Ротан переступил порог Университета. Нетронутое великолепие Холла согревало сердце и в то же время вызывало острое чувство стыда. Вторжение Ичани, как с легкой руки Балкана стали называть пять дней смерти и разрушений, было битвой между магами, но тем не менее здания Гильдия остались целы, а Внутренний Круг лежал в руинах. С другой стороны, простые жители Имардина почти не пострадали, а вот Гильдия уменьшилась фактически вдвое. Ходили слухи, что Верховные Маги подумывают, не набрать ли учеников из богатых купеческих семей, не принадлежащих к Великим Домам.

Ротан свернул в коридор. Прошло чуть больше недели после Вторжения, и новый Лорд Распорядитель еще не был избран. У Верховных Магов не поднималась рука использовать кабинет Лорлена, они собирались в небольшой комнате рядом с Гилдхоллом. Войдя и окинув взглядом собравшихся, Ротан вдруг осознал, что видит верхушку власти новой Гильдии.

Лорд Балкан расхаживал по комнате взад-вперед. Он как-то естественно вошел в роль лидера, и было ясно, что Высоким Лордом, скорее всего, станет именно он. Лорд Оузен был глубоко потрясен смертью Лорлена, но уже активно включился в организацию работ по восстановлению города. Лорлен уже давно готовил Оузена себе на замену, и естественно предположить, что молодой маг будет избран новым Распорядителем.

В битве погибло так много Воинов, что кандидатов на роль Главы Воинов оставалось всего ничего. Присутствие лорда Гаррела на собраниях заставляло Ротана подозревать худшее. Впрочем, последние несколько лет Балкан совмещал пост Главы Воинов с обязанностями Заместителя. Гаррелу вряд ли предложат оба места, так что можно было надеяться, что его узколобая политика будет смягчена более разумным помощником.

Леди Винара, конечно же, останется Главой Целителей, лорд Телано — ее Заместителем, а Джеррик — Директором Университета. Лорд Пикин, по всей видимости, заменит павшего в бою лорда Саррина, но вот кто будет новым Заместителем Главы Алхимиков, Ротан пока не понимал. Временами он задумывался над тем, кто станет его непосредственным начальником, но это казалось несущественной мелочью. Чаще всего его мысли были о другом.

Резко остановившись, Балкан взглянул на Ротана.

— Как Сонеа?

— Плохо, — покачал головой Ротан. — Дайте ей время.

— У нас нет времени, — отрезал Балкан.

— Я боюсь подумать, что случится, если не дать ей прийти в себя самой.

— Что вы имеете в виду? — спросила Винара.

— Я не уверен, что она хочет поправиться. Маги обменялись тревожными взглядами.

— Ну объясните же ей ситуацию, — сказал Балкан. — Восемь сачаканских магов чуть не одолели нас. Что же может сделать армия? Даже если сачаканский король не воспользуется нашей слабостью, достаточно одного Ичани, чтобы раздавить Гильдию. Сонеа нужна нам, а если она не хочет сражаться сама, пусть научит кого-нибудь из нас!

Ротан сознавал справедливость слов Балкана, но его все равно охватило раздражение. Неужели он не понимает, сколько вынесла Сонеа? После смерти Аккарина прошла всего неделя. Ее горе не имеет границ.

— Научитесь по книгам, — поджав губы, сказал Ротан.

— Саррин не смог разобраться в инструкциях, и я тоже не могу, — недовольно признался Балкан.

— Вот сами и поговорите с Сонеа, — неожиданно поддержала Ротана Винара. — Заодно объясните, на что она может рассчитывать. Пока что она даже не принадлежит к Гильдии, а вы от нее что-то требуете!

— Вы правы, — тяжело вздохнул Балкан. — Ну что же. Нужно обсудить ее положение и его ограничения.

— Мы уже решили этот вопрос, выбирая Саррина, — заметил Пикин.

— Нет, нет, нужно уточнить требования, — сказал Гаррел. — Тогда мы договорились, что черный маг должен оставаться на территории Гильдии, не может занимать ответственный пост и преподавать. Этого мало. Нужно добавить, что она может использовать свою силу, только есливсе мыпопросим ее об этом.

Ротан нахмурился. Все мы? Похоже, Гаррел уверен, что займет место среди Верховных Магов.

— Мы же хотим, чтобы она научила черной магии кого-то из нас, — сказал Джеррик, недовольно взглянув на Гаррела. — Это противоречит правилам.

— Что скажете, лорд Ротан? — спросила Винара.

Ротан помедлил. Он знал, что Верховным Магам не понравятся его слова.

— Не думаю, что она согласится оставаться на территории Гильдии.

— Почему? — спросил Балкан.

— Она всегда мечтала помогать бедным. Отчасти поэтому она и вступила в Гильдию, — сказал Ротан. — Эта мечта очень поддерживала ее в трудные времена, — добавил он, выразительно взглянув на Гаррела.

— Вы думаете, если мы предложим ей организовать больницу в трущобах, она захочет остаться с нами? — продолжила его мысль Винара.

Ротан кивнул.

— Это поможет Гильдии вернуть доверие народа, — задумчиво сказал Балкан, побарабанив пальцами по рукаву. — Надо признать, из нас вышли неважные защитники… Некоторые даже возлагают на нас вину за вторжение.

— Не может быть! — воскликнул Гаррел.

— Это правда, — тихо сказал Оузен.

— Неблагодарные двэллы, — буркнул Гаррел.

— Собственно говоря, это мнение высказали члены Великих Домов, вернувшись из Элана, — холодно сказал Оузен. — Включая некоторых представителей Дома Парена, если не ошибаюсь.

Было странно видеть, как обычно невозмутимый Гаррел залился краской.

— Давайте ограничим свободу перемещения границами города, — предложил Телано.

— Весь смысл этого ограничения в том, чтобы маг не имел доступа к большому числу людей, — сказал Пикин. — А в Имардине, как вы понимаете, самая высокая плотность населения по всей стране.

— А еще вам придется убедить Короля пересмотреть границы города, — усмехнулся Ротан. — Сонеа собирается помогать жителям трущоб, а не аристократам из Внутреннего Круга.

— Нет, нет, это ограничение никуда не годится, — сказала Винара. — Я предлагаю эскорт.

Маги повернулись к Целительнице. Балкан одобрительно кивнул.

— Если она собирается заниматься Целительством, ей нужно закончить обучение, — продолжала Винара, взглянув на Ротана.

— Я понимаю, — кивнул Ротан. — Мой сын вызвался ее учить. Он надеялся таким образом отвлечь ее от мрачных мыслей, но, думаю, он будет рад занять официальное положение при новой больнице.

— Да, возвращаться к занятиям в Университете ей не стоит, — задумчиво сказала Винара, — но у Целителя должно быть несколько преподавателей. Хорошо. Я тоже приму участие в ее обучении.

Ротана захлестнула волна благодарности к строгой Целительнице.

— А какую мантию она будет носить? — спросил Пикин. Повисла недоуменная тишина.

— Черную, — тихо сказал Оузен.

— Как у Высокого Лорда?

— Я думаю, пришло время сменить мантию главы Гильдии, — сказал Оузен. — Черный цвет всегда будет напоминать людям о черной магии. Я считаю, у них не должно создаться впечатление, что мы полностью одобряем ее.

— Высокий Лорд должен носить белую мантию, — сказала Винара.

— Да, — тихо подтвердил Оузен. Остальные маги одобрительно закивали.

— Белую?! — негодующе воскликнул Балкан. — Да вы смеетесь! Это же так непрактично!

— Чем же вы собираетесь заниматься, что запятнает вашу белоснежную мантию? — с улыбкой спросила Винара.

— Пятна от вина, конечно, плохо отстирываются, — усмехнулся Джеррик.

— Значит, решено, — подытожил Оузен.

— Подождите! — воскликнул Балкан, но, оглядев собравшихся, только покачал головой. — Похоже, вы все решили без меня.

— Это хорошо, — сказала Винара. — Верховные Маги должны уметь спорить с Высоким Лордом. Мы подобрали хорошую команду. — Она оглядела собравшихся и с улыбкой остановила взгляд на Ротане. — Вы все еще не поняли, лорд Ротан?

— Что именно? — недоуменно спросил Ротан.

— Конечно, вопрос будет поставлен на голосование, но я уверена, что никто не станет возражать.

— Простите, но я действительно не понимаю…

Винара широко улыбнулась:

— Поздравляю вас, лорд Ротан. Вы — наш новый Заместитель Главы Алхимиков.

С крыши двухэтажного дома открывался вид на аккуратно очерченный круг руин. На развалинах копошились рабочие. Нескольких людей на границе круга откопали живыми, но большая часть находившихся в домах двэллов погибла — сколько именно, сказать было трудно.

Сири снова и снова возвращался сюда. Воспоминание о собственной самоуверенности, стоившей жизни стольким людям, жгло ему сердце. Он должен был прислушаться к предупреждениям Савары, но он был слишком занят мыслями о том, как убить Ичани, чтобы уделить им должное внимание.

Сири закрыл глаза. На него нахлынули другие мучительные воспоминания: развалины города, тела магов на лужайке перед Университетом, и лицо Сонеа в тот момент, когда Ротан наконец убедил ее оторваться от безжизненного тела Аккарина.

— Снова здесь?

Душистый аромат пряностей окутал его. Руки Савары обвились вокруг его пояса. На секунду Сири полегчало, но тут же острая печаль пронзила ему сердце.

— Ты уезжаешь?

— Да.

— Ты нужна нам.

— Вам не нужен сачаканский маг. А обычных помощников вам и так хватает.

— Ты нужнамне.

— Нет, Сири, — вздохнула Савара. — Тебе нужна женщина, которой ты будешь полностью доверять, а не подозрительная иностранка вроде меня.

— Не говори так, — сказал Сири, чувствуя, как у него сжимается сердце. Он знал, что Савара отчасти права, но расставание от этого не становилось проще. Хотя он так измучился в ожидании разлуки, что знал: ему будет легче, когда она останется позади.

— Я буду скучать, — тихонько сказала Савара, сжимая объятия. — Если… если хочешь, я загляну к тебе, когда дела снова занесут меня в Киралию.

Повернувшись, Сири поднял бровь, словно обдумывая ее слова.

— Хм… Придется мне пополнить запасы темного ануренского.

Савара широко улыбнулась, и Сири стало легче. Приподняв пальцем подбородок Савары, он медленно и уверенно поцеловал ее, затем шагнул назад.

— Если уходишь, уходи. Терпеть не могу долгие проводы.

Она улыбнулась, отвернулась, отошла. Сири проводил ее взглядом. Савара скользнула в люк.

Сири задумчиво поглядел на расстилавшийся внизу город. Многое изменилось за последнее время. Воровской мир словно замер в ожидании. Ходили слухи, что Король собирается отменить Чистку. Говорили, что трущобы объявят частью города. Сири прекрасно понимал, что роль Воров в новом Имардине изменится.

Улыбнувшись, Сири распрямил плечи. Ну что же, он давно готовился к тому, что поддержка Аккарина прекратится. Он установил важные связи, накопил средства и информацию. Начинается новая жизнь.

Карета катилась по вьющейся среди полей дороге. Откинувшись на мягких сиденьях, Дэннил и Тайенд подняли бокалы.

— За лорда Оузена, отправившего вас служить Гильдии Послом в Элане и разрешившего нам путешествовать по суше, — провозгласил Тайенд.

— За Оузена, — ответил Дэннил, чокаясь с Тайендом. — Вы знаете, я бы остался в Киралии, если б он попросил.

— Знаю, — улыбнулся Тайенд. — Я остался бы с вами. Я рад, впрочем, что мне не пришлось этого делать. Киралийцы все жеужасноконсервативны. — Он отхлебнул вина и внезапно посерьезнел. — Надеюсь, вы не думаете, что вам предстоит синекура. Эланские придворные тут же набросятся на вас с обвинениями в адрес Гильдии, ведь она оказалась не слишком хорошо подготовлена к войне.

— Мягко говоря, — усмехнулся Дэннил.

— Вам припомнят казнь Дема Марэйна, — продолжал Тайенд. — Эланцы резонно заметят, что альтернативная Гильдия могла бы справиться с нашествием. Вам придется убедить наших, что Гильдия остается непререкаемым авторитетом.

— Знаю.

— И потом, черная магия… Вам придется объяснить, что у киралийских магов действительно не было выбора. В общем, я вам не завидую! По крайней мере на пару лет вам предстоит та еще работенка.

— Я понимаю.

— Впрочем, я надеюсь, что не на пару лет, а подольше, — усмехнулся Тайенд. — А когда ваш срок Посла кончится, вам же никто не мешает остаться в Элане частным образом, правда?

— Я разве не сказал, что Оузен назначил меня Послом на неограниченный срок? — невинно спросил Дэннил.

Тайенд широко раскрыл глаза, затем ухмыльнулся:

— Правда? Это замечательно!

— Он сказал, что Элан лучше подходит моему характеру. И что глупые слухи не должны разрушить нашу дружбу.

— Он так сказал? — поднял брови Тайенд. — Вы думаете, он догадывается?..

— Не знаю. Мне показалось, он говорил сочувственно, но может быть, я услышал в его замечаниях интонации, которых там не было. Оузену сейчас нелегко: он только что потерял близкого друга и наставника. — Дэннил помедлил. — Я иногда думаю, так ли многое изменилось бы, если б мы перестали скрывать?..

— Бросьте, — нахмурился Тайенд. — Ваши консервативные маги с позором отправили бы вас в ссылку. А я, прежде чем отправиться вместе с вами, хорошенько отругал бы вас за глупость. — Он усмехнулся. — Я люблю вас, но при этом мне очень нравится, что вы — маг и важная персона в Гильдии.

— Вот и прекрасно, — улыбнулся Дэннил.