Травница

Йоль Анна

Девятнадцатилетняя студентка Елена, после страшной аварии просыпается невредимой, но в новом мире. Что же произойдет с веселой, ироничной, двадцатилетней студенткой Еленой в новом мире без привычных «фэнтезийных» сил и очарования. Что она будет делать без «волшебных сил и способностей»? Её ждут: незнакомые обычаи, удивительные существа и многочисленные опасности, порой смертельные. А всё что у неё есть: загруженная в голову энциклопедия «С травами на Ты», кривые руки и дюжина подозрительных попутчиков и злопыхателей. Помогут ли приобретенные знания, выжить Елене и найти свою дорогу? А если любовь? Она же, вообще-то, домой хотела — где душ и цивилизация..

Какие приключения доведется ей повидать и сможет ли «попаданка» найти дорогу домой?

 

Пролог

С чего же все началось? Мне тоже интересно.

Но могу сказать, что Госпожа Судьба явно невзлюбила меня.

Возможно я родилась не под той звездой, не в то время, не в том месте и родителям нужно было выбрать другой роддом, или в какой-то момент я перешла её дорогу, а может и того хуже, что мои подростковые высказывания — «мы сами вершим свою долю», оскорбили её нежные чувства. Но факт остаётся фактом — отношения у нас откровенно натянутые.

Иногда в своих фантазиях я представляю, как Госпожа Судьба говорит: «Вечное невезение? Нужный автобус всегда уходит раньше? Ужасные свидания? Отпечатанная на веках тушь? Надела новые туфли = ливень и гроза? Спотыкаться на ровном месте? Пффф. Вот эту забирайте — мне её глаза не нравятся!» И она коварно прищуривает свои карие очи. Возможно они у неё зелёны, янтарные или голубые в крапинку, но точно не серые. Почему? Это цвет моих глаз.

И я почему-то явственно вижу её блондинкой… Господи, а может Госпожа судьба — это Господин? Нет. Нет. Нет. Не о том я думаю.

Ах, возможно, скорее всего, знай я хоть немного или будь у меня возможность, хоть на минуту или пусть на три секунды заглянуть в своё будущие, то я бы прикусила свой длинный язык и с благодарностью приняла бы все её «дары».

Ведь всё, что на готовила для меня прежде — всего лишь милые цветочки, ненавязчивые укоры, лёгкое ворчание и необременительные издержки её отношения.

Но я не Ванга, не Нострадамус, в моём роду незамечено прозорливцем, а вещие сны, увы, мне никогда не снились, зато будущее моё было предрешено.

Но честное слово, этот день не обещал ничего плохого.

Раннее мартовское солнце отогревало после холодной зимы, я не проспала и потому не опаздывала в университет. Я не собиралась в спешке, из рук ничего не валилось, и к дополнению, я не поскользнулась на последней ступеньке, которую так любил мой ноющий копчик. Я не выкрикивала раздосадованное: «Вот еще автобус задерживается!», потому что он стоял на месте, а у меня оставалось десять минут.

С нарастанием заиграла мелодия звонка: «Left you multiple missed calls and to my message, you reply. Why'd you only call me when you're high?…»

В этот раз телефон не оказался на самом дне сумки, под грудой вещей и моя рука ухватилась за нужный предмет сразу:

— Ого, ты так быстро ответила.

— Сама удивляюсь.

На той стороне иронично рассмеялись:

— Значит успеешь на пары?!

— Мика, не поверишь, но сегодня удача на моей стороне.

Ах, как же я поспешила, насколько не осторожной была! Это были знаки свыше — не о хорошей судьбе, а о плохом будущем! Потому что сказав эти слова, я тут же дернулась от пугающе громкого: «Осторожнее!».

Телефон выскользнул с рук и следом я почувствовала боль во всем теле, и раздался оглушительный хруст — меня сбила машина. Ну или автобус.

Вот так всё и закрутилось. Особые благодарности Госпоже Судьбе. Или Господину?

 

Красный Лист

Почему так холодно? Я что лежу на глыбе льда? Тело дрожит, а мурашки болезненно скользят по коже. Я, скорее всего, в больнице и отхожу после капельниц или операций — я всё же в аварии побывала…

Почему в этой больнице такие неудобные койки? На полу что ли положили?

Господи! А если я в морге?! Если они подумали, что я умерла и сейчас патологоанатом будет меня «вскрывать»? Я видела эту серию в Хаусе! Тише, Лена, тише! Не паникую, дай ветерку тебя успокоить…

Распахнув глаза, я в шоке огляделась. Не поверила и зажмурившись, протерла глаза и снова осмотрелась. В висках застучало, а к горлу подкатил комок: вокруг меня лес. Водитель решил, выкинуть меня в здесь? Но одежда чистая, не порвана и ссадина мне нет. Да что это такое?!

Я в мгновение распахнула глаза и тут же неверяще зажмурилась. Какого чёрта я вижу деревья? В висках застучало, а к горлу подкатил комок — вокруг меня лес. Я нахожусь в грёбанной чаще! Водитель решил выкинуть меня здесь? Почему не посреди поля? Господи, на остановке же были свидетели! Симпатичный парень, я ещё про себя отметила, что у него классный зад, но самое главное — там была Зинаида Марсовна! Эта противная бабулька точно всем расскажет, что «гулящую Ленку-то машина задавила» и ещё причмокнет.

Боже, о чем я думаю? У меня начался бред на фоне шока. Так, нужно найти телефон и позвонить родителям. Я огляделась вокруг, но сумки не было, а моя одежда — чистая, не порванная, словно ничего не произошло. И ссадин на мне нет… Это же какой-то розыгрыш? Как в видео на ютубе?

— Какой бы дебил это не придумал — пора заканчивать! — Срывающимся голосом выкрикнула я.

Тишина и только противный шелест листьев.

— Я подам на вас в суд. — Голос дрожал, потому вторая попытка — ужасно жалкая — не принесла успеха.

А может меня похитил маньяк?! Голова закружилась. Какой-то извращенец будет злобно скалиться и приговаривать:

«Если девочка сделает это, то человек вернёт её домой»

Страх лавиной начал захлёстывать меня — одна в лесу, неизвестно как в него попав! О, Боже! О, Боже! Госопди!

Дышать становилось все труднее, и я стала прерывисто глотать ртом воздух. В глазах потемнело и я почувствовала, что начинаю терять сознание…

НЕТ!

Ещё чего! Вновь отключиться и очнуться на каком-то заброшенном заводе? Ни за какие булочки!

Нужно бороться и постараться остаться в сознании.

Так, думаем и отвлекаемся — что может быть хуже случившегося? Очнуться на заводе! Или в шахте! Замерзнуть до смерти! Ночью волки покусают за бочок! Отличные перспективы, Лена! Замечательные! Так что ОТСТАВИТЬ ИСТЕРИКУ!

Вдох и выдох. И мы играем в лю… Не то! Я спокойна! Вдох и выдох. Все будет хорошо! Прилетят орлы и спасут меня! Вдох и выдох… Дышать уже легче. Может я вообще в Нарнию попала! Вдох и выдох. Паника потихоньку отступает… Сейчас за мной придет Мистер Тумнус и отведёт к Королю Аслану! Хотя можно и к Белой Колдунье — там рахат-лукумом угощают…

* * *

Но Мистер Тумнус не пришел, а я по прежнему находилась в густой чаще. Объяснить, как я оказалась в лесу, ещё хоть как-то можно, с натяжечкой, с противным скрипом и трудом, приложив немного больной фантазии, но всё же возможно… НО то что он абсолютно красный — нет. И я не преувеличиваю! Нет, я не перепутала с тем лесом, где царствует осень, окрашивая листья в бурый, желтый и багряные оттенки. Сейчас, между прочим, весна, март! Листики у деревьев ещё только в планах и довольно далёких. Я же находилась в какой-то вампирской обители: тут красным, а скорее кровавым было всё, даже кора тусклая бордовая, как запекшаяся кровь, а листва яркая и алая, и под стать им кусты винного цвета.

От такого сочетания дико рябило в глазах, они пекли и слезились, потому последние десять минут я смотрю вниз, на землю. Она была: холодной, влажной, застеленной ковром из засохших листьев, кое-где через него пробивалась багряно-серая трава. В прострации, рефлекторно потрогала её — на ощупь словно бархат, как мое любимое домашнее платье, сшитое бабушкой… Сорвав травинку, поднесла ближе, чтобы рассмотреть: «Реху, подходит только для корма скота» — как молния грянула мысль.

Хм….

ХМ!

Да, удар головы имел место быть! Надеюсь врачи смогут с этим разобраться…

А сейчас мне бы выбраться! Ну или постараться не зайти ещё глубже… Что там говорили в книжках по ОБЖ? Внимание на детали? Мох там разный, север юг!

Но… Но я же беспросветная тупица и легче сказать, чем сделать!

Я, конечно, старалась изо всех сил высмотреть какие-то особенности, странности, необычности, хоть что-то, чтобы сориентироваться, но все смешалось в единое пятно уже известного цвета.

Я видела только красные деревья, бардовые кусты, опавшие листья. Мха не видно. Опять деревья. Кусок тропинки…

Стоп. Тропинка?

Я счастлива! Спасибо всем Богам, потому что это просто удача, как я смогла её увидеть из-под засохшей листвы. Возможно, если я пойду по ней, то выйду из этого кровавого ада? Я буду, как Элли из Канзаса.

Главное, чтобы она не вела вглубь или таким же «жильцам» как в «Поворот не туда». В эту секунду, когда я вставала, что-то громко хрустнуло под ногами. Я вскрикнула и почти «отдала душу Богу». Медленно осев обратно на землю, увидела, что это была всего лишь ветка.

Ещё бы умерь от страха по пути…

* * *

Меня продолжало знобить, как будто на смену тёплой ранней весне резко наступила холодная осень. Хотелось надеть шапку и закутаться в толстый шарф, которые были в сумке, а её судя по всему, украли. Я очень надеюсь, что когда я выберусь из это чащи, то мне станет лучше. Мысли о том, что это посттравматический шок — не хотелось…

Шла я, наверное, вечность — ноги уже отваливались. Может, все же тропинка вела вглубь? Вообще, изначально я принялась считать минуты, вот, к примеру, если через час не появляются признаки «покидания» леса, то разворачиваюсь в обратную сторону. И это должно было меня отвлекать — в реальности лишь угнетало. В голову лезли нехорошие мысли, которые норовили вызвать новый приступ паники. Но я держалась.

На 29 минуте психанув, потопам ногами, чертыхаясь и немного всплакнув, я решила отдаться на волю судьбе.

Потом попыталась найти в этом в лесу хоть, что-то не красное. Но за весь мой путь растения варьировались лишь в палитре от ярко-пурпурного до блёклого охристого. Ещё я не встретила ни одного животного или птицы. Лес как будто застыл в своей непроницаемой, давящей тишине. Вся эта атмосфера неимоверно угнетала.

Но самое ненормальное — я знала как называется каждое растение и что с ним делать: высушить и заварить или растолочь и намазать. В реальности же, дай Боже, йод от зеленки отличить. Меня никогда не подпускали к аптечке, а сейчас почти Эйнштейн в области трав.

Вот, например, чаще всего мне попадались так называемые Веринены. Вечнозелёные, ой, вечно красные деревья, которые плодоносят раз в 5 лет. Они чем-то напоминали клён. Но откуда мне знать, что из их засушенных листьев получается хороший успокаивающий чай, а из ягод анальгетик? О, да, теперь знаю, что такое анальгетик! Я теперь — ключ к тайнам Вселенной! Не перепоступить ли мне в медицинский…

Как я раньше упоминала, не исключаю, что хорошенько приложилась котелком, но до селе молчавшая интуиция шептала: «Всё не так просто, Лена! Твоя милая задница ещё испытает приключения!», а она меня, увы, никогда не подводила.

Спустя чуть больше вечности, мне уже казалось, что в глаза насыпали стекло — моргать было похоже на пытку. Поэтому я просто шла, уставившись вниз, от блёклой травы не так больно.

Ой, а вот этот жёлтый приятный, такой славный, располагающий цвет. Ненавязчивый…

Стоп. Я резко вздёрнула голову и огляделась. Кто вышел из леса и не заметила яркое, кричащее огромное поле? Я! Золотая бесконечная нива, которая вмиг меня отогрела и успокоила. Наконец, покинула этот багровый ужас! Даже оборачиваться не буду…

Ладно, я обернулась и вздрогнула. Вид был в одно время прекрасным, в тот же момент холодящим душу — лес, словно пытался поглотить поле, сжирая его края. Это был довольно неожиданный контраст, так что я в растерянности остановилась и немножко засмотрелась.

Затем я посмотрела в высь и меня очаровала прекрасная синева неба, без единого облачка! Она струилась покоем и умиротворённостью. Я запомню её на всю жизнь, как и запомню, что этот сине-жёлтый пейзаж, волшебным образом подарил мне спокойствие. Хотелось просто упасть в эту желтизну и мечтать под этим синим маревом. Но чувствовала, что если лягу, то уже не встану.

Полюбовавшись этой природной живописью несколько мгновений — я двинулась дальше.

* * *

Грезя поскорее выйти на людей и дозвониться до родителей, я дала себе обещание, что только после этого смогу расслабиться и порыдать от души. Буду выть, хныкать, кусать подушку, а потом с горя оббьемся чего пожирнее и покалорийнее. Мечты — мечты…

Вообще очень хотелось есть, и ещё больше пить, и по возможности охлаждающий компрессик для ног. Не знаю, как я все ещё способна ходить, но в курсе, что припарка из Ведьминого глаза (цветок такой, ага) и ромашки отлично снимает усталость. Расступитесь! Великий знахарь Елена идёт! Но, почти уверена, что это уже солнышко напекло…

Также меня беспокоило, что я не смогу выбраться до сумерек. Не думаю, что ночёвка в поле пойдёт на пользу. И если тут водится что-то пугающее? Плотоядные полёвки, например, которые откусят мне пятки? Если серьёзно, то в лесу можно встретить разных животных: от бобров до медведей. И все они опасны.

Бедная я, бедная.

Вдалеке, в небо устремился дым. Костер? Там должны быть люди! Всё равно! Я порадуюсь даже следам!

Никогда не думала, что буду так торжествовать при виде дыма, ведь я вся такая защитница природы: мех не ношу, мясо не ем, машины зло — «ходите ногами»! Даже совсем немного неудобно за себя. И это моё спасение! Так что моя радость, останется сугубо между нами: мной и полем.

Во мне открылось второе дыхание, и я заспешила в сторону моего предполагаемого «искупителя». Господи, пусть там будут люди! Пусть это не будет всего лишь старым костром! От нетерпения я сорвалась на бег. Я бежала на остатках от своих сил — если не потороплюсь, то упущу свой шанс…

Я была почти у цели, сразу за этим поворотом должен быть очаг!

Да! Да! ДА!

Я бы кричала от радости, но задыхалась от бега — дым шёл не от старого костра, а от самого настоящего дома и дальше ещё дома! Мне повезло выйти на деревню! Я уже не бежала, а летела на крылья радости и уже представляла, как звоню родителям и возвращаюсь домой. Ну, так мне казалось, а на самом деле спотыкалась об каждую неровность. Вот впереди уже видно детей: мальчик и девочку. Они, по-моему, занимались сбором сена, но заметив меня — оцепенели. Я же замедлилась: перешла из бега на шаг, прилив сил отступал и ноги казались каменными.

Чем ближе я приближалась к детям, тем сильнее у меня закрадывались сомнения — а дети ли это вообще? В двенадцать лет же борода не растёт, да? Остановившись в паре метров я смогла разглядеть их: передо мной стояли невысокие женщина и мужчина. Они были на две головы ниже меня, а я, конечно, выше среднего со своими 170 сантиметрами, но и не великан. Да и в целом они производили странное впечатление — начина с одежды и заканчивая внешность, не говоря уже о росте. Одежда хоть выглядела довольно простой, я бы сказала рабочей, но материал был дивным и незнакомым…

На женщине было надето прямое платье с рукавами из ткани похожей на джинсовую, несовременная синтетика, а тугой и грубый деним, который отражал солнечные лучи. Сама обладательница платья была довольно хороша собой: светлые волосы струятся по плечам словно шёлк, овальное лицо, румяные щёки, большие карие глаза и пухлые губы придававшие её внешности некую наивность — скорее девушка, а не женщина. На её спутнике были надеты штаны из того же «джинсового» материла, и простая широкая рубаха на шнуровке у горла. Рубашка, даже на вид была нежной и приятной, словно из облака, колыхалась даже от лёгкого ветра. И он тоже был очень привлекательным: шатен с голубыми или серыми глазами и лёгкой щетиной…

Конечно, бестактно их так разглядывать, но и они с таким же не передаваемым удивлением осматривают меня, даже как-то насторожено. Казалось я их шокировала не меньше — женщина даже отступила на шаг за мужчину, а он покрепче сжал вилы. Отлично, как не сожрут, так заколют! Понимаю, что возможно, и выскочила «как из леса», кстати, в буквальном смысле, и я немного потрепана…

Но вилы — это уже перебор!

Я тут за спасением прибежала, и надо бы о нём попросить, но язык словно присох к небу. И вообще, нехорошо мне стало. Совсем. От бега сердце дребезжало в груди, не то в ушах стучало и дыхание перехватило, а голова начала кружиться. Мой организм исчерпал все свои запасы, которые у него были. Он, должно быть, в шоке сейчас, я в целом никогда не бегала. Был период моего здорового образа жизни и пробежек по утрам, но он быстро закончился — в первый же день. Я тогда ногу сломала. Привет Госпоже Удаче!

Постояв ещё пару секунд, почувствовала, как мои несчастные ноги подкосились, и я медленно опустилась на свежескошенную траву. Задрала голову и снова оглядела парочку и попыталась заговорить:

— Изви..- запнулась из-за сбитого дыхания. От второй попытки меня отвлекла возня у стога травы. (Все равно какой травы, я ничего не знаю!) Напоминало копошение мелкого животного вроде кошки или некрупной собачки. Но, мама родная, это оказалось совсем другим — медленно покачиваясь, вышло нечто, отдалённо напоминающее старика. Очень пугающего и маленького старика. Это существо было не выше полуметра с узким тельцем, а его руки и ноги — ещё тоньше, словно сухие веточки. Худощавое лицо украшал нос-крючок и спутанная седая борода. И разодето во все красное, даже маленькая шапка, из-под которой торчали кудрявые рыжие волосы. Желание говорить или взывать о помощи — пропало напрочь. Зато хотелось вернуться обратно в такой уютный красный лес — «Что имеем, не храним, а потерявши плачем».

Не заметив меня, «старик» прошёл в сторону парочки, но увидев их замешательство — остановился, поразмыслив пару секунд, неспешно развернулся всем телом ко мне. На секунду мне показалось, что я забыла, как дышать, но боль в области лёгких напомнила. Спасибо.

Маленький пугающий «старичок» задумчиво уставился на меня. Его глубоко посаженные, зоркие чёрные пуговки-глаза, как рентген прошлись по мне. Особенно долго он рассматривал одежду. Потом он сделал шаг в мою сторону, я же сразу попыталась отползти. Заметив, это он остановился и прищурившись, ещё раз прошелся по мне взглядом, после развернулся к мужчине.

— Господин, похоже, это упавшая. — обратилось он к нему низким и грубым голосом, указывая на меня прутиком — пальцем. Перед глазами потемнело и я потеряла сознание. Все же белки еще куда ни шло…

* * *

Сначала я утешалась заблуждениями и наивными предположениями, что это осознанное сновидение, творение моей фантазии, воля воображения.

Думала, что если не открывать глаза, можно заставить себя поверить в то, что я нахожусь в своей квартире, лежу под тепленьком одеялом. Вот-вот зазвонит будильник, который я переставлю на 15 минут позже, а проснусь на все 45, буду спешить, ругаться и опаздывать. Всё будет валиться из моих рук, а мой копчик как всегда отхватит от последней ступеньки.

Я просто перепутала сон и реальность…

Но совсем недавно, по ту сторону двери, раздавались приглушённые незнакомые голоса, а потом было слышно, как захлопнулась дверь. Это и разрушило мои надежды.

Авария, странные лес, мои попытки спастись — всё это правда.

От жалости я позволила себе горько плакать, правда, не навзрыд, а тихонечко в подушку, боясь привлечь к себе внимание. Я боялась будущего, что же последует за случившимся — мне хотелось обманываться подольше. Другая, наверное, на моем месте или продолжала бы рыдать, или бойко пошла, выяснять, что к чему, как те смелые героини фантастических книг. Ну знаете: суперсилы, звезда во лбу, божественное везение… Со всем этим не ко мне.

Сейчас же, лёжа на чужой кровати — я удручённо смотрела в деревянный потолок, мысли отрешённо блуждали где-то далеко. Глаза пекло от слёз, а крепатура отзывалась во всём теле жаром и болью, удивляло, как я все ещё могу чувствовать ноги. Вчера я бежала на пределе своих возможностей — серьёзно боролась за жизнь, а ныне попросту не осмеливалась встать и выйти из комнаты, потому что в голове так и грохотал грубый голос, того существа. Что это было?

К слову, комната, в которой меня уложили, сплошь из дерева — красивая и уютная. Её приятно освещало солнце из маленьких низких окошек, разрисованных красками и украшенными вышитыми занавесками. Подушки и одеяла также были расшиты — синими и жёлтыми нитками, орнамент отдалённо напоминал славянские мотивы. Покои были обставлены с любовью — она ощущалась в деталях: различные славные статуэтки, вазочки, рисунки на стенах. В углу стоял красивый металлический комод и небольшой стол — на нём стеклянный чайник и стакан, а рядом небольшое полотенце. Для меня.

Неожиданно женский голос послышался у моей двери — сейчас она зайдёт! Я, не задумываясь, резко натянула одеяло и отвернулась к стенке, пытаясь притвориться спящей. За это мне стало чуть-чуть стыдно — они же не бросили меня в поле и не закололи вилами — я должна быть благодарной, а не притворяться, что сплю. Похоже, они хорошие люди… И думаю, что они женаты и точно не брат с сестрой — говорили как-то по-супружески. Не знаю, как объяснить.

— Упавшая, все не просыпается, хозяйка? — За дверью, очень близко к ней, прогремел голос того существа, теперь, когда я не задыхалась от бега и соображала лучше — он не был таким уж страшным. Старичок коротышка, которого за бороду можно приподнять. Больше напрягал контраст между голосом и тельцем. — Видать, головой сильно пришиблась.

Пришиблась я ого-го как, и не только головой.

— Знахарь сказал, что она здорова. Переутомилась. — Отвечала женщина звонко, но слегка укоризненно. — А ты иди и не появляйся пока. Боюсь, напугаешь её.

Ответом было ворчание.

* * *

Лишь с третьей попытки получилось встать, вернее, сползти с кровати — мышцы болели непередаваемо. К столу же передвигалась на четвереньках. Сев подле него и оперившись о комод, немного размяла ноги, но подниматься все равно было тяжко. Увидев воду поближе — поняла насколько хотела пить. Осушила почти весь чайник и мне было всё равно какая она, хоть из лужи. Оставила немного на дне, чтобы умыться и привести себя в порядок.

На столе лежало не примеченное мной до этого зеркало. Я посмотрела на себя и горестно воздохнула — впору зарыдать ещё раз. Если зеркало, как в сказке умело говорить, наш диалог звучал бы таким образом:

«- Свет мой, зеркальце, скажи! Да всю правду доложи: Я ль на свете всех милее, всех румянее и белее?

Молвит зеркальца в ответ:

— Отпусти меня, пожалуйста… Что я тебе сделало?»

И треск стекла за кадром.

Выглядела я отвратительно: красные глаза с синяками под ними, размазанная косметика, бледные губы и белесая кожа. Не знаю, каким образом сошёл мой персиковый загар… Скорее всего от стресса.

На голове царил нечесаный беспорядок.

— Мной бы детей пугать. — Вздохнув сообщила я отражению.

Намочив полотенце, я хоть немного попыталась привести себя в приличный вид. Стёрла размазанную тушь, блеск и грязь которая, была на шее и щеках. Теперь я понимаю удивления тех людей — прибежало невесть что, невесть откуда. Я бы тоже за вилы схватилась.

И конечно же, перед дверью я немного помялась: «Не стоит чего-то бояться, они даже вызвали для меня врача! И стоит уже выйти и хотя бы поблагодарить, а ещё узнать, где я и как связаться с родителями» — это я себя мысленно убеждала в который раз, прежде чем взять себя в руки — выйти.

В нос сразу ударил сильный запах пряной и очень вкусной еды — желудок отозвался болезненным спазмом. А оказалась я в гостиной — кухне, тут был весь набор: большой стол, накрытый красивой скатертью, стулья, а на них милые подушечки и самая настоящая печь, как в деревнях. Все было также любовно украшено, но наиболее примечательным оставались развешенные повсюду травы и вяленая еда. На печи весела связка чеснока, вяленое мясо, сушёная рыба и грибы, а над столом привязь приправ, я могла назвать их все и была уверена, что та длинная ветка для соленья, а тот пушистый цветок отлично подходит для супов, а чёрный стручок для каш. Хоть заявку на МастерШеф подавай.

У печи ко мне в пол-оборота стояла уже знакомая невысокая блондинка и напевая себе песенку, месила тесто.

— Извините… — Я попыталась тихо привлечь внимание, но она все равно испугалась — рывком крутанулась и шокировано уставилась на меня. Пришлось виновато добавить: — Не хотела вас напугать.

Она, не сводя с меня взгляда, кивнула и улыбнулась одними уголками губ. В комнате образовалась гнетущая тишина, я почувствовала себя ужасно смущённо. О чём вообще говорить? Здравствуйте, а что это было за чудо-юдо? И, кстати, спасибо, что не закололи и не спрятали в сене! Можно мне позвонить в 102?

Запинаясь и неловко переминая с ноги на ногу, я сказала:

— Извините, вчера как-то так получилось… — Дико? До безобразия странно? — Спасибо за помощь…

— Ой, да не за что! — Неожиданно простодушно ответил мне звучный голос. — Да, ты не стой, а присаживайся! Сейчас я тебя покормлю.

Я оторопело посмотрела на женщину и как-то совсем растерялась от такого радушия…

— Да садись ты! Садись! — Застывшую меня авторитетно усадили за стол. — Меня, кстати, Труда зовут.

— Елена. Приятно познакомиться. — На автомате ответила я, всё ещё ошарашенная. Нет, хорошо, что женщина такая дружелюбная…

— И мне!

Я натянуто улыбнулась ей и спросила: «могу от Вас позвонить?».

Женщина как-то неловко перевела взгляд вверх и вопросительно подняла бровь. Не расслышала?

— Эм, позвонить родителям…Телефон у вас есть?

И тут она радостно хлопнула в ладоши и развернулась к печке, бодро бросив.

— А-а-а-а, телефон! А у нас его нет.

Я понимаю — глубинка, все дела… НО НЕ НАСТОЛЬКО ЖЕ?!

— Может, у соседей есть? Или районном центре?

— Да, вроде, был! Ты лучше выпей это! — Блондинка поставила передо мной большую чашку непонятного напитка.

— Да, конечно… А это…

— Это чай! — Поспешно пояснила женщина.

— Спасибо. — Больше на компот похоже, даже кусочки фруктов плавают. — А когда я смогу…

— Выпей чай, он вкусный. — Настойчиво и требовательно ещё раз «предложили» мне. Но заметив моё удивление, женщина мило добавила: — Для тебя варился…

Ну как-то совсем неудобно теперь… Слегка улыбнувшись ей, я отпила глоток. Чай обжигал горло, а его послевкусие сильно отдавало травами. Я не любитель подобных напитков, но этот мне даже понравился, и я отпила пару глотков. Труда, же облегчённо вздохнула и улыбнулась мне ласково, но с каким-то сочувствием и снова засуетилась по кухне.

— Вкусный, да? — Я утвердительно махнула, но она стояла спиной, и пришлось повторить:

— Очень вкусный, хотя я не люблю их.

— Это семейный рецепт! — Гордо похвасталась женщина. — Вся деревня спрашивает, а я ни-ни, храню как зеницу ока!

— Да. А насчёт телефона?

— Да — да. Есть у соседей, но они не дома. — Отмахнулась Труда.

— А когда будут? — Ну мне серьёзно нужно позвонить, мама уже, наверное, поседела. По телевиденью во всю передают: пропала красивая шатенка, рост метр семьдесят, серые глаза. Ладно-ладно… Льщу себе… Но! В местных интернетах точно ищут — Мика уж точно накалякала какой-то сопливый пост о любимой пропавшей подруге.

— Вечерком! Ты чай пей. — Весело, но настойчиво, вырвали меня из раздумий. Она что одержима им?! Он конечно, диво как вкусен и расслабляет отлично… А если там наркотики?! Да ну, не может быть.

— А как ты здесь оказалась? Заплутала? — Труда, как будто пыталась меня отвлечь от раздумий. Спасибо ей за это, но я не могу сосредоточиться и понять, что делать дальше.

— Да, нет. Я просто очнулась в лесу.

— В лесу? — переспросила женщина, расставляя передо мной еду. Надеюсь, она не будет насильничать меня как с чаем…

— Да, в том красном. — Блондинка удивлённо вскинула брови. — Потом я бежала через поле и нашла вас.

— Ого, сколько приключений за день.

Я сомневалась продолжать или нет, но слова слетели с моих губ:

— И тот страшненький старик напугал меня и темнота.

— Это был вигт. Ты его не бойся. — Растерянно пробормотала блондинка, присаживаясь напротив меня. — Мы тебя с вумортом спутали.

— Кто? С кем?

— Ой, об этом потом. — Отмахнулись от меня слегка грубо. Ну, потом, так потом… Буду письма писать из дома: «Дорогая Труда! Помните как не закололи меня вилами?».

— А можно мне, пожалуйста, ещё чая? — Не ожидала от себя такого, но этого «зелья» хотелось всё больше с каждым глотком. И успокаивал он просто на ура, возможно, там травки какие умиротворяющие…

— Конечно, но ты сначала поешь. — Ответили мне с не очень искренней улыбкой.

Труда — вроде милая женщина, но вот странно — она красивая и очень молодо выглядит: ни морщинок, ни складок, только гладкая загорелая кожа, да губы пухлые как персики и ощущения от неё совсем другие, как от женщины с большим жизненным опытом. Вот только с ростом ей не повезло…

* * *

За час Труда смогла, обсудила всех своих соседок, умудряясь каждую упомянуть недобрым словом, рассказать, как сделать кашу вкуснее, суп наваристее и какие соленья лучше к зиме заготовить.

Было как-то легко и хорошо, что я забыла, в какой ситуации оказалась, и всё стало восприниматься как данность.

Я серьёзно подсела на этот совершенный чай. Выпила уже две кружки, вот сейчас допиваю третью и самое интересное с каждой чашкой мне все легче и легче.

Мы сидели вместе с женщиной за столом, и после того как все блюда были в печи, она объясняла мне, как вышивать орнамент, который на занавесках вышит. Исколов пальцы, я все равно, упорно продолжала повторять за Трудой, а она лишь добродушно посмеивалась:

— К замужеству получится.

— Не думаю… — С сомнением ответила я, смотря на свои уродства, а не орнаменты.

— Моя дочка тоже не умела поначалу.

— А у вас дочка есть? — Так и знала, что она старше, чем выглядит! Как у неё получилось так сохраниться?

— Да, Хюва. Как 20 годков стукнуло — вышила приданое и выскочила замуж за влиятельного городского парня. — Да, она явно старше, чем я думала.

— Давно выскочила?

— Да с десять лет назад. — Наааамного старше. — А тебе сколько?

— Двадцать.

— Ах, самый прекрасный возраст для замужества.

— Да, рановато как-то.

В ответ Труда умильно взглянула на меня:

— Как встретишь достойного, так сразу не рано станет.

— Не буду отрицать. — Смиренно ответила я, но женщина как-то посерьёзнела и отложила вышивку и посмотрела на меня внимательно и задумчиво, как будто подбирала слова:

— Ты знаешь, где ты?

Что за странный вопрос?

— В Вашей деревне.

— Я про другое: что это за мир?

— В смысле мир? Обыкновенный человеческий мир. — Труда ничего не ответила. Она поджала губы. А я продолжала пить чай и непонимающе смотреть на неё… Спокойная, как бревно.

— Ты в Валараме. А точнее, Лесная Долина, деревня Красный Лист. — Что за Валарам еще такой? Название деревни? — Это не твой мир.

— Не мой мир?

— Да, не твой. — И озвучено это было, как факт. Странный лес, вигт, слишком хорошо сохранившееся Труда: все встало на свои места, и я поверила, так легко и просто, даже сомнений не закралось, собственно как и эмоций. А Труда, словно прочитав мои мысли, пояснила:

— Это из-за чая. Это специальный отвар из унелмы и тотууса.

— Притупляет негативные эмоции и помогает трезво мыслить. — Выдала я на автомате, совершенно не удивляясь своим познаниям. И да, меня опоили. Тоже без удивления… АГА! Меня таки опоили!

— Так вот что ты получила взамен! Неплохо! — удивлённо и одобрительно сказала Труда. Меня похвалили, но я не поняла за что.

— Взамен?

— Это тебе лучше объяснит мой муж. Он будет вечером. А сейчас смотри — это стежок делается так…

Ох, у меня как раз он не получается! Нужно следить внимательно.

* * *

Подведём итоги: я в другом мире, напоенная наркотическим травяным чаем, сижу и вышиваю.

За-ме-ча-тель-но!

Истерики не было, соображала я идеально! А заявление «не твой мир», вызвало лишь: «А ну да, логично». Что к черту логично, пока не решила. И не будем забывать про этот нарко-чай и суперспособность «Лена повелитель ботаники».

Говорила мне мама, что моё увлечение фэнтези до добра не доведёт: «Дочка, ты лучше читай о чем-то реальном, ЖИЗНЕННОМ, а не о своих единорогах и принца». Ах, мама, как бы я хотела повернуть время вспять и смотреть с тобой сериалы и читать «жизненные романы». Может быть, и очутилась в какой-то более адекватной ситуации. Не обязательно главной героиней, можно мимо проходящим статистом или городской злодейкой, которая говорит, что у красавицы-умницы-на-все-руки-мастера и просто отличной девушки Любавы, ничего не выйдет с моим Городским Прын́цем.

Смирится и принять то, что я «попаданка» — можно, конечно, с горестью и печалью. Но, как-то обидно, что всё не по плану пошло. Во-первых, почему я стала бледной как поганка? Где моя новая «горячая и выпуклая» внешность?! Или хотя бы пусть вернётся мой загар, с трудом заработанный на речке.

Во-вторых, суперсилы и артефакты? Что я буду делать в новом мире без них? Спасибо конечно за залитую в мою голову книгу «Будьте с травами на ТЫ», но всё что мне светит с этим — это стать наркоторговцем. Замечательно, если здесь это легально, а если нет? Прямо таки: от сумы да от тюрьмы не зарекайся.

В-третьих, где мой верный и обворожительный спутник? Друг хороший? Эльф прекрасный? Того вигта, как его назвала Труда, она может оставить себе!

Кстати, вернёмся к ней! Она гном! Обалденно красивый гном! «Ой, да я не самая симпатичная. Есть намного красивее…» — сказала она мне. Вы это понимаете? Не бороды тебе, не пещер или еще чего. А деревня гномов-красавцев, притом, что я выше их всех на голову. Толи ли рай, толи ад.

Меня просветили, что из-за чая я не могу испытывать негативные эмоции, а позитивные очень блёкло. Это что-то вроде местного антидепрессанта с временным эффектом: пока пью — всё радужно и понятно, но перестав — начнётся самая настоящая истерика с завываниями и слезами.

— Так что ты лучше пей его пока постоянно, — советует мне Труда, — С тобой я поделюсь рецептом.

— Почему? Это же секретный рецепт.

— Ну ты моя первая упавшая — почти как семья. — Подмигивает она.

— «Упавшая»-это термин какой?

— Ну да. Я не хотела говорить, пока трава своё не возьмёт.

— Можно сказать, опоили меня. — Ехидно уточнила я.

— Если бы не опоила — ещё долго сопли на кулак наматывала. — И женщина в комичной манере начала изображать истерику: — Ой отпустите! Нет вы мне врёте! Где я!? Что я!?

Она так убедительно размахивала руками и кривила лицо, что я не удержалась и рассмеялась.

— Хорошо — хорошо. Убедили! — Труда прекратила кривляться и продолжила показывать мне стежки. — И много нас таких «упавших»?

— Вообще да, вы тут частое явление. Но в нашей деревне — ты первая.

— Какова честь.

— Не ёрничай, а лучше внимательнее за вышивкой следи. — Блондинка показывает мне место, где я снова ошиблась. Блин, не там нитку пустила. — Так вот, у нас даже законы есть насчет вас.

Я удивлённо вскинула брови, не отвлекаясь от дела.

— Ага, вас и ваших спутников везде пропускают и положена некоторая выплата — толи 30 золотых.

— Главное не сребреников.

— О, а ты в наших монетах разбираешься? — посмотрев на меня, интересуется Труда. — У нас ещё и медяки есть.

— Нет, просто у нас когда-то тоже подобные день.. монеты были. — Поясняю я. — А у вас 30 золотых это много?

— Ну смотри если средняя плата за месячную работу — 10 золотых.

— Тогда, получается это деньги на адаптацию в 3 месяца?

— Да, пока вы не найдёте работу.

— И как её найти? — я отложила вышивку, потому что это уже было важно. Это касалось выживания.

— Понимаешь, когда вы…Падаете… — Звучит нелепо. По снисходительной улыбке Труды понятно, что она согласна со мной. — Вы всегда освящаетесь Даром взамен прежней жизни. Вот ты премудра в травах.

— Ох, лучше бы красоту… — недовольно вздыхаю я.

— Это ты зря. Ты румяна и мила. А была бы ещё краше — закончила блудницей или чей наложницей. — укоряет меня Труда. — А травы это отлично. Если голова на месте, да руки умелые — то на этом далеко уехать. От травницы до знахаря.

— Что-то вроде врача?

— Нет, лекарь — это лекарь. Они в травах редко разбираются. Им бы резать и зашивать.

— Почти как у нас. — отмечаю я.

— Я больше знахарям доверяю, но их редко где найдёшь, да и дорого берут.

— А тут только гномы обитают? — Я продолжила засыпать блондинку вопросами.

— Нас много: гномы, люди, альты. Ладно. — Труда откладывает вышивку и встаёт. — Остальное расскажу позже. Нужно на стол накрыть. Муж скоро будет.

* * *

Он пришёл, едва в печи дошло последнее блюдо. Окинул довольным взглядом еду и хмурым меня. В восторг я его не привела.

— Халвен. Хозяин дома. — Сухо представился сероглазый и сел за стол.

— Лена. — Ответила я в спину.

Труда, же засияла и что-то весело щебеча, принялась обхаживать мужа со всех сторон. Противоположности притягиваются, да? В отличие от мягкости и миловидности блондинки, он был полон угрюмости и жёсткости, но все же оставался привлекательным.

— И ты садись! — женщина авторитарно усадила меня напротив и начала что-то мне накладывать в тарелку.

Мужчина же равнодушно ел, игнорируя даже жену, которая весело рассказывала, опять, про каких-то соседок. За всю трапезу он лишь однажды посмотрел на меня серыми глазами. Про такие говорят, что они изо льда или стали.

Ещё сегодняшним утром в такой ситуации мне бы кусок в горло не лез, а сейчас я спокойно уплетала за обе щёки, успевая обсуждать «волочайку Ситу и её любовников».

— Я закончил. — Опустив ложку холодно сообщил Халвен. Звучало это в контексте «Я всё и вы все тоже всё».

— Да-да, милый. — закивала блондинка в ответ и начала бодро убирать со стола.

— Давайте я помогу! — подорвалось было я.

— Нет, ты сиди. — мужчина пристально глядел на меня. — Знаешь, кто такие упавшие?

Он говорил, словно милостыню бросал и вот-вот протянет перстень для поцелуя.

— В общих чертах — да. — Буд-то перед экзаменатором сижу. Бррр.

— А законы о них знаешь?

— Нет.

Мне так и хотелось огрызнуться и сказать что-то вроде: «Мужчина, я тут новенька! Только вчера «упала»!». Но благоразумно смолчала.

Хмыкнув, он удобнее устроился на стуле. Но я не была напряжена от его грозности: он хотел показать себя хозяином — пусть показывает. Я поняла, что последнее слово всегда остаётся за Трудой. Она была из тех хитрых женщин, которые умели правильно управлять мужчиной — незаметно. Вывернет все так, будто это не она решила, а он, как истинный владетель. И даже сомнение не затеплится, ведь — Хозяин! Глава! Мужчина!

К примеру, когда он со всей своей мужественность в метр пятьдесят грозно уселся трапезничать — вот тогда всё стало и ясно. Он потянется за одним и Труда тут же ласково: «Нет, милый начни с горяченького», а он и слова не скажет — начинает с горячего. Тянется за другим — «Дорогой, только не налегай на вредное» и он руку отнимает.

— Вы упавшие сейчас не редкость. — важно продолжил Халвен. — Разные вы бывали от совсем обычных до вычурных и скользких как змеи. За последнюю зиму с сотню вас навалило и это только в нашей Лесной Долине.

— Лесной Долине? — перебила я, Труда раньше об этом упоминала.

— Наш край так зовётся, — меня окинули недовольным взглядом. — Эту мелочь тебе расскажет вигт, а ты слушай и не перебивай.

Я почти закатила глаза от его важности. К горлу подкатывало дикое раздражение. Нужно ещё выпить настойки.

— Мы народ не жестокий и сложили законы для вас. Вам полагается плата.

— 30 золотых — вклинилась в разговор женщина. Сладко улыбнувшись мужу, поставила перед ним бублики и мёд. Он удовлетворенно кивнул.

— Да, 30 золотых. Это доволе много. — Мужчина даже бублик макал в мёд так, как будто это задание вселенского масштаба. От него стало тошно. — На границах вам нет препятствий, коли грамота есть.

Он остановился и прищурился, ожидая, перебью его или нет. Я решила промолчать. И это, наверное, до того подчеркну