Газета Завтра 30 (1234 2017)

Завтра Газета Газета

 

Воля или безволие

Воля или безволие

Александр Проханов

27 июля 2017 0

Журналисты во всём мире гадают, о чём во время "двадцатки" переговаривались Путин и Трамп. Поскольку содержание разговора остаётся неизвестным, журналистам приходится описывать их рукопожатия, манеру говорить, выражение глаз, то, как сидел в своём кресле Трамп, и как иронично или, наоборот, сочувственно смотрел на него Путин. Оставив сущностное содержание беседы закрытым, журналистам бросили незначительные куски, на которые те жадно набросились. Но можно догадываться, о чём говорили Путин и Трамп, в чём суть их тайной договорённости, в чем её необходимость.

И против Трампа, и против Путина действует одна и та же мощная интернациональная либеральная рать, которая стремится срезать Трампа в Америке, а Путина — в России. Эта рать, хотя и говорит на разных языках, по существу едина. Она наполнена одной и той же энергией, питается одними и теми же деньгами, одним и тем же неприятием к государству как таковому. И американские, и российские либералы очень опасны. И неизвестно, чем кончится их столкновение с действующей властью. Поэтому Путин и Трамп, встречаясь на полях "двадцатки", могли договариваться о неявной взаимной помощи. Путин готов помогать Трампу, не реагируя на его антироссийские высказывания, которые являются бутафорией, заслоняющей Трампа от свирепых демократов. Потому Россия столь сдержана, порой даже труслива по отношению к нападкам Трампа.

Путин же получает от Трампа обещания не поддерживать, не спонсировать либеральные антикремлёвские силы. Эта неявная договорённость прослеживается сквозь политические укоризны, которыми обмениваются Москва и Вашингтон.

И одновременно мы видим, как торжествует принцип, провозглашённый ещё Мао Цзэдуном: остриё на остриё. Ещё недавно весь мир с содроганием наблюдал за приближением американских авианосцев к берегам Северной Кореи. Десятки самолётов, находящихся на борту авианосца, готовы были взлететь и нанести ядерные удары по ракетным и атомным объектам КНДР. Какая страшная риторика звучала! Как демонизировался Ким Чен Ын! Как громыхали, обличая северокорейский строй и предрекая его близкую кончину, репродукторы Южной Кореи, установленные на границе с Северной Кореей в районе 38-й параллели! Но стоило северокорейцам проявить волю, мужество и осуществить запуск очередной серии баллистических ракет, как Южная Корея, сдалась, сникла и побежала к Ким Чен Ыну договариваться. Южная Корея отступила в этой лобовой атаке. Вместе с Южной Кореей потерпела поражение Америка — все эти грозные авианосцы, все неисчислимые атомные силы. Вот что делает воля в политике! Политическая воля оказывается мощнее армий и сильнее банковского капитала.

В сегодняшней России действуют две силы, исключающие одна другую. Одна, которой управляет Путин и которая одобряется большинством российского населения, — это ставка на усиление Родины, на укрепление Российского государства, на возвращение России былого величия, достоинства, былого места среди других цивилизаций. Вторая сила, которая очень плотно припала к власти, облепила Кремль, как пиявки впиваются в полнокровное тело — это олигархический строй. Ему наплевать на русское величие, Россия ему нужна как добыча, Эта сила, как заявил Чубайс, уверенно, что в мире правят не моральные ценности, а интересы. И он, Чубайс, с его предшественником Гайдаром и безвременно ушедшим Немцовым, демонстрировали превосходство экономических, материальных, земных денежных интересов над моралью, над этикой, над русской философией и историей, над всеми категориями высшего русского сознания, которые позволяли России не склонятся, выстоять среди чудовищных атак враждебного ей мира.

Две эти тенденции — тенденция на усиление России и тенденция на её ослабление — каждый день показывают их несовместимость. Олигархи демонстрируют своё господство в российском обществе, свою ненаказуемость, позиционируют себя как сверхлюдей. Чего стоит Полонский, который, будучи совершенно очевидным преступником, избежал наказания и с хохотом покинул здание суда, оставив всё российское общество в недоумении, шоке и тоске?! Гражданам ещё и ещё раз продемонстрировали безнаказанность миллиардеров.

Чего стоит просьба правозащитницы Людмилы Алексеевой к президенту помиловать убийцу и бандита, организатора терактов, на руках которого кровь десятков людей, бывшего сенатора, сбежавшего с наворованными миллионами в Швейцарию, откуда он был выманен нашими спецслужбами? Она не попросила за несчастного инвалида, брошенного в тюрьму по обвинению в краже мопеда, не просит за Удальцова и Квачкова, находящегося в колонии. Какая гадость эта ваша "заливная" Люда!

Чего стоят непрекращающиеся так называемые прокурорские скандалы, и очередной — на Кубани, в Краснодарском крае, где свадьба судейской дочки обошлась в несколько миллионов долларов. Туда слетелась наша музыкальная челядь, обслуживая, ублажая своим пением эту свадьбу, на которую были брошены деньги, добытые тяжёлым трудом на полях Кубани. Этот казус показал абсолютную уродливость и чудовищность нашей действительности. Мы говорим о возрождении казачества, а казачество не ограничивается только формой, эполетами и георгиевскими крестами. Оно хочет возродить свой казачий уклад, казачье подворье, казачью земельную собственность, казачье ощущение родной степи, родного хлеба. Но большинству казаков достаются одни только нагайки и фуражки с околышами, крохотные земельные наделы. А огромные пространства хлебных полей скуплены на криминально нажитые деньги олигархами-латифундистами.

Власть неравномерно делит свои симпатии между разными слоями нашего общества, между либералами и патриотами. С одной стороны, опора нынешней власти — это патриотическое сознание, это большинство, народа, терпеливое, вменяемое, трудолюбивое, верящее в русское грядущее, в русскую победную звезду. С другой стороны — чванливое лукавое, капризное вероломное либеральное меньшинство, которое для власти не представляет прямой опасности, но с которой власть связана своим рождением во времена перестройки и проклятых девяностых годов.

Патриотам, в том числе — и газете "Завтра", не спускают любой просчёт. любую неосторожность. Всякая, самая малая оговорка, сделанная журналистами газеты "Завтра", её авторами, преследуется Роскомнадзором. Газету замучили штрафами, абсолютно неправомерными и несправедливыми. Газета, борясь с русофобами, осуждая их, давая отпор, указывает, какие приёмы, какие словеса те употребляют в поношении, унижении нашей Родины. И за это нас карают, накладывают огромные штрафы. В то время как сами русофобы на страницах своих газет, на сайтах, на телеэкранах, на радиостанциях позволяют себе чудовищные изречения, но остаются безнаказанными и продолжают каждый день лить страшную хулу на русских, на наше государство, историю, на нашего президента.

Конечно, отвратительно выглядит обливание зелёнкой представителей либеральной мысли, когда неприятного патриотам либерала мажут нечистотами, травмируют. Недопустимо недавнее нападение на Юлию Латынину, дом которой уже в который раз облили нечистотами, нанеся ей моральный и физический урон. Но ненависть, что брызжет из передач Латыниной, отвратительное русофобство, которым она руководствуется в передачах, таковы, что порождают ответную ненависть. И ненависть в обществе разрастается.

Когда мы слышим лицемерные жалобы либералов, что в России культивируют вражду, которая может привести нас к гражданской войне, нужно вспомнить, кто начал поход ненависти? Кто начал во времена перестройки хулу в отношении всего советского, всего русского, всего государственного? Это были либералы, те демоны перестройки, которые не оставляли камня на камне ни от одной государственной и советской ценности, а вместе с ними уничижали и оскорбляли всех тех, кто выступил против Горбачёва и развала Советского Союза. Мы слишком хорошо помним эти времена, и на нас не зажили те рубцы. Если сегодняшние либералы страшатся разрастания ненависти, пускай они перекроют вентили, которые питают их собственные радиостанции и газеты страшным для общественного развития ядом.

Что может объединить наше расползающееся общество? Что может соединить эти два берега русской общественной жизни, которые отдаляются один от другого, оставляя между собой зияющую пропасть? Не силовые приёмы власти. Не юридические ухищрения. Не призывы гуманистов прекратить вражду и остановить возгонку ненависти. Распадающийся русский мир может соединить только одно — развитие. То долгожданное развитие, которое недопустимым образом задерживается, обрекая Россию на неподвижность и стагнацию. Только стремительное развитие может вовлечь в этот поток и левых, и правых, и монархистов, и атеистов, и либералов, и носителей высокой государственности.

Магнит, когда он прикладывается к хаотически, разбросанным по столу железным кристаллам, выстраивает эти кристаллы, упорядочивает их. Пускай магнит русского развития выстроит нас в динамичную великую державу, способную выдержать удар грядущих, направленных на Россию, напастей.

Свобода лучше, чем несвобода. Воля лучше, чем безволие. Подвижник лучше, чем вор. Мы — за Россию без Навального и Абрамовича!

 

Табло

Табло

Служба безопасности "День"

27 июля 2017 0

агентурные донесения

Выступление Путина на заседании Совета по межнациональным отношениям, прошедшем в Йошкар-Оле 20 июля, где президент подчеркнул статус русского языка не только как языка государственного и языка межнационального общения, но и как "естественного духовного каркаса всей нашей многонациональной страны", который "ничем заменить нельзя" и который "знать должен каждый" должно быть подкреплено соответствующими изменениями во всех образовательных программах дошкольного, начального, среднего и высшего образования, затрагивающими преподавание не только русского языка и литературы, но также истории и других гуманитарных и естественнонаучных дисциплин, считают эксперты СБД…

Визит президента Беларуси Александра Лукашенко в Киев и его переговоры с Петром Порошенко, по сути, представляли собой встречную "разведку боем", в ходе которой "батька" передал "кондитеру" определённую информацию от Кремля, а его визави пытался добиться реэкспорта украинских товаров в Россию через белорусскую территорию и "перезагрузки минского процесса" после провозглашения Александром Захарченко Малороссии, сообщили наши корреспонденты из столицы бывшей Украины. Ту же цель преследует и совместное заявление Ангелы Меркель и Эммануэля Макрона о необходимости полного прекращения огня в Донбассе, где недавно побывал спецпредставитель США Курт Волкер, признавший, что там идёт "горячая война". Отмечается, что распродажа "незалежной" фактически вступила в финальную стадию, включая авиапром, автопром, областные энергетические компании и прочие мало-мальски ликвидные активы, выручка за которые в общей сумме до 1 млрд. долл. позволит Порошенко и Ко не только протянуть минимум до середины осени даже без финансовой помощи со стороны Запада, но и обеспечить проведение массированной "силовой акции" против народных республик Донбасса…

Как передают из Вашингтона, согласие Дональда Трампа со слегка смягченной редакцией нового пакета антироссийских санкций, который был подготовлен коалицией республиканских и демократических "ястребов"-конгрессменов, фактически объявляет тотальную финансово-экономическую войну США против РФ и провоцирует жёсткую реакцию со стороны Москвы, уже "проглотившей" высылку своих дипломатов и конфискацию дипломатической собственности в надежде на "улучшение отношений" при новом президенте США…

Уход в отставку начальника французского генштаба Пьера де Вилье вызван не столько его личным конфликтом с новым президентом Франции Эммануэлем Макроном из-за сокращения государственных расходов на оборону (которые Макрон на встрече с Трампом, напротив, обязался увеличить до 2% от ВВП), сколько неприятием "старой аристократией" Европы планов новой американской администрации по фактическому расчленению Евросоюза, такая информация поступила из Парижа…

Испытания в США лазерного оружия, создание 51-кубитного квантового компьютера в России, а также успешные эксперименты "квантового спутника" и "общества доверия" в КНР следует рассматривать как первый шаг перехода человечества к следующему "квантовому" технологическому укладу, одним из элементов которого является "цифровая экономика", утверждают наши источники в околоправительственных кругах…

Согласно оценкам из стамбульских источников, завершение первой фазы строительства железной дороги Баку—Тбилиси—Карс с евроколеей 1435 мм до станции Ахалкалаки резко усилит значение Турции как "логистического хаба", связывающего Европу с Закавказьем и Ближним Востоком, а также "запасной ветки" китайского проекта "Нового Шёлкового Пути"…

 

Офицеру, художнику и другу

Офицеру, художнику и другу

Александр Проханов

27 июля 2017 0

памяти Владимира Васильевича Карпова

Владимиру Васильевичу, Царствие ему Небесное, 28 июля могло бы исполниться 95 лет. И он вполне мог бы сегодня находиться среди нас. Очаровательный элегантный человек, красавец, умница, наделённый талантом художника и исследователя. Трудно было поверить, что этот человек во время войны столько раз пробирался за линию фронта, надрезая кусачками колючую проволоку. В немецких тылах врывался в блиндажи и окопы, брал языков и волок на себе под вспышками осветительных ракет и шквальным пулемётным огнём. Карпов — герой. И потому, что на груди его сияет Золотая Звезда, и по сути своей, по природе он — герой. Он изведал всю тяжесть предвоенной тюрьмы, куда попал, когда, оскорблённый хамским поведением старшего офицера, ударил того кулаком. А кулак этот был кулаком чемпиона по боксу. И потом всю жизнь, будучи мягким и изящным, бил кулаком туда, откуда раздавалась хула в адрес его родины, в адрес родной советской культуры.

Он говорил мне, что был командиром полка в отдалённом туркменском гарнизоне Кизыл-Арвате, в той "дыре", куда в своё время ссылали провинившихся офицеров, и там они спивались или играли в "русскую рулетку". Мне довелось побывать в Кизыл-Арвате. Действительно, это гарнизон среди чёрной горячей пустыни, почти безводной, солёной, куда воду завозили цистернами. И когда я был в этом гарнизоне, отправляясь с полком в пустыню на манёвры, я вспоминал рассказы Владимира Васильевича о его гарнизонной службе.

Лично я обязан Владимиру Васильевичу очень многим. Он печатал мои романы в журнале "Новый мир", когда волею судеб стал там главным редактором, и куда мне был заказан путь во времена предшествующих ему главных редакторов, будь то Твардовский или Залыгин.

А когда на последнем советском писательском съезде председатель Союза писателей Георгий Мокеевич Марков, выйдя на трибуну, стал зачитывать свой доклад, ему стало худо: он там же, на трибуне, перенёс инсульт. Его увели из зала, а недочитанный доклад остался лежать на трибуне. Тогда Владимир Васильевич занял место на трибуне и дочитал доклад. И было ясно, что он стал председателем Союза писателей.

Как и многие в ту пору, поначалу он был обольщён перестройкой, обольщён Горбачёвым. Но очень скоро понял весь трагизм случившегося. И мои разговоры с ним показывали, как горько и мучительно он переживал беду родины. Тогда перестройщики-либералы одну за другой захватывали газеты, телевизионные каналы, захватили и мою любимую "Литературную газету", в которой я спецкором работал многие годы, отправляясь в горячие точки. Газета стала гнездовьем демократов, она открыла огонь по всем, кто являл собой пример служения Советскому Союзу. Многие патриотические писатели были изгнаны со страниц "Литературной газеты", там появлялись только едкие антисоветские ненавистнические материалы. И тогда у Карпова возникла идея создать другую газету — для писателей, исповедующих государственный русский патриотический символ веры. Он пригласил меня к себе и предложил стать главным редактором этой газеты. И согласился со мной, что газета будет называться "День". Мы создали с ним эту газету. И он утвердил её незадолго до того, как ушёл из Союза писателей.

Вместе с ним мы ездили в воюющую Чечню. Летели на вертолёте над чёрными, без единого огонька, пространствами. В сёлах, кишлаках не было света, и пылали красные факелы взорванных нефтепроводов. Мы стояли на вертолётной площадке, над нами, рассекая звёздное небо, крутились лопасти огромного транспортного вертолёта, Владимир Васильевич отозвал меня в сторону, чтобы не мешал шум винтов, и сказал: "А почему бы тебе не использовать эстетику твоих едких передовиц в твоих романах, в твоей прозе?". Я внял его совету, и благодаря этому появилось несколько моих ядовитых босхианских романов — таких, как "Политолог" или "Теплоход Иосиф Бродский". Столько раз мы беседовали с Владимиром Васильевичем, столько раз участвовали в застольях! Столько раз я слушал его умные, вкрадчивые речи, читал и перечитывал его романы, особенно роман "Полководец"!

Он, пострадавший в дни сталинских репрессий, был сталинистом, потому что он был победителем, был героем страны-победительницы и связывал триумф советской русской победы с триумфом Иосифа Сталина. Он ушёл. Остались его книги, осталась память о нём. Осталось в памяти его благородное красивое лицо, над которым были не властны ни годы, ни хворь.

Как нам вас не хватает, дорогой Владимир Васильевич!

 

Вопрос в лоб

Вопрос в лоб

Игорь Белобородов , Редакция Завтра

27 июля 2017 0

"ЗАВТРА". Игорь Иванович, из опубликованного Росстатом отчёта за первую половину текущего года следует, что естественная убыль населения нашей страны за январь-май составила 111,8 тысячи человек, то есть почти втрое выше, чем за аналогичный период 2016 года (41,6 тысячи). С чём, на ваш взгляд, связан этот демографический провал, можно ли из него выйти в обозримой перспективе и если да, то каким образом?

Игорь БЕЛОБОРОДОВ, демограф, кандидат социологических наук, основатель и главный редактор сайтов demographia.ru (2005-2013) и demographia.net (с 2013 г.) . На мой взгляд, главная демографическая проблема современной России — не в аномально высокой смертности, которая уничтожала нашу страну в 90-е годы, а в низкой рождаемости. Сегодня совокупность социально-экономических и культурно-бытовых условий такова, что лишает каждого человека и общество в целом мотивации к деторождению. Сколько бы мы ни снижали смертность и ни увеличивали среднюю продолжительность жизни — всё это прекрасно, однако без воспроизводства необходимого количества новых граждан страны не имеет почти никакого значения.

Если ничего в данной сфере не предпринимать — уже через 20-30 лет Россия может просто исчезнуть с лица земли, в лучшем случае — превратиться в государство мигрантов. Что делать? Прежде всего — перестать обманывать себя и других. Некоторые функционеры Минздрава и Минтруда, в котором есть профильный департамент по демографической политике, пытаются отвлечь наше внимание от этой проблемы, говорят: как хорошо сработал материнский капитал, как у нас прекрасно обстоят дела с продолжительностью жизни, сколько у нас стало вторых рождений и так далее. Но главная, принципиально важная вещь — это отношение государства к семье и отношение общества к детям на любой стадии их развития. Права еще нерожденного ребёнка у нас никак не защищены, беременность не является в правовом отношении приоритетным статусом женщины, а с учётом абортов средняя продолжительность жизни в РФ составляет сегодня вовсе не 70 с лишним, а всего лишь около 12 лет. Поэтому самое главное — не просто запрет абортов, хотя это также необходимая мера, но максимальные привилегии семьям с детьми, беременным и рожающим женщинам. Это уже вопрос самосохранения, без решения которого мы обречены.

 

Три тупика

Три тупика

Александр Проханов

27 июля 2017 0

20 июля состоялась дискуссия бывшего министра обороны самопровозглашенной Донецкой народной республики (ДНР), лидера движения "Новороссия" Игоря Стрелкова (Гиркина) с лидером антипутинской оппозиции Алексеем Навальным. Дискуссия транслировалась агентством Reuters, медиа-холдингом "Дождь", интернет-каналом "Рой-ТВ" и личным YouTube-каналом Навального, став заметным не только медийным, но и политическим событием.

Интерес общества к такой злободневной проблеме, как коррупция, — грандиозен. И на данных дебатах мы услышали подходы к этой теме на том уровне, который отсутствует в государственных институтах и СМИ. Разговоры о борьбе с коррупцией, что ведутся в парламенте, на официальных телеканалах выглядят убого и неполноценно. А в дискуссии Навального и Стрелкова мы услышали мощные соображения по этой проблеме.

Сами дебаты, диалог двух очень сильных людей — событие абсолютно неожиданное для российского общества. В официальном политическом поле полемики подобного рода не происходит. В непрерывных ток-шоу на телеканалах идёт забалтывание всевозможных тем. А огромное количество проблем и вовсе остаётся за пределами эфиров, да и сами транслируемые подходы ущербны. Из телевизионной сетки почти исчезла программа Владимира Соловьёва "Поединок", в ходе которой у двух оппонентов на протяжении значительного промежутка времени есть возможность высказывать свои суждения и вести концептуальный спор. Даже на "Эхе Москвы", которое кичится своим свободомыслием, таких дискуссий нет. В так называемом "Особом мнении" гость программы, будь он либерал или патриот, сталкивается с мелкотравчатыми ведущими, которые не дискутируют, а лишь мешают говорить.

Здесь Навальный продемонстрировал себя как абсолютный либерал. Для него вопрос денег, благосостояния, достатка является главным, а может быть, и единственным. Он равнодушен к таким сложным категориям русского сознания, русской политической мысли, как народ, метаистория, русское мессианство, тайна русского государства. Навальный занимается только повтором либеральных постулатов: конкуренция, независимые суды, свободные выборы и т.п.

Чего не скажешь о Стрелкове. Он, безусловно, — государственник-националист или даже государственник-империалист. Стрелков неравнодушен к той непростой и возвышенной тематике, с которой сталкивается политик, намеревающийся возглавить такую страну, как Россия. Ведь, желая взять власть в России, нельзя игнорировать такие категории, как русская тайна и русская мечта.

Но меня разочаровало в дискуссии то, что, хотя и были представлены две модели, не было показано, как их можно осуществить. А ведь самое главное — технология реализации этих моделей. Если Навальный думает, что он победит на выборах, состязаясь с Путиным, — то это смехотворно. Если Стрелков полагает, что его идеал русской государственности будет достигнут через конституционные процедуры, — это наивно. Или речь пойдёт о "революции снизу", а не о "революции сверху", о которой мечтал Стрелков. Но революционные процессы, которые очень вероятны, искривят все проекты. Революция идёт в одном направлении, а заканчивается совсем в ином ландшафте. И все модели, о которых говорили участники данной дискуссии, в результате революционной стихии могут быть биты и возникнет другая, куда более чудовищная модель, чем та, в которой мы живём. Ведь и сама власть зашла в тупик своего развития, подавшись в грубый меркантилизм.

И после этой дискуссии у меня возникло ощущение, что я увидел три тупика: стрелковский, навальновский и кремлёвский.

 

«Бывают странные сближенья…»

«Бывают странные сближенья…»

Анна Серафимова

27 июля 2017 0

В один день - поцелуи с двумя чужими женщинами! Каково?! Распутство и аморальность - вот что такое! Лишь Казанова такое себе позволял, да турецкий султан какой-нибудь. А тут! Человек православный, только из монастыря. И вообще должен подавать пример гражданам,чтобы «юноше, обдумывающему житие», мол, с кого его делать, сразу- вот тебе, юноша, пример для подражания, не Дзержинским единым. Тоже - и плащ, и кинжал… Но вместо того, чтобы пример подавать - с бабами посторонними лобызается! Да ещё при всём честном народе!

Речь о президенте. Новости программы неистовствовали: женщина на Арбате поцеловала Путина! Человек спокойно себе шёл, ни на кого не кидался. Он шёл, она кинулась- и ну целовать! А если женщина хочет поцеловать мужчину, тут любая служба охраны бессильна, что весь мир и увидел, и услышал, и изумился. А потом и возмутился: кровавая гебня! Потому что позднее выяснились пикантные подробности…

Поначалу новостные программы захлёбывались: «Президент вышел из подъезда дома на Арбате, где живет правозащитница Людмила Алексеева, которую он поздравил с юбилеем. Напротив выхода его ждали несколько десятков человек, и президент направился к ожидавшим его людям. Прохожие встретили Путина аплодисментами. Президент пообщался с ними и пожал руки нескольким прохожим. Одна из женщин поцеловала его в щёку».

Думается, женщина, простая жительница Люберец, зная, что президент нерукопожатный, как о том кричат наши либеральные каналы и американские СМИ, гадавшие, пожмёт ли Трамп руку Путину, не пожмёт ли, хитро извернулась: руку пожимать не стала, а ну –целовать человека! Вышла, что называется, из положения: и приятно, и без греха. И пусть бросит в неё  камень тот, кто скажет, что  нерукопожатному руку пожимала. Нет! Да и русским бабам волю-то только дай! Зацелуют, кого хошь! Им что ни подвернись- они то и целуют, шалуньи этакие! Причём, ни возраст, ни политические взгляды в любви и лобызаниях не помеха.

Ведь пикантность ситуации в том, что наш пострел только-только из объятий одной дамы вырвался. И уже другая перехватывает!Потому новость о поцелуе на Арбате и продержалась в хитах недолго, что поцелуям с президентом нет конца!  Телеканал «Дождь» ошеломил: Людмила Алексеева, 90-летняя юбилярша, поцеловала Путину руки! Вот она, кровавая гебня! Якобы пришёл поздравлять, а в действительности явился, чтобы унизить, заставил весьма престарелую даму руки себе целовать! Каково? И это только то, что смелый телеканал «Дождь» показал. А представляете, что осталось за кадром? Какие части тела дама вынуждена была лобызать? Знаем мы вас, сатрапы! 

Я вообще поначалу за юбиляршу, которую президент прибыл поздравить, порадовалась: на Старом Арбате жить - это вам не в Новой Москве. Тот случай, когда старое лучше нового. И значительно лучше! Это два мира- два детства в пределах одной страны и даже одного города. Да вообще, как посмотришь, все наши оппозиционеры и борцы, гонимые и претерпевающие, если не на Лазурном берегу пристроились, как Касьянов или Каспаров какой-нибудь, так на Старом Арбате. Где и претерпевают.

Вот когда одно событие вызывает в тебе, человеке с устоявшейся психикой и убеждением, что уже ничем тебяне удивить, самые разные эмоции и чувства. И удивить тебя, оказывается, можно, что простое событие- поздравление одного человека другим - и показало.

Итак, сначала я порадовалась за Алексееву, живущую за жизнь на Старом Арбате. «Ах Арбат, не мой Арбат». Далее я удивилась тому, что эта самая правозащитница ни о чём другом не сподобилась попросить, как помиловать бывшего сенатора Изместьева, у которого руки не по локоть, а по предплечья в крови, что и доказало следствие в 97 томах уголовного дела,100 обысков, 175 судебных экспертиз. Убийства, грабежи, теракты…. И это всё о нём! Вот лишь некоторые доказанные преступления: убийство  бывшего главного бухгалтера ЗАО «Башнефтехимторг» Валерия Сперанского, убийство московского нотариуса Галины Перепелкиной, покушения на ее мужа Юрия Бушуева, убийства директора по производству Ново-Уфимского нефтеперерабатывающего завода Салавата Гайнанова, сотрудника фирмы «Ронекс» Олега Булатова, председателя правления фирмы «ВМС-Октан» Василия Хитаришвили.За то или иное преступление предполагалось дать  9 лет, 15 лет, 10 лет, 18 лет, 7 лет, 4 года. И по  обвинению в терроризме  - пожизненное заключение. Что и получил

«Это бесчеловечный приговор», - был возмущён адвокат дьявола. Убивать- человечно, а сидеть пожизненно на шее налогоплательщиков-  бесчеловечно.

Но нашлись у этого дьявола защитники и посильнее.

Итак. сначала я удивилась- (за кого просит?), потом- возмутилась (за кого просит!), а затем- обрадовалась. Ведь такое странное на первый взгляд ходатайство за убийцу означает, что  в нашей стране в тюрьмах никого не осталось! И это - последний узник совести! Ведь не стала бы женщина, которой самое время подумать о душе, суетиться по каким-то меркантильным соображениям! И стало быть, если просить человеку, который «жизнь прожил ради людей», как сказал президент,больше не за кого, как за убийцу десятков человек,  то тюрьмы наши, получается -  свободны!

Вообще, не осталось, пожалуй, ни одного предателя, ненавистника Родины, перебежчика, которого бы современные власти не поздравили, не наградили, не уважили премиями. Начиная с Солженицына, и не заканчивая, к сожалению, Алексеевой.

А вот кто действительно всю жизнь посвятил людям, любимой родине, и кому следовало бы адресовать те слова, что прозвучали на Старом Арбате в адрес Алексеевой от президента: «Я вам благодарен за все, что вы делали в течение многих-многих лет для огромного количества людей в нашей стране, которые вас очень любят, благодарны вам за вашу жизнь, которую вы прожили ради людей», от властей не дождались ничего. В том числе обещанной ветеранам квартиры и машины. В 90-летие фронтовика, писателя, блестящего публициста Владимира Бушина никакой президент его не посетил, добрых слов не сказал. 

 

Путин и «Сириус»

Александр Нагорный

27 июля 2017 0

22 июля в бывшей Олимпийской деревне города Сочи прошла трехчасовая встреча президента России почти с двумя тысячами юных российских талантов в возрасте от 8 до 17 лет.

Вся эта свежая цветущая поросль нашего завтрашнего дня с большим нетерпением ожидала "недетского разговора" с Владимиром Путиным, который в своё время способствовал не только созданию образовательного центра для одарённых детей "Сириус", но и выбрал для него имя — по названию самой яркой звезды нашего ночного неба.

Зал встретил появление президента восторженным гулом и шквалом аплодисментов. А затем начал "обстреливать" его прицельными залпами вопросов. На мгновение даже показалось, что мы совместно с национальным лидером, а также с ухоженными и весёлыми школьниками на недолгое время возвратились в социальное государство под названием Советский Союз, где бесплатно светили сотни и тысячи таких "звёздочек"-детских центров, кружков и секций.

Это впечатление ещё больше усилилось, когда Путин, отвечая на вопросы ребят, подробно рассказывал, как его привели в спортивную бесплатную секцию, которая и стала фундаментом его восхождения к высотам, как он готовился к поступлению в Ленинградский университет, когда школьные учителя безвозмездно, по собственному почину помогали ему лучше изучить профильные предметы. И когда он характеризовал строение нашей Вселенной, "чёрные дыры" с галактиками, на фоне которых вся наша планета, со всеми её богатствами и красотами, — мельчайшая пылинка. И когда он описывал современную мировую политику, где надо держать ухо востро и опираться на собственную армию, авиацию и флот. И, наконец, центром этого блестящего выступления стал ответ на вопрос о самом трагическом дне в жизни российского президента. И тут Владимир Владимирович, не стесняясь и не раздумывая ни минуты, произнёс ту же фразу, что и несколько лет назад: самым чёрным днём в его жизни стал день уничтожения Советского Союза.

Так и должен был сказать питомец организации, которая обеспечивала государственную безопасность СССР и всех его союзных республик, всех его народов и народностей, которые, говоря словами "сталинского" гимна, "сплотила навеки Великая Русь". Эта формулировка подразумевала и те огромные жертвы, которые понес наш народ — как российский, так и других республик — в ходе межнациональных столкновений и развала экономик союзных республик. Зал затих и, видимо, затихла страна у телеэкранов. Ведь из признания данного факта следовала необходимость возврата к уничтоженному единству, к естественным границам и пределам традиционной "Большой России". Эти слова не были сказаны Путиным вслух, но иногда молчание красноречивее любых слов.

Однако, у многих граждан России, которые внимательно следили за этой встречей, а возможно — и у ребят, увлекающихся историей, невольно возникал вопрос: если так, то какие цели преследовал российский президент, выделив огромные средства на строительство и функционирование Ельцин-центра в Екатеринбурге, на открытие которого собрались самые отъявленные враги России из числа сторонников Гайдара и Чубайса, послы самых антироссийских стран — таких, как США, Великобритания, Польша. Где непрерывно плетутся заговоры, направленные на ослабление, раскол и уничтожение Российской Федерации. Где вырабатываются самые страшные яды, отравляющие сознание наших сограждан, особенно — молодёжи…

Вся эта двойственность, которая может быть объяснена стремлением поставить под контроль "западников", на деле способствует легализации их взглядов, их ценностей, их действий, которые сводятся к отрицанию исторического пути нашей страны, её самобытности и её цивилизационной ценности для человечества, даёт русофобам возможность нанести России очередной удар в спину именно тогда, когда ей придётся защищаться от внешней агрессии и внутренних смут…

Эта двойственность не изжита, она всё равно остаётся, и по-прежнему будет препятствовать единению народа и власти. Точно так же, как препятствуют ему запредельное социальное неравенство, коррумпированные чиновники и олигархи, вывозящие за рубеж не просто миллиарды долларов, а миллионы лет жизней, миллионы неродившихся или раньше времени ушедших в мир иной наших соотечественников. И поневоле думаешь о том, что, всё-таки, не ночную звезду Сириус веками воспевал наш народ, а светлое Солнце.

 

Капитуляция России отменяется

Капитуляция России отменяется

Сергей Михеев

27 июля 2017 0

25 июля Конгресс США должен принять согласованную с администрацией Дональда Трампа редакцию нового пакета антироссийских санкций, ужесточающую финансовые, технологические и торговые ограничения для нашей страны.

Ситуация с принятием в Америке нового пакета антироссийских санкций хороша тем, что некоторые устоявшиеся и вредные для нас иллюзии развеиваются окончательно. Все усилия нашего либерального лагеря убедить нас в том, что надо как-то правильно объяснить американцам наши интересы, что с американцами надо договариваться, что кроме Запада нечего и не с кем разговаривать, что именно Запад нам даст пропуск в хорошую и счастливую жизнь, — все эти иллюзии окончательно развеиваются. Дело здесь не в президенте Трампе, не в президенте Обаме или в так и не ставшей президентом Хиллари. Сейчас как никогда ясно, что, кто бы ни был хозяином вашингтонского "Белого дома", как бы ни шли те или иные переговоры, в целом наши интересы с американскими радикально расходятся. И главное, в чём они расходятся, — это в том, что американцы по-прежнему настроены на глобальное доминирование. А доминировать можно двумя способами — или самим становиться всё лучше и лучше, развиваться и расти, на что США уже, увы, не способны, или делать другим хуже — вот на это у дяди Сэма еще есть силы. Не те, что тридцать или даже десять лет назад, но есть.

Выводы отсюда для нашей страны просты: во-первых, ориентироваться на отношения с Западом бессмысленно; во-вторых, необходимо заниматься собственной экономикой с точки зрения возрождения независимой и в высокой степени самодостаточной экономики; а в-третьих — нужно продолжать вести суверенную политику, обеспеченную, в том числе, и силовым ресурсом. Потому что никакого другого выхода нет. Все надежды на то, что Запад нас поймёт, что он будет более гибким и менее хищным — улетучились как дым. Если мы не хотели этого понимать по-хорошему, придётся понимать по-плохому. Вот уже больше четверти века мы продолжаем пребывать в состоянии исторического поражения, вызванного нашими иллюзиями по поводу внешних партнёров. Мы не хотели и не хотим расставаться с этими сладкими иллюзиями, тем более, что есть значительный слой нашего общества, представители которого не только повторяют слово "халва", но и получили свою порцию — гораздо большую, чем та, на которую они могли рассчитывать в своё время. Правда, Запад уже включил мониторинг их действий и движения их активов — мавры сделали своё дело, мавров пора уходить. Я думаю, что режим санкций для нас полезен в исторической перспективе, а вот с тактической точки зрения — да, мы столкнёмся с определёнными сложностями. Кстати говоря, американцы могут рассчитывать на эти сложности в преддверии следующих президентских выборов в РФ и на фоне уже новых санкций ещё раз попытаться дестабилизировать внутриполитическую ситуацию в нашей стране.

Я периодически сталкиваюсь с либеральными "оппозиционерами". Они мне говорят: "Вы нагнетаете ситуацию, вы специально выдумали внешних врагов, вы разжигаете ненависть к ним, чтобы держать людей в страхе". Но разве это мы выдумали законопроект Конгресса США. Зачем, для чего новое санкционное давление? Оно направлено исключительно на то, чтобы обеспечить корыстные интересы американцев. Оно на самом деле даже к нашим отношениям с США не имеет прямого отношения. Нас вытесняют с рынка сбыта газа и нефти. Вы думаете, что если бы не было Крыма или ещё чего-то в этом роде, санкций не было бы? Это всё равно произошло бы, вопрос заключался только в поводе. Были и права геев, и права детей на усыновление за рубежом, и многое другое, что сейчас уж вроде бы забылось.

Нынешние санкции прицельно бьют по олигархам из путинского окружения, бьют по финансовой системе России, бьют по нефтяникам и газовикам. США рассчитывают, что все эти ущемлённые люди поставят ультиматум власти РФ и выкинут белый флаг — точно так же, как при Горбачёве выкинула белый флаг советская элита. Вопрос заключается в том, насколько осуществимы представления и мечты пораженцев и компрадоров? Возможна ли новая капитуляция России?

Я полагаю, что для Владимира Путина такая капитуляция невозможна, поскольку это не только полностью разрушит его образ, который так или иначе, вольно или невольно создавался все последние годы, или его личную судьбу. Это просто не в интересах тех структур, которые он представляет и возглавляет. Но в нашей "элите" — множество людей, которые связывают своё будущее и свою судьбу с судьбой "глобальной империи доллара". Тут и Кудрин, и Чубайс, и Прохоров — имя им легион.

Либералы при власти всё ещё бредят, что им дадут право голоса и привилегии в каком-то мировом правительстве или что-то вроде того.

Удастся ли этим прозападным силам сегодня чего-то в России добиться или нет? Я думаю, им будет крайне сложно это сделать, учитывая настроения нашего общества, подавляющее большинство которого понимает, что ни богатства, ни свободы никто извне нам не принесёт — наоборот, всё будет как в "лихие девяностые" или даже хуже. Покупаться на те же бусы, что и в "перестройку", никто не будет — наши потери после 1991 года были слишком катастрофическими.

Самой адекватной реакцией будет как можно жёстче и нагляднее продемонстрировать американцам, что их методы на нас не действуют, что мы не собираемся "прогибаться" под их давлением. Когда и какие конкретно шаги в этом направлении предпринимать — это уже тема для специального обсуждения. Главное — надо показать, что мы не намерены играть по их правилам. Пока, к сожалению, мы это частично показываем во внешней политике — например, на Украине или в Сирии, но совсем не показываем в экономике. Российские власти пока склоняются к выжиданию. Мне непонятно, для чего это выжидание, потому что оно может длиться годами. Долго ждали результата президентских выборов в США. Потом — встречи Путина с Трампом. Сейчас чего будем ждать — выборов президента в России? А потом что-нибудь еще понадобится? Такое выжидание не может и не должно быть бесконечным.

 

Газотурбосанкции

Газотурбосанкции

Николай Коньков

27 июля 2017 0

Немецкий концерн Siemens заявил, что четыре газотурбинные установки модели SGT5-2000, разгрузку которых в порту Севастополя в начале июля зафиксировали корреспонденты медиа-холдинга Reuters, были официально предназначены для электростанции на Таманском полуострове, перемещены в Крым незаконно и без согласования с производителем, а потому Siemens не только прекращает любое сотрудничество с российскими компаниями, но и выдвинет судебные иски против должностных лиц компании-клиента («Технопромэкспорт»), ответственных за поставку турбин на полуостров. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков отказался комментировать данную ситуацию,  заявив, что «это вопрос к компаниям, с которыми осуществляется сотрудничество».

Выдавать сложившуюся вокруг турбин Siemens ситуацию за «спор хозяйствующих субъектов», в котором совершенно отсутствует политическая составляющая, — это вроде бы в духе легендарной привычки страусов при опасности засовывать голову в песок. Ведь и ежу понятно, что политическая составляющая здесь не просто присутствует — она безусловно доминирует, и скрывать это нет никакого смысла. Не будь этой политической составляющей — зачем понадобилось бы ускоренное (и всё равно запаздывающее) строительство в Крыму двух мощных парогазовых (по 470 мВт) теплоэлектростанций, Севастопольской и Симферопольской? Тем более, что работать они будут на российском газе, поскольку собственная, крымская добыча на шельфе Чёрного моря (компания «Черноморнефтегаз») в 2016 году составила 1,644 млрд. кубометров, или 0,26% общероссийского показателя, а потребление «голубого золота» полуостровом без указанных выше ТЭС — те же 1,6 млрд. То есть резерва нет. При этом среднее потребление электроэнергии в Крыму — около 1100 мВтч, (пиковое — на уровне 1600 мВтч), и эта цифра обязательно должна увеличиваться, поскольку сейчас крымский показатель катастрофически отстаёт от федерального — около 575 кВтч/чел. против 7094 кВтч/чел. Да, Крым — это в основном не промышленная, а санаторно-курортная зона, киловатт-часов здесь нужно меньше, но для обеспечения более-менее приемлемого уровня жизни на полуострове, да еще с учётом туристического потока (а потенциальная «ёмкость» Крыма достигает 20-25 млн. человек, при «традиционных» 5-6 млн. человек за сезон и рекорде 1988 года в 9,8 млн. человек), нынешний показатель энерговооруженности должен быть увеличен минимум втрое. И — что критически важно! — не зависеть от поставок электроэнергии из Украины.

Достичь этой цели максимально быстро и дёшево позволяет только использование ПГУ-ТЭС, почти вдвое, до 60%, повышающих КПД энергетической установки, а технологиями создания газовых турбин необходимой (свыше 150 мВт) мощности обладают в настоящее время только американская General Electric и немецкая Siemens, которая, к тому же, наладила их совместное с ПАО «Силовые машины» производство на территории РФ (ООО «Сименс Технологии Газовых Турбин»). Так что приезда этого санкционного «контрафакта» на полуостров наши западные «партнёры» ждали — имеются не только фото корреспондентов Reuters, но даже съёмки с американских космических спутников — и тут же его «раскрутили» не хуже, чем прибытие советских ракет на Кубу 55 лет назад, во время пресловутого «Карибского кризиса». Тем более, что вся эта шумиха идеально «ложится» под новый пакет антироссийских санкций, который должен быть утвержден конгрессом США 25 июля, и создаёт серьёзные проблемы не только для корпорации Siemens, которая давно и успешно работает в РФ (включая проекты модернизации российских железных дорог), но и для всей немецкой и в целом европейской экономики (в том числе — через запрет на финансирование банками ЕС строительства газопровода «Северный поток-2»).

Конечно, представители официального Берлина уже заявили о том, что в случае прнятия нового пакета антироссийских санкций со стороны США в Европе не будут, как раньше, автоматически их повторять, но администрация Трампа настолько активно изолирует Германию даже в рамках ЕС, а «киты» немецкой экономики настолько уязвимы для американского давления, что вряд ли эти слова могут быть подкреплены делами — тем более, что власти ФРГ, комментируя скандал вокруг сименсовских турбин, уже признали принципиальную необходимость ужесточения санкций против нашей страны. То есть заняли привычную и весьма слабую позицию «применительно к подлости».

Трудно сказать, насколько случайным является данное стечение обстоятельств — возможных вариантов здесь великое множество, вплоть до того, что Трамп в Гамбурге договорился с Путиным о совместных действиях по «германскому вопросу» накануне предстоящих 24 сентября выборов в бундестаг. Если к тому времени с американской подачи начнутся давно ожидаемые проблемы у Deutsche Bank или у других немецких финансовых организаций, то Ангеле Меркель придётся покинуть канцлера и уйти в отставку, причём далеко не почётную.

 

Пролёт рубля

Пролёт рубля

Олег Щукин

27 июля 2017 0

кому и зачем это нужно?

Российское общество усиленно накачивают негативной информацией. Причем не только снаружи, где голодно щелкают зубами разномастные "товарищи волки" из стаи "коллективного Запада", но и изнутри. Современная Россия, оказывается, не только вымирает, но и беднеет одновременно. Не главные банкиры-олигархи, конечно, но в целом, как страна.

Например, Центробанк России сообщил, что национальный счет текущих операций во II квартале 2017 года "ушёл в минус" — впервые с 1998 года, то есть почти за 19 лет. Тогда, напомним, "внезапно" случился крах "пирамиды" ГКО с дефолтом и почти трехкратным падением курса национальной денежной единицы к доллару США. При этом Роскомстат, опираясь на данные того же ЦБ, рапортует, что сальдо внешнеторгового баланса в январе–июне было не просто положительным, составив 59,1 млрд. долл., но и почти на треть большим, чем за аналогичный период прошлого года, когда оно было на уровне 44,7 млрд. долл.

Данные за апрель–июнь тоже показывают внешнеторговый профицит в 18,139 млрд долл. Значит, если дефицит показан на уровне 3 млрд. долл., вывоз капитала за рубеж (юридическими и физическими лицами) по другим статьям текущего счета составил более 21 млрд. долл. Конечно, сказались и крупные выплаты российских корпораций по внешним кредитам, и усилившиеся туристические потоки наших сограждан за рубеж. Но, похоже, не это главное.

Главное — правительство Медведева уже "запланировало" к концу текущего года девальвацию национальной валюты до 68-70 рублей за доллар, то есть примерно на 15% за полгода, и об этом уже заявил министр экономического развития РФ Максим Орешкин.

При этом ключевая ставка Центробанка РФ была снижена за II квартал 2017 года с 10%: до 9%, а учётная ставка Федрезерва США — наоборот, повышена с 0,6-0,75% до 1-1,25%. Нетрудно быть семи пядей во лбу, чтобы удостовериться в том, что даже 1% в долларах на ближайшие полгода будет больше, чем 9% в рублях. Вот и побежали все капиталы из России в Америку. Тем более, что, судя по опыту прошлых лет, намеченная правительством девальвация вряд ли окажется равномерной и плавной, а будет идти "скачками", в ходе которых вполне вероятны провалы до 80 "деревянных" за один "вечнозеленый" или даже выше. Это будет та самая "мутная вода", где обычно и ловят свою золотую рыбку крупные финансовые спекулянты, в том числе транснациональные, и они уже сейчас "зашортили" свои рублевые позиции, то есть готовы скупать валюту за рубли.

Но к этому "празднику жизни", кажется, будут допущены, согласно афоризму Виталия Кличко, "не только лишь все — мало кто сможет это сделать". Что подтверждается "сенсационным" демаршем сразу восьми российских банков, входящих в топ-30: Сбербанка, ВТБ, ВТБ 24, Альфа-банка, Газпромбанка, Россельхозбанка, Бинбанка и ФК "Открытие", которые заявили о своём выходе из Ассоциации российских банков (АРБ) и создании собственного "картеля" под эгидой ЦБ России (ожидается, что эту структуру возглавит Георгий Лунтовский, который с 2005 года был зампредом Центробанка — сначала у Сергея Игнатьева, а затем у Эльвиры Набиуллиной).

Напомню, что ЦБ активно продолжает "санацию банковского сектора", в течение четырех лет лишив своих лицензий за различные нарушения почти половину российских банков. Правомерность таких действий никто никогда всерьёз под сомнение не ставил, удивляло разве что принципиальное отсутствие судебных разбирательств с акционерами и топ-менеджментом (немногие исключения здесь только подтверждают общее правило). Но вот сейчас, когда "под раздачу" попал банк "Югра", также входящий в топ-30 российских банков, за него вступилась — кажется, впервые! — Генеральная прокуратура РФ. И не исключено, что коллизии подобного рода теперь будут всё чаще возникать и на федеральном, и на региональном уровнях, имея не только финансово-экономические, но и социально-политические последствия. Всё это — в преддверии президентских выборов 2018 года, между прочим.

Можно с высокой долей уверенности предположить, что подобные — и весьма рискованные — действия ЦБ были согласованы с Кремлем. А значит, риск в данном случае по каким-то причинам оправдан. Но по каким именно?

Прежде всего, это может касаться вероятных источников "альтернативного" финансирования антипутинской оппозиции через посредство коммерческих банков. Сигнал им послан достаточно внятный и весомый. Кроме того, "проседание" обменного курса рубля будет сопровождаться ростом цен и падением уровня реальных доходов населения, но "с электоральной" точки зрения, оно некритично и вполне может быть компенсировано в конце 2017–начале 2018 года — так, чтобы избиратели пережили смену падения последующим взлётом. Наконец, объём депозитов физических лиц в российской банковской системе достиг отметки в 24,2 трлн. рублей, это почти 150% расходной части федерального бюджета 2016 года. В условиях тотальной войны "коллективного Запада" против России — пусть даже "гибридной" и не объявленной официально — подобного рода действия, наверное, можно рассматривать как своеобразные аналоги "сталинских займов" времен Великой Отечественной.

 

Мегамашина

Странное совпадение — три ведущие государства Европы: Англию, Германию и Францию, — в настоящее время возглавляют политики, чьи фамилии начинаются на букву "М". Тереза Мэй, Ангела Меркель и Эммануэль Макрон. Такая вот европейская "МММ" получается. Но, в отличие от братьев Мавроди, согласия в этой "тройке" не больше, чем у басенных лебедя, рака и щуки. Хотя, казалось бы, общий водоём для них был вполне подходящий, и свой воз туда они вроде бы давным-давно затащили. Но нет. Даже нельзя сказать, что концепция "единой Европы" переживает кризис, — похоже, она уже просто мертва, и те силы, которые привели к власти в США Дональда Трампа, договариваются о разделе наследства Евросоюза. В 1991 году точно так же был разделён СССР, и тогда нынешняя ЕС не просто "получила свою долю" — она во многом выросла на советском "комбикорме". Начиная с того, что ГДР стала её частью автоматически, в рамках "объединения двух Германий", а фактически — аншлюса, осуществлённого ФРГ при содействии СССР и США 3 октября 1990 года, то есть еще до заключения Маастрихтского договора 1992 года, преобразившего Европейское экономическое сообщество в Евросоюз. Дальнейшее расширение "единой Европы" шло, в основном, за счёт ранее нейтральных или входивших в советскую "зону влияния" стран. Огласим весь список. После 1 ноября 1993 года (кстати, к этой дате, на мой взгляд — далеко не случайно, оказался приурочен и "черный октябрь" в Российской Федерации, устранивший возможность реинтеграции "постсоветских" республик) к 12 "старым" государствам-членам ЕС присоединилось 16 "новых". С 1 января 1995 года — Австрия, Финляндия и Швеция. Затем, с 1 мая 2004 года — Венгрия, Кипр, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия, Словения, Чехия, Эстония. 1 января 2007 года членами ЕС стали Болгария и Румыния, а 1 июля 2013 года — Хорватия. Таким образом, сейчас в Евросоюз входят три бывшие республики СССР, две — ЧССР и две — СФРЮ, а также четыре государства, ранее входившие в СЭВ и Варшавский договор, то есть сегодня почти на 2/5 своего списочного состава ЕС состоит из бывших "стран социализма". Разумеется, их доля в экономике и финансах "единой Европы" намного меньше этой величины, не говоря уже о политическом влиянии, и они, в основном, играют роль "внутренних колоний" ЕС, прежде всего — для Германии.

Теперь посмотрим на то, где проходят "линии разлома" внутри ЕС. Первой такой линией, несомненно, стал пресловутый "брекзит" по итогам британского референдума 23 июня 2016 года, также далеко не случайно совпавший с победой нью-йоркского миллиардера Дональда Трампа на праймериз Республиканской партии. Этот сенсационный успех человека, впоследствии ставшего 45-м президентом США, был проявлением того же тренда, что и не менее сенсационный выход из состава "единой Европы" Соединенного Королевства. Само выдвижение Трампа означало альтернативу курсу глобалистов-"неоконов" на сохранение "атлантической солидарности" за счёт нового раунда ограбления "третьего мира", прежде всего — Китая и России, с переориентацией на Европу и — частично — "нефтяные монархии" Большого Ближнего Востока. Разумеется, в Лондоне не хотели и не могли позволить себе оказаться в качестве "экспроприируемых экспроприаторов" — поэтому Её Величество Елизавета II и "дала добро" на "брекзит".

Но это бегство из подлежащей разделке Европы было только "первым звонком" предстоящего действа — второй, двойной, прозвучал совсем недавно, и колокольчик был уже в руках Дональда Трампа. Сначала, 6 июля, накануне гамбургской встречи лидеров G20, он посетил Варшаву, где принял участие в "саммите Трёх морей" — явно прокатолического проекта с участием сразу 11 государств ЕС: Австрии, Болгарии, Венгрии, Латвии, Литвы, Польши, Румынии, Словакии, Словении, Хорватии и Чехии. Явным "локомотивом" здесь выступает Польша, а "серым кардиналом" — Австрия.

В Гамбурге 7-8 июля президент США, помимо переговоров с Владимиром Путиным, еще сильнее обозначил свои антипатии с бундесканцлерин Ангелой Меркель, а 13 июля нанёс официальный визит в Париж, после которого новый президент Франции Эммануэль Макрон также дистанцировался от Берлина. В результате обозначился вероятный раздел "старого" ЕС по линии казавшегося прочным франко-германского союза, который может распасться с образованием "романской" (Франция, Италия, Испания, Португалия, Мальта) и "немецкой" (ФРГ, Голландия, Бельгия, Дания, Люксембург, возможно — Швеция, Норвегия и Финляндия) зон влияния. Принадлежность Ирландии, Кипра и Греции оказывается под вопросом, но существенного значения он не имеет.

Самый ценный "приз" тут, несомненно, — Германия с её производственными и финансовыми активами, включая ежегодный торговый профицит в 200-250 млрд евро. Именно его намерены получить те силы, которые стоят за Трампом. Одновременно под ударом окажутся и страны, входящие в "немецкую" зону влияния. Германия, как губка, впитала в себя за последнюю четверть века триллионы долларов — теперь её намерены выжать досуха. Дополнительный смысл в этой операции состоит в том, что таким образом вероятная "континентальная ось" Пекин―Москва―Берлин утратит свою актуальность.

 

На холостом ходу

На холостом ходу

Владимир Литов

27 июля 2017 0

полемические заметки о российской внешней политике

Российская внешняя политика, в отличие от внутренней, пользуется очевидными симпатиями как в нашей стране, так и за рубежом. Но насколько они прочны и долговечны? Что осталось, например, от широкой популярности сначала Горбачёва, а затем Ельцина? И где их заоблачные рейтинги? Конечно, во внешнеполитической сфере провалы и просчёты, в силу её специфики, не так очевидны, как в экономике, но рано или поздно их пагубные последствия станут явными даже для далёких от политики людей. Правда, на фоне высокомерно-гегемонистской политики США и их союзников по НАТО, грубо попирающих нормы международного права и законные интересы других стран, российская дипломатия выглядит куда более реалистичной, широкие симпатии вызывает и её миротворчески-переговорная активность, безбоязненное и хлёсткое обличение двойных стандартов Запада. Но конечная эффективность её действий определяется не этой активностью и обличениями, а их "сухим остатком", то есть реальными результатами. И здесь картина совсем иная.

Всего три с небольшим года назад соседняя Украина была вполне лояльным России государством, несмотря на периодически возникавшие конфликты и разногласия, Сегодня она стала самой враждебной ей страной в мире и послушным инструментом русофобских кругов на Западе, стремящихся подорвать и расчленить ненавистное им в течение уже многих веков государство. Это очевидный факт. Совсем недавно мирная Сирия, единственный оставшийся надёжный союзник России на Ближнем Востоке, в результате гражданской войны сильно ослаблена и раздроблена, да и саму эту войну, несмотря на периодические перемирия и создание зон безопасности, нельзя считать завершённой. Это тоже очевидный факт. Пять-шесть лет назад Запад, мягко говоря, всегда недружественно относившийся к России, не распространял свою враждебность на сферу экономических связей. Сегодня в дополнение к уже введённым санкциям вводятся всё новые, причём со стороны США, где их новоизбранный президент совсем недавно давал понять, что изменит к лучшему отношение к России. И это тоже, увы, очевидный факт. Налицо не просто серьёзное, а провальное ухудшение стратегических позиций нашей страны на ключевых рубежах. Какова же реальная итоговая цена активизации миротворчески-переговорных усилий российской дипломатии в последние годы и высокого рейтинга тех, кто эти усилия определяет и направляет? Оправдано ли возведённое чуть ли не в аксиому даже в оппозиционной печати противопоставление "разумной" и "реалистичной" внешней политики российского руководства проводимому им же прозападному либеральному экономическому курсу, вызывающему, как показала недавняя прямая линия с президентом, уже не протесты, а открытое возмущение большинства россиян? Не идёт ли здесь речь о разных ипостасях одной и той же политики, ведущей к прогрессирующему ухудшению как экономических, так и внешнеполитических позиций страны?

На это сразу же возразят, что такое ухудшение было неизбежным в условиях, когда Россия, покончив с наследием горбачёвско-ельцинского периода, встала на путь активной защиты своих национальных интересов, что, естественно, вызвало ответную враждебную реакцию Запада, прежде всего США. Однако по поводу этой неизбежности, так же как и активности (реальной, конечно, а не показной), возникают большие сомнения. В политике, как и в повседневной жизни, важно не только то, что делается, но и как делается. Любое правильное решение можно скомпрометировать, а то и полностью провалить неправильным выполнением, превратив потенциальные плюсы в реальные минусы. Что, к сожалению, и происходит.

Не только нейтрализовать, но и обратить в пользу России спровоцированный западными спецслужбами майданный переворот в Киеве можно было, по крайней мере, дважды. Активной поддержкой состоявшегося в конце февраля 2014 года в Харькове всеобщего депутатского съезда юго-востока Украины. Съезд был готов "отмежевать" этот самый промышленно развитый регион "незалежной", дающий более чем 80% её бюджетных доходов, от захвативших власть в Киеве в результате государственного переворота русофобски настроенных ставленников Запада. Пресечь наглое попрание волеизъявления проживающих на юго-востоке Украины людей (которое они выразили на предыдущих президентских выборах), можно было и вводом на Украину по просьбе законного правительства Януковича ограниченных контингентов российских войск. Подобные действия, направленные на прекращение анархии и бандеровского террора, развязанного националистическими бандами при фактической поддержке марионеточных киевских властей, также полностью соответствовали нормам международного права и отвечали жизненным интересам большинства украинского народа.

Наконец, третий, вполне реальный и, кстати, не утративший своей актуальности вариант, кардинально укреплявший позиции России в жизненно важном для неё соседнем регионе. Раз уж официально заявили на весь мир об активной поддержке русскоязычного населения Новороссии и недопустимости расправ с ним бандеровских националистов, так надо было и оказать ему такую решительную поддержку. И не скрытно-боязливо, с оглядкой на Вашингтон, Лондон или Париж, а прямо и открыто, вплоть до официального признания результатов свободного волеизъявления населения областей юго-востока. Не ограничиваясь, как это происходит сейчас, половинчато-нерешительной поддержкой восставшего Донбасса. Ну, а для того, чтобы это волеизъявление было действительно свободным и защищённым от административного произвола и бандеровского террора, надо было ввести на территорию этих областей российский воинский контингент. Естественно, лишь в случае необходимости и временно, до формирования новых органов власти. "Замахнулся — бей!". "Начал — доводи до конца". Колебания и нерешительность воспринимаются западными державами как слабость, а со слабыми в политике не церемонятся — наоборот, начинают давить сильней и предъявлять всё новые требования, что, кстати, и происходит.

Однако ни один из перечисленных выше вариантов не был реализован. Хотя любой из них не только восстанавливал геополитические позиции России на важнейшем направлении, но и способствовал развитию её экономики — как-никак, кооперационные связи с украинскими предприятиями, особенно в сфере ВПК, складывались десятилетиями, их разрыв сильно вредит обеим странам. Почему же это не было сделано? Верх взяли, судя по всему, опасения неизбежного развязывания гражданской войны в случае решительных действий России и ответных "жёстких" санкций против неё Запада. Но в итоге получили и гражданскую войну, и те же санкции, причём в гораздо худшем варианте. Что и понятно: сопротивление раненого, недобитого зверя, в данном случае — бандеровского национализма, куда опасней. Что же касается вроде бы "миротворческих" минских соглашений, то они, не принеся никакого мира, не говоря уже о справедливом урегулировании, стали всего лишь формой легитимации преступного и по своей сути русофобского киевского режима. Поневоле согласишься с лондонским журналом "Экономист", заметившим как-то, что характерной чертой "новой" внешней политики России, в отличие от политики Советского Союза, стало неумение воспользоваться благоприятными для неё обстоятельствами. Тут остаётся лишь добавить, что это неумение ведёт к возникновению новых, куда более опасных проблем, которые затем тому же российскому руководству героическими усилиями придётся преодолевать…

Ссылаются, правда, на риск мировой войны, если Россия, проявляя решимость и волю в защите своих соотечественников на Украине, открыто поведёт дело к свержению русофобского, а по сути своей — и антиукраинского режима в Киеве. Однако ни США, ни Западная Европа не пойдут на большой конфликт с Россией ради презираемых ими киевских марионеток — тем более что проблем у них и без того, как говорится, выше крыши. Да и сама Украина им нужна лишь как инструмент ослабления российского государства. Как только такая возможность исчезнет, сколько-нибудь серьёзный интерес к "незалежной" будет потерян.

Что касается решимости бандеровских политиков и боевиков защищать националистический режим, то она во многом показушная, сами же они представляют реальную силу лишь в условиях полной безнаказанности и массовой утраты доверия к бездарному и коррумпированному киевскому режиму. Всю эту распоясавшуюся банду быстро скрутили и пересажали бы местные власти и силовики при активной помощи населения, уставшего от тотального бардака и произвола, да ещё на фоне падающего уровня жизни. Власть и спецслужбы всегда становятся на сторону реальной силы, тем более в условиях симпатии к ней большинства населения. Крым показал это вполне убедительно, а настроения большинства людей на юго-востоке Украины мало чем отличаются от отношения к бандеровскому режиму жителей полуострова.

И это не апология "силового" варианта — это констатация сложившейся на сегодня объективной реальности. В современном мире, где правят бал своекорыстные интересы влиятельных олигархических группировок, готовых на всё ради своих прибылей и выгод, зацикленность российской дипломатии на переговорной говорильне, на бесконечных призывах к "разуму" и "реализму" там, где давно надо было применить решительность и силу, воспринимается западными политиками как слабость и мягкотелость с неизбежным ужесточением своих позиций. И наоборот: именно использование в необходимых случаях вооружённой силы создаёт твёрдую почву для последующего мирного урегулирования и достижения конкретных соглашений. Военная сила в этом случае куда эффективней дипломатической. Те же самые хвалёные и якобы "безальтернативные" минские договорённости стали возможны лишь после военного поражения киевского режима, пытавшегося вооружённой силой вернуть Донбасс.

О Сирии даже говорить нечего. Без военной поддержки России режим Асада не сумел бы выдержать напора исламских боевиков, поддержанных Западом. И сегодня там российские военные вполне успешно ведут переговоры, выполняя роль посредников между правительством и вооружённой оппозицией. В то же время деятельность самой российской дипломатии здесь вряд ли можно назвать продуктивной. Сирийские правительственные войска в своё время вполне могли добить разрозненные и слабые отряды вооружённой оппозиции. Однако "миротворческие" передышки и переговоры с ней, а фактически с её западными покровителями, поддержанные российской дипломатией, постоянно давали бандитам передышку и возможность нарастить свои силы, что, по сути, повторяется и до сих пор.

"За один возврат Крыма надо поставить памятник", — прозвучало на одном из популярных телевизионных ток-шоу, посвящённых российской внешней политике. С памятником, однако, стоит повременить. Если оценивать ситуацию с геополитических позиций, то ещё не ясно, перевешивают ли пока не очень-то ощутимые плюсы от присоединения Крыма весьма болезненные минусы долговременной, судя по всему, враждебности к России со стороны Украины с её пробандеровски настроенными руководителями. Скорее всего, минусов будет побольше.

Есть тут и другой аспект. С военно-технической точки зрения присоединение Крыма действительно было проведено "вежливыми людьми" безупречно, тут спору нет. А вот политически… Исконно российский полуостров в создавшихся после бандеровского переворота условиях можно и нужно было возвращать с сохранением систем его жизнеобеспечения, для чего вполне достаточно было разместить для их охраны в соседних украинских областях ограниченные российские воинские контингенты. Естественно, с их выводом после подписания конкретных международно-правовых соглашений, гарантированных как самим киевским режимом, так и его западными покровителями. Представить эту чисто гуманитарную проблему, касающуюся жизни сотни тысяч людей, как проявление российской агрессивности было бы затруднительно даже для русофобских западных СМИ. Ничего подобного, однако, сделано не было. В результате восстановление таких систем тяжёлым бременем легло на российский бюджет, а населению полуострова пришлось столкнуться со всевозможными неурядицами, не преодолёнными до сих пор.

Словом, куда ни кинь — всюду клин. Всюду очевидные тактические преимущества сводятся на нет, а то и оборачиваются куда более ощутимыми минусами — неизбежное следствие того, что они не были подчинены продуманной долгосрочной стратегии. Она отсутствует до сих пор. Как и идеология современного российского государства, которая должна вобрать в себя все его геополитические, духовные, исторические, культурные и иные особенности и которая, в конечном счёте, и должна определять эту стратегию. Когда она появится, тогда и начнутся реальные крупные, а не эфемерные, во многом показные успехи и рейтинги. Эти успехи и рейтинги во многом основываются на пиар-активности, энергии и уверенных монологах российских переговорщиков, постоянно воспроизводимых ведущими телеканалами. Но политика куда сложнее бизнеса; хватки и "эффективных менеджеров", способных лишь решать конъюнктурные вопросы, но не умеющих хоть немного заглянуть вперёд, тут явно недостаточно.

Давление на внутреннюю и внешнюю политику со стороны прозападно настроенной олигархической элиты — вот что тормозит развитие страны и восстановление её позиций на международной арене. Она, эта элита — точнее, большая часть таковой — давно уже не верит в свою страну и связывает своё будущее с Западом, куда, естественно, сразу же переберётся, как только почувствует реальную угрозу своим интересам. И если первое всё чаще маскируется обильной "патриотической" фразеологией, то второе находит открытое выражение в столь же постоянно выражаемых, сколь и утопичных надеждах на то, что этот русофобски настроенный Запад рано или поздно образумится, поймёт выгоды от взаимодействия с Россией и встанет на путь равноправного сотрудничества с ней.

"Думаю, что и в США, и в России есть достаточно здравых людей, которые смогут отделить зёрна от плевел и руководствоваться коренными, неконъюнктурными интересами наших народов, наших стран и всего международного сообщества". Знакомая погудка, её на разные лады повторяли "перестройщики" Горбачёв с Шеварнадзе, а затем "реформаторы" Ельцин с Козыревым. Ещё десять лет назад в своей известной мюнхенской речи В. Путин убедительно показал иллюзорность этих расчётов. И события всех этих лет служат сплошным подтверждением его оценок. Однако вышеприведённое высказывание, принадлежащее нынешнему министру иностранных дел России С. Лаврову и относящееся к возможностям налаживания сотрудничества с новым американским президентом Д. Трампом, показывает, что до отказа на практике от этих либеральных иллюзий ещё далеко и что они, эти иллюзии, по-прежнему во многом определяют действия российского внешнеполитического ведомства с соответствующими практическими результатами.

"Мы не нарушаем суверенитета и не вмешиваемся во внутренние дела Украины, как и других независимых государств", — гордо заявляли и до сих пор заявляют с высоких трибун российские политики и дипломаты. Но Украина — это не Бельгия, не Голландия и даже не Литва с Польшей. Она — неотъемлемая часть русского мира, подходить к ней с позиций "чистого суверенитета" было бы полным разрывом с объективной реальностью.

Совсем недавно Россия была вместе с Украиной в составе единого государства. Оба славянских народа связывает не только многовековое прошлое, но и тысячи сегодняшних экономических, гуманитарных, культурных и иных уз. Российские политики обязаны были сделать всё, чтобы сохранить эти отношения, отвести нависшую над братским народом угрозу нацистско-бандеровского порабощения. А их волновали только доходы от газовой "трубы". Было просто необходимо, если уж на то пошло, вмешиваться в украинские дела: готовить своих людей, работать с русскоязычной диаспорой, усиливать своё культурно-идеологическое влияние… Но подобной работой, как это ни парадоксально, занимались американцы и их западные союзники, не обращавшие никакого внимания на священные и неприкасаемые для российских политиков и дипломатов нормы международного права. Они бесцеремонно вмешивались во внутренние украинские дела, давили по всем направлениям, не жалея ни денег, ни средств на разжигание русофобских настроений, а главное — продвигали на высшие посты своих людей. Результат очевиден всем. Сегодня через своих ставленников Вашингтон фактически управляет далёкой и чуждой ему страной, натравливая её на своего геополитического соперника, получив при минимальных расходах позиции, которые завоёвываются в результате многолетних кровопролитных войн. А близкая и братская Россия, у которой, казалось, в руках были все козыри, чтобы не допустить этого, стала для киевских властей смертельным врагом. За либеральные иллюзии во внешней политике приходится платить ещё большую цену, чем за такие же иллюзии во внутриэкономической. Теми же десятками миллиардов народных средств, которых так не хватает для решения обостряющихся экономических и социальных проблем. И эти и без того огромные суммы возрастают. Как оценить после этого работу российского внешнеполитического ведомства?

И трудно понять тех, кто определяет его деятельность, когда вместо реальных подходов к урегулированию острейших конфликтов они с каким-то непостижимым упорством создают дополнительные преграды и трудности на пути их урегулирования. Например, привлекают для решения проблем единого русского мира "генетически" враждебных ему чужаков — ту же Германию и Францию, не говоря уже о согласии присоединить к ним ещё и США. Зачем предоставлять нацистскому киевскому режиму дополнительные подпорки, создавая себе лишние осложнения? Подыграть Трампу? Но он, как жёсткий прагматик, считается лишь с силой и любую одностороннюю уступку воспринимает как слабость, пытаясь выторговать у "слабака" новые. Разве отсутствие зеркальной реакции России на высылку её дипломатов из США и ареста её собственности не говорит об этом? Была бы зеркальная реакция — и собственность бы давно отдали, и новых дипломатов приняли. Это не говоря уже о том, что не благородные авансы, а жёсткость и твёрдость по отношению к Трампу укрепят его позиции в самих США, поскольку выбьют почву из-под обвинений в "подозрительных" симпатиях к нему со стороны России. В российском МИДе, однако, продолжают руководствоваться горбачёвско-козыревской логикой задабривания и умасливания своих якобы потенциально дружественных партнёров. Жадно ловя любые их "тёплые" высказывания в адрес российского руководства…

Насколько "объективным" и "честным" посредником может быть в урегулировании украинской проблемы Вашингтон, организовавший "майданный" переворот? Такой подход является оскорблением и унижением нашей страны, да и всего русского мира. Россия же не лезет со своими посредническими миротворческими услугами на Корсику, в Северную Ирландию, Каталонию, другие регионы зарубежных стран, где возникают аналогичные конфликты. А Украина нам не менее близка, чем Корсика французам, или Северная Ирландия англичанам. В нашей стране чуть ли не каждый второй связан с Украиной родственными, приятельскими, служебными и иными связями. Кстати, это серьёзный, без всякого преувеличения, политический ресурс, который, к сожалению, до сих никак не использует российская дипломатия, буквально зацикленная на заведомо бесплодных контактах с западными "партнёрами" и "друзьями".

Или взять те же минские договорённости. Развитие событий показало, что в силу "генетической" противоположности позиций сторон и особенно — вызывающе обструкционистской позиции Киева они не работали, не работают и не будут работать вообще. Тем не менее в Кремле и на Смоленской площади по-прежнему уверяют, что их соблюдение — единственный путь урегулирования острейшего конфликта. Нет ли здесь параллелей с уникальной по зашоренности и оторванности от реальной жизни позицией российских либералов, твердящих о "безальтернативности" своего обанкротившегося "макроэкономического" курса?

Ставка на заведомо бесплодные уговоры, призывы и увещевания в рамках "минского процесса" отвлекает от действительно эффективных для решения затянувшегося и крайне опасного для России конфликта шагов. Узколобо-националистический курс киевского руководства настраивает против него поляков, венгров, румын, другие национальные меньшинства, проживающие на западе страны. Почему бы не объединить усилия с дипломатией соседних с Украиной стран в отстаивании их неотъемлемого права на автономию, а если потребуется — и на присоединение к государствам своих соотечественников на основе соответствующего волеизъявления? Имея в виду поддержку этими государствами той же позиции по отношению к населению юго-востока Украины. Увы, такое направление действий также считается российскими политиками недопустимым в силу пресловутой "легитимности", то есть непоколебимой святости норм международного права, которые Россия в любых ситуациях и обстоятельствах обязана соблюдать. А почему по отношению к нелегитимному киевскому режиму, постоянно и грубо нарушающему общепризнанные права нацменьшинств, возможны только легитимные подходы? И соблюдают ли общепризнанные нормы США, Великобритания, да и другие западные державы, когда речь идёт об их стратегических интересах? Ведь это факт, что соблюдение Россией этих норм в ущерб своим интересам воспринимается ими не как свидетельство принципиальности и силы, а как проявление уступчивости и слабости, что позволяет Западу ужесточать свои позиции.

Правящая элита практически любой страны, привыкшая к устоявшейся ситуации, к связанным с ней привычным выгодам и преимуществам, с настороженностью, а то и с враждебностью относится к радикальным переменам и реформам, даже когда те отвечают её интересам. Отчаянное сопротивление нынешнему главе Белого Дома, защищающему стратегические интересы американского бизнеса — сродни такой же обструкции Рузвельту, Кеннеди, Черчиллю, де Голлю, да и другим западным политикам, осмелившимся пойти против течения ради укрепления краеугольных позиций истеблишмента своих стран. В России, похоже, то же самое. Нужны незаурядная решимость и воля, чтобы выйти из устоявшегося, привычного, но блокирующего развитие страны "макроэкономического" курса внутри страны и окончательно избавиться от либеральных иллюзий во внешней политике, ослабляющих и подрывающих её геополитические позиции. Но выходить всё равно придётся. Без этого колёса внешнеполитического ведомства России так и будут прокручиваться на холостом ходу.

 

Фальшивомонетчики истории

Фальшивомонетчики истории

Владимир Бушин

27 июля 2017 0

поклёпы на Родину продолжаются

Сплошь и рядом нынче поносят Сталина и нахваливают Гитлера. Особенно изощряются в этом в разного рода телепередачах.

Странным образом антисоветским рупором выступает Институт международных отношений (МГИМО), выпускающий видных антисоветчиков.

Если кто помнит, при Ельцине был у нас министром иностранных дел некий субъект, именовавший себя Андреем Козыревым. Он потомственный дипломат, питомец МГИМО, а родился в Брюсселе. Так ему и полагалось по рождению быть у нас министром американских дел, в Америке он ныне и пребывает. Да разве он один?

Мне могут сказать: нехорошо, рассказывая о ком-то, шутки шутить по поводу его внешности, фамилии, образования и т.п. Конечно, конечно. Но ведь это лишь в том случае, если имеешь дело с честным оппонентом или добросовестным противником. А тут?.. Как быть, когда, скажем, киргизский еврей Швыдкой заявил, что "русский фашизм хуже немецкого"; когда его собрат Сванидзе обозвал 20-миллионный Комсомол "гитлерюгендом"; когда их братан Минкин терзается вопросом: "А вдруг лучше бы было, если б не Сталин Гитлера победил, а Гитлер — Сталина? И не в 45-м году, а в 41-м!"; когда Новодворская, не так давно отбывшая в лучший мир с пропуском президента в виде соболезнования, заявляет: "Русская нация — раковая опухоль человечества… Я вполне готова к тому, что придётся избавляться от каждого пятого" (то есть, как Чубайс, она готова была избавиться от 25-30 миллионов русских); когда от Леонида Гозмана вся страна слышит: "Советский СМЕРШ — это гитлеровское гестапо и СС вместе"!; когда Сын Юриста, как прибежавший из Африки бегемот, вопит: "Мы, дети юристов, за русских! Мы за бедных!.. Коммунисты отобрали у меня фабрики. Я буду их всех вешать!.. расстреливать!!. давить!!!"; когда Михаил Веллер, эстонский сочинитель 233 книг, живущий в Москве, выдаёт: "Советские генералы — тупые сволочи…Если Жукова пристрелили бы с самого начала, то толку было бы больше… Поскольку в великой стране, победившей в великой войне (под командованием тупых сволочей — В.Б.), должен же быть великий полководец, вот тупой Жуков и был назначен на эту должность" (и никто не спрашивает, как тупую сволочь из Эстонии назначили на должность русского писателя). Когда Дмитрий Быков, писатель более знаменитый, чем художник Коровин, внушает: "Разговоры о российской духовности, исключительности и суверенности озна­чают на самом деле, что Россия — бросовая страна с безнадёжным населением… Большая часть российского населения ни к чему не способна. Российское население неэффективно. Надо дать ему возможность спокойно спиться или вымереть от старости"; когда Людмила Улицкая, тоже писательница многих книг, твердит: "Я уже не раз это говорила, нам очень повезло: Альберту Швейцеру пришлось покупать билет, бросить Баха и ехать лечить грязных, больных дикарей. Нам никуда не надо ехать, достаточно выйти из подъезда — и вот мы уже в Африке"; когда Виктор Шендерович поучает друзей: "Наша проблема в том, что нелюдей мы тоже числим людьми — и оцениваем их в человеческой номинации… Мы ошибочно полагаем, что относимся с ними к одному биологическому виду. Например, еврей Евгений Григорьевич Ясин и русский Дмитрий Константинович Киселёв с телевидения относятся к разным биологическим видам. Так вот, мы должны предпринять срочные меры для сохранения своего вида в неблагоприятных условиях"… Как тут быть? А вот что говорил Геббельс: "Славяне, будучи этническими ублюдками, не годятся для того, чтобы быть носителями культуры. Они не творческий народ, это стадные животные, совершенно не приспособленные для умственной деятельности"… Чем это отличается от завываний Быкова, Улицкой или Шендеровича? Только одним: Геббельс говорил обо всех славянах, а эти в компании тех украинцев, что очумели, тех поляков, что изошли жёлчью, тех прибалтов, что сами себя запугали до смерти, — эти сосредоточили всю свою полоумную злобу только на русских.

По сути все эти словесные извержения — не что иное, как тиражирование антисемитизма еврейскими языками. В Израиле, как рассказал не так давно израильский журналист Авигдор Эскин по нашему телевидению, провели опрос: виновны ли сами евреи в том, что их преследовали в Германии? Изрядная доля опрошенных, кажется, процентов двадцать, ответили: да, сами виноваты. И это в Израиле!

Так вот, слыша и читая такие наглые извержения, мы получаем полное моральное право одних назвать болванами, других — подонками, третьих — ублюдками и прихвостнями Геббельса.

Не дают покоя Сталину! Даже президент в недавнем фильме о нём Оливера Стоуна, говоря о своём отношении к Сталину, подчеркнул всё-таки, что его беспардонная демонизация на Западе имеет антироссийскую русофобскую цель, и тут же напомнил собеседнику про грозного Кромвеля, которому в Лондоне стоит памятник, и про Наполеона, после войн которого Франция не могла оправиться, восстановить население несколько поколений, но он для французов — святыня.

Да какое тут сравнение?! Сталин, как давно сказано, принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой. И разве только это! Сталин вернул потерянные царями земли, а из заложенных им основ и баз вскоре впервые в мире выросли водородная бомба, атомные электростанции, прорыв в космос, атомный ледокол, луноход — наш гимн во Вселенной… Что же до населения, то за сталинские годы, несмотря на голод 1932 года и ужасные утраты в Отечественной войне, оно выросло миллионов на сорок — до уровня, которого нынешняя власть не может достичь за четверть века своего правления.

Удивительно, но то и дело сталкиваешься с публичными попытками опорочить Сталина, да заодно и превознести Гитлера: первый-де был тупым трусом, а второй — проницательным и ловким храбрецом.

Некоторые эксперты, участвующие в разного рода телепередачах, сильно озадачивают. Даже уважаемый историк Юрий Жуков говорит странные вещи. Например, будто бы отданная за три с половиной часа до начала войны директива №3 была очень дельная и толковая, предупреждала, что немцы могут напасть вот-вот. Она "требовала полной боевой готовности". Но Г.К. Жуков куда-то "пошел её переписывать в нескольких экземплярах (собственноручно, что ли?), и она была отправлена в войска через два с лишним часа вместо того, чтобы уйти тут же". Это новый несуразный поклёп на маршала Жукова. Зачем ему надо было переписывать директиву, да ещё в нескольких экземплярах — чтобы по почте отправить в округа? Или на память себе и знакомым?

В действительности к этой директиве Жуков не имел никакого отношения. Днём 22 июня Сталин направил его в штаб Юго-Западного фронта. Вечером оттуда из Тарнополя он позвонил в Генштаб, и Н.Ф. Ватутин сообщил ему об этой директиве. Она была совершенно невыполнимой и свидетельствовала о незнании положения дел. А вот директива №1 действительно была разумной, требовала полной боевой готовности, и передача её в округа закончилась в 00.30 минут 22 июня, то есть за три часа до нападения, что, конечно, тоже, увы, было поздно…

Ещё больше озадачивает другой учёный — Борис Семёнович Илизаров. Разумеется, профессор, доктор наук и даже какой-то академик. Написал он большую книгу "Тайная жизнь Сталина". Кто ж не купит с таким заглавием! Я, дурак, купил — вернее, купился.

Илизаров имел доступ к библиотеке Сталина. 25 тысяч томов! И он проницательно своим умом изучал многочисленные пометки Сталина на книгах. Первое, что тут бросается в глаза: академик — человек в высшей степени сексуально озабоченный. С этой точки зрения он рассматривает имевшиеся в библиотеке с пометами Сталина романы Достоевского, Горького и даже работы самого хозяина библиотеки. И в этой неодолимой страсти академик добрался даже до публикации совершенно непристойного эротического письма пятидесятилетнего Л.Д. Троцкого жене, из которого я решусь привести только полфразы: "С тех пор, как я приехал сюда (видимо, в Мексику — В.Б .), ни разу не вставал мой бедный…" (с.358). И выражал надежду, что скоро будет у него радостный повод встать. Примечательно, что это письмецо Льва Давидовича отправили в какой-то архив, где Борис Семёнович его обнаружил и счёл необходимым поведать миру.

Всё это, конечно, весьма обогащает, однако никакой тайной жизни у Сталина не было, а просто были поступки, дела, подписанные или составленные им документы, его письма, которые не афишировались, по понятным соображениям не публиковались, и мы о них не знали. Например, Шолохов узнал лишь в 1950 году, когда вышел очередной том собрания сочинений Сталина, из его частного письма, опубликованного там, что ещё в 1929 году Сталин назвал его "знаменитым писателем нашего времени", но находил в "Тихом Доне" некоторые частные ошибки. Едва ли Илизаров знает, допустим, и о письме Сталина в Политбюро о том, что Ленин во время болезни в приступе невыносимых мучений попросил его достать яда, и Сталин, чтобы хоть немного успокоить больного, пообещал, но в помянутом письме признавался, что выполнить просьбу не может, это выше его сил. Наверняка Илизаров не знает, а если знает, то никогда не упомянет, что есть в архиве Сталина краткие письма, из которых видно, что он помогал друзьям молодости: у одного сгорел дом, другой тяжело заболел, третий просто нуждался… Например, 6 тысяч рублей он послал В.Г. Соломину в Туруханск, по 30 тысяч в Тбилиси — М.Дзерадзе и Г.Глурджидзе, 40 тысяч — П.Капанидзе… Конечно, об этом газеты не писали, сообщений ТАСС не было.

Нет, уверяет Илизаров, у Сталина была тайная жизнь. И ещё какая! Все ж, говорит, знают, что он был махровый антисемит, но на многих важных постах при нём находились евреи. Или: многие евреи получали Сталинские премии, звания Героев, и дважды, и трижды. Почему? Зачем присуждал? А чтобы скрыть свой тайный антисемитизм.

Кроме того, оказывается, после смерти жены в 1932 году Сталин был дважды женат, и обе жены — еврейки. Первая — не то Роза, не то Мимоза, не то дочь, не то сестра Кагановича. Вторая — не то Анна, не то Жанна Рубинштейн, может быть, внучка композитора Антона Рубинштейна… Вот такие открытия, ликвидация "белых пятен" истории.

Всё это выглядит особенно эффектно на фоне других деяний в мире науки этого уникального академика. В названной книге упомянуто 566 имён (их список он приводит) — от однажды пришедшей на ум мифологической Минервы до десять раз процитированного Эдварда Радзинского, от Аристотеля до Мехлиса и т.д. Словом, эрудиция так и прёт… Ну, посмотрите: "В 1901 году, как из головы Минервы, явился зрелый марксист Сталин". Какой восторг — из головы Минервы! Ведь сама-то Минерва явилась из головы Юпитера. Значит, Сталин — прямой внук Юпитера. Или вот взял Илизаров греческого историка Арриана и властью, данной ему званием академика, превратил его в римлянина. А чего церемониться? Тоже хорошо. Или: вырывает изо рта апостола Павла известный церковный девиз "Нет ни эллина, ни иудея" и отдаёт его Христу. Что ж, это лишь повышает авторитетность афоризма. Так же поступает с Людовиком ХIV, отняв у короля-солнце его знаменитое своей скромностью заявление "Государство — это я!". Пусть оно украсит другого Людовика. Очень гуманно!

Если обратиться к временам поближе, то и тут не соскучишься. Например, Эмиля Золя академик стыдит за непомерную хвалу Сталина. Какой ловкач! С того света нахваливал. Ведь преставился-то он ещё в 1902 году! Не знает Илизаров подлинное имя Гёте, не знает, как звали Ромена Роллана, Лиона Фейхтвангера, Мао Цзэдуна. Но это же неважно, правда? Ведь профессор, доктор наук! Ах, да что там Людовики, что Мао! На страницах, где пишет о войне, доктор исторических наук маршалу Рокоссовскому присобачил имя-отчество Жукова, а маршалу Василевскому — генералиссимуса Суворова. Творческая личность! И вся книга написана вот таким красивым "поДчерком", что делает её уникальным сокровищем писчебумажной промышленности.

Может выдать Гоголя за Гегеля, а Бабеля за Бебеля. Разве в этом суть? Главное, что профессор изображает Советский Союз как концентрационный лагерь, превозносит эротомана Троцкого и уверяет, что Сталин "в первые дни войны струсил, растерялся и исчез". А вообще Великая Отечественная война для него — не подлое нападение фашистов на нашу родину и их разгром, а вот что: "Несмотря на ошеломляющие удары Гитлера, несмотря на глубочайшие раны, Сталин, как кошка или рысь, продолжал яростно сопротивляться, пока не подстерёг момент Сталинграда. "Зверь Сталина" оказался сильней и изворотливей "зверя Гитлера". Что такое здесь "зверь"? Красная Армия, наш народ. Вот такие для них слова у парнокопытного академика.

А как не удивиться, например, словам Алексея Пушкова в одной из его телепередач: "У Сталина была огромная информация, которая доказывала, что не позднее конца июня Гитлер нападёт на Советский Союз, но по до сих пор непонятным причинам Сталин предпочёл верить не огромному числу донесений разведчиков, а Адольфу Гитлеру, который дал ему слово чести, что не будет нападать на Советский Союз".

Что такое? Когда, где, по какому случаю Гитлер дал Сталину "слово чести"? Оказывается, речь идёт о так называемом "письме Гитлера Сталину". И Пушков зачитал кое-что из этого "письма": "Значительное число моих войск, около 80 дивизий, расположены у границ Советского Союза. Возможно(!), это порождает слухи о возможности(!) военного конфликта между нами. Хочу заверить Вас, даю слово чести, что это неправда" и т.д.

Да, в 1941 году руководители Советского Союза допустили большую ошибку: во многих отношениях нападение Германии оказалось неожиданным. Но ошибки бывают разные. А Пушков всё сводит к этому "письму": вот, мол, Сталин не верил нашей разведке, но свято поверил честному слову Гитлера. (Будто он не знал, что это за фрукт). И в этом всё дело. Вот, говорит, пришло донесение "Старшины", нашего агента в штабе люфтваффе, а он… Да что "Старшина"?! Извещал даже сам Черчилль!

Но Сталин знал историю, понимал политическую обстановку того времени и не забыл, что такое Черчилль. Сталин помнил, с какой яростью и расторопностью всего двадцать с небольшим лет тому назад по призыву именно Черчилля и во многом под его руководством быстро договорились и набросились на Россию, на свою вчерашнюю союзницу, все эти хвалёные многовековые демократии — Франция да Англия, а тут и Америка да Япония, и чехи — внутри, как солитёр. И знал Сталин, как Запад помогал Гитлеру и экономически, и политически, как содействовал, молча отдавая на заклание и Австрию, и Чехословакию, и Польшу. А тут ещё 10 мая Гесс прилетел в Лондон. Ясно же — затем, чтобы сговориться против Советского Союза. Не случайно документы, связанные с его визитом, до сих пор не рассекречены. Да ещё угроза войны на два фронта. По соображениям нашего Генштаба, Япония могла в любой момент бросить против нас 50 дивизий. Ведь Антикоминтерновский пакт с участием Японии никуда не делся. Хоть что-нибудь из этого знают профессора МГИМО?

"Сталин боялся войны!" — визжали с экрана. Да как же её не бояться? Вспоминается, что когда Хрущёв был в Америке, Эйзенхауэр спросил его именно об этом. И Никишка без раздумий: "Я ничего не боюсь! Нам война не страшна!". Собеседник ответил: "А я боюсь — у меня внуки". Сталин же в те дни очень боялся, страшно боялся повторения всемирной антисоветской коалиции и делал всё, чтобы не дать повода обвинить в агрессии нашу страну. Отсюда и осторожность.

"Сталин был психологически не готов к тому, чтобы признать неизбежность войны!" Да ещё десять лет тому назад он предупреждал народ: если будем хлопать ушами, "нас сомнут". И Черчилль писал, что Сталин говорил ему: "Мне не нужно было никаких предупреждений. Я знал, что война будет, но надеялся, что мне удастся выиграть ещё месяцев шесть". Сталин, увы, недооценил авантюризм Гитлера, который плевал на суровый для Германии урок войны на два фронта в 1914-1918 годы. Когда Жуков 1 мая 1945 года сообщил ему из Берлина о самоубийстве Гитлера, тот сказал: "Доигрался, подлец!". Да, он был именно азартным безумным игроком судьбами миллионов людей. Несколько раз мы слышали с экрана: "Гитлер вчистую переиграл Сталина! Вчистую!". И какими голосами!

О психологическом состоянии Сталина свидетельствует хотя бы то, что в первый день войны для получения нужных сведений и отдачи неотложных распоряжений у него состоялось 29 встреч с политическими деятелями, военными, наркомами. А за первую неделю было 173 такие встречи. Затем, не оставляя постов главы правительства и Генерального секретаря ЦК, Сталин взвалил на себя обязанности Председателя Государственного комитета обороны, Председателя Ставки, Верховного Главнокомандующего и наркома обороны… Интересно было бы посмотреть на психическое состояние сочинителей таких вот передач хотя бы после прочтения ими этой статьи.

Но что же это за "письмо Гитлера", главная дубинка профессора МГИМО Пушкова в очередном налёте на Сталина? Достоверность письма-дубинки для него несомненна? Ему неведомо, что в эпоху либерализма вот уже много лет по газетам, журналам, книгам бродит много фальшивых документов. Мне чаще всего встречается непомерно огромная "беседа Сталина с Александрой Коллонтай в ноябре 1940 года" — та самая, в которой Сталин будто бы сказал о ветре истории, который сметёт мусор с его могилы. И чего только в этой беседе нет! А больше всего как раз о "мировом сионизме", о чём Сталин никогда не говорил. И ветер-то, судя по всему, действительно сметёт мусор. Но никакой встречи тогда не было! Сталин беседовал с А.М. Коллонтай в своём кремлёвском кабинете только один раз — 16 января 1931 года, видимо, в связи с её назначением полномочным представителем в Швеции. Можно и по самому тексту "беседы" показать, что это липа, но нам сейчас не до того. Есть ещё "письмо Сталина от 19 февраля 1942 года" — "Предложения германскому командованию", где один из пунктов — "обвинить мировое еврейство в развязывании Второй мировой войны". В эту фальшивку поверили даже весьма уважаемые люди.

В иных случаях убедиться, что имеешь дело с фальшивкой, довольно просто, её разоблачают два-три, а то и всего один факт. Например, упомянутое "письмо Сталина" подписано так: "Верховный Главнокомандующий Советского Союза". У нас были маршалы Советского Союза, а Главнокомандующий — Красной Армии. Или вот у ясновельможных польских панов и их российских побратимов, шьющих нашей стране дело Катынской трагедии, фигурирует бумага, бланк, на котором значится "КПСС". И бумага эта, как они уверяют, предписывала расстрел польских офицеров и потому несомненно доказывает нашу вину за этот расстрел в 1940 году. Но тогда была не КПСС, а ВКП(б). Какие нужны ещё доказательства для уличения прохвостов?!

Много раз попадалось мне и "письмо Гитлера Сталину". Когда-то его дал мне маршал Д.Т. Язов. Я сразу сказал ему, что это липа.

А в 2002 году "письмо Гитлера" привёл А.И. Панов в шестом томе многотомного труда "Офицерский корпус в политической истории России". Это сочинение отменно рекламировалось. И не удивительно, что вскоре, ссылаясь друг на друга как на источник, "письмо" напечатали А.Осокин в книге "Великая тайна Великой Отечественной войны", вышедшей в 2007 году, А.Савин в газете "Красная звезда" в 2008 году, А.Уткин в "Российской газете" 20 июня 2008 года, Б.Сыромятников в книге "Трагедия СМЕРШа" в 2008 году…

"Письмо" пошло гулять и за бугром: в 2005 году объявилось в книге Дэвида Мёрфи "Что знал Сталин", в 2006-м — в книге Джона Лукаша "Гитлер и Сталин"… Продолжали трудиться до самого последнего времени и наши авторы. Святослав Рыбас в фундаментальной книге о Сталине, изданной в ЖЗЛ (2015), как об известном историческом документе пишет: "Как быть с личным письмом Гитлера, которое он направил Сталину 14 мая? Оно беспрецедентно". И тоже полностью воспроизводит бродячий текст. И вот уж совсем свежий факт. 6 июля в "Советской России" напечатаны статьи знающего военную тему Андрея Райзфельда "Опять несут ахинею" и дотошного доктора технических наук Н.И. Копылова "Не зная броду, не лезь в воду". Авторы убедительно разоблачают выпускника МГИМО и его соавторов как невежд, провокаторов и лакеев режима. Но оба обходят молчанием "письмо Гитлера", видимо, тоже считая его достоверным документом.

Да откуда же пошло это наводнение? Из тех публикаций, что мне известны, ссылка на первоисточник есть лишь у немногих — например, у Панова. И что же это за первоисточник? Сочинение И.Л. Бунича "Гроза", вышедшее в Ленинграде ещё в 1997 году. А он-то откуда это взял? С потолка с затейливой лепниной. Игорь Львович обожал творить в жанре volk-history (народной истории), говоря по-русски, в жанре "одна баба сказала" (ОБС). Это ещё и жанр "художественно-исторического исследования". Помните "Архипелаг Гулаг"? Тоже — "опыт художественного исследования". Когда автору говорили, например: "Что ж ты врёшь, Александр Исаевич, что всю войну, не уходя с передовой, командовал батареей, когда на самом деле попал на фронт только в мае 1943 года и командовал батареей, в которой не было ни одной пушки, то есть воевал так, что приезжала жена и гостила, пока командир дивизиона не выставлял её?". Он отвечал: "Так это ж опыт! Это ж художество!". Вот и Бунич. О нём пишут: "автор многочисленных разоблачённых мистификаций".

Разумеется, это первостатейный антисоветчик типа Солженицына, адвоката Резника, Веллера, Улицкой… Вот несколько строк из его предисловия к той самой исходной книге: "Путём массовых убийств и искусственно созданного голода большевикам удалось консолидировать свою власть, превратив Россию в огромный военно-тюремный лагерь. Армия, заключённые, трудящиеся, все от чернорабочего до маршала — рабы. Великая Россия была превращена в огромную преступную группировку. На очереди было подобное превращение и всего остального мира" и т. д. Что стоило такому резвому перу ещё и сочинить одно письмишко! Бунич умер в 2000 году в возрасте 62 лет, успев задурить, как видим, многие, казалось бы, весьма профессиональные головы.

И ведь что примечательно? Иные авторы, принимая "письмо" из-под этого пера за подлинный факт, раньше обвиняли Сталина в ужасной недоверчивости, жуткой подозрительности, небывалой хитрости, но теперь начисто лишали его всех этих качеств и наделяли младенческим простодушием, запредельной доверчивостью. И к кому! К Гитлеру…

Одной репутации Бунича как оголтелого антисоветчика-фальшивомонетчика достаточно для того, чтобы отринуть его "письмо" или хотя бы усомниться в нём. Увы, это пришло на ум, кажется, только американцу Лукашу. Но всё-таки присмотримся к тексту "письма".

Конечно, у каждого своя манера писать письма, но всё же на таком государственном уровне существуют определённые каноны и традиции. Это ж не чеховское "Письмо учёному соседу". Во-первых, почему, например, Рыбас и профессор МГИМО опустили обращение? Не потому ли, что уже оно — "Уважаемый господин Сталин!" — рождает сомнения. Посмотрите хотя бы переписку Сталина, Рузвельта и Черчилля. В большинстве случаев с обеих сторон обращения вообще нет, а вот так: "Личное и секретное послание премьер-министра У.Черчилля премьер-министру И.Сталину". И дальше — изложение сути дела. Или: "Послание для премьера У.Черчилля от И.В.Сталина". Впрочем, случалось и так: "Маршал Сталин!". Скорей всего, если уж с обращением, то Гитлер написал бы "Уважаемый премьер-министр!" или: "Ваше превосходительство!".

Во-вторых, Пушков сказал, что это "письмо" (он даже знает, как оно было доставлено — "на специальном самолёте военно-воздушных сил Германии") было ответом на "письмо Сталина" (как оно было доставлено в Берлин, ему почему-то неизвестно). Но при ответе обычно упоминают, что вот, мол, получил ваше письмо, вы спрашиваете, или сообщаете, или просите, и я хочу вам ответить и т.д. Взгляните опять же на переписку Сталина и Черчилля. Сталин: "Получил вечером 7 января Ваше послание от 6 января 1945 года…", "Получил Ваше послание от 5 апреля…". Черчилль: "Благодарю Вас за Ваше послание от 24 апреля…". Так принято, так водится. А в "письме Гитлера" — ни слова о письме Сталина, в нём нет ни следа, ни намёка, что его письмо — ответное.

И что же именно, если так, Сталин писал Гитлеру? Это сей публике тоже известно: "Он спрашивал, действительно ли Германия готовится к нападению". O sancta simplicitas!.. И какой же он надеялся получить ответ? Не такой ли: "Товарищ Сталин, да за кого вы меня держите! Я за всю жизнь мухи не обидел. А все эти поляки, французы, бельгийцы, норвежцы сами по доброй воле из любви ко мне примкнули к Третьему рейху. Даю вам слово чести…". И так далее. Или Сталин ожидал ответ в таком духе: "Да, ваше превосходительство, есть у нас такая задумка, называется "Барбаросса". Она предусматривает к 1 октября 1941 года полное уничтожение России. Составлена эта "Барбаросса" ещё год назад… Вот и планируем 22 июня ровно в четыре часа…Уж не обижайтесь". И так далее. И чем это пахнет?

Да ведь там есть строки просто комически несуразные, которые Пушков сообразил всё-таки не оглашать с экрана. Чего стоит, например, фраза "Вы наверняка знаете, что один из моих заместителей герр (!) Гесс в припадке безумия вылетел в Лондон, чтобы пробудить у англичан чувство единства"… "Наверняка знаете…". Я хорошо помню те дни. Тогда об этом "припадке безумия" знал и говорил весь мир. Ведомо было Сталину, и кто такой "герр Гесс", извещать его на сей счёт тоже было совершенно неуместно. И разве это не след простодушного жульничества: Сталин в "письме" — "господин", а Гесс — "герр"? Перестарался фальшивомонетчик…

Да, пересудов тогда было много. Говорили даже, будто Сталин на заседании Политбюро спросил: "А кто из вас, товарищи, во имя торжества коммунизма мог бы вот так же спрыгнуть над Шотландией с парашютом?". И обратился к толстяку Маленкову: "Вы, Георгий Максимилианович, могли бы?"

А главное в "письме" вот что: "Я хочу быть с Вами абсолютно честным (Ха! Будто Сталин не знал его честность. — В.Б.). Я боюсь(!), что некоторые из моих генералов могут сознательно начать конфликт, чтобы спасти Англию… В соответствии с этим я убедительно прошу Вас, насколько возможно, не поддаваться провокациям, которые могут быть делом рук моих генералов".

Да с чего это фашистские генералы вдруг озаботились судьбой Англии? И где это видано, чтобы генералы самостоятельно начинали войну без решения и приказа политического руководства? Хоть бы один пример. Может, маршал Мюрат или маршал Ней 24 июня 1812 года без приказа Наполеона перешли Неман? А в "письме" нажим: "Стало почти невозможно(!) избежать провокации моих генералов".

Какие, мол, шаловливые забияки… Но хорошо известно, что отнюдь не все немецкие генералы, в отличие от наполеоновских, одобряли агрессивные планы своего предводителя, в том числе — против Советского Союза. Даже военный министр генерал-фельдмаршал Вернер фон Бломберг в отчёте о международном военном положении, составленном в 1937 году для Гитлера, писал: "Германии не грозит нападение с чьей-либо стороны, в том числе — России". В следующем году Гитлер отправил непрошенного миротворца в отставку. Генерал-фельдмаршал фон Бок возглавлял самую большую и нацеленную прямо на Москву группу армий "Центр". И вот что сказано о нём в "Энциклопедии Третьего рейха": "Отрицательно относился к планам Гитлера начать войну против СССР" (с.73). И эти генералы могли сами ринуться на Москву?

"Я прошу не отвечать на провокации и немедленно связаться со мной по известным Вам каналам связи". Напоминание об этих каналах стоит по несуразности в одном ряду с напоминанием о том, кто такой "герр Гесс" и что он только что предпринял в припадке приписанного ему безумия.

И вот за 76 лет ни в наших архивах, ни в немецких не обнаружено никаких следов этой "беспрецедентной" переписки. А ведь есть и такие утверждения, будто Гитлер написал Сталину шесть писем. Если так, то уж наверняка и Сталин послал Гитлеру три-четыре весточки. И нигде никем переписка не упоминалась в многочисленных советских и немецких мемуарах, в том числе — людей близких к обоим авторам "переписки". И явилась она, как консервы из головы Минервы, именно сейчас, в пору небывалого разгула вранья, фальсификаций, жульничества.

А между тем, мы услышали с экрана: "В Москве знали, что немецкие войска стягиваются к нашей границе. Рассказывают (кто — кому?), что Жуков тогда пытался убедить Сталина принять контрмеры. Историк Зубкин (или Губкин?) так описывает разговор в Кремле…". В качестве кого там присутствовал и всё слышал этот, если он жив, 125-летний историк? "Вы предлагаете проведение мобилизации, — сказал Сталин. — Но ведь это означает войну!". А Молотов тут же добавил: "Только дурак может напасть на нас!".

Но, во-первых, только дурак может так говорить о Молотове. Войну советские люди ожидали всегда, даже завтра, как пели в известной песне. Во-вторых, Сталин в приведённой Зубкиным реплике был совершенно прав: в отличие от Губкина он помнил, что в 1914 году Германия именно после мобилизации в России объявила ей войну.

Дальше: "Сталин вытащил из ящика письмо Гитлера и грубо (разумеется! а как же ещё?) бросил Жукову: "Читайте!". Это ("письмо Гитлера") был для него самый веский аргумент".

Из услышанного следует, что кроме Сталина о письме знали, по меньшей мере, Жуков и Молотов. И ведь каким ещё одним веским, эффектным, разоблачающим немецкий цинизм и фашистскую лживость свидетельством могла быть публикация этого "письма" или сообщение о нём: вот, мол, даже их верховный главарь не брезговал таким бесстыдством и вероломством. Он же заявил: "Я освобождаю человека от унизительной химеры, называемой совестью". И прежде всего освободил себя. Да, так. Но ведь в обширных воспоминаниях маршала Жукова — ни слова об этом, как и в статьях, книгах наших и немецких историков, публицистов, ораторов.

Кончается письмо так: "Ожидаю встречи в июле. Искренне Ваш Адольф Гитлер". А уж насчёт встречи даже ещё более ранней поработал Эдвард Радзинский в своей книге "Сталин", двадцатилетие со дня беспрепятственного выхода которой мы будем праздновать в этом году. Там он писал, что в журнале посетителей кремлёвского кабинета Сталина обнаружил: 18 октября 1939 года у Сталина приёма не было. Может быть, прихворнул или работал, принимал кого-то дома? Радзинский решительно отметает эти естественные предположения. Ничего подобного! Сталин ездил на свидание с Гитлером. Куда? Во Львов? Откуда известно, с чего взял? Ему об этом в 1972 году рассказывал один старый железнодорожник, доказательств полоумия которого не обнаружено.

"Интересен и список посетителей Сталина накануне его загадочного отсутствия", т.е. 17 октября. "Все руководители армии и флота". С ними, дескать, он советовался перед столь важной встречей. И называет генерала Жукова и адмирала Исакова (с.476). В действительности ни тот, ни другой в этот день у Сталина не были ("На приёме у Сталина", с.277).

"Но дольше всех в этот день в его кабинете — нарком иностранных дел Молотов". Однако 17 октября Молотов был в кабинете Сталина с 19.35 до 19.55 (там же), то есть двадцать минут. Таков масштаб вранья Эдварда Радзинского.

Днём 22 июня Пушков не ограничился. Он уверял, что вообще "Советский Союз не готовился к войне". Но об этом в другой раз.

 

Тельняшка под смокингом

Тельняшка под смокингом

Владислав Шурыгин

27 июля 2017 0

телеведущий Артём Шейнин о службе, о войне, о ВДВ, об Афганистане и телешоу

"ЗАВТРА". Артём, я с большим интересом прочитал твою книгу "Мне повезло вернуться" о годах твоей службы в Афганистане. Очень искренняя и честная повесть. Мы с тобой из одного поколения. Для нас Афганистан — Афган — был не просто частью истории страны, а той реальностью, в которую погрузились многие тысячи наших современников. Которой целое десятилетие мы все жили: отправляли "за речку" друзей, встречали возвращающихся с войны одноклассников, а иногда они возвращались "грузом двести" — именно Афган сделал этот термин, который должен был скрыть, обезличить потери, их символом. И вот уже почти сорок лет этот символ кочует с одной войны на другую.

Кто-то попадал на войну случайно, по воле разнарядки военкомата, но ты на ней, как сам пишешь, оказался по собственной воле. Ты сам рвался в ВДВ и сам просился в Афганистан. Тебе было восемнадцать, романтизм и патриотизм, как говорится, зашкаливали. Но кем ты вернулся с войны? Романтизм улетучился? Что осталось от того патриотизма, который отправил московского мальчишку на далёкую войну?

Артём ШЕЙНИН. Ты прав, я действительно сам выбрал и ВДВ, и Афган. И романтизма и патриотизма тогда во мне действительно было с избытком. Но патриотизма не рационального "от ума", а глубинного, подсознательного, заложенного в меня дедом, семьёй, фильмами о войне, советским воспитанием. Эти семена во всех закладывались, но в одних они прорастали верой и убеждениями, в других не затрагивали ничего. Кто-то рвался служить, выполнять "долг перед Родиной", кто-то не хотел идти в армию. Вот я был из первых. Настоящий продукт воспитания советской системы. Говорю это без ёрничества. Идеология советская действительно воспитывала нас — и воспитывала хорошо, нацеливала на лучшее, будила в нас лучшее. Другое дело, что, взрослея, мы сталкивались с другой реальностью. Но это уже отдельная тема. Поэтому я рвался служить в ВДВ — ведь там служат лучшие! Поэтому я рвался в Афган — ведь это мой долг защищать мою страну! И я попал в десант, попал в Афганистан. И, конечно, баланс романтизма и патриотизма к концу службы и на всю следующую жизнь изменился там принципиально. Но, знаешь, это было не разочарование, не крах иллюзий — это было взросление, закалка жизнью. Проверка на прочность и себя, и своих убеждений. Года два-три назад, воспользовавшись своим служебным положением, работой с Владимиром Познером, я дал почитать свою книгу Людмиле Улицкой. Мне было интересно, зная её взгляды, что она о ней скажет. При этом некоторые мои друзья и однополчане книгу поругивали за то, что я выношу сор из избы. Что в ней избыток натурализма и надо было всё это как-то немножко смягчать. И меня страшно удивило, что, прочитав книгу, Улицкая мне сказала: "Артём, вы взрослый и состоявшийся человек, но из вашей книги видно, что вы так до сих пор и не повзрослели, вы слишком романтизируете романтику войны, романтику мужской дружбы, патриотизм вашего поколения…".

Пройдя через всё то, что мне выпало пройти, я ни о чём не жалею. И да, я всё так же патриот свой страны. Россия — это единственное, что у нас есть. И если страна требует от тебя взять в руки оружие и идти на войну, то выполняй свой долг! И я по-прежнему романтик: для меня понятия дружбы, верности, чести — священны. Афганистан всё это лишь расставил по своим местам…

"ЗАВТРА". Тогда о ВДВ. Ты мечтал служить в десанте, и тебя в него взяли. Опять же, ВДВ — это тоже мечта нашего поколения. Фильмы, на которых мы росли, — "В зоне особого внимания", "Голубые молнии", "Ответный ход". Романтика. Мощь. Сила. Но чем стали для тебя ВДВ?

Артём ШЕЙНИН. Чем стали ВДВ? Попробую ответить почти научно: десант стал духовно-ценностным каркасом, на котором потом строилась вся моя жизнь и судьба. А если проще, то в десанте я получил все те нравственные и волевые установки, которыми живу и руководствуюсь до сих пор. Там я узнал, что означают такие понятия, как долг, честь, дружба, верность, выполнение приказа, ответственность, надёжность. В ВДВ всё это не пустой звук — это их суть! Десант, в силу специфики службы, решаемых им задач, этим живёт, на этом стоит. Поэтому очень небольшие по своей численности войска играют такую серьёзную роль в обороне страны. Конечно, там хватает и всякого другого — дурости, и глупости, и самодурства, но это уже всё вторично. Суть и дух ВДВ в их девизе — "Никто кроме нас!".

Но начиналось всё, как у всех мальчишек, — с фильмов, с рассказов ветеранов, ребят, отслуживших раньше. А потом начался путь в ВДВ. Занимался спортом, в военкомате попросился служить в десант, прошёл медкомиссию, потом направили в ДОСААФ, где я сделал ещё один шаг — прыгнул с парашютом. И, наконец, повестка, призыв. Служба. Конечно, всё оказалось совсем не так, как представлялось. Тем более в условиях Афганистана, войны. Всё резче, жёстче, тяжелее. И "дедовщина", и голод, и тяжелейший климат, болезни, "боевые", ранения, гибель друзей. Всё было совсем не так, как рисовалось мальчишке в семнадцать. И тем не менее сохранялось главное — ощущение принадлежности к особой касте. Гордость за то, что ты вступил в это братство. Ведь даже сквозь все мучения начального периода службы ты понимаешь, что служишь в особых войсках, что вам поручается то, с чем больше никто не справится. И эта готовность всех вокруг тебя выполнить любой приказ, нацеленность на победу, на результат, невзирая ни на какие трудности, заряжает и тебя. И ты делаешь это даже "через не могу": надо! Ты десантник! И это уже пожизненно. А дальше — как членство в любом братстве, в которое ты вступил сознательно, искренне, и всё это прошёл: это братство изнутри начинает тебя формировать.

Даже сегодня, когда нам уже всем по пятьдесят, при любых трудностях, проблемах, когда надо кого-то привести в чувство, мобилизовать, мы говорим друг другу: "Ты десантник или где?". Там, где надо преодолеть себя — прыгнуть в ледяную купель, вынести боль, выдержать — "Ну, за ВДВ! Слава ВДВ!". Это почти как молитва.

"ЗАВТРА". Но ведь есть много других войск, где не меньше традиций, где так же шумно отмечают праздники. Те же пограничники, с которыми вы делите Москву, есть моряки, есть танкисты. У всех своя история, своя слава. Почему именно ВДВ стали столь узнаваемы и раскрученны?

Артём ШЕЙНИН. Я думаю, что слава ВДВ состоит из двух половин. Во-первых, ВДВ стали ВДВ благодаря одному человеку — "дяде Васе", легендарному командующему ВДВ Василию Филипповичу Маргелову. И у пограничников, и у моряков, и у танкистов, наверняка, было огромное количество достойных командующих и славных командиров, но ни у кого не было настолько, выражаясь современным языком, креативного командующего, как Маргелов. Ведь в рамках современных представлений Василий Филиппович — гениальный маркетолог, гениальный пиар-технолог и гениальный политтехнолог, если угодно. Такого человека ни в погранвойсках, ни в морской пехоте не было. Он сознательно работал над имиджем войск, закладывал в ВДВ свои особые традиции. Именно генерал Маргелов придумал и голубой берет, и тельняшку с синими полосками, и "комбез", и ещё многое-многое. От особого десантного вооружения — БМД и автоматов со складывающимися прикладами — до традиций, особого культа войск. У ВДВ появилась своя отдельная кадровая структура, и этим был запущен механизм воспроизведения собственной элиты. Всё это, выражаясь современным языком, гениальные маркетинговые ходы. Так родилась "особость" войск.

А вторая часть культа ВДВ — это что на протяжении последних тридцати лет именно ВДВ были "последними солдатами Империи". Звезда ВДВ взошла над Афганистаном — именно тогда "десантуре" стали поручать самые тяжёлые операции, десантники всегда шли на острие удара. Через Афганистан прошло почти сто процентов офицерского состава десанта, и верность долгу, приказу стали культом войск. К тому же это были войска постоянной готовности. Поэтому, когда по Союзу запылали костры межнациональных конфликтов, именно ВДВ стали той пожарной командой, на плечи которой легла тяжелейшая ноша — спасать страну. Вильнюс, Карабах, Баку, Фергана — везде работал десант. Помнишь, тогда "демократы" — так в 80-е называли нынешних "либералов" — даже придумали ВДВ прозвище "казаки Горбачёва", намекая на карательную роль казачества в предреволюционный период.

А потом Союз распался, и началось смутное время девяностых, когда локальные конфликты запылали полноценными войнами: Приднестровье, Таджикистан, Карабах. В самой России взорвался Северный Кавказ, и остановить этот процесс было фактически некому. Вооружённые Силы распадались под прессом безденежья и деградации. И тогда именно ВДВ, благодаря заложенному в них культу верности долгу, самопожертвования, нацеленности на выполнение задачи любой ценой, остались самой боеспособной частью армии, которая выполнила свой долг перед Родиной. "Никто кроме нас!" — тогда эти слова стали сутью существования ВДВ. И это стало очевидно уже всем.

"ЗАВТРА". У тебя в повести есть очень пронзительная сцена: по полю бежит молодой афганец "моджахед" и его гонят выстрелами, а потом срезают очередью из пулемёта. И как потом, спустя годы, ты услышал историю про белорусского партизана, который почти так же случайно вышел на немцев и был убит. И как именно эта история вдруг выдернула из тебя ту, афганскую. Только вот ты был с той стороны, которая стреляла. И как мучительно ты искал ответ потом, а на той ли ты был стороне? Вернувшись с войны, как отвечал себе на это вопрос? На правильной стороне ты воевал или нет? Или же просто замуровал для себя эту тему и больше к ней не возвращался?

Артём ШЕЙНИН. Ты знаешь, это ответ, растянутый во времени на годы. Отношение к войне у меня менялось с возрастом и проходило несколько этапов. В Афгане всё было предельно просто. Ты вживаешься в реальность войны, и она для тебя единственно возможная. Есть "мы" — хорошие, пришедшие с добром. И есть "они" — враги, которые стремятся всё разрушить и не дать построить светлое будущее. Для меня, бойца десантных войск, правда одна: я нахожусь в армии, выполняю присягу. Стреляй, а то убьют. Если я не стреляю, то либо убьют меня, либо я подставляю под пули своих товарищей. Всё очень просто, никакой рефлексии нет и быть не может. В тот день это был "дух" — враг. Мишень, которая увиливала из прицела и даже вызвала некий азарт — кто первым её поразит. И его смерть не вызвала тогда во мне ничего. Я отлично понимал, что при других условиях я точно так же был бы у него в прицеле и его рука не дрогнула бы. Это война! И там работает защитная реакция, ты там не думаешь, прав ты или нет.

Потом, когда я вернулся с войны, то тоже мало об этом думал. Другие были заботы. Опять же, гордился тем, что отслужил, отвоевал. А потом я начал учиться в университете, причём на истфаке, что предполагало сильное шевеление мозгами, плюс это совпало с тем, что я в 88-м поступил, в 93-м закончил. То есть, ты понимаешь, я поступил в одной стране, а закончил в другой. И за это время отношение к афганской войне, к "афганцам" поменялось в корне. Началось совершенно оголтелое посыпание голов пеплом, что мы и убийцы, и оккупанты, и вообще исчадье ада. И слушая всё это, я понял, что у меня ответов на эти вопросы нет. Кто мы там были? И зачем? И тогда я сам стал искать ответы. Уже учась на третьем курсе университета, я писал "курсовик" по афганской войне, много читал, изучал всё, что было доступно. Помню, как в 1996-м году, уже на телевидении, у меня было большое интервью с Вадимом Ольшанским, который работал в Афганистане советником по линии ЦК КПС. И он мне рассказал, какое дикое количество ошибок мы там насовершали. Причём из самых добрых побуждений. И это тоже многое прояснило в голове. Ведь что тогда вызывало в нас злость и раздражение? Что мы действительно пришли помогать афганцам, а не убивать и разрушать. Построить им школы, больницы, дороги. Вытянуть их из средневековья на наш советский достойный уровень жизни. Сделать так, чтобы они жили, хотя бы как у нас в Средней Азии. Ну, абсолютно искренне! А они в нас стреляют! Они нас убивают! За что?

"ЗАВТРА". И за что?

Артём ШЕЙНИН. Мы просто тогда не понимали, насколько мы не правы. Афганистан — это не советская Средняя Азия. Это была главная наша ошибка. Все реформы, которые проводила местная власть по советскому образцу — раздача земли, освобождение женщин, борьба с религией, — всё это для афганцев было чудовищным вмешательством в их жизнь, в их веру, в их мироустройство. Ну и, конечно, этим воспользовались и враги. "Шурави" хотят изменить наш ислам, убивайте "шурави"!

Переломным моментом для меня стала поездка в Афганистан к Ахмаду Шаху Масуду в 99-м году. Прошло тринадцать лет с тех пор, как я вернулся "из-за речки", и я уже совсем другим глазами смотрел на прошлое. Я сильно рефлексировал перед этой поездкой, реально "накрыло" — ведь я лечу к человеку, который был много лет одним из главных наших врагов. В боях с которым погибли мои друзья. Мы прилетели из Душанбе в Талукан на "вертушке". Талукан — это центр провинции Тахар. И мы приземлились на "вертушке", открывается дверь. И там стоит "Тойота" с прицепом, а перед ней четыре человека в пакулях, в платках, с автоматами. Я подавал аппаратуру ребятам и сначала не увидел их. А потом поднимаю глаза, вижу их, и у меня рука сразу к бедру, где раньше был автомат… Враги! И вот эти несколько секунд — я их на всю жизнь запомнил. А потом — "тынц"! Понимаю, что эти люди приехали меня встречать, меня защищать, что я их гость, и, самое главное, я сейчас их единственный союзник. Потому что Россия на тот момент, как ты понимаешь, была единственной союзницей Ахмада Шаха против Талибана. И я вышел из "вертушки", подошёл к ним, и мы поздоровались…

Потом я много разговаривал с ними. Двое воевали против нас. И мы честно говорили о том, что было. Кто как на кого смотрел. Вот тогда я и осознал окончательно, что у этих людей была своя правда, и какова цена политических ошибок. Что они не воевали против нас, как против СССР или русских, а они воевали за свой образ жизни, за право жить по своим законам. А потом из памяти начали всплывать ситуации, которые, казалось, забылись навсегда. Например, как здесь на Панджшере мы шли большой колонной, и вдруг с невысокого пригорка по нам начали стрелять. Безумие! Нас целая колонна, а огневых точек, может быть, три. Конечно, их сразу подавили и уничтожили. Оказалось, что огонь вели три пацана. Тогда это вызвало у нас только ярость: "уроды", "духи", "козлы". А в этой поездке после встреч и разговоров до меня вдруг дошло, что они же обречены были! Но не побоялись, вступили в бой. Погибли. Значит, было у них в душе что-то такое, что перевесило страх смерти.

"ЗАВТРА". Артём, ты был командиром отделения. Как ты ощущал бремя командира? Ведь одно дело отвечать за себя, за свои поступки — и совсем другое дело отвечать за других. Это грань, которую ты однажды переходишь и уже не можешь вернуться назад. Просто начинаешь отвечать за других. В автобусе, на работе, на пляже. Ты поневоле отслеживаешь ситуацию, оцениваешь её уже не только с позиции собственного "я", но и с позиции — а что будет с другими? Как ты стал командиром, и чем это стало для тебя? Остался ли ты им, самое главное?

Артём ШЕЙНИН. Знаешь, просто яркий пример, который иллюстрирует то, что значит "стать командиром". Я уже учился в университете и на втором курсе поехал вожатым в пионерлагерь. Меня поставили на первый отряд. То есть у меня были дети шестнадцати лет. Фактически, по возрасту почти те, кем были мы в Афгане. Мы приехали в лагерь, и я остался один на один с отрядом. Я отряд тут же построил и понял, что я вот так бы их в строю и держал, так бы строем по лагерю и водил. Но это же пионерский лагерь! Один пошёл в кружок, другой идёт играть в футбол, у третьих какая-то репетиция. Меня первую неделю так колбасило, что я не понимал, где мои солдаты. У меня было ощущение, что мой личный состав где-то, где я их всех не могу проконтролировать. Что с ними что-то случится. Потом я немножко отошёл, но этот рефлекс тогда прочувствовал очень ярко.

И тогда же, кстати, поменялось и моё отношение к офицерам. Потому что в годы службы оно было очень непростым. В Афгане за офицерами прочно закрепилось прозвище "шакалы". Это правда — из песни слов не выкинешь. За непрерывную муштру, постоянный контроль, требовательность. В индивидуальном плане это совершенно не мешало и брататься с офицерами, и восхищаться многими из них. Но в целом как с сословием — это было. Так их называли. И вот, через четыре года после увольнения в запас, я вдруг понял, откуда это взялось. Да ведь наши офицеры — это были практически наши ровесники! Вот только ответственность на них была совсем иной. Ты приходишь из училища, тебе 21 год, а у тебя под командой 20 раздолбаев восемнадцати-двадцатилетних, за которых ты отвечаешь, с которыми в любой момент может что-то случиться. И они отвечают только за свою жизнь, а ты за все эти жизни. А ещё за то, чтобы приказы были выполнены, чтобы враги разбиты, а мы победили, чтобы домой живыми вернулись. Вот они нас и донимали, дожимали, гоняли и контролировали. Тогда до меня "дотумкало", что моему первому ротному, капитану Александру Николаевичу Пикунову, которого мы за глаза звали "Рексом" за его фанатичную преданность службе, дотошность, требовательность, которого мы уважали за храбрость и перед которым поджимали хвосты как щенки, — что ему было всего 26 лет! А у него под командованием была рота долбонавтов. Я вот с "пионерами" это понял, и это была не война, не боевые, не "духи". Не было ни боеприпасов, ни оружия, ни душманов — ничего.

А что касается меня, то всё произошло естественным путём. Я, честно говоря, к командирству никогда не стремился. Но в роте меня ребята уважали, у меня был такой специфический авторитет не сорви-головы, а "головастого", "москвича" в хорошем смысле этого слова. И мне старшина роты совершенно неожиданно предложил: возьмёшь отделение? Я подумал и говорю: товарищ старшина, я готов. А я к этому времени действительно был готов, я больше года прослужил. Так и назначили. Но потом и началось то самое превращение, о котором мы говорили. Когда ты утром, проснувшись, первым делом думаешь не о том, что сегодня на завтрак сварят, а о том, где твои люди сейчас, у кого письмо плохое из дома пришло, а кого вечером в наряд отправить.

"ЗАВТРА". Скажи, как тебя изменила война? Можно ли с войны вернуться?

Артём ШЕЙНИН. Я много лет искал ответ на этот вопрос и, знаешь, понял, что вернуться с войны совсем невозможно, она навсегда остаётся в тебе и всё время присутствует. То есть я с неё много раз уже возвращался. Возвращался в том смысле, что становился другим, и та часть войны, которая меня каким-то образом тревожила или мне мешала, отходила на второй план, но вдруг возвращалась совсем другим горизонтом событий, осознания. Сначала вернуться для меня означало изжить посттравматический синдром, который есть у всех, он просто по-разному проявляется. Я им болел до середины 90-х. Потом я вернулся с войны, когда перестал непрерывно жить мыслями там. Перестал ходить в камуфляже круглый год, перестал вскакивать по ночам. Но и после этого, хотя я работал, зарабатывал деньги, тусовался, общался с девушками, моя внутренняя жизнь всё равно крутилась вокруг войны. Если разговоры с друзьями — то о службе, об Афгане, если песни — то военные. Третий раз я вернулся с войны, когда взял и написал всё это. Рассказы, которые потом оформил в виде книги, — казалось, я всю свою войну выложил на бумагу. Этакий психоанализ. И вправду стало легче — я стал другим. Многое увидел со стороны и себя самого со стороны. Но, оказалось, и тут война осталась со мной. В резкости оценок, через призму того, что было "там", в полярности точки зрения "свои" — "чужие". И жена говорит, и здесь, на работе, говорят: "Ты чего всё время воюешь?". Любую ситуацию — рабочую, жизненную — ты всегда воспринимаешь с точки зрения сержанта ВДВ. Я понимаю, но часто не могу иначе. Вот я работаю на дневном шоу ОРТ, и вся бригада, которая работает со мной, давно перешла на военный сленг. Сюжеты — это патроны, они все — бойцы, эфир — это "боевые", ну и так далее.

Ты знаешь, я вот сейчас вдруг подумал: может, я и не хочу с неё возвращаться? Потому что, хотя это очень выматывает, но, с другой стороны, очень организует и помогает в работе.

"ЗАВТРА". Ты упомянул несколько раз посттравматический синдром. У нас термин "синдром" появился только после Афганистана. И появился в либеральной среде, с оттенком ненормальности. Им всех "афганцев" словно клеймили. Насколько он, по-твоему, реален — этот синдром?

Артём ШЕЙНИН. Безусловно, он есть, и он не случайно появился именно после Афгана. Сергей Говорухин, сын Станислава Говорухина, про это отличное кино снял. "Никто, кроме нас" называется. Я даже как-то на "Закрытом показе" его обсуждал. Фильм о войне в Таджикистане. Критики тогда говорили: ну, чего вы нарисовали какого-то совсем долбанутого героя. А я говорю: нет, ребята, он не долбанутый, он абсолютно реальный. Именно такими мы вернулись оттуда, потому что мы привыкли жить в другой реальности, в другой системе ценностей. Мы с войны вернулись…

Причина, на мой взгляд, заключается в следующем. Вся страна живёт нормальной, мирной жизнью, в которой нет места никакой войне, а человека, который жил 18 лет этой жизнью, выдёргивают из всего этого, и он оказывается в ситуации войны, где мучается от холода, голода и невыносимой нагрузки и где регулярно оказывается в ситуации, когда он вынужден убивать и сам может быть убитым. И там его ломает первый раз. Для меня всё это было диким стрессом. Мы жили в палатках, а бригада наша 56-я стояла на высоте 2800 метров. У нас зимой снегом заваливало палатки до крыши, и нужно было их отапливать. Печка-буржуйка. Это не описать, что такое для меня, московского мальчика, печка-буржуйка. Её же растопить нужно, а я понятия не имел, как растапливать эту печку. А нужно поддерживать огонь. Сколько чего туда подбрасывать. Я таких примеров могу привести миллион. Плюс муштра, "дедовщина", а ведь есть ещё "боевые". Два месяца после призыва прошло, и прямо передо мной разорвало человека на подрыве.

Человек встраивается в эту новую реальность, принимает её за единственно-возможную, живёт в ней. Начинает существовать в этой системе взаимоотношений — в этом уровне опасности, в этом уровне угрозы, в этом уровне насилия, которое необходимо. А затем его возвращают назад, в ту жизнь, о которой он уже забыл, где совсем иные законы и требования. И вот там его ломает второй раз! Возвращается сюда, а все ценности, выработанные на войне, оказываются пустышкой. Все твои навыки, привычки тебя обманывают. Резкий звук — не выстрел, а хлопушка, летящий предмет — не граната, а детский мячик. Ты по тропинкам в парке нормально пройти не можешь — там же мины! А их, оказывается, нет. Ты себя начинаешь чувствовать идиотом.

И отношения с людьми у тебя такие же. Ты же всё время доводишь всё до предела: "да — да, нет — нет". Идём — не идём, делаем — не делаем. А тебе все начинают говорить: "Ты что, идиот, что ли?". Типа "успокойся". Вот и всё. Этот и есть "синдром". И преодолевать его крайне трудно. Человек замыкается в себе, озлобляется. Кто-то начинает пить, кто-то садится на иглу, кто-то просто слетает с катушек.

"ЗАВТРА". И вот после всего этого ты попал в журналистику на телевидение. Но ТВ — это такая кислотная среда, которая очень быстро меняет структуру человека. Я видел десятки раз, как телевидение людей растворяет. Как человек приходит на ТВ патриотом, потом становится тихим, уставшим обывателем, становится таким брюзгой, а потом становится "человеком ТВ" — циником, куском ледяной резины. Не принимай это за комплимент, но я всё-таки много лет тебя вижу — ты мне совершенно искренне симпатичен тем, что ты этой кислотой не обрабатываешься. Остаёшься самим собой. Почему?

Артём ШЕЙНИН. Я тебя сейчас, поскольку я тоже журналист и редактор, закольцую. Вот ровно все мои ответы на твои вопросы — про то, что такое ВДВ для меня, и можно ли вернуться с войны, — и есть ответ на твой вопрос, почему я действительно, по большому счёту, базово этой кислотой телевизионной не обрабатываюсь. Именно потому, что для меня ВДВ не на словах, а по жизни стали той самой структурой моего мировоззрения. И в экзистенциальном смысле, не посттравматическом, а ценностном, я с войны и не вернулся, и не хотел возвращаться.

У меня университет за плечами, я член Академии российского телевидения, я много с кем успел поработать, сделать кучу проектов, но всё равно для меня самое ценное, до сих пор формирующее меня — это что я сержант ВДВ, что я "афганец". Когда мы с Владимиром Познером ездили в Америку, фильмы снимали, знаешь, какую кличку я получил в группе? "Сержант". Я всех строил, я отвечал за подъёмы, отбои, машины, координацию перемещений. Всегда нумерация: "Первый пошёл", "Первый" идёт там, "в хвосте" этот, "в голове" тот. У Познера даже об этом в книге написано. То есть не телевидение меня под себя шлифует, а я телевидение шлифую под себя. Я его растворяю и в этом ВДВ, и в этом Афгане.

Признаюсь. У меня был такой момент, когда я немножко зазвездил. Обрюзг, почувствовал себя частью богемы… и знаешь, что сделал? Я просто взял, распечатал полтора десятка своих фоток афганских и повесил их за монитором в кабинете. Они и сейчас там висят. Только я их вижу, никто больше не видит. И когда я посмотрел в глаза моим ребятам на снимках, когда вспомнил всё, что вместе прошли и пережили, я подумал: вот тот парень — я, каким мечтал быть, и был ли бы счастлив он, узнав, каким я стал? Да он бы мне нынешнему рожу набил бы и был бы прав! И кислота отлипла. Мы там, на снимках, — для меня планка нравственности и верности долгу. Опять же к вопросу о том, можно ли вернуться с войны. А зачем мне возвращаться, если я понимаю, что там — это правильное и настоящее. И я равняю себя и правлю себя.

"ЗАВТРА". Наше телевидение как только не ругают. Оно было "сионистским рупором", "ельцинской пропагандой", теперь "путинская пропаганда"… Но что для тебя телевидение?

Артём ШЕЙНИН. Я на ТВ работаю как основном месте работы с 97-го года. В сентябре будет 20 лет. И за это время страна изменилась неузнаваемо. И ТВ изменилось. Изменились приоритеты, ценности. Оно стало другим. Даже то, что я стал телевизионным ведущим, тоже во многом отражает изменившуюся страну. Ведь такой персонаж, как я, ещё лет семь назад был бы просто невозможен на ТВ. Но я есть. При этом я отлично понимаю, что руководители канала далеко не во всём со мной согласны и далеко не все мои убеждения разделяют, может быть, вообще не разделяют, но они профессионалы высшего разбора и хорошо понимают зрителя и то, что зритель хочет видеть в эфире. И они позволяют мне быть самим собой — Артёмом Шейниным, сержантом ВДВ, "афганцем" на "Первом"…

"ЗАВТРА". И последний вопрос. Тяжело делать ежедневное шоу? Ведь ты себе практически не принадлежишь…

Артём ШЕЙНИН. У меня четыре дня в неделю два эфира в сутки. А в дни каких-то мировых событий бывает, что и шесть часов эфира в сутки. Конечно, сложно. Но дальше вопрос: а чувствуешь ли ты эмоциональную отдачу, удовлетворение от этой работы? Ответ — да! Знаешь, я когда периодически начинаю себя жалеть, что мне тяжело — а действительно бывает тяжело, много нервов я на это трачу, расходуюсь эмоционально… Так вот, я когда начинаю себя жалеть, сразу вспоминаю про шахтёров или сталеваров. Мне трудно? Вот им трудно: смену в шахте или у печи отстоять! Я редакторам своим говорю, когда они начинают ныть: ребят, да вы что? Вы на каком-нибудь ткацком комбинате смену у станков отработайте — вот тогда узнаете, где тяжело. ТВ — это моя работа. Я сам её выбрал, меня никто не заставляет это делать. А ещё у меня есть своя "броня" от всего — десантный "тельник". На каждый эфир я надеваю его как бронежилет. Поверь, я не "задвинутый" на "милитари", но для меня тельняшка — это часть какого-то такого, настоящего, правильного мужского мира. И когда она на мне — я его часть. Я перед ним отвечаю за то, что делаю.

"ЗАВТРА". То есть тельник ты оденешь даже под смокинг, если придётся смокинг надеть?

Артём ШЕЙНИН. Безусловно! Можешь не сомневаться!

 

: Empty data received from address

Empty data received from address [ http://old.zavtra.ru/content/view/komiks-8/ ].

 

Он убит да не убит

Он убит да не убит

Михаил Кильдяшов

27 июля 2017 0

о романе Александра Проханова «Красно‑коричневый» (журнал «Наш современник», 1999 год, издательство: ИТРК 2001 год, издательство: «Амфора» 2003 год)

Силы распада и силы созидания борются во Вселенной: хаос и гармония, тьма и свет, уродство и красота, отчаяние и воля, историческая память и историческое беспамятство — всё это ложится на чаши весов мироздания. Когда чаша распада перевешивает и мир готов сорваться в бездну, свои плечи, как античный атлант, подставляет герой, воин, мученик. Нечеловеческими усилиями он пытается выровнять весы, кладёт на чашу созидания крупицу своего опыта, знания, счастья. И весы склоняются в сторону жизни, потому что в сокровенной крупице пульсирует время — самое весомое и драгоценное, что может обрести человек, самое важное, что способен добыть охотник за временем.

Белосельцев выходит на последнюю охоту. Время как никогда близко: после 1991 года оно уже не мчится, оно еле движется, оставляя за собой огненный, красно-коричневый след. Ещё несколько шагов — и желанная добыча, за которой отставной разведчик много лет гонялся по всему свету, окажется в руках. Вот-вот будет разгадана тайна бытия. Уже слышно тяжёлое дыхание подранка, его немощный стон. Охотник убирает за спину ружьё, достает тяжёлый нож для точного удара. И видит дивное существо, не явленное прежде ни одному взору.

В этом существе пульсирует жизнь, вырывается красно-коричневой струёй из раны. Но очи его не ведают страха, они пленительны, они завораживают. Если пристально всмотреться в зрачки, то, как на маленьких экранах, разрозненными кадрами можно увидеть танк, стреляющий с моста посреди многолюдного города, здание, подобное подожжённому улью, из сот которого сочится густой чёрный дым. Русский на русского замахивается дубиной, русский в русского выпускает пулю. Дальше ничего не видно — всё затянуто красно-коричневой пеленой.

Роман Александра Проханова "Красно-коричневый" — это хроника имперского реванша, "русского пожара" в осенние дни 1993 года. Подробная летопись расстрела парламента и подавления баррикадного протеста. После убийства Советского Союза, когда гнёзда улетевших красных богов заняли духи пустоты и тьмы, "духи вселенских могил, в которых погребены трупы исчезнувших цивилизаций", — в осаждённой стране постепенно копится праведный гнев и крепнет патриотическая оппозиция. На кремлёвских оккупантов восстают и коммунисты, и монархисты. Знамёнами оппозиции становятся и имперский триколор, и советское кумачовое знамя.

Внутри оппозиции есть свои трибуны и вожди, советники и вельможи, красные и белые генералы. И у каждого из них своё видение реванша, свой план восстановления великой державы. Кто-то стремится прежде всего сохранить компартию и манифестами консолидировать народ. Кто-то грезит о возрождении монархии. Кто-то на митингах призывает патриотов к решительным действиям. Кто-то, собрав вокруг себя молодых, сильных телом и духом, готовит боевые отряды. Кто-то убеждён, что одолеть противника можно, только нейтрализовав его "оргоружие", которое "воздействует на психические коды личности, искривляет логику поведения, управляет поступками и приводит к алогичным действиям". Кто-то считает, что необходимо планомерно, без потрясений внедрять в стан врага своих людей, сажать их на ключевые посты, тем самым выстраивая "новый курс".

Но среди этих патриотических течений нет консолидирующей силы. У лидеров оппозиции "отсутствует слух. Они живут среди уличных гулов, мегафонных стенаний, колокольных звонов, голошений толпы, но не слышат тихих шёпотов, в которых таится опасность. Неспособны к молчаливым раздумьям. Не умеют оценить угрозу, определить её размеры и точным ударом её обезвредить. В них обречённость изолированных, не связанных друг с другом вождей, находящихся под наблюдением врага, который знает их слабости, пользуется их честолюбием, мешает согласованным действиям". У оппозиции нет абсолютного лидера, который сплотил бы волю, силу, слово, дипломатию каждого. Патриотическая оппозиция подобна рассечённому витязю, на которого некому пролить живую воду. Вожди оппозиции, как слепые на картине Брейгеля, без общего зрячего поводыря сваливаются в овраг. Даже в час икс, обороняя Дом Советов, они подобны строителям Вавилонской башни, говорящим на разных языках и не внемлющим друг другу.

За месяц до трагических событий Белосельцев начинает "искать себе подобных, не сломленных, не бросивших оружие в болото, не сорвавших погоны, не зарывших ордена". Он поочередно встречается со всеми вождями оппозиции, каждому предлагает свой опыт разведчика, говорит, что ради одоления смуты готов на всё: от создания службы безопасности до диверсии в стане врага. Но всякий раз его умения оказываются невостребованными.

На Белосельцева неожиданно выходит сослуживец по Афганистану, фронтовой друг Каретный и зовёт в свои ряды. Деятельность Каретного туманна, законспирирована. Каретный многолик: временами он типичное воплощение нового режима, временами — его ярый противник, мечтающий о свержении президента, временами — неведомая третья сила, умело управляющая политическим процессом. Каретный вхож и в Кремль, и в парламент, ему ведомы все намерения оппозиционеров; все события творимой здесь и сейчас истории он опережает на несколько шагов.

Каретный уверяет Белосельцева, что его "тайный орден" проводит "операцию по исправлению русской истории". Есть программа в несколько этапов, согласно которой уже устранён Андропов, запущена Перестройка, провален Путч, посажен в Кремль Ельцин. Теперь же предстоит следующий этап под названием "Крематорий".

На засекреченной тренировочной базе Каретный показывает Белосельцеву имитацию штурма Дома Советов. Кажется, что происходит сдвиг временных пластов: тело осталось в настоящем, а разум, заглянув в будущее, принёс ужасную весть о грядущей крови и смерти. Весть о том, что обугленный Дом Советов станет для всей страны тем самым Крематорием.

Каретный, являя своё могущество, искусителем возносит Белосельцева над миром, кладёт ему на ладонь великую страну и обещает власть над ней. Каретный делает Белосельцева двойным агентом, связующим звеном между ненавистной новой властью и разрозненными патриотами, "световодом, по которому в обе стороны пойдут потоки энергии". При этом любая информация, добытая у противника и доставленная своим, будет работать в интересах противника: дезинформировать, сеять панику и раздор, толкать на необдуманные действия.

Операция, которую должен осуществить Белосельцев, именуется "Инверсия" — обратный порядок жизни, подрыв былых смыслов, насильственный разворот времени, ломка хребта истории. Этой инверсией в экономике и политике уже занимаются президент и основные министры. На инверсию уже работает Останкинская башня, мучительным электродом вживлённая в сознание народа, подрывающая истину, разрушающая светлые образы, порочащая героев.

Белосельцев же надеется через своё внедрение в стан врага изучить его оргоружие, осуществить среди своих "конверсию" — сращение, созидание в противовес распаду и ломке, объединение патриотических сил. Только через конверсию возможно сшивание исторического полотна, продолжение великого русского времени.

Но для этого нужно осознать место 1993 года в истории. Враг всеми силами пытается вырезать его из времени, отсечь от прошлого и будущего, сделать безжизненным, увядшим отростком русской истории. Время, по замыслу врага, должно пройти мимо 1993 года. Белосельцев старается подключить осень русского сопротивления к метаистории, которая, сопрягая время и скорость, живёт в постоянном ускорении и преумножении энергий.

С осени 1993 года начинается новая, воскресшая Россия — Россия Золотая: "Три проекта, три грандиозных замысла осуществляются один за другим полтысячи лет на континенте "Россия". "Белый проект", создание великой империи, великого Белого Царства, Белого Храма. Он осуществился и рухнул в начале века, породив бессчётное множество отвратительных уродцев и карликов… Но тут же из праха поднялся "Красный проект", создано Красное Царство, Красный Храм. Карликов и уродцев вновь прогнали в подклеть, в преисподнюю, туда, где им надлежит обитать. Весь нынешний век, меняя мир, спасая его от мрака и мерзости, осуществлялся "Красный проект". Он рухнул на наших глазах, и вновь из подклети появились уродцы и карлики… Расползлись, расплодились во всех уголках России. Но ещё невидимый, необнаруженный, обозначился третий "Золотой проект". Из 1993 года Золотая Россия ещё не видна ни журналистам, ни министрам, ни экономистам, ни военным. Эту Россию вместе с Белосельцевым прозрели защитники Дома Советов, баррикадники, бойцы Добровольческого полка, казаки и офицеры запаса, ветераны Афганистана и Приднестровья, недрогнувшие депутаты.

Все они, подобно катакомбникам, во тьме и холоде приняли бой, смерть, боль. Кто-то перед штурмом был крещён водой, кто-то во время штурма — крещён огнем: "Мы пройдём через очищение, как сквозь небесный огонь, который спалит все накипи, все грехи! Мы выйдем из этого огня обновлённые в Духе, как из купели! Примем здесь святое крещение!". Кто-то с епитрахилью и иконой вышел примирить враждующих, не убоялся снайперской пули и, падая, не выпустил икону из рук — икону Золотой России.

На этой иконе кровоточит потемневший лик Богородицы. Соединяются красный и коричневый цвета. Цвета не "коммуно-фашистов", а мучеников и "нищих духом" — "неутолённых, непресыщенных, недремлющих, алчущих Правды", стяжавших этот дух в битве за Отечество.

На иконе Золотой России — благословенное воинство Небесного Царя, "Церковь воинствующая" одолевает Князя Тьмы. Лукавый Вавилон попирается Небесным Иерусалимом. Небесное воинство благословляет на праведный бой ратников земных: "Покуда воин Христов на земле бьётся насмерть, до тех пор змею и Князю Тьмы на небе победы достичь невозможно". Потому солдат империи, охотник за временем, как преподобномученик Андрей Критский в покаянном каноне восклицает: "Душе моя, душе моя, восстани! Что спиши? Конец приближается!". Душа ратника за Отечество пробуждается, когда смыкаются "концы и начала", когда исполняются "времена и сроки".

На иконе Золотой России нарождается русская цивилизация будущего, что через материю постигла дух, что каждый свой космический корабль будет строить как ковчег спасения для всего человечества: "В этом корабле наше национальное прошлое, весь нынешний потенциал и ещё неосуществлённое будущее. Если произойдёт глобальная катастрофа и исчезнет вся земная цивилизация, но уцелеет один этот корабль, то из него может возродиться вся земная жизнь, от древности до сегодняшних дней". Эту русскую цивилизацию в 1993 году спасают, как Младенца от Ирода, сберегают, вызывая адский огонь на себя. Но "палачи всегда опаздывают": им не дано увидеть ни Рождества, ни Воскресения. Младенец, вынесенный из огня, останется жив.

На иконе Золотой России на белом и красном коне неспешно движутся благоверные князья Борис и Глеб — первые русские святые, страстотерпцы. Они принимают в свою небесную обитель мучеников Дома Советов, зовут туда, где сливается белый и красный цвет — сияет золотом.

Белосельцев всем смертям назло выбирается из осаждённого Дома Советов. Согласно "инверсии", ему необходимо добыть чемоданчик с компроматом на президента. Белосельцев понимает, что эти сведения могут определить дальнейший ход истории и они не должны попасть к Каретному. Их нужно сберечь до момента восстановления патриотических сил, чтобы потом метнуть компромат, как гранату, в стан врага.

Но Белосельцева всё же настигает Каретный. Когда заветный чемоданчик вскрывается, в нём обнаруживают лишь ком грязного белья. Какая-то неведомая сила, кто-то более изощрённый и гениальный перехитрил противоборствующие стороны.

Под пытками у Белосельцева стараются выведать след компромата, но этот след растворился в чёрном дыму расстрелянного парламента. Белосельцев не молит о пощаде, принимает муку, и пуля, от которой уберёгся во время штурма, настигает его теперь выстрелом в упор.

Как воин из старинной народной песни, Белосельцев "убит да не убит". Он вынес из-под снарядов, из холода и тьмы самое сокровенное, самое ценное и спасительное, что не сравнится ни с какими компроматами. Как икону из пожарища, как знамя с поля боя, он вынес Россию, её сияющий лик.

Душа оставляет бренное тело, парит над миром: "Мирозданье цветёт, источает зори и радуги. Сотворяются миры и пространства, дышат, живут. В них царствует разум. Всё движется, ликует, струится. Славит кого то, кто создал эту многоцветную живую Вселенную, и каждая звезда и светило, каждая населённая жизнью планета славит Творца". Душа незрима и тиха, но настанет час, и, как Архангел Гавриил, она протрубит, что Россия не убита, что её золотая икона уже написана.

Охотник убрал нож, склонился над временем-подранком, положил на пульсирующую рану целебный зелёный листок. Ещё раз пристально всмотрелся в глаза времени. В них развеялась красно-коричневая мгла. Воссияло солнце, встретилось с дивным цветком, пролило на него луч света, в котором открылась тайна, явился долгожданный смысл. Цветок распустился новой жизнью. Распад преодолён.

 

Генштаб газеты "Завтра"

Отшумел XIII Международный авиакосмический салон, МАКС-2017 в Жуковском. В течение шести дней сотни (по разным оценкам, от 330 до 460) тысяч зрителей смогли насладиться видом замечательных образцов современной и раритетной авиатехники, а также мастерством лучших отечественных и иностранных пилотов.

Для бизнесменов, специализирующихся на авиакосмической тематике, на форумах подобного уровня, как говорится в русской поговорке, "день год кормит". В этот раз было заключено рекордное количество сделок на сумму более 400 миллиардов рублей! Ещё бы! Ведь в работе МАКСа-2017 приняло участие более 880 компаний из 33 стран мира.

Несмотря на санкции, ведущие производители авиационно-космической техники: Boeing, Airbus, Европейское космическое агентство, SafranGroup, CFMI, Thales, Honeywell, Pratt&Whiney, Rolls-Royce и многие другие, — не преминули представить свою продукцию на столь представительной площадке. А такие страны, как Франция, Иран, Бельгия, Чехия, Канада, Беларусь открыли здесь свои национальные павильоны.

Около ста летательных аппаратов было выставлено на статической стоянке. Особое внимание зрителей привлекли новинки. Безусловным лидером среди самолётов стал МиГ-35, который должен прийти на замену МиГ-29. Эта машина обладает характеристиками самолётов 5-го поколения, поэтому ей присвоен индекс 4++.

Учебно-тренировочный самолёт Як-152, обладающий уникальным соотношением стоимость/эффективность благодаря своему дизельному двигателю, совершил первый полёт 29 сентября прошлого года.

К сожалению, МС-21, новый самолёт для авиамагистралей ближней и средней дальности проходит программу заводских лётных испытаний в Иркутске, поэтому на авиасалоне он был представлен только макетом. Несмотря на это, именно данный лайнер вызвал самый острый интерес у потенциальных заказчиков.

Вертолётостроители представили специальную арктическую версию военного вертолёта Ми-8МТШ-ВА "Терминатор", способную совершать длительные полёты в условиях Арктики, запускаться при долгой стоянке на морозе до 60 градусов, чего не могут западные аналоги.

Очень грозно выглядел и вооружённый до зубов Ми-171Ш-ВН. Являясь очень продвинутой версией всемирно знаменитого Ми-8, эта модель вобрала в себя всё самое передовое в области вооружений и средств защиты.

В разделе беспилотных летательных аппаратов сенсацию вызвал дрон "Орион" производства группы компаний "Кронштадт", являющийся "тяжеловесом" в ряду БПЛА. Его вес — около 800 кг! В воздухе этот аппарат способен продержаться более суток. За его полётом, происходившем под Рязанью, в одном из эпизодов во время выставки наблюдал из Жуковского президент России В.В. Путин. И лично убедился в том, что качество передаваемых этим разведчиком материалов очень высоко.

Кстати, о демонстрационных полётах. Они являются украшением каждого МАКСа, превращая его в настоящий праздник воздушного мастерства, привлекающий своей зрелищностью, красотой и демонстрацией мощи авиационных средств. В этом году в них принимало участие 84 машины 8 пилотажных групп. Помимо наших знаменитых "Русских витязей", "Стрижей" и других, впервые в российском небе демонстрировала своё мастерство пилотажная группа из ОАЭ "Fursan Al-Emarat", что в переводе означает "Рыцари из Эмиратов". Отличительной особенностью пилотажа этой группы являлось применение в полёте почти постоянно цветных дымов в очень плотном строю. Были и знакомые нам "Baltic Bees", ("Балтийские пчёлы") выступающие на L-39 "пчелиной" окраски. Их полёт отличает динамичность выполнения фигур высшего пилотажа.

Но ничто не могло превзойти фантасмагорию, устроенную в небе парой перспективных самолётов пятого поколения Т-50, разыгравших на глазах изумлённой публики учебный воздушный бой. Казалось, что этим самолётам подвластно всё! Двигатели с изменяемым вектором тяги позволяли им вращаться вокруг собственного хвоста, заходя для атаки, лететь с неестественно задранным носом на минимальной скорости, крутиться в плоском штопоре, смертельно опасной для других самолётов фигуре, с непринуждённой грацией выходя из неё тогда, когда пилоту это вздумается, кувыркаться вокруг любой оси, и, опираясь на реактивную струю, вертикально, как ракета, устремляться ввысь. По контрасту с этой эквилибристикой, пилотаж самого большого в мире Ми-26Т2 в исполнении двух Героев России, лётчиков-испытателей МВЗ им. М.Л. Миля: Климова А.М. и Маслова С.В., — смотрелся солидно и весомо. Огромная машина величаво, но, вместе с тем, грациозно, довольно резво для своих габаритов и веса, танцевала в воздухе, вызывая восторг у зрителей. И уж, конечно, особый взрыв эмоций сопровождал полёт знаменитой "пилотессы", многократной чемпионки мира и Европы Капаниной С.В. и лучшего нашего отечественного пилотажника на вертолётах — Георкова Г.Г. Никто в мире и близко не может подойти к этим вершинам мастерства! Поэтому зрители, заполнившие всю чашу лётного поля аэродрома, не отрываясь, завороженно смотрели в небо, боясь пропустить хоть один пируэт. В общем, праздник удался! Несмотря на уже традиционные неудобства, связанные с непродуманной организацией заезда и выезда с открытых стоянок, недостаточное количество мест "общественного пользования" и другие мелкие шероховатости…

Во время авиасалона среди его участников циркулировали упорные слухи, что это последний МАКС, организуемый в Жуковском. Появились сведения, что его хотят перенести в Кубинку. Очень жаль, если "намоленное" авиаторами многих стран место, ставшее известным во всем мире брендом, имеющее всю необходимую инфраструктуру, отойдёт в сторону от этого полюбившегося зрителям и промышленникам праздника. Остаётся надежда на разговор лётчиков-испытателей с президентом России, в котором они попросили рассмотреть их письмо в защиту Жуковского. Ну, что ж, надеждой и жив человек…

 

Время поэта

Время поэта

Галина Иванкина

27 июля 2017 0

о книге Виталия Аверьянова «Со своих колоколен»

"Я с эпохою моей на ноге короткой,

С дерзновеньем, панибратски обращаюсь с ней".

Виталий Аверьянов

Образованный господин эпохи Просвещения был всезнающим и — всеобъемлющим. Он знал химию и алхимию, астрономию и астрологию. Писал трактаты по математике и тут же — на полях тетрадей — посвящал куртуазные вирши фрейлинам королевы. Перед ним не стоял вопрос, физик он или лирик. Он хотел всего — и алгебры, и гармонии. Философ, драматург, вельможа, правовед — славнейшие роли исполнялись одним деятелем. Всё надо успеть, ибо мир открывался во всех его прекрасных и — ужасных гранях. Потом пришли века "узких профи", и хотя Козьма Прутков шутил, что специалист подобен флюсу, но разносторонность всё чаще становилась роскошью. Ухватился за концепцию — и тащи её до пенсии, не отвлекаясь на тонкости и нюансы. У наших современников множество необязательных хобби: они либо скрашивают жизнь — скучную и размеренную, либо что-то там развивают, при этом никогда не становясь второй профессией. Люди сочинительствуют в блогах, корявенько рисуют, фотографируют для Инстаграма. Поют и пляшут, понимая, что пляшут — посредственно, а поют — ещё хуже. Поэтому всегда интересно встретить человека, для которого поэзия, философия и политология — не увлечения, а равновеликие смыслы. Как для образцового кавалера времён Руссо. Таковым является Виталий Аверьянов, чей поэтический сборник "Со своих колоколен" — тому подтверждение. Мне знакомы работы Аверьянова-политолога и Аверьянова-философа. Но если бы только это! Его изысканные опусы, посвящённые Велимиру Хлебникову и Амедео Модильяни, выдают знатока (а не "любителя"!) искусств. Признаться, нынче сложное время для стихов. И хотя "поэт в России — больше, чем поэт", но… мы живём в состоянии прозы. Не то чтобы уж совсем ползаем, но и не летаем. Недаром в русском языке "проза" — часто синоним обыденщины, а поэзия — всё феерическое, возвышенное, светлое. Александр Проханов подчёркивает: "Читаешь стихи Виталия Аверьянова — и кажется, что опускаешь ведро в глубокий колодец, водишь ведром в этих сумрачных студёных глубинах, а потом вычерпываешь со дна словеса, от которых отвык наш слух". Слух, привыкший к новостному интернет-ритму, отвык от словес. Великая смелость — заделаться пиитом в непоэтические лета.

Но Аверьянов — дерзает и не разочаровывает. Он одновременно саркастичен и пафосен. Рассказывает истории из жизни. Ностальгирует? Немножко. Ибо — современен: "Я с эпохою моей на ноге короткой, / С дерзновеньем, панибратски обращаюсь с ней. / Не уехал, не сломался, не упился водкой. / Якоря мои — таланты, ждали лучших дней" ("Про мои таланты", 2016). Погружение в перестроечные 80-е с их бунтарством и разрушением, рок-тусовками и острым неприятием прошлого. Аверьянов вспоминает и рок-бэнд ("Но все дилетанты, пить с такими интереснее. / Много было выпито, а группы нет как нет"), и поколение отцов, "раскатанное в хлам", и даже то, что "Мы за ними — словно взвесь…". Катастрофический, но закономерный итог: "Там где бабки план давали, внучки курят план". Каламбур с горчинкой. Автор смог вырулить на верную дорогу и — не разменял "дар на подарки", которые, быть может, принесли бы дивиденды.

Виталий Аверьянов — доверителен и открыт. Он вещает о времени и о себе с позиции человека, одинаково считывающего и прошлое, и будущее. Русский архео-футуризм — устремление в Прекрасное Далёко. Либо в загадочное Вчера, либо в сияющее Послезавтра? Но нет — в оба направления одномоментно. "На заре ты, Москва, и чудна, и красна. / Здесь увидишь дома, как из старого сна. /Здесь живут чудаки, древних тайн знатоки, / Полуеретики, полусказочники" ("Московское время", 2000). Москва — многослойна, в ней зашифровано и прошлое, и будущее, и параллельные миры, и потайные двери. Аверьянов пишет рельефную картину — восторгается иль негодует, а затем — поступает совершенно… по-московски: "Я лечу от Кремля в малый храм домовой, / На квартирку к попу, что ушёл на покой…". Столичный ритм XXI столетия уступает размеренности веков и постижению главного, быть может, единственного смысла.

Русь — могучая, обильная, сирая да убогая, как обычно у всех наших поэтов с их дворянской одухотворённостью и вечной тоской по царству справедливости. "Богом позабытые / На Севере живём, / У Христа за пазухой — / Никому не нужные" ("Пророчество Серафима", 2004). Русская жизнь — оксюморон, загадка. Не то Европа с научным горением и жаждой путешествий. Не то Азия с фатализмом и тиранией. А посреди всего: "Народ — носитель Божества! Друг своего убожества!". Россия не бывает "нормальной" страной. Она или в космосе, или в грязи. Или — в Золотом Веке, или — на задворках цивилизации. Это и крест, и миссия, и единственная реальность. Большинство стихов Аверьянова посвящено именно этой теме: Русь, куда несёшься ты? К богоносности или под откос по всем болезненным ухабам? Но поэт оптимистичен: "То, что наша Русь святая, — / Это тайна непростая, крепкий наш орех…" ("Обморок", 2003).

Не последнее место в сборнике занимают злободневные и — насмешливые стихи. "Меня опять в фашизме упрекнули…", — жалуется лирический герой, пересказывая все свои злоключения ("Лекция", 2000). Сначала — попытки противостоять и петь залихватское "Rusland über alles!", а следом — понимание, что теперь ты, увы, некомильфотен средь подпевал-грантоедов. Вывод — сокрушителен: "И понял я, что нужно мне мутировать, / Что мне необходимо мимикрировать. / Иначе окажусь я, озабоченный, / Без грантов, без работы, — на обочине". В другом своём стихотворении ("Абъекция", 2000) Аверьянов даёт стойкое определение всей нынешней морали: "…и окончательный пост-неопофигизм…".

Тут он продолжает издеваться над персонажем, прогнувшимся под изменчивый мир: "Стал утончённей я и социальнее, / Интерактивнее, бисексуальнее. / Теперь влюблён я в общество открытое, / Гермафродитное и очень… сытое". Замечу, что Аверьянов не клеймит позором, а… почти жалеет того, кто стал "бисексуальнее", а потому — социальнее. Во "Втором письме ста деятелей российской культуры" (2012) — другая интонация. Резкая и — жёсткая. До ненависти. "Но шикарнейшим панк-молебном разрушены все табу — И отныне эти табу ваши дети видали в гробу!" Обозначает всё это дивным термином: "шмаробунт". Бунт шмар. Девки-кощунницы, великовозрастные инфантилки, для которых протест существует лишь ради самого протеста. Разрушение — ради руин. Крик — не чтоб услышали, а чтоб — орать. Здесь Виталий становится немного Маяковским: "Даже Виктюк и Гельман на них с завистью пялят бельма!". Горечью — напополам с иронией — пронизана эпиграмма, посвящённая украинской трагедии: "Никогда мы не будем братьями, / Потому что родились сёстрами" ("Россия — Украине", 2014). Издевается над "европейской высшего качества" невмершей Панночкой? Или — жалеет её? В коротком тексте — бездна аллюзий. Точность и чёткость. А вот — ответ дешёвому рокеру-сутяге, от которого тогда отступились и старинные фанаты, ещё в конце 1970-х писавшие письма в защиту (после публикации "Рагу из синей птицы"). "Ликуй, поэт, невольник чести, / Воспрянь, оплёванный молвой! / Ты от Проханова и от "Известий" / Сполна гешефт получишь свой!". Рокер и гешефт — в принципе несочетаемые понятия, но этот как-то умудрился.

Виталий Аверьянов умело владеет рифмой, более того — он постоянно играет фразами, что в наши дни — редкость. "Осень. Мудрость, вескость слова. Хоровод вокруг Покрова…", "У дремучего космоса в безднах тоже есть отмели…", "Душу вырежи из камня слова…" — любование созвучием, какое возможно только при отменном знании русского языка. "Эх, куда же вы ушли, Древние лати́няне? — В книги, в камни, — веришь ли? — В звучный лепет имени…" — какое филигранное чувствование!

Ранние опыты — у большинства наивные — тут выглядят иначе: Аверьянов сразу взял нужный темп и правильную ноту. В его стихах 1990-х — отголоски, осколки Серебряного века, через увлечение которым проходит каждый русский интеллигент. И как нам жить без Парижа? "Увидев башню, я не сдрейфил. / Великий символ, говоришь? / Ну что же, филигранный Эйфель / Упёрся лапами в Париж" (из ранней лирики, начало 1990-х). Юношеские вирши — это зачастую фанаберия и некий выплеск. Здесь же всё стройно. Как будто пишет зрелый и — мудрый человек. "Я мамонт, я массивен и лохмат, / Всё шире мой недюжинный охват. / Ломлюсь за грань времён, в простор без края… / Я мамонт, но не вымираю!" ("Пора", 1992). В этом сравнении себя с мамонтом — известная доля лукавства, ибо Аверьянов — своевременен и сопричастен жизни. И финал — ясен: "Сниженье хлопьев. Ясно и свежо. Похрустывает под ногой снежок…". У Виталия — свои отношения с Временем — как с материей и энергией. Время то растягивается, то замирает в некой яркой точке. Останавливается мгновение. Летит вперёд. Автор оглядывается на былое. Резюме: "А жизнь вращается по-своему, / Не помещаясь в твёрдый план" ("Богоноша", 2005-2006). Наш человек — и грешник, и богоносец, и мамонт, и провидец Будущего. Чем сердце успокоится? "Как за соломину держусь за Родину", — говорит Аверьянов. Впрочем, не только говорит. Многие стихотворения положены на музыку, а потому Аверьянов-поэт превращается в Аверьянова-барда. Диск из более чем 25 песен — то лирически-балладных с рок-начинкой (потрясающие "Радуга" и "Осень"), то сатирически-бардовых ("Лекция", "Абъекция", "Второе письмо ста деятелей российской культуры"), то повествовательных ("Про мои таланты"). Стихи, обретшие мелодию, звучат ещё острее. Проблема и затык, тупик авторской песни — принципиальная повторяемость мотива. Но Виталий и здесь идёт своим путём — ждёшь банально-выученной (и вымученной) музыкальной темы, но получаешь оригинальный мотив. "Конечно, поэт Аверьянов — это русский ведун. Такие время от времени рождаются в нашей словесности. К их числу можно отнести и Хлебникова, и Клюева, а теперь и Виталия Аверьянова", — сказал о нём Проханов. Мне же хочется добавить, что не только ведун. Ещё и со-временный и со-причастный глашатай-гражданин.

Виталий Аверьянов "Со своих колоколен. Стихи. Песни. Эпос" — М.: Книжный мир, 2017. — 184 с.

"25 песен" MP3-диск (студия "Music For Sale", 2016).

Со стихами и песнями Виталия Аверьянова можно бесплатно ознакомиться на сайте http://averianov.net

 

Россия - футбольная страна!

Россия - футбольная страна!

Андрей Смирнов

27 июля 2017 0

Андрей Малосолов в гостях у "Завтра"

14 июня 2018 года в России откроется 21-й чемпионат мира по футболу. Недавно в нашей стране прошёл Кубок конфедераций, который обычно рассматривается как репетиция мирового футбольного форума. О проблемах отрасли беседуем с футбольным экспертом, журналистом и одним из идеологов фанатского движения Андреем Малосоловым.

«ЗАВТРА». Каковы ваши впечатления от Кубка конфедераций?

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Кубок конфедераций мы должны рассматривать не как репетицию к Чемпионату мира, а как мощное информационно-идеологическое мероприятие, которое Россия провела на очень высоком уровне. Российскому футболу на данной короткой перспективе это ничем не поможет. Наша сборная сильнее точно не станет. Но футболу как отрасли большие турниры принесут огромные плюсы. И поскольку я большой любитель внутреннего туризма - это наш исторический шанс коренным образом сместить имиджевые представления о России. К нам приезжают болельщики -  а на Чемпионат мира их приедет не 10-15 тысяч, как на Кубке Конфедераций, разговор идёт о сотнях тысяч или даже миллионах - и они увидят другую Россию. Не лубочную, не клишированную, а настоящую, которую порой сами русские не знают. В обществе до сих пор бытует представление о том, что в России только плохие дороги, а на центральных площадях провинциальных городовваляются пьяные мужики. Как человек, посетивший за последние три года 122 города, могу сказать, что это совершенно не так.

Конечно, мы живём очень непросто. И не только финансовые кризисы тому виной. Есть и кризис самоидентификации, когда беспомощность власти накладывается на апатию самого населения. Но в целом картина во всех городах, где будет проходить Чемпионат мира, очень позитивна. Даже Саранск, который считается самым слабым, скажем так, с точки зрения истории - в нём просто мало кто был, сейчас это очень ухоженный, современный город. Ещё лет пять-шесть назад в Саранске было две убогих гостиницы, но сегодня там есть всё для приёма туристов. Мировой футбольный форум – для нас идеальный шанс наладить многие инфраструктурные моменты - аэропорты, стадионы, дороги.

«ЗАВТРА». Зачастую в патриотическом сообществе звучит беспокойный мотив – деньги выбрасываем на стадионы вместо того, чтобы заводы строить…

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Стадионы-то тоже надо строить. Вспомним сталинскую программу семисот парков и стадионов. Прошло всего несколько лет после войны, а власть задумала и реализовала такой проект. И многие из этих стадионов простояли до нынешних времён, и ещё бы стояли, но они уже инфраструктурно не подходили под современные реалии, поэтому их переделали. Это и республиканский стадион Киева, и "Лужники".

Стоит опровергнуть заблуждение патриотической общественности, что ничего не строится. Возьмём, к примеру, Иваново. Там возобновлены практически все ткацкие мануфактуры, которые были построены в XVIII-XIX вв., благополучно закрыты в 90-е, потому что нашей стране якобы не нужны были свои носки и постельное бельё. Но потом выяснилось, что всё-таки нужны и сейчас предприятия работают. Пойдём дальше. Я вижу как в Орловской, Тульской, Белгородской областях поля от края до края запаханы. Недавно ездил в Торжок. Да, выслушал кучу стенаний на тему «живём плохо». Однако появилась современная газораспределительная станция, там много людей работает. Открыт новейший молочный завод. Просто времени не хватит перечислить, что есть. Это тенденция.

«ЗАВТРА». Есть и такой критический взгляд: строятся стадионы, которые после Чемпионата мира не будут востребованы, ибо на футбол в России ходит в среднем по несколько тысяч человек - куда нам сорокатысячные махины?

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Футбол – динамичная история. Сегодня "Балтика" (Калининград) играет в ФНЛ, а завтра будет в Премьер-лиге. В своё время калиниградцы играли в высшем дивизионе, и стадион был заполнен на каждом матче. Стадионы строятся на продолжительную перспективу, как минимум, на пятьдесят лет. Сейчас средняя посещаемость матчей российской премьер-лиги порядка 14 тысяч человек, но ещё пять лет назад – была 21 тысяча. Но если мы будем наконец-то уделять внимание маркетингу и пиару футбола, то все эти стадионы будут заполняться и будут приносить доход.

Выручка клуба при заполнении, скажем, стадиона уровня "Локомотива" порядка двух миллионов долларов за матч. Если стадион муниципальный, то доход есть у города.

Клубы Германии порядка миллиона евро за один матч поднимают только на пиве и сосисках. И если грамотно и адекватно построить такую же систему у нас, тоона будет приносить доход. В России единственный клуб, который смело разливает пиво на стадионе – петербургский "Зенит". Вопреки убеждению, что "Зенит" только и делает, что тратит газпромовские деньги – это самый эффективный с маркетинговой точки зрения клуб страны. Он зарабатывает очень хорошие деньги на рекламе, на маркетинге, на продаже шарфиков, у них 60 магазинов в Петербурге. Сравните с московскими клубами: у "Спартака" - 2 магазина, у ЦСКА и "Локомотив" по одному. Можете себе представить? Это что бизнес?!

«ЗАВТРА». Вы регулярно говорите о негативном имидже нашего футбола, который и мешает развиваться.

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Нам нужна модернизация всей футбольной отрасли. У российского футбола множество системных проблем.Но один из них особо показателен - это имиджевая составляющая футбола. На протяжении последних семи лет, после ухода Мутко в 2010 году из РФС, прихода Сергея Фурсенко, затем Николая Толстых, и возвращения Мутко -вместо развития шли разборки. К тому же очень слабо задействована информационная составляющая. Приведу в пример ситуацию с Минобороны и с МИДом. Одна Мария Захарова в Фейсбуке создаёт десяток инфоповодов в день и формирует такой позитивный имидж МИДа, какого никогда не было. Ещё несколько лет назад о МИДе отзывались как о кладбище для дипломатов, а про тогдашний образ Минобороны вообще можно не упоминать. Сейчас же в армии конкурс в контрактники. А МИД вообще считается гордостью страны. Безусловно, без внутренних изменений внутри этих отраслей нельзя было никак обойтись. Но одним из важнейших показателей, который их вытянул – это создание позитивных образов, это оперативная реакция на запросы общества. Если раньше любой комментарий надо было ждать и выверять сутками, то теперь спикеры МИДа делают это практически моментально. Видимо, им были предоставлены такие полномочия, придана хорошая команда,и результат – налицо. И в футболе самое первое, что нужно сделать – усилить позитивную информационную составляющую.

Возьмём бытовую аналогию – рядом с вашим домом открылся магазин. Но все соседи говорят, насколько магазин плох - обсчитывают, грязно, товары просроченные. Скорее всего, вы даже проверять не станете, просто будет игнорировать магазин. Ну и как люди пойдут на футбол, когда из каждого «утюга» мы слышим исключительно негативные оценки, которые просто уже вошли в моду? Сравним строительство стадиона "Крестовский" в Питере и столичных "Лужников". За всё время реконструкции с "Лужников" не ушло ни одной негативной новости, хотя и там могли падать рабочие с лесов и ломаться конструкции. Но работала команда профессионалов, и строительство шло без медиа-скандалов. А питерский стадион стал просто преддверием ада. Негатив лился тоннами. Каждый день обязательно что-то происходило, отчего общество хваталось за голову, и даже у людей, которым до стадиона и футбола вообще дела нет, сформировалось представление, что "Крестовский" - синоним коррупции.

Хотя стадион в Питере построен «по рынку», его стоимость со всей окружающей инфраструктурой примерно такой и должна быть, с учётом, как говорится, "северных надбавок". Второе, о чём тоже мало говорят - в расчётах ошибся первый архитектор-японец. И стадион зашёл в плывун, куда как в чёрную бездну уходили сваи.

Есть такая поговорка - если пустите плохую энергетику, дальше она всё сделает за вас. Вот уже и открыли "Крестовский", а тут же что-то полилось с крыши. Мне это напомнило дикий гвалт вокруг сочинской Олимпиады, когда какие-то мелочи вытаскивали на всеобщее обозрение.

«ЗАВТРА». Тогда говорили, что Путину показали "потёмкинские деревни", и с началом игр неизбежен "технологический коллапс", что всё обрушится, и ещё террористы будут устраивать атаки.

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Именно. А всё прошло очень достойно. Кстати, как раз вернёмся к вопросу заполнения стадионов. Вся сочинская инфраструктура работает, несмотря на то, что игры давно завершились. От Адлера до Красной Поляны – прекрасные условия. Говорят, что сейчас там лучшая зимняя каталка в Европе. На хоккейную команду, которой никогда в Сочи не было, приходит в среднем по 9 тысяч человек при вместимости арены в 12 тысяч. Это отличный показатель.

Повторюсь, футбол – динамичный спорт. Стоит команде выйти в премьер-лигу, и благодаря стадионам, клубы будут зарабатывать сами, не клянча у губернаторов, и возможно, не прибегая к помощи корпораций. Когда я работал в футбольном клубе "Жемчужина Сочи" в 2010-2011 гг., то мы разработали пятилетнюю программу развития. На неё выпадало два «пустых» года, но в этот момент как раз строился стадион "Фишт". (Команда обанкротилась вследствие того, что были запрещены казино, а у владельца "Жемчужины" был именно этот бизнес). По нашим расчётам выходило, что в Сочи при правильном ведении дел средняя посещаемость стадионов в случае попадания в премьер-лигу будет составлять минимум 80-85% . Стадион стоит в очень хорошем месте, у пляжа. Первая категория – местные болельщики, они должны были взять на себя примерно половину мест, вторая категория – пляжники, отдыхающие, и третья категория – приезжие болельщики. "Спартак" или ЦСКА запросто привезли бы на море 5-7 тысяч человек. А за счёт болельщиков формируется касса любого нормального клуба. И чем больше вмещает стадион, чем больше у вас посещаемость, тем меньше у вас проблем с обеспечением команды.

«ЗАВТРА». Но есть известная страшилка, которая сработала и на Кубке конфедераций – «ужасные фанаты», которые хулиганят на стадионах. При том, что эффект от организованного боления на матчах сборной России несколько лет назад очевиден.

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Кубок конфедераций показал, что работа с болельщиками на настоящий момент ведётся очень плохо. Если вообще ведётся. Виталий Мутко в своё время совершил революцию для сборной России, сделал её модной. Тогда был прекрасный проект, который четыре года работал, но потом увял – я говорю про Всероссийское Объединение Болельщиков (ВОБ). Так, на матч Россия – Азербайджан в марте 2009 года, в холодную погоду, пришло почти 70 тысяч человек. Это было настоящее партнёрство между болельщиками и Российским Футбольным союзом.

К сожалению, из-за личных качеств руководителей ВОБа, в том числе и меня, как бывшего вице-президента,Объединение потеряло влияние. А потом структура превратилась в вариант бодрого комсомольского отчёта о проделанной работе. И произошло имиджевое крушение ВОБа. В этом, конечно, огромную роль сыграл президент ВОБ Александр Шпрыгин. Он одновременно и создатель, и могильщик уникального проекта. Я думаю, что и Мутко о крахе ВОБ сожалеет. Когда ВОБ создавался, все прекрасно понимали, что возникает лояльная главе РФС армия болельщиков, фактически его электорат. Мутко реально был популярным руководителем. И он шёл навстречу болельщикам. Сегодня воссоздать такое обоюдное движение очень сложно.

Касательно, запрета на посещение Кубка Конфедераций. Действительно, пяти сотням человек без предупреждения были аннулированы так называемые паспорта болельщиков. Организаторы перестраховались совершенно возмутительным образом. Пострадал ряд моих знакомых, которые не то, что далеки от фанатизма или околофутбола, а очень далеки от него. "Бан" получили люди, которым уже под пятьдесят лет. Или сработали уже западные страшилки. Того же Васю "Киллера" Степанова объявили виновным в столкновения в Марселе, хотя в этот момент у него рождался пятый ребёнок и он находился в Москве. Как он мог руководить действиями во Франции – по телефону? Типа, «нападаем, захватываем и по такой-то улице отходим»? Степанова демонизировали, он доказал, что непричастен, однако организаторы Кубка Конфедерации поверили страшилке Би-Би-Си. Смешно и грустно.

Повторения этой ситуации никак нельзя допустить на Чемпионате Мира. Кому-то кажется, что всего-то полтысячи человек заарканили, не пустили на Кубок Конфедерации, но это очень нехорошая история. По одной простой причине: болельщик – это энергия футбола. На матчах сборной России стояла гробовая тишина - это нормально?! Когда играли Чили и Мексики, за которыми приехали тысячи именно фанатов – на трибунах бурлила жизнь. А на игре сборной России был театр. Но футбол – не театр. Я не буду ходить на футбол, даже с ребёнком, если он превратится в театр. На футбол я иду за эмоциями, за драйвом. Спокойно посмотреть матч можно дома, на диване. Ещё, кстати, и с большими удобствами: можно пить пиво, можно есть воблу, можно даже бутылку водки поставить. Никто мне и слова против не скажет, кроме жены, если я переберу.

На Кубке Конфедераций мы увидели, что можно разливать пиво, и никто не буянит, и это звоночек тем, кто ратовал за запрещение пива на российских стадионах. Пиво – часть футбольной экономики. Человек приходит на стадион после рабочей недели, чтобы отдохнуть, выпить пива, выплеснуть эмоции… Кубок Конфедераций дал возможность задуматься о том, что в России сделано неправильно для привлечения болельщиков на трибуны.

«ЗАВТРА». Недавно читал про российское первенство 1994 года и обратил внимание, что сейчас в высшем дивизионе играют всего пять команд из того времени: квартет московских плюс "Урал", тогда ещё "Уралмаш".

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Не думаю, что мы должны посыпать голову пеплом по поводу того, что у нас пропадают клубы. Вот "Глазго Рейнджерс", который столько раз был чемпионом Шотландии, что, наверное, уже в самой Шотландии точно не скажут, в первом раунде Лиги Европы проиграл команде "Прогресс" из люксембургского города Нидеркорн с населением в 5500 человек. Где сейчас "Ноттингем Форест", в своё время дважды выигрывавший Кубок Чемпионов? Или "Лидс"? Где "Парма", неоднократный обладатель европейских кубков? И в Европе клубы банкротятся, исчезают, становятся непопулярными. Футбол- очень логичный спорт, в котором, конечно, бывают сенсации, но это исключения которые лишь подтверждают правила. К успеху ведёт планомерная системная работа. 

«ЗАВТРА». Валерий Газзаев, например, говорит, что у нас переизбыток профессиональных клубов, в трёх лигах играет сотня команд, что больше чем в Англии или Германии, где уровень футбольной индустрии куда выше.

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Валерий Георгиевич Газзаев - один из самых харизматичных и умнейших людей в нашем футболе. И то, что он почему-то сейчас не востребован -катастрофа. Валерию Георгиевичу его противники не могут простить развала "Алании", забывая, сколько он для той же "Алании" сделал. Как и вообще для всего российского футбола. Это человек, который завоевал с ЦСКА первый отечественный кубок УЕФА, он превратил ЦСКА в один из самых титулованных клубов России.

И во многом Газзаев прав, когда говорит о том, что у нас слишком много профессиональных клубов, которые сидят на бюджете. Но есть и одна очень важная штука. Лишите государственной поддержки какой-нибудь восточный клуб с традициями, например, СКА (Хабаровск) или "Динамо" (Барнаул), и эти команды просто исчезнут. Потому что бизнес неохотно идёт в футбол. Плюс ко всему мы живём не в Бельгии, где на автобусе самый дальний выезд уложится в три часа. Наша страна очень дорога для перемещения. Большинство клубов вынуждены нанимать чартерные рейсы. Представляете себе перелёт из Калининграда в Хабаровск на матч чемпионата. В Европе такого просто нет. Это было бы сравнимо с тем, если бы во Франции во внутреннем чемпионате играл клуб из Гваделупы. Большой вопрос, как бы они действовали. Но, например, в Португалии командам, базирующимся на Азорских островах, на Мадейре (откуда, кстати, родом Криштиану Роналду), перелёты на материк компенсирует федерация.

Да, российский футбол избалован влиянием со стороны финансовых и властных элит. Но и существовать совсем без государственной поддержки он не сможет. Я с оптимизмом смотрю на наш футбол, на историю, связанную с проведением Чемпионата мира. Ещё раз подчеркну, что это здорово поднимет нашу страну. И на этом важном базисе будет возможность развивать хороший футбол, как это делают на новых стадионах "Спартак" или "Краснодар", история которого не насчитывает и десяти лет, а в минувшем сезоне средняя посещаемость уже превысила 21 тысячу зрителей.

«ЗАВТРА». Вспоминая споры прошлого года: всё-таки «Россия – футбольная страна»?

Андрей МАЛОСОЛОВ.  Безусловно, Россия – футбольная страна! Тот, кто говорит обратное, совершает преступление против футбола. Если вы считаете, что я лукавлю или исхожу из ура-патриотизма, то зайдите в любой двор и вы увидите, во что играют дети. Они играют не в бейсбол, а в футбол. И посмотрите, кстати, на ажиотаж вокруг приёма в футбольные школы. Да, кто-то из родителей считает, что таким образом вкладываясь в ребёнка, он обеспечивает своё будущее. Но в большинстве своём люди отдают детей в футбольные секции, потому что такова традиция. Массовое сознание ведёт в футбол. 

 

Апостроф

Апостроф

Сергей Угольников

27 июля 2017 0

Всеволод ЕМЕЛИН. Эхо инвалидов. – М.: Фаланстер, 2017. – 184 с. 

Сложно, да практически и невозможно писать рецензии на книги друзей и знакомых. Тем более таких, как Всеволод Олегович. Нет необходимого элемента отчуждения, понимаешь собственную субъективность и ангажированность. Для вящей объективности надо бы отзыв на книгу начинать со слов: «Емелин – это глубоко законспирированный русофоб и жалкий украинский приспешник». Но для такого определения в адрес поэта – в его стихах явно недостаточно поклонений Перуну, Одину, боевому гопаку,  или хотя бы священному праву частной собственности. Поэтому ладно, пусть будет субъективное мнение. 

Новый сборник «Эхо инвалидов» издатели позиционируют как «стихотворения времён гибридной войны». И хотелось бы поправить как издателей, так и маститых политологов Шульманов, использующих этот термин. Война, да и власть в Российской Федерации - не гибридная, а крафтовая. И делается всё не для русского народного человека, а для хипстеров поганых, прослойки, выращенной  во времена высоких цен на нефть. Для них – урбанина и велодорожки, по которым они не ездят, потому что гироскутеры теперь моднее. Для них запрещают интернет, чтобы они могли винилом торговать. У них денег куры не клюют. А простых людей, нетрезвой походкой передвигающихся от работы до дома, от аванса до получки – репрессируют всей мощью властного механизма насилия.

Если ты не куришь вейп, не носишь смешные очки, а из напитков предпочитаешь водку с ленинградским «Гиннесом» - никому ты не интересен. Хотя нет, сообщение Емелина во времена подмосковных пожаров и московского смога «А я люблю водку тёплую» вызвало множество  восхищённых реплик – «кремень», «стоик», «гвозди бы делать из этих людей». А уже всё сделано. Не то, что номенклатурная вертикаль, отказывающаяся от былых кумиров задолго до первого петушиного крика от "Эха Москвы". Это "Эхо инвалидов", у которых с Москвой, изуродованной дикторами с уродливого радио, общего - только место прописки. 

Одно из самых распространённых обозначений творчества Емелина: «Кондовый постмодернизм». И это правильно, ведь постмодерн – это основа патриотизма, а колебания морализаторов с патриотической риторикой – отклонения от единственно-верного мировоззрения. Если человек не плотник при церкви – то и не интересны размышления о проблемах трудового народа  - трудовому, да даже и люмпенскому народу. Стихотворения Емелина можно было бы назвать разновидностью актуального искусства, если бы не отрицание актуального искусства самим автором,  потому что «на районе не поймут».

Политика для Емелина – всё-таки не субъект, а объект. Толпы разгневанных горожан, политологи объясняющие, откуда взялись и на чью мельницу льют воду эти толпы (на мельницу Рейгана, знамо дело, нам про это замполит в армии рассказывал), свихнувшиеся музыканты и «собратья по перу», на кровавый режим сначала работавшие, а теперь этот режим коварно обличающие – просто массовка. И «пусть сильнее грянет кризис», чтобы количество этой массовки увеличилось.  В выбранной роли, между Швейком и Игорем Северяниным – не поэт для массовки, а массовка для поэта. Движуха ему нужна, а не стабильность.

«Постперестроечная» поэзия вообще родилась и продолжает существовать не на госзаказе, а по реальному спросу, в клубах, барах и рюмочных, о советских тиражах и известности незачем и мечтать, легализовали – и на том спасибо. Впрочем, известность дело обоюдоострая. «Понимаешь, Серёг, машину водить я так и не научился, а ездить в метро, где тебя будет узнавать каждая сволочь и желать двинуть по роже – это как-то не очень». Понимаю, как не понять, аудитория нынче пошла злая и взвинченная, не хипстеры, как сказано выше.

Но из-за той же цветистой сложности, и полного отсутствия политкорректности – стихи Емелина обладают и успокаивающим эффектом. Почитаешь - и подумаешь, что не так всё в жизни и тяжело. А если даже и  тяжело, то есть те, кто успевают невзгоды сносить да ещё и стихи про это писать, так что «соберись, тряпка»!

В этом терапевтическом проявлении поэзия Емелина – уже не постмодерн, а полноценный соцреализм, «больше чугуна и стали». Появление модного термина «мотивация», стало быть  - тоже было предопределено его стихами. А если всё воспринимать всерьёз, то это творчество может показаться ещё и правой конспирологией, которая была внезапно вытеснена конспирологией левой.

И, конечно, книги Емелина каждый человек доброй воли должен носить под сердцем не только потому, что именно по ним, а не по передачам с Соловьёвым (и кто там ещё все эти бесконечные «ток-шоу» в «прайм-тайм» ведёт) - будут изучать новейшую историю России. И даже не потому, что они могут смягчить травматизм при падении на собянинскую плитку или внезапном ударе от незнакомых людей (чего только не случается с русским народным человеком, техника безопасности - превыше всего). Но и потому, что зайдя в хипстерское заведение, и раскрыв там томик Емелина – вас могут принять за своего. Хипстерам стыдно признаваться, что стишата Быкова или Полозковой – дрянь, но их сердце тянется к настоящему слову, поэтому глубоко в душе тоже искренне любят и ценят возвышенный слог Всеволода Олеговича, но вида не подают. Только глаза у них увлажняются. 

 

Белый кот на воеводстве

Белый кот на воеводстве

Татьяна Воеводина

27 июля 2017 0

C тех пор, как ввели ЕГЭ… поколение ЕГЭ, ЭГЭ как орудие дебилизации – сколько об этом было и продолжается разговоров! В какой-то момент я и в самом деле поверила в пагубность ЕГЭ. Однако потом мне привелось поближе с ним познакомиться (дочка заканчивала школу) и я  поняла, что в оценке озабоченной общественностью этого грозного явления – ЕГЭ – наблюдается древняя ошибка суждения. Настолько древняя, что она даже латинское название имеет post hoc – ergo propter hoc – после того, значит, вследствие того.

Очень часто людям свойственно искать причину явлений в том, что им непосредственно предшествовало. Это просто и умственно комфортно: промочил ноги – подхватил простуду; ввели ЕГЭ – народ одурел.  На самом же деле очень часто подлинная причина не только не предшествует явлению, а и вовсе лежит в совершенно иной плоскости и отделена от результата временем и пространством. Хуже того: подлинной причиной неприятности может оказаться что-нибудь такое, что в данном сообществе числится священной коровой, которую не моги тронуть и о которой можно высказываться только в почтительно-хвалебном тоне. А потому несравненно удобнее подыскать что-нибудь попроще, поближе и побезопаснее.

Что же такое ЕГЭ, которому принято приписывать совершенно инфернальные свойства? Это довольно прилично организованный экзамен. Для того, чтобы его сдать на высокие баллы (90+), надо иметь подлинные знания. По тем предметам, где искони существовали задачи – это по сути дела обычная контрольная, охватывающая весь курс. Чтобы сдать историю, нужно знать очень много фактов, имён, географических названий, карту надо знать. Главное, что отличает сдачу истории в форме ЕГЭ и то, что было в наше время, состоит в том, что сейчас нельзя просто красиво поболтать. Я историю сдавала и в школе, и вступительные в вуз, и оба раза получила пятёрки благодаря художественному трёпу. А ведь история – это не болтовня, а факты, и ЕГЭ проверяет их отлично.

В последнее время, а последнее оно уж лет двадцать, кто только не пинает наше образование. Преподаватели вузов рассказывают, как приходится объяснять то, что они вроде бы учили в школе и сдавали на ЕГЭ. Работодатели жалуются, что невозможно найти приличного специалиста ни за какие деньги, в чём вроде как виновата уже не средняя, а высшая школа, в которой ЕГЭ пока нет. Увидали нелепую ошибку в прессе – что вы хотите: поколение ЕГЭ. Из телевизора звучит малограмотно-просторечный говорок – вот оно, поколение ЕГЭ! Всё это так, но ЕГЭ тут совершенно ни при чём.

Я бы выделила две главнейшие причины «дебилизации».

1. Исчезновение общего всему народу культурного горизонта. Исчезли общие для всех знания. Одни знают одно, другие – другое, а общая часть этих знаний прогрессивно уменьшается и постепенно сводится к общепринятым рекламным слоганам. Исчезли книги, которые читали бы буквально все. Сегодня, когда все книги вполне доступны, хотя бы в электронном виде, и не надо стоять в очереди в библиотеке или просить у товарища книгу «на ночь», такие общие для всех тексты – исчезли. Есть люди, которые читают, фантастику или фэнтези, есть те, которые любят классику, есть такие, которые просто не читают – это тоже сегодня не стыдно, это плюрализм, детка. «Тоталитаризм» директивно навязывал всему народу определённые знания. Демократия позволила всем разбрестись по своим культурным «делянкам» и там сидеть. Встречая человека иной делянки, мы часто считаем его тёмным невеждой, но таков он только с точки зрения нашей делянки или по старым, «совковым», критериям, а на своей делянке он – дока. Такая же история за границей. Раньше меня поражали культурные французы, не помнящие дат Французской революции, испанцы, не читавшие Дон-Кихота, или итальянцы, позабывшие, кто такой Маринетти. Потом поняла: это – новая норма.

2. Иллюзорная доступность знания (погугли и всё узнаешь) и отсюда широко распространённая даже в педагогических кругах идея, что ничего держать в голове и не надо. А раз говорят «не надо» - на что тебе лишнее «грузилово»?

То ли ещё будет! Сейчас поисковики всё более персонализируются и скоро будут выдавать тебе то, что тебе умственно сродственно и культурно близко. В результате люди будут психически капсулироваться. В перспективе дело будет обстоять так: если ты считаешь, что Земля – плоская (такая идея уже имеется и даже обрела некоторую популярность), тебе не будут выдавать никакой информации, которая исходит из представления, что она круглая, чтобы не травмировать твою хрупкую психику и ни коем образом не «грузить» и не огорчать. Всё ведь должно быть легко и позитивно – верно?

Идеальный потребитель и не должен держать ничего в голове: голова у него должна быть пуста для загрузки туда сведений о новых тарифных планах, условиях потребительского кредита и свойствах новых замечательных товаров, которые надо немедленно приобрести.

Вот где лежит причина возрастающего массового невежества. ЕГЭ – это микроскопическая мелочь. Искать в нём причину огромного явления – детсадовская наивность прогрессивной общественности.

 

Оксюморон экуменизма

Оксюморон экуменизма

Владимир Семенко

27 июля 2017 0

пропасть между Западом и Востоком христианства — не отвлечённое богословское положение, а реальность повседневной жизни

Окончание пребывания в Москве частицы мощей святителя Николая, почитаемого в России, как нигде в мире – довольно знаковое событие, отмеченное даже сугубо светскими СМИ. Многокилометровая, многочасовая очередь, паломники, приезжающие из самых дальних мест; люди, готовы самоотверженно страдать в не очень комфортных условиях, дабы получить возможность приложиться к святыне – такое мы наблюдаем не в первый раз. Но при этом, пожалуй, впервые привоз такой святыни сопровождается небывалым ранее информационным флером. Либеральные СМИ никогда раньше не уделяли столь повышенного внимания такому событию. Не потому ли, что привоз мощей был, как говорится, по полной программе использован для пропаганды экуменизма? Между тем опасения многих православных людей, не желающих, чтобы великого святителя использовали для столь неблаговидной цели, не желающих молиться и почитать мощи святого «вместе с папистами», в конечном счете беспочвенны. Просто потому, что у братьев католиков подобного рода благочестивая традиция, столь естественная для православных, ныне фактически отсутствует, а если и существует, то в виде известного рода религиозных реликтов, остаточных социокультурных стереотипов!

Здесь хотелось бы сразу же пояснить, что формально она, конечно, существует, как и иконопочитание. Все приверженцы католицизма естественным образом признают постановления Седьмого вселенского собора, утвердившего почитание в Церкви святых икон и осудившего иконоборчество. Однако в современных католических костелах, во-первых, отсутствует иконостас, в котором располагается большинство икон в храмах православных. Иконостаса нет не потому, что современные католики в принципе не признают иконы, а потому что это является последствием модернистских реформ Второго Ватиканского собора, когда была убрана «алтарная перегородка» (а это и есть иконостас), а престол вынесен на середину храма. То есть новое «иконоборчество» носит косвенный характер, будучи вписанным в модернистский тренд уничтожения принципиальной грани между алтарем и основным храмом, а это, в свою очередь – проявление общего стремления церковных модернистов к ликвидации различия между сакральным и профанным. Те иконы, которые развешаны по стенам или на столпах (несущих колоннах, поддерживающих свод) имеются в довольно небольшом количестве и часто бывают заменены какими-то довольно светскими по стилю изображениями, напоминающими живопись Ренессанса. На крестных ходах (где они еще сохранились; во многих местах, в том числе и в Европе, эту традицию, когда ее сегодня привносят туда православные, воспринимают как что-то совсем небывалое и буквально шокирующее) часто несут статую Божией Матери или какого-нибудь святого, а не иконы. Хотя, следует признать, что в западнославянских землях (например, в Польше), которые граничат с исторически православным ареалом и тесно соприкасаются с ним (Хантингтон здесь сказал бы что-то на тему о том, что в этих местах «трутся цивилизационные швы»), традиционное, с православной точки зрения, иконопочитание сохранилось в большей степени. Достаточно напомнить хотя бы о Ченстоховском монастыре, где хранится знаменитая святыня - Ченстоховская икона Божией Матери (кстати, имеющая византийское происхождение).

Что касается мощей святых, то этот вопрос менее исследован и менее известен широкой публике. Поэтому напомним, что наиболее раннее свидетельство благоговейного отношения христиан к мощам — это 156 год — повествование о костях епископа Поликарпа Смирнского. Оно описано в «Окружном послании Смирнской церкви о мученичестве Поликарпа», и цитируется также Евсевием Кесарийским в «Церковной истории». В «Окружном Послании Смирнской Церкви» о мученичестве святого Поликарпа (II век) даются свидетельства о почитании мучеников «как учеников и подражателей Господа» и благоговейном отношении к их останкам. Причём ежегодно праздновались дни кончины мучеников как «дни рождения их для будущей жизни». Обычай выкапывать мощи святых из земли и переносить их в приходские церкви городов возник не позднее начала второй половины IV века.  Наиболее ранний описанный случай выкапывания и перенесения мощей - 356 год, когда император Констанций перенёс в Константинополь и положил в храме апостолов мощи апостола Тимофея; в 357 год тот же император перенёс в Константинополь и положил в храме апостолов мощи апостолов Андрея и Луки.

Первое соборное решение в отношении почитания мощей вынес  Карфагенский собор  (393—419 гг). В века гонений, когда мученичество было для христиан свидетельством их убеждений в истинности Воскресения Христа из мёртвых и произошедшей после этого победы над смертью, верующие употребляли все средства для того, чтобы заполучить в своё обладание тела мучеников, а места их погребения становились святилищами, где отправлялось христианское богослужение. Здесь совершалось главное церковное таинство – святая Евхаристия, а также происходили агапы – братские трапезы, которые в древней Церкви воспринимались как своего рода продолжение литургического служения. Характерно, что в период иконоборчества преследованию и осуждению подвергалось не только почитание святых икон, но также и мощей святых. Такую политику проводил, в частности, император-иконоборец Константин V Копроним.   

С победой Церкви над иконоборчеством связано и окончательное утверждение почитания мощей святых, по поводу чего имеется полнейшее согласие всех наиболее авторитетных Отцов Церкви. Тот же Седьмой вселенский собор постановил, что епископ, который освятит храм без мощей, подлежит извержению из сана (7-е правило). Также Собор сделал распоряжение положить мощи во все существующие храмы, в которых их ранее не было: «Да будет совершено в них положение мощей с обычною молитвою». Ныне в Православной Церкви, помимо помещения под Престолом и в специальные раки и ковчежцы (как правило, сделанные из драгоценных металлов и богато украшенные) частицы мощей святых в обязательном порядке зашиваются в специальный большой плат - антиминс, на котором служится Литургия, для чего он раскладывается на Престоле. На антиминсе имеется также подпись епископа, что означает, что данный епископ позволяет подчиненному ему священнику служить Литургию. Без антиминса священник на это не имеет права. Ни один епископ не распишется на антиминсе, если в него предварительно не зашита частица мощей какого-либо святого, чье молитвенное почитание соборно утверждено Церковью. У римокатоликов мощи также полагаются под престол (в латинском обряде он называется просто алтарём), как это имеет место и в Бари, при освящении храма. В латинском обряде не предусматривается использование антиминса для Евхаристии, в византийском (то есть греко-католическом) обряде антиминс используется, так же, как у православных.

Новая война с почитанием мощей была начата лишь в эпоху Реформации, что в данном случае не является нашей специальной темой.

Что же касается сохранения других мощей (не используемых прямо для совершения Евхаристии), то они, как было сказано, могут сохраняться в специальных раках или ковчежцах, которые помещаются либо в молитвенном пространстве основного храма и алтаря (что характерно больше для Востока) либо в специальном (как правило подземном) хранилище – «реликварии», куда молящиеся обычно не имеют доступа (что является в большей степени западной традицией). К мощам, которые бывают замурованы под Престол, нет непосредственного доступа (для того, чтобы их оттуда извлечь, необходимо разрушить самый Престол); сейчас общеизвестно, что девятое ребро святителя Николая Мирликийского, за возможность приложиться к которому православные люди в России были готовы много часов стоять под дождем в не самых комфортных условиях, было  извлечено для перевозки в Россию  с помощью медицинского катетера, обычно используемого в гинекологии, что при просмотре рождает, по нашему ощущению, какие-то смешанные чувства.      

Множество мощей святых попало в Западную Европу после 4-го Крестового похода (1202 – 1204 гг.), когда рыцари-крестоносцы, по наущению венецианцев, после захвата Константинополя осквернили и разрушили там множество святынь и ценнейших архитектурных памятников и других произведений искусства (что сопровождалось массовыми жертвами), а пришедшие с ними латинские священнослужители вывезли в европейские церкви и монастыри множество реликвий. Именно 4-й Крестовый поход традиционно считается в церковной истории событием, окончательно поспособствовавшим не только чисто религиозному, но и социокультурному, цивилизационному разлому между Западом и Востоком.

По мере деградации западного христианства все меньше даже и тех католиков, которые регулярно посещают тот или иной храм, знали о том, что они обладают великими святынями; последние бывали и доныне бывают по большей части скрыты от самих молящихся и тщательно хранимы, как, собственно, и подобает сокровищу. Порой православным паломническим группам из России, хорошо подготовившимся к поездке, стоит немалых трудов отыскать в храме того служителя, который знает, как попасть в реликварий. Ясно, что местные прихожане желания приложиться или помолиться у святыни обычно не проявляют. Мы знаем конкретные случаи, когда мощи того или иного святого гостеприимными хозяевами извлекались из реликвария специально для того, чтобы дать возможность православным священникам отслужить перед ними молебен.

Ныне историческая справедливость отчасти восстанавливается, и многие мощи святых возвращаются в православные страны, в основном в Россию, главная причина чего – окончательное вырождение христианства на Западе. Те, кто часто бывает в различных храмах и монастырях нашей Церкви, не может не заметить, что в них стало гораздо больше старинных, богато украшенных, как правило, позолоченных ковчежцев с частицами мощей разных святых. Откуда же они вдруг появились? Все из той же Европы, в которой, при сохранении доминирующих ныне трендов, христианство вскоре может стать религией меньшинства.

Приведем  лишь один пример , связанный с одной из ведущих стран католического мира - Францией. В 1960 г. там насчитывалась 41 000 епархиальных священников, в 1990 г. – 25 000, в 2017 г. - примерно 13 000 (в среднем 1 священник на 5 200 жителей, а в ряде департаментов – 1 на 15 000), и лишь 9 000 из них принимают участие в богослужениях. Каждый год Франция теряет около 900 священнослужителей (кончина, уход на заслуженный отдых, болезнь, женитьба). Если в 1966 г. там было рукоположено 566 католических священников, то в 1970 г. – только 250, в 1975 г. - 177, а с 1977 г.  ежегодно рукополагается немногим более или менее 100. Самый серьёзный кризис был отмечен в 2001-2010 гг. (менее 100 в год). Эта ситуация сопоставима лишь с концом XVIII в., когда Великая Французская революция провозгласила «гражданское устройство духовенства», лишила Церковь практически всех её исконных функций, что вызвало массовую отставку священнослужителей.

Средний возраст французских священников сегодня – более 75 лет (количество священников в возрасте более 75 лет равно количеству священников моложе 75 лет), а 2/3 духовенства достигло возраста 65 лет. По прогнозам, через 10 лет в стране останется не более 4000 священнослужителей допенсионного возраста, а бóльшая часть священников на пенсии уже не сможет принимать участия в богослужениях по состоянию здоровья. А в Германии только в последние годы закрылось 515 приходов Римско-католической церкви. Англиканская церковь в Европе в год закрывает 20 приходов. В Голландии, по оценкам местного духовенства, в ближайшие годы исчезнет 600 – 700 церквей. В помещениях закрытых храмов (закрытых, поскольку в них некому молиться и некому служить) новыми хозяевами открываются бары, казино, скейт-парки – все, что приносит доход. В одном баре местной достопримечательностью является барная стойка, сделанная из табернакля  (это ниша в алтаре как раз для Святых Даров и хранения реликвий).  

Поскольку храмы в массовом порядке закрываются, имеющиеся в них сокровища, в том числе и мощи святых, которые пользуются спросом на рынке, распродаются. Есть специализированные сайты, а в России, например, есть православные бизнесмены и даже состоятельные чиновники, которые, по благословению,  выкупают эти святыни  и безвозмездно передают Церкви. Поскольку мощи из ковчежцев часто похищались и подменялись, то особым спросом пользуются те, которые не вскрывались, и на них имеется неповрежденная сургучная печать с подписью епископа. (Что когда-то означало, что эта святыня в принципе не может быть продана). Так, на одном из специальных сайтов указывается, что в свободной продаже имеется частица Туринской плащаницы, которая в пересчете на рубли стоит 300 000 или мощевик с частицами тел апостолов и мучеников (также опечатанный) за 245 000. И т.д. и т.п.

На этом ряде тесно сопряженных конкретных примеров мы видим, сколь мало стоят разговоры об «общности религиозных корней» – любимый тезис экуменистов. Гораздо актуальнее для современного мира принципиальное различие, расхождение доминирующих трендов в эволюции когда-то единой христианской традиции. Поэтому экуменические игры по сути весьма далеки от живой, непосредственной религиозной жизни, имея по большей части чисто светский и политический характер. 

 

Гром среди ясного неба

Гром среди ясного неба

Валентин Катасонов

27 июля 2017 0

безнаказанность Центробанка ввергает Россию в смуту

«ЗАВТРА». Валентин Юрьевич, ситуация вокруг банка «Югра» стремительно развивается. 10 июля 2017 года Центральный банк России ввёл в нём временную администрацию и наложил мораторий «на удовлетворение требований кредиторов банка из-за неустойчивого финансового положения и наличия угрозы интересам его кредиторов и вкладчиков». Генеральная прокуратура РФ опротестовала действия Банка России, назвав их безосновательными, поскольку «ПАО «Банк «Югра» является финансово-устойчивой кредитной организацией, обладает необходимым запасом ликвидности, имеет достаточное количество средств для осуществления деятельности». Прокомментируйте, пожалуйста, этот скандал.

Валентин КАТАСОНОВ.  За прошедшие пару десятилетий – это первый подобный случай, похожего прецедента у нас ещё не было. Поначалу могло сложиться мнение, что действительно начались выстраиваться нормальные отношения между Прокуратурой России и Центральным банком. Ведь Прокуратура обязана проверять законность решений таких институтов, как Центробанк, поскольку его решения оказывают прямое или косвенное влияние на каждого гражданина Российской Федерации. И действия Прокуратуры в данном случае можно рассматривать, как масштабные с далеко идущими последствиями. Ранее я неоднократно выступал в СМИ с таким риторическим вопросом: а почему у нас чиновники Центрального банка и банкиры вообще имеют некий иммунитет – от прокурорских расследований, судебных преследований, тюремного заключения? Когда был финансовый кризис 2007 – 2009 годов, я особенно внимательно следил за ситуацией в США, потому что там был эпицентр этого кризиса, именно банки с Уолл-стрит спровоцировали его, поскольку занимались спекулятивными операциями с ипотечными бумагами – заведомо мусорными– надували мыльный пузырь на рынке ипотечных бумаг, который в конечном итоге и лопнул. Спустя несколько лет начались какие-то судебные и внесудебные тяжбы, расследования. Финансовые регуляторы США и Европейского Союза стали разбираться в этом вопросе. Более того, неожиданно вошли во вкус и стали штрафовать банки за различные нарушения. Можно долго перечислять, что банки нарушают и за что их штрафовали: за манипуляции с валютными курсами, за манипуляции с процентными ставками ЛИБОР (LIBOR), за манипуляции с ценами на золото и так далее. Даже встречал такую цифру, что финансовые регуляторы США в общем и целом собрали штрафов на $200 млрд. Причём никакой личной ответственности у банкиров не возникало, то есть были штрафы, были экономические санкции, но никого не судили и за решётку не сажали.

В России я могу вспомнить только единичный случай, когда одного из членов Совета директоров Московского главного территориального управления Центрального банка России посадили за выданный какому-то российскому банку кредит, который не был возвращён. Я об этом так подробно говорю, чтобы было понятно: решение Прокуратуры по отношению к Центробанку было действительно как гром среди ясного неба – никто не ожидал этого. Сейчас все напряжённо ждут, чем это всё закончится. Обязательно будет победитель, обязательно будет побеждённый.

«ЗАВТРА». Если предположить, что выиграет Прокуратура, тогда последует цепочка вопросов: а почему ранее отобрали лицензию у такого-то и такого-то банка? Потребуют расследования по другим случаям банкротства банков.

Валентин КАТАСОНОВ.   Я уже много лет говорю о том, что действия Центробанка России во многих аспектах являются незаконными. Был ли отзыв лицензии и введение внешней администрации в банк «Югра» законным или нет? У меня слишком мало информации, чтобы делать какие-то оценки. Но я могу сказать, что по другим направлениям ЦБ самым наглым образом нарушал российское законодательство. Ярчайший пример – это 2014 год, когда Центробанк заявил, что отпускает рубль в свободное плавание. Грубо говоря, он самостоятельно принял решение о том, что больше не поддерживает валютный курс рубля. Вот передо мной лежит Конституция Российской Федерации.  Процитирую 75-ю статью основного закона нашей страны: «Защита и обеспечение устойчивости рубля – основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти». То есть ЦБ обязан поддерживать стабильный курс рубля, а он в 2014-м проигнорировал Конституцию. И именно тогда Прокуратура Российской Федерации, равно как и Конституционный суд России, президент страны, должны были отреагировать на подобное дерзкое заявление Центрального банка и поставить его на место вместе с его председателем Эльвирой Набиуллиной. А произошёл обвал рубля, экономические последствия этого мы до сих пор чувствуем. Они настолько масштабны, что намного превышают совокупный  эффект от всех экономических санкций Запада, объявленных нам в 2014 году.

«ЗАВТРА».  По размеру активов на середину прошлого года банк «Югра» занимал 30-е место среди российских банков. Можно ли было предположить, что он окажется в столь плачевном положении?

Валентин КАТАСОНОВ.  Конечно, при таком рейтинге никто из клиентов этого крупного банка даже не беспокоился за судьбу своих денег. А сейчас из-за решения Центрального банка по «Югре» возникло сильное напряжение и в банковском мире, и среди клиентов банков. Не доверяют даже тем, которые входят в большую десятку крупнейших банков России. Большая десятка – это те банки, которые принято называть системообразующими, и список которых был определён Центробанком примерно год назад. Но тут тоже возникает вопрос: на основании каких критериев происходил отбор? И каковы последствия этого отбора? Насколько этот законно? Ведь, если вчитываться в Федеральный закон «О банках и банковской деятельности», то у нас все банки равны. Подобный отбор означает, что члены десятки становятся как бы «бессмертными». Они «too big to die»–слишком большие, чтобы умереть, они «too big to fail» – слишком большие, чтобы обанкротиться. То есть даются определённой формы гарантии, что эти банки в случае какого-то обострения, ухудшения их финансового положения получат поддержку от ЦБ РФ. И спрашивается, почему одним банкам эту гарантию выдают, а другим нет? Отчасти процесс отзыва лицензии у коммерческих банков ускорился именно после того, как было принято решение о появлении этой десятки «бессмертных».  Клиенты стали постепенно перемещать свои средства из более мелких и средних банков на счета банков из числа Топ-10, что позволило последним очень даже укрепить своё положение за счёт своих менее удачливых коллег. Это, конечно, вызывает возмущение и недоверие к Центральному банку. И Прокуратура РФ должна была бы проверить, насколько законным было решение о выделении десятка «непотопляемых» банков. Думаю, что сейчас рейтинг Набиуллиной ещё более упадёт. Но, помнится, даже после обвала рубля в декабре 2014 года президент Путин не высказал никаких жёстких оценок в адрес главы Центробанка.

«ЗАВТРА». Тем более странным выглядит конфликт Прокуратуры с ЦБ на фоне поощрения деятельности Эльвиры Набиуллиной Владимиром Путиным. Вряд ли решение Прокуратуры относительно Центробанка не было согласовано с первым лицом нашей страны. С другой стороны, пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, отметил, что Кремль «не полномочен» вмешиваться в дела ЦБ, и напомнил, что Владимир Путин ранее дал высокую оценку деятельности Центрального банка по расчистке банковского сектора. Что вы думаете по этому поводу?

Валентин КАТАСОНОВ.  Конечно, у меня нет никаких сомнений в том, что прокуратура сама не решилась бы на такой шаг. В скандале с банком «Югра», действительно, привычная логика не работает. В своё время я высказывался в СМИ по поводу каких-то взаимоисключающих заявлений Путина, я тогда назвал это политической шизофренией. И помню, как меня тогда корили: как это я могу в отношении первого лица такие оценки давать? На самом деле президент – часть общества, и большая часть общества страдает точно такой же шизофренией. К сожалению, это болезнь нашего времени. Привычные методы логики для объяснения складывающихся ситуаций не годятся. Поэтому постоянно вспоминаются слова Тютчева «Умом Россию не понять…»

«ЗАВТРА».  Несмотря на указания Генеральной прокуратуры РФ, Агентство по страхованию вкладов (АСВ) утром 20 июля сообщило, что банки-агенты начали выплаты страховых возмещений вкладчикам банка «Югра». О чём это говорит, и каковы будут последствия произошедшего?

Валентин КАТАСОНОВ.  Всё это свидетельствует о том, что Центробанк считает себя инстанцией более высокой, чем Прокуратура. Это вопрос, далеко выходящий за рамки банковской темы. Прокуратура не только имеет право, но и обязана обеспечивать соблюдение законов. А игнорирование её решений означает, что у нас в стране наступил полный правовой беспредел. Это касается не только банков, но и каждого гражданина России, фактически мы сегодня оказываемся беззащитными. Сложившаяся ситуация показывает, что иерархия власти такова, что наверху находится Центральный банк, а президент, прокуратура и прочие институты власти оказываются где-то внизу. У нас растоптана Конституция, растоптана фактически Прокуратура. Это означает, что в стране начинается смута, самый настоящий хаос. Я не берусь оценивать последствия данного события, но произошло нечто кошмарное, что касается не только и не столько банков, сколько вообще судьбы нашего государства и нашего общества.

Беседовала Галина Вишневская

Содержание