли он отвернулся. Точно говорят опытные алкаши, что соленый огурец никогда не станет свежим! Наконец металлический голос объявил о завершении регистрации. Скудной вереницей люди направились к выходу из аэровокзала. В разгape был месяц май, Сибирь-матушка не считалась популярным направлением. Зато возле табло с надписью «Анталия» скопилась очередь.

– У меня сегодня рождения! – застенчиво сказала Даша. – Я планировала отметить в Турции.

– За мной подарок!

– Жду не дождусь!

– Мама! Почему на часиках нет времени?! – послышался детский голосок.

– Часики сломаны, Машенька! – ответила мать. – Сейчас их починят!

Даша посмотрела на большие электронные часы над табло с указанием прибывающих и задерживающихся самолетов. Три жирных нуля, и бодро моргающая секундная цифра зафиксировала 59, тотчас нули моргнули, и на циферблате крайней справа оказалась единица.

– Ты думаешь… – медленно проговорил Малышев.

– Тут и думать нечего! – глухо сказала Даша. – Новое время…

Салон был полупустым. Стюардесса наспех совершила положенные манипуляции о мерах безопасности и скрылась в своем отсеке. Ту-154 уверенно начал набирать высоту. Даша закрыла глаза. Грядущая задача выглядела невыполнимой. Малышев говорил про Бога. Она не снимала крестик, считала себя христианкой, но в церкви бывала крайне редко. Как сказал проводник Жермен? Для исполнения желаний следует обращаться в другие учреждения! Запахло жареной рыбой, стюардессы разносили по рядам горячий обед. Даша застонала, не открывая глаз.

– Меня сейчас стошнит!

После обеда ее начало клонить ко сну. Сказывалось нервное перенапряжение, девушка опустила голову на мужские колени и мгновенно заснула. Ей приснилось голубое небо, лучезарный закат. Таких пейзажей не найти на земле! Они идут по золотой траве, взявшись за руки. Костя обернулся, на его груди огненным всполохом занялся нательный крестик. Словно осколок солнца загорелся так, что слепил глаза! Она захотела сказать ему об этом, но звуки угасали в гортани. Мысль появилась сама по себе, без усилий.

«Ничего не бойся!»

Ее разбудил голос пилота. Аэробус начал снижение, следовало принять вертикальное положение кресел, пристегнуть ремни. Малышев провел ладонью по ее волосам.

– Поспала немного?

– Поспала…

Дальнейший путь до Минусинска в точности напоминал недавнее путешествие с Лоренцем. Поезд прибыл на перрон в означенный срок. Даша и Костя хранили молчание почти всю дорогу. В городе оказались поздно вечером. Даша назвала таксисту тот же отель, что в прошлый раз. Костя не задавал лишних вопросов. Он извлек из бумажника сотенную купюру, водитель озадаченно посмотрел на доллары:

– Где я тебе валюту поменяю?!

– Вот тебе раз! У вас рубли принимают?!

– Известно, не евро!

Малышев сердечно распрощался с таксистом.

– Не дошли трояны до земель сибирских! – прокомментировал он ситуацию.

Женщина-портье сонными глазами посмотрела на гостей. Даша решила сократить прелюдию:

– Нам нужен Петрович!

– Он на зоне…

– Знаю! Мы хотим поехать на Змеиное озеро, краеведческий музей и бивень мамонта не интересуют.

– Телефон оставьте!

– Какой номер свободен?

– Выбирайте любой! – Женщина зевнула, деликатно прикрыв ладошкой золотые коронки.

Они сидели в номере, слушая тиканье кварцевых часов. Сидели и молчали, взявшись за руки. Короткая стрелка подползла к отметке четыре тридцать утра, когда требовательно зазвонил телефон. Малышев взял трубку:

– Алло!

– Это Петрович. Жду внизу. Пошевеливайтесь!

Проводник ничуть не изменился с прошлой встречи. Такой же землистый, массивный, как придорожный валун. Недовольно посмотрел на искателей приключений, кивнул в сторону «нивы»:

– Залазьте в машину!

– Мы хотим встретиться с местным шаманом! – заявил Костя.

Водитель ничуть не удивился:

– Ахпай вам нужен!

– Имени не знаю…

– Точно – Ахпай! Рядом с озером заимка евоная. Заедем по пути!

Он вел машину по извилистой таежной дороге. Пассажиры подскакивали на ухабах, волшебный ландшафт, раскинувшийся за окном внедорожника, оставил девушку равнодушной. Она была собрана, готова к борьбе. Радовал тот факт, что влияние троянов на провинцию не было заметным. Деньги – прежние, все на своих местах. Угрюмый Петрович лихо крутил руль старенькой «нивы». Внедорожник пер напролом, в обзорном зеркале отражались косматые брови и острые глаза сибиряка. Такса – пятьсот рублей. Малышев дал тысячу, водитель старательно отсчитал сдачу замусоленными купюрами. Его не удивила просьба посетить шамана, на цену поездки прихоть клиентов не повлияла. Говорить было не о чем, все трое хранили молчание. Дашу не покидало ощущение смешанной реальности. Будто смотришь в зеркало, а за спиной стоят десяток разновеликих зеркал. Отражения множились, и было уже непонятно, где отражение истинное, а где двойник.

Не доезжая пару километров до просеки, Петрович свернул с тракта и метров пятьсот катил по бездорожью. Небо серело, до рассвета оставалось меньше часа. Водитель припарковал «ниву» в ста метрах от шалаша.

– Ахпай там должон быть! Ступайте!

Он достал пачку «Беломорканала», чиркнул отсыревшей спичкой по коробку.

Заимка шамана выглядела как простецкий шалаш, уютно спрятавшийся под мохнатыми лапами могучих елей. Тут же тлел костерок, на распорке бурлило пахучее варево. Костя постучал костяшками пальцев по деревянному оковалку, служившему туземцу стулом.

– Хозяева дома?!

– Что орешь?

Молодые люди вздрогнули и дружно обернулись. В двух шагах стоял маленький сморщенный человечек. Никакой шаманской атрибутики при нем не было видно. Видавший виды ватник накинут на плечи, мятые джинсы заправлены в армейские сапоги.

– Вы шаман Ахпай? – неуверенно спросила Даша.

– А ты кого ожидала здесь увидеть? – Человечек неприязненно разглядывал туристов.

– Нам нужен шаман Ахпай! – сказал Малышев.

– Слышал уже! – буркнул хакас. Снял варево с огня, нацедил в большую металлическую кружку. Уселся на бревно, пригубил, блаженно зажмурился.

– Нам нужна ваша помощь, уважаемый Ахпай! – вежливо сказал Костя.

– Шоу хотите увидеть? Одетого в шкуры старого хакаса?! И чтобы он колотил в бубен, песни пел, дождь призывая! Староват я для таких забав, москвичи! Езжайте в Абакан, там клоунов поищите. Здесь – тайга. По осени волки голодные рыщут пропитания…

Он хлебал свое пойло, не смущаясь посторонних людей.

– Нам рассказывал про вас Израиль Кушнер, – выложила решающий козырь Даша.

Имя не произвело ни малейшего впечатления. Шаман чмокал губами, дул на горячую кружку. Даже бровью не повел.

– Пустая затея! – сказал Малышев. – Поехали к озеру, пока рассвет не прозевали!

Он взял девушку под руку, хакас шевельнулся:

– Что вы хотите, москвичи?

– Мы не москвичи! – заметил Костя, опытная Даша дернула товарища за рукав.

– Мы были там, уважаемый Ахпай! Были в Петрополисе, мы видели демонов! Мы ныряли в Змеиное озеро и попали в параллельный мир. Нам удалось вернуться назад. Но здесь все меняется, понимаете?! Мы встретили демонов в своем родном городе и поняли, что скоро наступит конец света! Нам рассказал Кушнер, что вы помогли ему однажды! Помогите нам, Ахпай!

Шаман прикрыл глаза, его желтое лицо напоминало высохший лимон. Он отставил свою кружку, помешал веточкой остывшие уголья.

– Вы хотите нырнуть в Змеиное озеро? Ныряйте!

– Черт тебя раздери, старый колдун! – закричал Малышев. – Мир летит кувырком, а он сидит туману напускает! Можешь помочь или нет?!

Нечто отдаленно похожее на улыбку мелькнуло на прокопченном лице старого хакаса.

– Как он там?

– Кушнер? Лучше всех! Отстроил замок в подземелье, тигра ручного завел!

– Хороший человек, – одобрительно кивнул шаман. – Сердце у него доброе. Что я могу сделать, москвичи? Вы впустили духов. Теперь их назад не изгонишь, пока своего не получат. Это вам не избу выморозить от тараканов! Они забрали ваши вещи?

– Крестики нательные! – с готовностью кивнула Даша. – Нам удалось вернуть их назад!

– Удалось! – едко усмехнулся человек. – Ничего бы у вас не получилось, кабы духи не позволили! Они играли с вами! Сколько вас было?

– Трое!

– Я вижу двоих!

– Один остался там, в Гадесе…

– В Гадесе! – передразнил девушку хакас. – Равновесие нарушено. Коли кто туда ушел, назад возврата нет. Только избранные уходят в Страну Мертвых и возвращаются назад. – Он ткнул в Дашу скрюченным пальцем. – Ты, москвичка, избранная! А что здесь делает он?!

– Вот почему вернулся Иван… – медленно прошептала Даша. – Что же нам теперь делать?!

– Ждать.

– Чего ждать?!

– Пока духи не очухаются. Вы не волнуйтесь, москвичи, они шибко резвые, духи енти! Быстро освоятся!

Он подбросил сухих веток, наклонился к кострищу, надул щеки. Сухая зола взвилась невесомым дымком, заалели уголья.

– Я нырну в озеро! – решительно сказал Костя.

– Приятно искупаться, москвич!

Шаман изо всех сил подул на потухший костерок, робкое синее пламя занялось, сучья весело затрещали.

– Я вернусь в Гадес и все исправлю!

Ахпай сморщился, многочисленные морщины собрались в комочек, он часто и быстро зачихал, как больной котенок. Так великий шаман смеялся, догадалась Даша.

– Помогите нам, Ахпай! – Она молитвенно сложила на груди ладони.

– Что я могу сделать?! Убить его? Я на старости лет в тюрьму не хочу!

– Как убить, почему убить?!

– Бестолковые вы, москвичи! Коли в Стране Мертвых человек побывал, стало быть – помер! Ясно?! А он живой! Вон какой бодрый скачет, на старика орет! Кто может духов привести? Только покойники!

– Получается, я тоже помереть должна… – запинающимся тоном проговорила девушка.

– Вот бестолковые! Говорил уже – избранная ты! Встречаются такие, проводниками кличут. Могущественные они. Звериную молву понимают. Будущее угадывают или хвори всякие лечат. Могут шнырять промеж мирами, как ловкие ужи по болоту. Видели небось таких. Нонче мало их осталось… Ты небось и сама пока не чуешь своей силы, хотя там наверняка говорили. Уши есть, а ни черта не слышите! – Он сморщился. – Некоторым особо сильным проводникам все едино, куда нырять, хоть в прошлое, хоть в Страну Мертвых, хошь к черту на кулички!

– Я понял! – ровным, бесстрастным голосом сказал Малышев. Не человек, а автомат вещает. – Здесь далеко озеро?

– Полторы версты, за ельником!

– Спасибо вам, Ахпай!

Шаман не ответил. Склонился над костром и тщательно поковырял в пепелище веткой. Костя пошел в указанном направлении. Даша подстраивалась под размашистую ходьбу друга, пыталась заглянуть в лицо. Они миновали пушистый ельник, спугнули зайчонка. Воздух посвежел, сквозь частокол корабельных сосен мелькнула серебристая полоска воды. Рассвет уверенно наступал, запели птицы. За кромкой озера начиналось болото. Ухнула выпь; хлопая крыльями, пролетел филин. Розовые пятна легли на водную гладь. Голубой туман стекал к озеру. Малышев остановился, отстранился, пристально посмотрел в лицо Даши, словно желая запечатлеть в памяти образ.

– Мне пора…

– Подожди! Ты слышал, что сказал Ахпай?! Я могу попытаться все изменить…

– Ты не поняла. Мне надо уйти одному.

– Куда уйти?! Зачем уйти?!

Ее сердце подпрыгивало в груди, все существо охватила тоска неведомой силы.

– Все правильно, Даша! – Он бережно поцеловал ее влажные глаза. – На Стрельникова было совершено два покушения. Он был обречен – вопрос времени. Кощея чечены собирались посадить на ножи, а я всерьез размышлял о самоубийстве. Не мог простить себе гибель невинных людей. От судьбы не уйдешь. Мы все заочно попали в царство мертвых, а ты выторговала мою жизнь у сатаны. Демоны ничего не дают просто так. Взимают проценты почище лютого ростовщика. Это я принес духов с собой, как осеннюю грязь на башмаках… – Он грустно улыбнулся. – Поэтическое сравнение! Прощай, Даша!

– Нет! Стой!!! – Она вцепилась в его руку. – Я тебе сломаю пальцы, но не отпущу!

– Прости… – Он высвободился из захвата и побежал в сторону озера. Остановился на берегу, помахал рукой – высокий, стройный, как молодой бог. – Прощай, Даша! – Звонкий голос разнесся в прозрачном утреннем воздухе. – Увидимся в другой жизни!

– Стой!!!

Дикий вопль разорвал грудь. Она плотно зажмурила глаза, густая чернота поглотила, уничтожила мир. Все исчезло, остались одни звуки. Плюхнула вода, перебивая друг друга, заквакали лягушки, заурчала вода, засасывая жертву. Потом все стихло. Солнечные лучи принесли тепло. Туман сгустился над озером, медленно вращалась воронка, увлекая по сферической поверхности капельки влаги. Даша расстегнула джинсы, скинула кроссовки, футболку. Она стояла на берегу обнаженная, освещенная алым светом пламенеющей зари. Шагнула в воду, не ощутила холода. Чувства и эмоции умерли, задохнувшись в отчаянном крике издыхающей волчицы. Вода приняла ее в свое лоно, сильными гребками она продвигалась к крутящейся воронке. В черном зрачке горели неугасаемой жаждой ворота в Страну Мертвых. Она нырнула, угадав жаркое дыхание вечности, и в последнее мгновение мысленно произнесла единственную молитву, что пришла на ум: «Спаси и сохрани!»

И наступила мгла.

Перед лицом маячила растерянная физиономия Лоренца. Он близоруко щурился, поддерживая ее голову на коленях. Увидев, что девушка очнулась, облегченно выдохнул:

– Я уже не знал, что думать!

Она растерянно захлопала глазами, приподнялась на локтях, прикрыла обнаженную грудь. Над головой роились тучи гнуса, укусы зловредных насекомых жалили, как пчелы.

– Что случилось?!

– Ты едва не утонула! – Миша принес ее джинсы, и она стала поспешно одеваться, отгоняя гнус.

– Чушь! Я отлично плаваю!

– В том-то и дело! Ты нырнула в сгусток тумана и пропала. Я – следом, а ты лежишь себе на спине, в небо смотришь! Я кое-как догреб к берегу, тебя приволок, а ты словно отключилась! До смерти перепугался!

Он нащупал очки, нацепил их на нос. Она потрогала дужки очков, желая удостовериться, что они настоящие.

– Твоя близорукость… Ты давно носишь очки, Миша?

– Шутишь?! С пяти лет! Хотел линзы поставить, но глаза от них слезятся.

Даша осмотрелась по сторонам. Оранжевый конус палатки стоял на берегу озера, мрачная тайга возвышалась над крохотными человеческими фигурками, демонстрируя первозданную мощь. Туман рассеялся, на воде заплясали золотые блики, как небрежно раскиданные драгоценные монеты. Лорнец протянул ей тюбик:

– Я помазался, реально помогает! Ты очаровала нашего проводника. Мазь отменная, не жирная и пахнет елками! Возьми!

– Петрович нас ждет?

– До вечера уйма времени! Кто-то обещал эротическую сессию… – Он потянулся губами к ее обнаженной шее.

– Поехали домой!

Она принялась забрасывать вещи в походный рюкзак.

– Мы только что приехали! Что случилось, Даша?!

– Если хочешь, оставайся здесь, а я пошла!

Она закинула рюкзак за спину и побежала по лесной просеке. Сзади обиженно сопел Лоренц.

Петрович сидел на земле, привалившись спиной к кузову «нивы». Он, должно быть, удивился, завидя взбалмошную москвичку, но вида не подал. Молча кинул рюкзак в багажник, закурил беломорину.

– Дай закурить, Петрович!

Мужик протянул пачку, поднес зажженную спичку. Она глубоко затянулась, с непривычки закашлялась.

– Не части. Глубоко дым не вдыхай! – сказал опытный курильщик.

– Я привыкну…

– Точняк привыкнешь!

Она впервые увидела улыбку проводника. Черты его лица помолодели, он стал по-юношески задорным, привлекательным. Они стояли возле побитой жизнью «нивы» и курили, как добрые товарищи.

– Здесь неподалеку живет шаман. Ахпай. Слыхал о таком?

– Как не слыхать?! Настоящий колдун, дар у него великий, но и характер непростой.

– Это уж точно!

Они засмеялись. Подошел Лоренц, сгибаясь под тяжестью скарба. Его лицо было перекошено от злости. Петрович загрузил имущество в объемистый багажник, сел за руль.

– Поехали!

Путь назад всегда короче. Они завернули к гостинице, но Даша решительно махнула рукой:

– Сразу на вокзал!

Лоренц попытался затеять выяснение отношений, но девушка предпочла отмалчиваться. Она была всецело погружена в свои мысли. Петрович лихо притормозил у входа в железнодорожный вокзал:

– Поезд через десять минут! Вы покамест на перрон дуйте, я за билетами сгоняю. Иначе не поспеть!

– Спасибо! – улыбалась Даша.

– Ни черта не понимаю! – злился Лоренц.

– Не поминай нечистого, Миша! Не успеешь опомниться, а он уже тут!

Запыхавшийся Петрович принес билеты за две минуты до отхода поезда. На прощание крепко, по-мужски сжал ей руку:

– Ты – молодец, москвичка!

– Прощай, Петрович!

– Бывай, избранная…