Зима быстро набирала силу, устанавливая свои права. Снег шел едва ли не каждый день. Море бушевало, превратившись в сплошную белую пенную массу, ветер, словно обозлившись на весь свет дул не переставая, сделав выход за пределы стен дома, где горел очаг, и пахло деревом, практически невозможным. Я изнывала от безделья. Все дела по дому были переделаны, во всех комнатах царил порядок. Я бродила по своей комнате, тоскливо вспоминая о своих прогулках по лесу, думая о том, как там Космач, где пережидает непогоду и не знала, чем себя занять.

   Покинув комнату, вышла в коридор и вскоре оказалась в большом зале, который в это время почти никогда не пустовал, заполненный дружинниками и рабами, спешащими подать пиво или какую-то закуску. И сейчас там сидели мужчины из дружины. Кто-то пил пиво, несколько человек играли в настольные игры, еще вокруг одного стола собралась толпа, следившая за тем, как двое боролись на руках. Я едва взглянула на покрасневшие от натуги уже знакомые лица и внезапно поняла, что это поместье постепенно стало для меня домом. Я узнавала и полюбила живущих здесь людей, я относилась ко всему в этом доме с истинно хозяйской бережливостью, я смеялась и радовалась со всеми, и мне было просто тепло и уютно в этих стенах. Оглянувшись, увидела Эйнара. Отец вождя сидел в окружении нескольких воинов, они что-то обсуждали. Я посмотрела на него, улыбнулась. Безногий был хорошим человеком, он относился ко мне лучше, чем кто ни было, и я призналась себе, что полюбила его так, как не любила даже собственного отца. Мое отношение к нему было сродни отношению к деду Радиму. Он даже чем-то напоминал мне его, не внешне, а внутренне.

   Словно почувствовав мой взгляд, Эйнар поднял глаза и увидел меня. Он тут же улыбнулся и махнул рукой, подзывая меня подойти. Затем распустил окружавших его дружинников и когда я мела рядом на освободившуюся скамью, взял меня за руку.

  - Данка, - произнес он, - Я давно хотел спросить тебя, нравится ли тебе у нас? Хорошо ли живется?

   Я улыбнулась. Безногий словно прочитал мои мысли. Именно об этом я думала минуту назад.

  - Да, мне здесь хорошо, - кивнула я.

  - Мой сын, Кокча, просил меня поговорить с тобой, - продолжил Эйнар, при этом пристально глядя мне в глаза, - Он просит меня просватать тебя.

   Я перестала улыбаться.

  - Пойдешь за него? - спросил Эйнар. Его глаза прищурились, словно он пытался заглянуть мне в самое сердце и увидеть там ответ.

   Я уже открыла было рот, чтобы воспротивится, когда за спиной Безногого возник Хаген. Он молча посмотрел на меня, и я поняла, что он слышал слова отца. Эйнар перехватил мой взгляд и обернулся.

  - А! Хаген! - произнес он радостно, - Садись, вместе обсудим! Кокча жениться хочет, вот осталось только заручиться согласием невесты, - Эйнар многозначительно посмотрел на меня.

   Я почувствовала, как краснею. Опустила глаза и мне захотелось в одно мгновение оказаться отсюда далеко, за тысячи миль.

  - Давно пора, - вождь сел рядом со мной, наши тела соприкоснулись, и я вздрогнула от пронзившего меня до сих пор неведомого острого ощущения, - Я ему уже говорил, - мне показалось, или его голос прозвучал как-то странно? Эйнар довольно заулыбался, и едва не потирал руки от удовлетворения, а я продолжала молчать.

  - Давай перейдем в мою комнату, - внезапно произнес Безногий, - А ты Данка, принеси нам чего-нибудь вкусненького с кухни, да вина. Обсудим предстоящую свадьбу!

   Нагрузив на поднос большой кувшин с вином, две чаши и тарелку с закусками, я вышла с кухни и направилась в сторону покоев Эйнара, напевая себе под нос какую-то ненавязчивую мелодию. Но у самой двери, едва приоткрытой, я остановилась от неожиданного холодного порыва, коснувшегося коротких прядей, выбившихся из косы и упавших на мое лицо. Я замерла. Из-за приоткрытой двери доносились голоса Эйнара и Хагена, но я не слышала то, о чем они разговаривали. Я просто стояла, ощущая холод, разливающийся по всему моему телу. Медленно нагнувшись, я поставила поднос на пол и, выпрямив спину, оглянулась назад. Мальчик. Я снова видела его. Он стоял и смотрел на меня глазами Хагена, а потом развернулся и пошел прочь, при этом оглянувшись, чтобы словно убедится, следую ли я за ним. И я пошла. По пути столкнулась с Айге. Она как-то странно посмотрела на меня, попыталась схватить за руку, но я вырвалась и выскочила из дома, стараясь не упустить ребенка из виду.

  - Данка! - донес ветер до меня голос сестры, но я уже бежала за странно прозрачным силуэтом, едва различимым ночью на снегу, тщетно пытаясь не потерять его из своего поля зрения. Время словно остановилось для меня, я не чувствовала холода, зная только то, что должна идти за ним, это казалось мне очень важным.

   Мы покинули поместье, вышли к лесу, и там я едва не потеряла мальчика, но потом он снова появился, словно специально вернулся за мной. Он поманил меня рукой, и я рванула следом. Почти сразу за лесом передо мной открылись высокие скалы. Где-то внизу бушевало море. Я подошла к самому краю и посмотрела вниз. Пенные волны разбивались о камни, издавая странный звук, похожий на человеческий стон. Я отпрянула назад. Наваждение, овладевшее мной, прошло, и я огляделась, стараясь увидеть, где нахожусь и куда делся мальчик. Ребенка и след простыл. У меня создалось странное ощущение, что он просто испарился. Я вздрогнула от порыва холодного ветра и только теперь заметила, что вышла из дома в одном платье, даже не накинув на плечи платок. Поежившись, подалась назад, прочь от страшного обрыва и тут мальчик появился снова. Он стоял на самом краю в нескольких метрах от меня и, казалось, смотрел на кого-то за моей спиной, его лицо исказилось, он стал напуганным, а потом он неловко и неестественно взмахнул руками, и полетел вниз, прямо туда, где из воды поднимались острые скалы. Я закричала и бросилась за ним, упала на краю и протянула руки в бездну, но внизу разглядела лишь белую пену волн.

  - Его толкнули, - внезапно поняла я и оглянулась, словно за моей спиной был еще кто-то. Мальчик явно упал не сам. Его кто-то толкнул! Маленький призрак что-то хотел мне показать!

   Я медленно поднялась на колени. Ветер швырнул мне в лицо снежные хлопья. Я встала. Внезапно за моей спиной послышались тяжелые шаги. Я повернула назад голову. Хаген, Кокча и еще несколько людей, многие из которых сидели в зале, вышли из леса. Я повернулась к ним и медленно пошла навстречу.

  - Что происходит? - Кокча оказался рядом, в его руках я увидела огромный плед. Он укутал им меня и подхватил на руки. Я мелко задрожала, только теперь поняв, как сильно замерзла.

  - Зачем ты сюда пришла? - голос Хагена раздался возле моего лица. По его злому и хмурому виду я поняла, что именно здесь погиб его сын и вождь был явно не в восторге от того, что ему пришлось посреди ночи следовать за какой-то сумасбродкой в это место. Я бы и сама была крайне раздражена, если бы кто-то из моих людей или даже близких выкинул подобное. Это казалось сумасшествием.

  - Хаген, - я дернулась в руках Кокчи и он опустил меня на ноги.

   Вождь уже направляющийся в сторону леса замер и оглянулся. Его взгляд был холоден, как окружившая меня зима.

  - Я видела его, - произнесла я.

  - Кого? - удивился Кокча. Дружинники переглянулись между собой. Они определенно начали подозревать у меня наличие странностей. Только Хаген, кажется, понял все.

  - Он не оступился, - сказала я тихо, - Его кто-то столкнул.

   Хаген некоторое время просто молчал. Он опустил глаза и замер. Ветер рвал его длинный плащ, мы все стояли и смотрели на вождя, а спустя мгновение он сказал:

  - Идем домой, - отвернулся и, шагнув вперед, исчез в густых ветвях.

   Я перевела дыхание. Кокча снова поднял меня на руки и пошел за братом. Воины последовали за ним. Кокча молчал. Я догадалась, что теперь и он понял те слова, что я сказала Хагену. Он нес меня до самого дома, словно я ничего не весила, и лишь там поставил на ноги перед дверью, за которой находилась моя маленькая комнатка. Посмотрел мне в глаза и тяжело вздохнув, пошел прочь, даже не сказав ни слова. Я некоторое время смотрела ему вслед, пока он не закрыл за собой дверь, ведущую в зал, и только потом прошла в комнату.

   Присев на краю не расстеленной постели, я задумчиво стала расплетать косу. В моей комнате горели две зажженные свечи, не знаю, кто разжег их, но я была благодарна за то, что они разгоняли тьму, казалось, кружившую вокруг меня. Мне было страшно. Я помнила обреченность в глазах мальчика, падающего в бушующее море. Вздрогнула, опустила руки. Распущенные густые волосы рассыпались по плечам. Я никогда не верила в подобное. Помню, дед Радим рассказывал мне сказки о не упокоенных душах, которые бродили по земле, но я никогда не думала, что смогу увидеть подобное своими собственными глазами. Я понимала, что маленький сын Хагена хотел донести до меня, таким образом, послание о том, кто убил его. Но почему он выбрал меня? Невольно вспомнилась та женщина на озере, заманившая меня на тонкий лед. Кем была она? Не призраком, но чем-то похожим. Ее белая кожа, цвета снега...сейчас она казалась мне мертвой, но в то же время она была жива.

   Я опустила голову, потерла пальцами виски. В этот момент кто-то решительно постучал в мою дверь. Я резко подняла глаза, встала и подошла к порогу. Открыла двери и увидела Хагена. Он мрачно посмотрел на меня, потом прошел мимо, задев плечом, и остановился посредине комнаты. Я закрыла двери и, повернувшись к нему, посмотрела на широкую спину, которая, казалось, заполнила собой все пространство моей комнатушки.

  - Ты видела его смерть? - спросил он неожиданно, прервав наступившую тишину.

  - Я видела, что он был испуган, - произнесла я, не сходя с места, так и застыв у двери, - И я видела, что его явно толкнули.

  - Мой отец рассказал тебе все? - спросил вождь, - Или это сделал Кокча?

  - Эйнар, - ответила я.

   Хаген повернулся ко мне. Я увидела, что его одежда все еще влажная от ночной прогулки. Глаза вождя лихорадочно блестели, но, несмотря на то, что он явно был зол и сильно расстроен, я не боялась гнева в его глазах.

  - Ты знаешь, кто сделал это? - спросил он, - Кто убил моего сына?

   Я покачала головой.

  - Я видела только мальчика, - ответила я.

   Хаген кивнул и шагнул к двери, мимо меня. Я посторонилась.

  - Извини, если напугал, - сказал он. Его большая ладонь легла на дверную ручку, - Я не хотел врываться.

   Я дернулась в его сторону. Моя рука легла на его плечо.

  - Как вы узнали, что я покинула дом? - спросила я.

  - Айге нам сказала, - Хаген толкнул дверь, - Она видела, как ты выбежала из дома, говорит, что пыталась тебя остановить, но ты ее не слушала, а просто ушла в ночь.

   Я отняла руку и та беспомощно опустилась вдоль моего тела. Айге? Надо же. Хаген повернул ко мне свое лицо. Он все еще стоял на пороге, словно не решаясь его переступить, будто что-то держало его в моей маленькой комнатке.

  - Ты решила на счет Кокчи? - внезапно спросил он.

   Я удивленно моргнула. Такого вопроса я ожидала меньше всего.

  - Не думай долго, он будет для тебя хорошим мужем, - добавил вождь, - А когда меня не станет, он унаследует все земли и будет влиятельным человеком. Ведь он мой единственный наследник, а если отец рассказал тебе ВСЕ, как ты утверждаешь, то ты должна понимать, что это случится раньше, чем вы все думаете, - он усмехнулся, - Или ты предпочитаешь вернуться к отцу и выйти замуж за своего купца? Я помню его...достойный жених.

   Я нахмурилась. В голосе Хагена звучала насмешка, или мне это показалось? Потом он, наконец, вышел из моей комнаты, оставив меня стоять на пороге и сжимать руки в кулаки от бессильной ярости. Я захлопнула с силой дверь, и яростно сорвав с себя одежду, повалилась в наспех расстеленную постель, натянув одеяло до самого носа. Не понимаю почему, но его слова задели меня за живое. Я раздраженно повернулась на бок, подтянув ноги к груди. Но, наверное, с того самого момента, я стала понимать, что чувствую к Хагену нечто большее, чем простое уважение и симпатия.