Некоторое время понадобилось Рихарту и остаткам его отряда, чтобы выбраться из той пещеры, образовавшейся под завалом. Отверстие, выходившее наружу было достаточным, чтобы пропустить человека, но слишком узким для лошадей. Пришлось расширить проход.

Пыль от каждого движения вздымалась такая, что выбравшись наружу, все были припорошены ею, словно мукой. А снаружи зрелище было еще более грандиозным, пугающим и трагическим. Огромные валуны обрушенного склона в считанные минуты завалили ущелье наполовину. Быстрая река немедленно заполнила пазуху и поднялась запрудой, падая сверху шумным и грязным водопадом.

Рихарт смотрел перед собой. Там, где только недавно была дорога, теперь лежало каменное крошево. А под ним погребенный заживо его отряд.

Темный странник, как тот себя называл, вылез первым, еще до того, как из завала выбрались остальные. Теперь он сидел на валуне, тупо уставившись в одну точку. Поняв, что на него смотрят, встал и приблизился.

— Что будем делать? — спросил, оглядываясь. — Там люди… Но нам не разобрать завал. Я пытался…

Сказано это было как-то беспомощно и с горечью.

— Мы им уже не поможем, — проговорил Рихарт. — Нам надо ехать.

Ему надо было торопиться, теперь для для этого еще больше причин.

Будущий король не стал посвящать странника в то, что он узнал мага, вызвавшего обвал. Этого Рихарт и сам еще не успел осмыслить. Не подозревал. Не ожидал. Впрочем, гадостей и непотребства от младшего братца как раз стоило ожидать.

Просто это было очень неприятно. Столько лет не видеться с братом, и увидеть только для того, чтобы понять, тот пришел его убить. Но Рихат был зрелым мужчиной и опытным игроком, не зря одержал за свою жизнь столько побед. Он не стал давать волю гневу, он предпочел спрятать это знание. Взглянуть в глаза брату как ни в чем не бывало, послушать, что тот скажет. Пусть нервничает, пусть совершает ошибки. Пусть проявит себя.

Выехали немедленно, не дав себе ни минуты передышки. Иначе слишком больно будет думать о тех, кто еще совсем недавно был рядом. О соратниках, с которыми за столько лет успел так сродниться, что они стали практически его семьей.

Рихарт гнал от себя мысли, что они мертвы и лежат там, под завалом. Они были для него живыми. Живыми останутся в его памяти навсегда. Сейчас он мысленно говорил с каждым. И каждому обещал, что его смерть не останется безнаказанной.

За размышлениями дорога казалась незаметной. Бесконечные повороты скальника скоро сменились на более широкий и свободный путь, стены ущелья отступили, открываясь в зеленую долину.

Вскоре рассвело и наступило утро следующего дня. Постепенно развиднелось, облачность рассеялась, и даже выглянуло солнце, словно приветствуя нового короля.

Рихарт не был дома семь лет, ему хотелось остановиться, впитать в себя запах родины, насытить глаза видом зелени, приложить ладони к земле. Но останавливаться было нельзя. Замок ждал нового короля, а король торопился успеть проститься с мертвым братом Гордианом.

И конечно же, посмотреть в глаза живому брату Джонаху.

* * *

Темный странник, ехавший рядом с ним, молчал. Тоже тяжело переживал потерю спутника. Они казались несовместимой парой, молчаливый странник, скрывающий свои тайны, и его слуга, толстый, несуразный, хлопотливый и словоохотливый.

Рихарт не расположен был задавать вопросы. Все рано или поздно разъяснится.

Но еще там, на границе, Рихарт отметил его необычное поведение и слишком самолюбивые и вольные манеры для простолюдина, желающего говорить с принцем, будущим королем.

Странник, закутанный в простой серый плащ, сам держался как чужестранный принц, а его неизвестный выговор, построение фраз… Рихарт мог поклясться, что никогда прежде подобного не слышал, а попутешествовал и повоевал он много.

К тому же чувствовалась в этом человеке непонятная внутренняя сила. Рихарт сразу понял, перед ним не просто маг. Перед ним тот, кого в народе шепотом называли Хозяин тени. И кстати, тень у странника тоже была непонятная. Ему приходилось слышать, что по тени можно выявить сущность хозяина, а тут оставалось только теряться в догадках.

Одно он успел заметить тогда, во время обвала, сущность его огромна, и накал силы таков, что прорывается светом в его глазах. Совсем как у… Дальше Рихарт не хотел идти в своих мыслях.

Странник просил у него помощи и содействия. Из его слов Рихарт понял, что тот разыскивает женщину, и эта женщина каким-то образом связана с вдовствующей королевой Линеврой.

Король готов был оказать своему спасителю любую помощь. Тем более, если речь шла о такой малости, как устроить ему встречу с вдовой покойного брата.

Однако следовало торопиться. До замка оставалось еще несколько часов пути.

* * *

Для принца Джонаха утро наступило вместе с головной болью и откатом после ночной вылазки. Опустошить весь резерв за пару секунд, дело нелегкое и затратное, отряд у братца оказался гораздо больше, чем Джонах рассчитывал, пришлось грохнуть, чтобы уж наверняка. Сейчас эта мысль приятно грела, просачиваясь сквозь пульсацию в висках. Но где-то на задворках подсознания брезжило странное предчувствие.

— Брось трястись, — сказал он сам себе. — Живых там не могло остаться, а мертвые тебе не помешают..

Надо было бы пополнить резерв, но принц не хотел перебивать аппетит, он рассчитывал на вечернюю встречу с ведьмой. Ради этого готов был сейчас вытерпеть и головную боль, и резь в глазах, как после хорошего похмелья.

Небольшая охота все же состоялась, всегда следует подкреплять свои слова делами, особенно, когда лжешь. Охота была на удивление удачной, ему попалась лань с олененком. Лань подстрелил, а оленека велел взять с собой. Почему-то в тот момент подумал о вдове и захотел сделать ей подарок. Джонаху показалось, она обрадуется.

И вообще, все ловил себя на том что, что постоянно думает о ней, он чувствовал себя непривычно и странно. Постоянное возбуждение, голод. Но это было приятное чувство.

Подъезжая к замку, Джонах уже внутренне подрагивал от нетерпения. Пожалуй, не стоит откладывать встречу на вечер, до заката, а значит, до начала ритуала, оставалось еще много времени, он решил идти к вдове прямо сейчас. Ватага охотников, въехала во двор замка, а оттуда принц как был, немытый и пыльный, пошел прямо в покои вдовствующей королевы.

Но еще на подходе у него странно екнуло и тревожно сжалось сердце. Дверь в покои оказалась приоткрытой. А потом, обнаружилось, что покои пусты, все перевернуто вверх дном, и там убираются служанки.

В первый момент Джонах не понял, потом отказывался верить.

Вдовствующая королева уехала во Вдовий замок.

Как это, она уехала?

Кто позволил?!

* * *

Лорду Балфору доложили о приезде принца, он ожидал его появления. Правда, не так скоро. Однако, когда тот с ревом ворвался к нему в кабинет, Балфор был готов.

— Кто позволил вдове уезжать из замка без разрешения короля?! — еле сдерживаясь прошипел Джонах.

— Закон, ваше высочество, — спокойной ответил лорд Баолфор, вставая из-за стола.

— Какой. Закон?!!!

— Закон Аламора, разумеется. Если вдова желает отправиться во вдовье изгнание раньше церемонии обретения связи, Совет в отсутствие короля может пойти навстречу такому благородному выражению скорби.

Глава королевского совета выпрямился, осознавая, что прав. Теперь мальчишка может рычать сколько угодно, дело уже сделано.

— Хочу добавить, ваше высочество, — тут он сделал скорбное лицо и замялся.

— Что еще?! — процедил разозленный принц.

У него в голове сейчас вертелось только одно. Как он накажет ведьму за своеволие, но прежде вернет ее сюда в замок и оттрахает так, чтобы у той впредь мысли не возникало противиться его воле.

— На кортеж вдовствующей королевы было совершено нападение… Увы, произошла трагедия. Леди Линевра мертва.

Балфор понизил голос, а принц застыл с открытым ртом на полувздохе.

— Повторите, — отмер наконец Джонах.

— Разбойники, ваше высочество. Крестьяне ехавшие той же дорогой наткнулись на сожженую карету и сообщили в замок. Туда был немедленно отправлен отряд моей личной стражи. В повозке никого не оказалось, но в лесу на некотором отдалении обнаружили двух убитых женщин в окровавленных одеждах. Судя по всему, перед тем как убить, над ними надругались, — Балфор сделал паузу для большего театрального эффекта, потом продолжил. — Тела несчастных похоронили, одежду доставили мне. Желаете взглянуть?

Пока тот рассказывал, принц Джонах переживал ужаснейшие минуты раздиравшей его боли и ярости. Больше всего сейчас принцу хотелось размазать Балфора по стенке, превратить его лицо в кровавую кашу.

— Желаю, — процедил Джонах сквозь зубы.

Лорд Балфор позвонил и велел принести мешок. Как только слуга ушел, передал мешок принцу. Тот молча заглянул внутрь, там была скомканная женская одежда. Он узнал фиолетовое платье, изрезанное и залитое кровью, узнал ее вдовью накидку. Крови было много, так, будто она хлестала из множества ран. Кровь местами засохла, но в складках встречались свернувшиеся сгустки.

Первое ошеломление прошло, принц отстраненно мазнул пальцем по сгустку на вдовьем платье, положил его в рот, прикрывая глаза. Балфор брезгливо смотрел на него и думал, поглядывая в окно наружу, где приближался закат:

— Когда же ты уберешься, мальчишка? Мы на церемонию опаздываем! Подумать только, и это ничтожество должно стать королем???!

Глава совета обставил все очень хорошо. Ошеломительная новость, настоящий удар, вещественные доказательства. Он не учел одного, мальчишка был магом, и уж как-нибудь мог почувствовать разницу.

И почувствовал. Джонах в то же мгновение понял, это была вовсе не кровь ведьмы, это была даже не человеческая кровь. Зарезали свинью, вымазали платье кровью. А вот надругаться могли. Еще как могли. И от этого у Джонаха вскипала кровь.

— Надругались перед смертью, говорите, лорд? — проговорил он прищурившись. — Но это свиная кровь.

Вот тут-то Балфор почуял неладное, слишком уж нехорошим огнем горели глаза принца, слишком много в них было понимания. Старому интригану вдруг стало страшно. Однако он вовремя вспомнил о важном:

— Ваше высочество, скоро церемония обретения связи. Мы можем опоздать. А все остальное подождет.

В тот момент Джонах готов был придушить Балфора, но то, что он сказал действительно важнее всего. Остальное подождет.

— Вернемся к этому разговору после церемонии, — бросил он и вышел, унося окровавленную одежду с собой.

* * *

Время подошло. Перед самым закатом огромный малиновый шар солнца коснулся краем золотой кромки облаков, лежавших у линии горизонта. За день воздух полностью очистился и теперь кроваво-алое закатное зарево накрывало пол небосвода, постепенно теряясь в багровой тени, уходящей туда, куда вскорости уйдет и солнце.

Десятый день со дня смерти короля Гордиана, час ритуала обретения связи настал. Внутренный двор перед часовней, в которой покоилось тело умершего короля в ожидании своего преемника, был полон людьми. Женщин там не было, потому что на церемонии могли присутствовать только мужчины. Остальные, женщины, дети, простые смертные, все ожидали в большом зале замка.

Толпа, собравшаяся на этой открытой все ветрам площадке, состояла только из представителей знати, как-то связанной с королевским родом. Можно сказать, тут присутствовали только родственники. Дальние или косвенные.

Священник стоял снаружи, последние приготовления были закончены, и теперь он ожидал момента, когда солнечный диск коснется краем горизонта. Нервозный и напряженный лорд Балфор стоял в окружении членов королевского совета, остальные сбились в группки и негромко переговаривались, озираясь по сторонам.

Весть о том, что принц Рихарт, герцог Гентский, пересек границу Аламора, уже была известна всему двору. Но за день успела просочиться и другая весть. Страшный обвал случился в скалах, дорогу завалило, а принца Рихарта погребло под обломками.

Получалось, выбора для обретения связи уже нет. Хотя… за время длинной истории Аламора встречались случаи, когда ритуал так и не давал результата, и тогда смена династии неизбежна. Но об этом сейчас никто не старался не вспоминать.

Ропот раздавался все громче. Все удивлялись отсутствию главного участника — принца Джонаха, младшего принца и теперь уже единственного наследника покойного короля Гордиана. Если он не придет сейчас, рискует опоздать навсегда.

Священник, бросив последний взгляд в толпу, уже собирался уйти в часовню, но тут во внутреннем дворе появился Джонах в окружении своей свиты. Наследный принц стремительно прошел сквозь толпу. Он выглядел осунувшимся и был непривычно серьезен, словно темным облаком покрыт. Мокрые после ванны волосы гладко зачесаны назад, лихорадочный, мрачный блеск в глазах. Наследник был готов к ритуалу.

— Начнем. — резко бросил Джонах и первым прошел внутрь.

Толпа заволновалась, устремившись за ним в часовню.

* * *

Внутри горело множество свечей. Свет от них, смешиваясь с последними закатными лучами, проникавшими сквозь узкие окна на барабане купола, создавал какую-то невероятную иллюзию жидкого красного золота, распыленного в воздухе.

Белый гроб Гордиана, покрытый расшитым белым покрывалом, стоял на возвышении в центре часовни, точно под куполом, и этот столб света отрезал его от общего полумрака, царившего в часовне, как магический круг. Собственно, если вдуматься, магия этого места, а также магия предстоящего ритуала, предполагала именно это. Связь, если она состоится, произойдет здесь, в этом круге света, отрезанном от всего остального мира.

Священник прочел короткую молитву, а потом, вскинув руки, стал читать древнюю формулу, которой проводились церемонии обретения связи для всех королей со дня основания Аламора. И вслед за его словами творилось последнее волеизъявление и долг усопшего короля. После этого дух Гордиана уйдет, и он сможет упокоиться в усыпальнице древних королей навечно.

Любой король, венчанный когда-то короной, обязан после своей смерти передать наследнику символ связи, после обретения которого тот в свою очередь будет коронован на царство. Даже старым придворным, тем, кто однажды уже видел это, церемония казалась жутковатой и выматывала так, что после этого не было сил лишнее слово сказать. Что говорить о тех молодых, для кого все было впервые.

Часовня мертвых не зря была построена на самом верхнем уровне замка, на выступе, ориентированном на запад. Даже когда солнце внизу село, сюда все еще проникали его лучи, удерживая столб света. А может быть, его удерживала магия этого места? Кто знает.

Священник читал формулу, а в круге света, постепенно формировалось нечто эфемерное. Некий энергетический сгусток, плотное прозрачное пятно, чуть окрашенное золотистыми искрами. Тень.

Колеблющаяся тень встала во весь рост за головой покойного. А потом меч, который мертвый король держал в руках медленно поднялся и вертикально завис в воздухе.

Еще раньше, до того как тень Гордиана сформировалась окончательно, к лорду Балфору сквозь толпу протиснулся секретарь и что-то эмоционально зашептал на ухо. В первый момент Балфор отмахнулся, однако, когда до него дошел смысл сказанного, застыл с открытым ртом. Странная смесь чувств отразилась на его лице, он с испугом перевел взгляд на священника, потом на Джонаха. И… И не сказал ничего.

А момент обретения связи настал. На какие-то считанные секунды все затихло. Ни единого шевеления, было слышно только потрескивание свечей. Завершая ритуал, священник произнес:

— Перед лицом Господа. Если кто-то имеет высказать слово против, пусть сделает это сейчас. Если же нет, пусть свершится связь.

Джонах уже шагнул в круг света, уже протянул руку к мечу, когда раздался спокойный голос:

— Я, Рихарт, брат усопшего Гордиана, имею сказать слово против.

Это было похоже на обвал, на гром среди ясного неба.

Всем присутствующим на миг показалось, что у них зазвенело в ушах, а потом все взгляды обратились в сторону входа. В часовню действительно вошел Рихарт в сопровождении четверых вооруженных воинов и человека в длинном сером плаще, скрывавшем почти полностью его лицо и фигуру.

Появление живого Рихарта, реального наследника, мгновенно перевернула все. Джонах едва мог поверить своим глазам. Это был слишком тяжелый, слишком резкий удар судьбы. Проклятая насмешка!

Не так, не сейчас, когда он пуст!

Однако он не собирался упускать ни единого шанса. Связь почти завершена. Ему всего лишь осталось принять меч Гордиана. И тогда он станет следующим королем Аламора, потому что так свершился ритуал.

Протянуть руку и схватить меч — дело одной секунды.

Но. Он не смог взять меч. Попросту не смог.

Джонах не мог понять, что происходит, ему вдруг показалось, что колеблющаяся тень Гордиана, осклабилась в улыбке. Этого быть не могло, у тени не было лица. Бред!

Однако душевные метания принца теперь уже мало кого волновали. Все глаза были прикованы к Рихарту, толпа расступилась перед будущим королем. Он спокойно прошел к возвышению, вступил в золотистый круг света. Приложил руку сердцу, склонившись над телом покойного брата.

— Прости, что не приехал раньше, — прошептал едва слышно.

Поцеловал мертвеца в холодный лоб и коснулся его рук своей. А после так же спокойно взял меч короля.

— Связь обретена! — тут же выпалил священник, которого уже заметно трясло от напряжения.

И в этот момент столб света, падавшего из окон купола погас.

Остался только свет множества свечей, горевших по всей часовне, но все равно эффект был таков, будто все на миг ослепли. Но первый миг прошел, и отовсюду раздались крики:

— Связь обретена! Да здравствует король!

Для младшего принца творившееся вокруг было неправильным и невообразимым, однако он смог быстро собраться и из одним из первых выкрикнул:

— Да здравствует король! — а после шагнул к брату, открывая объятия.

* * *

— Спасибо, брат, — спокойно ответил Рихарт.

Ни один мускул не дрогнул у него на лице, но и объятий братских не принял. Он все еще держал в руке королевский меч, и кажется, расставаться с ним не собирался. Джонах смешался на миг, множество разного промелькнуло в его глазах. Но через мгновение это был прежний самоуверенный и насмешливый Джонах.

— Еще раз поздравляю тебя, брат, с обретением связи. А теперь, если позволишь, я переоденусь и… высушу волосы? Как видишь, не успел, торопился сюда.

Улыбающийся молодой человек склонился перед королем и, не дождавшись, пока его отпустят, вышел из часовни. Прямая спина, голова поднята. Нисколько не смирился с поражением.

— Он опасен, и он не успокоится, — проговорил, словно про себя, Вадим.

Стоявший рядом король Рихарт его услышал. Он глубоко вздохнул, передавая меч одному из своих воинов, и ответил:

— Знаю. Но сейчас он мой единственный наследник.

Вадим фыркнул.

— Прости, государь. Но…

Не стал договаривать, король и без того все видел и знал. Рихарт высказал это сам, обращаясь в пространство:

— Его следует заточить в крепость, но сперва доказать вину, если ты понимаешь, о чем я говорю, Темный странник? Или там, откуда ты пришел, вешают без суда и следствия?

Вадим прокашлялся, вспоминая наше земное правосудие, миллионы юридических ловушек и хитросплетений, формулировку «за недостаточностью улик», а также суд Линча, и выдал глубокомысленно:

— Свои тонкости есть везде.

В этот момент к ним подошел лорд Балфор, с достоинством поклонился, приветствуя нового государя. Это могло бы даже убедительно выглядеть, если б у лорда так нервно не бегали глазки и не потел лоб.

— Ваше величество, прошу пройти в большой зал замка. Народ ждет своего короля.

* * *

По дороге в большой зал Рихарт, молчавший большую часть времени, вдруг повернулся к Вадиму и сказал:

— Я помню о твоей просьбе, странник. Ты сможешь встретиться с королевой Линеврой, вдовой моего брата, сразу после церемонии.

— Благодарю, — только и смог выдавить из себя Вадим.

У него дыхание зашлось, а сердце забилось как бешеное от мысли что вот, сейчас наконец долгожданный момент настанет. Когда входили в большой старинный зал с высоченным сводчатым потолком, он ощущал только сухость во рту да холод в груди, а сердце судорожно стукнуло и словно провалилось куда-то.

— Где же ты? Где?! — твердил, озираясь по сторонам, ища глазами.

Сначала ничего не видел, от волнения рябило в глазах. Потом как-то овладел собой. По логике, королева ведь должна присутствовать в этом зале? Так? И место ее где-то рядом с троном, мыслил он, обегая взглядом толпу снова и снова.

Но рядом с троном были совсем другие люди, мужчины, женщины.

— Где же ты? Мирочка…

Напряжение росло, ему хотелось крикнуть это на весь зал, чтобы она услышала, откликнулась. И вместе с напряжением комом росла в душе неясная тревога.

* * *

Чего стоило Джонаху невозмутимо улыбаясь пройти через толпу…

Его душило бешенство. Все сорвалось так позорно в последний момент! Гад Гордиан умудрился посмеяться над ним даже из гроба. Но ничего. Джонах не намерен был складывать лапки и смиренно ожидать, что придумает для него другой братец Рихарт.

У него был собственный план, как вернуть себе ускользнувший трон. И для этого прежде всего следовало добраться до ведьмы. До Линевры, которая одна могла дать ему столько силы, что хватит сравнять тут с землей все.

Но прежде надо было получить хоть немного силы и пополнить резерв. Свита принца привычно следовала за ним. Неожиданная неудача принца не слишком расстроила развращенных юнцов. Молодые лорды прекрасно понимали, что принц продолжит свою веселую праздную жизнь, значит, и они вместе с ним. А дела королевства никого из них особо не привлекали, дела — это вообще довольно унылое занятие.

Никто из них не удивился, когда принц вдруг решил устроить оргию, чтобы расслабиться. Это не показалось странным, все они тут же с удовольствием заперлись в его спальне в ожидании изощренных удовольствий. И уже через несколько минут все были мертвы.

Принц выпил их всех досуха. В этот раз Джонах наплевал на осторожность, он отчаянно спешил пополнить резерв, чтобы уйти отсюда. И торопился он не напрасно. По приказу Рихарта наследника велено было немедленно сопроводить в большой зал. Но он успел раньше.

Посланные за ним люди вломились в закрытую спальню и обнаружили там одни трупы. Принца среди них не было. Принц Джонах в тот момент был уже далеко.