Флоси уже приехал на тинг и занял всю свою палатку. Рунольв занял палатку людей из Даля, а Мард – палатку людей с реки Ранги. С востока из самых дальних мест приехал Халль из Сиды, но кроме него почти никто ни приехал. Однако Халль привел с собой из своих мест много народу. Он сразу же пошел к Флоси и просил его помириться. Халль был человек умный и миролюбивый. Флоси приветливо отвечал ему, но ничего не обещал. Халль спросил его, кто обещал ему поддержку. Флоси назвал Марда, сына Вальгарда, и сказал, что посватал его дочь за своего родича Старкада. Халль сказал, что выбор этот очень удачен, но что с Мардом иметь дело плохо.

– Ты убедишься в этом еще до конца тинга, – прибавил он.

На том их разговор окончился.

Однажды Ньяль и Асгрим долго разговаривали вполголоса. Потом Асгрим вскочил и сказал сыновьям Ньяля:

– Пойдемте искать себе друзей, чтобы паши противники не оказались сильнее нас. Ведь в этой тяжбе надо будет пустить в ход все.

И Асгрим вышел, а за ним Хельги, сын Ньяля, потом Кари, сын Сальмунда, потом Грим, сын Ньяля, потом Скарпхедин, потом Торхалль, потом Торгрим Большой, потом Торлейв Ворон. Они дошли до палатки Гицура Белого и вошли в нее. Увидев их, Гицур встал, предложил им сесть и стал угощать. Асгрим сказал:

– Не за тем мы пришли. Мы будем говорить открыто: на какую поддержку с твоей стороны я могу рассчитывать, родич?

Гицур сказал:

– Моя сестра Йорунн, наверное, рассчитывает, что я не откажусь помочь тебе. Пусть так и будет, пусть у нас будет одна судьба.

Асгрим поблагодарил его и ушел. Тогда Скарпхедин спросил:

– Куда теперь?

Асгрим ответил:

– К палатке людей из Альфуса.

И они пошли туда. Асгрим спросил, в палатке ли Скафти, сын Тородда. Ему ответили, что в палатке. Тогда они вошли туда. Скафти сидел на скамье. Он поздоровался с Асгримом и учтиво его принял. Скафти предложил Асгриму сесть рядом с собой. Асгрим ответил, что зашел ненадолго, и прибавил:

– А у меня к тебе есть дело.

– Расскажи, – говорит Скафти.

– Я хочу попросить тебя, чтобы ты оказал поддержку мне и моим родичам.

– Я не думал, – отвечает Скафти, – что ваши неурядицы дойдут до моего жилища.

Асгрим говорит:

– Нехорошие это слова. Плохо отказывать людям в помощи, когда они всего более в ней нуждаются.

– Кто этот человек, – спрашивает Скафти, – что идет пятым, а сам высок ростом, бледен лицом, неудачлив с виду, суров и похож на тролля?

Тот отвечает:

– Скарпхедином зовут меня, и ты меня много раз видел на тинге. Но я, верно, умнее тебя, потому что мне не надо спрашивать, как тебя зовут. Тебя зовут Скафти, сын Тородда, а раньше ты называл себя Щетинной Головой, когда ты убил Кетиля из Эльды. Ты выбрил себе тогда голову и вымазал ее дегтем. Затем ты заплатил рабам за то, чтобы они вырезали полоску дерна, и заполз под нее на ночь. Потом ты отправился к Торольву, сыну Лофта из Эйрара, и он взял тебя к себе и отнес на корабль в мешке от муки.

После этого они ушли. Скарпхедин сказал:

– Куда мы пойдем теперь?

– К палатке Снорри Годи.

И они пошли к палатке Снорри. Там перед палаткой стоял какой-то человек. Асгрим спросил его, в палатке ли Снорри. Тот ответил, что в палатке. Асгрим и все его спутники вошли в палатку. Снорри сидел на скамье. Асгрим подошел к нему и учтиво с ним поздоровался. Снорри встретил его приветливо и попросил сесть. Асгрим сказал, что зашел ненадолго, и прибавил:

– У меня к тебе есть дело.

Снорри попросил рассказать о нем. Асгрим сказал:

– Я хотел бы, чтобы ты поддержал меня на суде и помог мне, потому что ты умен и умеешь постоять за себя.

– Плохо идут сейчас в суде наши собственные дела, – ответил Снорри. – И так уже против нас поднялось много народу. Поэтому нам вовсе не хочется впутываться в дела людей из другой четверти.

– Что же, может, ты и прав, – сказал Асгрим. – Ты ведь нам ничего не должен.

– Я знаю, ты хороший человек, – сказал Снорри. – Поэтому я обещаю тебе, что не пойду против тебя и не буду помогать твоим недругам.

Асгрим поблагодарил его. Снорри сказал:

– Кто этот человек с резкими чертами лица, что идет пятым, а сам бледен лицом, скалит зубы и держит на плече секиру?

– Хедином зовут меня, – отвечает тот. – А некоторые зовут меня полным именем – Скарпхедин. Может, ты хочешь еще что-нибудь сказать мне?

Снорри сказал:

– Только то, что ты, по-видимому, человек суровый и властный. Но я вижу, что твое счастье скоро изменит тебе, и недолго тебе остается жить.

– Что ж, – говорит Скарпхедин. – Этот долг все должны заплатить. Но лучше было бы тебе отомстить за смерть своего отца, чем заниматься пророчествами.

– Многие уже говорили мне это, – отвечает Снорри. – Но меня этим не рассердишь.

После этого они вышли, так и не заручившись здесь никакой поддержкой. Оттуда они направились к палатке людей из Скагафьорда. Это была палатка Хавра Богатого. Его отцом был Торкель, сын Эйрика из Годдалира, внук Гейрмунда, правнук Хроальда, праправнук Эйрика Торчащая Борода, что убил Грьотгарда в Сокнардале, в Норвегии. Мать Хавра звали Торуни. Она была дочерью Асбьярна Лысого из Мюрка, сына Хроссбьярна.

Асгрим и его люди вошли в палатку. Хавр сидел в палатке посредине скамьи и разговаривал с каким-то человеком. Асгрим подошел к нему и поздоровался е ним. Тот учтиво ответил ему и предложил сесть. Асгрим сказал:

– Я хотел бы попросить тебя, чтобы ты оказал поддержку мне и моим родичам.

Хавр сразу же ответил, что он не хочет ввязываться в их неурядицы.

– Но я хочу спросить, – сказал он, – кто этот бледный человек, который идет пятым? У него такой страшный вид, словно он вышел со дна морского.

Скарпхедин сказал:

– Не твое дело, молочная рожа, кто я такой! Я не побоюсь пройти мимо тебя, если ты будешь сидеть в засаде. Мне ничуть не страшно, когда такие, как ты, стоят на моем пути. Ты бы лучше разыскал свою сестру Сванлауг. Эйдис Железный Нож и Коль Наковальня похитили ее из твоего дома, а ты не посмел и пальцем шевельнуть.

Асгрим сказал:

– Идем отсюда, нечего нам ждать здесь поддержки.

Затем они пошли к палатке людей из Мадрувеллира и спросили, там ли Гудмунд Могучий. Им сказали, что там. Тогда они вошли в палатку. Посреди палатки стояло почетное сиденье, и на нем сидел Гудмунд Могучий. Асгрим подошел к нему и поздоровался с ним. Гудмунд учтиво ответил ему и предложил сесть. Асгрим сказал:

– Не сидеть мне хочется, а попросить у тебя поддержки, потому что ты человек честолюбивый и большой хавдинг.

Гудмунд ответил:

– Я не пойду против вас, а если найду возможным, то и поддержу. Тогда мы и поговорим об этом.

Он отнесся к ним очень благосклонно. Асгрим поблагодарил Гудмунда за его слова. Гудмунд сказал:

– Среди вас есть один человек, на которого я все смотрю. Он кажется мне непохожим на большинство людей, которых я видел.

– Кто же это? – спросил Асгрим.

– Он идет пятым, – ответил Гудмунд. – Волосы у пего темные, лицо бледное, он высок ростом, силен на вид и так решителен, что я охотнее имел бы среди своих людей его, чем десять других… И все же он человек неудачливый.

Скарпхедин сказал:

– Я знаю, что ты говоришь обо мне. Мы оба с тобой неудачливы, но каждый по-своему. Меня корят за убийство Хаскульда Хвитанесгоди, что правильно. Тебя же поносят Торкель Дерзкий и Торир, сын Хельги, и ты от этого очень страдаешь.

И они вышли. Скарпхедин сказал:

– Куда же нам теперь пойти?

– К палатке людей с Льосаватна, – сказал Асгрим.

Эту палатку покрыл Торкель Дерзкий. Его отцом был годи Торгейр, сын Тьярви, внук Торкеля Длинного. Мать Торгейра звали Торунн, она была дочерью Торстейна, внучкой Сигмунда, правнучкой Гнуна-Барда. Мать Торкеля Дерзкого звали Гудрид, она была дочерью Торкеля Черного из Хлейдраргарда, внучкой Торира Лопоухого, правнучкой Кетиля Тюленя, праправнучкой Арнольва, прапраправнучкой Бьярнольва. Отцом Бьярнольва был Грим Бородач, сын Кетиля Лосося, внук Халльбьярна Полутролля. Торкель Дерзкий уезжал из Исландии и отличился к чужих странах. Он убил разбойника на востоке, в лесу Ямтаског. Затем он отправился на восток, в Швецию, и присоединился к Сёрквиру Старику, и они ходили походом в восточные страны. А восточнее побережья Балагардссида Торкель однажды вечером отправился за водой для своих. Там он встретил морское чудище и долго бился с ним. Дело кончилось тем, что он убил чудище. Оттуда он поехал на восток в Адальсюслу. Там он убил летающего дракона. Затем он вернулся обратно в Швецию, оттуда – в Норвегию, а потом поехал в Исландию. Он велел вырезать эти подвиги над своей постелью и перед своим почетным сиденьем, а еще он со своими братьями бился на осеннем тинге людей с Льосаватна с Гудмундом Могучим, и люди с Льосаватна победили. Поэтому Торир, сын Хельги, и Торкель Дерзкий поносили Гудмунда. Торкель говорил, что нет никого в Исландии, с кем бы он не вышел на поединок или кого бы он испугался. Его звали Торкелем Дерзким, потому что он не щадил никого ни на словах, ни на деле, с кем бы ему ни приходилось встретиться.