Как хорошо дома! Да отряд, стал моим домом! Моей семьёй, где меня все ждут и всегда рады. Появившись в отряде, мы произвели полный фурор. Вокруг нас, только хоровод не водили. Собрав всех, уточнил наши новые задачи и цели. Решил я ни много ни мало, а сделать партизанский край, без немцев. Пусть небольшой, но свой.

Оружия у меня хватит на две дивизии, вот и создадим партизанские дивизии. Одну дивизию оставлю себе, а вторая пусть воюет под командованием, большого начальника, из освобождённого лагеря, для военнопленных. Пусть, как в моём мире товарищ Ковпак, по немецким тылам гуляют. Мне же нужно, обратить на себя внимание, лично товарища Сталина, а сделать это можно, только громкими победами и реальной помощью фронту. Решено, создаём партизанские дивизии и в нужный момент ударим фрицам, в самое больное место. Искать нас здесь, они замучаются. Местность тут у нас подходящая, болота и лес. Бомбить устанут, да и танки по болоту не умеют ездить, немецкие танки не умеют, зато наши будут летать, куда надо. Это я умею.

Яна с Машей сдружились, что стало для меня, полным сюрпризом. Никогда не мог понять женщин, даже и пытаться не буду. Теперь они, неразлучные подруги. Кузьму Фёдоровича и всех остальных девчат и ребят и их семьи перевезли в отряд. Шибко немцы стали злобствовать, после уничтоженного аэродрома и захвата генерала. В авиагруппе теперь, полно народу, Кузьма Фёдорович, нашёл 21 раненого бойца. Всех, перевезли сюда. Здесь у нас теперь и основной госпиталь, Елизавета Еремеевна, там начальником. С Егором у них всё сложилось, песня сразила сердце девушки, теперь ударными темпами, строим им отдельную землянку. Егора назначил старшим над гарнизоном тайного лагеря, Семён старший над всей авиагруппой, то есть со всем, что касается самолётов и их обслуживания.

Вернулись пограничники и Говоров, с отличными новостями. Всё разведали, по МТС всё просто отлично. Там как раз, подготовили технику, для пополнения подразделений. 10 танков советских, 15 немецких включая самоходки, около тридцати разных пушек и 55 миномётов. Порядка сорока грузовиков наших и 30 немецких, 12 немецких тягачей, 20 наших и много разного оружия. Ремонтом занимаются наши военнопленные, их 37 человек. Охраняют всё это богатство, два взвода немцев и порядка десятка разных мастеров, плюс пять офицеров.

Со складом тоже всё замечательно, лейтенант Сосковец оказался на месте. Привет от меня ему передали и всё про меня рассказали. Андрей согласен возглавить мой штаб и ждёт меня лично, на встречу. С бойцами поделился вооружением, боеприпасами и продуктами.

У него под командованием, почти сотня человек, набежало народу с разбитых частей. Тоже потихоньку партизанят. Главное, у них имеются три мощные рации и два десятка танковых, одну он любезно предоставил нам. Частоты и пароли обговорили, можно выходить на связь. Договорились на 19-30 каждый вечер, ожидание пять минут, чтобы не разрядить аккумуляторы.

В свободное время прыгали к дорогам и отстреливали фашистов. Один раз попали на воздушный бой, прямо над нами. Наши сбили двух немцев, но и сами, все погибли. Только один лётчик успел выпрыгнуть и его не добили немецкие пилоты, он приземлялся прямо на дорогу по которой шли немецкие подразделения. Лётчика немного попинали, а потом, закинув в грузовик, увезли в большое село рядом.

Я решил его освободить и ночью, прокравшись в село узнал у местных ребят, где держат пленных. Снял часового и освободил командиров, но один тугой майор упёрся рогом из-за своих документов, забранных немцами. Послав его подальше, увёл пилота и ещё троих в лес, майора и оставшихся с ним командиров, замели минут через десять. Хотел освободить и красноармейцев в сарае рядом, но этот майор, мать его, всё обломал. А так хотелось себе бойцов в отряд набрать. Но не судьба.

Предложил погранцам, провести пару диверсий, они сразу же согласились. Прыгнули к железной дороге и пустили под откос, состав с танками. Потом к другой железке и там рванули удачно, целых два состава с пехотой и один с техникой. Погранцы меня сразу зауважали и признали своим командиром.

А когда я им парочку приёмов показал и всех по очереди, легко победил в спарринге, мой авторитет достиг звёздных вершин. Ну, а как по-другому? Во мне смешались, все стили и виды единоборств. Мало того, что досталось не хило от Сергея, так и свои знания и умения никуда не делись, да ещё и всё просмотренное и увиденное в той жизни, в голове как на мониторе, в любой момент могу посмотреть.

А там, тысячи гигабайт информации. Все мной просмотренные соревнования по боксу, борьбе, каратэ, дзюдо, самбо, бои без правил. Абсолютно всё, что нам показывали о подготовке спецназа вообще и спецподразделений, вероятного противника. Рукопашный бой, система Кадочникова, а фильмы?

О, мой бог! Мы даже не представляем СКОЛЬКО, всякой информации, в голове человека 21 века!!! Разве мог найтись мне противник, среди обыкновенных советских погранцов, образца 41 года? В глобальных размерах планеты, конечно люди нашлись бы. Да и в Союзе наверняка, пара сотен вышли бы со мной таким, как я сейчас, биться на равных. А вот лет, через пять!!! Очень сомневаюсь! Порву и не замечу.

Спросил старшину, про лагеря для военнопленных, попадались или нет? Старшина почесал макушку и кивнул головой. Был один командир, но уж больно странный, сильно охраняется. И танки и зенитки и охрана, батальон СС. Меня этот момент, очень заинтересовал. Какой интересный лагерь!!! Там скрывается, какая-то ТАЙНА!!! Люблю тайны! Завтра же, туда прыгнем.

Да, очень интересный лагерь. Три ряда колючей проволоки, кругом пулемётные точки, вышки. Через каждые сто метров, танк или броневик. Все в пределах прямой видимости, постоянные обходы каждые пятнадцать минут, с собаками. Все подходы заминированы, мы пока доползли сюда, двадцать штук мин сняли.

А арестанты какие, сплошь полковники и генералы, комдивы и комиссары. А говорили коммунистов и комиссаров, в плен не берут! Ай я яй, редиски! Ух ты! Лейтенанты тоже есть. Одного, я точно вижу. Странно, никого ниже полковника нет и вдруг, целый старший лейтенант.

- Слушай Говоров! Тебе не кажется странным, наличие в таком высоком обществе, старшего лейтенанта? - спросил лежавшего рядом и рассматривающего лагерь в бинокль, старшину.

- Где? - спросил удивлённый старшина.

- На десять часов от меня. Видишь, он с полковником и дивизионным комиссаром разговаривает? - уточнил я.

- Да не понятно, что простой лейтенант здесь делает? - согласился со мной Говоров.

- Знаешь старшина, а мне кажется, я догадываюсь кто это. Сейчас будем брать, со всей честной компанией. Вот и генерал, вовремя подошёл. Да не может быть? Это же, Карбышев! Откуда он, здесь? Вот у меня сегодня везуха, старшина это же такой матёрый человечище, да он... Да мы, с ним... Да я тут весь лагерь, по кусочку разнесу, но его вытащу! Всё, ползи шустро обратно, ждите меня и будем делать ноги! - с этими словами, я прыгнул к лейтенанту.

Яков Джугашвили курил и смотрел за колючую проволоку, в сторону леса. Он в плену. Всё так глупо получилось, ему надо было отступать, но не было приказа. Военные без приказа не отступают, тем более он. Хочет он этого или нет, но он, сын самого Сталина.

Только здесь, в плену он понял, что это значит, какая это ответственность. И пусть, именно на него и была организованна охота, фашисты прекрасно знали, где он и сколько с ним бойцов и вся операция была нацелена только на его задержание. Отцу этого, не объяснишь. В плен попал? Попал. Всё, ты предатель. Какой подарок фашистам, объявить всему миру, что у них в плену, сын Сталина. Какой сюрприз Гитлеру, всё потому, что он не смог застрелится. Просто не смог, струсил. Да! Он, сын Сталина, банально струсил! Подвёл отца и всю страну. Теперь, у него нет ни отца, ни Родины!

Тут его по плечу, кто-то похлопал. Яков развернулся и увидел неразлучную парочку, комиссара Гуляева и полковника Волкова.

- Что Яша, опять грустишь? - улыбнулся ему комиссар - Нам туда, ещё долго не выбраться, если вообще удастся выбраться. Видишь, как нас охраняют? Как падишахов! Только это, ненадолго. Завтра немцы должны снимать кинохронику, а после неё, мы им уже не нужны. Или работай на Великую Германию или к стенке. Только у тебя, есть шанс пожить подольше, не думаю, что тебя вместе с нами расстреляют. Сам понимаешь, может тебя обменяют, на какого важного генерала или опытного разведчика.

- Лучше бы, я застрелился! - простонал Яков.

- Кто знает, что для нас лучше? Может судьба, предоставит тебе шанс, показать всему миру, мужество и стойкость Советского командира и коммуниста. Сына самого, товарища Сталина! Вот, давай спросим Дмитрия Михайловича? - комиссар повернулся, к прихрамывающему генералу и попросил его подойти к ним.

Генерал поздоровался со всеми и вопросительно посмотрел на лейтенанта.

- Загрустили Яков Иосифович? Это бывает. Сколько раз в моей жизни, были безвыходные ситуации, но каждый раз, случалось чудо, и я продолжал жить. Верьте в чудеса, товарищ старший лейтенант, верьте в чудеса! - назидательно подняв палец, закончил генерал Карбышев.

Вдруг, рядом с ними, раздался звонкий юношеский голос:

- Послушайте совета мудрого человека, товарищ старший лейтенант!

Все четверо, удивлённо уставились, на паренька лет 14-15, в командирской гимнастёрке с петлицами младлея и двумя орденами, перетянутой кожаными ремнями с двумя пистолетными кобурами слева и справа, в командирских бриджах и хромовых сапогах. На голове кубанка с красной звездой, как у революционных комиссаров. Весь внешний вид, говорил о необычности молодого человека, было абсолютно не понятно, откуда он здесь взялся, да ещё и с оружием. А паренёк стоит и белозубо улыбается, во все 32 зуба. Лихо отдав честь, представился:

- Командир партизанского отряда специального назначения 'Призрак', младший лейтенант Калинин. Ну что товарищи командиры, будем отсюда эвакуироваться или вы остаётесь? Думайте скорее, пока меня фрицы не заметили, а то начнут стрелять! - с бесшабашной улыбкой отрекомендовался паренёк, видя их сомнения, уточнил - Не думайте как, главное, согласны вы или нет?

- Конечно, мы согласны, товарищ младший лейтенант. Что необходимо делать? - первым очнулся, генерал Карбышев.

- Ничего сложного, просто подойдите ко мне, положите на меня одну руку и закройте глаза. Всё поймёте потом, нет времени на объяснения. Быстрее, меня заметили. Ну же! - закричал я, под раздавшиеся свистки и крики - Алярм.

Генерал шагнул ко мне и положив руку мне на плечо, закрыл глаза, с секундной заминкой, за ним повторили все остальные. Прыжок и мы на полянке. Открываю глаза и кричу:

- Старшина, вы где?

Все арестанты открывают глаза и с недоумением, смотрят по сторонам. Из кустов выбегают мой спецназ пограничников, увидев генерала и других, пытаются отдать честь.

Кричу:

- Отставить бойцы, прыгаем в отряд! Всё потом! Собрались в круг.

Погранцы привычно окружают меня и кладут друг на друга руки, арестанты повторяют за ними.

Командую: - Закрыли глаза! - и прыгаю в отряд.

Не хочу, чтобы их все видели, не понятно как всё дальше кончится.

Из землянок повыбегали девчата и мои бойцы. Объявляю общее построение личного состава.

Все шустро построились и смотрят на нас, ожидающе. Быстренько прохожу вдоль строя, сдувая невидимые пылинки и поправляя ремни. Командую:

- Отряд смирно. Равнение на середину! - строевым шагом подхожу к генералу и остальным командирам, кинув руку к фуражке докладываю:

- Товарищ генерал - лейтенант, находящийся в расположении лагеря, личный состав партизанского отряда специального назначения 'Призрак' построен. Командир отряда, младший лейтенант Калинин! - доложил я.

- Здравствуйте товарищи! - здоровается генерал.

Все дружно кричат: - Здравия желаем товарищ генерал-лейтенант!

Генерал поворачивается ко мне и просит:

- Расскажите об отряде, товарищ младший лейтенант!

Выдохнув воздух, начинаю:

- Отряду ровно месяц. С момента создания отряда, проведено семь успешных операций, против фашистских оккупантов и их прихвостней. Уничтожено около тысячи солдат и офицеров вермахта. Нами в боях захвачено; 37 немецких танков и 15 самоходных орудий, 84 пушки разных калибров, два зенитных 88-ми мм орудия и семь зенитных малокалиберных автоматов, 47 грузовиков, 12 броневиков, семь мотоциклов, три полевые немецкие кухни, два плавающих автомобиля, медицинский автобус, передвижная ремонтная мастерская, пять бензовозов и три топливозаправщика, восемь самоходных зенитных установок. Также захвачено большое количество карабинов, автоматов, пулемётов и боеприпасов к ним, продовольствия.

Уничтожен военный аэродром в Быхове. Со всем личным составом и прибывшей для проверки Инспекционной группой возглавляемой двумя генералами, также уничтожена группа известных немецких асов-экспертов в количестве 34 человека, включая полковника Мёльдерса! Уничтожены находящиеся на тот момент на аэродроме самолёты противника, в количестве 30 штук. Также на счету отряда, захват немецкого генерал-лейтената Калмукоффа и доставка его, в штаб Брянского фронта, вместе со всеми секретными документами, захваченными как у него лично, так и при подрыве аэродрома. Проведены четыре диверсии на железной дороге, пущены под откос четыре состава с техникой и воинскими подразделениями. Повреждено 8 паровозов. Уничтожены пять складов с ГСМ и три с боеприпасами. В основном, всё! - и привычно отшагнул, вправо от генерала.

Освобождённые командиры были в шоке, в прострации и состоянии аффекта. Слишком быстро для них прошёл момент освобождения и слишком необычно. Из ниоткуда появился паренёк-подросток, целый командир партизанского отряда! Они бы приняли всё за шутку, но какие шутки, когда они в лесу, далеко от лагеря где их содержали. Пограничники слушающиеся своего командира, ни на секунду не усомнившись, в правильности и целесообразности приказа от подростка. Розыгрыш? Нет. Вон они стоят и гордо смотрят на своего любимого командира. Каждый из них отдал бы многое, что бы на него точно также, смотрели подчинённые. В строю сборная солянка, даже дети.

Генерал сначала не поверил, решил, что ему показалось, но нет, приглядевшись действительно увидел, у них на груди медали 'За Отвагу', у всех четверых, двум из них двойняшкам, всего лет по десять. Невероятно! Почти все кто стоял в строю, с орденами и медалями. Это и не мудрено, с такими боевыми показателями, не стыдно и дивизии отчитаться, а тут небольшой партизанский отряд. Интересно, а сколько их? Генерал повернулся к юному командиру и спросил:

- Скажите, товарищ младший лейтенант, сколько бойцов у вас в отряде?

- На данный момент, личный состав отряда составляет 112 человек, в том числе 32 бойца ранены и три бойца беременны. На днях, должен подойти мой начальник штаба лейтенант Сосковец, с ним около сотни бойцов, они по дороге, должны собрать в деревнях, до сорока человек красноармейцев из разбитых частей, какое-то количество раненых и тех, кто присоединиться к партизанскому движению.

Тридцать два человека остались охранять запасной склад, с продуктами и вооружением. Размещаться подошедшие бойцы, будут в другом месте. Здесь у нас тайный штаб, только особо проверенные люди, знают его нахождение. Основная масса личного состава, находится рядом с госпиталем и авиагруппой. Имеется ещё около десятка временных лагерей и сорока схронов, с оружием и продуктами. Связь осуществляется по радио и с курьерами. В качестве курьеров, выступают в основном, юные бойцы отряда и женщины.

Установлена связь с подпольем и центром, в обе стороны, планируются акции с их участием. Непосредственное командование над нами осуществляют Генерал-лейтенант Калинин командующий оперативной группой Брянского фронта, ЧВС Брянского фронта дивизионный комиссар Залесский и командир 32 дивизии полковник Семёнов. Осуществляли - вдруг замялся юный командир, но потом, решившись, продолжил - Я тут, с генералом армии Жуковым немножко поссорился, он приказал меня арестовать, а я сюда убежал. Теперь не знаю, в чьём мы подчинении, может меня вообще, уже врагом народа объявили.

- И что же вы не поделили, с Георгием Константиновичем, мой юный спаситель? - заинтересовался генерал Карбышев.

- У нас разный взгляд на ведение боевых действий, тактику и стратегию. Я берегу жизни своих бойцов, выполняя поставленную задачу думаю головой, а генерал Жуков бережёт свою жизнь и репутацию, совершенно не жалея жизни бойцов. Главное, любой ценой выполнить приказ Верховного Главнокомандующего, а сколько тысяч жизней ты погубил, ему уже не важно. Лес рубят, щепки летят. А я хочу, чтобы генерал Жуков почувствовал себя этакой щепкой. По - другому, до него не дойдёт. Да и загордился генерал, гениальным полководцем себя почувствовал. Ни чьих советов, уже не слушает. Мне на его славу наплевать, мне людей жалко. Мы сейчас цвет нации уничтожим ради Победы любой ценой, а кто останется? На войне всегда гибнут лучшие, а выживают ... - отвернулся я, махнув рукой и не закончив.

- Вы интересный собеседник, не ожидал от вас такой образованности. Думаю, мне будет приятно и интересно общение с вами. Не выгоните старика, из своего отряда? Обещаю не претендовать, на ваши властные полномочия! - вытянув руки ладонями вперёд, ответил генерал - Да и некоторые ваши способности, меня очень заинтересовали!

- Дмитрий Михайлович, не обижайте меня! Мы с вами, слава богу, казаки! Вы с Иртыша, я с Дону! Я наоборот, сам хотел предложить вам задержаться, подучить меня. Вам, человеку с огромным жизненным опытом и прекрасным образованием, только и обучать таких, как я. Больше того, я уверен, если вы проведёте для нас несколько лекций, они будут интересны очень многим, в нашем отряде! - уверенно закончил я и вдруг, увидел напряжённый взгляд полковника Волкова.

- Товарищ полковник, что случилось? Увидели знакомых? - обратился я к нему.

- Да! Скажите, товарищ младший лейтенант, девочки двойняшки и постарше та, что стоит рядом с ними, они сёстры? - взволнованно заговорил полковник.

- Совершенно верно, старшая Маша, а двойняшки...

- Настя и Елена! - перебил меня полковник - А их родители, тоже у вас в отряде?

Полковник смотрел на меня с затаённой надеждой, но я ни чем не мог, его обрадовать. Повернулся к отряду и скомандовал:

- Бойцы Волковы - Мария, Анастасия, Елена, выйти из строя!

Девочки удивлённо вышли и только Маша, поглядывала на полковника, будто пытаясь, что - то вспомнить. Жестом руки подозвал их к себе и только хотел сказать о полковнике, как вдруг Маша, обратившись к нему, спросила:

- Дядя Вася, это же вы?

Тот кивнул головой и шагнул к ней, Маша кинулась ему на шею и заревела. Настя с Ленкой, смотрели не понимая. Тут Маша оторвалась от полковника и зачастила:

- Дядя Вася, а маму с папой немцы убили, а нас Серёжа спас. Он немцев перестрелял всех, только одного не успел, он маму с папой и застрелил. Нас он тоже хотел убить, но не успел. Сергей его раньше застрелил, а потом мы партизанский отряд строили и лагерь. А маму с папой, возле озера похоронили, там теперь партизанское кладбище! - потом повернулась к сёстрам и сказала - Девочки, это папин родной брат, Василий Петрович Волков. Он военный. Вы его не помните, когда он в последний раз приезжал, вам было по четыре годика, а я немного помню. Они тогда с папой, сильно поругались.

Все были растроганны, такой неожиданной встречей. Я распустил отряд и распорядился приготовить землянку, для спасённых командиров и обед, а сам ушёл к озерку и усевшись на берегу, предался ностальгии.

Там меня Янка и нашла, молча села рядом и положила голову, мне на плечо. Мы помолчали, наслаждаясь тишиной, а потом Янка меня спросила:

- Скажи Сергей, а что делал в этом лагере, простой лейтенант-артиллерист?

Я улыбнулся и ответил:

- Вот поэтому, я и влюбился в тебя без ума, с первого взгляда!

- Потому, что дурацкие вопросы задаю? - фыркнула Янка.

Я повернулся к ней, посмотрел на неё и ответил:

- Совсем не дурацкие вопросы, а наоборот, очень умные. Которые кстати говорят о твоей наблюдательности, умении правильно оценивать ситуацию, делать точные логические выводы и приходить к определённым умозаключениям, на основании неполной информации и сложности обстановки. Умении видеть то, что не замечают остальные и выбирать нужный момент и место, когда можно задать вопрос, по непонятному тебе моменту!

Янка подумала немножко и спросила:

- Это ты сейчас, меня умной дурой назвал?

Я расхохотался и упав на землю, бил рукой себе по коленке, а Янка колотила меня по плечам кулачками, при этом улыбаясь. Потом не выдержала и тоже залилась смехом, вместе со мной. Отсмеявшись, легла головой мне на живот и уставилась в небо. Я перебирал её волосы, слегка массируя голову. Янка млела и чуть не мурлыкала. Помолчав, я сказал:

- Это сын Сталина! Яков Джугашвили.

- Кто, сын Сталина? - удивилась, разомлевшая Яна.

- Лейтенант - артиллерист! - уточнил я.

Янка резко села и уставилась на меня. Смотрела своими изумительно синими, широко распахнутыми глазами, в которых плескалось и небо и море, и восхищённо молчала.

- Да, я такой! - загордился я от её взгляда, растекаясь как мороженое, под ярким солнцем на полянке.

Янка легла рядом со мной на бочок и подперев голову рукой, смотрела на меня.

Я зеркально повторил её позу и тоже стал смотреть ей в глаза. Когда мы начали целоваться, я не понял, возбуждение захватывало меня всё больше и больше, чувствуя, что ещё чуть - чуть и всё случится, попытался остановиться, но Янка так посмотрела на меня, что я махнул рукой. Пусть, что будет, то и будет.

И я у Янки, и она у меня в этой жизни, мы стали первыми друг у друга. Краем глаза, заметил какую - то суету слева от нас метрах в двадцати, но сразу плюнул и продолжил, потом разберёмся. Искупавшись в озерке и обсохнув, пошли в лагерь, держась за руки и время от времени останавливаясь на объятья и поцелуи. Незабываемое чувство всепоглощающего счастья охватило нас, мы были ему искренне рады, в юности всегда так, мелочь может принести такую гамму чувств и переживаний, что в старости не вызовет даже мимолётной эмоции на эту мелочь. А сейчас, нас обоих захлестнуло самое прекрасное чувство на свете, взаимная любовь. И мы были готовы поделиться ей со всеми, абсолютно безвозмездно, то есть даром. Совершенно при этом забыв, что кругом идёт война и другим может быть очень больно, от нашего счастливого вида.

Но юность, она беспечна и не замечает такие мелочи, расплата за такие моменты бывает очень жестокой. Вот и мы не заметили, какими глазами смотрела на наше возвращение в лагерь Маша, а зря. Очень даже зря!

Впрочем, обо всём по порядку. Обед прошёл весело с шутками, все уже перезнакомились и народ перестал пугаться генерала и дивизионного комиссара, которые тоже оказались и любителями пошутить и мастерами розыгрыша. Дивизионный комиссар уже успел со всеми побеседовать и убедиться, в высоком моральном уровне моих бойцов.

Генералу понравилась продуманность и организованность лагеря и оборонительных сооружений. Он даже успел всё обойти и посмотреть, вместе с Егором. Егор, сначала робевший в общении с генералом и старавшийся общаться строго по уставу, в конце концов заговорил нормальным человеческим голосом, а выслушав несколько советов от генерала по улучшению обороны лагеря, проникся к нему огромным уважением.

Говоров, ставший последнее время моим не видимым телохранителем сообщил, что к моему телу пытался пробиться старший лейтенант, но он его временно отговорил, чтобы так сказать, не мешал процессу. Я после этих слов, так на него глянул, что он чуть не подавился котлетой и отрицательно замотал головой.

- Никому командир и сам ничего не видел! - прожевав, сообщил старшина.

- Вот пусть никто и не знает! - посмотрел я на старшину и тот согласно закивал головой.

Закончив обед, я сам подошёл к старшему лейтенанту и спросил:

- Искали, товарищ старший лейтенант?

- Искал. Давай по именам, если ты не против? - посмотрел на меня Яков.

- Не против! - легко согласился я.

- Ребята говорят, да и ты докладывал, у тебя пушки есть? - заинтересованно спросил он.

- Есть и много! Почти триста штук, а если миномёты добавить, то и все пятьсот стволов будет - равнодушно ответил я - послезавтра у нас спланирована акция, захват здания бывшего МТС. Там сейчас немцы место сбора и ремонта вооружений создали, вот хотим уже отремонтированное у них конфисковать и наших пленных освободить. Там тоже пушек и миномётов богато, только беда, нет у меня артиллеристов. Хотел их в Брянске, из вышедших окруженцев набрать, да сам еле убежал, а тут где их искать? Только лагерь с военнопленными освобождать, только не пойдут ведь ко мне, я же пацан. Вот ты бы, пошёл ко мне? - с иронией посмотрел я на него.

- Я то, как раз и хочу к тебе попроситься. Возьмёшь к себе в отряд? Согласен, даже рядовым артиллеристом! - посмотрел на меня с надеждой, Яков.

- А, э-эх. Да уж! Огорошил. Уверен? Ты ведь, не простой старший лейтенант!

- Уверен! Я должен кровью смыть. Доказать ...

Я положил ему руку на плечо и сказал:

- Мне ты уже всё доказал. Назначаю тебя начальником, всей артиллерии партизанского отряда 'Призрак'. Это примерно четыре батареи. Завтра отвезу тебя в авиагруппу, там у меня все артиллеристы, что есть. Семь человек. Пока же подумай, какие артсистемы нам больше подойдут. Для охраны партизанских лагерей, для проведения диверсий и для борьбы с живой силой и бронированной техникой. Скоро нас, очень много станет, будем лагеря военнопленных освобождать, отбирай самых сильных и башковитых.

Воевать в основном, будем в лесах и болотах, иногда совершая рейды по тылам, поэтому тяжёлую артиллерию с собой не потаскаешь, но она у нас есть, 12 орудий 152-мм гаубиц МЛ-20. Снарядов полно. Вообще пушек хватает разных и снаряды ко всем есть и тягачи в наличии, стрелять из них некому. Будешь сам формировать батареи и расчёты, рации для вас уже отложены, телефонный кабель и аппараты, тоже есть в наличии. Завтра всё покажу и расскажу, а пока, поздравляю должностью и добро пожаловать в отряд, на вечернем построении, сделаю всем объявление! - я крепко пожал руку Якову. Немного помолчав, спросил:

- Как бы нам, товарищу Сталину сообщить о тебе, только так, что бы нам за это, ничего не было? Есть, какие мысли? Мне, ничего в голову не приходит! - спросил у Якова.

- Генерал сказал или комиссар? - спросил Яков.

- Та не! То я сам дотумкав! - ответил я и постучал пальцем по своей голове - Тут мозгив, дюже бохато. Так шо, не разумив?

Тот, отрицательно помотал головой и отвернулся.

Ладно, будем подумать, махнул я рукой и пошёл разговаривать с генералом. Может, мудрый человек чего подскажет, и он таки подсказал. К ним в лагерь, завтра должна была приехать группа кинооператоров, снимать кинохронику для немцев. Если отбить у них машину с аппаратурой, пару операторов взять в плен, да снять кинохронику, для товарища Сталина и всего Советского народа, о партизанском движении на территории Беларуси.

Вставить туда сюжет о сбежавших из лагеря для военнопленных и попросившихся в партизанский отряд рядовыми, бывших красных командиров и генерала, снять несколько операций отряда в настоящем бою, с нашим участием, а в конце показать, как рядовой Джугашвили, подбил из орудия немецкий танк и уничтожил из автомата его экипаж. Да добавить, что это третий или пятый танк, уничтоженный этим смелым бойцом, партизанского отряда специального назначения 'Призрак'. Думаю, товарищ Сталин, поймёт всё правильно и сделает необходимые выводы.

Идея, мне в принципе понравилась и собрав всех заинтересованных лиц в штабе, принялись разрабатывать операцию 'Кинохроника', как шутя я её окрестил. Немного поспорили, но в итоге выработали генеральный план и преступили, к его реализации. В лагере остались только девочки, полковник и двое бойцов, Егор и Василий. Как парни не просились, оставил их в лагере. Мало ли, а вдруг кто на лагерь набредёт, кто его оборонять будет? Я и сам знаю, что все подходы заминированы, кто минировал? Я и минировал, ну и что? Сказал в лагере, значит в лагере! Смирна! Кругом! Шагом марш, выполнять приказание командира отряда!!! Ишь, распоясались тут! С командиром спорить, вот посажу под арест, картошку чистить! Или подземный ход копать отправлю, от забора и до заката! Командир приказал в морг, значит идёте в морг!

Генерал, на мой прикол только посмеялся, а остальные смотрели немного озадаченно. Я глянул на свою гвардию из десяти погранцов и сказал:

- Кто считает мой приказ неправильным, может поменяться местами с товарищами младшими сержантами. Нет желающих? Странно! А мне показалось... Ах, мне и вправду показалось? Ну, тады ой!

- Собрались все в круг, закрыли глаза! - прыгаю в авиагруппу, но не как обычно в центр, а с краю.

Организованной толпой, выходим в расположение.

Отовсюду несётся: - Командир! Командир прибыл.

Я иду к штабной палатке, из неё выходят Семён, Кузьма Фёдорович и двое новеньких легкораненых, лейтенант и капитан. Увидев генерала и дивизионного комиссара, все сразу вытягиваются и кидают руку к фуражке или пилотке, у кого она есть. Кузьма Фёдорович, просто вытягивается во фрунт и смотрит на меня ошеломлённым взглядом. Я смотрю на генерала, а тот говорит мне:

- Командуйте товарищ младший лейтенант, вы здесь командир, а я в вашем полном подчинении, как и товарищ, дивизионный комиссар.

Согласно киваю головой и подаю команду, вольно. Жестом приглашаю всех, пройти в палатку.

Расположившись за большим столом с огромной картой, я спрашиваю Семёна о положении дел в авиагруппе. Семён докладывает всё обстоятельно, иногда поглядывая на генерала и комиссара. Старший лейтенант, его заинтересовал мало. Закончив доклад, Семён сел на скамейку, а я встав, уточнил у него некоторые моменты. Походил немного туда - сюда и спросил у генерала, кивнув на Семёна:

- Скажите Дмитрий Михайлович, как вам, этот добрый молодец?

Тот, сразу понял о чём я, он, как и я видел, с какой снисходительностью, смотрели на него легкораненые командиры. Конфликт мне не нужен, а претензии неизвестных командиров мне по боку. Семён в доску свой, он мой друг и мне не важно, какого он звания, но это важно остальным, поэтому будем давать Семёну повышение.

Карбышев поднялся и вышел ко мне. Повернувшись к остальным, стал говорить:

- Доклад товарища старшего сержанта, произвёл на меня положительное впечатление. Сразу видно человека, разбирающегося в вопросе до мелочей. Знание обстановки, точной ситуации в своём подразделении, состояния материальной базы и вооружения, полное знание штатов личного состава и отсутствия в нём необходимых специалистов. Состояние самого вверенного подразделения, произвело на меня, глубокое впечатление.

Отсутствие праздношатающихся на территории лагеря, все при деле, даже дети, мы прервали занятие, но все дисциплинированно встали и поприветствовали своего командира и гостей, затем продолжили прерванное занятие, что говорит о высокой дисциплине, поддерживающейся в отряде и авторитете командира, данного подразделения.

Караульная служба построена очень грамотно, охранения не видно, но если приглядеться, все на местах и периметр лагеря и подходы, всегда под наблюдением. Особенно понравились гнёзда на деревьях, вы и за небом следите? - повернулся генерал к Семёну.

- Да, товарищ генерал - лейтенант! С обеда разлетались, над нами уже два раза пролетали. Ищут немцы кого-то! - закончил, будущий лейтенант.

- Разыскивают наверно нас, а сколько отсюда, до лагеря? - повернулся ко мне генерал.

Я задумался и подошёл к карте, взял циркуль, отмерил и ответил:

- По прямой, ровно 204 километра.

- Однако! - удивился генерал.

Взял лист бумаги и стал писать, написав текст, протянул его генералу, тот прочитав, сказал:

- Верное решение, полностью вас поддерживаю!

Достал печать, подышал на неё и хэкнув, шлёпнул по листу и расписался. Затем встал и зачитал перед всеми:

- За отличное выполнение заданий командования, за поддержание дисциплины и порядка во вверенном подразделении, за отличия в боевой и политической работе, присвоить старшему сержанту Дубине Семёну Аркадьевичу, звание младший лейтенант, через звание.

Командир партизанского отряда " Призрак" - младший лейтенант Калинин С.Н. 3 августа 1941 года. Печать подпись.

После чего, все дружно поздравили Семёна. Воспользовавшись моментом, я вручил заслуженный орден Кузьме Фёдоровичу и переговорил с новенькими командирами, у них было написано на лице недоумение происходящим, но подчиняющиеся мне генерал и дивизионный комиссар, да и два боевых ордена на моей гимнастёрке, говорили сами за себя. Лейтенант был лётчиком, а капитан танкистом. Уточнив их решение, о службе в моём отряде и услышав положительный ответ, объяснил, что мы, не регулярная армия и не все положения устава, у нас действуют. У нас, уважение получают в бою, там смотрят, соответствуешь ты званию командира или нет, соответственно и с подчинением у нас, по-другому. В отряде есть и дети и женщины, пока трое из них беременны, но я надеюсь, что будет гораздо больше. Необходимо восполнять потери в населении. Планируется проведение партизанских свадеб. В нашем отряде это только приветствуется, всяких гулён, мы в отряде не держим.

На первый взгляд, у нас анархия, но это только на первый взгляд. Дисциплина у нас железная и за невыполнение приказа или трусость в бою расстрел, за кражу продуктов и личных вещей - повешение, да есть панибратские отношения, но только в быту, если товарищи командиры согласны, с таким условиями, добро пожаловать в отряд.

Командиры, секунду подумав, выразили согласие, и мы приступили к обсуждению завтрашней операции. Через пару часов, закончили обсуждать все возможные сценарии, Семён пошёл показывать лагерь генералу и комиссару, а я с Яковом и новенькими командирами направился к артиллеристам. Нам необходимо сформировать три расчёта артиллеристов и два экипажа на танки.

На мой взгляд, танки предпочтительней, но где взять танкистов? На четыре самолёта пилоты у нас есть. Новенькие лейтенант и сержант на паре пушечных И-16 и с шестью РСами под крыльями, пойдут парой охранения. Семён и ещё один сержант, на И-15 с бомбами и РСами, основной ударной силой. Их задача, налёт на лагерь. Создать у них панику и беспорядок.

Я под этот шумок ворую, сколько смогу генералов и полковников, тех кто пошёл на сотрудничество с фашистами, держат на другой половине лагеря, именно его мы и будем бомбить. Перебрасываю всех в авиагруппу, где с ними беседует генерал Карбышев, а сам прыгаю к засаде на кинооператоров. Мы уничтожаем колонну, по возможности не трогая спецмашину с операторами и оборудованием, берём в плен всех, короче потом разберёмся, кого взяли в плен.

Вот для этой задачи нам и нужны артиллеристы или танкисты. Автоматчиков и пулемётов у нас хватает, а вот с остальными, затык.

Построив артиллеристов, познакомил их с новым начальником артиллерии. Отвёл новенького лейтенанта, к самолётам и пилотам. Пусть готовят технику и карты, сами с танкистом, отошли на край лагеря и я спросил его, какие танки предпочтительней, для данной операции. Он сначала и не понял, что я ему предлагаю. Только когда я уточнил, наши танки или немецкие лучше, Т-35 или Т-28, до него, наконец - то дошло.

- И сколько, у тебя всего танков? - спросил, офигевший капитан.

- 370 наших и около 70 немецких, пока! - ответил я, улыбнувшись - Правда я плавающие не считаю, да и броневики тоже. Хотя непорядок, нужно будет пересчитать. Навскидку, около шести сотен бронетехники, точно будет. Работы непочатый край капитан, танки есть, снаряды есть, топливо есть, масло и смазка есть, а танкистов нет. Хотя, родилась у меня одна мысль и я её думаю. А ведь может и получится. Пошли - ка капитан обратно, в штабную палатку.

Почти вбежал в палатку и очень обрадовался, увидев Семёна и генерала за картой.

- А, товарищи командиры, вы то мне и нужны. Дмитрий Михайлович, не хотите в гости к генералу Калинину в Брянск ненадолго, буквально на пару часов, повидаться? Естественно по гражданке. Заодно Кузьму Фёдоровича возьмём, с комиссаром Залесским пообщаться! Согласны! Отлично! Товарищ младший лейтенант Дубина, приведите знаки отличия в соответствие званию и найдите нам, неприметную одежду. Вернее Дмитрию Михайловичу подберите, а я у себя переоденусь.

Семён стрелой выскочил из палатки, а генерал рассмеялся:

- Умеете вы Сергей, людей озадачить! Вы не поверите, но мне с вами, ужасно интересно. Ваши идеи совершенно сумасшедшие, но они работают! И вот это, самое невероятное! Если бы не ваши способности, то они полное безумие. Ваш старшина пограничник, рассказал, как с вами познакомился, что в тот момент думал, но после операций по подрыву поездов с танками и пехотой, он от вас в восторге. Я говорит таких лихих парней, ещё не встречал, абсолютно ничего не боится, рисковый ужас.

Но за нас горой, на смерть никого не посылает, лучше всё сам сделает. Мы на него только, что не молимся, как он всё успевает? Просто не представляю! Но командир, просто мечта! Что бы про меня так, подчинённые говорили, прямо завидую вам, товарищ младший лейтенант! - снова рассмеялся Карбышев - Скажите Сергей, а меня вы к себе в отряд возьмёте? Ну, хотя бы начальником штаба?

- Дмитрий Михайлович, но ведь генералы у лейтенантов в подчинении не бывают? Другие подумают, что вы в маразм впали, к ребёнку в отряд пошли? - озадаченно, зачесал я в затылке.

- Согласен! Сначала все так и подумают, а вот потом... Думаю, они мне все страшно завидовать будут. Он воевал с самим, товарищем Сергеем!!! Будут шептаться они, мне в след! - снова, весело рассмеялся Карбышев - Вот смотри Сергей! Сейчас у тебя около четырёхсот танков, триста стволов артиллерии, тридцать самолётов, около тысячи автомашин, а есть ещё и броневики и мотоциклы. Оружия сам говоришь, на две дивизии хватит, а приглядевшись к тебе и твоей основательности, думаю всего у тебя, гораздо больше. Я прав? Вижу, глаза прячешь, значит прав.

Ну не верю я, что ты тихо в лесу сидеть будешь! Ну, не верю! Ты фрицев громить пойдёшь, зная твоё отношение к бойцам, грамотно и быстро воевать будешь! Неужели мой опыт, тебе не пригодится? Не верю! А если тебя, сам генерал Карбышев будет слушаться и называть командиром, другие командиры, о чём будут думать? Правильно! Ой, не прост этот мальчишка! Ой, не прост! И зауважают, не смотря на возраст. Сейчас все думают, что тебе просто везёт. Отчасти это так, но только отчасти. Во всём твоём везении, чёткий аналитический ум, ты мгновенно, на уровне интуиции просчитываешь ситуацию. Если она грозит жертвами, ты просто отказываешься от этой операции и ищешь другое, слабое место у врага и найдя его, наносишь ему удар. У тебя есть данные и знания командовать партизанским отрядом, но командовать большим подразделением, ты не сможешь! Пока, не сможешь! Я, хочу передать тебе, весь свой опыт и знания. В бою, всё гораздо быстрее учится и запоминается, а цена ошибки, человеческие жизни. Позволь старику, сделать из тебя настоящего командира!

- Спасибо, Дмитрий Михайлович! Обещаю, быть самым лучшим и прилежным вашим учеником и никогда не опозорить, имя своего учителя! Клянусь! - приложил я руку к сердцу и со слезами в глазах, смотрел на генерала - легенду.

На такое, я даже не рассчитывал. Генерал похлопал меня по плечу и украдкой, сам смахнул слезу. Тут, в палатку вбежал Семён с ворохом одежды, а за ним, как уточка зашла Светлана, неся две пары обуви.

- Здравствуйте Светлана! Ну как ваш богатырь! Семён говорит, уже вовсю пинается? - подскочил я к ней.

Света от моего внимания засмущалась и покраснела, а Семён замахал руками, выгоняя нас.

Я рассмеялся и предложил Светлане свой локоток, она взяла меня под ручку и кинув на мужа, шутливо - презрительный взгляд, важно вышла со мной из палатки, под весёлый смех Семёна и генерала.

Подозвал Кузьму Фёдоровича и помахав ручкой Светлане, сообщил ему, что сейчас прыгнем в лагерь к Янке, а потом в Брянск к Залесскому. Фёдорыч сразу побежал, за какими-то важными бумагами и донесениями для Залесского, а я остался ждать генерала. Ко мне подошёл Яков, помолчав секунду, спросил:

- Далеко собрался, Сергей?

- В Брянск, к генералу Калинину, хочу попробовать танкистов, артиллеристов и лётчиков, к себе в отряд сманить. Из тех, кто из окружения вышел, а их части разбиты. Да и вообще всех, кто в партизаны пойдёт! - ответил, слегка задумавшись.

- Я тут отцу, письмо написал. Пусть передадут! - Яков протянул мне треугольник и развернувшись, ушёл с поникшими плечами.

Ничего лейтенант, подобьёшь пару десятков вражеских танков, убьёшь пару сотен немцев и оживёшь, как миленький. Уверен, что тебя даже наградят. Посмертно. Вспомнил я фрагмент из любимой Бриллиантовой руки и рассмеялся. Ничего Яша, мы из тебя национального героя сделаем, уж я постараюсь. Пришёл Кузьма Фёдорович, с набитой бумагами сумкой и спросил, кого ждём? Показал пальцем на палатку и продолжил ждать. Минут через пять, к нам подошёл степенный дядечка в шляпе и с тростью. Постояв рядом с нами, спросил, кого ждём - с?

Мы удивлённо воззрились на дядечку и тут, я узнал генерала. Мой звонкий смех, разнёсся по лагерю.

- Дмитрий Михайлович, вы прямо английский Денди! И тросточка в тему, прямо барин на прогулке! - рассмеялись все моему сравнению.

И мы прыгнули в лагерь.

Я сразу спустился в свою палатку, где застал рыдающих в обнимку девчонок. Удивлённо посмотрел на них и спросил:

- Кто-то умер?

Они подняли на меня свои зарёванные глаза и стали рыдать, ещё хлеще.

- Да ну вас! Ещё утону. Землянку не затопите! - сказал я, забрав свои вещи, вышел в другую комнату.

Переоделся в обыкновенную одежду, на голову надел кепку и коричневые ботинки на ноги. Обычный, уличный мальчишка. Выскочил из землянки, и мы переместились в Брянск, к квартире генерала.

Подобрав пару камушков с земли, стал кидать их в спальню Тамары. Она сразу выглянула в окно, я шутливо снял кепку и как мушкетёр, склонившись перед ней, помахал кепкой. Тома радостно запрыгала и захлопала в ладошки, тут же развернувшись, побежала ко мне быстрее ветра. Поманил за собой всех остальных и мы зашли в подъезд, чуть не столкнувшись с Томой.

- Здравствуй Серёжа! - поздоровалась Тома и покраснела, мило засмущавшись.

- Привет красавица! Всё хорошеешь? Скоро от женихов, отбоя не будет! - поздоровался я с ней, радостно улыбаясь - Познакомься Тамара! Это, генерал - лейтенант Карбышев Дмитрий Михайлович, недавно бежал из плена, теперь начальник штаба моего отряда.

- Очень приятно! Тамара! - протянула руку Тома генералу, тот её с удовольствием пожал.

- А это, Кузьма Фёдорович Лукашенко! Легендарный разведчик! - подмигнул я Тамаре, та улыбнулась в ответ и пожала руку Кузьме Фёдоровичу.

- Тамара, скажи отец в штабе?

- Нет, Сергей! Папу сняли с должности. Обвинили, в безграмотном командовании и утере инициативы в бою. Дивизии отдали генералу Коневу, а папу вызывают в Москву, в Ставку. Вечером, мы вылетаем! - расстроено проговорила Тома.

- Жуков? - спросил я.

Тома утвердительно, кивнула головой. Понятно, за своё унижение отыгрывается. Ну - ну! Придёт и моя очередь, вы мне за всё ответите, господин маршал Победы.

- Где сейчас, Степан Андрианович? - спросил Карбышев.

- Дома! Ходит, молчит. Ничего не ест! - пожаловалась Тамара.

- Пойдём дочка! Покормим, товарища генерала! - улыбнулся Карбышев.

Поднявшись в квартиру, увидел бурную встречу двух генералов. Мы с Кузьмой Фёдоровичем, сразу прошли на кухню за Томой, усевшись за стол, стали ждать хозяина. Тома занялась чайником, поглядывая на меня, а Кузьма Фёдорович поинтересовался моими планами. Секунду подумав, стал перечислять, сначала говорим с генералами, потом ищем Залесского и решаем все вопросы с ним. Он, должен был выполнить, некоторые мои просьбы и поручения. Затем, разговариваем с отобранными людьми и прыгаем в отряд. Готовим расчёты для орудий и экипажи для танков, формируем группу захвата и трофейную команду. Решаем, где будет новый лагерь, кто там будет ставить палатки и размещать технику, потом ложимся спать. Немного удивившись, Кузьма Фёдорович покачал головой и проговорил:

- Да Сергей! Основательный у тебя подход и цели серьёзные. Когда, ты всё успел?

- Я им записку написал, на совещании. Когда понял, что с самим Жуковым не смогу договориться, сразу всё и спланировал. Жуков, пусть глобальные проблемы решает, моё дело фашистов уничтожать, а генералы, они как пауки в банке, друг друга грызут. Пока не нагрызутся, мы воевать не научимся. Скажи Тамара, а руководитель оркестра Василий Иванович, песни в Москву, уже отправил? - повернулся я к Томе.

- Нет, Серёжа! Он с нами летит, вместе с оркестром и Залесский тоже, как представитель политуправления фронта. Через два часа! - взглянув на часы, ответила Тома.

Тут на кухню зашли довольно улыбающиеся генералы и мы приступили к обсуждению наших планов.