— Ну хорошо, если Вадим, Алексия и Кирилл вычеркнуты из списка подозреваемых, то что же тогда получается? — поинтересовалась Ирина, которая все время молчала, пытаясь понять, к чему ведут сыщики.

 — Остается лишь один человек, вызывавший своим поведением все больше подозрений. Вы уже, наверное, догадываетесь, что это Лариса Анатольевна.

 — Да, конечно я всегда крайняя, — пробурчала женщина.

 — Не везет вам, согласна, — хмыкнула Сашка. — Вы выдали себя, когда Георгий вам сказал, что мы уже напали на след. Тогда это был блеф, но вы отреагировали. Вы испугались и тогда, когда он спросил вас о коде от сейфа.

 — Я даже не мог предвидеть такой реакции, — кивнул Гера.

 — И когда я вам намекнула, что вы могли продать информацию из ненависти, а именно из-за той давней любовной истории с Юрием Борисовичем, вы убежали как ошпаренная. Как говорится, не умеешь играть — не поднимайся на сцену. Вы поступали отчаянно, но хочу заметить, не в отчаянье. Все было продумано до мелочей, но кто же знал, что вы окажетесь такой пугливой.

 — Алексия как-то поведала нам, что вы были сильно влюблены в Юрия Борисовича, — дополнил ее Евгений.

 — Лара, но это же было сто лет назад! — удивился директор.

 — Эх, плохо вы знаете женщин, — усмехнулась сыщица. Она подошла к Ларисе Анатольевне и протянула той фотографию молодого мужчины. — Узнаете этого молодого человека? Можете не отвечать, ваши глаза сами за себя говорят. Вот этот господин, которого зовут Артур, пиарщик «Матиаса», передал вам предоплату за тендер на выставке скульпторов, где вас засек Георгий.

 — Как же так, Лара! Не могу поверить, что ты могла так поступить со мной… — простонал Юрий Борисович.

 — Юрочка, это не я. Поверь мне, я всего лишь… Юра, верь мне! — Лариса Анатольевна со слезами бросилась к Юрию Борисовичу.

 — Да, это не она. То есть, не совсем она, — подтвердила Саша. — В наш последний разговор я поняла, что вы до сих пор любите Юрия Борисовича. Вы с такой болью в голосе отрицали очевидное, что мне все стало ясно. И тем не менее, почему вы установили камеры в его кабинете, встречались с конкурентами? И тут я вспомнила, как Кирилл рассказал, что как-то раз услышал ваш разговор по телефону. В нем вы спрашивали собеседника, сколько еще он будет вас шантажировать.

 — Да, еще до этого я предположил, что в деле замешан не один человек, а двое, — уточнил Георгий.

 — И я не отбросила эту версию. Она мне почему-то сразу показалась довольно логичной.

 — Ну, что, вы скажете, кто вас шантажировал, или нам продолжить? — спросил у Ларисы Анатольевны Женя, но та только молча отвернулась.

 — Лишь сильный страх мог заставить вас пойти на убийство! — Гера с сожалением посмотрел на съежившуюся женщину.

 — Я не собиралась убивать Игоря! Только припугнуть немного! — срывающимся голосом начала оправдываться Лариса Анатольевна.

 — Вы знаете, не очень было на это похоже. Еще пару миллиметров и я бы отправился к праотцам, — резко отозвался Игорь, но в его голосе не было злости, что крайне удивило Александру.

 — Может и не собирались. Мотивы вашего сердца судить не нам. Вы тогда наверняка считали, что раз Игорь увидел, как вы роетесь в сейфе Юрия Борисовича, вам не остается ничего иного, как заставить его молчать. А вот какой ценой — это другое дело, — подытожила Саша. — Скажите, вас шантажировали именно тем, что вы до сих пор любите Юрия Борисовича? Ведь не только я это заметила?

 — Да! Я боялась, что все старания на протяжении последних лет будут напрасны, если Юра узнает о моих чувствах. Тогда мы не будем больше партнерами. Я в один миг лишусь и хорошей работы, и возможности быть рядом с ним. Мне же больше ничего и не нужно, — всхлипывая, ответила женщина, и Саше стало ее по-настоящему жаль.

 — Как все сложно, — устало вздохнул Мирослав. — Так кто же, в конце концов, виновен?

 — Еще немного вашего терпения, — успокоил его Евгений. — Сообразив, что упустили что-то из виду, мы снова стали ворошить личные дела сотрудников, и Саша наткнулась на несовпадение. Она обнаружила в бумагах копию предыдущего паспорта Юрия Борисовича и запись о девочке 1977 года рождения. Свидетельства о рождении нигде не было. Тогда мы обратились в архив, и нам удалось достать его копию: 17 июня 1977 года родилась некто Алекса Юрьевна Скуратова. Отец ее Юрий Борисович, а мать — Алехина Вера Станиславовна.

 — К сожалению, Веру Станиславовну мы не застали в живых. Она скончалась несколько месяцев тому назад. Но зато нам удалось поговорить с ее соседкой. Вы знаете, мы были почти на сто процентов уверены, что Алекса и Алексия — это одно и то же лицо. И, наверное, любой на нашем месте сделал бы такое же предположение. Но не тут-то было! Меня смутила одна фраза, невзначай оброненная соседкой. Та сказала, что Алекса, она же Лешка, с виду очень милая девушка, но что на самом деле из себя представляет, мало кто знает. Кажется, что она всегда играет не свою роль. А еще поведала, что очень любит деньги. Проблема была в том, что Алексия совсем не была похожа на милую и не так уж и хорошо играла. Тогда меня посетила совершенно дикая мысль, и мы с Денисом снова поехали к соседке и показали ей фотографию девушки. Естественно, на фотографии была не Алексия.

 — А кто? — воскликнул Кирилл.

 — Верочка! — победно заявила Александра и посмотрела в упор на главного дизайнера. Та даже бровью не повела.

 — Какая чушь. Вам бы сказки детям сочинять, — самоуверенно улыбнулась дизайнер.

 — Вот, вы снова играете. В доказательство у меня есть свидетельство о смене имени, полученное вами сразу после достижения совершеннолетия. Вы так ненавидели свое имя и хотели его поменять, что не нашли ничего умнее, как взять имя своей матери, — Саша передала присутствующим копию документа.

 — Но согласитесь, в результате это сыграло в мою пользу, — вдруг перестала отпираться Верочка. Сейчас она больше всего смахивала на расшалившуюся непослушную девчонку.

 — Ирония в том, что Вадим и Алексия шантажировали Юрия Борисовича именно тем, что расскажут вам о вашей с ним родственной связи, а вы-то давно все знали, — покачал головой Денис.

 — Ха! Я все знала, папик! — Вера презрительно фыркнула Юрию Борисовичу в лицо.

 — Вы так рьяно отрицали личностный мотив и в разговоре с нами, и с Георгием, что сначала мне это показалось смешным, и лишь позже подозрительным.

 — Да, в тот день, когда я якобы случайно встретила Георгия в ресторане, мы должны были обсудить с Ларисой дальнейший план действий, но она, сославшись на плохое самочувствие, не пришла. А вы ведь тогда не случайно ко мне подсели? — подмигнула Верочка журналисту.

 — И тут вы правы, — признал Гера. — Но признайте, мотив то получился какой-то смешанный. С одной стороны, отомстили отцу, который бросил вас, даже не захотев увидеть, с другой — еще и заработали на этом.

 — А я считаю это справедливым! Ведь это не он существовал на подачки и донашивал платья после троюродных сестер, — ткнула пальцем в Юрия Борисовича девушка. — А сам жил припеваючи, прекрасно зная, что я могла бы получить часть его бизнеса. Но я и сама умею читать юридические документы. Я тоже лазила в компьютере Вадима. Пока не наткнулась на устав. Но мне эта компания не нужна. Я желала лишь  мести!

 — Все лежит на поверхности. Не так ли вы сказали? — кивнула ей сыщица.

 — Именно. Только Лариса мне все испортила. Я воспользовалась ею, как человеком, приближенным к папуле и имеющим связи с конкурентами, но не рассчитала, что не все такие классные артистки, как я. А когда она пошла к Борисовичу просить, чтобы тот отказался от ваших услуг, это меня вообще вывело из себя.

 — Вы еще неопытный игрок, Верочка, — посмотрела на нее Саша. — Но как для аматора совсем неплохо, хочу вам сказать.

 — Уведите ее, — попросил Юрий Борисович мужчин в штатном.

 — Еще встретимся, папаша! — выкрикнула Верочка, обернувшись у выхода.

 — Ничего себе. Я не ожидал такого поворота! — не переставал удивляться Кирилл. — Хочу пожать руку настоящим профессионалам. Кирилл обменялся рукопожатиями с ребятами и подошел к Александре: — Надеюсь, мы еще встретимся.

 — Я бы на твоем месте не очень жаждала встречи со мной. Это может быть опасным, — подмигнула ему Сашка.

 — Я тебя понял. В личном плане мне ничего не светит. Ты, как и большинство девушек, предпочитаешь таких правильных парней, как Игорек?

 — В целом — да. Но на практике все иначе, — загадочно улыбнулась девушка.

 — Неужели? Насколько иначе? — решил продолжить Кирилл.

 — Намного, Кир. А вообще, я рада, что это дело закончено. Давай праздновать! Что тут у вас есть вкусненького? — сменила тему Саша. Кирилл понял, что подробностей не последует, и только озадаченно повел бровями.