- Ну, убогие, что вы на меня вылупились, как куры на насесте? Помянем тетю Ирину. Светлая была тетка.

Она сморщилась и прижала руку ко рту, пережидая обжигающую горечь водки.

- А теперь закройте клювики и слушайте тетю Алену внимательно, пока Толька с гувернером ходить тренируется. План ваш был гениальный. Вы у меня тетки вумные, но старомодные. Один прокол допустили -сплавили меня в эту дурацкую Англию. Но это, дело было поправимое. Колледж я послала в ж… на вторую же неделю. Каждый месяц в Москву моталась, пока вы думали, что я Шекспира в подлиннике грызу. Не могла же вас без присмотра кинуть. Старый пень «папусик» фиг бы меня в Англии выцепил, если б сама не захотела воспользоваться его любезным приглашением. Так что я в курсах полностью. Поэтому командовать буду я. Мам, что это за брюнет с залысинами возле тебя увивается? Смотри, не напорись опять на урода, вроде «папуськи». Извини, но мой Герыч этого хаима проверит. Тетя Алла, твои феромоны или как их там, мне понадобятся в среду - с папашкиными компаньонами встречаюсь. За бабло биться будем. Так чтоб были они у меня послушными, как цуцики моего бесценного лапы-Герыча. Теть Том! Хватит сопеть по своему горе-генералу. Ты мне нужна. Включай свои мозги и свой компьютер. Будем разбираться с папашкиным наследством. Не так-то это просто.

Как же вышло, что вместо того, чтобы стать невинной жертвой, именно Алена оказалась полной хозяйкой положения? Дитя нищеты и неисполнимых желаний, что могло из тебя вырасти? Круглая отличница, дочь авантюрной маменьки, воровки и наводчицы, восторженная поклонница шайки сирых и убогих - вырасти могло что угодно. Стоит ли удивляться, что выросло чудовище?

Померанский действительно очень любил Симу. Привязать к себе строптивую светскую красавицу любой ценой стало для него навязчивой идеей. Он готов был содрать кожу с лгуньи Серовской за то, что посмела обмарать грязью его беспорочную Серафиму. Не помня себя от ужаса, припертая к стенке Лидия вертелась что было сил, спасая свою холеную шкурку, пропахшую пряными духами. И нашла-таки способ откупиться. Оказалось, Померанский не знал, что у Симы есть дочь. Осторожная Симочка уничтожила все следы наличия у нее детеныша. За такую важную информацию, дававшую ему ключик к власти над Серафимой, он даже пощадил несчастную лгунью. Отправляя Герыча в Великобританию за Аленкой, он не знал, что посылает своего верного пса на предательство и вместо надежного рычага в своих руках получит в свой дом собственную убийцу.

* * *

Алена Алешина. Умница, отличница, красотка. Ах, как важно казалось ей перенять счастливый опыт матери, сумевшей поднять их из нищеты на вершину благополучия. Прилежная ученица выпускного класса средней школы смотрела во все глазки и слушала во все ушки. Она очень быстро поняла, что богатый поклонник тут ни при чем. Мать с подругами и так хорошо со всем справлялась. Девица уже строила планы присоединения к шайке сирых, но тут ее спешно отправили в этот скучный колледж, в эту до зубной боли нудную Англию.

К несчастью, Сима слишком щедро снабжала дочь деньгами. А посещение колледжа, при условии внесения щедрой платы, оказалось далеко не обязательным. За частые отлучки юной студентке никто не пенял. Привыкнув же, что дочь - послушная и примерная ученица, Сима и не подумала приставить к девушке хоть какую-то дуэнью. Деньги и полная свобода действий - вот в каком положении обнаружила себя предприимчивая девица. Скоро в студенческом кампусе у нее был целый штат верных слуг и помощников. Тут помогли не столько мамочкины деньги, сколько красота и умение влиять на разные слабые струнки в душах сверстников и даже взрослых людей.

* * *

Герыч был одинок, как может быть одинок только закоренелый уголовник. Не просто одинок, а ОДИНОК! Но даже в глубине души этот человек никогда не признавался себе в своей тоске. Только неправда это, что волк мечтает жить один. Волк зверь нежный. Каждый волк хочет иметь волчицу и волчат. Без них в волчьей душе смертельная тоска, заставляющая выть по ночам на луну.

Старый волк Герыч приехал в колледж с приказом Померанского найти и доставить ему Алену. Хотя у него была всего лишь одна фотография девушки на фоне старинного здания студенческого кампуса, он быстро вычислил город и учебное заведение. В кампусе ему сказали, что девушка уехала на уик-энд к подруге. Уходя, он не почувствовал взгляда, которым сквозь приспущенные жалюзи провожала его юная авантюристка. Многократно бывая все это время в Москве, Алена мать из виду не теряла и потому преотлично знала, кто такой Герыч и кому он служит. Старого волка можно было провести и просто улизнуть, исчезнуть, затеряться. Но разве не полезнее и почетнее его приручить?

* * *

- На помощь! Спасите! Защитите! -убегавшая от стаи отвратительных наркоманов девушка кричала по-русски. Это его и удивило, и расположило к ней одновременно.

- Спасите! -в сырой темноте мрачной лондонской подворотни русская девчушка доверчиво кинулась к нему и прижалась к его груди, дрожа, словно перепуганный олененок.

Разумеется, Герыч спас. Тем более что верные «доберманы», как всегда, были при нем. Наркоманов (друзья и поклонники Алены с восторгом сыграли эти роли) как ветром сдуло.

Когда они вышли на свет фонарей, она, все еще доверчиво прижимавшаяся к своему спасителю, подняла на него чистые доверчивые глаза.

- Ой! -сказала она по-русски. - Как вы на папу моего похожи…

Потом она пришла в себя и затараторила по-английски, видимо, приняв его за английского джентльмена. Судя по тону, горячо благодарила за спасение. Он английского языка не знал. В груди его стало горячо от нежности. «Как вы на папу моего похожи…»

* * *

Герыч все-таки отвез Алену в Москву, объяснив девушке, что ее мама выходит замуж за Померанского и теперь ей нет нужды жить далеко от мамы. Хитрая Алена отвечала, что в Англии ей скучно и одиноко и она с радостью возвратится домой. И что она безмерно счастлива, что у нее теперь такой надежный и добрый друг. Совсем как папа, который умер много лет назад и которого ей так не хватает… И еще много чего напела старому волку эта ловкая птичка.

Так Померанский заполучил в свой дом дочь прекрасной Серафимы. Но если б он знал, какие чувства бушуют в груди старого волка Герыча при мысли, что кто-то может причинить вред хотя бы одному волоску на нежной головке беззащитного ребенка, он бы ни дня не держал у себя это маленькое чудовище! Да Герыч, не задумываясь, порвал бы на куски хоть самого Померанского.

И Алена преспокойно колесила по столице, как думал Померанский, под надежной охраной людей Герыча, а на самом деле - вооруженная всеми возможностями старого волка.

Незаметно и ловко она начинала делиться с ним кое-какими планами. Но это было не внезапное превращение овечки в волчицу. Нет, это маленький нежный волчонок начинал взрослеть под опекой заботливого «папаши», у волчонка резались и чесались зубки, просыпались мечты о добыче, и прекрасные голубые глазки волчонка сверкали, вызывая умиление и отцовскую нежность у наставника и опекуна.

* * *

К Алле, которую Алена перехватила в момент попытки похитить дитя художника Волынова, Герыч проникся симпатией сразу. Ведь Алла тоже была одиноким тоскующим волком. И так же самозабвенно обожала Алену. Вот теперь он обрел все - и горячо любимого волчонка, и волчицу-соратницу. Алле была сделана пластическая операция. Вскоре в доме Померанского под именем Анатолии (она выбрала себе это имя в честь Тамариного Толика) появилась «испытанная», «преданная», «давняя» подруга Герыча, за которую он сам поручился перед хозяином.

Впрочем, хозяина у Герыча давно уже не было. Была только юная хозяйка. Вдвоем с Аллой они бдили за Померанским ради нее денно и нощно, исполняли все ее приказы. И чувствовали себя счастливыми.

* * *

Померанский действительно очень любил Симу. Но Алене позарез были нужны его связи. Она, а не Симочка должна разъезжать повсюду со старым мафиози! К тому же мать явно тяготилась супружеством, и Алена решила, что она вовсе не отнимет у той счастье, если воспользуется ситуацией. И в ход пошло химическое искусство Аллы-Анатолии. В считанные дни, сам не понимая, как это происходит, Померанский понял, что не может обходиться без Алены. Она стала необходима, как наркотик. Собственно, наркотики тут и были не совсем ни при чем. Целомудрию крошки ничего не грозило - Алла и тут была начеку. Зато связи Померанского открылись перед предприимчивой девицей во всех хитросплетениях. Он даже сам передал Алене ключи от самых значительных своих счетов. Несчастный старик в восторженном экстазе в общем-то уже практически не понимал, что делает. Дни его и без того были сочтены - старое сердце все с большим трудом переносило сильнодействующие препараты Аллы. В жестоком убийстве, которым закончилась сцена допроса Симы и Тамары, необходимости не было. Это была всего-навсего прихоть созревшего молодого чудовища.

* * *

Через несколько дней после похорон Померанского наследница, ко всеобщему изумлению, с легкостью вошла в круг бывших его соратников и прочно заняла в бизнесе место почившего «папеньки». Тайное оружие - запах неких духов, изобретенных Аллой, заставлял самых упрямых безоговорочно подчиняться властной девице.

Между тем правоохранительные органы понесли печальную, но вполне объяснимую утрату - скончался один из лучших розыскников в стране. Престарелый полковник ушел красиво и достойно - мирно скончался прямо за рабочим столом в своем кабинете, так часто уходят трудолюбивые, пожилые и очень тучные люди. Так же тихо и незаметно исчезла навсегда увесистая его любимая папочка в наидешевейшем картонном переплете. Да и было ли оно, дело Химика? Не легенда ли это, каких немало рассказывают старые мастера восторженным новобранцам?

Серафима Померанская после смерти супруга действительно пришла в себя на удивление быстро. Жизнь есть жизнь, говорила она себе. Знаменитая улыбка ее стала чуть-чуть иной - горьковатой и циничной, но шарма ей это не убавило. Благодаря дочери она была очень богата. У нее появился возлюбленный, к которому она впервые за многие годы испытывала подлинную симпатию. Его звали Юрий Малышев. О роде своих занятий он говорил весьма туманно. Симу это не волновало. Тем более что ее ближайшая подруга Тамара Тонкая выбор Симы одобрила. Юра Малышев Тамаре понравился сразу. Он был единственным из многочисленных знакомых генерала Камарина, кто отзывался тепло и по-доброму о незадачливом генерале. Пожимая руку славного Юрика и с благодарностью глядя в его полные сочувствия глаза, Тамара не имела понятия, что жмет именно ту самую руку, которая и убила Сергея. Юра старался изо всех сил. Иногда ему казалось, что все обошлось. Со смертью Сергея все концы, ведущие к нему, Юре Малышеву, обрезаны. Но именно в тот момент, когда он был готов вздохнуть с облегчением, вдруг снова возникало ощущение чужого, пристального и враждебного взгляда в спину, и паника, толкнувшая его на убийство лучшего друга, вновь переполняла его до ушей. С каким бы удовольствием он послал ко всем чертям эту компанию! Но нет, нельзя выпускать ситуацию из-под контроля, надо быть начеку… Но кто же это, кто, черт возьми, дышит в спину, не дает уснуть по ночам без снотворного? Чей волчий взгляд не оставляет в покое? Сколько еще это продлится? Или это просто совесть? Вот уж ерунда несусветная! Нервы расшатаны, в этом все дело. Ну с чего паниковать-то? Свидетелей нет. Сима не спецагент, так, приятная бабенка с тягой к криминалу. Весьма пикантная изюминка. Тамаре дела нет ни до чего, кроме сынишки. Марина Камарина получила срок за убийство мужа и выйдет на свободу очень не скоро. Старый лис Померанский тоже откинулся, унеся в могилу все свои тайны. Так что все в порядке. Надо только привести в порядок нервишки.

* * *

Жизнь наладилась. И даже смерть, взяв свое, тоже стала благопристойной и мирной: могилы Сергея и Ирины украсились изящными надгробиями и ежедневно свежими цветами. На памятнике генералу отображены все его награды. А над Ириной легкой птицей воспаряет на трапеции прекрасная акробатка и надпись сообщает, что покоится здесь безвременно ушедшая звезда советского цирка Ирэна Цветковская. О которой наконец-то помнят, любят и скорбят.

* * *

P.S. Каждую минуту если не во всем мире, то, по крайней мере, в этой стране терпит крах хотя бы одна сорокалетняя женщина. Каждую минуту рождается еще одна жертва естественного отбора, освобождая место юным и перспективным. Наверное, это просто жизнь всегда идет своим чередом, и ничей злой умысел тут ни при чем. Ведь мы, люди, очень редко действительно хотим причинить кому-то зло. Но мы всегда хотим исполнения собственных желаний.