Первое, что заметил Майк, въезжая на автостоянку неподалеку от дома Джордан, — зеленый «эскорт», который был припаркован не там, где разрешена стоянка.

Он стоял с включенным мотором на соседней с ее домом улочке, и, когда Майк захлопнул дверцу своей машины, он заметил, что водитель смотрит на него в зеркало заднего вида.

Майк продолжал идти — быстро, но как бы не торопясь. «Эскорт» сорвался с места и встроился в поток машин, прежде чем поравнялся с домом Джордан. Майк бросился за ним, щурясь от красных лучей вечернего предзакатного солнца. Он пытался различить номер, и ему это удалось. Цифры впечатались в мозг, он выхватил из кармана блокнот и записал их.

— Возвращайся ко мне, как только догонишь его, Вергада, — прорычал он в автомобильную рацию и взял с переднего сиденья подарок для Лори.

Когда Джордан провела его через арку из розовых, голубых и желтых шаров, которыми был украшен дверной проем, Лори крикнула с дивана:

— Это папочка! Папа, ты мне что-то принес?

— Я принес пони для моей малышки. — Он заставил себя улыбнуться и поднял над головой прямоугольную коробку.

Наградой ему стал смех Лори. Она выглядела намного лучше, и на сердце у него полегчало. На щеках девочки вновь появилась краска, смех стал звонким. Как у Джордан, подумал он, переводя взгляд на женщину, с которой они вместе произвели на свет такое красивое дитя.

Он вспомнил про другой вечер, когда он ей вообще ничего не принес на день рождения. Лори тогда исполнилось два года, а он так напился, что заснул на табурете у стойки бара и оставил там купленную ей в подарок куклу. В тот вечер у Джордан окончательно лопнуло терпение, и она его выгнала.

Лори протянула к нему руки, чтобы обнять.

У Майка защемило в груди, когда он наклонился и обнял ее, вдыхая запах ее мягких и шелковистых волос.

Подняв глаза, он увидел, что Джордан тихонько направляется к двери. По тому, как напряглись ее плечи, он понял, что она вот-вот разрыдается.

— Я вот что тебе скажу, булочка ты моя медовая. — Он быстро чмокнул дочь. — Я посмотрю, нет ли у мамочки в холодильнике лимонада — хочешь его?

— Мне лучше мороженого.

— Будет тебе и мороженое.

Когда он уходил, она уже играла с куклой.

Джордан стояла у окна, держась руками за подоконник между двумя горшками с геранью, и смотрела во внутренний двор на контейнеры с мусором. По ее щекам катились слезы.

— Джордан… с ней будет все в порядке. И вообще все будет в порядке.

— Конечно. — Наскоро вытерев слезы, она повернулась к нему, и на ее лице появилась вымученная улыбка.

Но Майка обмануть было не так-то просто.

— Скажи мне, что случилось, — попросил он.

— Ничего в отдельности. Но если сложить все вместе… — Она налила в кофейник воды. — Скажем, это был не самый приятный месяц в моей жизни. А теперь, когда на носу новый конкурс, я просто в ужасе.

— Перед чем?

— Перед тем, что может случиться во время конкурса, если Директор узнает, что мы не собираемся выполнять его требования. Вдруг он сделает что-то с Мэг? Или пойдет еще дальше, ведь от него можно ждать чего угодно.

Майк отобрал у нее кофейник, из которого через край текла вода, и закрыл кран.

— Негодяя непременно найдут и Мэг тоже, прежде чем до этого дойдет дело. — Он схватил ее за плечи и твердо посмотрел ей в глаза. — Ты должна в это верить, Джордан. Я знаю, как много значат для тебя Мэг и Кэт.

Сквозь шелковую блузку Джордан чувствовала тепло его пальцев и легкий, освежающий запах его одеколона. Как было бы хорошо прижаться к Майку, положить ему на плечо голову, рассказать ему о страхах, которые мучают ее. Но это невозможно. К сожалению.

— Извини, Майк. — Джордан устало покачала головой. — Я не ожидала, что все происшедшее подействует на меня так угнетающе. В последние дни было слишком много передряг и волнений. А теперь, увидев тебя рядом с Лори, я расклеилась. Лори так любит тебя.

— Я сам люблю ее во много раз сильнее.

«И тебя тоже», — подумал он, но вслух не сказал этого. Он не мог позволить себе преодолеть те восемнадцать дюймов, что их разделяют. Не мог позволить себе обнять ее, потому что если он это сделает, то уже никуда не уйдет.

Разве что сама Джордан захочет, чтобы он ушел, что Майк вполне мог предположить. Но он никак не мог допустить что они могут расстаться.

Раздался звонок.

— Это, должно быть, миссис Чалмерс или Кевин, приятель Лори из дома напротив. Он обещал принести ей поиграть свою новую лягушку. — Джордан закатила глаза. — Если она потеряется, обещай, что не уйдешь, пока мы ее не отыщем.

— Я останусь столько, сколько ты захочешь, — усмехнулся Майк. Она поспешила к двери встречать гостей, а он наклонился над холодильником в поисках мороженого для Лори.

«Какой получился приятный домашний праздник», — часом позже размышляла Джордан, глядя на детишек, собравшихся за обеденным столом. Они пели, смеялись, бросались салфетками. Был роскошный шоколадный торт, украшенный всевозможными зверюшками, было мороженое, и попкорн, и лимонад, и лягушка в коробке из-под ботинок. «Мои родители были бы в шоке, — подумала она и тихо улыбнулась, глядя на счастливые лица вокруг нее. — Ты должна радоваться приятным минутам и часам в своей жизни, особенно если они приходят в самый разгар несчастья».

Она старалась не думать про Мэг. Не думать о том странном звонке насчет конкурса по раскрашиванию, не думать о зеленом автомобиле, который явно преследовал ее в тот день. «Лучше подумай, какой праздник ты закатишь в честь Мэг, когда она вернется домой. И о том, что Лори скоро выздоровеет, вихрем будет носиться по квартире и снова доводить тебя до нервного истощения».

«Как они разыгрались», — подумала она, глядя на Майка, который понес Лори снова на диван. Дочка радостно обняла его шею своими ручонками. Кевин бросился за ними, сжимая коробку в худеньких руках.

— Смотри не урони лягушку! — предупредила она Кевина, бросив на Майка и миссис Чалмерс невинный взгляд.

Взгляд Джордан все время возвращался к Майку, который устроился на ковре в гостиной вместе с Лори, Кевином и лягушкой. «Если бы здесь был Алекс, он висел бы весь вечер на телефоне в спальне. И ни за что даже близко не подошел бы к Детям».

Она прогнала эти мысли. Майк и Алекс совершенно разные. Их нельзя сравнивать. Майк это Майк. И в целом свете нет другого такого, как он. Слава Богу, алкоголизм не разрушил ни его душу, ни здоровье, ни чувство юмора, столь ему присущее.

И вообще, призналась она себе, он вроде вовремя сумел справиться с этим своим пороком и сохранил то свое обаяние, которое всегда помогало ему в жизни. Кэт влюбилась в него в первый же вечер их знакомства. «Впрочем, — тут же одернула она себя, перешагивая через лежащего на ковре Майка, когда направилась на кухню с тарелками из-под торта, — я всегда буду любить его, но это уже не та любовь, — та любовь теперь в прошлом. Мы оба ушли от нее. И теперь мы уже не те дети, которые сходили с ума от любви друг к другу, так что поженились через четыре месяца после первой встречи и счастливо жили, даже не замечая, что их дом был настоящим тараканьим рассадником. Слава Богу, что мы не озлобились и не грыземся по любому мелкому поводу».

Джордан так и стояла с грязными тарелками в руках и вслушивалась в его раскатистые рулады смеха и счастливый хохоток Лори. Она услышала, как миссис Чалмерс воскликнула:

— Ах, детектив Баннистер, я сейчас просто умру от колик. Не смешите меня!

Когда за Кевином пришла его мать, миссис Чалмерс тоже попрощалась. Лори уже почти заснула, а Джордан клевала носом.

Она пошла укладывать в постель Лори, пока Майк мыл на кухне посуду.

— Мамочка, мне так хорошо в своей кроватке. Мне не нравилась та кровать в госпитале — хотя ее можно было делать повыше и пониже.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать. — Джордан убрала с лица Лори локоны блестящих волос и прикрыла ее одеялом. — Но теперь все позади, и ты спишь в своей красивой комнатке.

— И папа с нами. Я рада, а ты?

— Да, милая. Я рада.

— Мамочка, а ты мне купишь лягушку?

«Мне только этого не хватало, — простонала про себя Джордан. — Аллигатора в ванне».

— Ну, знаешь, у Кевина уже есть лягушка, — осторожно ответила Джордан. — Может, лучше тебе завести кого-нибудь еще, к примеру, котенка или попугая?

— Я хочу морскую свинку, такую, какая у нас в детском саду. — Глаза у Лори засияли от радости, она приподнялась с подушки. — Можно, мамочка? Морскую свинку, такую, как Фред. И мы ее назовем… Как мы ее назовем, мамочка?

— Давай сначала купим, а потом уж посмотрим на нее и подумаем, как назвать.

— Хорошо. Давай купим ее завтра?

— Можно. Или послезавтра. Ну а сейчас, юная леди, вам пора спать.

— Мамочка, посиди со мной хоть немножко.

— Пять минут. — Джордан зевнула и похлопала рукой по одеялу. — Подвинься чуть-чуть, и я прилягу рядом с тобой.

Майк вернулся в гостиную, по дороге обдумывая, стоит ли говорить Джордан, что он запомнил номер того самого «эскорта». Ему, правда, не хотелось огорчать ее известием о том, что он по-прежнему крутится вокруг ее дома. Он машинально подошел к окну и оглядел улицу. Никакой машины не было.

Он позвонил на службу:

— Вергада, есть какие-нибудь сведения на этот «эскорт»? — Майк записал имя и адрес, которые продиктовал ему Вергада. Ничего подозрительного за парнем не числилось, если не считать нескольких неуплаченных штрафов за парковку. — Думаю, что не мешает покопаться в этих просроченных платежах и схватить этого Марио Минелли за шиворот. Позвони, когда возьмешь его.

Он походил по квартире. Включил телевизор. Джордан все еще была у Лори. Тогда он подошел к двери и сунул голову в комнату. Лори и Джордан крепко спали на одной кровати, прижавшись друг к другу.

При виде этой картины его охватили смешанные чувства: и боль от утраты семьи, и любовь, и непреодолимое желание защитить их обеих. «Эге, парень, надо давать задний ход. Не расслабляйся от шоколадного торта в кругу семьи».

— Джордан. — Он положил руку на ее плечо. — Джордан, я собираюсь уходить.

Она повернулась и, не просыпаясь, протянула ему руку. Он взял ее и уставился на тонкие пальцы, на пустой безымянный, где раньше было обручальное кольцо.

Лори внезапно зашевелилась и ударила Джордан в бок локтем.

— Эта кровать узка для вас обеих, — тихо пробормотал он и легко поднял Джордан на руки.

Когда Майк нес ее в спальню, он весь напрягся. Здесь он никогда раньше не был. В комнате стоял пьянящий аромат красных роз, которые стояли на туалетном столике в вазе из слоновой кости. Стены были окрашены в желто-лиловый цвет, их освещала позолоченная лампа, низко висящая над ночным столиком. Во всем тут была видна Джордан — элегантная, соблазнительная. И хотя в этой комнате чувствовался женский вкус, но и мужчине тут было уютно.

Он опустил ее на толстое желтое одеяло и подложил под голову подушки с лиловыми цветами. Не раздумывая, он порывисто наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Спи, мой ангел, — сорвались с его губ прежние ласковые слова, когда он смотрел на нее.

— Не уходи, — пробормотала Джордан, все еще не открывая глаза. Внезапно она протянула руку и обняла его за шею.

Майк инстинктивно напрягся.

— Не уходить? — Он тихо застонал. Это же настоящая пытка. Джордан говорит явно во сне. Видимо, она думает, что он Алекс Вудс.

Мысль эта отрезвила его.

— Мне пора.

— Нет, Майк. Останься.

Он изумленно посмотрел на нее.

— По-моему, ты не понимаешь, что говоришь, мой ангел, — прошептал он. Он попытался освободиться, понимая, что она страшно смутится, когда проснется, Джордан-таки проснулась. Она открыла глаза и жалобно посмотрела на него.

— Майк, посиди со мной хоть чуточку. — «То же самое говорила мне Лори», — подумала она, не задумываясь о том, к чему это может привести.

Майк опустился рядом с ней на постель, она обняла его и погладила по голове.

— Джордан, я ведь живой человек, из плоти и крови, — хрипло произнес он. Его губы ласкали ей ухо. — Не мучай меня.

— Это ты меня мучаешь, Майк, — прошептала в ответ Джордан, и, вдруг окончательно проснувшись, она пришла в себя и зажглась.

Они смотрели в глаза друг другу, и им показалось, что электрический разряд проскочил между ними. Руки Джордан потянулись к его лицу.

— Я скучаю по тебе. Ты мне нужен.

Майку показалось, что он прыгнул в море с высокого утеса. И не было никого на свете, кроме этой прекрасной женщины с глазами газели, давным-давно завладевшей его душой.

Он жадно смотрел на ее дивное тело под платьем из тонкого шелка. Он ощущал на лице ее легкое дыхание. От нее всегда пахло цветами, целым букетом цветов, как будто ждущих, чтобы их сорвали.

— Джордан, я надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — произнес он хриплым голосом, обнимая ее.

Она прижалась к нему всем телом, призывая его к себе, и ее пальцы пробежали по спине Майка.

— Хватит говорить, Майк, поцелуй меня.

Он стал целовать ей кончики пальцев.

Его губы двинулись вверх по руке, по плечу, к шее, к лицу Джордан.

Когда он добрался до ее губ, она вся пылала. Их губы встретились, Джордан прерывисто всхлипнула и прижала его к себе, обняв руками и ногами.

Разлука придала их близости такую сладость, какой они никогда не знали прежде. Джордан уже забыла, как сильно можно желать мужчину. Они с Алексом стали любовниками несколько месяцев назад, но это была обыкновенная связь взрослых людей. И это никак нельзя было сравнивать с тем, что она испытывала к Майку, когда они дарили друг другу любовь в пахнущей розами спальне.

Шли часы, а они все еще лежали в постели, наслаждаясь друг другом. Сколько таких ночей у них было раньше, подумала Джордан, когда они лежали, слившись телами? Сколько раз Майк целовал ее волосы и говорил, что она самая красивая женщина на свете?

Когда на небе появились первые оранжевые полоски зари, Джордан поняла, как сильно не хватало ей этих чуть загрубелых рук Майка, нежно скользящих по ее коже, его страстного шепота, его ласк, от которых она как будто воспаряет в небеса.

Хорошо бы лежать вот так целую вечность, задержав восход и начало нового дня. Хорошо бы хоть на время забыть про все на свете: про террористов, Ги Беринара, неизвестных преследователей на «эскорте».

Словно прочитав ее мысли, Майк еще крепче обнял ее.

— Пожалуй, тебе не мешает знать, что вчера вечером я видел зеленый «эскорт». Неподалеку отсюда. Мне удалось разглядеть его номер, и, когда мои люди возьмут этого шутника, я задам ему несколько вопросов. И пусть он только попробует на них не ответить.

Джордан приподнялась с подушки и откинула со лба челку. В глазах ее застыл неописуемый страх.

— Он вернулся? Вчера вечером? Почему ты не сказал мне?

— Мне не хотелось портить Лори праздник — к тому же сейчас он под контролем. Будь поосторожнее, а я к концу дня разберусь с этим делом.

«К концу дня». Джордан еще не готова была загадывать так далеко.

— Ты должен сейчас ехать? — спросила она, прижимаясь к груди Майка.

— Это зависит от твоего настроения.

Медленный, страстный поцелуй стал ее ответом.

— Завтрак получишь в постель. Помимо прочих услуг.

— Думаю, что я сумею наработать себе аппетит.