Маленький смуглый человечек, словно коричневая тень скользил по коридорам, залегавшим глубоко под дворцом короля Залаторма. До рассвета был целый час, и подземелье освещалось лишь небольшим синим шаром в руке юного волшебника.

Двигаясь с уверенностью, рожденной опытом, он лишь мельком оглядел древние скелеты, гниющие в боковых тоннелях. Кости служили одновременно безмолвным предупреждением авантюристам Халруаа и прославлением стражей, что берегли клады, зарытые глубоко в землю.

Добравшись до центра лабиринта, человек ступил в круг с выгравированными по краям рунами. Стоило ему запеть на древнем, тайном языке магии Халруаа, камень под его ногами начал таять, закручиваясь, словно густой серый туман, и образуя узкую, винтовую лестницу.

Маг двинулся по ней, держа свой путь все дальше и дальше к центру земли. На каждом шагу он произносил необходимые слова магического аркана. Человек старался не наступать на черные пятна, отмечавшие последнее место упокоения магов, чья память оказалась не такой хорошей.

У подножия лестницы находился большой зал. С каждой стороны помещения выстроилось по два десятка живых охранников. Многие великие некроманты Халруаа собрались здесь, сторожа секреты прошлого, прошептанные некогда устами, давно ставшими пеплом и памятью. Они кивнули молодому человеку, оказывая почтение посланнику короля. Никто из них даже не подозревал о истинной личности черноглазого юноши со смуглой кожей.

Маскирующийся маг остановился перед огромной дверью, склоняясь перед древним, похожим на труп, архимагом, охранявшим их. Он вручил старику свиток.

- Судебный приказ короля, — сказал он с ритмичным акцентом, обычным для жителей прибрежных островов.

Архимаг взглянул на официальное письмо, а затем поднял слезящиеся глаза на посыльного.

- По приказу короля мы обязаны ответить на ваши вопросы, как на его собственные. Я клянусь своими заклинаниями, так и будет.

Юноша склонил голову, выражая почтение и благодарность.

- Я хотел бы знать, кто создал и повелевал армией нежити во время битвы против Мулхорандских захватчиков.

Стражи обменялись неопределенными взглядами.

- Король сам завоевал эту победу, — рискнул ответить архимаг.

Посланник фыркнул.

- Когда король стал мастером некромантии? Скажите, кто из вас мог сотворить подобное?

Губы старика сжались, словно пытаясь сдержать слова, произнести которые обязывала данная клятва.

- Это за гранью моих способностей, — признал он наконец. — Никто в этой комнате не способен создать подобное заклинание. Мы все можем поднять нежить и командовать мертвецами, но не в таких количествах! Если эта магия была сотворена не королем, то кем-то равным ему по силе.

- Но кто равен королю? — спросил маскирующий свою личность маг, наполняя свой голос смесью беспокойства и возмущения, какую в подобной ситуации мог бы выказать верный молодой посыльный.

- Полагаю, ваш вопрос риторический, — заметил архимаг, тут же поспешив добавить. — Ибо кто может сравниться с королем?

И правда, кто? Маг спрятал кислую улыбку, тронувшую уголки губ. Ответ старого архимага был ловким, словно парирующий удар опытного фехтовальщика, но многие маги и в самом деле начинали задаваться вопросом, не могут ли они оказаться равными королю. Вопрос стража действительно мог быть риторическим, но ему недолго суждено оставаться в бескровной области рассуждений.

Посыльный поклонился, выражая благодарность, и сделал шаг в сторону двери. Архимаг отошел в сторону, явно желая закончить этот неприятный допрос.

Массивные, окованные железом двери бесшумно отворились, словно повинуясь мановению невидимой руки. Факелы, развешанные по стенам, мгновенно ожили, освещая круглый зал с несколькими дверьми. Вместо пола под ногами вошедшего открывался зияющий провал. Из необъятных глубин вверх устремлялись слабые, но угрожающие вопли, принося с собой запах склепа, суля забвение.

Маг ступил в пустоту. Отсчитав несколько шагов влево, он уверенно двинулся по воздуху, минуя три запертые магией комнтаы. Наконец, он добрался до нужного места.

Последняя зала была пуста. Лишь рубинового оттенка кристалл плавал в её центре. Напоминающий звезду, он горел собственным внутренним светом, заполняя комнату малиновым сиянием.

Маг позволил своей маскировке растаять, обнажая мягкое лицо человека среднего возраста. Человека, который самолично создал красную звезду более двухсот лет назад. Он опустился на колено и начал сложный ритуал, которого требовал каждый визит — очищение разума и сердца от печали и вины. Когда, наконец, душа обрела гармонию, соответствующую глубокой неподвижности окружающей комнаты, маг встал и посмотрел на камень.

- Сердце Халруаа ищет твоего совета, — тихо произнес король Залаторм.

Не тратя времени понапрасну, Залаторм описал боевые заклинания, что два дня назад высосали живые соки из сотен людей, призвав огромную водную элементаль, а затем подняли трупы, создав армию нежити.

- Что за маг, живой или мертвый, мог сотворить подобное заклинание? — закончил он.

Залаторм открыл свой разум, прислушиваясь к тихому ответу, к знакомым, поющим голосам эльфийских мудрецов, умерших много лет назад. Заунывная, бессловесная песнь внушала страх. Волна эмоций, словно ледяной шторм, захлестнула мага, похищая дыхание и останавливая сердце.

Боль, словно от удара, сжала грудь Залаторма, заставив отшатнуться назад. Он тяжело повалился на пол у единственной двери, не в состоянии дышать или двигаться. В течение долгих мгновений магу казалось, что здесь, в этой комнате, он найдет свою смерть.

Наконец, магия исцеления, более древняя, чем страх мудрецов, пролилась от малиновой звезды.

Сердце короля болезненно вздрогнуло, а затем вернулось к нормальному ритму.

Медленно агония отступала. Малиновая звезда снова спасла своего создателя.

Снова она дала Залаторму ответ, который тот не мог отыскать нигде более. Драгоценный камень был бессмертной историей, тысячелетиями опыта, навечно застывшими в едином мгновении. Залаторм знал, за всю долгую историю Халруаа был только один маг, способный вселить такой ужас в сердца застывших во времени мудрецов. И хоть не единого слова не было произнесено, маг получил ответ.

Каким-то образом Ахлауру удалось вернуться.