В громадном, титанических размеров, агрегате НТВ роль мощного двигателя, несущего телемонстра по эфирным волнам, играет централизованная система новостей. Нанизанные на единый стержень утренние, дневные и ночные выпуски "Сегодня", сочлененные с ними "Герой дня", "Герой дня без галстука" и "Сегоднячко" превратились за пять лет существования канала в монолитную отлаженную структуру с едиными технологиями и общей командой. Ежечасные вбросы в эфир сгустков информации, аккумулируемой мировой сетью НТВ, питают потребности своего, взращенного зрителя, "подсевшего" на нескончаемый поток все новых и новых данных. Новостное топливо переливается из выпуска в выпуск, дополняется, очищается от примесей, сюжеты "Сегодня утром" кристаллизуются в "Сегодня в полночь", кадры из сиюминутного "Героя дня" впрыскиваются в аналитические "Итоги". Эти поршни бьются в бешеном ритме, не давая сбоев, изо дня в день, сохраняя цикл непрерывного производства, и обеспечивают НТВ покорение океана российской телеиндустрии.

Человеком, который построил всю информационную систему телеканала, является генеральный директор НТВ Олег Добродеев. Именно он отвечает за координацию всей структуры новостей четвертой программы ТВ, именно он выстраивает технологии сбора и подачи новостей и следит за качеством главного телетовара — картинки на экране. Он держит все нити информационного оркестра НТВ и дирижирует им, не давая своему детищу сойти с главной темы или кому-то из исполнителей выпасть из общего ритма. В организации НТВ ему отведена функция мастера, знающего ритуал телепроизводства. Он — заботящийся об инструменте настройщик, создающий качество звучания. Часовщик с ключами от курантов. В профессионализме Добродеева не приходится сомневаться: поставь его на любой другой телеканал, и через полгода там будет такой же уровень новостей — если, конечно, он туда перейдет...

Добродееву около сорока, он добропорядочный отец семейства. Всего добивался сам: его отец, сценарист фильма "Карл Маркс в молодые годы", давно уехал со второй женой в США. Профессиональный телевизионщик, Добродеев стоял у истоков той новой, "перестроечной" информатики, которая в итоге сыграла одну из ключевых ролей в развале советской государственности и сломе общественного мировоззрения. Он начал работать на телевидении в апофеоз перестройки в Информационном телевизионном агентстве на первом канале, вместе с Киселевым и Митковой. По ранней цензуре их разогнали, и Добродеев и К° перешли на РТР, под Лысенко. Там они продержались не очень долго, и в 1993 году Добродеев стал одним из отцов-основателей НТВ. Стартовые условия для НТВ-новостей были идеальными: деньги, профессиональная команда и прайм-тайм, помноженные на амбиции вещать столько же, сколько и Центральное телевидение, — и совсем скоро компактный канал, работавший с 18.00 до 24.00, захватил весь четвертый канал, начал перерастать в грандиозную телеимперию. С самого начала НТВ строилось вокруг новостного производства: непрерывная и последовательная подача информации стала тем каркасом, на который нанизывалась покупная телепродукция: кинофильмы, сериалы, развлекательные передачи. Идеологически все очень грамотно: именно новости определяют лицо канала.

За всем этим стоял старательный Добродеев. Под его руководством, параллельно техническому раскручиванию системы новостей и расширению штата, шло оттачивание собственных информационных технологий, становление своей школы — обозревателей, дикторов, режиссеров и операторов. Добродеев сумел сплотить вокруг себя единое человеческое поле, создать организацию в организации. За пять лет новостная команда НТВ научилась лучше своих конкурентов подавать тот или иной материал, умело выставлять его в нужном свете, делать из любого репортажа картинку, лакомый кусочек, однозначно работающий на общую задачу. На НТВ умеют досконально отрабатывать жареный сюжет, на несколько шагов вперед просчитывать сценарий каждой своей акции, шлифуют механизмы воздействия на зрителей. В результате на сегодняшний день на канале создана такая информационная машина, которая не только способна длительное время находиться в автономном режиме, строго следуя самостоятельной линии, но и является мощным профессиональным противовесом возможным идеологическим метаниям руководства всего НТВ-холдинга. По сути, информационная система НТВ, созданная Добродеевым, способна диктовать стратегию для всего "Мост-медиа". Способна, но не совершает ни малейшей попытки делать это, потому что Добродеев — это "человек из обоймы".

Формально Олег Добродеев — глава НТВ, но стратегический курс телеканала прокладывает отнюдь не он. Добродеев — один из владельцев акций компании, однако, с точки зрения управления холдингом, это несущественно. Он не является самостоятельным аналитиком, даже не пытается лезть в политику и сторонится вести на НТВ собственную интригу, потому что это помешает профессиональному подходу к его основной обязанности — сохранять лицо канала, ограждать тонкие телетехнологии от использования их в грубой форме. Добродеев ведет исключительно командную игру, он с головой утопает в коллективном сознании организации, и главный принцип его существования в НТВ — сопричастность компании.

Добродеев — человек команды, и вместе со всей командой он ныне любит Явлинского и ненавидит Зюганова и Лукашенко, вместе с организацией, в которой состоит, он освещал чеченскую войну с прочеченских позиций, вместе со всеми и независимо от своего желания он выводил на трон Ельцина в 96-м. Добродеев продумывал общий тон подачи новостей с поля боя — и по НТВ ежедневно показывали трупы русских солдат. Добродеев просчитывал акценты и смысловые узлы в предвыборном марше — и с экранов непрерывно неслось оголтелое "Голосуй или проиграешь!". С полной отдачей и профессионализмом Добродеев ведет сегодня на стороне НТВ информационную войну против России, обеспечивая слаженную работу всех агрегатов и механизмов своего детища — лучшей новостной системы в стране.

Беда Добродеева в том, что он — чужой для всех. Его ненавидят патриоты — за то, что успел измазаться в обслуживании антинародного режима, его презирают "избранные" — за то, что его отец породнился с русской. На НТВ его терпят лишь за то, что он — мастер, владеющий ключами.

Сегодня Добродеев все еще следит за пружинами и шестернями. Догадывается ли он, что в недрах его цеха созрел уже подмастерье, который свергнет мастера?

Иван ЛЕНЦЕВ