10. 01. 21 час 10 минут

Привычным движением Хард Вирров одел на голову шлем менторайтера, вложил в приемное устройство инфокристалл и включил прибор. На мгновение у него потемнело в глазах, но он уже давно привык ко всем неприятным ощущениям, которые возникали при таком способе наложения ментального щита на свое сознание. Ежедневная смена ментального щита давно уже стала для Харда Виррова такой же привычной процедурой, как чистить по утрам зубы с помощью мятной пасты и зубной щетки, бриться остро заточенной опасной бритвой и орошать лицо одеколоном. Правда не такой же приятной, но все-таки довольно терпимой. Тем более, что благодаря этой привычке он умудрялся скрываться от правосудия вот уже четыре тысяч девятьсот двадцать лет.

Сменив ментальный щит, Хард Вирров стал не спеша выбирать себе костюм для вечерней прогулки. Просторные апартаменты, которые он занимал в обитаемом астероиде Лиги, отличались неброской роскошью, которую могли понять только искушенные люди. Мебель была деревянной, коллекционной, ручной работы и, как все прочие вещи, была куплена у антикваров. Коллекционировать старинные вещи – мебель, ковры, бытовые приборы, книги, все, что было изготовлено в древнетерранском стиле и напоминало о прародине галактического человечества, было самой большой и всепоглощающей страстью Харда Виррова после его страсти к драгоценностям и женщинам.

Для сегодняшнего вечера Хард Вирров решил облачиться в свой любимый наряд – голубые, потертые брюки, о которых ему было известно, что они назывались когда-то в древности джинсами, клетчатую рубашку и черную суконную куртку с короткими полами спереди и длинными фалдами сзади. Наряд этот был настолько необычен, что в любой компании он всегда бросался в глаза и из-за этого относился к числу его самых любимых.

Сегодня Хард Вирров хотел чтобы на него обязательно обратили внимание и потому, в дополнение к своему наряду, он надел на каждую руку по паре древних часов с массивными браслетами. Правда, все часы показывали разное время, но его это абсолютно не волновало, поскольку его внутренний таймер позволял ему без малейшего труда определять время в любых условиях. Полюбовавшись на свое отражение в зеркале, он остался вполне доволен собой.

Эллер Даркан, под чьей личиной скрывался последние семь лет Герхард Корнелиус Вирров, на первый взгляд был хрупким инфантильным юношей с короткой стрижкой рыжих волос и наивными голубыми глазами. Для дежурного электрика, обслуживающего слаботочные сети, это был вполне подходящий вид, тем более, что среди младшего персонала обитаемого астероида были тысячи таких же молодых людей. Поэтому он и был незаметен. Но сегодня этот молодой человек непременно хотел выделиться и во что бы то ни стало привлечь к себе внимание.

Такие приготовления имели под собой почву. Днем раньше Хард Вирров познакомился с одной удивительной красоткой и теперь хотел произвести на нее впечатление. Для человека, находящегося в глубоком подполье и разыскиваемого Генеральной Прокуратурой, контакты с женщинами были самым опасным делом, именно здесь его подстерегала опасность допустить ошибку, но Хард Вирров был человеком рисковым, да к тому же редкостным бабником. Он вполне справедливо полагал, что юный электрик Эллер Даркан это достаточно хорошее прикрытие для Казначея Лиги Галактических Трейдеров, фигуры скорее мифической, нежели реальной и ему ничем не могут повредить кратковременные, ни к чему не обязывающие любовные интрижки случайного характера.

В далеком прошлом Хард Вирров слыл однолюбом и ярым сторонником семейных ценностей, но внезапный поворот в судьбе заставил его изменить свои привычки. Не то чтобы Хард Вирров очертя голову бросился в омут любовных интрижек, но в то же время никогда не отталкивал того, что само плыло в его руки и поскольку он изображал из себя личность подчас ничтожную и нуждающуюся в сострадании, ему легко было уходить от длительных романов со множеством переживаний и страданий.

Хард Вирров никогда не ухлестывал за юными девицами, которые не давали к этому никакого повода. Маскируя свой древний возраст и невероятный жизненный опыт под фальшивой личиной юной неопытности, он, как правило, довольствовался тем, что над ним хотели взять покровительство великое множество дам из высшего света, посещающих элитные кварталы астероида "Энтерпрайз", в которых он работал.

Правда, вчера в полдень он познакомился с удивившей и поразившей его воображение девушкой и был настолько ею восхищен, что закусил удила и сам стал за ней ухаживать. В этой девушке Харда Виррова поразили две особенности, во первых то, что она была одета явно по древнетерранской моде в элегантный черный брючный костюм, а во вторых на её точеной, белой шейке, красовались живые бриллианты.

Хард Вирров чуть ли не наизнанку вывернулся, чтобы приблизиться к этой красавице, направляющейся под охраной двух варкенских сенсетив-коммандос к какому то боссу и когда ему это удалось, он сумел-таки заинтриговать эту даму своим комплиментом. Молодая женщина, представившаяся ему как Натали Клеманс, похоже, была изумлена тем, что Хард Вирров узнал в её наряде древнетерранский стиль и даже согласилась встретиться с юным электриком на следующий день. Уже через несколько часов Казначей Лиги знал, что Натали Клеманс прибыла на Хельхор с Герата нуль-трансом и собиралась приобрести в Хельхор-сити кое-какую недвижимость. Особняк, которым она заинтересовалась, принадлежал Лиге и поэтому Натали Клеманс немедленно направилась в её штаб-квартиру.

Хард Вирров был заинтригован красотой этой черноволосой, миниатюрной, молодой женщиной с белоснежной кожей, но еще больше его заинтриговало то, что она без малейшей насмешки подтвердила, что её костюм действительно пошит по эскизу древнетерранского модельера Пьера Кардена. Уже одного этого ему хватило для того, чтобы попытаться назначить ей свидание. Натали Клеманс отнеслась к его предложению вполне благосклонно и согласилась поужинать с юным электриком в Хельхор-сити, в фешенебельном ресторане на берегу моря.

Проверив, как действуют его пояс-антиграв и силовая защита, Хард Вирров вложил в наплечную кобуру миниатюрный, но очень мощный ионный био-бластер, вышел из своих апартаментов и направился к планетарному телепорт-лифту. Хард Вирров не любил пользоваться услугами этого телепорт-лифта, так как он предназначался для самых важных господ, но очень уж он торопился поскорее встретиться с Натали Клеманс. Он так торопился, что даже не обратил внимания, что за ним ведется весьма ненавязчивая слежка.

Впрочем, он вполне полагался на свою охрану, а отслеживать такие моменты должна была именно она. Нейзер Олс ел свой хлеб не зря и уж тем более не зря в Антал были приглашены лучшие полевые агенты, до которых только смог добраться министр безопасности Звездного Княжества. Операция "Охота на кобеля", спланированная Супервазейром Дубиной Нейзом, вступила в свою решающую фазу и в ней на долю Натали выпала самая незавидная роль, заманить Харда Виррова в уединенное место и там попытаться завлечь его в Антал, чтобы не прибегать к прямому и грубому похищению.

Натали, сидевшая в небольшом, уютном кабинете ресторана "Фараон Ронлах", любовалась прекрасным видом на море, открывающемся через окно, затянутое легкой, прозрачной тканью. Кабинет поражал её своим подчеркнутым, древнеегипетским интерьером, который, впрочем, был всего лишь точной копией исторического наследия планеты Хельхор, которая по странному стечению обстоятельств, напоминала своей историей фрагмент истории древней Терры-Земли.

Сердце её замирало, когда она смотрела на колонны в виде цветов лотоса, барельефы, изображающие сцены из жизни какого-то древнего хельхорского фараона, статуи, изображавшие древнеегипетские божества, – собакоголового бога Анубиса, именуемого на Хельхоре Нубаском и богиню Бастис с кошачьей головой, получившей имя Бастум. Она так увлеклась разглядыванием интерьера, основу которого, похоже, все-таки составляли подлинные древние скульптуры, что даже не заметила, как на пороге кабинета встал Хард Вирров. Увидев же юного электрика, Натали Клеманс невольно расхохоталась.

– Эл, что с вами? Кто это заставил вас надеть концертный фрак поверх байковой рубахи, да еще в придачу к джинсам?

Сама же Натали была одета в пышный вечерний наряд от Лагерфельда, платье с атласным, блестящим лифом цвета морской волны с глубоким декольте и длинной, пышной юбкой из пышного облака нежно-бирюзового крепдешина. Её сахарные плечи были обнажены, а на руки были надеты ажурные перчатки в тон юбки. На её шее и руках ярко горели три семьи бриллиантов Макса.

Четвертая, самая большая семья из очень крупных живых бриллиантов, обхватила обручем её голову с черными, как смоль, волосами, постриженными в прическу а-ля паж. От правого виска живые бриллианты спускались почти к плечу длинной, горящей подвеской. Все четыре семьи этих удивительных камней старались переспорить друг друга своими яркими огнями и вместе с тем придавали своей хозяйке такое непередаваемое очарование, что Хард Вирров вместо того, чтобы возмутиться, порывисто шагнул вперед, сдергивая с плеч свой нелепый фрак и спросил Натали:

– Вы считаете этот наряд неуместным, мадам? Простите меня, но я считал, раз ему почти миллион лет, то в нем не будет стыдно быть рядом с такой красавицей как вы, Натали. Раз это не так, я немедленно велю выбросить этот, так называемый фрак, на помойку.

Натали вскочила из-за стола и остановила его, воскликнув:

– Эл, прошу вас, не надо этого делать, я просто представлю себе, что на вас под фраком надета белоснежная манишка и галстук-бабочка, а вместо джинсов черные брюки.

Усаживая Харда Виррова за стол, Натали обратила внимания на его часы и ласково улыбнувшись, сказала:

– Эл, вы надели сразу четверо старинных часов. Это лишнее, оставьте на руке только одни, вот эти. – Она перегнулась через столик и указала Эллеру-Харду на его самые дорогие часы – Это неплохой "Ролекс", похоже, что он изготовлен в конце восьмидесятых годов двадцатого века на Терре, должно быть редкая вещица. А вот эти, самые большие, можно и выбросить, это "Сиккура", и хотя эти часы изготовлены лет на двадцать раньше, это дешевая японская штамповка за шесть-семь долларов вместе с браслетом.

Хард Вирров был просто поражен осведомленностью своей новой знакомой в таких тонкостях. Ошеломленно снимая лишние часы с рук, он спросил:

– Натали, вы поражаете меня, откуда вам известны такие невероятные детали?

– О, Эллер, ваши часы и особенно этот ваш фрак о стольком мне напомнили.

Между Эллером-Хардом и Натали Клеманс завязался неторопливый разговор. Хард Вирров, как и говорило о нем досье, был увлечен историей древней Терры и был готов говорить о ней часами. Натали поначалу поддерживала этот разговор, давая ему ответы на разные вопросы и поражая своей осведомленностью. Видя, что Хард Вирров не собирался менять тему разговора, она, как бы невзначай сняла с головы свои живые бриллианты и, разговаривая, стала играть ими. Вблизи друг от друга, камни вспыхнули еще ярче и засверкали дивными красками, такими чарующими, что её собеседник не выдержал и умолк, любуясь. Пауза длилась недолго и Хард Вирров, наконец, решился задать вопрос:

– Натали, вы знаете, что держите в своих руках целое состояние? К тому же это самая большая семья бриллиантов Макса в галактике, а еще похоже на то, что она не внесена ни в один из каталогов. Кто владеет этими камнями, Натали, вы или кто-то другой?

Натали беспечно рассмеялась и сказала ему:

– Ах, милый Эл, эти камни действительно принадлежат мне. Их мне подарили в честь моего рождения, но я не прочь расстаться с ними, так же, как и человек, подаривший мне эти чудесные камни, готов расстаться еще с полутора тысячами таких же камешков, которые даже не составленных в семьи. Мне лишь поручено найти на них покупателя, готового взять их оптом и по высокой цене.

– Разрешите? – Спросил Натали Эллер-Хард и потянулся к живым бриллиантам. Рука его заметно подрагивала.

Натали же протянула бриллианты Макса с такой небрежностью, словно это была пригоршня речной гальки. Она отдала Харду Виррову не только камни, снятые ей со своей головы, но и протянула ему оба широких браслета и ожерелье. Даже оставшись без украшений, Натали по прежнему оставалась волнующе красивой женщиной, а вот камни слегка погасли, но Харда Виррова это нисколько не испугало. Он жестом велел официантам убрать со стола посуду, заменить белоснежную скатерть на черное сукно и принести ему восковую свечу, электростатический пинцет, лазерный спектрограф и электронный увеличитель. Когда все было принесено, Натали пододвинулась поближе и принялась с интересом наблюдать за действиями Харда Виррова, который принялся с мастерством настоящего эксперта осматривать камни. Видя такую заинтересованность в её взгляде, тот стал комментировать свои манипуляции с камнями:

– Натали, как я понимаю, вы не очень-то разбираетесь в бриллиантах Макса? Впрочем, это немудрено, они известны в галактике всего сто семь лет и мало кто смог их изучить достаточно хорошо, но вам, я думаю, будет интересно знать, что это самые дорогие драгоценные камни в галактике. Ваши камни, Натали, уникальны. Три семьи и все состоят почти из одинаковых по размеру камней. Средний диаметр пять и четыре десятых миллиметра. Очень крупные камни и все идеально правильной круглой формы с четкими гранями. Соотношение диаметра и толщины тоже идеальное, ровно три к двум.

Натали слегка усмехнулась.

– Интересно, Эл, чтобы вы сказали, увидев камни диаметром в пятнадцать и даже в семнадцать миллиметров.

Хард Вирров сделал над собой весьма явное усилие, чтобы не выругаться при даме, зажег свечу и стал нагревать крайний камень. Тот вишнево засветился и, с чуть слышным щелчком, отцепился от соседнего, с которым был соединен естественным силовым полем. Это вызвало у Харда Виррова изумленный возглас:

– Дьявол меня побери, да эти камни сложены в семью не более полугода назад! Неужели кто-то все же умудрился найти этот проклятый астероид? – Объясняя свои действия он добавил – Запомните, Натали, если вы хотите разбить большую семью, вам следует нагреть крайний камень в пламени восковой свечи. Если семья старая, то нагревать камень придется минут пятнадцать, а этот отцепился за пару секунд, что и говорит о молодости семьи и непрочности связей между отдельными камнями. Хотя если вы попытаетесь порвать цепочку живых бриллиантов, у вас это вряд ли получится.

Хард Вирров отцепил еще несколько камней, после чего стал по очереди укладывать их на подставку лазерного спектрографа и облучать их лазерными лучами с различной длинной волны. То, каким светом вспыхивали живые бриллианты, его вполне удовлетворило и он сказал:

– Натали, у вас самые чудесные камни, которые мне только доводилось видеть. Признаюсь честно, я поражен.

Хард Вирров быстро восстановил разрушенные связи в семье живых бриллиантов и разложил камни перед собой. Свечу он гасить не стал, так как в её пламени живые бриллианты сияли особенно ярко и мерцали вслед за колебанием пламени свечи. Внимательно посмотрев на Натали, Хард Вирров негромко сказал Натали:

– Мадам, я не знаю почему вы решили заявить мне о том, что готовы продать эти камни и почему позволили осмотреть их, но я готов говорить с вами об их приобретении.

Натали ответила ему в тон:

– Господин Даркан, я не знаю кто вы, но раз вы осматривали камни с такой тщательность, то также готова повторить свое предложение, но вы можете говорить только о покупке всего пула, выставленного на продажу, а это одна тысяча пятьсот тридцать два камня, общим весом двадцать две тысячи девятьсот сорок карат. Камни эти еще не сложены в семьи и говорить вам придется с их хозяином. Если вы действительно готовы к такому разговору, то мы можем отправиться к этому человеку немедленно.

Хард Вирров напрягся, подозревая ловушку. Уже с той самой минуты, когда Натали Клеманс завела с ним разговор о живых бриллиантах, он вызвал в ресторан подкрепление и теперь не только в ресторане, но и на десятки километров вокруг, расположилось не менее трех тысяч опытных коммандос и сенсетив-коммандос, находящихся на службе Лиги. Через имплантированный в его внутреннее ухо миникоммуникатор он уже знал, что в соседнем кабинете беспечно пьянствуют с девочками трое, практически безоружных варкенцев и один пышно разодетый мидорец, у которого кроме богато украшенных шпаги и кинжала на поясе, не было никакого оружия.

Талийские сенсетив-коммандос, доложили так же, что ни варкенцы, ни мидорец совершенно не интересуются своей спутницей, но вместе с тем они отметили, что в других районах Хельхор-сити крутятся какие-то ушлые, расфуфыренные типы накрученные так, что каждого из них можно смело выпускать голиком против целого дивизиона тяжелых штурмовых танков. С глубоким вздохом Хард Вирров сказал:

– Натали, боюсь я не смогу покинуть Хельхор без надежных гарантий своей безопасности. Моим боссам потребуются адекватные заложники. Вас устроит такой вариант, Натали?

Натали Клеманс ответила ему самой очаровательной улыбкой и слегка пожав плечами сказала:

– Эл, я не могу предложить в качестве заложника себя потому, что моя скромная персона никому неизвестна, да к тому же мне очень хочется посмотреть на итог этой сделки. Со мной здесь находятся мои друзья варкенцы и двое из них, Раст Норд из клана Нордов Мединских и Габерд Мерк из клана Мерков Антальских, охотно останутся на астероиде "Энтерпрайз" в качестве заложников.

Хард Вирров презрительно скривил губы.

– Мне что же, предлагается теперь убить их и положить в холодильник? Но я боюсь, что они уже через полчаса оживут даже без реаниматора и смоются!

Натали потрепала юного, но такого недоверчивого электрика по руке и постаралась успокоить его:

– Эл, не нужно быть таким недоверчивым скептиком. Мои друзья готовы связать свои руки клятвенным узлом, а это означает, что ваша безопасность будет гарантирована сразу двумя самыми большими и уважаемыми кланами Варкена.

Хард Вирров, по-прежнему недоверчиво посмотрел на Натали Клеманс и, после некоторой паузы, кивнув головой казал:

– Ну, что же, такие гарантии меня, пожалуй, устроят. Я согласен. Когда мы отправимся, Натали?

– О, не будем торопиться, сначала дайте мне познакомить вас со своими друзьями, двумя графами ант-Нордами, графом ант-Мерком, а также ещё с графом ант-Олсом, бароном фрай-Мободи, дорогой мой Эллер. – Веселым голосом откликнулась Натали.

Хард Вирров был стар, как сама галактика, но услышав о том, что ему будут представлены варкенские дворяне, он от недоумения вытаращил глаза. Тем не менее все произошло именно так, как об этом говорила графиня Натали ант-Клеманс и варкенцы, одетые в свои клановые туники, были представлены ему по всей форме, а мидорский граф, да еще и барон в придачу, случай еще более редкостный, одетый в костюм времен терранского средневековья, раскланялся с ним с подлинным дворянским изяществом.

После этого два варкенских графа немедленно произнесли слова торжественной клятвы, третий варкенский граф связал им большие пальцы рук каким-то шнурком от ботинок и они мгновенно исчезли. Как ему вскоре доложили, они телепортом отправились прямо в его апартаменты, где и доложили его людям, что они заложники юного электрика. Натали надела свои драгоценности и все четверо направились к выходу из ресторана, так и не попробовав в нем ни одного блюда.

Обитаемая Галактика Человечества, Кантаккийская Звездная Федерация, межзвездное космическое пространство, Звездное Княжество "Малый Горный Антал" держащее курс на планету Хельхор