Командир сторожевика "Нифлунг" корветтен-капитан Экхард фон Вилленсдорф на боевое дежурство парадной формы, очевидно, не захватил, и поэтому облачен в повседневку скромных темно-синих тонов. Общий вид у моряка тоже не самый представительный – среднего роста, узколицый, вместо положенной вроде бы по флотскому статуту бороды или бакенбард – "модная недельная небритость". Ни сабли, ни кортика; даже и пистолет в поясной кобуре – стандартный бундесовский "у-эс-пэ" компактной версии. Впрочем, имея главный калибр в сто миллиметров, носимым стволом выпендриваться уже незачем, с тем же успехом можно в качестве личного оружия держать хоть джеймсбондовский ППК, хоть браунинговский "малыш"...

Парадным прикидом не спешат похвастать и "первые лица" Мидгарда – кстати, в число таковых входит Ульрик, вернее, Ульрик годи, так его, оказывается, называют "в официальной обстановке". Как же, помню, "годи" у скандинавских товарищей было титулом "законоговорителя", иначе говоря – толкователь обычаев, судья и, отчасти, жрец, в общем, личность в округе уважаемая не менее местных феодалов... но ничего судебно-жреческого в прикиде Ульрика сейчас нет, такая же штормовка, только не защитная, как днем, а серая.

Местного главного зовут хевдингом, что, собственно, и есть в прямом переводе "голова", он же "атаман", звание условно-выборное, подходит как должности руководителя клуба, так и статусу предводителя общины. Хакон хевдинг, Хакон Иварссон, после боя успел умыться и переодеться, но в самую обычную джинсу. Никакой древнескандинавской импозантности, в общем; чуть пониже меня, длинные темные волосы тронуты сединой.

Еще в "президиуме" Мидгарда восседает тот самый Атли, которого Ульрик поминал в начале боя – Атли Эвальдссон, "страж восточного предела", круглолицый очкарик с перебинтованной головой; рана легкая, пуля чиркнула по черепу и выдрала клок волос, так что уступать свое место Атли никому не стал. И "страж западного предела", Хродгар Эйрикссон, длинный тип глубоко "неформального" облика – ладно зеркально бритый череп, такое по местной жаре кое-кто делает, но череп этот у него весь в зеленых татуировках. Индивидуальный камуфляж.

Такой вот "президиум" устроился за столом на главной площади Мидгарда, она же транспортная стоянка недалеко от въезда в город. И примерно четверть дееспособного населения – вокруг этой площадки, передние ряды сидят на корточках или просто на земле, а задние, напротив, стоят на скамейках или камнях, чтобы видеть и слышать через головы соседей.

Хакон хевдинг обходится без мегафона. Что-то излагает по-норвежски звучным басом, затем – ради корветтен-капитана, не иначе – переходит на немецкий. Весьма грамотный, чище моего так точно.

– Все мы благодарны нашим друзьям из Нойехафена, и особенно – вам, герр Экхард, вам и команде вашего корабля. Мидгард не забывает оказанных услуг.

– Ну, в нынешнем-то деле моих заслуг немного, – отвечает командир "Нифлунга". – Всю операцию провернули китайцы.

– Хевдинг, а что за дела были? – звонкий женский голос из толпы.

– Правда, Хакон хевдинг, рассказал бы людям, – кивает Атли и тут же морщится, видно, не стоит ему слишком активно шевелить головой.

– Что знаю, расскажу. Не секрет. – Хевдинг поднимается. – Утром к нам прибыли перебежчики-хунхузы, из триады Желтого Бамбука. По их сведениям, на город должны были напасть их соперники, из триады Красного Дракона, при поддержке пары наемных банд помельче. Троицу, конечно, заперли в подвале, вдруг провокация, но на всякий случай объявили "желтую" тревогу. Как вы все знаете, хунхузы действительно напали, уж не знаю, из Красного Дракона или из другой компании – в бой, увы, эти бандиты ходят без знамен. Потом с моря подошел арендованный китайский транспорт "Гунь Мэй" и включил радиоглушилку. Как раз пока подходил, мы предположили самый худший вариант – что транспорт с бандитами заодно, и прибыл поддержать их артиллерией и, возможно, десантом, – потому и вызвали помощь из Нойехафена...

– Мой "Нифлунг" как раз был в дозоре, сигнал мы приняли и сразу пошли к вам, – добавляет корветтен-капитан. – Нойехафен дал "добро" через полчаса, но глушилка уже работала и пробиться к вам мы не могли...

– Ну вот. А корабельная радиоглушилка – это ведь не на километр, она блокировала не только наши рации, сами хунхузы тоже остались без связи. Тут-то к ним сзади и подошли те самые конкуренты из Желтого Бамбука и зажали в тисках. В общем, дальше осталось только трофеи собрать. Подошел сторожевик нашего друга фон Вилленсдорфа, "Гунь Мэй" выключил глушилку и объяснил, что их на эту операцию подрядил шанхайский особый отдел, поэтому полтрюма и отведено под радиоаппаратуру с генераторами, а за мигрантами на Базу они пойдут уже прямо от нас... Ну, дальше уже мы связались с нашими шанхайскими знакомыми, попросили уточнить ситуацию, и вот час назад прислали телеграмму. Мол, спасибо за помощь, теперь и с вашей, и с нашей стороны гор станет немного потише, и в течение следующих трех месяцев в Шанхае на весь товар со складов номер десять и одиннадцать для наших людей будут особые скидки.

– А что там, на этих складах?

– Это кто спрашивает, ты, Рамвальд? – вступает Хродгар. – Ты в море не ходишь, значит, тамошняя торговля не про тебя. Занимайся мастерской.

...Споры продолжаются еще некоторое время, однако я уже не слушаю.

Везет же мне на "тайные операции с зачисткой бандитов", массаракш. На сей раз "живца" делали не из меня, а из всего поселка Мидгард, но я-то был в это время внутри. И что под пули не попал – ну, так просто сидел не на той позиции, а то мало ли...

Все. Хватит. Надо поскорее возвращаться домой, к семье, и отдыхать, а то никаких нервов не хватит. Да, я умею держать себя в руках и выжидать удобного момента, с наименьшими потерями выживая там, где другие остаются без головы. Только на этом "выживании" у меня, массаракш, почитай, весь последний месяц построен, а новоземельный месяц – он, зараза, длинный...

Как быстрее всего добраться до протектората? Самолетом, само собой. Что недешево, но с "наследства" сеньора Антонио Янеса я могу позволить себе и не такое. Трудность в другом: в Мидгарде своей авиации нет вообще, ближайшие аэродромы – в Нойехафене и Штутгарте, однако есть ли в этих немецких городах "пассажирские рейсы" на русскую территорию? Гложут меня смутные сомнения...

А откуда такие рейсы есть? Из Порто-Франко, само собой.

Теперь вопрос ребром: если мне в Порто-Франко – по-хорошему, надо бы и на Базы завернуть. Передать привет знакомым на "Латинской Америке", наверняка ж не все на ротацию ушли, ну и завернуть на "Европу" за той самой посылочкой для Тьоррингов. То есть сами-то Тьорринги покойники, если видеозапись из "Смертельного лабиринта" не фотомонтаж специально для меня, что вряд ли; но кому-то же перейдет по наследству и имущество их, и дела. Соответственно судьбу "лабораторного журнала" можно и разыграть так, как договаривались с Рольфом Тьоррингом. Опять же с журнала следует снять копию и положить на стол директору Крофту дополнительным бонусом от командировки, авось и нашим экспертам тема покажется полезной. Да, крюк почти на четыреста верст в оба конца. Но если учесть, сколько тысяч я уже намотал по континенту... лишние день-другой погоды никому не сделают.