Воспитанием и обучением попугаев занимаются люди самых различных профессий и занятий. Нередко это сказывается на лексиконе таких попугаев. Сохранился рассказ о цейлонском попугае известного физика-теоретика Пауля Эренфеста. Присутствуя на беседах своего хозяина с его коллегами, попугай кое-что перенял из их терминов. В результате он прославился тем, что очень четко произносил на немецком языке фразу:

— Но, господа, это уже не физика!

Остроумный и обаятельный Эренфест выдвигал своего ученого попугая в председатели на предстоящих дискуссиях о новой квантовой механике. Это, конечно, шутка. А вот то, что ученый возил своего любимца на различные симпозиумы — факт.

Говорящие попугаи нередко являются причиной различных курьезных и комических происшествий. Об одном из них как-то сообщалось в журнале «Вокруг света». Произошло это в Каракасе, столице Венесуэлы. Из окон квартиры на четвертом этаже стали раздаваться вопли: «Пожар! Пожар!» Услышавшие это прохожие вызвали пожарную команду. Когда пожарники подкатили к дому, из квартиры все еще неслись вопли: «Пожар!» Дыма, правда, не было. Пожарники выломали дверь и обнаружили, что виновником ложной тревоги был попугай. Владелец его был оштрафован. Однако он тут же подал апеляцию, утверждая, что попугая купил недавно и слову «пожар!» он был обучен еще прежним владельцем.

Трагикомический эпизод произошел в 1973 году в небольшом западногерманском городке Эрлёнбахе во время пожара. Когда все обитатели горевшего дома уже выбрались наружу, из огня внезапно послышались странные крики: «Держите вора! Держите вора!» Ринувшийся в клубы дыма брандмайстер (пожарник) вскоре вышел обратно, держа в руках клетку с тремя бившимися в ней попугаями. Не обученные своим хозяином выражениям, подходящим на случай пожара, попавшие в беду птицы стали выкрикивать первое, что пришло им на память.

В испанском городе Гренаде однажды много неприятностей Жителям доставил сбежавший из клетки в зоопарке попугай. Он мастерски подражал полицейскому свистку и в течение четырех дней своим свистом серьезно нарушал уличное движение, только на пятый день удалось поймать пернатого мистификатора.

В журнале «Юный натуралист» дана характеристика попугаям как прекрасным имитаторам. В подтверждение приведены такие примеры. Однажды, имитируя гудки паровоза, попугаи вызвали на вокзале сущую неразбериху. Было и такое. Во время войны попугаи научились издавать свист летящей бомбы, и этим создавали панику и нагоняли страх на людей. Жаль только, что в журнале не было указано, где это происходило.

Случается, что попугаи совершают «рыцарские» подвиги благодаря умению произносить слова. В лондонскую квартиру к двум сестрам, женщинам 56 и 74-х лет, забрались три вора. Сестры пытались оказать сопротивление ворам, но безуспешно. В это время из кухни послышался твердый мужской голос: «Что происходит? Что происходит? Я не задержусь!» Воры обратились в бегство. А голос принадлежал попугаю Биллу.

Умение запоминать слова и цифры выручает порой и самих говорящих птиц, попавших в неблагоприятную для них ситуацию. У жительницы английского города Чигуэлл Мюриэл Хайд из дома улетел попугай. Беглец оказался в лесу. Там его подобрали супруги Фоггарт из соседнего поселка. Они принесли попугая домой, накормили. Отдохнув и освоившись, попугай заговорил. Он часто повторял шесть цифр — 223 723. Супруги догадались, что это номер телефона. Они позвонили и нашли хозяйку попугая. Так шесть дней спустя она вновь обрела утраченного было любимца.

Попугаи обычно воспроизводят любые слова независимо от того, на каком языке произносят их хозяева. Тут все дело решает национальная принадлежность и родной язык владельца, а попугай просто имитирует его слова. Одна учительница из Венгрии четыре года обучала попугая венгерскому языку. За это время попугай выучил более ста глаголов и двадцать семь грамматических правил. Он мог быстро и довольно правильно склонять знакомые глаголы.

Среди попугаев попадаются и настоящие полиглоты. Напомню, что полиглотами называют людей, знающих много языков (от греческого поли — много и глотта — язык). Попугаи становятся полиглотами в тех случаях, когда им приходится жить у людей разных наций, в разных странах. У одной сотрудницы московского зоопарка дома жил попугай Педро. И когда в дом принесли на воспитание маленького львенка Ринти, то попугай встретил нового жильца недружелюбно. Он сердился и кричал на львенка по-испански, по-латышски и по-русски. За свою долгую жизнь Педро побывал у испанцев, латышей и у русских и выучился произносить слова на трех языках.

Хуже, когда попугай «изучил» только один язык, а затем попадет к другому хозяину, который не знает языка той страны, где воспитывалась птица. Тогда и попугаю плохо — пока привыкнет к новым хозяевам, и людям в первое время трудно общаться с ним, кормить его и ухаживать за ним. Ведь у птицы выработались привычки получать пищу при определенных звуковых сигналах — словах, а тут новые люди, новый язык — что же тут поймешь. Поневоле загрустишь, как бы себя не угощали. В общем, подводит «национальная ограниченность».

В Южной Африке однажды конфисковали клетку с красивыми амазонскими попугаями. Птицы были сердитые, ко всем относились недружелюбно. К ним — по-хорошему, предлагают пищу, говорят по-английски ласковые слова, а у них подозрительный и недоступный вид. А главное — голодают. К счастью, там оказались два натуралиста. Они нашли в клетке размоченные кукурузные зерна, размяли их и протянули птицам, приговаривая на испанском языке: «Милые лорито, поешьте мазы, маза вкусная. Лорито, лорито!» (в центральной Америке и Мексике попугая называют лоро, а ласково, уменьшительно — лорито). Услышав знакомую речь, попуган подлетели к решетке, к людям, от волнения их золотистые зрачки сузились, хвосты распушились, перья на загривках взъерошились. Все они с восторгом повторяли «лорито» «лорито». Они стали есть из рук и позволили почесать их головки. Что значат знакомые, привычные слова!

Нередко попугаи, кочуя по морям, океанам и разным странам, сменяют много хозяев-моряков и усваивают от них не только обычные слова и выражения, но порой и явные ругательства. Все, кто читал книгу Р. Л. Стивенсона «Остров сокровищ», вероятно запомнили зеленого попугая, по кличке Капитан Флинт, принадлежавшего старому морскому волку, пирату Долговязому Джону — одноногому Сильверу. Этот попугай мог без передышки, однообразно, без всякого изменения голоса с невероятной быстротой повторять, как заведенные часы, одно и то же слово: «Пиастры! Пиастры! Пиастры!» И повторял до тех пор, пока Джон Сильвер не покрывал его клетку платком.

— Этой птице, — пояснил Джон юному герою книги Джиму Хокинсу, — наверное, лет двести. Попугаи живут без конца. Разве только дьявол повидал на своем веку столько зла, сколько мой попугай. Он плавал с Инглендом, с прославленным пиратом капитаном Инглендом. Он побывал на Мадагаскаре, на Мала-баре, в Суринаме, на Провиденсе, в Порто-Белло. Он видел, как вылавливают груз с затонувших галеонов. Вот когда он научился кричать «пиастры». И нечему тут удивляться: тогда выловили триста пятьдесят тысяч пиастров, Хокинс! Этот попугай присутствовал при нападении на вице-короля Индии невдалеке от Гоа. А с виду — сущий птенец... Но ты понюхал пороху, не правда ли, Капитан?

— Поворачивай на другой галс! — кричал в ответ попугай.

— Он у меня отличный моряк, — приговаривал Сильвер и угощал попугая кусочками сахара, которые доставал из кармана.

Попугай долбил клювом прутья клетки и ругался скверными словами.

— Поживешь среди дегтя — поневоле запачкаешься, — пояснял пират. — Эта бедная, старая, невинная птица ругается, как тысяча чертей, но она не понимает, что говорит. Она ругалась бы и перед господом богом.

Если допустить, что герой книги Стивенсона — пират Сильвер — образ собирательный, то все сказанное им о поведении попугая — сущая правда. Что касается долголетия попугаев, то тут Сильвер, или точнее — Стивенсон, преувеличил. При благоприятных условиях продолжительность жизни крупных и средней величины попугаев достигает 60 — 80 лет. Есть сообщения, что некоторые попугаи жили в неволе до 100 и даже до 120 лет. Попугаи мелких видов живут 15 — 25 лет.

Много любопытных наблюдений над говорящими попугаями провел Б. А. Симонов. Его попугай Ара, лучший из всех его воспитанников по способности разговаривать, на одной из выставок удивил своего хозяина неожиданным ответом на вопрос посетителя. Нередко посетители выставок почему-то обращаются к попугаям со словами-вопросом: «Попка — дурак?» Услышав такой вопрос Ара спросил: «Кто дурак?» И когда посетитель снова сказал: «Попка — дурак», попугай ответил: «Нет, ты дурак!». Интересно здесь то, что хозяева такому диалогу своего Ару не обучали.

Уральский писатель Борис Рябинин в одном из очерков книги «Друзья, которые всегда со мной», описал работу ветеринарных врачей с пациентами-животными. Однажды им пришлось лечить циркового попугая. У него один коготь разросся неправильно, загнулся и острым концом врос в мякоть. Это мучило птицу, попугай стонал при каждом движении, похудел, поскучнел. Пришлось отвезти его в ветеринарную лечебницу. Но как только ветврач прикоснулся к лапке, чтобы осмотреть ее, попугай принялся отчаянно сопротивляться, бить клювом и даже... неприлично выражаться. Но коготь все-таки вырезали. Для этого сварливого попку пришлось замотать в толстое одеяло, оставив только нос, чтобы не задохнулся. Сильную птицу держали двое мужчин. Когда операцию закончили, попугая отпустили. Он посидел немного, как бы в растерянности, потом отряхнулся, поправил перышки и неожиданно громко и четко произнес:

— Благодарю!.. Чтоб вас... так вас...

Хоть зажимай уши и беги! Любопытно, что на манеже никто никогда дурного слова от этого попугая не слышал. А тут он разошелся, очевидно копируя своего дрессировщика.

Случается, что новым хозяевам, купившим попугая у какого-нибудь моряка, нередко приходится краснеть из-за своих вновь приобретенных питомцев. Так получилось и с одной жительницей Киева, купившей в одесском порту попугая Пабло. За долгие годы странствий на многих кораблях по многим странам мира Пабло выучил четыре десятка фраз на аглийском, греческом, испанском и русском языках. Но, как оказалось, из всего его словарного запаса лишь несколько фраз можно было воспроизвести в печати. Остальные — сплошные ругательства, похабщина. Очевидно, прежние хозяева Пабло не были знакомы с мудрым изречением американского философа-ковбоя Уилли Роджерса: «Жизнь нужно прожить так, чтобы не было стыдно продать фамильного попугая первой сплетнице города». Новой хозяйке пришлось долго и терпеливо перевоспитывать Пабло и отучать его от сквернословия. Поначалу у него были срывы. Появление в доме гостей или шум воды, вытекающей из крана, вызывали у попугая воспоминания о пирушках прежних его хозяев-моряков или о шуме морских волн, и Пабло начинал сквернословить. Поистине верно, что «с кем поведешься — от того и наберешься». Постепенно Пабло избавился от дурной привычки, о чем и сообщал гостям хозяйки словами: «Пабло — очень хороший мальчик».

Впрочем, нет худа без добра. Умение попугая говорить и ругаться помогло однажды суду американского города Таскон в штате Аризона разоблачить контрабандиста. Некоему Гарольду Уиттону было предъявлено обвинение в контрабандном ввозе в США попугаев из Мексики, которых он затем с немалой выгодой продавал. Ссылаясь на отсутствие достаточных улик, контрабандист полностью отрицал свою вину. Он заявил, что доставленные в зал заседаний в качестве вещественного доказательства его незаконной деятельности птицы, дескать, родились и выросли в Америке. В этот момент один из попугаев вдруг заговорил. С заметным мексиканским акцентом он произнес по-испански несколько довольно крепких словечек. После такого нежданного «предательства» аферисту оставалось лишь сознаться в своих махинациях.

Я уже рассказывал, что в странах Южной Америки местные жители ловят в окрестных лесах различных зверей и птиц и приручают их. В индийских селениях можно встретить и ручных попугаев, обученных произносить слова и целые фразы. Правда, в их разнообразном лексиконе порой попадаются такие слова и выражения, что их нельзя пустить в книжку. Именно это обстоятельство помогло однажды английскому натуралисту Джеральду Дарреллу купить амазонского попугая подешевле. Об этом он интересно рассказывает в книге «Земля шорохов», посвященной описанию путешествия в Аргентину.

Дело было в индейском селении. Переводчик (местные жители разговаривают на испанском языке) завел Даррелла в хижину, где он ранее видел попугая. Это был красивый краснолобый амазонский тукуман, очень редкий в европейских коллекциях. Конечно, Дарреллу захотелось приобрести эту птицу. Хозяйка попугая, красивая симпатичная индианка, окруженная стайкой ребятишек шоколадного цвета, запросила за своего питомца высокую цену. Она торговалась и уверяла, что ее Бланко лучший из всех попугаев на свете и говорит чудесные вещи. Она попыталась вызвать попугая на разговор и продемонстрировать его способности перед покупателями. Но Бланко упорно молчал. А потом зашевелил крыльями, склонил голову набок и четко произнес короткое ругательство. Хозяйка смутилась и не стала больше набивать цену. Сделка состоялась. Даррелл протянул попугаю палец. Он деловито вскарабкался на него, а потом по руке перебрался к нему на плечо. Здесь он уселся и, понимающе взглянув на нового хозяина, совершенно отчетливо и громко произнес:

— Как поживаешь? Как поживаешь? Как дела? — и захихикал.

Когда Даррелл и его спутники распрощались с женщиной, закрыли за собой бамбуковую калитку и садились в машину, Бланко повернулся на плече и выпалил по-испански:

— Глупая, очень глупая!

Получилось, что эти слова попугай адресовал на прощание своей бывшей хозяйке.

В другой книге — «Поймайте мне колобуса» — Джеральд Дарелл рассказывает о сером африканском попугае-жако, жившем у его афинских друзей в Греции. Каждый день они выносили его клетку на воздух и ставили в тени под деревьями. Однажды местный крестьянин привязал за оградой своего осла, а тот, как это заведено у ослов, неожиданно вскинул голову и исполнил скорбное соло, завершив его обычным протяжным храпом. Попугай внимательно слушал, наклонив голову набок и, когда осел кончил реветь, отчетливо произнес вопросительным тоном:

— В чем дело, милый?

Этот жако знал довольно много слов — греческих, естественно, — и хозяева очень им гордились. У них было заведено раз в неделю устраивать «день открытых дверей», когда все их друзья могли зайти на чашку чая. В один из таких дней главной темой беседы был попугай и его лексика. Кто-то из гостей утверждал, что попугаи вообще не могут говорить, они лишь издают нечленораздельные звуки. Гордый владелец серого африканца тотчас возразил и предложил послушать его попугая, который знает такие-то и такие-то слова. Тогда гость, держа чашку с чаем в одной руке, кусок торта в другой, подошел к попугаю, уставился на него и сказал: «Попочка, ведь ты не умеешь говорить, правда?» Попугай несколько секунд глядел на гостя, затем перебирая лапками по жердочке, пододвинулся к нему поближе, наклонил голову набок и внятно промолвил: «Поцелуй меня в зад!» Гости оцепенели. Прежде попугай ни разу не произносил этих слов и потом никогда их не повторял. Своеобразно реагировал пострадавший: он поставил чашку чая, положил торт, взял свою шляпу и трость и бледный от гнева удалился, заявив, что и не подумает оставаться в доме, где оскорбляют гостей.

Сквернословие попугаев приносит немало огорчений работникам зоопарков, купивших их у моряков или у других любителей «крепких» выражений. В Вашингтонском зоопарке однажды пришлось даже перевести одного попугая из общей клетки в изолированное помещение: он выкрикивал такой набор нецензурных слов, что разлагающе влиял на своих собратьев-попугаев.

Нечто подобное, как сообщалось в журнале «Человек и закон» (№ 5 за 1979 год), произошло в Лос-Анджелесе в США. Там, по решению суда, из местного зоосада был удален попугай, который изрыгал площадную брань. Любопытно, что этот попугай был подарен зоосаду дамой, известной высокими нравственными принципами.

Иначе поступил директор зоопарка в городе Де-Мойн (США). Чтобы отучить попугая от бранных слов, которым тот научился от посетителей, он читал ему сочинения философа О. Шпенглера. Попугай выучил новое для него слово — «трансцедентальный» и некоторые другие и стал «самым эрудированным попугаем в мире».

Память у попугаев на слова, предметы и явления довольно хорошая, а порой и вовсе замечательная. Об исключительной памяти одного серого попугая Конрад Лоренц рассказывает в своей книге «Кольцо царя Соломона». Этот попугай жил у известного берлинского орнитолога фон Лукануса. Ученый держал Дома много всяких птиц и среди них — ручного удода по имени Хопфхен. Говорящий попугай вскоре заучил это слово. К сожалению, в противоположность попугаям, удоды живут в неволе недолго. Через некоторое время Хопфхена постигла судьба всех смертных. Попугай, казалось, совершенно забыл его имя, по крайней мере, никогда не произносил его. Спустя девять лет Луканус приобрел другого удода. Как только попугай увидел эту птицу, он в первый же момент назвал удода именем своего старого знакомого, а затем повторил его: «Хопфхен... Хопфхен...»

Не следует, однако, думать, что попугаи на всю жизнь запоминают все слова и фразы, произносить которые их научили. Большинство попугаев спустя некоторое время постепенно забывают многие слова и фразы, и лексикон их беднеет. Поэтому знатоки советуют заниматься с говорящими попугаями постоянно, повторяя «выученные уроки», иначе они забудут то, чему научились.

Попугаи ара, какаду и другие способны обижаться, запоминать обиду и даже мстить. Вот что рассказал А. И. Рахманов в своей книге «Попугаи»:

— Одно время у меня жил ручной желтощекий какаду по имени Ягодка. Однажды я чистил клетку и вынул поддон, чтобы сменить песок. Мою работу Ягодка сопровождал громкими криками. В это время к нему подошел мой сосед по квартире и строго на него прикрикнул. Ягодка сразу замолк на некоторое время, а затем, когда я открыл дверку, выскочил из клетки и набросился на соседа. На этот раз все обошлось благополучно: я вовремя схватил Ягодку и возвратил его в клетку. Однако много времени спустя он все же отомстил соседу за обиду. Когда сосед пришел к нам по какому-то делу, Ягодка свободно летал по комнате. Увидев своего обидчика, попугай моментально бросился на него и укусил до крови. С тех пор сосед стал побаиваться его и входил к нам только тогда, когда Ягодка сидел в клетке.

Мстительным оказался и знакомый уже нам Куконя. Он любил, чтобы ему чесали головку и шейку. Причем разрешал это не всем людям, а только тем, к кому питал симпатию. Одна хорошая знакомая хозяина подружилась с попугаем, и он сам шел к ней на руки и разрешал чесать себе голову. Однажды гостья собралась уходить, одела зимнее пальто и пошла попрощаться с Куконей. Увидев меховые манжеты, попугай взлетел на руку и принялся выдирать клювом мех. Конечно, его сразу же водворили в клетку. И как-то никто не обратил внимания на то, что попугай страшно обиделся. Недели через три эта знакомая навестила хозяина с Куконей. «Здравствуй, Кукошенька!» — сказала она. Но обычного радостного приветствия не последовало. Куконя сидел насупившись и молчал. Гостья открыла клетку» попугай не спеша вышел, взлетел ей на плечо и вдруг стал яростно клевать в голову. На выручку к гостье поспешил хозяин. Досталось и ему. А нужно сказать, что клюв у попугаев довольно сильное и мощное оружие. А. М. Батуев видел, как его желтохохлый какаду, шутя, перекусил клювом телевизионный провод. В общем оказалось, что Куконя затаил обиду и решил отомстить за нее. Только месяц спустя дружба была восстановлена.

В капиталистических странах любовь к животным, в том числе и к попугаям нередко используют в корыстных целях предприимчивые дельцы и коммерсанты. Часто это бывает связано с продажей по завышенным ценам редких, импортных птиц, завезенных из других стран. Ведь спрос на этих экзотических птиц всегда выше, чем предложение. В 1968 году в США было завезено около 10 тысяч амазонских попугаев и несмотря на высокую цену — до 50 долларов за птицу — спрос на них рос с каждым годом. К тому же, на каждую птицу, доставленную в зоологический магазин, приходится не менее 50 погибших, а в течение года в США погибало около 500 тысяч попугаев!

В связи с тем, что некоторые виды попугаев стали уже редкими, страны-экспортеры взяли их под свою охрану. Однако запрет на экспорт не всегда спасает этих интересных птиц, так как в торговлю ими включились и контрабандисты. В начале 1979 года в газетах было сообщение Агенства Печати Новости (АПН) о нелегальном вывозе попугаев из Австралии. Сбыт живого товара оказывается весьма выгодным бизнесом. По теперешним ценам 14 попугаев можно продать в Европе за 30.000 долларов. В Париже пара какаду идет за три с половиной тысячи долларов, а в Америке их цена поднимается до десяти тысяч.

Бывают и другие способы извлечения доходов при помощи попугаев. Около десяти лет тому назад австралийские газеты сообщали об открытии в городе Сиднее первой в мире школы для попугаев. В ней за определенную плату все желающие могут обучать своих попугаев говорить. После завершения курса обучения ученым попугаям выдаются дипломы, и они продаются по более высоким ценам, чем неграмотные. В 1974 году состоялся первый выпуск питомцев этой школы. Пятьдесят пернатых учеников сдали экзамен на хорошо и отлично, а двадцать — на удовлетворительно. Три попугая стали второгодниками: они нарушали учебный процесс, обучая «одноклассников» словам, которые выучили еще до поступления в школу.