Пётр был скромным апостолом. Он не жаждал славы и почестей. Впрочем, за создание Отдела ничего из этого ему и не перепало, зато Пётр получил втык от Царя Небесного за неудовлетворительную работу его детища. Апостол разволновался и отправил Авраама с Исааком к серафиму, возглавлявшему Отдел с проверкой. В ходе её выяснилось следующее:

— ангелы Сатаны чрезвычайно раздосадованы тем, что их не привлекли к созданию Отдела, и теперь всячески препятствуют его работе;

— упыри и вовкулаки оказывают сопротивление и калечат личный состав;

— когда ангелы — сотрудники Отдела прибывают на место контакта нечистой силы и людей (добрых христиан) и приказывают Именем Господним прекратить безобразие, то:

а) гномы сердито ворчат и лезут драться;

б) лешие неприлично хохочут и обзываются нецензурными словами;

в) русалки плюются и бросаются дохлыми лягушками.

Выслушав всё это, Пётр побежал к архангелу Михаилу, чтобы выпросить у того боевых ангелов, не позволивших бы над собой потешаться, но тот отказал, сославшись на то, что его подчинённые проходят по штату, а если переводить их в другое ведомство, даже ненадолго, то Царь Небесный надаёт ему по шее.

Пётр вернулся к себе в расстроенных чувствах. Он ещё не знал того, что сюрпризы только начинаются.

Через некоторое время к нему заявился бес-посыльный. Он приволок апостолу приказ по преисподней, в котором говорилось о создании Отдела по оказанию помощи нечистой силе.

Это было прямым вызовом. Пётр возмутился. Он принялся ругаться, топать ногами и сыпать угрозами, но бес остался невозмутим, да ещё и сказал:

— Остыньте, папаша.

Подобная фамильярность настолько поразила апостола, что он на некоторое время потерял дар речи и позволил хаму выговориться. Тут-то и выяснилось, что вообще-то Сатана не имеет ничего против Отдела. Наоборот, он очень даже за. И поэтому в ПОСЛЕДНИЙ раз предлагает своё сотрудничество. В случае же отказа Петра в силу вступал приказ, с которым апостол уже имел удовольствие ознакомиться.

Принимать подобное решение самостоятельно было чревато последствиями. Пётр помчался к Царю Небесному. Но тот вдруг сказал, что не видит ничего зазорного в том, чтобы принять помощь из преисподней.

Потрясённый апостол махнул на всё рукой, пустив дело на самотёк. Отдел преобразился. В нём появилось множество подотделов, ведающих кадрами, разведкой, сбором и распространением информации, боевой подготовкой. На каждой должности теперь стояли и ангел, и чёрт. Даже начальника стало два: серафим и дьявол.

Ничего хорошего Пётр в этом не видел. Правда, черти исправно гоняли по старым кладбищам упырей, увлечённо дрались с гномами, старательно вылавливали леших, азартно охотились за русалками. Но стоило апостолу немного успокоиться, как от Царя Небесного пришла разгромная телеграмма, грозящая страшными карами всей комиссии, создавшей Отдел, в целом и Петру лично. Оказалось, что черти не только активно борются с нечистой силой, но при этом не брезгуют и сами вступить в контакт с людьми, а уж с добрыми христианами — и подавно.

Тут уж апостол Пётр не выдержал. Он сделал выволочку обоим начальникам Отдела и потребовал немедленно отозвать этих мерзавцев-чертей со всех заданий.

— Как скажешь, Петя, — миролюбиво ответил дьявол, сидя в начальственном кресле, покачивая копытом и подпиливая когти наждаком. — Ну а с нечистой силой что? Сам побежишь?

— Не я, — ответил Пётр, озарённый внезапной идеей. — Люди пойдут! Помершие! Кидайте клич по раю, аду и чистилищу!

Серафим обалдело уставился на апостола, дьявол равнодушно пожал плечами.

— Люди пойдут, — повторил Пётр. — И выбирать только самых достойных!