Охрану конвоя несут два старых, но бодрых еще "лендровера" третьей серии, с "эмгачами" на турелях. В конвое два длинных "унимога" и небольшой колесный трактор-экскаватор неведомой мне модели. Ну и наш фургончик "вольво", конечно.

Едем по следам "артезианки". Несколько дней назад экспедиторы с бурильной мини-установкой нашли в интересном нам районе артезианский пласт и пометили землю "годной для фермерства", соответственно там мы и будем ставить хутор. "Мы" относится не к нам с Ингольвом – и он, и я в строительных вопросах в лучшем случае годимся на "подай-принеси", – а к бригаде профессионалов, благо такая есть.

Нормальный "субъект сельскохозяйственной деятельности", уж если не сам строится, а нанимает для этого дела бригаду, прибыл бы на место уже по завершении строительства, и приехал бы не с напарником на одном микроавтобусе, а целым кагалом спутников-батраков и со всем подобающим среднему фермеру инвентарем. Куры-кролики, посевной материал и какая-никакая техника для обработки выделенных под поля участков – в общем, кто "на земле" работает, сам может перечислить все то, что должно быть у нормального хуторянина, а у нас с Ингольвом нету даже близко.

О том, что мы ненормальные, упоминать излишне. И так ясно.

Северная часть холмов Меседа, где намечено наше строительство, за обилие рыжеватых колючих кустарников именуется "Ржавой", а на местном наречии – Meseda Oxida. Северо-восточная примерно из тех же соображений, за интересный оттенок тамошней травы – весной она в тех краях не зеленая, как во всякой уважающей себя саванне, а с голубовато-серым отливом, – зовется "Серой", Meseda Gris. Для жилья Меседа-Гриз подходит несколько лучше, там хоть и дальше от реки, но проще с лесом, то бишь стройматериала пришлось бы везти с собой поменьше, в тех краях уже несколько хуторов построены. Но нам нужна именно Меседа-Оксида.

Ничего, ржавый кустарник при строительстве тоже в дело пойдет, на первичный защитный периметр вполне сгодится. Во время оно путешественники, да и фермеры во всяких Африках-Америках-Австралиях, складывали крааль из чего-то похожего, а что может уберечь скотину от хищников, сойдет и для защитить жилье от них же. От пули, само собой, не спасет, от романтиков с большой дороги обороняться запланировано другими средствами.

Охрана командует "приехали" и расползается по соседним холмам наблюдать за окрестностями. Строители выгружают свое оборудование, а я, вооруженный кроками с топографической карты, пытаюсь соотнести первоначальный план с местностью. Ага, вот флажок "артезианки", колодец надо будет рыть здесь, ориентируемся по сторонам света... нормально.

Бригадиру Доминго объясняю, где у нас будет периметр хутора, и как надо ставить намеченные под первичное жилье сараи. Ингольву громко велю "подстрелить свежатинки на ужин", пообещав с участка никуда не уходить, и действительно, пока штатный землемер размечает территорию, я занимаюсь примерно тем же, с компасом бегая вокруг будущего колодца и ставя пометки на том самом наброске.

С помощью экскаватора и заранее заготовленной пластиковой опалубки пробивают колодезный шурф и опускают внутрь насос ручной колонки. Выждать пару часов, проверка – есть контакт! в смысле, воду качает, для питья она даже лучше большинства открытых родников, потому как прохладнее, вкус более чем, а уж для любых технических потребностей и подавно годится. Рощицу в низине нужно проредить на три четверти; спиленные стволы закрыть брезентом – и на просушку, на местном солнышке оно быстро, пойдут на дальнейшее строительство. Первый сарай бригада ставит из привезенного с собой пиломатериала; крышу до ночи положить не успели, ничего, завтра закончим.

На ужин шашлык из подстреленной Ингольвом антилопы; часть тушки гренландец, обмазав глиной, закапывает под костром, который будет тлеть всю ночь, к утру обещано тушеное мясо по-ангольски.