неделю спустя в Чёрном замке на Зелёном холме

Бормоча себе под нос заковыристые названия, верховный маг Раверинус Квирл расставлял книжные новинки на полку. 

Как никогда, магистр магии был доволен: издания пришли именно в тех редакциях, которые он заказывал, и, что немаловажно, в тех самых кожаных переплётах с золочёным тиснением. И самое главное: редкие книги Квирл получил первым. Даже до библиотек Академии эти томики ещё не дошли – Магика де Монтрё была второй в очереди и ожидала поставку примерно через год после Раверинуса. На более ранний срок рассчитывать не приходилось. Таков был магический мир, где легко могли из куска мыла сообразить голубя, но книги писались и переписывались строго вручную. 

Рядом с внушительным томом по анатомии русалок встал справочник по редчайшим и сильнейшим ядам. Таким, которыми можно не просто отравить, а навсегда вселить стужу в сердце, и лёд тот будет уже не растопить. Никогда. 

А на полку повыше отправились дополненные биографии великих укротителей драконов, активно изучаемые всеми магистрами, несмотря на то, что драконы, как, впрочем, и укротители, уже давно вымерли, а те чешуйчатые, что выводились искусственно турнира ради, по одному взмаху волшебной палочки легко превращались в пыль.  

Оставалось пристроить ещё три книги, и Раверинус, ловко и не без помощи магии балансируя на высокой приставной лестнице, упорно подыскивал им подходящее место, как вдруг внизу робко кашлянули. Зыркнув под ноги, Квирл было насупился, но лоб быстро разгладился, и маг милостиво бросил:

– Ну, говори, Галвин, не робей. А то, гляжу, переминаешься с ноги на ногу, словно новость плохая и Тайернак снова мой зять.

С этих слов лакей улыбнулся и учтиво заметил:

– Смотря, какой Тайернак, милорд.

Квирл не ответил, лишь неторопливо спустился вниз, подошёл к камину, пошевелил в нём дрова кочергой, провёл пальцами по редеющей бороде и вдумчиво произнёс:

– Я знал, что этот день когда-нибудь настанет. За все эти годы я по-разному относился к тебе… Вначале – как к слуге, затем – как к ученику, а после – как к правой руке. Что ж, видимо, пришло то время, когда мне придётся относиться к тебе как к сильному магу и единственному законному наследнику Штормового замка. Не так ли, Фелан Тайернак?

Квирл развернулся к лакею и озорно прищурился.

Слуга подскочил к хозяину, упал перед ним на колени и благоговейно коснулся губами его руки.

– Так вы давно всё знали и молчали?

Квирл снисходительно хмыкнул.

– Какой же из меня верховный маг, если магию древнего рода в тебе не распознал бы? Читал тебя, как раскрытую книгу, и много раз удивлялся, как это волк решил назваться воробьём?* Было время, даже думал тебя образумить, но затем мне показалось, что ты и сам в свою легенду уверовал. Но вот сегодня ты меня удивил. 

– Вам ведь известна история моего дома?

Квирл многозначительно промолчал.

– И вам известно, что мой младший брат занял моё место. Я долго терпел и пытался мстить...

– И весьма изящно, я замечу, – вставил Раверинус, щёлкая пальцами в направлении кувшина с вином и двух бокалов.

– Вы и о камне знаете? – Изумлению помощника верховного мага не было предела.

– Книгу о секретных свойствах некоторых фамильных камней я сам тебе подсунул. Не преследуя цели мести, не думай, – объяснял Квирл, наблюдая, как кувшин сам разливает вино. – Просто не хотел, чтобы ты забывал о своей силе, а камням Тайернаков в той книге целая глава посвящена.

– Вот я и вычитал о кровавом рубине, способном забирать жизненные соки у любого, кто замахнётся на наследство вне очереди.

– И что же дальше? – полюбопытствовал Квирл, смакуя вино.

– Преданный мне человечек в замке намекнул брату о семейной реликвии и убедил носить, не снимая. И камень сделал своё дело.

– Ловко. 

– Правда, был у Эйгона один гадкий горгулья, которые последние годы стал читать слишком много книг и в какой-то момент чуть не докопался до правды, но потом всё закрутилось-завертелось с безумной идеей эликсира, и о рубине было забыто. 

– Идея оказалась не такой и безумной. Ты ведь слышал про дождь из звёзд  в ночь после совета? 

Ответом был кивок. 

– Что-то там произошло в Смоляных горах, что мы прозевали, – продолжал Квирл. – Все магические навыки и знания Тайернака стёрлись, его горгулья обратился в камень, но вот проклятье рассеялось и девицу не удалось вернуть принцу. Причём, принца в самый неподходящий момент сожрали волки... Вот как это понимать? 

И верховный маг уставился на того, с кем давно привык советоваться. 

– У вас есть подозрения насчёт волка?

– Печать верховного мага была наложена со всей тщательностью и с соблюдением всех правил. – Квирл задумчиво почесал переносицу. – Не может же статься так, что что-то осталось?.. Надо бы сесть и хорошенько поразмыслить об этом на трезвую голову. 

– Хотите, я помогу вам? Помогу разделаться с Эйгоном раз и навсегда. 

– И что ты хочешь за свою помощь? 

– Лишь помощи от вас в ответ. Хочу заполучить обратно свои замок, титул и имя. 

– И что ещё? 

– И вашу дочь себе в жены. 

В этот момент Квирл мог бы смело поперхнуться вином хотя бы для видимости, хотя бы для того, чтобы показать, насколько он был удивлён. Но он удивлён не был. А потому просто отставил бокал в сторону и сухо спросил: 

– Что там у нас сегодня на ужин? 

– Утка с чесночным соусом, милорд. Мой человечек вернулся на днях из Атоля с целым мешком молотого чеснока. 

– С чесночным соусом? Я пытался как-то наколдовать его строго по рецепту, но вышло всё равно пресно. Ни одна волшебная мутотень не сравнится с оригиналом. 

– Вот именно оригинал я и предлагаю вам сегодня отведать. 

– Тогда вели накрывать на стол... Фелан... Тайернак. – Квирл в предвкушении потёр руки и, когда за помощником закрылась дверь, уже совсем себе в бороду проворчал: – Тайернак... Мухи болотные, неужели из всех мужчин мира моя дочь не могла выбрать кого-нибудь с другой фамилией?! 

________________

*Здесь идёт отсылка в кельтскому языку, где имя Галвин означает «воробей», а имя Фелан – «волк».

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ