Серега пришел в себя только к вечеру, очнулся в более или менее сохранившемся подвале на улице Лен. Совета, куда я с горем пополам  его дотащил на плечах. Там уложил кое-как и сразу, отдыхая, побежал за пожитками. Наш багаж весил просто неимоверно, как мне казалось. Или я просто уже выдохся. Несколько цинков с патронами я просто заложил кусками бетона и присыпал сверху крошкой – тащить сил уже не было.

     Сделав последний рывок, я, с грохотом, втащил рюкзаки в подвал и оглянулся – все было тихо, но вместе с тем я чувствовал что, что-то изменилось.  Кто был в подвале помимо меня и мирно лежащего Сергея на полу.  Я оглянулся еще раз на начинающиеся сумерки  и захлопнул тяжелую дверь. Вытащил светодиодный мощный фонарь… Палец уже привычно лег на курок ПП-шки.

     Быстро включил и выключил фонарь, так что луч света выхватил из мрака ржавые трубы, друга, обломки стульев и какой-то мебели, а сам шарахнулся в сторону и замер. Сердце, казалось, стучит так сильно, что слышно во всем городе.

     А-а-а!!! – я даже сам не понял, что это я закричал.  Кто-то прикоснулся к моей руки чем-то теплым, мокрым и шершавым.  Мгновение спустя легкий шорох показал мне, что этот «кто-то» переместился от меня в другой конец подвала.

     Я включил единственный источник света и судорожно мечущийся луч заскакал по почерневшим стенам. Вот оно что….

      Иди сюда, разбойник! – я перевел дух и стараясь не делать резких движений пошел навстречу жавшейся в углу собаке.  – Пес! Иди ко мне! Давай-давай! Я не обижу.

     Расковыряв пакет с герметично упакованной свининой, я протянул мясо овчарке. Она несмело, поджимая хвост и глядя на меня полными страха глазами, стала подползать ко мне. Чего же она боится? А! Понял! Я же весь как с картинки про апокалипсис – в броннике, в маске, еще и «гроза» за спиной….

      Я положил кусок мяса как можно ближе к собаке и отошел.  Огляделся и сразу нашел то что меня интересовало. Остатки мебели разломать было делом нескольких минут. Скоро в центре весело затрещал костер, пожирающий остатки полировки и с треском разбрасывающий искры.

     Овчарка жадно жевала почти киллограмовый кусок – видно, что как минимум дня три не ела. Эх, горе ты мое.… Ну, кушай, кушай…

     Как только прогорела первая партия «дров», я вытащил дозиметр и проверил фон – почти норма. Еще дровишек и можно разоблачатся. Я снял маску и, стараясь задерживать дыхание, вздохнул. Ничего не случилось – ни головокружения, ни мушек перед глазами. Значит можно….

     - Мог бы и мне маску снять – голос за спиной вернул меня к действительности.  Серега приподнялся и оперся на руку.  Другой рукой он стащил маску. От неловкого движения тут же по его лицу потекла кровь из запекшейся раны. – Где это мы?

     - В Караганде! Отдыхаем. Выспался? – мое настроение сразу улучшилось. – Как себя чувствуешь, боец?

     - Средне…. А где это я так приложился? – он рассматривал свою окровавленную руку и морщился.  – Есть таблетка от головы?

     - Подняться сам сможешь? Бери в рюкзаке, да бинтов захвати, башку твою перевяжу, а то заляпаешь тут все – а я только убрался, пока ты разлеживался здесь.

     - А серьезно? Мы же не в метро еще? – он закинул себе в рот горсть таблеток и запил водой.

     - А если серьезно – по сторонам смотри больше, когда бежишь. Тебя сняли как сынка. Хорошо, что бронник хоть был с защитой шеи.… - мясо аппетитно затрещало на найденном тут же листе более менее проржавевшей стали.

     - А где они? Те, кто снял? – Серега в упор посмотрел на меня.

     - Не захотели с нами идти.… Там остались лежать. – Я отвернулся к костру. За день я убил больше народу, чем некоторые герои фильмов. Хоть и подонки они были редкостные, и убили бы меня, не задумываясь, но на душе было муторно. Машинально затянулся сигаретой и повернулся к углу, где была собака. Та лежала, высунув язык и тяжело дыша.

     - Ну что, собака, пить хочешь? Серега дай-ка мне эту бутылку, – я  протянул к нему руку.

     - Блин! А я и не заметил, что нашего отряда прибыло, – он чуть виновато протянул пластиковую «полторашку».  

     Я аккуратно, стараясь не блестеть сталью в свете костра, разрезал ее вдоль, так что получилось корытце.  Медленно встал, стараясь не расплескать, и поставил ее возле себя.  

     - Иди сюда. Не бойся, – собака, словно почуяла запах воды и стала все так же осторожно подбираться ко мне. Однако глаза уже были не полны страха как в начале, а просто настороженные.  – Иди сюда, хорошая….

     Наконец, она доползла до воды и язык, коснувшись влаги, заработал как пропеллер. Я осторожно протянул руку и коснулся ее холки. Ответом мне было лишь вздрагивание. Я не убирал руку и скоро дрожание прекратилось.

      Собака немного отошла и тут же вытянула шею, как бы сама погладила себя моей рукой. Потом лизнула таким привычным языком мою ладонь.

      - Ну, вот и хорошо, – я ласково потрепал ее за ушами, от чего она зажмурилась и удовлетворенно заурчала. Отняв руку, я увидел, что на нее прилипло несколько клоков шерсти.

     - Серый дай кА мне таблеток из аптечки, походу дозу она все-таки поймала, – я взял кусок хлеба и затолкал туда пару таблеток. Протянул собаке и та, не раздумывая, их проглотила.

     - У нее тут и ошейник есть… - я нащупал у овчарки тонкую полоску на шее. На нем маленьким, неумелым, явно детским почерком было написано «Герда».

     - Герда. Хорошая кличка… - собака смотрела своими умными глазами то на меня, то на Серегу.  – Ну ладно, будешь с нами.

     Серега подошел ко мне и присел рядом. Протянул откупоренную бутылку водки и взял с пачки сигарету.

     -Вообще-то я не курю. Просто иногда хочется – перехватив мой взгляд, пояснил он. – Что делать будем?

      - А что делать? С утра, как оклеймаешся, пойдем к цели. Только вернутся нужно будет за патронами на площадь.

     - Собаку с собой хочешь взять – догадался о причине моей немногословности Серега.

     -Хочу.… Да что толку…. Она загнется на улице... Ладно, я спать. Ты как? – я сделал долгий глоток из бутылки, передохнул, чувствуя, как тепло разливается по телу и напряжение потихоньку отпускает.

      - Я пока не хочу. Посижу еще немного. Ты спи, я, если что толкну.

     Я поудобнее улегся на кучу мусора и закрыл глаза.

***

     Вся ночь прошла как в забытье. Ничего не снилось, как будто упал в глубокую черную яму и только с утра, когда пропиликали наручные часы, вылез оттуда. Серега потихоньку сопел рядом с тлеющими углями. Стало ощутимо холоднее.  Даже изо рта пар пошел. Ежась, я разломал несколько стульев и кинул на угли. Подул, смотря как тлеющие, почти угасшие искорки неуверенно вспыхнули маленькими язычками пламени и стали лизать полированные щепки. Наконец костер вспыхнул и затрещал.

     - Встал уже – Серега пододвинулся к костру. Потом пошарил за спиной и протянул мне маску. – На. Она не подпускает меня – сам попробуй.

     Маска оказалась переделанной на длинную морду собаки. С помощью кусков толстого брезента, нитки и скотча он смог сделать что-то наподобие намордника, только с угольными фильтрами и стеклами для глаз.

     - Спасибо, брат. – я признательно посмотрел на него. – Герда! Ко мне!

     Овчарка бесшумной тенью метнулась к моему бедру. Без ворчанья и недовольства дала одеть на себя маску. Та подошла ей по всем параметрам – защищала дыхательные пути и глаза. Герда даже не пыталась ее снять, как это обычно делают собаки.

     - Серега, давай перекусим по-быстрому и пошли. Пока еще утро и никто не проснулся. Я от тех уродов, что тебя прессанули слышал, что там дальше бывшие солдаты внутренних войск промышляют. Так что нам пока еще сумерки нужно проскочить.  Ты пока карту погляди, как оптимально нам пробраться, а я завтрак сварганю. – я протянул ему уже порядком затасканный листок.

     Пока Серега разбирался с картой, что-то бормоча себе под нос, наклоняясь к огню, чтобы получше рассмотреть мелкие значки и черточки, я закинул на импровизированную сковороду куски мяса. Один, как и вчера с вдавленными таблетками, отдал Герде. На этот раз куски были соизмеримо меньше вчерашних – незачем отяжелять себя на дорогу.  Та сложила лапы, зажала между ними кусок сочного теленка и смачно зачавкала.

     -Держи – я кинул хорошо прожаренный кусок мяса на клок бумаги из рюкзака. Серега сразу отложил карту в сторону и схватился за еду.

     - Горячий, зараза! – он дул на жареху, перебрасывая кусок из руки в руку. – Значит так. Возвращаемся к Площади Победы, забираем боеприпасы. Потом шагаем по следующему маршруту – по Орджоникидзе до проспекта Гагарина, далее по нему до спортивного комплекса.  Потом дальше по проспекту до Кузнецовской и там Свеборгской до Благодатной. А там уже опять на Московское. А там как повезет – посмотрим.

     Я вытер жирные руки о штаны и встал. Отвинтил крышку на бутылке, приложился и налил немного собаке.

     - Так и решим, – вытащил сигареты и протянул Сереге. – Будешь?

     - Не. Спасибо, – он улыбнулся. – Давай собираться.