Покушение

Поездка в монастырь святой Вельты, проходила строго по плану, многочисленные остановки для отдыха были организованы на широкую ногу, деньги, на организацию поездки, тратились из казны, и поэтому Елена не стала себя ограничивать. Такая расточительность принцессы естественно вызвала недовольство герцогини, но сэкономить на поездке ей не удалось, так как Елена заранее заручилась поддержкой церкви:

— Народ уже долгое время не видел никого из королевской семьи, — объяснил свою позицию герцогине в поддержке принцессы кардинал, — тем более, что принцесса, в данном случае, демонстрирует народу единство светской власти и церкви. Этим она укрепляет и веру, и силу власти. Пусть это будет выглядеть как праздник.

После этого герцогине ничего не оставалось, как только согласиться, хотя в душе у неё бушевала дикая ярость.

И поездка действительно выглядела как всенародный праздник. Молва о вояже будущей королевы разнеслась далеко за пределы окрестности, по которой пролегал путь Елены, и естественно людское любопытство не могло оставить сей факт без внимания. На дорогу жители выходили семьями, одевая свои лучшие одежды, конечно далеко не все подданные могли позволить себе выглядеть нарядно, но их старания чувствовались. Таким образом, кортеж принцессы постоянно попадал в людской коридор, где восторженные приветствия подданных сливались в непрерывный шум, а дети, коих в этих местах оказалось много, бежали параллельно дороге с радостными криками, сопровождая кортеж на протяжении всего пути, благо скорость передвижения позволяла проделывать это без особого труда. Начальник охраны в самом начале предложил Елене оттеснить людей подальше от дороги, но она запретила это делать и лишь потребовала, чтобы движение согласовали таким образом, чтобы не возникло случайной давки сопровождающего их народа.

Если первые два дня Елена с интересом смотрела по сторонам, то уже на третий день обязанности приветствовать своих подданных стали ей уже в тягость, а непрерывный восторженный шум людей на всём протяжении пути начинал сказываться в виде головной боли.

— Ну и что теперь, никуда не денешься, — решила Елена, с завистью поглядывая на сопровождающую её Триону, у которой была возможность время от времени меняться местом с Данвиной, — Да, назовём это издержкой профессии. Это просто обычная работа принцессы.

В конце концов, у продавцов работа тоже не сахар и бывало, что наплыв покупателей сводил с ума гораздо хуже восторженных криков людей, поэтому Елена не обращая внимания на усталость, продолжала выполнять свои нелёгкие обязанности.

— Ваше Высочество осталось совсем немного, — это галантный Шалье заметил усталость принцессы и решил немного подбодрить её, — скоро на нашем пути будет мост, и сразу за ним предусмотрен последний на сегодня отдых. Там вы немного отдохнёте от восторгов подданных.

Елена, не снимая улыбку с лица, облегчённо вздохнула:

— Спасибо Шалье, отдых в тишине всем нам был бы весьма кстати.

Дорога, подходящая к мосту протиснулась через густой кустарник, разросшийся на берегу, люди уже не могли двигаться с боков от экипажей и были вынуждены остановиться. Кортеж выскочил из бурлящего людского потока, простучал копытами лошадей по гулкому деревянному настилу моста и после небольшого подъёма на высокий противоположный бережок оказался на полянке довольно густого леса, где и был запланирован последний на сегодняшний день отдых. Сопровождающие Елену дамы сразу выскочили под тень деревьев, где уже были расставлены столы со всевозможными напитками и их глосса весело зазвенели нарушая покой этого места. Елена облегчённо вздохнула и тоже покинула открытую карету, чтобы слегка размять затёкшее от долгого сидения тело. Она не спешила к столу, в последнее время ей пришла в голову мысль всё-таки сесть на диету и привести свои габариты в норму, имелось ввиду в норму своего мира, потому как по здешним меркам ей ещё было куда хорошеть. Только насладившись величественным покоем лесных исполинов и пением птиц, которое можно было расслышать через гомон фрейлин, принцесса изволила присоединиться к остальным.

А дальше начался кошмар. Всё произошло настолько быстро, что Елена даже не успела испугаться. Сначала вскрикнул один из её личных охранников, казалось, он просто споткнулся и упал лицом вниз, даже не успев подставить руки, принцесса только укоризненно посмотрела в его сторону. Но тут её взгляд зацепился за оперение арбалетного болта глубоко впившегося в его спину, увиденное, в первое мгновение никак не воспринималось разумом, казалось, что всего этого не может быть. Только значительно позже Елена поняла, что была в шаге от своей смерти, ещё секунда промедления и её жизнь в этом мире была бы закончена, но второй охранник среагировал молниеносно, он схватил Её Высочество прямо за талию, и резко повернувшись с ней как в танце, прикрыл своим телом. Сделал это он вовремя, второй арбалетный болт, предназначенный высокой особе, ударил теперь уже его, но не в спину как первого охранника, а в бок по касательной. Слишком быстрые действия охранника оказались неожиданны для принцессы, она просто потеряла ориентацию в пространстве, и её взгляд упёрся в его лицо, которое на мгновение перекосило от сильнейшей боли.

Остальное осталось в памяти Елены лишь фрагментами. Гериец отпустил принцессу, неуловимым движением выхватил шпагу и повернулся в ту сторону, откуда ждал нападения, только тогда она увидела, что рана его серьёзная. Видимо болт под углом попал в ребро, от этого он изменил направление, раздробив кость и, вырвав часть одежды с куском плоти, улетел в пространство. Кровь из рваной раны в боку охранника стала стремительно пропитывать его одежду, но он, несмотря на ранение, продолжал стоять рядом с принцессой, загораживая её от опасности.

Вид одного убитого защитника принцессы и серьёзная рана другого мгновенно спровоцировали панику, придворные дамы, пронзительно взвизгнув, кинулись в разные стороны, а слуги попадали прямо на траву и прикрыли головы руками:

— Ну, прямо как в наших фильмах, — мелькнула у Елены мысль совершенно не к месту.

Наконец «проснулись» стражники, боковым зрением девушка увидела как трое из них, находящихся к ним ближе всего кинулись в ту сторону, откуда были произведены арбалетные выстрелы. Бежать быстро в доспехах они не могли, но этого и не требовалось, так как перезарядить своё оружие убийцы уже вряд ли успевали

И тут, откуда-то сверху, от соседнего дерева в сторону принцессы с охранником метнулась бесформенная тень, широкий плащ её сначала чёрной птицей спланировал вниз, потом полетел низко над землёй, а ярко блеснувшая полоска хищного металла не оставляла сомнений в намерении её хозяина. Казалось, уже ничто не может остановить стремительно надвигающуюся смертельную опасность, но и тут Елена почему-то не испытала страха, она только сделала шаг в сторону, чтобы охранник снова оказался на пути убийцы.

Что сделал охранник, для неё так и осталось тайной, она даже не заметила малейшего его движения, но наёмник не смог добраться до них, рухнув буквально в двух шагах и щедро окропив траву своей кровью, только после этого гериец начал медленно оседать, теряя равновесие. Былая подготовка на курсах медсестёр не прошла для Елены даром, она не испугалась вида крови, а тут же схватила со стола большую кружевную салфетку и, сложив её несколько раз, прижала рану своего защитника, пытаясь остановить поток крови.

— Прижимайте здесь, сильней, — скомандовала она одному из подоспевших к ней солдат, — где мой лекарь?

— Я здесь. — Как будто материализовался тот из пространства, — Ваше Высочество Вы ранены?

— Со мной всё в порядке, займитесь им, — Елена кивнула на своего спасителя.

Подоспевшие солдаты видимо были настолько шокированы дерзким нападением, что вместо организации охранения продолжали бестолково метаться вокруг, а их командир лишь крутился возле принцессы:

— Капитан! — Не выдержала она, глядя на бесполезную суету королевских стражников, — вы ждёте, когда я начну командовать солдатами? Может, вспомните о своих обязанностях?

Руки у неё были в крови защитника, поэтому она обернулась в поисках слуг, и на удивление ей удалось обнаружить одного из них стоящего в полной растерянности рядом с накрытыми столами, обращаться к нему напрямую для принцессы считалось неприличным, но сегодня было не до соблюдения условностей этикета:

— Слуга, воды! Быстрей! — Скомандовала принцесса и показала ему свои ладони.

Ополоснув руки в чаше с чистой водой, она наклонилась к первому пострадавшему охраннику, но помочь ему чем-либо было уже невозможно, арбалетный болт попал точно в позвоночник и, раздробив его, засел глубоко в теле. Человек ещё дышал, однако уже было ясно, что это были последние минуты его жизни, оставалось только послать за священником.

Когда усиленное охранение, наконец, было организовано и в возникшей панике наметилось нечто напоминающее порядок, появилась возможность в какой-то мере осмыслить всё произошедшее. И только тут на неё навалилась густая волна страха, в другой обстановке девушка непременно бы разрыдалась, но все вокруг находились в смятении и только её самообладание придавало им силы держать себя в руках.

— Ваше Высочество убийц было трое, двое мертвы, один ранен и схвачен стражей, — подскочил к ней капитан.

— Почему они сумели пробраться мимо караульных? — Спросила Елена, борясь с надвигающимися спазмами желудка.

— Караул здесь не причём, убийцы заранее устроили себе тайные схроны и ждали Вашего появления. Егеря тоже не смогли их обнаружить, видимо они хорошо владели искусством скрываться.

— Спасибо капитан, занимайтесь своим делом, — поблагодарила его принцесса и, собрав последние силы, двинулась к карете, нельзя было показать окружающим свою слабость.

О дальнейшем продвижении в прежнем темпе речь уже не шла, экипажи быстро закрыли, и кортеж на максимально возможной скорости двинулся в сторону монастыря игнорируя все ранее намеченные места остановок. Нужно было до наступления темноты скрыться за надёжными стенами.

Два человека стояли на вершине холма и с грустью смотрели вслед быстро удаляющемуся кортежу.

— Тирех будет в бешенстве, кому-то не снести головы, — сказал один из них.

— Ему теперь надо больше заботиться о своей голове, — ответил другой, — не думаю, что такая неудача может остаться без внимания.

— Одного они всё-таки взяли живым. Почему он не покончил с собой? Теперь ему придётся умереть под пытками.

Собеседник пожал плечами:

— Он был взят из простых солдат. Я предупреждал, что этого делать нельзя, но Тирех настоял на своём. Даже когда ему донесли, что в охране присутствуют герийцы, он не озаботился увеличением числа убийц.

Второй усмехнулся:

— Ты же знаешь, что убийцы не могут работать в строю, они всегда одиночки, мне вообще удивительно как они смогли согласовать в данном случае свои действия. Нет. Тирех планировал правильно, но сегодня удача оказалась не на его стороне. Может, потом кто-то окажется более удачлив.

— Вряд ли, теперь охрана удвоит свою бдительность, и принцесса тоже станет осторожней. Добраться до неё будет очень трудно.

— Нам-то что с того. Давай-ка лучше отправляться, скоро все дороги в округе перекроют, выбраться отсюда станет сложно.

Несмотря на то, что было тепло, Елена продолжала кутаться в тёплую накидку, как только она оказалась одна началась истерика, по щекам текли обильные слёзы, а тело сотрясала непрерывная дрожь, и даже большое количество успокоительного, принятое по настоянию лекаря, не могло оказать заметного влияния. Сегодня она лишний раз убедилась, что в этом мире ей угрожает смертельная опасность, и чтобы выжить, ей придётся серьёзно побороться, используя малейшие возможности для укрепления своей власти. Да. Именно так и надо поступать, из истории она знала, что претенденты на трон будут пытаться любыми методами извести её, а значит, следует поставить их в такие условия, когда её смерть будет им не выгодна. Елена ещё не знала, как это можно будет сделать, но именно в этот момент она поняла, что пора создавать новый слой приближённой знати, которая не будет иметь претензий на престол, но в тоже время своё благополучие будет связывать с её счастливым правлением.

Как трудно быть одной, постоянно оглядываться и бояться, когда нет рядом надёжного плеча, на которое можно опереться и широкой спины, за которой можно укрыться от жизненных невзгод. Хоть этот мир и стал за это время значительно ближе, но не стал родным. Ну что же. Не она выбирала судьбу, никто не спрашивал готова ли она к такой жизни, следовательно, и действовать надо в соответствии с условиями в которые она поставлена, пора снова менять свой характер, становиться ещё более циничной и властной.

В монастырь въехали когда последняя полоска солнца была готова нырнуть за горизонт. Елена отказалась от вечерней трапезы и, выпив стакан молодого вина, сразу удалилась в выделенные ей покои.

И всё-таки есть что-то в монастырских стенах что-то такое, что позволяет быстро успокоиться и философски взглянуть на суету мира. Может быть это толстые стены, которые внушают иллюзию безопасности, а может неторопливая, спокойная жизнь здешних обитателей, но уже на следующий день Елена чувствовала себя достаточно спокойной, однако по настойчивой рекомендации своего лекаря решила всё-таки отложить встречу с настоятельницей.

***

Известие о покушении на жизнь Её Высочества, мгновенно докатилось до дворца, и сразу поползли слухи о возможной причастности к этому короля Меконии Гальгреда. Кардинал Эгон знал, что такие слухи упорно распускает герцогиня, но возразить ему по этому поводу было нечего, один из убийц захваченный на месте нападения был ранен, и в настоящее время его состояние не позволяло применить к нему пытки. Пока он находился в гарнизонной крепости, где по приказу Святейшества его лечил местный лекарь. Уже завтра к нему направятся дознаватели — лучшие мастера своего дела, и можно будет не сомневаться в искренности его признаний.

А сейчас можно было делать только предположения, и предпринимать дополнительные меры к сохранению жизни Её Высочества, чем Эгон в общем-то и занимался всю эту неделю, руководя проведением масштабных проверок всего пришлого в столицу люда и уничтожением разбойничьих шаек на всех прилегающих дорогах.

— Ваше Преосвященство, — появился в дверях секретарь, — вы просили поставить вас в известность — принцесса Велена завтра выезжает из монастыря, сопровождающий отряд уже на месте.

Эгон кивнул, давая понять, что всё слышал и уже хотел слега махнуть рукой, прося оставить его снова одного, но вовремя спохватился:

— Что слышно о посольстве Меконии с принцем Винетом?

— Вестей ещё нет, но известно, что пока Гальгред полон решимости такое посольство отправить.

— Хорошо. Внимательно следите за Терпельером, мне надо точно знать, когда к нему прибудет курьер.

Секретарь в удивлении уставился на Святейшество:

— Смею заметить, но курьеры прибывают к Терпельеру каждую неделю.

Эгон снисходительно посмотрел на своего секретаря:

— Это мне прекрасно известно, но речь идёт о тех курьерах, которые нам не известны, скорее всего, это будет кто-то из знати. Как только появится такой курьер, можно будет с большой вероятностью утверждать, что посольство в пути.

Нахождение в святой обители благотворно сказалось на состоянии Елены, переодевшись в просторное платье без корсета, она наслаждалась полученной лёгкостью, а процедуры купания в тёплых источниках берущих начало недалеко от монастыря оказались выше всяких похвал. Только теперь до неё дошло, почему раньше королевская семья с удовольствием посещала эти места, это как поездка на курорт, где можно было не торопясь отдохнуть и поправить своё здоровье. Ежедневные длительные прогулки в девственном лесу, где тонко пахло смолой и хвоей, приносили ни с чем несравнимую удовлетворённость и безмятежность, от того жизнь казалась ещё прекрасней. А как было великолепно в этом лесу утром, когда лёгкий туман серебрил пушистые ветки сосен, а на ресницах появлялись капельки росы. В этот момент дышалось так хорошо, что казалось, воздух не просто попадал в лёгкие, а лился божественным нектаром внутрь души. Это было похоже на Рай, и если бы Елена могла она никогда бы не покидала этих прекрасных мест, но срок её пребывания здесь подходил к концу и надо было снова приступать к реализации своих амбициозных планов, тем более что ей уже сообщили некоторые сведения, которые требовали немедленных действий.

Принцесса покинула монастырь ранним утром, нарушая вековые традиции, но соблюдать их после едва неудавшегося покушения было бы, по меньшей мере, глупостью. Безопасность её теперь обеспечивала не только королевская стража, но и большой конный отряд, присланный кардиналом. Когда принцесса с одной из своих фрейлин садилась в роскошную карету, к ней подскочил командир королевской стражи:

— Ваше Высочество, мы будем останавливаться на завтрак в Ливертоне или сделаем остановку за городом?

Велена на секунду задумалась, приглашение от графа Плимо можно было проигнорировать, что и делалось довольно часто, где бы не появлялся представитель правящего дома, по этикету местная знать была обязана послать ему приглашение. В данном же случае Елена была заинтересована в посещении Ливертона, теперь в этом городе у неё был интерес, очень большой интерес. Который никак нельзя игнорировать:

— В замке мы остановимся, возможно, до обеда, если всё пройдёт так, как я планирую, то до ночи мы успеем добраться до Буржа. В любом случае раньше обеда мы графа Плимо не покинем.

Елена села в карету, но перед тем как отдать разрешение к началу движения, подозвала начальника герийских охранников и тихо, чтобы никто не смог расслышать, отдала ему приказ.

Теперь королевский кортеж двигался очень быстро, многочисленная королевская охрана заранее расчищала дорогу, и ничего не могло стать препятствием движению, поэтому путь до крепости был проделан буквально в течение полутора часов. Покидала карету Елена с явным облегчением, хоть рессоры карет и были достаточно мягки и за состоянием дорог следили хорошо, но при такой скорости движения проблемы тряски давали знать ощутимо. Граф Плимо видимо был предупреждён недостаточно оперативно, и хотя он успел встретить принцессу у кареты, чувствовалось, что он ещё недостаточно хорошо распростился с ночным отдыхом. После приветствия граф, как и положено, в таких случаях, стал интересоваться, насколько приятным было путешествие, на что Елена только покачала головой:

— Я благодарю за вашу учтивость, граф, но мне показалось малоприятным быстрое передвижение в карете. Вот если бы я могла сама скакать на лошади, возможно, такое путешествие показалось бы мне более приятным.

— Помилуйте, Ваше Высочество, — граф в удивлении развёл руки, — пристало ли принцессе, будущей королеве ездить верхом на лошади?

— А почему бы и нет? — Усмехнулась Елена, — неужели такое развлечение позволено только мужчинам?

Елена прекрасно осознавала, что мысль о возможности езды женщин верхом на лошади не укладывается в голове у мужчин этого мира, но тут ей всего лишь хотелось немного подзадорить Плимо и посмотреть на его рассуждения.

— Ваше Высочество, — граф изобразил на своём лице страдание, — оставьте всё-таки это занятие мужчинам. По тем немногим слухам, что дошли до нас, у Вас и так достаточно интересно. По крайней мере, мои дочери в восторге от новой столичной моды, к созданию которой вы приложили немало усилий.

По поводу дочерей графа Елена была хорошо осведомлена, и относительно них у неё были далеко идущие планы. Род Ливертонов был небогат, к тому же не имел наследников, поэтому не мог рассчитывать на достаточный вес в обществе и, следовательно, ему было трудно подобрать подходящую партию для своих невест, ведь знатный титул не переходил по линии жены. Однако Елена по-прежнему нуждалась в формировании своего окружения, где знатность происхождения играла свою решающую роль, а это был один из тех случаев, когда проблема решалась достаточно просто. Взяв на содержание дочерей графа, Елена не только решала свою ближайшую задачу, но и получала мощную поддержку провинции, а это тоже было немаловажно:

— Ну, если они в таком восторге, и вы не будете возражать, то мы можем более подробно обсудить вопрос их дальнейшего воспитания при дворе, — принялась, как бы невзначай рассуждать Елена, направляясь с Плимо в его родовое гнездо, — и почему я не вижу их, неужели они так долго спят?

Граф смутился, признаться, что его дочери действительно имеют привычку подолгу находиться в постели, он не мог, но Елена сразу поняв свою оплошность, пришла к нему на помощь:

— Скорее всего, они просто не успели одеться, ведь для знатных женщин это действительно большая проблема.

От Елены не укрылось, с каким облегчением Плимо воспринял это предположение. Такая бесхитростность старого графа несколько рассмешила принцессу, но виду она не показывала, такие люди в Интании должны были цениться гораздо дороже золота, ведь они никогда не ударят в спину. Своим стремлением угодить принцессе граф превзошёл самого себя, и хотя по всему было видно, что жили здесь относительно скромно, средств на приём знатного гостя явно не жалели.

— Мне стало известно, что когда-то давно у вас здесь были приличные виноградники, — обратилась Елена к графу, — именно благодаря им процветал род Ливертонов, а теперь здесь практически ничего нет.

— Вы правы Ваше Величество, — согласился Плимо, — Вина из Ливертона славились в старые времена, но когда виноградников становится очень много, они гибнут, именно это несчастье и постигло наши места. Остался лишь небольшой виноградник сравнительно далеко отсюда, только его существование позволяет нам поддерживать видимость благополучия этих мест.

— Но, мне стало известно, что в южных провинциях нашли способ бороться с болезнью виноградников?

— Виноградники южан, низкорослы и не живут больше пяти лет, — разъяснял граф принцессе, — а наши высоки и срок их плодоношения около пятнадцати лет. Но и там до сих пор не могут справиться с болезнями полностью, они только могут лишь сдерживать их, заливая землю щёлоком и настоем сорных трав.

— Понятно.

Для Елены это вовсе не было новостью, однако посвящать пожилого графа в свои далеко идущие планы она не собиралась. Когда она разбиралась с основными расходами казны, то сразу обратила внимание на большие затраты по закупке вин для столицы. Ну, а раз средства, отпускаемые на такие закупку, были велики, то кто-то имел с этого приличные доходы. Как доложили ей впоследствии, так оно и оказалось, но самым удручающим в этой ситуации было, что все эти богатства доставались в основном южным соседям, которые относились к Интании не слишком дружелюбно. Если бы удалось снова возродить былую славу виноградников Ливертона, то доходы казны можно было бы значительно увеличить, а заодно поставить на место не в меру зарвавшихся южан. Елена никогда раньше не интересовалась проблемами виноградарства, но у неё сохранились скудные воспоминания о мелких вредителях поедающих корни этих полезных растений, и назывались они филлоксерой. Про методы борьбы с этой напастью она не знала, но краем уха слышала, что в основном для снижения потерь от этой напасти применялась прививка культурного винограда на основания диких сортов, которые не были подвержены основной массе болезней. Конечно, для этого ещё надо было ещё хорошо разбираться в сортах виноградников, но ведь нужно было когда-то начинать. Ещё во дворце она озаботила этой проблемой искусных садовников, и, насколько ей было известно, первые опыты позволяли надеяться на удачу. Именно в этом направлении и повела она разговор с Плимо, обещав ему значительную субсидию в обмен на решение проблемы восстановления былой славы этих мест.

Разговаривая с графом принцесса заметила, что несмотря на явное внимание со стороны хозяина к своему родовому гнезду, замок продолжал разрушаться, стены в некоторых местах покрылись многочисленными трещинами, балки перекрытий слегка прогнулись, и требовали скорой замены, а к немногочисленным витражам уже не раз прикасалась неумелая рука. Всё это не способствовало улучшению её настроения, и видимо Плимо прекрасно осознавал это, предлагая провести оставшееся время на открытом воздухе. Зато небольшой сад примыкающий к замку смотрелся великолепно, а просторная беседка, увитая виноградной лозой казалась островком уюта, располагая к душевным беседам:

— Прекрасно, — похвалила Елена графа, — из вас получился бы прекрасный дизайнер.

Естественно Плимо ничего не знал о дизайнерах, но подумал, что ослышался и предпочёл не переспрашивать, девушка тоже заметила свою промашку и про себя чертыхнулась, в который раз дав себе обещание следить за тем, что говорит.

Командир герийцев появился только после обеда, когда Елена уже подумывала задержаться в этом месте на ночь. Он тихонько подошёл к принцессе и встал чуть в стороне. Когда появилась пауза в разговоре с графом, Елена вопросительно взглянула на своего защитника, в ответ тот лишь слегка кивнул. Всё, на этом визит в Ливертон можно было закончить, все вопросы обговорены, все комплименты розданы и уже через полчаса кортеж принцессы уносился к столице по пыльной дороге, а владетель этих благословенных мест с озадаченностью смотрел вслед и не мог взять в толк, что так могло расстроить принцессу.

***

Эгон прекрасно осознавал, что убийство принцессы никак не входило в планы Гальгреда, предстоящий возможный политический брак открывал ему большие перспективы, скорее он должен был охранять её всеми возможными средствами. Однако скандал был выгоден герцогине, расстройство намеченного союза позволяло ей ещё долгое время играть важную роль в политической жизни Интании, хотя это тоже неочевидно, принцесса уже показала, что властью делиться она не намерена. Выводы получались однозначные, некая третья сила пытается расстроить сближение Меконии и Интании, сделав их непримиримыми врагами, чтобы в будущем использовать вражду в своих целях, а такой силой могли быть только южные соседи и, скорее всего, Силетия. Именно это государство могло получить в будущем наибольшие дивиденды от ссоры, именно там сейчас правил монарх, который считался самым хитрым и беспринципным на всём континенте. Пока ещё Эгону удавалось сдерживать распространение слухов, не выпуская за стены дворца, но в будущем, если он не придумает чего-либо кардинального, они выплеснутся в народ, а это неизбежно сорвёт предстоящий визит принца и недруги смогут праздновать победу. Кардинал в задумчивости снова посмотрел на карту, то, что у него лежало сейчас на столе, картой можно было назвать с большой натяжкой, в своё время её составляли по заказу церкви, и естественно там отображалось только-то, что представляло для неё интерес. Однако даже к такой карте кто-то проявлял повышенный интерес, уже не раз приходили сообщения, что неизвестные предлагали хорошие деньги служителям церкви, чтобы те смогли для них достать копию этого документа. А это могло означать только одно, кто-то вынашивал планы войны. Кто? Скорее всего тот, кто заказал покушение на Её Высочество.

Эгону надоели размышления на эту тему, и он прошёл в каморку секретаря:

— Есть какие-нибудь известия?

— Да Ваше Преосвященство, — подтвердил секретарь, — принцесса Велена только что прибыла из монастыря и сразу распорядилась известить отца Фениана.

— Так быстро? — изумился кардинал, — на моей памяти ещё никому из королевского рода не удавалось покрыть это расстояние в один день.

— И ещё. Кортеж принцессы действительно следовал очень быстро, поэтому сообщение курьера из Ливертона совпало с её прибытием. Убийца, захваченный охраной при покушении на жизнь принцессы, в порыве отчаяния повесился.

Эгон вздрогнул, вот уж чего он никак не ожидал, так это именно этого. Как ему доложили ранее, этот участник покушения был откровенным трусом и покончить счёты с жизнью самостоятельно, вряд ли был в стоянии, скорее всего ему помогли. Смерть того человека была выгодна только королю Гальгреду, но времени прошло ещё слишком мало, чтобы он мог что-либо предпринять, получается, что кто-то кроме него заинтересован в сохранении тайны происхождения убийцы:

— Когда это произошло и как?

— Точно не установлено, — ответил секретарь, — но судя по тому, что труп ещё не остыл, охрана заметила это достаточно быстро.

— Отправьте сообщение начальнику гарнизона о проведении наиболее тщательного расследования, и сообщите, что это очень важно и передайте брату Фениану, что я хотел бы обсудить с ним некоторые вопросы относительно принцессы после его встречи с ней.

Вернувшись к себе, Эгон опять крепко задумался, в самоубийство он не верил, однако пробраться к узнику в крепости незамеченным, требуется немалое мастерство, на это не способен рядовой убийца. При этом надо было его сначала найти, а потом потратить много времени на подготовку, а что из этого следует? Значит, убийца имел возможность проникнуть в крепость, хотя в момент прибытия туда принцессы сделать это практически невозможно. И тут догадка осенила Эгона — а ведь действительно, всё сходится, а если это так, то на политическом олимпе появился новый мощный игрок, способный влиять на политический расклад в стране, и этим игроком была принцесса Велена. Весь двор, и не только, судачил о том удивительном самообладании, которое Её Величество проявила при покушении на свою жизнь, как она не испугавшись крови, от одного вида коей большинство дам просто упадут в обморок, взялась спасать жизнь своего личного охранника. А её жёсткий выговор командиру стражи за ненадлежащее выполнение своих обязанностей, за несколько дней прочно вошёл в обиход общения при дворе.

То, что принцесса займёт достойное место в политической жизни государства, было очевидно, а вот что это произойдёт так быстро, вряд ли кто предполагал. Это надо было серьёзно осмыслить, получается, что Велена сумела не только быстро приобрести авторитет при дворе, но и переиграть своего неизвестного противника по всем статьям, а ведь он даже не предполагал, что подопечная Фениана может опираться не только на власть церкви. Надо же и как он раньше не заметил, что принцесса повзрослела, хотя нет, если подумать, то во время последнего разговора с ней уже почувствовалась зрелость Велены, а то, как она стала брать в свои руки решение второстепенных вопросов, уже демонстрировало её способность решать и более сложные задачи. Теперь надо было решить хорошо это или плохо для будущего Интании? А вот сделать выводы из этого Эгон затруднялся: давая понять принцессе, что церковь благосклонно смотрит на возможность заключения политического брака между правящим домом Интании и Меконии, он надеялся не только на создание мощного родственного союза между двумя государствами, но и на восстановление крепкой власти в стране. А теперь получается, что такая власть уже почти существует в лице Её Высочества, и, следовательно, возникает вопрос, намерена ли она в этом случае делиться с кем-либо этой властью.

— Интересно, — вслух произнёс кардинал, — что ещё ты скрываешь от меня дитя моё, и какие мысли теснятся в твоей как оказалось весьма мудрой головке.

А в этой мудрой головке никаких особых мыслей вовсе не обитало, Елена наслаждалась покоем после дальней дороги, многочасовая тряска под конец превратилась в изощрённую пытку, пришлось несколько раз останавливаться по дороге, так как морская болезнь проявила себя во всей своей красе. Шалье буквально умолял принцессу прекратить это издевательство над собой, но в этом случае они не успевали засветло добраться до дворца, а у Елены всё ещё свежи были воспоминания о недавнем покушении:

— Нет, уважаемый Шалье, — говорила она своему секретарю, — я не смогу уснуть ночью, поэтому утром мне будет ещё хуже, лучше уж я сейчас потерплю, но зато во дворце мне будет много спокойней.

С такими доводами секретарь был вынужден согласиться.

Наконец пришёл отец Фениан и Елена сразу выскочила ему навстречу:

— Знаю, знаю, дитя моё, — прервал он попытку Елены описать свои приключения, — это происки недругов. Хорошо ещё, что у нас есть один из этих убийц, теперь мы заставим его рассказать всю правду.

Фениан был настолько возмущён этим событием, что не сразу заметил хитрую улыбку Елены, но когда наконец обратил внимание дал волю своему негодованию:

— Как можно так легкомысленно относиться к тому, что произошло, ведь твоя жизнь висела на волоске?

— Простите отец, — Елена в притворстве опустила глаза, — я действительно сильно напугана, и поэтому спешила укрыться в безопасности. Так что Вы неправы относительно моего легкомысленного поведения. Просто мне стало интересно, как можно заставить мертвеца рассказать правду, ведь церковь не поощряет колдовство.

— Колдовство это происки дьявола…, продолжил кипятиться Фениан, но тут же осёкся, — как мертвеца? Так он мёртв?

— Да. Его душа предстанет на суд господа гораздо раньше, чем вы планировали, — подтвердила принцесса, — его совесть не вынесла груза грехов и он решил, что может искупить их огнём ада.

— Жаль, — выдохнул Фениан, — теперь мы не сможем узнать, кто нанял их, чтобы убить тебя.

— Ничуть, — возразила Елена, и посмотрела на Фениана серьёзно, — те, кто нанимал этого человека, был уверен, что он попадёт к нам в руки живым. Именно на этом строился весь план, всё убийцы дрались до последнего, предпочитая смерть плену. А этот откровенный трус, он сдался сразу и если бы не ярость охраны он вообще не был бы ранен.

Такими рассуждениями принцессы Фениан был сбит с толку:

— Ты хочешь сказать, что за этой попыткой убийства, стоит кто-то, кто хотел направить нас по ложному следу?

— Конечно, — утвердительно кивнула Елена, — кому-то очень сильно понадобилось оставить в этом покушении след Меконии.

Фениан в изумлении уставился на Елену:

— И ты уже знаешь кто?

— Ну, конечно же, нет, — Елена сделала вид, что удивлена недогадливостью духовника, — но желающих поссорить Меконию и Интанию вполне достаточно и каждый из них вполне мог нанять убийц. Кто конкретно это сделал, не имеет никакого значения, а вот нам надо быть более осторожными с расследованием, даже если следы на самом деле ведут в Меконию. Королю Гальгреду моя смерть невыгодна, ведь в случае заключения брака с его сыном он получит огромные дивиденды, а этот человек, судя по тому, что мне говорили, не привык отказываться от богатств идущих ему прямо в руки.

Тут до Фениана дошло, по чьей воле убийца мог покинуть этот свет и он укоризненно покачал головой:

— Нельзя было без причастия отпускать душу, если мы захватили его, то несли ответственность за жизнь перед богом.

— Это грех, — смиренно согласилась Елена, — но, согласитесь, выбора у нас не было. Если бы он остался жить, отношения с Гальгредом были бы испорчены, а этого сегодня допустить никак нельзя. Более того, надо предпринять все меры, что бы слухи которые распространяет моя тётя, не получили никаких подтверждений. Лучше всего утверждать, что это происки противников веры, которые таким образом пытались отомстить мне за поездку в монастырь.

Рассуждения принцессы Фениану показались очень разумными, по крайней мере он не нашёл в них ни малейшего изъяна, а раз так, то всё это было сделано во имя процветания Интании и значит по воле господа. О чём он сразу и объявил Елене.

— Это замечательно, — обрадовалась Елена, — этот грех действительно тяготил меня. И всё же, мне кажется, не стоит Его Преосвященство ставить в известность, пусть это будет нашей маленькой тайной.

— Не беспокойся дитя моё — тайна исповеди будет соблюдаться мною всегда. — Гордо произнёс духовник.

— Это не единственная причина Святой Отец, почему я с Вами так откровенна. — Елена чуть понизила голос и продолжила. — Отношения с Меконией продолжают развиваться, и очень скоро король Гальгред отправит сюда своего сына в надежде, что он станет моим супругом. Пока ещё трудно сказать, как у нас сложатся отношения, но препятствовать этому в любом случае я не намерена.

Фениан был немного озадачен таким резким поворотом в разговоре:

— Появление Его Высочества принца Меконии здесь уже само по себе говорит об установлении дружеских отношений с соседним государством, мне совершенно непонятно, почему этому надо препятствовать.

— Я имела ввиду вовсе не то, что не буду возражать против появления во дворце принца, — ехидно усмехнулась принцесса, — мне хотелось сказать, что не зависимо от того, понравимся ли мы друг другу, окончательное решение о заключении брачных уз будет принимать король Гальгред и церковь в лице Его Преосвященства.

Хотя Фениан и почитал покорность за одну из добродетели, но такое поведение воспитанницы показалось ему довольно странным:

— То есть, ты готова в любом случае положиться на мнение святой церкви, без предварительных условий?

Весёлые чёртики забегали в глазах Её Высочества:

— Да, я готова последовать совету церкви. — Елена выдержала, небольшую паузу. — Но кто сказал, что без предварительных условий?

Когда до Фениана дошёл весь смысл сказанного он громко расхохотался:

— Теперь мне понятно откуда такая покорность. Ну что ж, чего-то подобного я уже давно ожидал. Так значит, торговаться будут не две стороны, а уже три?

Елена весело кивнула, реакция духовника ей пришлась по нраву:

— Надеюсь, моё мнение будет иметь достаточный вес?

— Да уж, — фыркнул духовник, — теперь я узнаю свою прежнюю принцессу. Остаётся только дождаться Его Высочества принца и вознести молитвы господу, чтобы с ним ничего не случилось.

— Вот именно о ваших молитвах относительно безопасности принца я и хотела с вами обстоятельно поговорить…