Ночь прошла спокойно. Небо еще только начало светлеть, как наши джипы, заурчав моторами, двинулись в сторону Дальнего Юга. Так называлась область пустыни, на территории которой находилась станция геонцев. За время нашей стоянки я успел отстоять на дежурстве свои четыре часа и, не смотря на это, неплохо выспаться. После завтрака, только собрался залезть в вездеход, как Колли приказным тоном отправил меня в хвостовую машину нашей маленькой колонны. Свое распоряжение он объяснил тем, что я, как новичок, могу потерять ощущение настороженности, присущее только тем, кто знает истинное лицо пустыни. Хотя в его распоряжении я не видел особого смысла, но замена машины даже порадовала, так как пустая болтовня Гора меня уже стала изрядно утомлять.

Через пару часов, неожиданно появившийся ветер, пригнавший тучи пыли, заставил нас остановиться. Видимость за считанные минуты упала до нуля. Свет то появлялся, то исчезал, и мы оказывались в кромешной тьме. Время от времени джип покачивало на рессорах, под наиболее резкими порывами ветра. Со временем эти порывы становились все чаще, свет солнца больше не появлялся, а за броней машины начало что-то противно визжать и выть. Я понимал, то это работа ветра и песка, но все равно какой-то внутренний страх, доставшийся мне от предков, заставлял мои пальцы цепляться за подлокотники и чувствовать себя беспомощным, брошенным на произвол судьбы.

– Уау-у! Уау-у! – этот дикий визг рвал мне барабанные перепонки, временами, казалось, что это кричат настоящие дьяволы, а не "песчаные". С мерзким скрежетом песок шлифовал броню нашего джипа, да так сильно, что полуторатонная машина вздрагивала. Тьма кружилась бешеной каруселью. Неожиданно дикий визг стал исчезать, истончаясь до комариного писка. Все кончилось так внезапно, как и началось. Наш джип, качнулся на рессорах в последний раз и затих. В ушах у меня еще стоял пронзительный визг, но картинка в бойницах стала прежней: бескрайнее море песка, уходящее за горизонт. В этот момент даже надоевшая мне пустыня показалась необычайно прекрасной. К тому же во-круг стояла такая тишина, что было слышно, как перекатываются песчинки за бортом транспортера. Но Колли не долго дал наслаждаться тишиной и покоем, заставив нас вылезти и откапывать вездеходы из песка. После двух часов изнурительного труда под палящим солнцем, мы, наконец, двинулись дальше. Ближе к вечеру мы наткнулись на изуродованный джип. В нем сидело двое мужчин с измученными лицами, у одного была перевязана голова, у второго – шея. Когда наша головная машина остановилась, в ее сторону тут же нацелились две винтовки. Мы слышали, как Колли пытался связаться с ними через коммуникатор, но видно связь у бедняг не работала. Тогда он осторожно приоткрыл дверцу, и быстро, в приветственном жесте, пару раз махнул рукой. Дула поползли вверх, после чего он высунул из-за дверцы голову и закричал: – Кто вы такие? Что с вами случилось?

– Мы ученые! – крикнул в ответ мужчина с перевязанной головой. – Работали в пятиде-сяти километрах отсюда. Неожиданно на нас напали мутанты. Убили двоих охранников, а нашего товарища взяли в плен. Нам удалось уйти от них просто чудом. Но горючее кончилось, да и вода на исходе. Вы не поможете нам?

Я прекрасно видел все, так как наш вездеход стоял чуть в стороне, и так же прекрасно слышал все, через встроенные в корпус машины внешние микрофоны.

– Каск, иди, проверь, все ли чисто. Только осторожно, – послышался приказ Колли.

– Не мальчик, – бросил недовольным тоном охранник.

Затем последовал щелчок открываемой двери джипа, а следующий момент тишина разо-рвалась грохотом разрыва, скрежетом брони, дикими криками людей. Руки автоматически вцепились оружие.

"Засада! Мутанты! Ракетами гвоздят! – пронеслось у меня в голове. – Чего стоим?! Чего ждем?!".

Снова раздался взрыв, но уже намного глуше, судя по всему, ракета ушла, мимо цели, в песок. Одновременно ударили очереди из тяжелых автоматов. Им в ответ, наконец, ответили пулеметы Колли. Снова раздался грохот, с силой ударивший по ушам. Крэй, охранник, сидевший за пультом огня, переключив пулеметы на автоматический режим, напряженно вглядывался в обзорный экран, как заведенный повторяя только одно слово: – Дьяволы! Дьяволы! Дьяволы!

Водитель, сжимая штурвал побелевшими от напряжения пальцами, чего-то выжидал, так же пристально вглядываясь в свою бойницу. Потом, все также, не отрывая взгляда, неожиданно закричал: – Влад! Они обходят нас! Открывай бойницы! Стрелять в любого! Все! Пошли!

Наша машина рванулась вперед, к подбитому переднему джипу. Мы мчались по большой дуге на предельной скорости, простреливая пространство перед собой. Нажав три кнопки подряд, я открыл все бойницы, расположенные в задней, так называемой багажной, части машины, где хранился наш НЗ. Яркий поток солнца, отсекаемый ранее поляризованным стеклом, залил светом весь багажный отсек. Пахнуло сухим и жарким воздухом. Лучший обзор предоставляло заднее смотровое стекло, но больше внимания все же пришлось уделять боковым бойницам. Услышав приближающийся рев двигателя, я напрягся, но, увидев, как спокойно отнеслись к нему водитель и охранник, но посмотрев вперед понял, что это наша машина, с учеными. Джип шел задним ходом, огрызаясь пулеметными очередями. Оказавшись под нашим прикрытием, машина тут же развернувшись, понеслась на полной скорости, уходя с поля боя. Я только хотел возмутиться, как до меня дошло, что это просто своеобразная тактика, свойственная телохранителям: сохранить жизнь клиенту, не взирая ни на что. Специфика другая, а суть та же. Дальше мне уже было не до рассуждений. Все последующие события у меня отложились в памяти как отдельные картинки мозаики, сложенной только частично. Общий рисунок понять можно, но подробности, – увы! Джип Гора с распахнутыми дверцами, осевший набок на фоне столба жирного черного дыма. Каск, лежавший в нескольких шагах от него, зарывшись лицом в песок. Тела мутантов, разрезанных пулеметными очередями и разбросанные по песку. Грубо слепленные фигуры двух мутантов, неожиданно выскочившие из-за нашего подбитого джипа, с оружием наготове. Моя длинная очередь по ним. Краем глаза я еще успел заметить, как один из них завалился боком на песок. Быстротечность боя, ведущегося с джипа, несущегося на полной скорости, давала себя знать такой быстрой сменой позиций, что мне уже начало казаться, что дикари везде. Я только успевал прицелиться и выстрелить раз-другой по одному врагу, как следующий поворот руля уносил меня от него и пули начинали барабанить по броне машины уже сзади. Когда водитель заложил особенно крутой вираж, я интуитивно понял – уходим. По глазам, в который раз, больно резануло ярко-рыжее солнце, затянув на какое-то мгновение взгляд белесой дымкой, от которой окружающий мир стал нереальным и размытым, словно в струящихся волнах раскаленного воздуха. Резко отвернувшись от светила, наконец, я увидел причину нашего поспешного бегства. Нам вбок заходили два больших вездехода мутантов, подпрыгивая и переваливаясь на ходу на широких шинах. Только я выставил ствол винтовки в бойницу, чтобы умерить их прыть, как неожиданно заметил краем глаза фигуру мутанта, целившегося в нас из легкой ракетной установки. Только я успел взять его на мушку, как понял что опоздал. В следующую секунду по глазам резанула невыносимо яркая вспышка, следом раздался страшный грохот, словно гигантским молотом ударили по броне машины. Неведомая сила сорвала меня с места, швырнув на стенку джипа.

Очнулся я от тупой боли в боку, но даже после жесткого удара ногой, сознание возвра-щалось урывками, словно я расправлял и снова перечитывал вырванные и скомканные листочки из блокнота памяти. Выстрелы, песок, гонка на скорости, вспышка. Вместе с памятью пришли боль, тошнота и сухость в горле. Я уже хотел открыть глаза и подняться, как в левый висок ввинтилась острым буравом боль. Именно она заставила меня замереть и ос-таться лежать, тем самым, сохранив мне жизнь. В следующее мгновение рядом со мной послышалось чье-то шумное сопение, затем в нос ударила смесь из едкого пота и резкого запаха прокисшей, давно не стираной одежды. Я непроизвольно напрягся.

"Кто?! Мутант?! Я в плену?! Надо притворяться… Выиграть время".

Начавшую подниматься волну страха погасил раздавшийся недалеко дикий крик боли, перешедший в длительный стон. За ним еще вскрик, на этот раз резко оборвавшийся.

"Пытают…?! – но мысль перебили грубые руки, начавшие бесцеремонно ощупывать мои карманы. Открыл глаза. Надо мной висела уродливая голова с низким звериным лбом и мощной челюстью в обрамлении густых и жестких волос. Большие желтые глаза смотрели злобно и удивленно. Дальше все происходило чисто рефлекторно. Резким мощным ударом кулака я смял только начавший рваться крик вместе с гортанью. Мутант еще только начал заваливаться на спину, как игольник оказался у меня в руке. Нажатие курка прервало его дальнейшие мучения. Не успел я сесть на корточки, спрятавшись за спинкой кресла, как тут же послышался шорох тяжелых шагов по песку, и в солнечном проеме открытой дверцы показалась верхняя половина грубо слепленной фигуры еще одного мутанта. При виде лежащего в проходе трупа своего собрата он тупо замер, еще не веря в то, что видеть. В следующее мгновение зеленая молния ударила его в переносицу. Он упал на спину, тяжело, с шумом, широко раскинув руки. В следующее мгновение я уже был у бойницы. Готовый дорого продать свою жизнь, при виде открывшейся картины я облегченно выдохнул воздух. Наш вездеход и машина мутантов, в которую сейчас шла перегрузка награбленного, стоя друг к другу, почти под прямым углом, образовали закрытую зону, надежно прикрывая ме-ня от глаз остальных бандитов. Единственным, кто представлял для меня в данный момент хоть какую-то опасность был третий мутант – грузчик, но именно сейчас он что-то усиленно заталкивал в глубь салона, повернувшись ко мне спиной. Выскользнув наружу, кинул беглый взгляд по сторонам, после чего уже не торопясь выстрелил в широкую спину му-танта, начавшего вылезать наружу. Тело, обтянутое грязным комбинезоном, бывшим когда-то песочного цвета, дернувшись, обмякло, а затем тяжелым мешком сползло на песок. Я замер, вслушиваясь. Из-за джипов продолжали доноситься глухие стоны, сопровождаемые непонятными выкриками и диким хохотом. Попытка понять что происходит, неожиданно была прервана новой атакой резкой боли, вонзившейся в левый висок. Автоматически дотронувшись до головы, я ощутил под рукой толстую корку засохшей крови.

"Теперь ясно, почему эти уроды посчитали меня мертвым".

Только успел так подумать, как раздался новый крик полный ужаса. Кричала женщина.

"Кори!".

Боль ушла, смытая волной холодной ярости. Кровь застучала молоточком в голове, в душе, из самых глубин, поднималось что-то темное, хотелось рвать зубами человеческие глотки. Зверь, просыпаясь, заворочался у меня в груди, жаждая крови. Сдерживать его, я не мог, да и не хотел. Быстро обойдя бандитский джип, осторожно выглянул. На фоне догорающей машины – приманки, стояли еще две машины. Наш подбитый джип и еще один вездеход мутантов, обшарпанный и грязный. Возле него громоздились горка награбленного добра, вытащенного из наших вездеходов. В тени заднего колеса, спиной ко мне, лежало тело проводника. Похоже, он был просто без сознания. В двух шагах от меня раскинулось тело молчаливого водителя, судя по его изуродованному, залитому кровью, лицу, забитого до смерти. Трое мутантов окружили Гора, стоящего перед ними на коленях. Один из них держал водителя за волосы, задирая его голову вверх, двое других, утробно хохоча, рассекали воздух тяжелыми тесаками перед его лицом. Хотя, если судить по крови, заливавшей лицо водителя, махали они своими тесаками не просто так. Еще один волосатый дикарь с приплюснутой головой, вооруженный тяжелым автоматом, стоял в нескольких шагах от места пытки, смеясь вместе со всеми. Он был единственным, кто время от времени бросал взгляды по сторонам. Судя по всему, это был часовой. Он первым получил иглу в грудь. Следующими двумя выстрелами я достал мутантов, размахивающих тесаками. Пока те заваливались на песок, я сделал шаг вперед, полностью выйдя из-за прикрытия машины. Бесшумность и смертоносность игольника, великолепно сыграли свою роль. Последний мутант, державший за волосы Гора сейчас тупо стоял столбом, глядя на неподвижные тела своих соплеменников, раскинувшиеся на раскаленном песке. Нажал на спуск. Быстро огляделся вокруг в поисках Кори.

"Где же…?! – мысль прервал пронзительный женский крик, раздавшийся из закрытого джипа. В несколько прыжков я достиг машины и рванул на себя дверцу. Затем схватил за волосы и одним рывком выбросил из машины полуголого дикаря, с силой захлопнув за собой дверцу. В спину ударили приглушенные, но от этого не менее горестные, надрывные девичьи всхлипы. Ошеломленный бандит, прорычав что-то гневное, попытался вскочить, но хлесткий удар в голову тяжелым ботинком отправил мутанта в беспамятство. Он уже не делал попытки встать, но накопившиеся во мне злость, напряжение и страх требовали выхода. Остановил кровавую расправу жуткий хрип, неожиданно раздавшийся у меня за спиной. Резко обернувшись, я встретился с тусклым взглядом проводника, находящимся в полусознательном состоянии.

– Воды, – прохрипел он.

Сорвав с пояса флягу, я приподнял голову проводника. Он пил жадно, почти захлебываясь. Пока я смотрел на него, жажда вспыхнула с новой силой. Но утолить ее мне так и не дали. Шорох за спиной заставил меня резко, всем корпусом, развернуться на звук. Игольник словно сам скакнул мне в руку. Но до стрельбы не дошло. Это очнулся Гор, до этого лежавший в беспамятстве на песке. И сейчас он чисто инстинктивно, медленными, неуверенными рывками сейчас полз в тень, уходя с палящего солнца. Подскочив к нему, я подхватил его под мышки и втащил в тень. Колли, придя в себя, уже сидел, привалившись к колесу. Пристроив Гора рядом с ним, вылил ему в рот остатки воды из фляги. Бегло осмотрел обоих. Судя по всему, серьезных ранений они не получили. Глубокие порезы, кровоподтеки.

"Не смертельно, – сделал я свое заключение. – Жить будут".

Только успел подняться с корточек, как меня резко шатнуло. Перед глазами все поплыло. Сколько времени я так стоял, не знаю, но постепенно слабость отступила, сняв темную, с привкусом дурноты, пелену с сознания. Не успел я прийти в себя, как раздался голос про-водника: – Влад, ты что стоишь столбом?! Нам надо убираться отсюда! Свяжись с Питтро, водителем. Чего глаза вылупил?! Кружит он где-то здесь! Если только здесь нет этого чертова феномена пустоты!

– Хорошо, Колли. Сейчас попробую.

– Не стой столбом, – снова повторился проводник. – Питтро скажешь пароль: станция. Иначе не поверит. И дай аптечку. Красный контейнер. Он где-то здесь, в этой куче. И дай… еще воды.

Найти аптечку и воду было делом минуты. Сунув то и другое в руки проводника, я отправился устанавливать связь. Разговор с Питтро не занял много времени. Мой короткий пересказ событий вызвал некоторое недоверие, но пароль, убедил их, что я говорю не под принуждением. Даже если бы и не убедил, выбирать им было не из чего. Без проводника, запасов питьевой воды и топлива, их шансы выжить в пустыне были близки к нулю. После разговора, я откинулся на кресло, бездумно смотря в пространство, пока жажда не дала о себе снова знать. Покопавшись в вещах, нашел флягу. Напившись, тщательно промыл рану, которая на поверку оказалась глубокой рваной ссадиной. Затем найдя свою винтовку, вернулся к остаткам нашего отряда. Колли, окончательно придя в себя, сейчас заканчивал обмазывать свое лицо лечебной мазью, при этом, шипя и кривясь от боли. Гор, судя по всему, находился в глубоком обмороке. Тело расслаблено, глаза закрыты.

– Что совсем плохо? – спросил я, подходя к ним почти вплотную, чтобы укрыться от солнца в тени машины. Колли, продолжая натирать мазью свое лицо, буркнул: – Спит. Я ему спецпрепарат вколол. Пару кубиков. Минут сорок поспит, человеком будет. Лицо по-том ему обработаю. Как Питтро? Поверил?!

– С трудом, – криво усмехнулся я, при этом сам скривился от боли.

– Понимаю. Я, например, до сих пор не верю, что мы в живых остались. Я твой должник, парень. Да и не только я, – тут он замолк, бросил на меня странный взгляд, потом отвел глаза и, глядя куда-то в сторону, проговорил неуверенно: – Слушай, а эта девчонка…Ты… давно ее знаешь?

Неуверенность в голосе, такого сильного человека, как Колли, поразила меня больше, чем сам вопрос. Я только собрался узнать, чем вызван его интерес, как взгляд выцепил деталь в картине, которой раньше не было. И вопрос отпал сам собой. Из спины лежащего у машины насильника торчала рукоятка виброножа. Я поднял глаза на Колли.

– Выскочила с ножом в руках. Глаза величиной с блюдце, совсем дикие. Увидев этого урода, тут же, не раздумывая, всадила ему нож в спину. Потом нырнула обратно в машину. Это все.

Не зная как отреагировать на случившееся, я просто пожал плечами, дескать, что тут скажешь. Колли понял, что большего от меня не дождаться, тихо сказал: – Вы… странная пара.

На что я так же тихо ему ответил: – Может, кто-нибудь и сомневался бы в этом, но только не я.

"Похоже, к списку моих проблем прибавилась еще одна, – раздраженно подумал я. – С такой подругой точно не соскучишься!".

Радость от победы над мутантами была скомкана, как ненужный клочок бумаги. Неожи-данно нахлынувшее раздражение принесло с собой усталость, за ней навалилась боль от раны, а тут еще потная, прилипающая к телу, рубашка, давящая на виски жара, песок на зубах. Страшно захотелось пить. В поисках фляги стал оглядываться по сторонам, пока краем глаза не уловил блеск, шедший от запястья левой руки трупа. Забыв про жажду, я смотрел и не верил своим глазам. Левое запястье дикаря охватывал браслет, которого раньше не было. На что, на что, а на свою зрительную память мне обижаться еще не приходилось. Чтобы убедиться, что это ни какой-нибудь особенный мираж, я наклонился и осторожно коснулся.

Браслет, словно обрадовавшись моему вниманию, тут же заискрился, переливаясь внутренним огнем. Бросил взгляд на Колли, чтобы спросить, что он думает о подобных фокусах, но тот, запрокинув голову, лежал с закрытыми глазами. В другое время я бы и вел себя по-другому, но только не сейчас. Просто у меня уже не осталось сил ни элементарную осторожность, ни на удивление. Я был готов приложить силу, чтобы стянуть его с трупа, как тот неожиданно легко соскользнул с руки. Не успел он оказаться у меня в руках, как память тут же подкинула мне эпизод с браслетом – загадкой, случившийся на Медее.

"Браслет – конденсор. Это он! Черт, откуда у меня такая уверенность?! Даже если так, мне что теперь, сплясать по этому поводу?!".

Меня сейчас больше донимала жажда, чем поиск истины, поэтому раскрыть загадку я решил наиболее простым способом. Взял и надел браслет на левую руку. Коснувшись запястья, браслет, ярко вспыхнув, неожиданно исчез. Ошеломленный, я попытался нащупать его, как в этот самый миг, земля ушла у меня из-под ног.

***

Из сна меня вырвал голос Гора, прозвучавший призывом балаганного зазывалы: – Спешите видеть!! Занавес поднят! Представление начинается!!

Последний путеводный знак, указанный на карте Колли, под названием "Стеклянная лаборатория" выглядел как ожившая цветная картинка из детской книги сказок. Это чудо появилось неожиданно, как только наш джип вылетел на гребень бархана. Я открыл рот и долго не мог закрыть его при виде открывшейся моим глазам картины. Руины, лежавшие в небольшой низине, казались, сделанными из одного сплошного сияния, горевшего под луча-ми солнца. Они искрились и переливались струями света: зеленые, красные, голубые; цвета и их оттенки поднимались, схлестывались в дикой и прекрасной битве красок, создавая завораживающую симфонию света. Не представляю, как могло смотреться это здание целым, если его развалины даже в таком виде являли зрелище неповторимой красоты. Мне казалось, еще миг и я сольюсь с этим волшебным водопадом, состоящим из света и красок, но сильный удар по плечу, сначала заставил меня поневоле оторвать взгляд от этого чуда, затем нехотя повернуть голову. Но, даже отвернувшись, я видел не салон, а все еще живущую в моем воображении волшебную картину. Только несколько секунд спустя я смог прийти в себя настолько, чтобы понять, что сижу в вездеходе. Джип уже не катился медленно, а стоял. С некоторым удивлением я понял, что память не зафиксировала тот момент, когда машина остановилась. Что это было? Я бросил вопросительный взгляд на Колли, который вывел меня из состояния, наподобие гипноза: – Что это со мной?

Голос, которым я произнес вопрос, показался мне самому каким-то тонким и ломким. Еще раз потер глаза, помассировал виски. Гор, тем временем, привел в сознание, тем же спосо-бом, Кори. Колли подождал пока она придет в себя, и только потом ответил: – Никто толком не знает. Известно только, что если долго смотреть на "Лабораторию" можно уйти в себя навсегда. Для больного исчезает окружающая реальность, он живет только своими грезами. Такие случаи были. Правда, давно.

Кори, откинувшись на спинку кресла, прикрыв глаза, тихо и монотонно, начала гово-рить: – Безумная игра красок. Она притягивает меня. Мне хорошо и спокойно. Я растекаюсь в них. Я сама стала… забрала меня… всю…

Ее голос становился все слабее, пока не превратился в неясное бормотание, а потом и вовсе умолк. Ровное дыхание и расслабленное тело, говорили о том, что она уснула. Мы втроем некоторое время смотрели на спящую девушку, не решаясь ничего сказать. Пришлось бросить новый вопросительный взгляд на Колли, но тот пожал плечами: – Такое тоже бывало. Слышал о подобном, но сам не видел.

Его слова не успокоили меня. Разбудить или пусть спит? Некоторое время колебался, а по-том решил, пусть спит.

Гор, тем временем, стронув джип с места, понемногу набирал скорость, и мы, по небольшой дуге, стали объезжать "Стеклянную Лабораторию". Проезжая мимо искрившейся и переливающейся стены, Колли внезапно крикнул: – Гор, стоп! Глуши двигатель!

Неожиданный крик и следом наступившая тишина сбили меня с мыслей о Кори, заставив вскочить с места и сунуть голову между склонившимися над электронной картой – планшетом водителем и Колли. Еще десять минут назад она была пустой, благодаря "зоне пустоты" в которой мы ехали, а теперь на ней снова светилась маршрутная сетка, в верхней части которой, ползло около трех десятков точек. Они постепенно разворачивались в дугу, одновременно перекрывая нам путь. Колли неожиданно три раза стукнул пальцем по микрофону коммутатора, выждав паузу, стукнул еще два раза. Нетрудно было догадаться, что это был код, обозначающий опасность, для второй машины.

– Кто это? – тихо спросил я.