Глубокий космос. Система Гленгарри,

Федеративное Содружество 1 апреля 3056 г.

— Расстояние — двенадцать тысяч километров, вдет к нам.

Лейтенант Джон Дрейк проверил панель статуса и утвердительно кивнул. Готовность, как всегда, — полная.

«Антилопа» была десантным кораблем класса «Газель», предназначенным для перевозки бронетехники и состоящих при ней воинских подразделений. Сегодня она использовалась более мирным образом, неся в своих трюмах кучу разношерстного груза, который «Серый Череп» доставил во время последнего полета из Лиона. Но в любом случае совершенно беззубой ее нельзя было назвать. Дрейк надеялся, что его корабль сумеет как следует постоять за себя.

Какая-то часть его души протестовала, говоря, что это не входит в обязанности капитана десантного корабля и что сейчас ему следует уносить ноги на максимальном ускорении. Для десантника, особенно идущего порожняком, то был бы вполне приемлемый образ действий. Жизнь — вещь довольно дешевая, а техника стоит денег. Храни машину для будущих сражений.

Но Дрейк связал свою жизнь и судьбу с Серым Легионом Смерти. Его отец раньше командовал «Антилопой», состоявшей на вооружении одного из бронеполков Дома Куриты, который был дислоцирован вдоль расалхагской границы. Когда пришли кланы, «Антилопа» получила серьезные повреждения в бою и едва спаслась, спрятавшись в доке торгового прыжкового корабля. Вынырнули они в системе Судет на территории Федеративного Содружества, где любое судно Дома Куриты считалось желанной добычей. Для корабля, принадлежавшего Синдикату Драконов, и без того было в высшей степени рискованно появляться на территории Федеративного Содружества, но Серый Легион Смерти особенно давно враждовал с некоторыми представителями Дома Куриты с тех пор, как в результате подлой атаки на Треллване погиб отец Грейсона Карлайла.

«Антилопа» рухнула на Судеты, при этом погиб отец Дрейка, но Грейсон Карлайл не проявил к экипажу судна враждебности. Вместо этого он предоставил Дрейку возможность отремонтироваться и сохранить корабль в своем распоряжении в обмен на помощь в эвакуации Легиона. Кланы только что сильно их побили, и Судеты перестали быть базовым миром Легиона. Другой на месте полковника реквизировал бы разбитый корабль, но он этого не сделал. С тех пор Дрейк остался с Грейсоном Карлайлом.

И сегодня наконец пришло время вернуть долг.

— Принимаю сообщение с «Серого Черепа», сэр, — доложил старший связист. — На связи капитан Родланд.

— Перекинь на мою панель, — распорядился Дрейк. Внутренне он выругался, что его отрывают от дела. Лейтенанту необходимо было предельно сконцентрироваться на своих действиях, а в объяснениях с капитаном прыжкового корабля он нуждался сейчас меньше всего.

— Дрейк, что за игру ты там, черт возьми, затеял? — спросил Родланд, как только его лицо показалось на экране монитора.

— «Серый Череп», вам нужно выиграть время, — осторожно ответил Дрейк. — Время — чтобы получить приказ, который обещал прислать штаб, и время на подготовку к прыжку. Возможно, мне удастся его для вас отыграть. Все, что я собираюсь сделать, — это немного их задержать. Если они клюнут на меня, перенацелив траекторию ускорения, их раскладка по времени выполнения операции полетит ко всем чертям.

— Один десантник против целой эскадры долго не продержится, Дрейк, — возразил капитан прыжкового корабля. — Черт, да если они выпустят истребителей, то переплюнут тебя по всем параметрам далее без остальной своры. Парень, брось! Брось, пока не поздно!

Дрейк покачал головой.

— Невозможно, «Серый Череп». Я сделаю то, что должен сделать. — Он перевел дыхание. — Проверьте по тактической панели, капитан. Что бы я ни предпринял, мне не успеть зайти в док до того, как эти ублюдки сядут вам на хвост. В любом случае мне деваться некуда. Лучший выход — сделать так, чтобы это произошло только со мной.

Воцарилось томительное молчание. Дрейк мог мысленно представить, как Родланд запускает симуляцию на тактической панели, но ответ компьютера был известен заранее. Дрейк всегда мог предсказать исход тактической ситуации без помощи машины. На этот раз все стало ясно после того, как он увидел на экране телескопа характерную конфигурацию «Леопарда» класса «CV».

На мониторе опять показалось мрачное лицо Родланда.

— Компьютер говорит, что ты прав. Но вы не имеете права просто так швыряться своими жизнями.

— Посмотрим. Может, у нас найдется для них сюрприз-другой. — «Только выбор маловат», — добавил Дрейк про себя, но сейчас ему было уже не до колебаний. — Попытаюсь выиграть для вас как можно больше времени. «Антилопа» передачу заканчивает.

Он приказал связисту отключить канал и вернулся к тактическому дисплею. На самом деле задача была предельно проста. Все, что ему нужно, — это привлечь к себе внимание вражеского капитана…

При трехкратной перегрузке на ускорении любое движение, любое шевеление причиняло боль, а коммандант-космонавту Отто Джагеру на борту десантного корабля «Меркурий» приходилось еще и работать руками за пультом управления, да к тому же с повышенной осторожностью. Только одно неверное нажатие на рядом стоящую цифровую кнопку могло вызвать кучу проблем, а любому космическому офицеру было известно, что в условиях высокой гравитации, как это имело место сейчас, быстрота действий стоит на втором месте по сравнению с их точностью.

Он включил экран и принялся изучать множество линий и значков, нарушавших пустоту глубокого космоса вокруг его десантного корабля.

— Вы его видите, сэр? — озабоченно спросил старший помощник.

Джагер изучающе посмотрел на красную линию, которая говорила о том, что вражеский корабль на полной скорости летел по направлению к «Меркурию».

— Вижу, — подтвердил он. — По-моему, класса «Газель». Но он ведь не собирается всерьез атаковать нас, как ты думаешь?

— Однако… похоже на то, капитан, — отозвался старший помощник.

— Самоубийца, — пробормотал Джагер. В действительности «Газель» была крупнее и вооружение имела лучше, чем его судно, но только в случае, если бы на борту «Меркурия» для уравнивания шансов не находилась эскадрилья истребителей. Никто в здравом уме не бросит обычный транспортный корабль против авианосца с полным комплектом истребителей на борту. Если только…

— Развод данные, — резко выкрикнул Джагер. — Что там у них есть по космической оснастке Серого Легиона Смерти?

— Обозначена только одна «Газель». Командир— капитан Дрейк, — проворно сообщил старпом. — Это та самая «Антилопа». Стандартной конфигурации, как и два месяца назад. Никаких указаний, что с тех пор они сделали какое-то переоснащение или модификацию.

Джагер задумчиво посмотрел на монитор.

— Это или очень смелый, или очень глупый человек, — произнес он почти самому себе. — Все, что он может, — лишь немного задержать нас.

— Вероятно, этого они и хотят, сэр.

— Ну, тогда — чем скорее мы с ним разделаемся, тем скорее возьмемся за прыжковый корабль. Дайте истребителям приказ на вылет. Прикончить его. И быстро!

— Есть, капитан, — ответил старпом.

Джагер внимательно изучал сенсорный дисплей и холодно улыбался. Противник жестоко ошибся, если решил, что может что-то выиграть в тактической задержке. Это сражение закончится очень быстро.

— Пять! Четыре… три… два…

Сидя в кабине своего «Люцифера», лейтенант-космонавт Шон Фергюссон обеими руками сжимал рычаг управления и старался унять волнение по мере того, как отсчет подходил к концу. Несколькими минутами раньше он жаловался на бездействие. Теперь же при мысли о приказе на вылет он чувствовал, как холодный озноб, подкатывает к желудку. Предстояла не имитация и не безобидное тренировочное сражение. Все было по-настоящему…

— Пуск!

Ускорение вдавило его в антиперегрузочное кресло, и катапульта истребительного отсека вышвырнула аэрокосмический истребитель в пространство. Лишь на долю мгновения перед глазами Фергюссона промелькнул и остался за кормой удлиненный пусковой портал «Меркурия». И вот уже авианосец пропал из поля заднего обзора.

Фергюссон отсчитал положенное количество секунд, после чего включил двигатели. Десантный корабль сообщил ему ускорение при запуске, поэтому с каждым моментом разность скоростей корабля-матки и истребителя становилась все больше. Как только авианосец оказался на безопасном расстоянии от двигателей истребителя, Фергюссон мог перейти на скоростной режим полета.

— Красная эскадрилья, я Красный-один, — затрещал в наушниках голос Хобарта. — Переключить навигационные компьютеры на телеметрический канал Красной Мамы.

Пальцы Фергюссона забегали по клавиатуре у левой ноги. Как только началась передача телеметрии, зажглись дисплеи кабины. На «Меркурии» стояла куда более сложная сенсорная система, чем мог нести на себе истребитель, а компьютер авианосца был гораздо больше, быстрее и мощнее. Применяя не подверженные искажениям узконаправленные лазерные лучи связи, наводимые с помощью компьютеров как истребителя, так и корабля-матки. Красная эскадрилья могла пользоваться этими более мощными устройствами для достижения существенного преимущества. Разумеется, если становилось жарко и лазерная связь нарушалась, истребитель мог полагаться на свои собственные приборы, но в данный момент все шесть кораблей Красной эскадрильи будут взаимодействовать с наибольшей степенью гармоничности.

— Я Красный-три, — сообщил он. — Канал установлен. Вижу одиночного противника, удаление — десять тысяч, идет к нам.

— Сообщение подтверждаю, — секундой позже произнес Хобарт. — Всем Красным! Сомкнуться и взять курс на перехват противника. Фронт — стандартный, конфигурация — алмаз.

— Красный-три, вас понял, — подтвердил Фергюссон. Он плавно и точно передвинул рычаг, поражаясь, насколько все кажется обыденным. В общем, как в учебном полете.

За исключением того, что вражеская цель впереди была настоящей и через несколько минут в нее полетят ракеты и лазерные лучи.