Как только они покинули Касл Рок, Крейг совершенно изменился. Ив недоумевала, стоит ли ей сердиться на него. Возможно, он и в самом деле беспокоился о ее безопасности. Возможно, он не хотел быть таким резким и грубым.

— Давайте наконец-то искупаемся, — предложил Хосе. — Вода освежит нас.

Становилось все более жарко. Ив не особенно хотелось залезать в воду, но она боялась совсем испортить пикник. К счастью, Хосе и Макси получали от него максимум удовольствия.

Девушки переоделись в автомобиле, а мужчины исчезли в пальмовой роще. Несколько минут спустя все они пробежали по обжигающему песку и бросились в воду. Крейг был хорошим пловцом. Ив плескалась и барахталась в воде, но не смогла бы установить никакого рекорда на скорость или выносливость. Максимум, что она могла сделать иа воде, — это не утонуть.

— Великолепно, — сказал ей Крейг. — Послушайте, извините, если я испугал вас там, наверху. Мне казалось, что вы можете свалиться в любую минуту, а для меня, как я понял, это была бы большая потеря.

— В самом деле? — язвительно поинтересовалась она.

В ответ он улыбнулся, и его глаза сразу потеплели. Проклятье! Если бы он не был настолько привлекателен! Если бы он был все время холоден как рыба! Тогда она не смогла бы им увлечься против своего желания! Ее самолюбие страдало от этой мысли. К тому же она едва опомнилась после депрессии, вызванной разрывом с Филом, и не хотела начинать все сначала. День был чудесным, и они обошли все вдоль и поперек, осматривая красивые уголки, холмы и овраги. Хосе хорошо знал это место; к тому же здесь всегда можно было встретиться с чем-то новым и необычным.

— Хосе, тебе следовало бы стать путешествующим гидом, — сказал Крейг.

— Боже упаси! Вполне достаточно управлять отелем.

К концу дня они все почувствовали приятную усталость и слегка захмелели от обилия солнечного света и свежего воздуха.

Прохлада отеля приятно поразила их, когда они вошли внутрь. Хосе широко улыбнулся.

— Слава Богу! Здесь все в порядке. Хотелось бы бросить всю эту работу хотя бы на двадцать четыре часа. Обслуживание не требует постоянного присутствия. Но если они собираются ангажировать меня на все лето…

Хосе вернулся к заботам о своем отеле.

Крейг позвал всех в бар. Ив отказалась, Макси, однако, согласилась. Ив видела, как они направились в сторону «Зеленых пальм».

У лифта к Ив подошел Бен Морган. Оп купил себе новый фотоаппарат, который висел на кожаном ремне у него на шее. Ив видела, как он делал снимки то тут, то там, как будто исследуя остров. Его черные волосы были взъерошены, а на лице играл румянец. Ив поняла, что он слишком много выпил.

— Привет, — хрипло сказал он.

— Привет, — ответила она.

— Вы обгорели на солнце.

— Да, — Ив засмеялась. — Это действительно так.

— Где вы были?

— Бродили по острову.

— Видели ее где-нибудь?

— Кого вы имеете в виду?

Двери лифта раскрылись. Морган столкнулся с Ив, когда они входили в кабину. Она быстро отпрянула в сторону. Теперь, при закрытых дверях, в тесной кабине неторопливо поднимающегося лифта, она пожалела, что не пошла по лестнице.

— Мадлен. Мою приятельницу. Где она? Не могу найти ее нигде.

— Я ее не видела.

Он посмотрел на нее темными блестящими глазами, и его лицо вспыхнуло.

— Если она бросила меня…

В воздухе повисла пауза. Ив отвернулась, удивившись, что лифт до сих пор не доехал до второго этажа.

Не хотела бы она, чтобы мужчина, подобный Бену Моргану, был в ссоре с ней.

Наконец-то! Двери лифта открылись. Кивнув головой, Ив вышла. Бен последовал за ней.

— Если вы увидите ее, скажите, что я ее жду! Вы слышите?

— Я скажу ей, — пообещала Ив.

Затем, использовав свой ключ, она вошла в номер и быстро закрыла за собой дверь. Шторы были задернуты от яркого солнца и в комнате царил полумрак, однако ее взгляд уловил какое-то неясное движение.

— Кто здесь? — спросила она с тревогой.

— Это только я, мисс Хензавей.

Нащупав выключатель, Ив включила свет. С удивлением она обнаружила Мадлен Пауэрс.

— Что такое? Что вы здесь делаете?

— Пожалуйста! О, пожалуйста, не говорите так громко. Я дала денег горничной, чтобы она позволила войти сюда. Я… я только хотела спрятаться здесь ненадолго. Бен все больше пьет и злится. Я уверена, что он ни за что не стал бы искать меня здесь. Пожалуйста…

Ив бросила свой ключ на стол около торшера и задумалась о том, что ей делать с неожиданной посетительницей. Похоже, Мадлен говорила правду. Возможно, все так и было. Но Ив неприятно поразило, что любой мог так запросто попасть в ее номер. Какую горничную она подкупила? Следует ли ей заявить об этом Хосе?..

— Пожалуйста, позвольте мне остаться здесь еще немного. Бен наверняка скоро вырубится и не проснется до утра. Завтра я скажу ему, что ездила на экскурсию в Майами, а трезвому ему будет все равно.

Женщина чуть не плакала, Ив всегда была чувствительной. Для человека, который ее растрогает, она была готова сделать все что угодно.

— Хорошо, — вздохнула Ив. — Если хотите, можете побыть здесь. Располагайтесь в гостиной. Что касается меня, я собираюсь немного поработать, пока еще достаточно светло.

Но Ив отвлекало присутствие в соседней комнате практически незнакомой женщины, которая к тому же нервно ходила из угла в угол и все время разговаривала сама с собой.

Когда Ив, наконец, ушла с головой в работу над эскизом, в дверь робко постучали.

— Входите, — сказала она, с досадой прервав работу. Там стояла Мадлен со слезами на глазах. Была ли это одна из ее сцен? Она разыгрывала их великолепно, как помнила Ив.

— Я должна поговорить с кем-нибудь. Я… я не знаю, что делать, мисс Хензавей!

Терпеливо вздохнув, Ив отложила карандаш, захлопнула папку с набросками и пригласила женщину присесть в кресло.

— Не хотели бы вы выпить чего-нибудь прохладительного? Я могу позвонить в службу сервиса.

— Нет, спасибо… Я должна кому-нибудь рассказать об этом!

— Рассказать о чем? — спросила Ив и опять терпеливо вздохнула. Бен Морган не был в числе ее приятелей и никогда не будет. К тому же очевидно, то в этот раз Мадлен не играла. Она действительно выглядела очень бледной, а свои крепко сжатые руки держала перед собой.

— С ним происходит что-то очень странное, мисс Хензавей. С момента прибытия на остров, и даже до этого, на катере, он вел себя очень странно.

— Как давно вы знакомы с мистером Морганом?

— Всего несколько недель. Мы познакомились совершенно случайно. Как правило, я обедаю в каком-то определенном месте. Он тоже привык приходить туда каждый вечер в одно и то же время. Мы случайно разговорились…

«Случайное знакомство, — подумала Ив. — Ну что ж, она не первая и не последняя».

— Он был так любезен со мной, вежлив, внимателен. Очень глупо, но я полюбила его за это. Когда он предложил поехать сюда, я была просто счастлива. Я думала, что на этот раз у меня появился шанс начать новую жизнь. Я надеялась, что, может быть, все сложится для нас наилучшим образом.

— Но так не получилось? — сочувственно спросила Ив.

— Как только мы вошли на катер, Беи изменился. Я не знаю, как объяснить все это. Когда он хотел сфотографировать того мертвого человека — бедного мистера Вильямса или как там его звали, — мы впервые серьезно поссорились. Но он настоял на своем, так как хотел сделать снимок. Он был очень настойчив. Потом, когда пропал его фотоаппарат…

— Я помню. Он не был в восторге.

— Можно было подумать, что он потерял миллион долларов! Я предложила купить ему новый фотоаппарат, но он только обозлился, кричал, что ему нужен именно тот, что ему нужна именно та пленка, которая была внутри!

Ив секунду внимательно смотрела на Мадлен. Значит, ее подозрение справедливо! Бен Морган был более чем заинтересован иметь фотографию мертвого человека. Именно по этой причине он был так расстроен — не от потери фотоаппарата, а от потери пленки!

— Это был первый его странный поступок, мисс Хензавей. Что же вы думаете, он делает дальше?

Сейчас Ив готова была услышать все что угодно.

— Он куда-то уходит по ночам. На всю ночь! Когда я спрашиваю его, где он был, он отказывается говорить мне.

Ив вздохнула и подумала: «Возможно, тот просто робкий любовник».

— У нас отдельные комнаты! — сухо сказала Мадлен. — Это не то, что вы подумали.

— Прошу прощения.

Мадлен презрительно фыркнула и промокнула свои глаза.

— Я знаю, что любой так и подумает. Но это совсем не то. Действительно не то. Я беспокоюсь, мисс Хензавей. Я совсем не знаю, чем занимается Бен, и это беспокоит меня.

— Я уверена, что вы напрасно волнуетесь, — успокаивала ее Ив. — Почему бы вам просто не спросить его?

— Я спрашивала! Oн говорит, что это не мое дело!

— Я понимаю.

Мадлен фыркнула снова и, казалось, начала успокаиваться.

— Я боюсь, что он в чем-то замешан… Возможно, какое-нибудь рискованное предприятие. Он любит рисковать…

— Хотите получить мой совет, мисс Пауэрс?

— Да, конечно.

— Почему бы вам не уехать домой? Садитесь на первый же катер и уезжайте. Если вы дороги Бену, он к вам присоединится, и у вас будет время все уладить. Не кажется ли вам, что это хорошая идея?

Мадлен вздохнула.

— Возможно… Но почему все так скверно обернулось, мисс Хензавей? Сначала неудачная карьера, затем три несчастливых замужества и потеря нескольких близких мне людей. А сейчас Бен, кажется, завершает череду моих неприятностей.

Ив стало жалко эту женщину. Но что она могла сделать или сказать. Бог свидетель, ей ли быть экспертом в сердечных делах? Не пережила ли она сама трижды подобные печальные истории? Боб советовал ей больше не влюбляться. Она должна помнить об этом, когда позволяет себе думать о Крейге Шеридане.

— Я не должна злоупотреблять вашим вниманием, — сказала Мадлен, поднимаясь. — Спасибо, что позволили мне побыть у вас немного. Сейчас я чувствую себя лучше и уже способна справиться со своими проблемами.

— Желаю удачи, Мадлен.

Женщина улыбнулась ей слабой улыбкой и торопливо направилась к выходу вытирая свои глаза. Со вздохом Ив закрыла за ней дверь.

Спустя несколько минут в дверь постучали. Открыв дверь, она увидела Педро. На его лице светилась широкая улыбка.

— Извините, мисс Хензавей, но у меня для вас письмо. Вас вызывают в полицейское управление.

— Что вы сказали? — с удивлением спросила она. Он повторил.

— Но почему?

Педро пожал плечами: «Я не знаю, мисс Хензавей».

— Хорошо. Спасибо, Педро.

Она закрыла дверь и прислонилась к ней. Это было странно. Она предположила, что капитан Мартин будет спрашивать ее о случае с Чарльзом Вильямсом. Но это произошло несколько дней назад. Что заставило его ждать так долго?

Проверив в зеркале макияж, Ив быстро причесала длинные волосы, перевязала их лентой и вышла.

Она с облегчением обнаружила, что лифт свободен.

Быстро шагая, она смотрела, как садится солнце. Ритм жизни острова оживлялся но мере того, как день становился прохладнее. Мальчишка из цветочного киоска бежал за ней, уговаривая ее сделать покупку. Достав из кошелька несколько монет, она купила букетик голубых цветов, очень похожих на те, которые она хотела нарвать на Касл Рок.

В помещении полицейского участка было жарко; большой вентилятор на потолке гонял по кругу спертый воздух. За столом сидел офицер, которого она не встречала прежде.

— Я мисс Хензавей. Капитан Мартин хотел меня видеть…

— О, да. Пройдите в эту дверь, мисс.

Он указал на одну из дверей, и она направилась к ней. Войдя в кабинет, она увидела капитана за столом, изучающего рапорт.

— Капитан Мартин…

Он взглянул на нее, отложил ручку в сторону и встал.

— Пожалуйста, входите, мисс Хензавей, и закройте дверь.

Она заколебалась. Почему-то ей хотелось убежать отсюда как можно быстрее. Тот проклятый дурацкий визит сюда, конечно, вызвал всевозможные подозрения.

Но она сделала, как ей сказали. Капитан Мартин указал ей на стул перед своим столом, и она опустилась на него.

— Чем могу быть вам полезной, капитан? — спросила она.

Капитан Мартин откинулся назад. Кресло слегка скрипнуло. Он ответил ей не сразу.

— Вы знаете Чарльза Вильямса? — спросил он.

— Я вам уже говорила, не так ли?

Он повертел карандаш. — Вы вполне уверены в этом?

— Да, это так.

— Тогда почему вы сюда пришли поздно вечером, зачем цветы, просьба посмотреть на тело?

Ив даже вспотела от волнения. Она знала, что так и будет. Она знала, еще до того, как начала рассказывать, что он не собирается ей верить. Ее рассказ заставит его быть еще подозрительнее; он будет восприниматься как выдуманная история. Но это единственное, что она знала, и это — правда.

— Капитан Мартин, я не знала Чарльза Вильямса или Гарри Филдинга, каким бы ни было его имя. Но я… я подумала, что могла видеть его прежде.

Капитан быстро наклонился к ней; его ладони уперлись в крышку стола. В манере его поведения было что-то такое, что предупредило ее о необходимости тщательно выбирать свои слова.

— Где? — отрывисто и резко спросил он. — Это очень важно, мисс Хензавей.

— О, Боже, вы не хотите мне поверить!

— Начните с самого начала.

— Хорошо. Мы задержались в Чикаго, в аэропорту О'Хара. Макси и я. В самом начале нашего путешествия сюда. По каким-то причинам наш рейс был задержан. Ходили разные слухи. Один из них — что на борту заложена бомба. Когда нам наконец позволили подняться на борт, я заняла место рядом с незнакомым мужчиной. Бородатый человек с усами, в потертой одежде — очень тихий мужчина, но нервный.

— Продолжайте, мисс Хензавей.

Ив облизнула сухие губы.

— Я художник, капитан Мартин. Я замечаю такие особенности у людей, которые обычный человек не заметил бы. Что касается именно того человека, я обратила внимание на его руки. Они дрожали. Это были хорошо сложенные, интересной формы руки. Правильная структура кости…

Сейчас она говорила быстро и нервно. Капитан Мартин слушал так внимательно, что это пугало ее.

— Это было позже, много позже, на катере, во время поездки к острову, фактически, когда переносили мистера Вильямса вниз с палубы — мертвого — и я увидела мельком его руку…

Она очень отчетливо вспомнила тот момент: туман, мелкий моросящий дождик на лице, испуганный шепот людей вокруг, ужасное присутствие смерти.

— Я жду, мисс Хензавей, — напомнил капитан Мартин.

— Хорошо. Хорошо! Я скажу это. Я почти уверена, что мужчина в самолете и мужчина на катере — один и тот же человек, хотя они и выглядели совершенно различно, одеты были по-разному, но руки…

Капитан Мартин теперь смягчился. Долгое время он молчал. Затем он зажег спичку и подержал над своей трубкой.

— Тогда почему вы захотели увидеть Вильямса снова? — наконец спросил он.

— Только, чтобы убедиться. Я не могла избавиться от этой навязчивой идеи, капитан Мартин. Но, конечно, мне не удалось его увидеть. Я… я полагаю, в любом случае, это было очень глупо.

Капитан Мартин, по-видимому, больше не слушал. Открыв ящик своего стола, он вытащил большой конверт из манильской бумаги. Несколько глянцевых фотографий выскользнули на стол. Он тщательно разложил их перед ней.

— Вы знаете кого-нибудь из этих мужчин? Видели ли вы их когда-нибудь раньше? Не торопитесь.

Ив внимательно изучала каждую фотографию. Она была уверена, что никогда раньше никого из них не видела. Только одну из них она рассматривала немного дольше остальных. Но покачав головой, она также отложила ее в сторону.

— Нет. Я никого из этих людей не видела, капитан Мартин. Могли бы вы мне сказать, что все это значит?

— Пока не могу. Извините. Это сугубо конфиденциально, и чем меньше вы будете знать, тем лучше. Для вашей собственной безопасности.

Это прозвучало как в старом детективном фильме.

— Вы пытаетесь запугать меня, капитан Мартин?

Он слегка улыбнулся ей.

— Нет. Конечно, нет. Но убийство — это очень щекотливый вопрос. Оно может вызвать подобие цепной реакции.

Она быстро встала.

— Вы хотите сказать…

— Что я ожидаю еще одно убийство? — Он засмеялся. — Нет, но, видите ли, теперь я уверен, что Вильямс не совершал самоубийства, и я уверен в том, что он был отравлен на катере. Рапорты из Нью-Йорка подтвердили мои предположения. Так…

Она схватилась за край его стола.

— Значит, это правда! Здесь, на острове, прямо сейчас находится убийца.

— Более чем вероятно, — кивнул он.

— Это вряд ли возможно! — сказала она, подумав, спокойным голосом. — В отеле почти никто об этом не говорит, и все же, вы знаете, они все думают, глядя друг на друга, желают знать…

— Да, — сказал он. — Между прочим, я предпочел бы, чтобы вы держали при себе ваш визит сюда и ваше мнение о том, что те двое мужчин были одним и тем же человеком.

— Конечно, конечно. Капитан Мартин, вы знаете кто… я имею в виду…

— Если бы я знал, мисс Хензавей, я бы не сидел сейчас здесь, — сказал он. — Но мы работаем над этим.

С трудом поверив, она направилась к двери. Цветы, которые она купила, уже завяли, и грустно махнув ими, она бросила их в мусорную корзину. Они, казалось, символизировали все ее каникулы в Уайт Бич Айленд.

Едва Ив взялась за дверь, капитан Мартин задал ей еще один вопрос: она предпочла бы, чтобы он его не задавал.

— Скажите мне, мисс Хензавей, реагировал ли мужчина в самолете на какого-нибудь определенного пассажира?

Ив закусила губу. Ее руки снова задрожали. Почему он решил спросить об этом?

— Ну так, как же, мисс Хензавей?

Имя застряло у нее в горле, и в какой-то момент она была уверена, что ничто на свете не сможет вырвать его из нее. Разве не была она в его объятиях прошлой ночью и не наслаждалась его поцелуем? Не веселилась ли она сегодня вместе с ним? Конечно, произошел страшный случай наверху, на Касл Рок, когда она немного испугалась его. В конце концов, возможно, у нее была причина бояться Крейга.

— Я жду, мисс Хензавей. Вы что-то заметили, не так ли?

Она облизнула пересохшие губы и подняла подбородок.

— Да, боюсь, что так. Похоже, его выводил из душевного равновесия вид Крейга Шеридана. Мне кажется, на него очень действовало его присутствие.

Капитан Мартин слегка улыбнулся ей.

— Спасибо, мисс Хензавей. Это все.

Со слезами на глазах она двинулась прочь. Если бы только она не была вынуждена указать пальцем на Крейга. Но все так и было на самом деле. Господи, это правда! Как она могла этого не заметить? Неужели Крейг Шеридан был тем человеком, который отравил бедного Чарльза Вильямса, или, иначе, Гарри Филдинга?