Я готовилась к экзаменам. Да-а, выпускные экзамены есть дело тонкое, как паутина паука. Особенно, если это всего лишь пятые твои экзамены в Академии Магии Сорена. А ведь еще впереди целых четыре года учебы...

Корпящая над своими учебниками моя лучшая блондинистая и голубоглазая подружка Лилит тихо чертыхалась и ныла про жизнь-жестянку.

- Ли, да ладно тебе! - успокаивающе погладила я ее по плечу. - Сдашь. Ты же все зачеты и экзамены сдаешь на высшие оценки. Некоторые даже автоматом.

На меня посмотрели больным взглядом.

- Ита, это тебе волноваться не о чем! - заплакала подружка. - Когда тебя взяли на учебу, ты уже была знакома с половиной учебного материала, пока путешествовала музой. И все это в твои тогдашние двенадцать?!

Я нахмурилась. Воспоминания нахлынули, я несколько поспешно вышла на балкон, давая успокоиться и себе, и Ли.

Я сбежала из дома в три года с музами. Потом мне было всего восемь, когда пришли те же самые девушки в старенькую деревушку под названием Васильки всего в шестнадцать дворов и, ничего не объяснив моей приемной семье, забрали меня. Я была счастлива - ведь ни опекунша Варвара, ни опекун Святомир (совсем под его характер имя не подходит) не заботились обо мне. Я бесплатно батрачила у них, они в ответ кормили меня черствой коркой хлеба и глотком холодной воды и били за любую провинность. Я ненавидела их да и ненавижу до сих пор.

В Васильках меня звали совсем по-другому - Тунька. А девчонки, забрав меня, поплевались немного да дали старое имя на чуть измененный лад. И вот уже девять лет как мое имя Рита Рей.

Меня взяли десятой музой и до моего двенадцатого дня рождения возили с собой по всему миру, обучая различным наукам и немного магии музыки. А в день рождения я нечаянно подожгла наш лагерь, и музы, подумав, отправили меня в столицу ставшего родным государства учиться. Я не видела их уже пять лет, и ужасно скучаю по ним.

На вступительном экзамене меня попросили показать, что я умею. Растерявшись, я немного рассказала о естественных науках. Поглядев на меня большими глазами, ректор Академии сеньор дель Тэро задал мне о вопрос о моих "сестрах". Удивившись не меньше, я поведала ему свою историю. Покивав в некоторых моментах, дель Тэро сообщил мне, что музы редко кого берут в свои ряды и редко кого отдают.

- Тебе вообще-то повезло, Рита, - сказал он тогда. - Если девятке понравилась девушка, они ее ни под прицелом, ни под гильотиной не отпустят.

И вот уже пять лет я учусь на факультете общей магии, хотя мне предлагали сдать экстерном сразу четыре, чтобы потом не заморачиваться. Я отказалась.

Перед моими глазами пронеслась рука Ли.

- Ита, ты чего, заснула? Тебе почта пришла.

Подруга протянула желтый конверт с темно-синей надписью: "сеньорите Рите Рей". Переглянувшись изумленными взглядами с Лилит, я порвала бумагу и вытряхнула на ладонь содержимое. Из конверта упал маленький клочок пергамента, на котором была написано всего три слова: "Срочно в деканат!". Противный внутренний голос тут же сообщил:

Отчислить хотят, хи-хи!

- Ли, я ничего не натворила! Тенезис, клянусь! - в ужасе пролепетала я, припоминая все прошлые проделки, сотворенные мной за последние дни.

Лилит свела брови домиком.

- Да знаю я, знаю. Неужели хотят огласить то, о чем они думали на последнем Ученическом Совете? - вдруг задумчиво протянула она.

Я вздрогнула. Лилит дель Тэро - дочка ректора Академии и лучшая и прилежная ученица за всю историю учебного заведения - входила в Ученический Совет, куда попасть очень сложно. Я бы тоже не отказалась от столь щедрого подарка, но мое поведение и моя репутация оставляли желать лучшего.

- Мы не будем брать в Совет шута горохового, даже если этот шут ходит с отличными оценками! - вот так они выразились.

Не, а что такого в моем поведении чрезвычайно плохого? Ну подставила заклятье-подножку сынку местного мэра, ну навела тому же в голову ментальный образ летящего за ним роя ос. Бесит меня этот Винар. Не влюбился в меня тогда, на первом курсе, как я в него, вот и бесит.

- Это о чем вы, милейшая сеньорита дель Тэро, со своими "помощниками" говорили на Совете?

- Узнаешь.

И вытолкала меня из комнаты за дверь. Представьте! Меня! Да я от возмущения задохнулась прям.

Пришла в деканат. Постучалась в массивные дубовые двери. Мне открыли и не особо радушно представили какому-то чернокожему дядьке. Дядька выглядел... как шаман он выглядел. Нос проколотый, брови по два раза, уши по пять. Жу-у-уть. А волосы его были в дреды заплетены и они были апельсинового оттенка. О, святая Тереза, кто это?

Твоя смер-р-рть...

Я почувствовала, как у меня начинают дрожать коленки, чего со времен Святомира и Варвары не было.

- Сеньорита Рей, - подозвал меня сеньор дель Тэро. - Познакомься - это шаман соседнего государства Тенезия. Ты помнишь, кто там проживает?

- Да, профессор, - кивнула я, мило улыбнулась и присела в неглубоком реверансе. Чуть саркастическом, наверное. - В замечательной стране Тенезия, названную в честь клятвы Тенезис, приносимую лишь богине, проживают лишь джинны, нимфы и хариты. Семья правителей - Духи природы.

- С некоторых пор там живут еще и девять прекрасных муз, - довольным голосом прошепелявил шаман.

Я бросила испуганный взгляд на ректора. Тот покачал головой.

- Нет, с ними все в порядке.

Я перевела дух, но, как оказалось, зря.

- Тебе придется поехать вместе с многоуважаемым... э-э... Жинном, - начал ректор и получил яростный взгляд шамана. - В их стране небольшая проблема, которую устранить по силам лишь тебе одной. Заодно встретишься с сестрами.

Он так и не стал называть их по-другому.

- Простите, профессор, но как? - поставила я на него свои серо-синие глаза. - Мне всего семнадцать, и как я по-вашему буду устранять проблему?

- Своим неподражаемым способом. Ты пойди, посмотри на проблему. Если будет совсем сложно, то я тебя заменю кем-нибудь из старшеклассников. А пока никаких возражений, ясно?

- Яснее некуда, - пробурчала я, откланялась и вышла из кабинета.

Зайдя за угол, я радостно завизжала и запрыгала.

Рита бы не прыгала, если бы знала суть ее командировки.

- Эй, ты действительно хочешь, чтобы поехала она? - спросил дель Тэро у своего собеседника, как только девушка ушла.

- Филипп, да перестань ты! - отмахнулся чернокожий. - Она и понятия иметь не будет об обмане. Хотя... какой тут обман? Так, маленькая заварушка с использованием всех, подчеркиваю всех, девушек с превалирующей силой Ведьм.

- Погоди, Рик. Всех преемниц? - переспросил Филипп. - Но сколько их?

- Тринадцать, - невозмутимо ответил тот, кого назвали не "Жинном", а "Риком".

- Ровно чертова дюжина. И именно столько ведьм погибло за последние триста лет. Рик, только не говори мне, что снова хочешь воссоздать Круг Тринадцати!?

- С тобой не о чем говорить, Фил, - надул губы шаман. - Я знаю тебя девятнадцать лет, с первого года жизни, а ты вовсе не меняешься! Может быть из-за моей матери, которую ты любил?

- Вот именно, любил. В прошедшем времени. Шаман мне тоже нашелся. Смотри не пугай сеньориту Рей своими обликами, мне кажется она тебя боится.

- С чего бы? - приподнял брови Рик.

- Спросил человек с оранжевыми косичками и золотым кольцом в носу.

* * *

Я иду по темному переулку. Мне навстречу выходит симпатичный человек с темно-русого цвета волосами длиной до лопаток и странными яркими, как фонарики, зелеными глазами. Он подходит ко мне, и я с ужасом осознаю, что две стороны лица у него сшиты грубой веревкой: одна часть женская, другая - мужская. Оно оскаливается и тянет свои... лопаты, по-другому сказать о его руках нельзя, к моему лицу. Я цепенею. Неожиданно оно медленно опускается на колени, и уже через миг передо мной стоит тот самый шаман Жинн. Но и это не последнее превращение - шаман ухмыляется, показывает ряд идеальных белых зубов и исчезает. Вместо него около моих ног сидит золотой тигр. Не в прямом смысле, естественно, просто его окрас рыже-белый, а не черно-рыжий. Тигр просто великолепен. Я тяну руку, чтобы погладить его, но зверь вдруг рычит, прикусывает мои пальцы и чуть не откусывает мне кисть. Я отпрыгиваю назад и вижу виноватый взгляд зверя. Он поднимается и идет ко мне с таким видом, будто я могу поругать его или ударить по морде за неподобающее поведение. Я отвечаю ему неверующим в его раскаяние взглядом и начинаю отступать. Тигр испуганно делает шаг в мою сторону. Я от страха спотыкаюсь и приземляюсь на пятую точку. Огромный кот кидается ко мне, но я начинаю просыпаться. В последний миг я слышу его рычащее: "Прости, Рита!".

- Сеньорита Рей, проснитесь! - меня за плечо тряс этот чернокожий дядька. Из головы вылетело его имя.

Я подскочила и с ужасом уставилась на него.

- Сеньорита, вы в порядке? - в его странном шипящем голосе послышались новые звонкие нотки. - Что с Вами?

- Отпустите меня, - шепнула я и заправила выбившийся черный локон за ухо. - Вы меня не расслышали? Отпустите! - уже громче.

До меня дошло, что мы уже несколько часов едем в карете куда-то на северо-запад. Вздохнув пару раз, я украдкой бросила взгляд на попутчика и столкнулась с изменившимся цветом его глаз. Угольно-черный цвет на мгновение поменялся на приятный шоколадный с золотистыми крапинками. Я моргнула, и наваждение пропало - передо мной сидел все тот же странный наколотый-переколотый, с апельсиновыми волосами шаман Тенезии. Мне вспомнился сон, и я осторожно спросила:

- Простите, шаман Жинн, за нескромный вопрос, но Вы превращаетесь в кого-нибудь?

Меня удостоили удивленным взглядом цвета воронова крыла, как мои волосы. Чуть наклонив голову, этот... негр ответил:

- Нет, но хотел бы. - У меня от сердца отлегло. - А Вы?

- Нет, но я учусь. Видите ли, я до сих пор обучаюсь общей магии, почти единственная на факультете, хотя все остальные давно разделились. Я не знаю с какого умственного помрачения моя магия не хочет меняться. Из-за этого я владею телепатией, телекинезом, левитацией и несколькими другими видами, включая и мета... ликантропию. - В последний момент я поняла, что не улитка и не собираюсь проходить через метаморфоз. Иногда меня клинит по полной.

Ты живешь в этом состоянии.

- И в кого же Вы учитесь превращаться? - В его голосе проскользнул интерес.

Я сглотнула и решила соврать. Не говорить же, что в Чеширского Кота? Хотя, нет, правильней сказать - Кошку.

- Мне очень нравятся рыси, - протянула я, стараясь не скакнуть голосом на высокие октавы.

Шаман чуть приподнял бровь, отчего радужка глаза вновь посветлела. Я решилась задать еще один вопрос:

- У Вас всегда цвет глаз меняется?

Отчего-то Жинн подскочил и яростным голосом ответил мне:

- Не твое дело.

Мне стало страшно и, поднявшись с кресла, выглянула через окно. Мой конь Фобос скакал рядом и изредка посматривал на меня. Приказав кучеру остановиться, я выбралась из кареты подальше от ненавистного шамана и взобралась на Фобоса. Конь был из табуна породы степных азиатов. Тонконогий, высокий в холке, с длинной, рыже-коричневой, чуть вьющейся гривой Ос был гордостью и моей и всей Академии. Рыжий цвет его шерсти прекрасно оттеняли белые "гольфы", идущие от колен коняки и вплоть до копыт - они тоже были белыми и имели интересный черный узор.

Дальше наше путешествие уже ничто не останавливало. Не считая вдруг разговорившегося кучера, представившегося как сеньор Оринар.

- Меня удивляет Ваша решимость, сеньорита, - сказал он, когда мы подъезжали к границе. - Поехать в незнакомую страну с этим... страшилой даже я бы не согласился.

- Да, Вы правы, - тихим голосом согласилась я и оглянулась - вдруг этот негр смотрит в окно. - А Вы разве его не встречали раньше?

- Нет. И, кстати, он кажется мне слишком странным. Но я не видел ни одного шамана, может быть они все такие.

- Все... возможно, отрицать не стану, да и соглашаться.

- Рассудительно.

Он говорил, а я пыталась вспомнить, где раньше видела это его правильное лицо с высокими скулами, чуть тонкими губами, прямым носом и карими миндалевидными глазами.

Ты многое забыла из прошлой жизни, как и я. Поэтому лучше не тужься.

Сеньор Оринар заметил, что я усиленно наблюдаю за ним, и чуть усмехнулся.

- Вспоминаете что-то?

- Нет, - сокрушенно поведала я и поправила складки на своем длинном жилете. - Вы определенно знакомы мне.

- Если Вы вдруг вспомните, расскажите мне, пожалуйста, - попросил Оринар совершенно искренне, и я не смогла ему отказать.

Впечатление от нашего кучера было лучше впечатления от чернокожего шамана раз в тысячу. Спокойный, пунктуальный, рассудительный, симпатичный даже, кучер мне понравился сразу. А вот Жинн внушал какой-то болезненный страх - вроде и ничего страшного, а боишься. И этот страх не был уважением, он был фобией или еще чем-нибудь. Честно говоря, я, наверно, не отказалась бы от идеи, что наш мало уважаемый шаман Жинн был одним из демонов кругов ада Сатаны. Но не будем делать поспешных выводов - интуитивно я не ощущала прихода беды с его стороны.

В доме для приезжих, где мы остановились на ночь, уже пройдя через границу, я познакомилась с еще одной приятной женщиной Петрой. Хозяйка отеля оказалась очень радушной и, эм, очень пухлой и маленькой, что, в общем-то, положено хозяевам собственного дела. Она провела меня на самый верх дома, сказав, что сама живет рядом и не даст кому-то помешать моему отдыху. Петра единственная из нас всех знала Жинна и даже не испугалась его. Я бы на его месте серьезно задумалась - по виду шамана прекрасно видно привыкание к всеобщему страху его персоны.

Я расплела косу, села на стул перед зеркалом и зажгла три свечки. Запоздалым набатом у меня в голове пронеслось напутствие Лилит: "Не забудь вавилонские свечки!". Подружка всегда хотела быть в курсе всех моих дел, а говорить на таком расстоянии мы могли только через зеркала - для этого надо было поставить у зеркала вызывающего вавилонскую свечу и произнести всего два слова "ниа" и "рин".

- Ритка, какая же ты дура! - произнесла я, глядя в зеркало и подперев кулаком щеку. - Непролазная дура!

В комнате раздался шум. Было такое ощущение, что некто подбросил мне что-то. Я развернулась на стуле.

- Кто здесь? - Идиотский вопрос.

Мое внимание привлек продолговатый сверток бумаги на полу. Еще раз для достоверности посмотрев на белеющий прямоугольник окна, я взяла письмо, которое оказалось довольно тяжелым. Перевязанное тоненькой серой ленточкой, оно казалось одновременно и простым, и тайным. Аккуратно подцепив ногтем бантик, я сняла ленту и раскрыла письмо. Мне на ладонь скатилась одна черная свеча - новая, с загнутым, еще нетронутым фитилем. Изумленная я стала читать письмо.

Сеньорита Рей.

Я еще никогда не писал писем такого содержания, и поэтому прошу Вас не особо отвлекаться на неправильное составление сего документа. Мне очень лестно то, что Вам хватило смелости раскрыть его и, я надеюсь, принять мой скромный подарок. Когда мы встретимся... Нет, не так. Я понимаю, что сейчас Вы в изумлении от моего поступка, но, прошу Вас, не пытайтесь разыскать меня или отправить письмо - не получится. Не пытайтесь заплатить мне за вавилонскую свечу - не приму. И Вы, сеньорита Рей, можете забыть про меня.

Р. К.

Забыть? Интересно, это как? Знать о чьей-то помощи и при этом совершенно не любопытствовать кто это, зачем помог, почему оставил эти странные инициалы, похожие на переплетенные лозы дикого винограда? И как этот Р. К. смог подбросить мне "подарок"? И откуда он знает мое имя и мое местонахождение? Сплошные вопросы...

Неизвестный поклонник? Да ты, мать, везде успеваешь! Даже этому шаману страшному приглянулась. И как тебя только на моральных уродов тянет?

Про Ли я так и не вспомнила. Не снимая даже жилета, я завалилась на кровать и заснула.

А в соседней комнате снизу шаман стоял перед распахнутым настежь окном и ждал, когда любопытное личико Риты высунется в надежде найти отправителя еще рядом. Прождав так с полчаса, он расстроенно стукнул кулаком о подоконник.

"Она последовала совету идиота, - подумал он. - Не думал, что она такая доверчивая и покладистая".

Шаман подошел к зеркалу и внимательно всмотрелся в свое отражение.

"Она боится тебя, Рик, боится. Только вспомни ее выражение лица, когда она впервые увидела тебя, и ты поймешь. У тебя ничего не получится".

Он впервые в жизни был расстроен до глубины души.

* * *

Проснулась я засветло - старая привычка, не ушедшая со времен батрачества. В раскрытое окно приятно дул свежий южный ветер, и я подставила лицо этому моему лучшему другу. На что внутренний голос язвительно протянул:

Аэроманка настоящая. Как и я.

Умывшись и почистив зубы, я забрала со стола свечу и расческу и сунула их в саквояж. А странноватый листочек бумаги с такими же странноватыми инициалами выбросила в камин, который тут же и зажгла заклинанием. Письмо гореть не хотело, оно плавилось, обтекая противной смесью бревна. Касаясь букв, огонь становился зеленым, словно он сжигал что плохое и неправильное.

В мою дверь постучались, и вошла Петра.

- Дитятко, как спалось? Женихи снились? - ехидно улыбаясь, вопросила она.

Я показала ей все свои тридцать два зуба.

- Какие женихи, Петра-голубушка? Тут бы Академию закончить да вернуться живой, а Вы о женихах!

Я укоризненно покачала головой и взглянула на хозяйку из-под косой челки. Та расплывалась в широкой улыбке.

- Будешь возвращаться, заходи. - Петра обняла меня так, что у некоторой семнадцатилетней девчонки затрещали ребра. - Буду рада видеть живой и невредимой, но с женихом.

Я обреченно вздохнула и торжественно поклялась не приезжать к ней без спутника.

На пороге в момент нашего веселого расставания я вновь вспомнила о подозрительном письме. Увидев некоторое изменение в моем настроении, Петра аккуратно поинтересовалась у меня. Оглянувшись по сторонам, я рассказала о вчерашнем происшествии. Выслушав, Петра хитро улыбнулась и подтолкнула меня к Осу. Что странно, но Жинн тоже поехал верхом на лошади - старенькой и немощной, как мне показалось. Но, не зря же говорят, что когда кажется - креститься надо.

Расставшись с сеньором Оринаром, который отказался сопровождать нас дальше, я первой припустила коня по дороге. То, что мы с шаманом оставались один на один, меня пугало-о-о...

"Старая и немощная" лошадка быстро догнала Оса, что очень сильно удивило и меня, и моего коня. Ухмыльнувшись, шаман начал разговор.

- Я слышал Ваш разговор с Петрой. Я могу помочь в поиске того незнакомца. - Фу, какой же противный у него голос.

- Подслушивать нехорошо, шаман Жинн, - съязвила я и приподняла подбородок. - А помогать мне не надо, я получила четкие указания. Не думаю, что пойду против них.

- Но Вам же интересно, сеньорита Рей. Я бы на Вашем месте не отказывался.

- Хм, я бы на Вашем месте не предлагала.

Ох, показала зубки. Дождусь я "хорошего" отношения со стороны негра, ой, дожду-усь.

Но, вопреки моему воображению, шаман не стал обижаться.

- Расскажите мне что-нибудь из Вашей жизни, - попросил он.

- Ладно. Только я Вам не доверяю.

- Уж поверьте, смеяться не буду.

Я чуть скривила уголок губы.

- Я не знаю, кто мои родители, - начала я по привычке врать. - Опекуны говорили мне, что мама привезла меня к ним уже полугодовалой и бросила. Якобы она заплатила за это двумя серебряными кольцами. Я спрашивала у них, откуда такие недешевые вещи взяла мать, но они отвечали всегда одинаково: "Украла небось, воровка мелкая. На самой-то ничего не было, с чего бы там взяться таким печаткам!". Кстати, кольца они мне так и не отдали.

До восьми лет я работала у них. Мыла, стирала, убирала. Следила за домашним хозяйством. За всю работу мне выдавали корку хлеба, не всегда свежую, и стакан ледяной воды. Три года подряд я болела оспой, меня никто не лечил. Сейчас я знаю, что всю болезнь стоически помогала мне выдерживать внутренняя и еще скрытая магия, но тогда это было ужасно. Меня били, ругали, оставляли без одежды на морозе. Я терпела и не плакала.

Потом меня забрали мои найденные старшие сестры, вылечили, накормили, немного обучили разным наукам. В двенадцать я пришла в Академию Магии Сорена и больше никогда не показывала нос из нее. Вам это хотелось услышать?

Я резко развернулась. Хотелось посмотреть на физиономию этого чернокожего, почти заставившего меня выложить ему всю душу. Его не было.

- Эй, Вы где? - спросила я, зажигая на ладонях две огненных сферы. - Ау!

- Тихо! - раздался шипящий голос шамана у меня за спиной. - Здесь кто-то есть.

Я кивнула и покрепче сжала коленями бока Фобоса.

Слева лес, справа степь. Получается, некто может напасть либо сзади, либо со стороны леса, либо слева, либо с воздуха.

Я почувствовала, как начинают дрожать коленки. Шаман у меня за спиной что-то безостановочно шептал и водил руками на манер, скорее, Духов природы, чем на манер шаманов. И слова заклинаний были довольно знакомые - шаманы такое не используют, из теории знаю. У меня закралось смутное подозрение, что Жинн не совсем Жинн.

Я отвлеклась. Это была моя очень большая ошибка. Я и понять-то толком ничего не успела, как мою щиколотку захлестнуло лассо, а точнее магическая цепочка. Р-раз - и меня сдернули с Фобоса. Кричать я не стала, негр все видел и швырнул чем-то в лассо.

- Черт, шаман! - заорала я, чувствуя опаздывающий страх. - Это цепь! Вашей магией не уничтожить! Я справлюсь сама!

Схватила пальцами петлю, уже успевшую затянуться на ноге и порвать в кое-каких местах сапог. Поспешно стала растирать звенья, шепча про себя слова заклинания, но ничего не выходило. Кто-то блокировал смешанную магию намеренно, зная, что я маг общего направления.

- Магия блокирована, - выдохнула я.

И превращаться не дело. Еще Жинн этот пропал - кинул меня, наверно.

Неожиданно некто схватил меня сзади за талию. Я заорала что есть мочи, но тот же некто заткнул мне рот своей ладонью.

- Да помолчи ты! - Ай, кусается! У меня же теперь следы на шее останутся!

Этот некто провел пальцем по цепи, и та тут же распалась.

- А теперь валим! - скомандовал он и отпустил меня, рванув к лошадям.

Я ждать не стала, запрыгнула на спину Оса и успела разглядеть этого некто. Шоколадные волосы до середины лопаток, такие же глаза с золотистыми искорками. Он был высокого роста, широкоплеч. Этот некто напоминал человека-суккуба-инкуба из моего сна.

- Эй, а как же шаман? - крикнула я, мчась на Фобосе за новым знакомым.

- Да нет никакого шамана! - рассержено крикнул парень, пришпоривая лошадь. - Ай!

- Что случилось?

- Бегите, догоню.

Он остановился. Я бежать не стала без спасителя - негоже, все-таки освободил.

Остановилась, спрыгнула и подбежала к нему. Из правой лопатки парня торчала стрела.

- Дура! Беги давай! - Он мешком свалился с лошади и чуть не придавил меня.

- Ага! Счасс! Держи карман шире.

Он закинул левую руку мне на шею, а правой постарался не касаться ни меня, ни себя. Сгорбившись под весом тела некто, я потащила его в лес.

- Тебя как зовут? Не очень-то приятно звать тебя "Эй".

- Рик, - прошипел он. - Не тяжело?

Ага, волнуется гад! Естественно тяжело.

Но я отрицательно мотнула головой и тихонько выдохнула. Спустившись вниз к лесу, я поправила руку Рика у себя на шее. В глубине леса, когда еловые ветки закрыли нас от глаз дороги, я прислонила его к дереву и метнулась за лошадьми. Ос подозрительно покосился на меня лиловым глазом и сразу поплелся за мной, а лошадка этого то ли шамана, то ли какого-то наемника упиралась. Да сильно-то как, я аж каблуками в песок дороги зарылась. Но в конце концов, когда я сказала, что ее хозяину сейчас не очень хорошо, и мне надо ему помочь, лошадка покаянно склонила голову и пошла за моим конем. Фобос гордо поднял голову и фыркнул.

А этот... некто... встал, пока меня не было, и попытался вытащить стрелу из лопатки.

- Совсем с дуба рухнул? - разозлилась я и схватила черенок стрелы. - Вот блаженный! На всю голову блаженный!

Этот только рассмеялся.

- Еще и смеется! - Я чуть качнула черенок. - Сейчас больно будет.

Зашептав слабые обезболивающие заклинания, чтоб больше неповадно было, я резко дернула ее вверх. Рик дернулся и зашипел на меня:

- Отличница! Вот Филипп лапшу на уши мне на весил!

- Ай-ай-ай, какой сеньор дель Тэро плохой! - закачала я головой, ища в траве листочки неры - кровеостанавливающего растения. - Слушай, там рядом с тобой нет таких красно-желтых резных листьев?

- У меня в куртке есть. Сейчас достану.

Он протянул мне три неры. Пробормотав слова благодарности, я схватила листья, растерла между пальцами и отдала им часть своей энергии. Магия превратила их в пепел, и мне было легче присыпать ими рану. Рана чуть засветилась, и кровь стала испаряться, источая красноватый дым. Запах при этом был таким противным, что я почувствовала легкое головокружение и тяжесть в желудке.

Поспешно отползла подальше и часто задышала. В голове возникли слова последнего прочитанного талмуда по лекарству: "Если после использования листьев неры возник неприятный запах, от которого кружится голова и чувствуется тяжесть в желудке, в ране был яд". Распознавать яды я пока не умела, этому учат на седьмом курсе, поэтому говорить об этом я не стала. Но, как оказалось, Рик это знал.

- Гады, - сказал он, облокачиваясь на дерево. - Острие стрелы обработали скорпионьим ядом. Знали, что ли?

- О чем?

Парень грозно взглянул на меня. Смутившись, я стащила с Оса седло и попону и отдала вещи ему. Тот взял, не поблагодарив.

У меня возникла совершенно честная идея.

- Слушай, раз я рассказывала тебе о своей жизни, расскажи и ты мне что-нибудь. Например, о проблеме, возникшей в Тенезии.

Устроившись поудобнее, Рик насмешливо фыркнул.

- А ты уверена, что я должен делать это именно сейчас?

- Уверена. Или я разверну Фобоса обратно и не видать тебе... - замолчала, в голове помутилось, я упала и больно стукнулась затылком о какой-то камень.

Это было недавно, это было давно...

Я стою в Зачарованном лесу Тенезии недалеко от их столицы. Передо мной лежат тринадцать драгоценных камней, семь из них знакомы мне. Сапфир, рубин, алмаз, изумруд, бирюза, агат и черный турмалин.

"Выбери один".

Интересно, как мне выбирать, если я не знаю половины? Но я слушаюсь и выбираю самый последний.

"Нефрит - камень равнинно-горных Ведьм. Лучшие из лучших могут выбрать его".

Я резко пришла в себя. В левой руке в лучах утреннего солнца мягко светился нефрит.

- И как это называть? - поинтересовался у меня бывший шаман.

- Нефрит - камень равнинно-горных Ведьм, - задумчиво протянула я, рассматривая камушек, весом граммов в двести пятьдесят. - Это я у тебя должна поинтересоваться, зачем Тенезии Ведьмы?

Рик яростно посмотрел на меня и рычащим голосом оповестил:

- Узнаешь потом. А сейчас не твое дело.

Не мое, так не мое. Я поднялась, отряхнула травинки с жилета и брюк, бесцеремонно забрала у такого же бесцеремонного парня попону и седло, натянула это на Оса и развернула его домой. Не обращая внимания на недоуменный взгляд этого некто, я запрыгнула в седло и сунула в сумку камень. Отдав честь, я натянула поводья и позволила коню выводить нас из этой глуши. Уже когда мы отошли от него метров на десять, Рик взбеленился, довольно резво поднялся и быстро догнал нас. Встав перед Фобосом, он зло вопросил:

- И куда собралось Ваше Величество?

Я ответила также зло:

- Мое Величество собралось домой - подальше от Вашего Невежества и Высокомерия.

Парень выдохнул и мимолетно коснулся моей ноги. От нее к его руке тянулась... магическая цепочка! Офигеть! Меня посадили под арест и на привязь! Как псину какую-то!

А пока я тихо возмущалась и пыталась сначала расплавить, а затем и стереть в пыль цепочку, эта сволочь стреножила Оса и сняла меня с него. Не очень нежно, кстати. А я девушка, общий маг, что очень редко в наше время. Можно сказать, в наш тысяча восемьсот восемьдесят первый год, маги, не имеющие узкой профессии, вид вымирающий, в Голубиную книгу магии занесенный.

Рик вполне себе ожил. Прислонив меня к ближайшей сосне и привязав к ней, он погрозил мне пальцем и довольно угрожающим тоном произнес:

- С меня хватит твоих издевательств. Где-то на полчаса я отлучусь, а ты не рыпайся. Узнаю, что пыталась сбежать - лишу голоса и парализую, а если сбежишь - найду везде и убью, что б глаза не мозолила.

Ушел.

- Ну и вали! - прошипела я ему в спину. - А я все равно сбегу. И ректору Академии все расскажу.

Я стала извиваться под несколькими оборотами цепи. Стреноженный Ос грустно смотрел на меня и тихонько качал головой.

- И в чем я виновата? - спросила я у него. - Фобос, он гад, скотина и последняя задница! Он... он этим идиотом шаманом Жинном прикидывался полтора дня и смеялся надо мной! И яд скорпионий, похоже, слабенький был. Ох, жаль я его вылечила, сейчас бы бежала куда глаза глядят, а он только ресницами мне вслед хлопал, да ветер в спину ими же гнал.

Да, разозлилась я сильно. А пока злилась, в некоторых местах цепь старила и ржавчину на звенья накладывала. Магия с моей яростью выросла, и уничтожать столь ненавистную привязь было легче. Через десять минут я полностью высвободилась и стала высвобождать коня.

Прошло еще несколько минут, и сначала вставший на дыбы, а потом успокоившийся Ос ласково фыркнул мне в волосы. Я улыбнулась и в спешном порядке стала собирать наши вещи. Благо, собирать было нечего и, стащив у бывшего шамана мешочки с деньгами и лекарственными травами, а также несколько баночек с зельями, я вскочила в седло и ударила каблуками в бока коня. Разозленный и поймавший ветер побега Ос молнией метнулся к дороге, а оттуда прямиком в столицу Тенезии - Аль`морен. Я радостно рассмеялась бьющему в лицо лучу солнца.

Вернувшийся через десять минут Рик увидел разбросанные по земле его вещи и лошадку, так умело косящую под "старую и немощную".

- Сбежала! - рыкнул он. - И куда ж ты помчалась, Рита? Домой?

Плюнув на пропавшие деньги, лекарства и зелья, он взлетел в седло и направился обратно, к Петре и границе между государствами.

"Наверняка останется у нее, - думал он, подгоняя лошадь. - Она слишком предсказуема".

И, уже предвкушая, как догонит и опять свяжет девушку, Рик, он же бывший шаман Жинн, отправился в погоню. По крайней мере, именно он так и думал.

* * *

До столицы оставалось не меньше трех часов езды. Странно, что эта сволочь еще не догнала меня.

Ос шумно выдохнул и поднапрягся.

- Миленький, ты устал? - спросила я у него, заботливо похлопывая коня по шее. - Потерпи, сейчас дойдем до ближайшего поселения и отдохнем.

Ближайшим поселением оказался довольно шумный и многолюдный город. Поинтересовавшись у одного из горожан, где находится гостиница, я направилась к "сначала направо, потом налево к кусту сирени. За ним найдете "Кабанью кость" - ту самую гостиницу".

"Кабанья кость", или по-другому "Жила единорога" (сие название произносилось только для магов), произвела на меня впечатление старого тусклого кабака, не имевшего ни денег, ни репутации, ни постояльцев. Хозяин, не запомнила его имени, провел меня в грязноватую и пыльную комнату на втором этаже. Для уверенности я, после ухода хозяина, подперла ручку двери спинкой стула и скрепила их раскаленным железом.

Вытащив свечу, я долго смотрела на нее. Как хотелось узнать этого Р. К.! И ощущение было такое, что ответ тут, на поверхности, а я его не вижу.

За дверью послышались голоса. Аккуратно прислонив немытый и найденный на комоде стакан к двери, я прижалась к нему ухом.

- Девка, я тебя говорю. - Голос хозяина.

- Да ей годов двадцать один, не меньше. - Наверно, дружок.

Не угадали, люди добрые. Семнадцать мне, с хвостиком. Только-только в апреле исполнилось.

- А ты уверен, что она не магичка?

- Да ты шо! По ней сразу видать - только для одного дела создана.

Оба-на! И что делать? Мне убивать их страшно, для этого подготовка нужна, а я...

И тут меня ошарашило: я ведь ликантропией владею! Вот я вам сейчас...

Схватив саквояж, благо не раскрытый, я поспешно превратилась в Чеширу. Да-а, улыбка то, что надо! Оп! - и нету ни кошечки, ни девушки. Только странная улыбочка в воздухе качается, но и ее я быстро убрала.

Мужики на редкость сильные оказались. Снесли к чертовой матушке и дверь, и стул, и железо. Влетев в комнату, они пьяно огляделись.

- Ну и где она, ик, Харитон? - спросил дружок.

- Может в окно сбежала?

Но только окно закрытое, шторки задернутые. Да и прыгать со второго этажа, пусть с левитацией, я не хочу. Магию показывать в наше время не есть хорошо.

- Ох, да хрен с ней, с девкой! - вдруг произнес Харитон. - Завтра с утра найдется. Тогда и, ик, прищучим.

Фиг вам, молодцы-старцы! Я пошла ва-банк, естественно, в облике Чеширской Кошки.

- Молодо-зелено! - С обворожительной улыбкой я сняла невидимость. - Негоже за девушкой гоняться, вдруг у нее молодец красный есть?

Ага, есть. С оранжевыми дредами, шоколадными глазами и собственническо-демонической натурой в придачу. Что я несу, а?

- Какой у нее, ик, молодец? - вопросил дружок. - Если только восьмидесятилетний!

Не, максимум, двадцатипятилетний. И то не факт. Сколько там у нас шаманы живут, не подскажите?

- Ой, ну что вы! - приторно засмущалась я и перевернулась на спину. - Уж поверьте, вы самые старые на свете. Вам, наверно, лет под девяносто?

Ага, заскрипели зубками-то, заскрипели! Значит, почти угадала.

- Ты, кошка, ик, помолчи! - прикрикнул на меня Харитон. - Тебе откуды, ик, знать?

- "Откуды", "откуды", - повторила я, вытянув вперед черно-синюю полосатую лапку. - "Оттуды", "откуды" вам не знать.

И с последним словом с негромким хлопком исчезла. Люблю телепорты - всегда эффектно уходишь.

В конюшне я незаметно навешала на Фобоса разнообразные охранки и щиты. Не хватало мне еще на него проклятия навлечь.

Взглянула на солнце: оно только-только садилось. Эх, придется ехать ночью, не спавши, не евши.

- Ты прости, Ос, - попросила я прощения у коня, гладя его по замшевому храпу. - Не думала я, что все так обернется. Может, зря я этого шамана бросила? Как ты думаешь?

Ос насмешливо посмотрел на меня и фыркнул. Приглашающе мотнул головой.

- Сможешь?

Фобос кивнул. Умная животина, до чего же умная!

Забралась. Конь встряхнул гривой и очень осторожно вывез меня из дряхлой конюшни. Из моей бывшей комнаты, чьи окна выходят на улицу, по которой мы пошли, послышались страшные голоса:

- Вон она! Ловите!

Ос всхрапнул, встал на дыбы и громко заржал. Я еле-еле на нем удержалась, на что конь обратил ровно столько же внимания, сколько и на показавшихся поблизости стражей порядка. Рванув с места, он оставил далеко позади и Харитона, и стражей, и дружка, так яро взявшихся за нас.

Мы бежали долго. Изредка я чувствовала, как меня кто-то ищет, но бескомпромиссно обрывала все зовы.

На подъезде к Аль`морену меня сняли с Фобоса. Стражи, стоящие перед большими коваными воротами, осмотрели меня с ног до головы, чуть ли не сняли верхнюю одежду. На коня покосились с уважением и ласково прошептали ему, какой он умный и красивый. Я смолчать не смогла и выдала:

- А он знает. И прямо сейчас думает, какие вы несообразительные.

Один страж рассмеялся.

- Этой палец в рот не клади! - между приступами смеха, выговорил он. - Хорошую нам Ведьму дель Тэро преподнес.

Меня отпустили, а я все пребывала в состоянии шока от звания, которое они мне дали. Я себя Ведьмой никогда не считала, но, наверно, им знать лучше. Тем более, после того, как я взяла во сне нефрит.

По главной улице проехались "с ветерком". Ветряк там жуткий, а я в тоненькой блузочке, брюках и жилете, не зимнем, кстати. Заболею, как пить дать. Но, несмотря на погоду, Фобос постарался поскорее довезти меня до дворца, который не произвел на меня того впечатления, что я получила от нашего замка в Сорене. Темненько, страшненько, готичненько. Этакие Темные Силы в облике Светлых Духов.

- Кто такая? - Ух ты, у них даже здесь досмотр.

- Сеньорита Рита Рей, маг третьего уровня, прислана сеньором Филиппом дель Тэро, магом первого уровня, - присела я в книксене. Хотя по правилам я должна вести себя немного по-другому.

Стража кивнула и забрала поводок Оса.

- Есть такая. Проходи.

Прошла. Больше меня нигде не остановили. У входа в кабинет короля и королевы я помедлила, но двери раскрылись сами.

Они стояли передо мной, как вечно молодые боги. Она улыбалась и была свежа, как чайная роза. Он покровительственно взирал на меня и все время взлохмачивал свои шоколадные волосы, которые были до ужаса знакомы мне.

- Сеньорита Рей, - сказал король и приглашающе поднял руку. - Прошу, проходите.

Немного неловко, когда к тебе обращаются, как к равному. Но когда-нибудь привыкать к этому надо?

- Вы знаете о своей миссии здесь? - спросила королева, когда я села на свободный стул. - Ах да, меня зовут Аврора дон Кастильо, а моего мужа Теодор дон Кастильо.

Я чуть склонила голову набок.

- Простите, Ваше Величество, но я не знаю своей миссии. Единственное, о чем мне сказали, так это о какой-то проблеме.

Высшая власть переглянулась между собой.

- Не надо церемоний. - А у короля приятный тембр голоса - где-то я его уже слышала. - Вы - маг, в первую очередь. А насчет миссии... Что Вы знаете о Круге Тринадцати?

Вопрос меня застал врасплох, но в принципе ответ я знала.

- В Круг входят тринадцать Ведьм, - ответила шокированная я. - Точнее, входили. За последние триста лет всех Ведьм уничтожили.

Король и королева кивнули.

- Преимущественно в Круг входили девушки с превалирующей магией Ведьм. Их натура не позволяла магии выбрать какое-то одно направление и всегда была переменчива. Девушки владели телепортациями, левитацией, ликантропией, телепатией, телекинезом и многими другими "общими" свойствами. Когда за девушкой замечали хотя бы одно из "общих" свойств, ее уничтожали. Лет эдак сто пятьдесят назад считалось, что эти девушки могли приручить самых обособленных и диких животных, но думаю, что все это просто некоторое наблюдение, ведь, например, для приручения единорога, пегаса и вервольфа нужны девственницы, коими считались все Тринадцать Ведьм, - немного отстраненно рассказал Теодор.

Я сглотнула. Меня что, на кол ходят посадить? Неужели я одна из жриц Природы? Фу, не верю.

- Мы же хотим возродить Круг, - продолжил он. - Девять девушек уже найдены, среди которых оказалась ты. Но нужно понять, являешься ли ты Ведьмой. Для этого надо провести обряд инициации.

- А что делать для этого обряда? - слишком сдавленно пискнула я.

- Выбрать драгоценный камень. Если ты, конечно, сможешь его коснуться.

Выбрать камушек? Хм, сказать, али подождем?.. Я решила не говорить, а расспросить о камушках поподробнее.

- Первый камень - рубин. Он считается камнем власти, денег, жизни, любви, смелости и достоинства. Рубинами защищали и защищаются от чумы. Второй - изумруд. Камень чтения мыслей, всезнания и ясновидения, считается "воплощенным хладнокровием". Третий - сапфир. Это камень звезд и Млечного Пути, дает возможность видеть самые далекие звезды Галактики. Четвертый камень - алмаз. Символ чистоты качеств мага или человека. Часто приносит несчастья его владельцам. Пятый - агат. Он полезен для лечения укусов пауков и скорпионов, считается талисманом на удачу. Шестой - хризолит. Носит успокаивающее действие, помогает завоевывать симпатию окружающих. Аквамарин - седьмой по счету. Камень морских вод и помощник при засухе и вызове дождя. Дальше идет бирюза - камень счастья и победы. Черный турмалин - девятый. Является камнем траура и солнечных затмений. Десятый камень - гранат. Это камень магических и целебных сил, однако он считается почти несчастливым. Одиннадцатый - горный хрусталь, символ скромности, чистоты помыслов, а также "замерзшего дыхания дракона". Аметист - двенадцатый. Его называют "благословенным камнем" за невероятное свойство лечить от всех болезней, включая цингу. И, наконец, последний - нефрит. Это камень новой жизни, символ честности и милосердия. Он олицетворяет мужество и красоту души.

О как я попала! "Олицетворяет мужество и красоту души" - не хило сказано.

Подумав, я вытащила из сумки зеленый камень и протянула его немного ошарашенным Теодору и Авроре.

- Это я достала из своего видения, - наглым голосом добила их я.

- Ты тринадцатая, - благоговейно глядя на нефрит, прошептала Аврора. - Знаешь, каким Ведьмам он достается чаще всего?

- Наверно, равнинно-горным. И берут его лучшие из лучших.

Я оглушительно чихнула. В горле появилось першение - явный признак заболевания.

- Простите. Тут на главной улице такой ветер, вот я и заболела...

Королева подскочила.

- Стража! - крикнула она. - Отведите сеньориту Рей в подготовленную для нее комнату и прикажите служанкам принести ей горячего молока с медом.

Я благодарно улыбнулась и вновь чихнула.

* * *

Прошел день. Меня все лечили, как в комнату заглянула служанка Ари и попросила спуститься в обеденную. Смутившись, я надела длинную юбку темно-синего цвета и блузку с рукавами три четверти на два тона светлее. Покрутившись у зеркала, я заплела волосы в косу из пяти прядей.

В обеденной было тепло. Очень. Свет от огромной хрустальной люстры падал везде, как, впрочем, и капли воска со свечей, установленных на самой люстре.

- Здравствуй, - поприветствовал меня король. - Садись-садись, у нас сегодня очень важный гость.

- Доброе утро! - чуть усмехнулась я. - Заинтриговали.

Села на свободный стул справа от королевы и пробежалась глазами по столу с яствами. Чего там только не было! И молоко, и мед, и пирожные, и пироги с пирожками, и булочки с корицей... Вкус-с-сно...

- Я понимаю, ты не знакома с нашим сыном? - откусывая от пирожка малюсенький кусочек, скосила на меня глаза Аврора.

- Нет, - потупила глаза я и положила на тарелку булочку. - Именно он и должен приехать?

Аврора согласно прикрыла глаза. Ну что ж, посмотрим, по кому сохнут половина наших девиц, женщин и старушек милейшего Сорена. Да и не только Сорена.

Пять минут просидели в полнейшей тишине, как вдруг двери за моей спиной открылись, король и королева одновременно воскликнули:

- Сын!

И, как гром среди ясного неба, прозвучал ну настолько знакомый голос, что я даже подавилась:

- Мам, пап, это всего лишь я!

Я сглотнула. Да-а, увидеть Рика я совсем не хотела.

Встала, оправила складки на юбке и с такой убийственной-преубийственной улыбочкой развернулась к оторопевшему "сыну". Подняла нахальные глаза на "сына" и язвительно протянула:

- Здравствуйте, Ваше Высочество. Рада видеть Вас в здравии и хорошем настроении. Как добрались, остановок не было?

Шокированный в первые секунды, Рик побледнел и уставился на меня, как на добычу.

- Приветствую, сеньорита Рей. - А с голосом-то проблемы - вон как дрожит. - Я вижу, Вы тоже времени зря не теряли. Сразу сюда направились.

- Да вот, как-то Фобоса в Аль'морен потянуло, - немножко инфантильно и мечтательно произнесла я. - Но что же Вы домой не поехали? Наверное, возвращались, смотрели где денежки с травами да зельями посеяли, да?

Сказать, что Теодор и Аврора были ошарашенными, значит ничего не сказать. Их выражение лица просто неописуемо, а шок в глазах говорил о многом, очень многом. Удивить мне, то есть нам, их удалось.

Противный парень, а теперь принц, продолжил нашу очаровательную беседу:

- Так и знал, что ты сперла. Меня только удивляет, как ты цепь уничтожила?

Я смущенно зарделась и провела указательным пальцем по спинке стула.

- Знаешь, Рик, у меня все-таки третий уровень, а не пятый или шестой.

Король обрел дар речи.

- Так вы знакомы? - Он показал пальцами на меня и принца, а затем сложил их буквой "Х".

- Только с его темной стороной - этакого шамана с апельсиновыми дредами, пятью проколами в ушах и золотым кольцом в носу. - Совсем я с катушек слетела от наглости. - А так нет, не знакомы.

В ответ мне была злая улыбка во все тридцать два. Кажись, меня прикончат.

- Ага, с твоей светлой я тоже еще не знаком.

Королева попыталась усмирить сынка робким предложением:

- Рик, она тринадцатая Ведьма, будь с ней помягче.

Рик фыркнул.

- О, я в курсе, мама. Она сбежала после инициации.

- Нет, не после, - возразила я и скрестила руки на груди. - Мы сбежали, то есть я и Ос, после того, как ты привязал меня к той сосне. А, да, еще пригрозил лишением голоса и полным параличом. Забыл?

- С тобой забудешь. Получается, ты в курсе, зачем добрый я привез тебя сюда?

- Во-первых, я приехала сама, во-вторых, твои родители намного добрее и мягче, чем ты сам, в-третьих, да в курсе.

Я капризно надула губки и села на стул, тем самым отвернувшись от противного. Не получилось - плюхнулся напротив. А Теодор, как и положено главе семейства, грозно рыкнул на сына:

- Рик дон Кастильо, немедленно извинись перед девушкой! Не хватало мне, чтобы единственный маг Сорена, владеющий ликантропией, был обижен на своего же.

Я насмешливо приподняла бровь.

- Так все же ты ликантроп? - Я качнула головой. - Ай-ай-ай, как нехорошо! Обманул меня, и даже совесть у него молчит.

- Ты тоже молодец. - И мстительно добавил: - Рысей любишь, да?

Был, что ли, в "Жиле единорога"?

Вдруг меня осенило. Так и не донеся булочку до рта, я мысленно сопоставила странные инициалы Р. К. и имя принца. Р. - Рик, К. - Кастильо. Прямо день открытия личин.

Я резко встала и откланялась. От королевской четы не укрылся мой испуганный взгляд, которым я украдкой одарила принца.

Я выскочила за дверь быстрее, чем они смогли меня остановить. В груди громко бухало сердце, а шум в ушах все нарастал.

- И как это понимать? - грозно вопросил Теодор у своего сына.

- Что?

- Сам знаешь. Она сейчас выглядела очень испуганной.

Рик подавился глотком кофе. Его помрачневший взгляд выдал принца с головой.

- Она догадалась, - сказал и ушел, еще раз ошарашив Короля и Королеву.

Королевская чета переглянулась.

- Он ее с ума сведет, - покачала изящной головкой Аврора.

- Скорее она его. Судя по их поведению, у них какая-то большая тайна, в которую, естественно, посвящать родителей не стоит. Кто она, кстати?

- Бывшая муза. Родителей нет, но есть опекуны.

- Муза? Они же своих не бросают?

- Возможно, они были первыми, кто узнал ее дар.

Я с остервенением рылась в сумке. Где же эта чертова свечка?.. О, вот же она!

Вытащила ее на свет. Теперь, после раскрытия тайны, мне почти физически было больно. Как я могла держать ее в руках?.. От пронзившей тело дрожи я дернулась и выкинула вавилонскую свечу в камин, в огонь.

Она не горела, не плавилась, не испарялась. Мало того, когда я взяла ее в ладонь, она была холодной, как мраморная статуя. Тогда я бросила ее в стенку. Осталась жива.

- Не хочешь ломаться? - яростным голосом спросила я ее, схватила, подожгла фитилек и выбросила из окна. - Тогда потеряйся!

Странный зеленоватый огонек все горел, а свеча уже стукнулась о камни. Прошло несколько секунд, и он погас.

Я взяла бумагу и ручку, окунула ту в чернила и стала выводить посередине листка слова, впоследствии ставшие моим личным гимном:

Я шагаю в ночной тишине,

Вспоминая невнятные звуки.

Что-то вдруг пробуждалось во мне

В эти сладкие жизни минуты.

Свежий ветер по мне пролетел,

Обласкал и умчался обратно.

Так и я что-то в жизни сумела,

Я б как ветер умчалась куда-то.

Только держит меня суета

И земные, мирские заботы.

Мне всегда не хватает тебя,

Твоей ласки и чуткой заботы.

Так, по жизни смеясь, я иду,

Не взирая на грусть и заботы,

Не боясь, что опять упаду,

Ошибусь и пополню хлопоты.

Закончила и вышла в коридор. Нехорошо-то как вышло. Перед Авророй и Теодором неудобно - надо извиниться. Но перед этим нужно узнать, кто такие остальные восемь Ведьм, и какие камушки они хранят.

Мне навстречу шагал ме-е-естный прынц. Фу, противно у него что-либо спрашивать, но я рискнула:

- Извините, не подскажите, где можно найти восемь Ведьм?

Странный он какой-то. Помогать не хочет, ну, и ладно.

Кивнула и прошла дальше. Черт с ним, с принцем. У меня своих проблем хватает и Рику там места нет.

Из всех опрошенных мной только архивариус знал, где найти Ведьм. Он очень точно объяснил местонахождение каждой и, слава богине, они все находились здесь, в Тенезии. Сегодня был рыночный день, и поэтому он дал мне стопроцентную уверенность, что они будут отовариваться.

Взяв с собой кошелек с деньгами принца, я твердо ступила на мостовую главной улицы. Е-мае! Фиг протолкнешься! Такая давка - хоть топись, да только речка далеко, аж через пять поворотов.

Со всех сторон мне кричали:

- Тончайшее азиатское сукно! Всего за сто пятьдесят лир! Берите, не пожалеете!

- Халва! С орехами, семечками, фруктами! На любой выбор и вкус! Халва!

- Девушка, тебе подойдет вот это платье - возьми! За сотенку отдам!

Обнаглели вовсе! Да за такие деньги можно земельный участок себе купить! А если сложить, так и вообще и дом, и участок.

Одна белокурая девушка привлекла мое внимание. Ее поведение было похоже на мое - скованное, наплевательское и немного величавое. Такое ощущение, что она знает что-то недоступное всем остальным.

Она тоже заметила меня и весело помахала мне рукой. Подбежала.

- Ты Рита? - радостно защебетала она. - А мы все думали, когда ты приедешь! А кто ты? В смысле, какой камень?

Я тормознула.

- Нефрит, а ты?

- Я сапфир. Меня зовут Рулана. - она протянула мне руку. - Вон там, на углу стоит дом, видишь? Мы там живем.

Я горестно вздохнула.

- А меня во дворце поселили. - прохныкала я и заслужила удивленный взгляд. - Да если бы не Рик, то есть принц, меня бы вообще тут не было.

Рулана запустила пятерню в волосы и странно оглядела меня с ног до головы.

- Ты давно-то одежду новую покупала? - спросила она.

Я смутилась.

- Не то, чтобы давно... Ну, с годик назад точно.

Усмехнувшись, девушка взяла меня за руку и повела сквозь ряды.

- Смотри, вон та девушка, пятая с конца на третьем от нас ряду. - махнула Рулана рукой. - Она торгует платьями, юбками и брюками. По дороге сюда ты прошла мужчину - он сукном азиатским торгует. Если хорошенько нажать, может прекрасную ткань за так получить. Рядом с ним женщина - у нее есть великолепная обувь и шляпки. Пошли!

И рванула с места. О, великая богиня, на кого я наткнулась?! Она минут за десять провела меня по всем вышеперечисленным, поторговалась с ними, с мужчиной даже поцапалась. В конце концов, она завела меня, нагруженную и перегруженную свертками с одеждой и обувью, в дом Ведьм.

Их там была... куча! Рыжие, блондинистые, русые - и все одинаковые, абсолютно! Одинаковые жесты, мимика, взгляды, эмоции. Увидев меня, их веселая трескотня прекратилась и уступила место громкому смеху. Чуть не задушив меня, одна из них слева направо стала представлять их мне:

- Агат - Ана. Изумруд - Калипсо. Бирюза - Брианна. Горный хрусталь - Роксана. Гранат - Карла. Хризолит - Белла. Сапфир - Рулана. Аквамарин - я, Иво. А ты...

- Нефрит - Рита. Неужели вы все помещаетесь в таком маленьком доме? - я огляделась.

Остальные восемь рассмеялись.

- Помещаемся. - кивнула рыжая Брианна. - Мы же Ведьмы! Кто-то превратится, кто-то уменьшится.

Непоседливая Ана подскочила ко мне и стала дергать за косу. Другие шикнули на нее:

- Ана, ты как маленькая! Тебе сколько лет?

- Мне всего тринадцать! - Она чуть нахмурилась и надула губки. - А у нее волосы интересные. К нас таких иссиня-черных нет.

Я улыбнулась.

- А у меня нет твоих перламутровых.

Девочка рассмеялась и захлопала в ладоши. Ее яркие и зеленые, как новенькая травка, глаза заблестели.

Я поняла, что наконец пришла домой.