Грозовые тучи грохотали над дикими горами. Дождь лил не переставая. Время от времени, шипящие молнии дарили унылой местности краткий проблеск света. Пользуясь преимуществами ночного зрения своего народа, Кива тенью скользила по Нату. Эльфийка ни на мгновение не теряла бдительности. В конце концов, намеченная жертва видела в темноте не хуже.

Годы знакомства с шайками кринти дали Киве возможность изучить их привычки, поведение и убежища. Спокойно пройдя по извилистым тропам, она обогнула упавший валун, скрывавший от чужих глаз наблюдательный пост, где стояла высокая воительница — темный силуэт с серой кожей и волосами. Широко расставив ноги, женщина задрала голову к небу, словно бросая вызов богам.

- Хериш, — пробормотала Кива, узнав разведчицу. Сунув руку в сумку, она ощупала содержимое, отыскивая все необходимые для заклинания компоненты. Поднявшись, Кива выкрикнула приветствие на искаженном эльфийском диалекте, которым так гордились кринти.

Выхватив меч, разведчица развернулась. На лице женщины застыла настороженность. Радость быстро сменила подозрительность, стоило Киве выйти из укрытия.

Хериш вприпрыжку бросилась вперед, заключая эльфийку в крепкие дружеские объятия.

- Сестра! Я так рада, что ты жива!

- Меня саму это несказанно радует, — ответила Кива со всей теплотой, на которую была способна. Она быстро высвободилась из объятий и протянула кринти небольшой потускневший серебряный медальон. — Я принесла тебе подарок.

Принимая безделушку, кринти с интересом осмотрела её.

- Открой, — предложила Кива.

Хериш отыскала застежку. Внутри медальона лежал полуистлевший локон белых волос. Женщина подняла удивленный взгляд на Киву.

- Реликвия, — сказала эльфийка, подтверждая невысказанный вопрос воительницы. — Все, что осталось от Махидры. Амазонки, основавшей ваш клан.

Кринти быстро повесила медальон на шею. Переполненная чувствами, она выпрямилась и в знак глубочайшей признательности скрестила руки, ударяя кулаками по плечам.

- Клянусь, я буду достойна этой вещи. Моя жизнь принадлежит тебе.

Эти слова заставили Киву быстро улыбнуться.

- Расскажи мне о наших успехах в недавнем бою.

Лицо кринти помрачнело.

- Все плохо. Многие кринти пали в сражении с воинами Халруаа, некоторые бежали от темных фейри. Разведчицы собрали выживших. До новолуния мы вернемся к Дамбрату.

Кива кивнула, соглашаясь.

- Лагерь рядом?

- Час хода, может два. Я отведу тебя.

Хериш быстро побежала вперед. Легким шагом, эльфийка последовала за кринти. В поле зрения показались пирамидальные курганы фейри. Возвышаясь лишь в паре шагов поодаль, они были окутаны дождем и туманом. Кива упала, крепко прижимая колени и изо всех сил стараясь восстановить дыхание, словно бег утомил её.

Кринти вернулась, выглядя озадаченной. Кива резко выпрямилась, выбрасывая руку и швыряя заряд черно-красной энергии в амазонку. Магический снаряд ударил Хериш в грудь, отбрасывая к одному из курганов. Женщина тяжело ударилась о землю, раскидывая руки в сторону. Кринти застыла, словно попавшая в паутину муха, слишком ошеломленная, чтобы сдвинуться с места.

Из сумки Кива достала инструменты — маленький молоточек и четыре длинных серебряных колышка. С мрачным видом охотящегося вампира, она приблизилась к оглушенной кринти. Эльфийка вбила колья в руки и ноги женщины. Несмотря на все происходящее, Хериш, застрявшая в волшебной ловушке, не вскрикнула. Воительницы кринти не признавали боли. Но странные голубые глаза женщины горели непониманием и горечью от свершенного предательства.

Поднявшись на ноги, Кива начала двигаться против часовой стрелки, выпевая заклинание. Наконец завершив круг, она поймала обвиняющий взгляд пленницы и резко соединила руки. Вспышка черной молнии — и тело женщины засосало в курган.

Эльфийка ждала, пока черная магия подействует. Жизнь за жизнь — Кива охотно обрекла Хериш на заключение в месте, которого кринти боялись больше смерти, в обмен на свободу более полезного существа.

Наконец потрескивание энергии обернулось новым взрывным всплеском силы, и Кива отвернулась, закрывая глаза из-за внезапной, ослепляющей вспышки. Обернувшись назад, она увидела жалкую фигурку, жавшуюся к основанию кургана фейри.

- Нет, — решительно сказала Кива, недоверчиво глядя на свой приз.

Освобожденный не был Тзигоной — это была даже не женщина! Жалкий мужчина валялся у ног Кивы. Его бледное лицо сильно напоминало лысую морду хорька, а редкие волосы облепляли череп, мокрый от пота и крови.

Визжа от неконтролируемой ярости, Кива несколько раз пнула мага. Тот лишь плотнее сжался, прикрывая руками голову. Худое тело сотрясалось от рыданий. Знакомый талисман выпал из его руки. Он рванулся за ним, оборачивая цепочку вокруг каждого пальца и сжимая медальон так, словно эта вещица была единственной связью с жизнью и ясным сознанием.

Кива подозревала, что подобное предположение было не далеко от истины.

- Дамари Эксчелсор, — с отвращением процедила она. — Почему каждый раз, стоит заклинанию сработать неправильно — рядом оказывается Дамари?

Плачущий человек внезапно замер. Через мгновение, он рискнул взглянуть на свою мучительницу.

- Кива?

В этом слове, казалось, соединились надежды всего мира. Кива поморщилась. Если Дамари был способен найти утешение в ней, то ему, вероятно, действительно было очень плохо!

Но Кива была готова импровизировать. Она присела рядом с магом, шепча глупые успокаивающие слова. Дамари взял из её рук флягу и начал пить. В начале — нерешительно, а затем все с большей и большей жаждой. Наконец, она забрала сосуд из его рук.

- Ты в безопасности, Дамари. Я вернула тебя обратно.

Кива посмотрела, как человек медленно понимает произошедшее. Наблюдала, как его взгляд становится уверенным и твердым, словно обсидиан.

- Где выродок Кеттуры?

Лед в голосе Дамари испугал эльфийку. Она присела на корточки и посмотрела на мага. Он без промедления ответил на её взгляд. В это долгое мгновение Киве показалось, что она видит отражение собственной души.

- Ненависть, — одобрительно сказала она. — Жажда мести. Где жалкий рыдающий хорек, которого я знала и ненавидела все эти годы?

Маг не дрогнув встретил её насмешку.

- Он ушел. И кому как не тебе знать это? Мы вместе раскопали, почему кринти страшатся темных фейри. Ты осведомлена о том, что происходит с теми, кто попадает за завесу и возвращается. Я прошел через тигель. Шлак был сожжен, и мое сердце обратилось в сталь.

- Как прежде произошло с дроу, — сказала Кива, вспоминая легенду, объясняющую абсолютное зло, коим являлись темные эльфы.

Дамари улыбнулся.

- Даже несмотря на это. Я готов возобновить все, чем занимался много лет назад, прежде, чем побег и смерть Кеттуры нарушили мои планы.

- Да, мне кажется, ты готов, — задумчиво сказала эльфийка. — Тебе стоит кое-что узнать, прежде, чем ты продолжишь свой путь к бессмертию. Кеттура не мертва.

Маг уставился на Киву.

- Как такое возможно? Ты сама сказала мне о её смерти! Ты принесла мне её талисман! — он помахал цепочкой с маленьким простым медальоном.

Кива поморщилась.

- Кринти основательны. Когда они закончили с Кеттурой, ту было не узнать. Они сказали, что она мертва, и я поверила им. Все, кто видел её тогда не усомнились бы в этом.

- Но она жива.

- В некотором роде. Сейчас она известна, как королева Беатрикс.

Долгое время Дамари не сводил глаз с Кивы, а затем мрачно рассмеялся.

- Так Кеттура, маг призыва, теперь безумная королева Халруаа! Как странно иногда оборачивается жизнь!

Его радость внезапно исчезла.

- Так вот почему Совет Старейшин дал мне разрешение на развод так скоро после исчезновения Кеттуры! Я думал, что это проявление уважения к магу, который не желает быть связанным с осужденной убийцей. Но это дело рук Залаторма, да?

- Похоже на то, — сказала Кива, хотя все было не так. Зефир, её сородич и союзник, проявил внимание к этой проблеме.

- Так Залаторм знает о прошлом и личности своей королевы, — протянул Дамари, словно пытаясь понять слишком тяжелую для него мысль. — Как он мог не знать? Разве не он величайший прорицатель Халруаа?

От этих размышлений лицо Дамари стало беспокойным.

- Если король знал обо всем, что произошло между мной и Кеттурой, я не был бы все еще жив. Но ведь про мухлорандское вторжение он ничего не знал. Возможно ли, что сила прорицаний короля — больше легенда, нежели реальность?

- Многие маги задаются тем же самым вопросом. Подозреваю, ты найдешь Халарах интересным местом. Могу ли я вернуть тебя в башню?

Маг кивнул. Он с трудом поднялся на ноги и, прихрамывая, двинулся в волшебные врата, созданные Кивой.

Оставшись одна, Кива рассматривала курган фейри. Заклинание обмена было трудным и дорогим. Она не могла сотворить его снова. Только после многих часов обучения и дней отдыха. Найти компоненты для подобного заклинания было чрезвычайно трудно. В настоящее время Тзигоне придется остаться там, где она была.

Кива лишь надеялась, что ей удастся добраться до девушки прежде, чем Маттео.

* * * * *

Дамари вышел из портала, оказываясь в собственных садах. Промозглый холод Неблагого Двора и проливной дождь Ната теперь стали лишь неприятными воспоминаниями. Здесь, в городе короля, над головой мерцали звезды, а мягкий ночной воздух был густым, словно патока.

Некоторое время маг стоял, вдыхая тревожный запах трав и благодаря богов лишь за то, что он остался жив и сбежал от темный фейри. Дамари не жалел о том, во что превратился из-за своих мучений — он был очень далек от этого. Тем не менее, маг был просто счастлив, что изменения свершились и все закончилось!

Его глаза обежали сад. Пышная и ароматная зелень была освещена ущербной луной. Прищурившись, он уставился на сторожевой пост.

Привратник ушел. Дамари зашагал к башне и распахнул дверь, подзывая слуг. Лишь тишина стала ему ответом.

Беспокойство сменилось яростью. Маг метнулся вверх по лестнице, спеша в свою мастерскую. Как он и боялся, в лаборатории царил разгром. Все её содержимое было упорядочено, словно его “посетители” предпочитали не быть пойманными за своими поисками. Дамари приступил к работе, методично обходя упавшие флаконы, свитки и книги, отмечая пропавшие. Больше всего его взволновало исчезновение записок о Неблагом народе.

Кто-то работал над заклинанием, желая освободить Тзигону. Зачем еще могут понадобится подобные вещи? Дамари искренне сомневался, что кто-то был способен пойти на такие усилия ради него!

Слабая язвительная улыбка искривила его губы, когда он вспомнил свое спасение.

- Мне кажется, Кива приветствовала меня не слишком тепло, — пробормотал он. — Так у неё до сих пор есть дело для Тзигоны. Интересно, какое.

Но на повестке дня у Дамари были более насущные проблемы. Он откинулся на спинку стула и оглядел разруху, царящую в библиотеке. Вторжение в его башню не было простым делом. Халруаанские законы не одобряли тех, кто грабил жилища магов.

Ему пришло в голову, что башня была магически защищена. Если он был первым, вошедшим в сюда с помощью магии или же без неё, его прибытие спровоцировало магическую тревогу. Маг поспешил к окну. Разумеется, несколько человек в сине-зеленой форме городской стражи быстро шли к воротам.

Дамари поспешил к скрытой двери, ведущей в туннель, соединяющий две комнаты. Там он затаился, слушая топот стражи, которая пыталась обыскать его жилище. Их поиски были долгими и раздражающими. Когда все, наконец, стихло, маг выбрался обратно в кабинет. К проблеме, которая ждала его там. Кто-то знал о нем слишком много. Но кто?

Ответ, словно удар кулака, обрушился на Дамари. Разумеется, вором был никто иной как Басель Индоулаур. Самоназначенный страж Тзигоны и, скорее всего, её отец! Ради спасения девушки, Басель привел свой летающий корабль в опасный Нат. Он поставил под угрозу собственную жизнь, чтобы помочь Кеттуре после побега. Разве после подобного ограбление башни было чем-то из ряда вон выходящим?

- Это может стать проблемой, — пробормотал он. После того, как Басель узнает о возвращении хозяина зеленой башни — а сомневаться в этом не приходилось — маг точно будет следить за каждым движением Дамари, словно ястреб за зайцем.

Мужчина поднялся и заходил по комнате.

- Что же делать? — рассеянно сказал он. Игнорировать мага уровня Баселя было слишком опасно, но противостоять ему тоже плохая идея. По крайней мере, противостоять в одиночку.

Дамари поспешил в свою комнату для прорицаний и устроился перед большой янтарной сферой. Он быстро бросил заклинание, чтобы найти Киву.

Много мучительных минут прошло, прежде чем лицо эльфийки предстало перед его взглядом. Когда Дамари открыл рот, чтобы начать говорить, он отметил тонкие черные шпили, взмывающие в воздух позади Кивы. В изумлении, он открыл рот.

- Ты выбрал не лучшее время, — сухо сказала Кива.

Дамари разозлился.

- Я бы так не сказал! Эти шпили — я видел их в книгах по истории. Почему ты не сказала мне, что поднимаешь башню Ахлаура?

- Когда я решу поделиться своими сокровищами с каждым магом Халруаа, то обязательно поведаю о своих делах в каждой местной таверне, — ответила женщина.

В голову Дамари пришла ужасающая мысль. За мгновение до того, как Тзигона утащила его в Неблагой Двор, он видел, как Кива исчезает в водных вратах. Если она вернулась, кто или что вернулось вместе с ней?

- Ларакен? Ахлаур?

Взгляд эльфийки скользнул в сторону.

- Мы поговорим позже. Мне нужно идти.

- Он вернулся, не так ли? — не отступал Дамари. — Он жив, и ты вернула его из заточения. Это так ты планируешь сместить Залаторма? Кива, это как избавить сарай от мышей, притащив туда гадюк! Что станет с Халруаа, если этот проклятый некромант сядет на трон?

- Ахлаур никогда не будет править Халруаа, — тихо сказала эльфийка. Глаза её вспыхнули ненавистью. — Клянусь, что корона Залаторма перейдет к другому.

Удивление Дамари мгновенно сменил интерес.

- К кому?

Кива нетерпеливо дернула плечом.

- К Прокопио Септусу, скорее всего.

- Лорд-мэр — могущественный человек, — согласился Дамари. — Его уважают старейшины. Но какой маг, или два, или три, или даже двадцать три, сможет выступить против Ахлаура?

- Не утруждай себя. Это моя забота.

Дамари только насмешливо фыркнул.

Эльфийское лицо в шаре стало ледяным.

- Никогда не забывай, Дамари. Я вытащила тебя из Неблагого Двора. Я могу легко вернуть тебя обратно.

В этом маг сомневался, но предпочел бы не проверять своих догадок.

- Я перегнул палку. В качестве извинений, прими эту информацию.

Он быстро рассказал эльфийке о пропавших книгах заклинаний, историй кринти и своих подозрениях в отношении Баселя Индоулаура.

- Я знаю этого человека, Кива. Они с Кеттурой были друзьями детства. Возможно, даже больше, чем друзьями. Он, быть может, выглядит не слишком импозантно, но он опасен.

Кива раздраженно зашипела.

- Я не могу сделать и трех шагов, не запнувшись о мага Халруаа! Нужно как-то держать их подальше.

Дамари ждал её распоряжений. Когда женщина не предложила ничего конкретного, он перешел к другому вопросу.

- Если ты так ненавидишь магов Халруаа, почему передаешь корону Прокопио Септусу?

Она снова пожала плечами.

- Потому что он честолюбив. И потому что он — не Залаторм.

Дамари безмолвствовал, ослепленный светом новых возможностей.

- Полагаю, любой маг подойдет под эти критерии, м?

Мгновение, Кива молчала. Потом её янтарные глаза просияли.

- Прежде ты противоречил мне, Дамари. И я не забуду этого. Но пока ты верен, кто знает, какое будущее тебя ждет? Мои друзья, заседали в Совете Старейшин, становились наставниками джордайнов, — эльфийка коротко и неприятно улыбнулась. — Моя бывшая наставница царствует, как королева. Может, ты хотел бы получить жену Залаторма вместе с его троном?

Предупреждающий колокол зазвонил в душе Дамари. Кива говорила о Кеттуре, словно лишь недавно узнала о новой личности женщины, но быть может это Кива приложила руки к восхождению Кеттуры на трон? Если так, то какова цель? В его планах было многое, о чем Кива не знала. Скорее всего, эльфийка действительно могла бы сделать нечто подобное!

- Ты говоришь о могущественных друзьях, но многие из них мертвы, — заметил он. — Благодаря вашим с кринти стараниям, королева обезумела. Мне кажется, ты опасный друг.

- И куда более опасный противник. Оцени свои амбиции, Дамари. После того, как ты сравнишь возможный риск и возможную выгоду, мы поговорим снова.

- Зачем ждать? Скажи, что мне делать?

Кива снова бросила взгляд в сторону.

- Ты должен сделать две вещи. Первое — завязать партнерские отношения с Прокопио Септусом. Тяните фургон вместе, пока не придет время отбросить его. Я пошлю тебе магическое сообщение с подробным описанием его недавних проступков.

- Хорошо, — кивая, сказал Дамари. — Шантаж становится основой многих политических отношений.

- Второе — найди магов, склонных поддерживать Залаторма и уничтожь их. Я должна идти.

Медное лицо исчезло из сферы, полностью и внезапно.

- Только две вещи, — пробормотал Дамари, отстраняясь от сферы прорицаний. — Шантажировать одного из самых могущественных магов Халруаа и уничтожить тех, кто поддерживает короля. Ерунда какая!

Маг поспешил к полке, где он хранил бутылку для сообщений. Поставив её на стол, он уселся и стал ждать.

Спустя не слишком много времени, в бутылке возник свиток — сообщение Кивы, волшебным образом отправленное союзнику. Дамари нетерпеливо вытряхнул его наружу и расправил пергамент. В процессе чтения, он восторженно хихикал.

О, да. Прокопио примет его в качестве союзника. У лорда-мэра, в сущности, не будет выбора. Дамари пришлось восхититься удали мужчины. Прокопио был умным. Быть может даже достаточно умным, чтобы преуспеть в сложной затее с Залатормом. Но одно дело — бросить вызов королю. А другое — действительно носить корону.

Дамари приблизился к зеркалу из полированной бронзы и уставился на свое отражение. Он задумчиво провел рукой по редким волосам. Маг не был красивым, или внушительным, или могущественным. По крайней мере по тем меркам, которыми жители Халруаа обычно измеряли могущество. На самом деле в Дамари не было ничего особенно примечательного.

Он пожал плечами. Ну и что? Еще не было человека, который не стал бы лучше, надев корону.

Кива поспешила назад к поднимающейся из воды башне. К счастью, творимое заклинание было долгим и трудным, поэтому некромант едва ли отметил отлучку эльфийки. Ахлаур все еще стоял, закрыв глаза и вытянув перепончатые руки. Кровь, вытекающая из необходимых жертв, объединялась вокруг него и медленно просачивалась в землю.

Черная башня поблескивала, медленно, словно обретающий форму обсидиановый элементаль, поднимаясь из болота. Вокруг стояла орда скелетов давно умерших существ, поднятых из окрестных болот, чтобы принять участие в этом странном перевоплощении. Когда башня поднялась, тысячи голых костей облеклись в плоть. Вода, которая затопила башню и её сокровища стекала на головы терпеливо ожидающих мертвецов. Бессмертные слуги — не совсем зомби, не совсем водные элементали — были готовы исполнить приказы своего хозяина. Древние кости просвечивали сквозь полупрозрачные тела.

Киве пришлось признать, что способ избавиться от воды был не лишен остроумия. Осушенная яма останется под башней, служа подземельем и местом для сброса мусора. Воины же помогут Ахлауру в его начинаниях.

Эльфийка дожидалась, пока вход в башню окажется вровень с твердой землей. Повинуясь толчку невидимых рук, двери и окна распахнулись. Сухой ветер ворвался внутрь строения. Наконец башня предстала именно такой, какой Кива видела её в последний раз. Внушительное произведение искусства магов Халруаа, кладезь знаний некроманта, место, ужасы которого слишком хорошо запечатлелись в памяти.

Кива добавила свои аплодисменты к вялым водянистым хлопкам рук зомби.

- Никогда не видела подобной магии, Лорд Ахлаур. А что за армия! Этих воинов хватит, чтобы отогнать магов.

Триумфальная улыбка исчезла с лица Ахлаура.

- На башню хотят напасть?

Женщина отступила, напуская на себя огорченный вид.

- Я оговорилась, милорд. На сколько мне известно, никто не собирается атаковать башню. Но её подъем потребовал множества магической энергии. Есть волшебники, способные воспринять заклинания такой силы. Рано или поздно, они придут сюда, чтобы разузнать источник.

Кивком головы, некромант признал её правоту.

- Очевидно, у тебя есть предложение.

- Да, мой господин. С вашего позволения, я призову ларакена обратно в болота Ахлаура.

Черные глаза некроманта сузились.

- Откуда ты знаешь заклинание?

- Оно похоже на то, что призывает его отца, водного демона. Я видела это достаточно часто, чтобы запомнить.

С усилием, Кива заставила свой голос звучать спокойно.

Некромант выглядел заинтересованным.

- Мало кто может изучить заклинание, просто наблюдая за ним. Ты всегда была моей лучшей ученицей, маленькая Кива, — сказал он, игнорируя тот факт, что эльфийка была не ученицей, наблюдающей за призывом, а мишенью заклинания. — Очень хорошо, давай посмотрим, что ты можешь сделать.

Кива кротко улыбнулась.

- О, ты увидишь, мой господин.

Подозрение сверкнуло и пропало в глазах мага.

- Лучшая из моих учениц, — повторил он, вторя мягкому голосу эльфийки. — Не терпится увидеть другие уроки, что я ненароком преподал тебе.

В этих словах прозвучало явное предупреждение. Эльфийка отметила, каким интересом горели глаза Ахлаура. Впервые некромант задумался о том, что все могло быть не тем, чем казалось раньше. Он не выглядел встревоженным подобной перспективой. Скорее, наоборот. Ничто он не любил больше, чем интриги и жестокие игры.

Эльфийка не прекратила улыбаться, молча обещая дать магу все, чего он так жаждал и даже больше.