Следующие несколько дней прошли в деловой суете. Как оказалось, для получения субсидий на поездку необходимо заполнить кучу документов и различных анкет; приходилось ещё готовиться к экзамену и дорабатывать своё резюме. Основные хитрости его составления подсказали книга и друзья. Оказалось, для тех, кто заканчивает университет, важна каждая мелочь. Например, аккуратно ли заполнен бланк. Все хором советовали Дане отметить, что она является членом клуба спасателей, ведь это общественно полезная деятельность и может принести дополнительные бонусы.

Сложнее всего было описать свой характер, указать на какой-то недостаток, который мог бы помочь в работе. Например, написать «я максималистка» и тут же приписать: «поэтому все дела привыкла доводить до конца»; или «у меня лёгкий характер (легкомысленная, значит)» и добавить «поэтому легко перестраиваюсь и не тащу за собой груз неудач». Главное, как говорили все вокруг, – оформление. Необходимо показать умение оформлять любой документ по заданным канонам и форме.

Девяносто процентов ценности резюме, как оказалось, кроется в названии твоего университета: в Японии университеты отстаивают своё имя и репутацию, следят за уровнем образования и социального статуса студентов, публикуют списки компаний, в которых их выпускники занимают руководящие должности. В случае же, если руководство компании не справляется с управлением, то по телевидению и в газетах непременно укажут, выпускником какого университета был неудачливый менеджер. Это бросает тень на учебное заведение, плохо влияет на трудоустройство будущих выпускников и, соответственно, на количество абитуриентов.

Впрочем, Дана не собиралась устраиваться на работу в Японии, ей просто нужно было съездить в Токио и поговорить с профессором Като из Университета искусств. Тем не менее, покупкой делового костюма для поездки пришлось озаботиться. На собеседования или экзамены нельзя приходить в светлой кофточке и тёмной юбочке, и уж тем более в платье. Чисто теоретически, может, и можно, но на практике таких камикадзе нет. В любом мало-мальски крупном универмаге существует отдел костюмов для устройства на работу… Интересно, что они пошиты так, чтобы человек с любой фигурой смотрелся бы в нём как-то неуклюже: если пиджак хорош в плечах, значит, внизу будет мешковат, и наоборот. Дело именно в специальном крое, создающем некую неказистость.

Такого себе, любимой, Дана позволить не могла. Конечно, обращаться с таким делом к профессору Токунага было бы верхом наглости, поэтому пришлось просить Вику и, как всегда, не зря. Выяснилось, что в огромном молле в соседнем городке продают со скидкой костюмы от дизайнеров с мировыми именами. Выйдет это, конечно, немного дороже, чем просто костюм для интервью, но его можно будет носить и после устройства на работу.

Выбор пал на тёмно-зелёный твидовый костюм с юбкой от «Манго», он хорошо сочетался с Даниными тёмно-рыжими волосами и сидел идеально. Получилось дороговато, и пришлось занять денег у Вики, но Дана была уверена, что костюм пригодится ей и потом, когда она будет искать работу уже в Москве.

И вот наступил четверг. Экзамен в большой корпорации начинался в десять тридцать. Было решено ехать на «синкансэне», скоростной электричке (стоит дороговато, но довозит до Токио за час с небольшим). Дана с Мару встретились на железнодорожной станции возле касс. Дана его даже не узнала. На Мару, который всегда ходил в футболках, потёртых джинсах и не обувал ничего теснее кроссовок, был костюме цвета горького шоколада, рубашке цвета слоновой кости и коричневый, с нежно-оранжевой полоской галстук. Волосы, выгоревшие на солнце до рыжеватого цвета, были затемнены оттеночной пеной. На ногах – дорогие чёрные туфли.

Дана прямо засмотрелась. Хорош!

– Охаё! Привет! Хорошо выглядишь!

– Привет! Я готов разодрать всё на себе, мне тесно и душно. Как люди носят костюмы? – мрачно пробурчал красавец. – Скорее бы всё закончилось.

– Я не думала, что тебе так пойдёт костюм.

– Дядя помог выбрать, он спец по подбору таких вещей, должность обязывает. Ладно, пойдём, а то на синкансэн опоздаем.

Они ехали на экзамены в разные компании и договорились после сдачи пойти вместе на ярмарку вакансий. Просмотрели карты, повторили, кто по какой линии метро поедет, где и когда лучше встретиться.

– Если что, созвонимся, – подытожил разговор Мару и закрыл глаза, будто собираясь уснуть.

– Ты волнуешься?

– Нет, и тебе не советую, пустая трата времени, – отвернулся к окну и задремал.

Дана попыталась расслабиться, но под неё будто иголок насыпали. Она не могла найти себе места, ёрзала, то и дело проверяла, все ли документы взяла, пыталась читать, но строчки прыгали, и от этого начинало тошнить. Мимо в очередной раз проплыла девушка в красивом розовом фартуке, толкая тележку с напитками и закусками и нараспев рассказывая о них. А обессиленная Дана сидела и завидовала счастью этой девушки, ибо она уже нашла работу.

Приятный женский голос сообщил о прибытии на станцию Токио. Мару открыл глаза, потянулся и сказал:

– Приехали.

Поезд плавно причалил к платформе, все стали выходить, в пустой вагон ринулась команда уборщиков. Дана и Мару дошли до ближайшего эскалатора и спустились на станцию метро «Токио». Мимо шустро сновали огромные толпы народа, стало понятно, что надо попадать в ритм и быстро соображать насчёт нужной ветки и направлений движения электричек. До последней секундочки, пока Дана ехала на эскалаторе, сохранялась надежда на то, что она выше всей этой суеты, но с первым шагом на твёрдую землю стало понятно, что муравейник поглотил и её. Спасало то, что большинство разъяснительных надписей висело наверху: смотри, читай и держись выбранного направления. Сейчас впереди шёл Мару, коренной житель Токио, он махнул рукой, указывая на эскалатор, ведущий вверх:

– Тебе туда. Встречаемся в час на станции «Сибуя». Дзя-не, пока! – и он исчез в толпе.

Дана, быстро среагировав на команду, свернула вправо и оказалась на нужном эскалаторе. А в голове стукнуло: «Всё, теперь держись сама за себя». Времени на панику не было, потому что в вагон её затолкнули. Было тесно, но кондиционеры исправно гнали холодный воздух. К концу июля в Токио температура воздуха достигает плюс тридцати градусов, влажность – сорока процентов, а эта линия проходила по наземному маршруту. Дана с интересом смотрела в окно на город, удивительный во всех отношениях: мелькали небоскрёбы, дорожные развязки, деревья в редких сквериках, много людей на улицах – на первый взгляд показался он неуютным. «У нас в городке есть океан и цветы. Тихо и спокойно. А тут дома все серые каменные, всё нагромождено друг на друга. Хорошо, что экзамены эти для отвода глаз. Не хотела бы я жить в Токио».

На её станции выходило много людей, и выбраться из битком набитого вагона не составило труда. Проблемы начались, когда, стоя на платформе, Дана беспомощно озиралась в надежде узнать направление дальнейшего пути. Все, кто приехал, уже ушли. Остались ожидающие следующего поезда. Помощь пришла сама.

– А ю лукинг фор сомесинг? Вы что-то ищите? – произнес кто-то сзади по-английски.

Дана обернулась и увидела пожилого японца в костюме и с портфелем, переминающегося с ноги на ногу и явно нервничающего.

– Да, я ищу южный выход со станции, мне надо найти здание под названием «Минкан Холл». Вы не знаете, где это? – по-английски спросила Дана, так как мужчина обращался к ней именно на нём.

– М-м-м, – протянул мужчина, – йес, йес, да-да. Идти право, туда, туда, – на ломаном английском начал японец. – Выйдешь со станции, направо иди, значит (последнее опять по-японски), ю лук «Минкан Холл», увидишь это здание почти сразу, – фразы на английском уже перемешивались с японскими словами.(последнее опять по-японски).

– Спасибо большое! – низко поклонившись, произнесла Дана.

– Иди, иди, не потеряешься, – улыбнулся мужчина и вытер платком крупные капли пота со лба.

Дана ещё раз поклонилась и пошла, куда указали. «Если ты так боишься иностранцев и так плохо говоришь по-английски, то зачем ко мне подошёл? Что тебя заставило? – она обернулась: он стоял на платформе с высоко поднятой головой и улыбался. – Может, недавно ходит на курсы английского, вот и практикуется по совету учительницы. Или, может быть, он недавно приехал из-за границы, где ему тоже помог какой-нибудь человек, говорящий на ломанном японском? Ишь, как доволен собой».

Перед выходом в город Дана решила ещё раз убедиться в верности направления и обратилась к кондуктору, проверяющему билеты на выходе. Помня не слишком приветливых смотрительниц эскалаторов в московском метро, она сомневалась, что японец ей поможет. Однако, к ее неописуемому удивлению, кондуктор вынул из кармана карту и повернул её к пассажирке.

– Вот, вы сейчас здесь, а «Минкан Холл» – вот здесь. Как выйдете направо, потом прямо около ста метров и с левой стороны увидите «Минкан Холл». Там только перейти через дорогу надо. А вы на экзамен? – вежливо произнёс кондуктор.

– Да, на экзамен, – поражённая всем увиденным и услышанным, почти прошептала Дана.

– По дороге к «Холлу» стоят молодые люди с табличками, ориентируйтесь на них. Ок? – последнее «Ок» кондуктор произнёс явно для того, чтобы проверить поняла ли его иностранка.

– Ок! Аригато годзаимасита! Спасибо большое! – произнесла Дана и вышла со станции.

Выйдя со станции и перейдя через дорогу, она действительно увидела молодого человека, стоявшего в деловом костюме на солнцепёке с табличкой «Минкан Холл» и стрелочкой в нужном направлении. Дана заметила несколько человек в костюмах для устройства на работу, они шли как раз по этим стрелочкам. «Надо же, оказывается, кто-то покупает эти неказистые костюмы и даже надевает их», – усмехнулась она про себя. Продвигаясь по табличкам, Дана увидела большое здание, напоминающее дворец культуры в областном центре.