Предвыборная борьба за пост губернатора Московской области находится несколько в тени более "раскрученных" выборов, думских и столичных, совпадающих с ней по дате 19 декабря. Между тем для патриотов России эти выборы по-своему знаковые. "Завтра" уже писала о том, что самые реальные шансы на победу в Подмосковье имеет нынешний спикер Государственной думы, член КПРФ Геннадий Николаевич Селезнев. Его основным соперником, естественно, является действующий глава администрации Московской области Анатолий Тяжлов, который уже успел пожаловаться, что за десять лет своей работы в этом качестве не получил столько критики (по его словам, "грязи"), сколько за считанные недели ноября 1999 года.

Конечно, если бы народное доверие к "реформаторам" псевдодемократического разлива и их словам оставалось бы бесконечным, то никаких вопросов к Тяжлову и быть не могло. Но если за время его правления-управления экономический потенциал области падал темпами в 1,5 раза более высокими, чем в среднем по стране, если из достижений регионального начальства вспоминается, прежде всего ударная стройка футбольного стадиона в Раменском (интересно, во что обошелся этот подвиг областному бюджету?), если Подмосковье отчетливо разделилось на "ближнее" и "дальнее", если организованная преступность срослась с коррумпированными органами местной власти настолько, что уже непонятно, где заканчиваются одни и начинаются другие, — рано или поздно спрос с первого лица, взявшего на себя всю ответственность за происходящее, наступает.

"Крепкий хозяйственник" Тяжлов чем-то сродни такому же "крепкому хозяйственнику" Лужкову. Долгое время казалось, что два этих начальника, столичный и околостоличный — просто друзья-неразлейвода. Но все меняется. Если уж "лучший мэр" не щадит Ельцина, которого все время прославлял публично, то "пригородного" Тяжлова он, похоже, вообще задумал заменить на генерал-полковника Громова. Почему?

Да все потому же. Политическое время ельциных и тяжловых, очевидно, завершается. Эйфорию так называемого "первоначального накопления капитала", а на деле — растаскивания народного достояния СССР по зарубежным норкам-банкам, "новая Россия" за это десятилетие окончательно пережила. Накануне третьего тысячелетия только клинические умы могут надеяться на то, что "догнать и перегнать Америку" у них получится с позиции исторически низкого старта, XVII века, например. Кто даст "новой России" колониальные товары по супернизким ценам, кто даст ей рынки "третьего мира", куда она денет западные супермонополии и "большую семерку"? Окститесь, "либералы-монетаристы-рыночники", если только вы — не платные "агенты влияния"!

Конечно, взывать к совести этих "граждан мира" бесполезно — ее давно и прочно заменили долларовые бумажки. Но вот рядовые граждане России их пропаганде, тиражируемой всеми средствами массовой деформации, продолжают доверять — хотя со временем все меньше и меньше. И если на фоне Бориса Федорова Анатолий Тяжлов выглядел бы государственником не меньшим, чем Юрий Лужков на фоне Сергея Кириенко, то после включения в предвыборную борьбу Геннадия Селезнева ситуация кардинальным образом изменилась. У патриотов появился реальный кандидат, способный аккумулировать интересы и ожидания не только униженных и оскорбленных рабочих, крестьян и "бюджетников" от интеллигенции, но практически всех жителей области.

Россия — не Америка. Наше государство изначально строилось вокруг Москвы, вбирая в себя вначале соседние русские княжества, затем Поволжье и древние земли Киевской Руси, затем — Сибирь, Дальний Восток, Крым с Бессарабией, Прибалтику, Финляндию, Кавказ, Польшу и Среднюю Азию... Где-то в середине этого расширения территории Москва перестала быть сердцем российской государственности, центром ее роста. Имперский период прошел под знаком главенства Петербурга. И потому его окончание, потеря Польши и Финляндии ознаменовались возвратом столицы в "первопрестольную".

Москву строили "всем миром" Советского Союза, "развитой социализм" ограничивался пределами МКАД, и на сегодня это — единственный из российских городов, имеющий современную инфраструктуру: транспорт, связь, инженерно-технические коммуникации. Все это вместе взятое плюс "особый статус" столицы и привело к тому, что через Москву проходят почти 80% всех информационных и финансовых потоков страны. Дальнейшее усиление "новорусского централизма" в этих условиях практически невозможно — разве что путем дальнейшего вымирания России, когда в ней ничего, кроме Москвы, не останется. Так, "независимые" татарские и рязанские бантустаны, которые постепенно приберут к рукам западные "стратегические инвесторы".

Против такого "отечественно-всероссийского" пути медленного угасания страны ничего не захочет, не сможет и не будет иметь против ни Тяжлов, ни Громов. Между тем Подмосковье способно стать не просто обслуживающим столицу регионом, но первым проводником внедрения современных технологий на всей территории России. Именно эту перспективу сегодня может олицетворить Геннадий Селезнев.

Осуществить ее сложно, однако абсолютно необходимо и, что самое главное, возможно. 10-миллионное население Московской области по уровню доходов хотя и несколько отстает от Москвы, все же не довольствуется 500-700 рублями в месяц, как большинство жителей России. Здесь существует потенциально огромный рынок услуг, который пока кустарными методами осваивают столичные компании. За созданием в Подмосковье современной связи, сети дорог и коммуникаций неизбежно последуют восстановление и развитие экономического потенциала области. Значительный международный авторитет спикера Госдумы, его контакты с ведущими политиками мира и особенно Европы, серьезный организационный и кадровый потенциал, несомненно, привлекут в область значительные инвестиции, в том числе — и за счет вывезенных из России и СССР капиталов. Экспертные оценки показывают, что для достижения уровня 1989 года региону потребуется около 2 млрд. долл. инвестиций в течение ближайших трех лет. При этом ежегодные темпы роста производства составят от 35% до 42%, причем около половины данных показателей даст выход из нынешней "тени" значительной части подмосковной экономики.

Будучи опытным и зрелым политиком, Геннадий Селезнев, разумеется, не станет сегодня озвучивать подобные цифры — уж очень фантастическими они могут показаться его избирателям, да и чересчур серьезны обязательства такого рода накануне жесточайшей предвыборной схватки. Пока его кампания строится в основном на демонстрации внешнеполитических инициатив, прежде всего связанных с международным статусом России, ее отношений со странами СНГ и — особенно — союза с Белоруссией. Но вообще игнорировать конкретные проблемы Подмосковья, ограничиваясь абстрактным "патриотизмом", со стороны любого серьезного кандидата в губернаторы было бы непозволительной роскошью. Поэтому вопрос о выступлении Геннадия Селезнева по региональной проблематике, обнародовании его экономической программы (хотя бы в общих чертах) является делом самого ближайшего будущего. Выбор момента здесь будет определяться общей ситуацией политической борьбы, но в любом случае не должен состояться позже 6 декабря.

Подмосковье — идеальная "точка роста" для России, где народно-патриотические силы могут опробовать свои модели развития государства и общества. Упустить такой шанс нельзя.

Олег ЩУКИН