Доброго вам времени суток!

Хочу заранее предупредить, что все произведения эротического характера, затрагивают тему отношений между мужчинами.

ЕСЛИ ВАМ НЕТ 18 ИЛИ ВАМ НЕ ПРИЯТНА ДАННАЯ ТЕМАТИКА, НЕ ЧИТАЙТЕ!

Случайности случаются.

Глава 1.

«Первая встреча - первый взгляд, рентген и оценка»

события 2013 года

Август – пора отпусков. Лежу на песчаном пляже небольшой деревеньки близ города Лагуш, что находится в Португалии. Пляж небольшой, но уютный, по краям ограничен скалами, на верхушках которых зеленеет яркая сочная трава. Серо-желтый рассыпчатый песок, нагретый утренним солнцем, греет тело, слух ласкает рокот волн Атлантического океана. Теплый ветерок сбивает жар солнца и играет с волосами. Мне хорошо. Я нахожусь в расслабленной неге. На периферии сознания звучат голоса других людей, детский смех и визг тех, кого окатывает волна прохладной воды. Я блаженно щурюсь на солнце через стекла дорогих солнечных очков. И Боже, как же мне хорошо…

Мое имя Колин, когда-то оно было просто Коля, Николай. Но те времена моего далекого детства, как и времена жизни в России канули в лету. Сейчас я живу в Германии, в городе Мюнхен, и меня зовут Колин Лаверндов. Мне тридцать два года, я не женат и у меня свой бизнес. Моя мама считает, что я идеальный жених и усиленно ищет мне невесту среди дочерей ее подруг. Что же, пусть, раз ей так нравится тратить на это свое время. У многих возникает вопрос, почему я не женат. Сейчас я расскажу, как проходит мой обычный день, и все станет ясно.

Я просыпаюсь, умываюсь и иду на пробежку по парку. Потом возвращаюсь домой, пока варится кофе, принимаю душ. Затем беру чашку кофе и включаю ноутбук. Я редко езжу в офис с самого утра, поэтому я пью кофе и раздаю различные указания своим подчиненным, пишу письма партнерам, обсуждаю различные деловые нюансы с заместителями. Раздается звонок в дверь. Это наверняка доставили мой завтрак из кафе, что на соседней улице. Завтракаю, читая новости, и изучаю в интернете нужную мне информацию. Три дня в неделю в двенадцать приходит домработница. Обычно к этому времени я сажусь в свой Мерседес и еду в офис. Я владею сетью отелей Luxury класса. Бизнес давно налажен и поставлен на поток. Иногда возникают форс-мажорные обстоятельства, но, как правило, то время, которое я провожу в своем рабочем кабинете, проходит мирно и спокойно. Вечером я еду к матери или же провожу его со своими знакомыми в ресторанах. Когда есть настроение, встречаюсь с девушкой по имени Сара. Она красивая, высокая шатенка с длинными вьющимися волосами. У нас свободные отношения, они не доставляют неудобств ни ей, ни мне. Когда у нас возникает желание провести совместный досуг, мы это делаем. У нас не возникает склок и скандалов, я не выслушиваю ее «почему ты мне не позвонил, я же волновалась», я не встречаюсь с ее подругами, где меня расписывают, словно дорогущий лот на аукционе. Словом, есть все плюсы отношений, и нет ни одного минуса. Вот и ответ на вопрос, почему я взрослый, состоявшийся в жизни, тридцатидвухлетний мужчина до сих пор не женился и не собираюсь. По-моему, понятно почему: мне и так хорошо.

Из состояния расслабляющей эйфории и задумчивости вывела русская речь, которую практически не слышно в этой тихой португальской деревушке. От удивления я приподнялся на локтях, снял очки и внимательно посмотрел в сторону, откуда мне послышались слова на языке, на котором я довольно давно уже не разговаривал.

Сейчас где-то одиннадцать часов утра, на пляж стали приходить те, кто любит поспать подольше, но все же хочет урвать утреннего, еще не палящего солнца. Именно к такой категории людей можно было отнести парочку, которая привлекла мое внимание. Они стелили пляжное покрывало в паре метров от меня, весело переговариваясь и обсуждая красоты местного пейзажа. Парень и девушка, на вид им было лет по двадцать с небольшим. Девушка - миниатюрная блондинка с короткой стрижкой, сложно было сказать что-то определенное о ее внешности, так как пол-лица закрывали большие солнечные очки. Парень же этим аксессуаром не пользовался, и имел очень смазливую мордашку, короткие черные волосы торчали в разные стороны непослушными прядями, а к его фигуре определение «Аполлон» подходило, как нельзя кстати. Высокий, стройный, подтянутый, возможно, немного худоват, но этот недостаток можно было простить за хорошо накаченные мышцы. Парень, наверняка, серьезно занимается своим телом. Я невольно стал прислушиваться к их разговору.

- Вит, ты соня! – с укором произнесла блондинка. Интересно, это, от какого имени такое сокращение?

- Будить надо было лучше, – буркнул парень, снял пляжные шорты и направился к океану.

Блондинка тоже поснимала все лишнее и поспешила за своим спутником, должен признать, что личико, которое пряталось за стеклами модных очков, весьма миловидное. Девушка мне понравилась, очень. Я был бы не против, если бы этот парнишка оказался бы ее братом или кузеном на крайний случай. Наблюдая, как они резвятся в холодных водах океана, я решил, что познакомлюсь с ними, если, конечно, представится случай. Я поднялся и стал одеваться. В отличие от некоторых, я встаю рано, и в девять уже был на пляже.

Мой день прошел по накатанной схеме, я пообедал в пляжном ресторане и отправился в отель, где позволил себе немного вздремнуть. Часов около пяти отправился в город, пешком. От отеля, где я остановился, до центра города можно было дойти за полчаса. Я медленно шел, наслаждаясь пейзажем, когда мимо меня проехал скутер со знакомой мне парочкой. Парень явно превышал скорость и на повороте едва не завалил транспортное средство на бок. Да-а, люди отдыхают…

Я долго бродил по набережной, потом нырнул в центр старого огорода, где была масса различных развлечений, попетлял по узким улочкам и вышел к той, где располагались рестораны. В одном из них у меня был заказан стол на девять вечера. Дело в том, что лучше всего было позаботится об этом заранее, так как мест за столиками на улице в это время уже было не найти, а ужинать в помещении мне не хотелось. Официант проводил меня за мой столик и подал меню. Я сразу заказал бутылку молодого португальского вина. Отличный легкий напиток. Вино немного газированное и обладает легкой кислинкой. Такие вина называются Verde, что в переводе с португальского означает зеленый. Но вино совершенно не зеленое, как думают многие, оно белое, а имеет такое название, потому что производится из еще зеленого винограда. Я пристально изучал меню, решая дилемму, что же мне выбрать рыбу или мясо, когда подошел официант.

- Не будите ли вы возражать, если вам за столом составят компанию молодая пара? – обратился он ко мне на английском.

Я поднял голову и наткнулся взглядом на Вита и блондинку.

- Нет, не буду, – английским, как и немецким я владел в совершенстве, но вот некоторые русские слова стали исчезать из памяти.

Официант усадил их напротив меня и разложил меню. Я все же выбрал рыбу и сделал заказ. Через мгновение принесли и мою бутылку вина. Холодный напиток в запотевшей бутылке, я уже ощущал его вкус на языке. Ловким движением официант открыл бутылку, налил немного вина в бокал и дал мне на пробу. Я сделал маленький глоток и кивнул, в знак того, что напиток мне понравился. Официант дополнил мой бокал, принял заказ у молодых людей и удалился. Я пил вино и пристально изучал своих соседей. Девушка мне нравилась все больше и больше.

- Вит, чего он на меня так смотрит? – спросила она у парня.

Вит перевел на меня недовольный взор.

- Будет продолжать, слепым сделаю, – грубо ответил он ей, - Насть, может мы в отеле поужинаем? Этот пижон мне не нравится.

- Эм, смотрю на вас девушка, потому что вы красивая, – меня задели слова молодого человека и я решил продемонстрировать, что понимаю их, что бы не испортить себе вечер и настроение, - А чем не угодила вам моя скромная персона, молодой человек?

Парень подавился водой, которую пил в данный момент и закашлялся. Настя похлопала его по спине и не сводила с меня удивленных карих глаз.

- Ох, простите! – воскликнула она, мило заливаясь румянцем.

- Все хорошо, не переживайте барышня, – я послал ей самую очаровательную улыбку. Она подействовала безотказно, и удивление в глазах блондинки сменилось на восхищение. Да, мной. Но вот симпатию ее спутника я не завоевал, он только еще больше разозлился и теперь прожигал меня взглядом, но мне его реакция была неинтересна, я сосредоточил свое внимание на девушке, – Меня Колин зовут.

- Настя. Какое у вас интересное имя, хотя, - она кивнула в сторону спутника, - его вообще, Витором назвали, сейчас наверно мода на странные имена, – она улыбнулась и похлопала длинными ресницами, умело накрашенными тушью.

- В моем случае, дело в том, что я не из России и поэтому имя не русское, - еще одна обворожительная улыбка прелестной Настасье, - а над вашим приятелем пошутили родители…

- Знаете что?! – парня явно задело обсуждение его персоны.

- Что? – я перевел на него взгляд, добавив в него немного суровости.

- Ничего, - парнишка быстро остыл, - просто это невежливо обсуждать человека в его присутствии.

- А что вам мешает принимать участие в нашей беседе? – я решил быть добрым по отношению к нему, так как до конца не разобрался, кем он приходится очаровательной Настеньке.

- Ужин, – насупился он. В это время официант принес наши заказы.

Еда была восхитительно вкусной, я с удовольствием смаковал каждый кусочек. Порции большие, наелся так, что на десерт места в животе не хватало. Грустно вздохнул и с завистью смотрел на Витора, который с удовольствием ел молочно-белый десерт, выполненный в форме сердечка и политый сладким соусом. Настя весело щебетала о том, почему они решили отправиться именно сюда. Выходило, что это выбор Вита. Что же, у парня есть вкус.

- Колин, а почему вы…?

- Можно на ты! – я окинул представительницу прекрасного пола взглядом и улыбнулся только уголками губ.

- Спасибо, - она покраснела и опустила глаза, - а почему ты ужинаешь один?

Я так и не разобрался в их отношениях. Они не держались за руки, не целовались, называли друг друга по именам, а не «малышами» и «котиками». Но не были родственниками, это точно. Слишком разные, во всем, во внешности, в поведение, в манере общения. Настя определенно нравилась Витору, он ее ревновал ко мне. И для этого у него были основания. Девушка флиртовала со мной. В каждом ее слове, взгляде, жесте было кокетство. Она мило смущалась, хлопала ресницами, посылала улыбки, привлекала внимание к небольшому, но крепкому и соблазнительному бюсту. Будь моя воля, я бы трахнул ее уже сегодня ночью. Думаю, что девушка тоже бы не возражала, но Вит не позволит нам развлечься.

- Потому что я отдыхаю один, – я грустно опустил взгляд.

- Совсем? – изумилась она, но ответом осталась довольна.

- Совсем-совсем…,- я бросил на нее щенячий, жалобный взгляд.

- М-м-м, мы можем скрасить ваше одиночество на отдыхе,- томно выдохнула она.

Вот и все девушка, ты попалась, а взгляд какой хищный! Только спутника твоего стоит где-то потерять.

- Буду очень благодарен…,- ой, как горячо, расплавишь! Парень не смотри на меня так. Если девушка желает, кто я такой, чтобы ей отказывать.

Как оказалось, эта чудная парочка остановилась в том же отеле, что и я. Обратно мы шли вместе. Мопед они арендовали только на один день и уже сдали его в салон. Настя держалась ко мне ближе и иногда, невзначай, задевала рукой. Она расспрашивала меня о жизни. Хотя, вряд ли, ее интерес лежал дальше моего финансового состояния, потому что, как только красотка выяснила, что я богат, живу в Германии и езжу на Мерседесе, ее интерес к моей жизни угас. Дальше она рассказывала только о себе любимой. Зато из Настиных бурных речей я выяснил, что Витор ей просто друг. Вряд ли парень был согласен с таким определением, его аж передернуло после ее слов. Но девушка записала его в друзья, и выбраться из этого списка неудачников у него вряд ли получится.

Мы мило расстались во дворе отеля, так как жили в разных корпусах. Настенька скромно позволила поцеловать себя в щечку. Однако ее взгляд уже умолял о большем. Витор, все так же, сверля меня злым взглядом, пожал руку. Уверен, что парень сделал это ради приличия и ради Настиного удовольствия. Будь его воля он бы мне по морде дал. Я гадко улыбнулся ему на прощание, а Настеньке послал воздушный поцелуй. Остаток отпуска обещает быть интересным.

В эту ночь сон не шел. Не понятна была причина. Не могу сказать, что милашка Настенька настолько возбудила меня, что я потерял покой. Нет, возбуждением здесь и не пахло. Мысли крутились вокруг парня со странным именем Витор. Мне было его жаль. Вероятно, он влюблен в эту куколку, но она не видела или не хотела замечать его чувств. Когда-то я тоже был просто другом. Для меня тогда это была первая любовь. Осознать и принять факт, что влюбился в свою одноклассницу Варечку Кожевникову, было сложно. Виной была обстановка в классе. Наш класс почему-то упорно не хотел взрослеть. Парни и девчонки были разделены на два лагеря, которые враждовали между собой. Все учителя с нетерпением ждали наш выпуск.

И вот я влюбился. Варечка была золотоволосой и голубоглазой. Девочка-фея. У нее давно уже оформилась фигура и думаю, что мужчины у нее тоже уже к тому моменту были. Я же в школе внешностью не блистал. Высокая в меру накаченная фигура сейчас, в те времена была ниже среднего, и ростом и мышцами. В сравнении с моими одноклассниками я был мелкий. Ухоженное лицо, тогда покрывалось подростковыми прыщами. Такой недостаток, как плохое зрение, сейчас надежно скрытый хорошими контактными линзами, подчеркивающими зеленый цвет глаз, в школьные годы был выставлен напоказ, благодаря неаккуратным очкам с толстыми стеклами. Ах да, в одиннадцатом классе я носил волосы по плечи, но мыть чаще, чем раз в неделю не считал нужным. Бр-р-р, не верю что это бы я. Кроме того я был отличником. Я с самого раннего возраста изучал языки, и к концу школы свободно владел немецким и английским. Все остальные науки мне тоже давались легко, чем я пользовался и старался окончить школу с медалью. Был ли шанс у такого заморыша вызвать интерес у такой роскошной девчонки, как Варя? Правильно. Никакого! Зато, однажды я дал ей списать! После этого попал на весь одиннадцатый класс в список ее «друзей» и давал списывать на протяжении года, делал за нее доклады и рефераты. Я любил! Ну и дрочил на ее фотку по ночам, прокусывая губы до крови, чтобы сдержать стоны, которые могли бы услышать родители. Мы жили тогда в однокомнатной квартире. Естественно ответных чувств я не добился. Не мне было тягаться с ее кавалерами на крутых тачках. А после школы мы уехали жить в Германию. Где неказистый Колька, стал превращаться в красавца и звезду местного колледжа Колина. Любовь прошла спустя некоторое время, но воспоминания и боль останутся навсегда.

Конечно, сравнивать наши с Витором ситуации вряд ли правильно. Он красивый, предполагаю, что из богатой семьи. Такие, как он, всегда в почете у девушек. Но чувства те же. Безответная любовь она мало чем отличается.

Утром я завелся от воспоминаний настолько, что очень хотелось сделать Настеньке больно, да и всему женскому роду вместе с ней. Нельзя так садистски убивать чувства в молодых людях, потому что потом из них вырастают такие, не верящие в любовь, циники, как я.

Я вышел из корпуса, немного размялся и побежал. Сначала поднялся в горку до перекрестка, потом спустился к набережной, пробежался по ней и вернулся в отель. Пробежка и холодный душ после, взбодрили, осталось выпить крепкого кофе и буду свеж, как огурчик.

Я вошел в зал ресторана, где был накрыт шведский стол для завтрака. Обвел взглядом помещение в поисках свободных мест. Мой взгляд зацепился за недовольное и заспанное лицо Витора. Он с неохотой ковырялся в тарелке за столиком на открытой террасе. Я взял себе завтрак и направился к его столику. Очаровательной Настеньки видно не было.

- Доброе утро! – поприветствовал я его. Парень перевел на меня непонимающий взгляд, присмотрелся, узнал, и тут же в глазах засветилась злость. За что он меня так невзлюбил?

- И вам, – все же ответил он.

- Присяду? – он кивнул и вернулся к ковырянию вилкой в тарелке, как оказалось, с яичницей, - Зачем выбирать на завтрак то, что не ешь? Здесь широкий выбор, чтобы этого не делать.

- А-а-а? – парень был погружен в свои мысли и не слушал меня.

- Я спрашиваю, зачем есть то, что тебе не нравится? – я кивнул на его тарелку.

- Мне нравится, – он непонимающе смотрел на меня.

- Понятно, – я улыбнулся, - А где же ваша спутница?

- Какое вам дело?

- Тебе.

- Что?

- Я же вчера сказал, что можно на ты, – напомнил я.

- Это вы Насте сказали, – он отложил вилку и закурил, выпуская струйку дыма мне в лицо. Я поморщился и отвернулся. Не курю и не люблю, когда курят при мне.

- Вам обоим. Так где она?

- Зачем она вам…тебе? – он прищурился и пристально смотрел на меня.

- Глупый вопрос, – я вскинул бровь и ответил парню холодным взглядом.

- Ок, почему тебе захотелось поиметь именно ту девушку, которая с парнем?

- Ты ведь не ее парень.

- Это не твое дело!

- Ш-ш-ш, не ори. Здесь вряд ли кто-то понимает о чем мы говорим, но повышенные интонации нервируют людей, – я сделал глоток горячего крепкого кофе, который за время нашего с Витором разговора, принес официант.

- Не лезь в наши отношения, – уже тихо, но зло бросил парень, - И к ней не лезь!

- Аргументируй, – ну вот, разыгралось чувство любопытства, мне почему то необходимо было знать, что я не ошибся в своих выводах.

- Что? – он растерялся.

- Объясни мне, почему я не должен довести дело до конца и трахнуть твою Настю?

-Пошел ты! – его глаза из светло голубых превратились в серые. Интересная метаморфоза.

- Рот закрой! – что же он орет-то… Понимаю, конечно, молодой и горячий, но на людях вести себя можно и более сдержанно, - если не хочешь однажды утром найти Настю в моей постели, объясни мне почему я не должен этого делать.

- Я хочу сделать ей предложение! – видимо парень уже был в ярости. Каждое слово было произнесено четко и резко, голос холоден, как воды Сереного ледовитого океана, а мы на Атлантическом между прочим. Я оказался прав, он ее любит. Вот шлюха! Не думаю, что она не знает о его чувствах.

- За что ты так ее любишь?

- Тебе не понять! – он резко встал, стул закачался и едва не опрокинулся, и стремительно направился к выходу.

Зря ты думаешь, что я не понимаю… Очень хорошо понимаю, только не стоит она твоих чувств.

Избегать, конечно, эту парочку у меня не получалось, все же мы жили в одном отеле, но я решил с ними больше не общаться, так тесно во всяком случае. На следующее утро я вновь увидел Витора за завтраком, он был с Настенькой. Бросив на девушку короткий взгляд, понял, почему вчера ее не было видно. Она обгорела, и теперь была ярко-красного цвета. Я злобно хихикнул, махнул им рукой и сел за свободный столик. Девушка, наверняка, расстроилась этому факту, но с ее испорченным настроением пусть разбирается Витор.

***

Самолет авиакомпании Lufthansa приземлился в аэропорту Мюнхена. Сегодня первое сентября. Солнце греет еще по-летнему тепло, но все же, уже ощущается легкое осенние дыхание. Я вышел из аэропорта, взял такси и поехал домой.

Жил я в самом престижном районе города, Богенхаузене. Район старый, фасады домов рубежа девятнадцатых – двадцатых веков украшают целые улицы и кварталы, парк и река Изар, тишина и спокойствие. Когда-то в этом районе жил сам король Максимилиан I. Но лично я жил в новостройке. Я покупал жилье еще во время начала строительства дома, поэтому заранее купил две верхних квартиры и объединил их в один пентхаус. В общем, моя квартира стала махиной в двести с лишним квадратным метров. Не пусто ли мне там одному? Нет! После жизни с родителями в убогой однушке, я каждый раз восхищаюсь своим жилищем.

Я вошел в огромную прихожую, поставил чемодан к стене, разулся и прошел дальше. Плюхнулся на большой белый кожаный диван и потер переносицу. Что-то перелет был утомительным. Делать что-либо не хотелось, я вытянул ноги на диване и уснул.

Проснулся от того, что мой мобильный и домашний телефоны трезвонили по очереди. Я схватил трубку мобильника, не посмотрев на экран.

- Колин, Боже, ну наконец, ты вернулся! – раздался в трубке голос мамы, - Приезжай срочно! – ну что могло произойти за десять дней моего отсутствия?

- Мам, а до завтра потерпит? – я бросил взгляд на большие часы на стене. Стрелка показывала без пятнадцати шесть вечера.

- Нет, Колин, приезжай быстрее! – тревога в ее голосе мне не понравилась. К тому же, мама не будет просить меня так настойчиво приехать по пустякам.

- Хорошо, через полчаса я у тебя! – я положил трубку, дошел до кухни и попил воды.

Желудок жалобно заурчал, напоминая мне, что в нем кроме еды из самолета за сегодня не было ни крохи. Некогда, у мамы поем. Я забежал в кабинет, достал из сейфа ключи и документы на машину, в коридоре прихватил свою сумку и спустился в подземный гараж. Машина была на месте. Удивляетесь моим волнениям? Зря, поверьте и здесь машины угоняют быстро и ловко. Я нажал на кнопку ключа, моргнули фары, и заурчал мотор.

Как и обещал, я был у мамы через полчаса. Стоило мне только дотронуться до кнопки звонка, как она открыла дверь.

- Я так рада, сынок! – она бросилась ко мне и повисла на шее.

- Я тоже скучал, мам, – я отстранил родительницу и окинул ее внимательным взглядом. Мама нервничала, хотя и скрывала это. Но дрожащие тонкие пальцы, закушенные губы и красные глаза, выдавали ее с головой.

- Есть будешь?

- Да.

Мы расположились на кухне, я сел за стол и принялся ждать. Выспрашивать что-то у моей мамы занятие бесполезное, если она сама не захочет, то ни за что не скажет ни слова. Передо мной возникла тарелка борща со сметаной. Привет российскому прошлому.

- Спасибо, – я принялся за еду.

- Звонил твой дядя, – огорошила меня мама. Ложка со звоном стукнулась о тарелку, аппетит резко пропал.

- Что ему нужно? – я отодвинул тарелку, мама проводила ее печальным взглядом, коря себя за то, что начала разговор не вовремя.

- То же, что и несколько лет назад. – грустно сказала она.

события 2007 года.

Мой дядя сел в тюрьму в девяносто седьмом году, за несколько месяцев до этого, мой отец вывез нас в Германию. Он хотел тогда вернуться в Россию и доделать какие-то дела, но как только узнал, что посадили дядьку, то остался и больше про родину и тех, кто там остался, не вспоминал. Мой дядя, Константин, старший брат моего отца. В моей памяти он остался лихим братком из девяностых, хотя сейчас был солидным бизнесменом в Москве. Как спустя несколько лет после нашей эмиграции рассказал папа, они с дядькой совершили какое-то ограбление века. На эти деньги мы уехали жить в Германию, и за эти деньги сел дядька. Папа тогда долго каялся и говорил, как ему стыдно, что за нашу благополучную жизнь дядя Костя сидел в тюрьме, что теперь мы должны его содержать. Я был в корне не согласен с отцом. Я конечно, не против, выделить родному дядьке денег, на то, чтобы он начал жизнь заново, ведь доля вины отца все же присутствовала, кроме того, дядя поступил благородно, и когда велось следствие не упомянул в качестве соучастника моего папашку. Но кто не успел, тот опоздал. Папа успел, и мы оказались в самой экономически развитой стране Европы, а дядя Костя нет, и он остался прозябать в России. Но содержать теперь страдальца пожизненно я не собирался, тем более, что у него уже есть свой бизнес. С отцом мы тогда сильно поругались. Он настаивал, я тоже заупрямился, к тому моменту я довольно много своих сил и идей вложил в бизнес, чтобы просто так лишаться прибыли, кроме того отец постепенно отходил от дел и фактически главой компании стал я. В конце концов, отец был вынужден согласиться со мной. А через месяц после встречи с дядей Костей папа погиб в аварии. У машины не сработали тормоза, и он не вписался в поворот. Естественно никакого расследования никто не проводил, была установлена техническая неисправность транспортного средства, на этом все закончилось не начавшись.

Для нас с мамой смерть отца стала очень сильным ударом. Тогда я чуть не потерял компанию, так, как из-за горя практически забросил все дела. И что уж греха таить запил, довольно сильно. Как не пыталась мама вытащить меня из запоя, у нее этого не получалось. Спустя полгода моего бездействия и непробудного пьянства, ко мне домой прибежала секретарша. Бруна работала у нас со дня основания компании и была не просто работником, но другом и соратником. Она долго отмачивала меня в холодном душе, отпаивала чаем и кофе с корицей, пару раз я даже получил от нее по лицу. Когда я пришел в себя и мог адекватно воспринимать информацию, Бруна поведала о нехороших делишках одного из заместителей отца и о том, что если я не вмешаюсь, то потеряю компанию, потому что некий Константин Лаверндов очень хочет ее купить. Упоминание имени моего дядюшки моментально привело в чувства. Я много думал над тем, что он приложил свою руку к смерти отца, но не мог доказать этого. А тот факт, что он интересуется покупкой нашей компании, лично для меня, оказался неоспоримым доказательством.

Я покончил со своими слабостями раз и навсегда, оставил в сердце любовь к отцу и светлую память о нем, но горе и печаль по его смерти выкинул из головы. Я решил встретиться с дядей, для этого пришлось ехать в Польшу. Потому что я отказался ехать в Москву, а он отказался ехать в Германию. Варшава была избрана нейтральной территорией.

- Ты вырос, – сказал мне высокий, подтянутый мужчина с черными волосами, тронутыми сединой на висках. Взгляд серых глаз замораживал. В дяде не осталось ничего от того распиздяя, который думал, что он круче всех из эпохи 90-х. Теперь передо мной сидел солидный мужчина, который имеет цель в жизни и не гнушается никаких методов, чтобы ее достичь. Он был опасен.

- Вы тоже изменились, – ответил я.

- Тюрьма меняет людей, – усмехнулся он.

Мы сидели в маленьком уютном ресторанчике в центре города. За окном была осень и шел дождь, расчерчивая мокрыми дорожками стекла. Кроме нас в зале было занято лишь два столика, которые располагались далеко от нас, мы разговаривали на русском, поэтому лишних ушей можно было не опасаться.

- Вы убили отца, – в лоб выдвинул я обвинение.

- Докажешь? – он изогнул бровь и ухмыльнулся.

- Нет, просто знаю.

- Ну, знай, – он не стал отрицать. У меня по спине пробежали мурашки страха. Что же за человек передо мной сидит, что он способен пойти на братоубийство из-за денег.

- Я хочу, чтобы вы оставили нас с мамой и нашу компанию в покое, – голос немного дрогнул, все же я не настолько заматерел, чтобы без страха общаться с этим чудовищем.

- Многого ты хочешь, племянник, - он ухмыльнулся, - это будет тебе дорого стоить.

- Сколько? – сразу спросил я.

- Столько сколько мне понадобиться и когда мне понадобиться.

- Нет, я согласен на разовую выплату, но не более.

- Не боишься выдвигать мне условия? – он криво усмехнулся, - Или отца давно не видел, соскучился?

Напоминание о папиной смерти больно резануло по сердцу. Захотелось вскочить и придушить этого человека, прямо, здесь на полу этого ресторана. Я сжал кулаки, чтобы не сделать глупостей.

- Боюсь, - ответил я, так же кривя губы в неприятной ухмылке, - но выбора у меня нет. А вы угрожаете?

- Нет, предполагаю. А выбор, Коля, он всегда есть. Я хочу минимум половину от того, что ты имеешь. Это справедливо, как считаешь?

- Возможно, но это папа был вам должен. Его по вашей вине в живых больше нет. А от меня вы его долги не получите. Говорите, сколько вы хотите, если меня устроит, я заплачу.

- Какой грозный мальчик, – он пододвинул чашку с кофе и провел пальцем по краю, слегка задевая густую пену капучино, - Чувствую, сейчас мы не договоримся. Сорок процентов мне и мы расходимся мирно, я даже не буду лезть в руководство, просто хочу получать дивиденды по акциям. Подумай, – он встал, бросил пятиевровую банкноту на стол и направился к выходу, - Хорошо подумай, – обернулся он, махнул рукой и вышел из ресторана.

Я еще долго сидел в ресторане, пил кофе чашку за чашкой, и думал. Он не отстанет так просто, откупиться, тоже не получится. Но на его предложение не согласен я. Это моя компания, и я ее не отдам. Кроме того я боялся этого человека. Теперь, в том, что он причастен к смерти папы, я не сомневался. Вопрос, как далеко он пойдет в уничтожении своих родственников. Выход остался один, необходимо припереть его к стене и вынудить согласиться взять деньги. Пусть за компромат на него придется заплатить немаленькую сумму, но лучше так, чем потерять свое дело. Я достал телефон и нашел в телефонной книге номер, по которому очень давно не звонил.

- Алло? – раздалось в трубке.

- Петер, здравствуй, это Колин, можем встретиться завтра вечером? – я решил не затягивать с решением моей проблемы, и так очень много времени потерял из-за запоя.

- Можем.

- В том же кафе. В семь.

- Хорошо, – в трубке послышались гудки.

Я расплатился, взял такси и сразу же направился в аэропорт, через три часа у меня рейс обратно в Мюнхен.

Когда я прилетел домой, то поехал к матери. Надо было ее успокоить и сообщить о том, что я пришел в чувства. Она была рада моему появлению. Наготовила кучу вкусностей, и весь вечер хлопотала вокруг меня. Но было заметно, что она нервничает и хочет что-то спросить, но не решается.

- Мам в чем дело? – я решил начать этот разговор.

- Бруна приезжала…- ага, все ясно, она знает про дядю.

- Я все улажу, мам, не переживай.

Я сам пока еще очень смутно представлял, как я все улажу. Но знал лишь одно, что костьми лягу, но дядька ни процента не получит. Уверен, что с его богатым прошлым Петер обязательно накопает то, за что можно зацепиться, и на что можно надавить.

Ночевал я у мамы. Рано утром поехал в офис и до вечера разбирал накопившиеся дела. Их было много. Бруна, спасибо ей большое, все мне объясняла и давала дельные советы. В полседьмого вечера я собрался и пошел к выходу, понимая, что после встречи мне придется вернуться и продолжить работу.

Петер уже ждал меня в маленькой кафешке, которую мы часто использовали для наших редких встреч. Прошу прощение за парадокс. Я встал около столика и пристально посмотрел на него. Петер был истинным арийцем. Высокий блондин, с голубыми глазами, которые становились практически прозрачные в солнечную погоду. Резкие черты лица и высокие скулы скрашивала обезоруживающая улыбка, от которой на щеках появлялись ямочки. Ну, сущий ангел, для тех, кто не знает этого человека и на что он способен.

- Привет! – он поднял на меня глаза и стал внимательно разглядывать, словно ищет все недостатки и не может найти, - Ты как всегда великолепно выглядишь, Колин, – он улыбнулся мне той самой ангельской улыбкой.

- Привет! – я опустился на стул напротив него.

- Твой ответ вновь будет нет?

- Как всегда, – буркнул я, заливаясь румянцем.

Еще один маленький нюанс. Петер – гей. Как в органы государственной безопасности попал человек с нетрадиционной сексуальной ориентацией? Но факт остается фактом, он там работал и занимал высокую должность, несмотря на свой довольно молодой возраст. Причина была одна, Петер был жесток, очень. Он ставил перед собой цели и задачи, а после этого никто и ничто не могло свернуть его с пути. Связываться с ним было себе дороже. Но я был исключением. Не могу сказать точно почему, но догадки присутствуют.

события 2002 года

Мы познакомились с ним, когда мне был двадцать один год, я только закончил колледж и начал работать у папы, вникая во все нюансы управления быстро растущей молодой компании. Однажды я пришел к нему в кабинет увидел там Петера. Я его испугался, настолько, что даже поздороваться не мог. Он изучил взглядом каждую мою черточку на лице, каждую складку одежды, при этом его глаза горели, каким-то потусторонним огнем, отчего я замер, словно заколдованный. Потом, он не сказав ни слова, ушел.

- Кто это? – спросил шепотом у отца, когда смог выдавить из себя хоть что-то.

- Человек, из-за которого у нас могут быть очень крупные проблемы, – отец устало опустился в кресло и уставился в одну точку на противоположной стене.

- Расскажешь? – я опустился на край дивана.

- Нет, – резко ответил он, - Пока нет.

Я пожал плечами и начал отчитываться по работе, которую отец поручил мне утром. Но я чувствовал, что папа не слушает меня, он нервничал и думал о чем-то другом. Видимо, проблемы могут быть очень серьезными…

Вечером, когда я возвращался пешком домой, за квартал от заветной цели около меня остановился черный Мерседес. Я вздрогнул и отскочил от края дороги. Дверь с водительского места открылась, и мне наперерез вышел человек, которого я так перепугался в отцовском кабинете.

- Садись в машину! – четкий командный тон, не подчиниться такому было невозможно.

Я сел в машину, и мы быстро выехали на оживленную дорогу. Двигались мы в противоположную сторону от моего дома. Становилось все страшнее. Человек молчал. Я нервно, вспотевшими руками, теребил край пиджака. В машине было тихо, даже радио молчало. Эта тишина доводила до предобморочного состояния. Так страшно мне не было никогда в жизни. Наконец, мы остановились на парковке возле какого-то дома. Я замер. Сотый раз, проклиная себя, за то, что подчинился и поехал. Хотя, голос в сознании противно говорил, что если бы сам не поехал, то заставили бы.

- Поговорим? – мой спутник повернулся ко мне.

Его лицо скрывала темнота, только тонкая полоска света от фонаря проникала в салон машины и выхватывала у ночи очертания отделки салона.

- Угу, – я тоже повернулся к нему.

- Ты в курсе, что у твоего отца большие проблемы?

- Да, – я кивнул.

- Какого они рода?

- Нет, – я отрицательно помотал головой.

- Они настолько серьезны, что он может потерять компанию и все деньги, в тюрьму сесть тоже может. Ты же этого не хочешь?

- Нет, – я нервно сглотнул.

- Хочешь помочь отцу? – он медленно наклонялся ко мне.

- Да, – я вжался в спинку сидения, – Что от меня требуется?

- Подняться в квартиру, - он улыбнулся, - и переспать со мной.

- Что?! – я резко дернулся вперед, чуть не стукнувшись лбом об этого человека.

Я мог предположить все что угодно, вплоть до предложения участия в ограблении банка, но чтоб такая хрень!

- Ты мне понравился, я хочу тебя в своей постели. А так как все неприятности твоего папы зависят от меня, то я могу вполне этим воспользоваться и исполнить свою маленькую прихоть. Как считаешь? – он изогнул бровь и хитро на меня посмотрел.

- Я мужчина, – промямлил я.

- Я заметил, – он рассмеялся.

- Я что-то не понимаю? – ну не укладывалось у меня в голове его предложение.

- А тебе и не надо. У тебя есть выбор, пойти со мной и помочь отцу, или послать меня на хер и утопить его и его компанию.

Возможно, я сделал тогда самую глупую ошибку в моей жизни. Но мне было страшно. Я боялся этого человека, боялся его слов, боялся его действий, меня до дрожи пугала вся сложившаяся ситуация. Чем больше мы молчали, тем больше подступала паника.

- Хорошо, – с трудом выговорил я, подписывая себе приговор.

Больше не было сказано ни слова. Он вышел из машины, а я на деревянных ногах последовал за ним. Я оказался в маленькой квартирке – студии. Большую часть места, отведенного под спальню, занимала огромная кровать. Сомнений, для каких целей эта квартира используется, не возникло. Я застыл у входа, только закрыв за собой дверь. Казалось, что стоит сделать шаг, и я попаду в ад, мой персональный ад. Человек, благодаря которому я сюда попал, подошел ко мне и без лишних слов снял с меня пиджак. Толкнул так, что я опустился на пуфик в прихожей, стянул с меня туфли. Затем взял за руку и повел к кровати. Я выпал из реальности. Просто следовал за ним, стараясь не думать о том, что вскоре случиться, а где-то в глубине души надеялся, что это шутка. Злая, но шутка. Но когда он посадил меня на кровать и коснулся моих губ, я понял, что этот человек не шутит. Меня всего затрясло, я плотно сжал зубы и дрожал крупной дрожью.

- Нет, так не пойдет, – он отстранился от меня и пошел на кухню.

Раздался звук открываемой бутылки.

- Пей, – перед носом возник стакан с янтарной жидкостью.

Я взял его и понюхал. Там был коньяк или виски.

- Не буду, – я протянул стакан обратно.

- Пей. Иначе у нас ничего не выйдет. Насиловать я тебя не хочу.

- Угу, – смысл его слов очень быстро до меня дошел.

Если не хочет, не значит, что не будет. Я быстро опрокинул жидкость в рот. Горло обожгло и свело спазмом, из глаз покатились слезы. Все же крепкий алкоголь я не любил и употреблял крайне редко. Я протянул стакан обратно. Он наполнил его еще раз.

- Пей, – перед носом опять возник полный стакан.

Я опять опрокинул его в себя. После второго меня развезло. Тело расслабилось, рассудок помутился, на лице нарисовалась глупая улыбка.

- Так намного лучше.

Он толкнул меня. А я глупо захихикал и растянулся на кровати. Тут же почувствовал тяжесть чужого тела на себе, а губ опять коснулись его губы. Он долго ласкал и целовал меня, постепенно избавляя от одежды. Его ласки, к моему стыду, меня заводили. Когда он добрался до напряженных сосков и сжал один из них, я застонал, выгибаясь на встречу.

- Хороший мальчик, – он стал ласкать соски. Чертова эрогенная зона. Я стонал и извивался. Возбужден был уже до предела. Торчащий член требовал ласки, которой мой мучитель именно его не хотел баловать. Я сам протянул к нему руку, но она была остановлена.

- Трогать тебя могу только я, - горячее дыхание опалило ухо, - и кончишь ты без дрочки, хороший мой.

Я что-то промычал в ответ, но тут же отвлекли ощущения, которые возникли в заднем проходе. Я замер, пытаясь прочувствовать то, что там происходит. Он меня там пальцем ласкает, спустя некоторое время понял я. Я дернулся, но меня больно укусили за ухо, я опять замер. Он целовал шею, губы, вновь касался сосков, но я чувствовал только то, что происходило в анусе. А там были уже два скользких пальца. Было немного больно, но приятно. Черт, эти ощущения были приятны! Это открытие повергло в ужас. Но я вспомнил, что пьян и слишком сильно возбужден, и списал все на эти факты.

- Я сейчас.

Я лежал и смотрел в потолок. Время, которое его не было, показалось вечностью. Я ждал того, что произойдет. Хотел или нет, сложно сказать, но ждал, как чего-то неизбежного. Знал, что это произойдет, и уже хотел, чтобы скорее все случилось. Неизвестность, она куда хуже. Он вернулся абсолютно обнаженный, с какой-то баночкой в руках. Сел рядом со мной, раздвинул мне ноги. Я перевел на него осоловелый взгляд. Он улыбнулся теплой нежной улыбкой, словно поддерживая меня. Ануса опять коснулись его пальцы, на этот раз они размазывали там холодную, вязкую жидкость, проталкивая ее во внутрь. Потом он одел презерватив на свой член, я сглотнул. Он вылил из тюбика на руку мутноватой жидкости и стал размазывать ее по члену, водя по нему вверх и вниз. Я засмотрелся и поймал себя на мысли, что тоже хочу так сделать. Я только собрался протянуть руку, как он схватил меня за плечо и заставил перевернуться на живот. Потом я быстро оказался на коленях, стоя в самой развратной позе. Он еще несколько раз ввел в меня пальцы, а потом ануса коснулось что-то холодное и твердое. Он надавил, и зад опалило болью. Один резкий толчок и я заорал от боли. Попытался избавиться от того, что приносило эту жгучую, разрывающую на части боль, но он схватил меня за талию и резко дернул обратно, стало еще больнее, из глаз текли слезы. Как люди делают это добровольно, они что мазохисты, как это может нравиться?!

- Больно! – простонал я, всхлипывая.

- Терпи, – раздалось сзади.

Он стал целовать и покусывать спину, но это не отвлекало от того, что творилось в заднице. Его рука легла на член и стала его ласкать. Делал он это умело и вскоре я часто дышал уже от возбуждения. Так как движений в анусе не происходило, тело постепенно привыкло, и боль притупилась. Стоило ему понять, что я расслабился, он сразу стал медленно выходить из меня, резкий толчок вперед выбил из меня стон боли, смешанной с наслаждением. Там внутри он задел что-то, отчего не плавиться от удовольствия было невозможно. Но это было настолько быстро и непродолжительно, что я сам невольно подался назад, стремясь почувствовать это восхитительное ощущение еще раз. Постепенно на боль я перестал обращать внимание, хотелось еще и еще, чтобы он касался заветной точки. Я всхлипнул от разочарования, когда он вышел из меня. Уже безумно хотелось кончить. Он перевернул меня на спину, закинул мои ноги себе на плечи и вошел на всю длину. Ох! Не могу больше. Надо, надо…Он наклонился и стал целовать меня, грубо сминая губы, но при этом забыл двигаться во мне. Я стал ерзать под ним, пытаясь задеть, то местечко, которое приближало к уже необходимому оргазму. Через пять минут я был готов просить и умолять его двигаться. Эту пытку стало невыносимо терпеть дальше. Я ведь даже не знаю, как его зовут. Я распахнул глаза и недоуменно посмотрел в лицо напротив. Серые от страсти глаза пристально вглядывались в мои, на лице была едва заметная улыбка.

- Петер, – кажется мой вопрос отобразился крупным шрифтом у меня на лице.

- Петер, - прохрипел я, облизал сухие губы, - сделай же что-нибудь.

- Что ты хочешь? – ухмыльнулся он, надавливая на меня бедрами.

- Кончить, – какой смысл скрывать очевидное.

Что было потом трудно описать, но он с такой силой вбивал меня в кровать, что воздух вышибало из легких, зато я мгновенно получил то, что хотел. Это был самый острый оргазм в моей жизни. Я стонал и выгибался, а Петер, все вбивался в меня. Когда подумал, что не выдержу больше и потеряю сознание, он застонал и прижался ко мне.

- Можешь остаться здесь, – Петер стоял уже одетый. Костюм сидел безупречно, волосы лежали волосок к волоску, словно и не было только что ничего.

Я с завистью посмотрел на него, потому что лично у меня не было сил пошевелить даже пальцем. В кармане пиджака запел мобильник, видимо родители меня потеряли. Петер достал его из кармана и протянул мне. Я быстро заверил родных, что со мной все в порядке и, что останусь на ночь у подружки и отключил телефон.

- А-а-а? – окликнул я его уже на выходе.

- Все будет в порядке, считай, что ты заработал компании отца свободную дорогу без препятствий в мир большого бизнеса, – он улыбнулся и ушел.

Я остался один. Как ни странно, но совесть меня грызть не собиралась. Мне было стыдно перед самим собой, да. Но ведь больше об этом никто не узнает, а со своей совестью я договорюсь. Плюсов я получил намного больше, чем потерял сегодня вечером. Я устало откинулся на подушки, которые после бурно проведенного на кровати времени валялись везде, где только можно, закрыл глаза и провалился в сон.

события 2007 года

Я мотнул головой, избавляясь от воспоминаний. Это было единожды, но в памяти останется навсегда. После нашей ночи, Петер предлагал отношения, но я отказался, а он не стал меня принуждать. Мы тесно общались некоторое время, как друзья. Но стать ими не смогли. Охарактеризовать как-то наши отношения невозможно, они слишком странные. Но в одном я был уверен, Петер сделает все, чтобы мне помочь, и не кинет, если это конечно не будет в его интересах. Но интересы, которые были у него к уже моей компании, я выкупил тем вечером.

- Тогда давай сразу к делу, – он окончательно вырвал меня из прошлого.

- У меня проблемы с дядей, – я заказал пиво, - сейчас буду долго тебе рассказывать всю историю.

- Избавь меня от этого! – он откинулся на спинку стула и поднял руки, - я знаю, откуда ноги растут.

- Знаешь? – крайне удивился я.

- А ты так и не узнал, какие проблемы были у твоего папы?

- Нет, – я опять покраснел.

- Колин, это было крайне неосмотрительно с твоей стороны, – нам принесли пиво, Петер сделал глоток и посмотрел мне в глаза, - ваш начальный капитал, дело давно минувших дней, - продолжил он тихим голосом, - но если кто-то захочет вас, прости, тебя, утопить, это будет главный рычаг, на который этот кто-то будет давить.

- Черт! – я провел рукой по волосам. Я даже не думал, что та грязная история, настолько хорошо известна.

- Сам виноват.

- Что?

- Надо было все узнать у отца, и у тебя была прекрасная возможность заткнуть всем рты или отправить на дно Изара тех, кто хоть малость осведомлен об этом, - он пошло улыбнулся, - с моей помощью.

- Иди ты! – я разозлился.

- Ты свои проблемы уже решил? – скептически посмотрел на меня Петер.

- Что?

- Ты хотел попросить у меня помощи, а теперь гонишь.

- Черт, Петер, прекрати меня доводить! – его издевательское, временами, отношение ко мне, злило неимоверно.

- Ок, малыш, проехали. Вещай дальше. – он махнул рукой.

- Дядька хочет акции компании. Уверен, что он их хочет для того, чтобы угробить компанию. Я ему этого не позволю. Мне необходимо вынудить его согласиться на разовую выплату в приемлемом для меня размере.

- Ты же уже решил как?

- Да, – я кивнул, - Мне нужен компромат на него. Он далеко не чист на руку, поэтому не думаю, что для тебя это составит проблем.

- Хорошо, – протянул он, глядя на меня сквозь бокал с пивом. – Что мне с этого?

- Что ты хочешь?

- Кого?

- Петер, мне кажется, мы уже все решили.

- Бр-р-р. Мальчик мой, - он рассмеялся, - складывается впечатление, что именно ты хочешь повторить. Я имел ввиду совсем другое.

- Что? – потупился я. Стыдно то как!

- Я хочу кота породы «русская голубая», как понимаешь в подарок от тебя.

- А-а-а? – что-то я завис.

- Колин, ты славный! – он протянул руку и потрепал меня по щеке, - Но я кота хочу, кота.

- Ага.

- Ну, договорились?

- Ага.

- Я позвоню, – он скрылся в толпе, которая собралась в забегаловке после рабочего дня.

Я допил пиво и вернулся в офис. Бруна, как верная подруга, корпела над какими-то документами.

- Уже вернулся? – не поднимая головы, спросила она, - кофе хочешь?

- Да, хочу.

Я прошел в кабинет, бросил мокрую куртку на диван и сел за стол. Рабочего настроения не было совершенно.

- Колин, самая главная задача на сегодня, проверить договор по строительству, – передо мной появилась чашка ароматного горячего напитка.

- Строительству чего?

- Гостиницы, второй, между прочим, в Мюнхене.

Несколько слов о моем бизнесе. Отец начинал его, открывая по одному пятизвездочному отелю в каждом популярном туристическом городе. Начинал с Мюнхена, Праги, Вены, Лиссабона и так далее. После этого, по тому же списку, начали строить отели в четыре звезды. Так же появились гостиницы на экзотических курортах. Но Мюнхен в те времена обошли стороной. Теперь же мы восполняли эту потерю.

- Что там не так? – я пил кофе мелкими глотками.

- Сложно сказать. Вроде договор замечателен, но чует мое сердце…

- Давай искать, где собака зарыта…- чутью Бруны стоило доверять, оно ни один раз спасало нас.

- Кто зарыт? – не поняла она.

- Проблема, – смеясь, ответил я.

Прошло две недели я тяжелом рабочем темпе. Некогда было даже, простите, пописать. Я жил на работе. Зато теперь мог собой гордиться. Я разобрал все завалы и провел рокировку среди сотрудников. К сожалению, хотя, нет, к счастью, некоторых из них пришлось уволить. Воруют везде, и в России и в Германии. Это не зависит от национальности. Страсть взять чужое – это исключительно личностное качество.

Я оторвал голову от монитора компьютера и посмотрел в окно. Сегодня был на редкость великолепный осенний денек. Серые тяжелые тучи разбежались, являя голубое небо. Солнышко робко играло с пожелтевшей листвой и со всеми, кто был рад его лучам. Бросил взгляд на часы, было полтретьего дня. Обеденный перерыв только недавно закончился, а казалось, что прошла уже вечность. Я встал и подошел к окну. Долго стоял там, потягиваясь, зевая и изучая прохожих. Мне тоже захотелось погулять. Пройтись по осеннему парку, подкинуть ногой вверх ворох желтой листвы. Подышать свежим воздухом, и насладиться шумом города, который не проникал сюда, сквозь окна с великолепной шумоизоляцией. Я посмотрел в сторону рабочего стола, где стопочкой возвышались бумаги, требующие моего пристально внимания и каллиграфической росписи. Прикинул, вроде ничего важного. Взял куртку, сумку с документами и вышел из кабинета.

- Бруна, меня на сегодня нет, – предупредил я секретаршу и, насвистывая веселую мелодию, направился к выходу из офиса.

Звонок Петера застал меня в парке. Я находился в центре, в Английском парке. Он по праву считается одним из самых красивых городских парков Мюнхена. Я стоял на верхней части холма, откуда открывался потрясающий вид на городской пейзаж. Бродить в этом парке можно часами, но у меня были свои излюбленные места, в том числе и то, где я находился на данный момент.

- Да? – ответил я трубке.

- Ты где?

- В Английском парке.

- Через двадцать минут возле китайской пагоды, – он отключился.

Ну, прямо Штирлиц, не меньше. Хотя это советский разведчик. Но Петер, тот еще фрукт. Я покачал головой и направился в сторону места встречи. Я добрался быстрее, чем за двадцать минут и стоял, ждал его. Ровно, секунда в секунду он подошел ко мне. Такая пунктуальность наталкивала на мысли, что он в кустах прятался и отсчитывал время.

- Привет, – сквозь смех выдавил я.

- Привет, – он бросил на меня недоуменный взгляд, - Вот, держи. – он протянул мне папку.

Стоило заглянуть в нее, и смех тут же пропал, его вытеснило отвращение. Я быстро пролистал бумаги, пробежал глазами по написанному, просмотрел фотографии. Убийства, похищение людей, насилие и еще раз убийства. Даже детально изучать не было необходимости, чтобы понять, что если это попадет в соответствующие органы дяде несдобровать. Тюрьма станет его пожизненным домом.

- Почему его не посадят? – в изумлении прошептал я.

- С этим, как раз ясно, – ответил Петер, - Такой человек, как твой дядюшка, - он выплюнул это слово с презрением, - очень выгоден на свободе многим Российским чиновникам и людям, которые стоят у власти. Если им управлять, то можно совершать с его помощью много грязных вещей. А рычаги давления, как видишь, есть, – он развернул меня к себе лицом, - Вопрос в другом, Колин, ты понимаешь с каким человеком ты связался?

- Да, – я кивнул.

- А по-моему, нет. Он опасен.

- Я знаю, - я посмотрел в глаза Петера, там плескалось сочувствие и переживание, - но у меня выбора нет. Я не отдам этой твари то, что принадлежит мне.

- Я помогу тебе, насколько это будет возможным без ущерба для меня. Но попомни мои слова, Колин, ваше противостояние закончится только смертью одного из вас. Надеюсь, это будешь не ты, – он похлопал меня по плечу и вновь ушел не прощаясь.

Меня ужасно бесило, когда он так делал, но, как правило, после общения с этим человеком я оставался в таком состоянии, что не замечал его исчезновения или мне было не до возражений. Вот и сейчас, я смотрел ему в след, осознавая ту истину, в которой боялся признаться сам себе. Сколько бы все не продолжалось, но рано или поздно один из нас решится на убийство.

Благодаря Петеру и его синей папочки, я навязал дяде свои условия,и мы разошлись на выплате мной двухсот тысяч евро. Дядя Костя был в ярости от того, что я его переплюнул. Когда он покидал все тот же ресторан в Варшаве, я был уверен, что он мне отомстит. После этой встречи в моей душе поселился страх. Я боялся за маму, понимая, что моя смерть не принесет ему облегчения, а вот мои страдания еще как. Возможно, поэтому я не женился и не заводил серьезных отношений. Подсознательно опасаясь, что моим близким людям причинят боль. Эта корявая рука прошлого, которая висела надо мной, не давала жить и дышать спокойно, первые года два я даже спать не мог нормально. Засыпал только после снотворного или успокоительного. Потом собрался и пошел к психологу, хороший был мужчина, он меня вытащил из депрессии, помог отгородиться от этого ужаса. Рука стала прозрачной, но не исчезла до конца. Я жил, работал, отдыхал, постепенно от сердца отлегло…

события 2013 года

Как только я расслышал и понял слова мамы, в груди все сковало льдом. Страх вернулся. Я посмотрел на маму, единственного дорогого мне человека на всей земле, перед глазами пронеслась картина ее смерти, я вздрогнул и вскочил, не в силах сидеть на одном месте.

- Я решу, мам, – сказал я, чтобы успокоить родительницу.

Она улыбнулась и стала убирать со стола, понимая, что есть, я больше не буду.

Я нервно расхаживал по комнате, строя предположения о том, что же могло ему понадобиться. Не заметил, как мама ушла спать, и в доме стало тихо и темно, только бра освещали лестницу и кухню, соединенную с гостиной, у окна которой стоял я. Я внимательно всматривался в темноту сентябрьской ночи. Пошел дождь. Вспомнил смерть отца, его покореженный автомобиль, закрытый гроб, в котором его хоронили. По щекам побежали слезы. Папочка, как же мне тебя сейчас не хватает. Я опустился на пол, обнял руками колени и заплакал, тихо, чтобы не дай Бог, не услышала мать.

Утро не принесло облегчения, я все еще не знал, что делать. Спасало одно, что я уехал из отчего дома и не нужно было делать вид, что все нормально. Я ждал звонка, его звонка, но каково же было мое удивление, когда я пришел в офис, а в приемной сидел не кто иной, как мой дядя собственной персоной. Я собрался, сделал вдох и поздоровался, окидывая его ледяным взглядом. Он лишь пренебрежительно улыбнулся в ответ. Я прошел в свой кабинет, дядька последовал за мной.

- Что тебе нужно? – обращение на Вы к этой мрази было неактуально.

- Моя доля.

- Мы все решили еще шесть лет назад.

- Теперь все поменялось, – он вальяжно расположился в кресле для посетителей, - Можешь засунуть свои бумажки себе в зад.

- Что нашел себе покровителя? В тюряге привык быть под кем-то? – гадко произнес я, внутри холодея от его слов.

- Ах ты сука! – взбесился он, – Я тебя уничтожу! – он резко встал и вышел.

А я понял, что только что натворил. Теперь мирных путей для решения нашего конфликта не существовало. Я схватился за голову и застонал. Да у меня тоже были связи среди сильных мира сего, но никто из них просто так и пальцем не пошевелит, а платить всем направо и налево я не в состоянии, слишком много денег вложено в новые проекты. Да и не поможет реально из них никто. В России принято играть нечестно, а я слишком европеизировался, чтобы жестоко убивать людей, даже такого ублюдка, как мой дядька. Единственный кто может хоть как-то помочь – это Петер. Я не виделся с ним два года. Но знаю, чего он захочет. Не денег, и не «русского голубого» кота, а боюсь, это буду русский голубой я. Опять. Только если тогда я был молодой и глупый. Мой мозг и гибкая психика спокойно пережили секс с мужчиной, то боюсь сейчас, я на такое не способен. Свихнусь раньше, чем он кончит. Я метался по кабинету, словно раненный зверь, хотелось выть от безысходности и своей же тупости. Ведь я сам, одной лишь фразой, отрезал все пути к мирному урегулированию конфликта. А еще я боялся за мать, понимая, что первый удар будет по ней. Ненавижу себя!

Глава 2.

«Вторая встреча, и ты даришь букет цветов»

Сегодня десятое сентября, этот день будет знаменателен тем, что я, наконец, сделаю Насте предложение. Я устал быть просто ее другом. Я хочу видеть эту девушку своей женой. Не выдержу больше, если к ней продолжат клеиться всякие типы вроде этого Колина, которого мы встретили в Лагуше, а она будет отвечать им взаимностью.  Тяжело смотреть на это и осознавать, что не имеешь никаких прав помешать. Кто такой друг? Человек, который поддержит в любой ситуации. А я ей не друг, не могу больше слышать рассказы об ее ухажерах. Думаю, что Настя понимает, что я к ней испытываю, не понятно только, почему она так относится к моим чувствам. У меня есть все, чтобы считаться идеальным кандидатом в ее женихи. Я из богатой семьи, наследник крупного бизнеса, красивый и в тусовке нравлюсь довольно многим. Любая бы на ее месте отдала бы все, чтобы быть со мной. Но эта девушка для меня загадка.

Я сидел в дорогом ресторане в центре Москвы и ждал свою избранницу. У меня был полный комплект «жениха». Я одет в отличный итальянский синий костюм и голубую рубашку, которая выгодно подчеркивала цвет глаз, галстук был лишним, поэтому несколько верхних пуговок я расстегнул. На столике стояла ваза, в которой красовался великолепный букет красных роз, как раз таких, как она любит. Темно-красные крупные бутоны источали нежный аромат. В кармане пиджака лежал футляр с обручальным кольцом, оно было маленьким и аккуратным, ободок колечка украшала россыпь бриллиантов, Насте такое очень подойдет и придется по вкусу.

Я поднял голову и увидел приближающуюся ко мне фею. В струящемся платье цвета карамели Настя была великолепна.

- Привет, – поздоровалась она, опускаясь на стул напротив, – Извини, что задержалась, пробки.

- Привет, - я открыто улыбнулся, - не страшно, девушкам, а особенно тебе, это позволено.

Подошел официант и положил перед нами меню. На несколько минут, пока мы делали выбор, повисла тишина. Настя заказала салат, я что-то из мясных блюд, мне было все равно, я не есть сюда пришел. Из вин Настя выбрала красное сухое итальянское вино. Официант принял заказ и неслышно исчез.

Я разглядывал свою спутницу, вновь восхищаясь ее красотой.

- Эти цветы мне? – прозвучал ее мелодичный голосок.

- Да.

- Ты сказал, что хочешь поговорить. О чем, Вит? – она сложила руки в замок и опустила на них подбородок.

- О нас…,- я сглотнул комок, который застрял в горле и мешал нормально говорить, нащупывая в кармане мягкую бархатную коробочку.

- Вит, когда ты…

- Подожди, – перебил я ее, зная, что она скажет. Я не хотел портить себе настроение, перед произнесением слов, которые многое изменят в моей жизни, а возможно, и в ее тоже.

Я достал из кармана футляр, ловко открыл крышку и положил на стол перед девушкой.

- Ты выйдешь за меня? – с трудом сказал я. Внутри все замерло в ожидании, даже время словно остановилось, я не обращал внимания на то, что происходило вокруг, другие посетители, официанты, ловко лавирующие между столиками, все это осталось за кадром моего сознания. Сейчас меня интересовала только Настя и ее ответ.

Девушка удивленно смотрела на меня и хлопала пушистыми ресницами. Она явно не ожидала от меня такого «разговора». Потом она встряхнула головой и бросила на меня еще один короткий взгляд. Не знаю, показалось ли мне или нет, но в нем была неприкрытая оценка.

- Да, – четко произнесла она, а мое сердце, кажется, вновь забилось.

- Спасибо, – не знаю почему, но я поблагодарил ее за такое решение. Хотя нет, знаю, если бы Настя ответила отказом, я бы очень сильно расстроился, моя жизнь не была бы кончена, но какая-то ее часть осталась бы в прошлом,  мне так хочется быть вместе с ней. Трудно представить, что можно испытывать такие сильные чувства к другому человеку. Теперь же для меня все окрасилось в радужные цвета, Настя сделала меня самым счастливым человеком на свете.

Я одел кольцо девушке на палец, оно ей очень понравилось. Настенька любовалась им, смотрела, как играют бриллианты при свете люстр. Мне было приятно смотреть на эту картину, выпуская струйки табачного дыма, сейчас моя принцесса чем-то напоминала мне маленького котенка, играющего с клубком.  Мы заказали бутылку шампанского, чтобы отметить помолвку. В жизнь вошел праздник.

- Насть, я хочу отметить нашу помолвку несколько иначе.

- Как? – поинтересовалась она.

- Поехали на Октоберфест.

- Конечно! – радостно воскликнула она. Настя очень любила путешествовать и не упускала возможности ездить столько, сколько позволяло ее свободное время.

Через неделю Настя перебралась жить ко мне. Я жил в однокомнатной квартире, подаренной родителями на совершеннолетие.  Дом располагался в новом элитном жилом комплексе, недалеко от центра, все необходимое было рядом, кроме того отсюда было удобно добираться до института, в котором я учился в те времена, но теперь придется искать квартиру больше, надеюсь, папа выделит мне нужную сумму. Хотя, мне грех жаловаться, в деньгах отец никогда не отказывал. К слову сказать, моим родителям Настенька очень понравилась, они с радостью одобрили наш брак. Ее родственникам я тоже приглянулся, а наши папы уже потирали руки в предвкушении выгодных многомиллионных сделок, которые теперь будут основываться в первую очередь на родственных отношениях.

 После окончания института я работал у отца и занимал неплохую должность. На работе, правда, появлялся редко, потому что мог себе это позволить, родитель никогда не высказывал мне ничего и, скорее всего, не был против, что я не вмешиваюсь в рабочий процесс. Отец владеет разносторонним бизнесом, у него сеть ночных клубов по Москве и Санкт-Петербургу, несколько пищевых производств и несколько издательств глянцевых журналов. Одной третью акций издательств владел я. Там же и работал. Еще одну треть имел папин друг детства и компаньон, дядя Леша. Хороший такой мужик, но мне не один раз казалось, что он заглядывается на маму. Не знаю, замечал ли это отец, или может просто делал вид, что не замечает, но это не важно. Дядя Леша, так же как и я, в делах особого участия не принимал, а сбросил все на плечи отца. Но на такую расстановку дел никто не жаловался.

Я осмотрел единственную комнату в квартире и печально вздохнул. Не могу сказать, что содержал свое жилище в идеальном порядке, но теперь здесь царил хаос, хотя должно было быть наоборот, ведь в доме появилась женщина. Но, к сожалению, женщина не кошка и занимает очень много места. Часть одежды из моего гардероба теперь валялась на диване, так как пришлось освободить место для Настиных платьев, а ведь два ее чемодана все еще стоят в коридоре не распакованными. На полках появились разные тюбики и баночки, разнообразная косметика валялась везде, где только можно. Черт. Надо срочно заняться поисками новой квартиры, я так жить не смогу. Нужно минимум двушку, нет, трешку - одну комнату выделим под Настины вещи и баночки. Но все равно я счастлив настолько, насколько может быть счастлив человек.

- Ты чего грустишь? – Настя обняла меня и положила голову на плечо.

- Думаю, что нужно искать новую квартиру, побольше.

- Правильное решение, кроме того у нас ведь будут дети, - она мечтательно вздохнула, - им будет нужна отдельная спальня.

Стоп, какие дети?! Не хочу никаких детей! Я эгоистичный наглый собственник. У меня никогда не было братьев и сестер, и детей я тоже не хочу. Я привык, что получаю все, что хочу в единоличное пользование. Но Насте я говорить пока об этом не буду, пусть мечтает о маленьких спиногрызах.

- Конечно, дорогая, – я повернулся и поцеловал ее. Наконец, у меня появилась такая возможность, я столько времени мечтал о том, чтобы целовать ее и сжимать в объятиях. К сожалению, получил пока только поцелуи, надеюсь, до свадьбы она ждать не будет. Зная ее бурный темперамент, уверен, что Настя не выдержит столько времени без секса.

- Только думаю, что варианты нашего будущего жилища будешь подбирать сам, милый, - черт, ее ласковые прозвища звучат как издевательства, - я слишком занята подготовкой к нашей свадьбе. И вот еще что, я решила, что поженимся одиннадцатого мая, мне нравится этот месяц.

- Согласен, на все! – я повернулся в кольце ее рук и стал целовать более настойчиво, надеясь все же затащить эту строптивицу в постель.

Надо сказать, что в этот раз мне удалось. Жаль, что наш секс не совсем оправдал мои ожидания. От этой девушки я ожидал большей страсти. Но все же, мы еще не привыкли к таким отношениям, дистанция дружбы слишком долгое время отделяла нас друг от друга. Я потянулся и встал, мою Настеньку сморил дневной сон, поэтому делать мне было нечего. Я взял ноутбук и пошел на кухню. Наша поездка в честь помолвки пока так и оставалась словами, необходимо еще купить билеты и забронировать отель. Слава Богу, что у нас с Настенькой открыты мульти визы, и оформлять их в спешном порядке не придется. На то, чтобы организовать нашу поездку много времени у меня не ушло. Долго ли умеючи?

Я сделал чашку кофе и сел за стол, монитор ноутбука вновь засветился, так как я задел беспроводную мышь, но мысли мои, почему то, улетели к человеку, которого мы встретили на отдыхе. Сложно сказать, чем он вызвал у меня такую антипатию, ведь ни к одному из Настиных парней ранее я не испытывал такой сильной ненависти. Чем он лучше меня? Внешностью? Это вряд ли. Он красив, это факт, яркие зеленые глаза, очень походят к темно русым с рыжиной волосам, не смазливое, а именно красивое, благородное лицо, отличная спортивная фигура, видно, что дядька за собой следит. Я тоже не дурен собой. Он богат, наверняка. Я тоже не беден. Зато он меня старше, уверен, ему есть тридцатник. Вот, и минус в нем нашелся, но вот раздражает он меня не из-за этого. Странно, не могу понять своих чувств, хотя какое это имеет значение, не думаю, что увижу его еще когда-либо.

- Вит! Вит! – раздался Настин заспанный голос, - Ты дома?

- Да, я на кухне. Кофе будешь?

- Да, и непременно в постель!

- Да, дорогая! – я встал и включил кофеварку.

Когда я вошел в комнату с чашкой дымящегося напитка, Настя тянулась, прогибаясь в пояснице, словно дикая кошка. Это было сексуально. Я легонько шлепнул ее по попке и протянул чашку.

- Спасибо!

- Наслаждайся, – я опустился рядом, – Я организовал нашу поездку, двадцать восьмого улетаем.

- Отлично! А чем сегодня займемся? – она бросила на меня взгляд из-за чашки.

- Есть предложения?

- Пойдем в клуб, мы там не были давно, ребята не знают о нашей помолвке. Будет что отметить.

- Пойдем…- неохотно согласился я. Идти в шумное заведение сегодня не было настроения, хотелось домашнего тепла и уюта.

Остатки дня ушли на приготовления Насти к походу в клуб. Я в это время валялся на разобранном диване и смотрел телевизор, время от времени мыслями возвращаясь к курортному знакомцу и пытаясь понять, чем же он мне так не угодил. Довел себя до бешенства, но объективных причин так и не нашел.

- Я готова!

Настя появилась передо мной в коротком черном блестящем платье, с ярким макияжем и прической «художественный беспорядок». Должен признать выглядело это все весьма сексуально, но меня перекосило. Ревность стала подавать голос все чаще. Ну, не хотел я, чтобы все пялились на мою невесту, практически в голом виде.

- Супер! – сказал я ей и пошел к шкафу, надо было одеться и самому.

Долго выбирать не стал. Одел черные зауженные джинсы и белую футболку. Просто и со вкусом.

- Поехали? – спросил я, стоя в коридоре и поигрывая ключами от машины.

На входе в клуб толпился народ, желающий попасть внутрь увеселительного заведения. Мы же миновали очередь, так как являлись постоянными посетителями и имели VIP карточки данного клуба. Внутри было ожидаемо шумно. Сдали верхнюю одежду в гардероб и молча направились в сторону закрытых кабинетов. Там уже собралась половина нашей компании. После шумного приветствия, объявления о нашей помолвке и радостных поздравлений, я, наконец, опустился на мягкий кожаный диванчик и прикрыл глаза. Сегодня вся эта яркая и шумная толпа меня напрягала. Не исключаю того, что я задремал.

- Коксу хочешь?! – выдернул меня из дремы голос нашего главного наркомана Жеки.

Не помню ни раза, чтобы этот парень находился в трезвом и вменяемом состоянии. Жека постоянно был под кайфом и активно пропагандировал такой образ жизни. Меня он раздражал, хотя это было взаимно. Наркотики, даже самые легкие были для меня строгим табу.

- Хочу! – Настин голос поверг меня в шок.

Я перевел взгляд на свою невесту. Жека уже сидел возле нее и разбивал горку кокаина на дорожки. Слов не было. Я находился в шоке. Как так?! Настя никогда раньше не увлекалась наркотой! Может, это конечно было не при мне. Но тогда почему она делает это сейчас?!

- На-а-асть! – позвал я девушку, - Это что? – я указал пальцем на две дорожки.

- Кокаин, – с самым невинным видом ответила она, - Имеешь что-то против?

- Нет, – что-то в ее взгляде подсказало, что другой ответ будет фатальным для нашего будущего брака.

Я встал и вышел из кабинета. Настроение опустилось еще ниже. Я быстро направился к выходу из клуба. Куртку брать не стал, было слишком душно, жарко и тошно. Я пулей вылетел из заведения и пошел в сторону. Хотелось прогуляться и освежиться. Уже довольно холодный осенний ветерок обдувал лицо, трепал волосы, я брел по улицам, опустив голову. Почему-то именно сейчас пришло время переосмысления моей жизни. Не знаю пока, что я буду в ней менять, но непременно что-то буду. Так больше жить нельзя. Я не хочу больше таких друзей, не хочу больше маяться от безделья и каждый вечер придумывать новые приключения. И не хочу жену наркоманку! Надо будет с ней поговорить. Мне интересно, а как эта женщина собралась рожать детей, если она кокаин нюхает, курит и пьет, и если с последними обстоятельствами я готов мириться, кто не без греха, то с первым ни в коем случае! Я зашел в какой-то двор и сел на лавочку. Прикурил сигарету. Двор был темный и пустой, припаркованные кое-как машины, куча мусора возле мусорных баков, фонарь горел только один, его свет слегка доставал до асфальта перед лавочкой, на которой я сидел. От такой картины стало еще хуже. Почему даже в столице дворы находятся в таком состоянии, почему здесь все так грязно, почему все в таком запустении, неужели так трудно навести порядок. Согласен, наша страна неимоверно большая. Управлять такими территориями не в пример труднее, чем той же маленькой Португалией или Германией. Но почему в России такой бардак?! Везде куда не плюнь, все не как у людей. Из мыслей о судьбе и бытие страны меня вырвал истошный крик и громкий гогот, доносившийся откуда-то из подворотни. Я резко вскочил, отбросил недокуренную сигарет и побежал в ту сторону. Картина моим глазам предстала не радужная. Трое пьяных парней в спортивных костюмах, этакие «Ржавый, Башка и Кабан», стаскивали штаны с молодого парня, его куртка уже валялась неподалеку, а рубашка была порвана. Понял бы, если бы они раздевали девушку, изнасилования, к сожалению, также не редки в нашем мире, но это был парень! Маленький, щуплый, ему, небось, еще и двадцати нет.

- Отпустите! – крикнул я, стараясь добавить в голос, как можно больше злости и металла.

- Иди на хуй! – стало мне ответом.

- Отпустите! – еще раз крикнул я, делая несколько шагов вперед.

- Парень, ты что, не понял? Пиздуй отсюда!

- Или хочешь оказаться на его месте? – ко мне двинулся один из гопников.

Если скажу, что не было страшно, то свору, было. Еще как было. Я понял, что без драки здесь не обойдется. Спасибо маме, которая водила непутевого сына на секции по различным единоборствам. Я со всего размаху первый впечатал кулак в нос подошедшему уроду, ждать его нападения было бы неразумно. Дальше завязалась нехилая драка. Удары посыпались со всех сторон, трое на одного было не совсем честно, но таких людей мало волновал вопрос честности поединка. Все же, я был не промах, мои удары достигали цели значительно чаще, и пробить их блоки труда для меня не составляло. Разница между уличными бойцами и человеком, который обучался единоборствам практически всю свою жизнь, была на лицо. Не без труда, но я все же справился с компанией пьяных ублюдков.

Я поднялся, сплевывая кровь, отряхнул колени, джинсы безнадежно испорчены, зато футболка осталась целой, не считая грязь и кровь, которые смешались на ней страшными разводами. Повернул голову и увидел паренька, которого эти трое упырей пытались изнасиловать. Он сидел около стены и плакал, нет, не плакал, рыдал. Черт, вот и что мне с ним теперь делать?

- Эй? – я присел перед ним на корточки, по щеке потекло что-то теплое. Я достал носовой платок и вытер, посмотрел и увидел темное пятно. Кровь. Бля, эти козлы мне еще и бровь разбили.

- С-спасибо, – рыдания смолкли, и теперь на меня смотрели полные благодарности черные глаза спасенного.

- Пожалуйста, – ответил я. Поднялся и поднял парня на ноги.

Штаны он уже натянул на место. Я огляделся, поднял его куртку и протянул владельцу.

- Как я теперь домой пойду? – вновь всхлипнул парень.

- Я тебя провожу.

- Нет, как я в таком виде перед мамой…,- он опять заплакал, уткнувшись в ладони.

- Скажи, что подрался, – его сопли начали меня раздражать. Героем я себя ни разу не чувствовал и спасением утопающего не гордился, захотелось быстрее попасть домой и залезть под душ, чтобы согреться и смыть с себя грязь.

- Она не поверит! – взвыл он. А это уже, кажется, истерика.

- Пошли, – я потянул рыдающего парня за собой.

Мы быстро оказались в каком-то круглосуточном магазинчике, в котором из-под полы продавали водку местным алкоголикам, не смотря на время. Меня же продавщица стала заверять, что крепкие напитки после одиннадцати вечера они не продают. Но тысяча рублей сверх стоимости бутылки коньяка, стала отличным доводом, чтобы все же продать мне требуемое. Парень на свету и в тепле немного успокоился. Это было хорошо. Из магазина мы, все же, вышли обладателями бутылки коньяка, нескольких темных шоколадок, пластиковых стаканчиков и пакета яблочного сока. Я привел парня на лавочку, на которой сидел до инцидента с его спасением.

- Садись! – я слегка толкнул его, и мальчишка оказался на лавке.

- Зачем все это? – поинтересовался он слабым голосом.

- Будем создавать образ гуляки, – ответил я, доставая из пачки две сигареты, -  Ты уже мальчик взрослый, кстати, сколько тебе лет?

- Девятнадцать.

- Ну вот, я же сказал взрослый, – я протянул ему уже прикуренную сигарету.

- Я не курю, – попытался отказаться он.

- Теперь куришь. Ты же хочешь, чтобы мама поверила, что ты мог подраться?

- Угу, – кивнул он.

- Тогда необходимо создать соответствующий антураж. Кури, – парень взял у меня из рук сигарету и глупо посмотрел на нее, словно, она с ним сейчас заговорит. Я же сам жадно затянулся, успокаивая свои нервы. Мальчишка посмотрел на меня, тоже сделал затяг и закашлялся. Я засмеялся, но учить его курить не стал, хватит только запаха.  Не хватало еще молодежь развращать и приучать к вредным привычкам.

Я откупорил бутылку дешевого коньяка, хотя она и была самой дорогой в том магазине, но я бы эту бурду пить не стал, а вот этому субъекту выпить сейчас крайне необходимо. В один стакан я наполовину налил янтарную жидкость, а второй целиком наполнил яблочным соком, развернул шоколадку и разломал ее на дольки. Парень внимательно следил за моими манипуляциями.

- Пей, – я протянул ему два стакана. Мальчик растерялся, так как в его руке все еще тлела сигарета, он не знал, как взять у меня два стакана в одну руку. Да-а, шок на лицо, - Выкинь ее.

- А-а-а?

- Сигарету выкинь.

- Тут мусорки нет.

- Твою мать! Кинь на асфальт! – все я зол. Где делают таких тормозов?!

- Не кричи, – прошептал он, вновь всхлипывая.

- Прости, но ты тормозишь.

- Мне плохо, – он поднял на меня глаза, - Как после такого вообще живут?

- Они с тобой ничего не сделали, вот если бы успели, тогда бы ты спрашивал, как тебе жить дальше. А сейчас просто выпей и успокойся.

- Не хочу я это пить.

- Бля, ты меня бесишь! Я стараюсь, сделать так, чтобы ты смог оправдать свой внешний вид перед матерью, а ты постоянно перечишь! Просто сделай, как тебе говорят и все! Это так сложно?

- Нет, – он помотал головой.

- Тогда делай!

Он залпом выпил коньяк и замер, не в силах сделать хотя бы глоток воздуха. Парень то совсем не привык к спиртным напиткам.

- Запивай!

Он послушно выпил стакан сока и кинул в рот несколько долек шоколада. По щекам бежали слезы. Но зато теперь, он успокоился и оправдание в виде «подрался» для мамы подойдет.

- Тепло, – парень прикоснулся рукой к груди.

- Теперь можешь смело врать матери, она поверит.

- Спасибо еще раз.

- Пошли, я тебя домой отведу. Где ты живешь?

- Там, – он указал пальцем куда-то в темноту.

- Идем, – я сложил все атрибуты нашего пиршества в пакет и поставил около лавки. Кого-то ждет приятный сюрприз.

Парень прихватил с собой новую плитку шоколада и медленно пошел за мной.

- Они местные? – спросил я, имея в виду тех трех козлов.

- Нет.

- Старайся выбирать маршруты объезда темных мест, – посоветовал я ускоряя шаг. Без куртки стало ощутимо прохладно и желание горячего душа многократно возросло.

- Что? – не понял он меня.

- Ходи домой другой дорогой.

- Ага. Мы кстати пришли, – он остановился около подъезда.

- Тогда прощай, – я махнул рукой и ушел, вскоре раздался писк домофонной двери.

Дорога до клуба заняла всего лишь несколько минут, что и не удивительно, я практически бежал, так как замерз до зубного стука. Настя уже ждала меня возле машины. Она облокотилась о синий бок спортивной Хонды, моя куртка висела на зеркале.

- Можем ехать? – сам не ожидал такой злости в голосе, но ее состояние меня раздражало.

- Ага, поехали в другой клуб.

- Нет, домой.

- Фу, какой ты! – неприятно хихикнула она.

- Насть, - я устало вздохнул и тоже облокотился о машину, - либо мы сейчас едем домой вместе, либо ты можешь ехать куда угодно, но только не со мной.

- Да и пошел ты! – она развернулась и пошла в сторону Жеки, который, качаясь, стоял в компании каких-то незнакомых девушек и парней.

Я бросил грустный взгляд в сторону невесты, сел в машину и поехал домой. Квартира встретила темнотой, тишиной и бардаком. Я снял грязную одежду и кинул ее в пакет, который поставил в коридоре, чтобы не забыть завтра выбросить все это. Захватил чистое полотенце и направился в душ. Горячая вода смывала напряжение, но вот ссадины на лице начало саднить. Я постоял под струями несколько минут, быстро помылся и выбрался из ванной. Встал перед зеркалом, рассматривая свои побои. Серьезного ничего не было, но верхняя губа ощутимо опухла и была рассечена бровь. Я осторожно обработал ссадины, а ведь Настя даже внимания не обратила на то, в каком я состоянии. Эх-х-х.

За тот инцидент у клуба Настя на меня сильно обиделась и не появлялась дома вплоть до нашего отъезда. Где она пропадала, я не знал, и узнать не стремился, все это время я посвятил работе, пытаясь вникнуть во все дела. Я был уверен в том, что с Настей все наладится к поездке, она такой отдых не пропустит. Двадцать шестого сентября она появилась на пороге с пакетом вкусной ресторанной еды и с видом полного раскаяния. Мы поели, поговорили, она попросила прощения, потом полночи занимались сексом. Вроде все наладилось и все стало хорошо, но ощущение счастья ко мне не вернулось.

Даже когда мы оказались в Мюнхене, настроение так и не поднялось, меня все раздражало, даже красоты города не впечатляли. Настя же словно не замечала моего угрюмого вида. Она весело щебетала, загружая мою голову тоннами ненужной информации, покупала всякие сувениры. Но самым тяжелым испытанием были походы по магазинам. Это было не по мне. Не за таким отдыхом я сюда приехал. В одно прекрасное утро я не выдержал и сбежал от своей спутницы. Я побродил по улицам города, любуясь его красотой, за это время Настя даже не позвонила. Когда почувствовал, что проголодался, направился к лугу Терезы, именно там находятся пивные шатры. Если вечером в них место найти проблематично, так как они бронируются местными практически за год до события, то днем одному человеку найти место в шатре труда не составит. Себе местечко я нашел в шатре Хо;фбройхауз. Вокруг уже было довольно много народу. Я сидел за столом с немцами, но напротив было еще свободное место. Я заказал два бокала пива и свиную рульку. В ожидании своего заказа я рассматривал окружающих людей. Они были разные, по национальности, по внешнему виду, по достатку, но ничто не мешало им весело переговариваться и шумно смеяться. Здесь царила атмосфера непрекращающегося праздника. Только я здесь был лишним. Я горько усмехнулся. Странно, почему так происходит, еще сегодня ты чувствуешь себя самым счастливым человеком на земле, а спустя несколько часов наступает разочарование и апатия. Именно она была у меня сейчас, абсолютная апатия ко всему, равнодушие затопило сознание. Безразличие плескалось в глазах. Пока…, пока я не наткнулся взглядом на знакомую фигуру. У входа в шатер, переговариваясь с администратором, стоял Колин. Его статную фигуру не узнать было невозможно. Администратор повел его через столы, и волей случая он оказался сидящим напротив меня. Я внимательно вглядывался в его лицо. Сейчас оно не выражало той презрительной насмешливости, Колин выглядел серьезным и немного замученным. Видимо, он так же, как и я, сбежал сюда от проблем и лишних мыслей, чтобы просто расслабиться и почувствовать себя частичкой этого праздничного мирка.

- Привет, – прервал он мое пристальное разглядывание.

- Привет, – ответил я и непроизвольно улыбнулся. Почему то захотелось стереть грусть и усталость с его лица, пусть лучше будет насмешка по отношению ко всему миру.

- Как праздник?

- Замечательно.

- Почему один?

- А ты?

- Отдыхаю, – ответил он.

- Я тоже, - странный диалог.

- Где же Настя?

- Не твое дело, – опять на его лице появилась усмешка и презрение ко мне, а я вновь начал злиться на этого человека. Так казалось правильнее.

- Не заводись, – скривился он, - Мне не интересна твоя пассия.

- Зачем тогда ты о ней спрашиваешь?

- Просто интересен один момент, так, где она?

- В отеле, отдыхает от вчерашнего шоппинга, – ответил я, грустно вздыхая. Настя, Настя, ты с каждым днем разочаровываешь меня все больше и больше.

- Ты стал ей больше чем друг, или все так же в списках неудачников?

- В мае у нас свадьба.

- Не рад этому?

- Не знаю, я просто…- подошла девушка в национальном костюме и принесла пиво. Наши с Колином взгляды невольно опустились в вырез белой блузки, которая открывала аппетитный бюст немки, - просто я ожидал намного большего от наших отношений не в качестве друзей, – честно признался я.

- Сплошные разочарования…- печально протянул Колин. – Давай выпьем за то, чтобы их в жизни было, как можно меньше, – мы стукнулись литровыми кружками со светлым пивом, шапки из пены слегка выплеснулись и потекли по стенкам запотевшей кружки.

- У тебя тоже не все так радостно в жизни? – откровение за откровение.

- «Радостно» - это не то определение, я бы сказал, что у меня в жизни слишком проблемно, – пожаловался он.

Та же девушка принесла еду. Мы ели, думая каждый о своем. Не смотря на то, что мы оба пришли сюда в поисках праздника, он обходил нас стороной.

- Витор, - подал он голос, ковыряя вилкой гарнир, - хочешь, я покажу вам город?

- Хочу. А ты давно здесь живешь?

- Мы переехали, как только я окончил школу, высшее образование я получал уже здесь. Можешь не сомневаться, я буду хорошим гидом. Когда приехали сюда я изучал и историю страны, и историю города.

- Да я не поэтому спросил, – смутился я.

Честно говоря, я принял слишком поспешное решение, согласившись на предложение Колина. Не могу сказать, что очень хочу видеть его вновь. Возможно, он приятный человек и хороший собеседник, но от этого раздражает меня ничуть не меньше. Но отказаться я тоже уже не мог, не хотелось просто так обижать человека.

- Я понимаю, - прервал он мои размышления, - Интересно, почему и как люди уезжают из России?

- Почему догадываюсь, - я сделал глоток восхитительного напитка, - как, это тоже понятно, достаточно иметь приличную сумму денег, – он рассмеялся.

- Ты считаешь, что все, кто покидают пределы этой страны, богаты? – сквозь смех спросил он.

- Нет, – обиделся я.

- Хотя, ты прав, рациональные люди уезжают с деньгами.

- А тебе никогда не хотелось вернуться назад? – со второй литровой кружкой пива разговор пошел намного легче.

- Нет.

- Почему?

- Не потому, что я считаю Россию страной непригодной для жизни, я так никогда не думал, у нее есть свои недостатки, но они присуще любой стране мира. У меня есть свои довольно веские причины личного характера не возвращаться туда.

- Какие?

- А это Вас, молодой человек, никоим образом не касается, – картинно вздохнул мой собеседник.

Я опять закипел. Я мог с ним нормально общаться, когда он не подкалывал и не насмехался надо мной, но стоило лишь проскользнуть этим эмоциям с его стороны, я взрывался и чувствовал жгучую ненависть по отношению к нему. Сам себя не понимал, но чувства не спрячешь.

Я тихонько послал его по известному адресу и стал разглядывать окружающих.

- Ты легко заводишься, – произнес он.

- Что? – о чем он сейчас говорит…

- Разозлить тебя легко, – вновь неприятно усмехаясь, пояснил Колин.

- Это не многим удается.

- О-о-о, так я исключение из правил! – воскликнул он, - За что мне такая честь?

- Не знаю, ты меня бесишь! – вспылил я.

- Хм, спасибо за откровенность. Замнем тему?

- Да. Извини, – ну вот за что человека обидел, язык мой - враг мой. Неужели так сложно сначала думать, потом произносить?

- Принято.

- Я буду рад, если ты покажешь нам город, – я должен был это сказать, хотя не рад был ни капли.

Я бросил взгляд на часы, время уже был шестой час, от Насти все так же не было ни звонка, ни сообщения. Возможно, она на меня обиделась за то, что я оставил ее одну и ушел. Но все равно стоило возвращаться. Я поискал глазами девушку, что обслуживала наш столик, как только увидел, махнул рукой. Девушка быстро подошла к нашему столику. Я попросил счет, а Колин заказал еще кружку пива. Он потом домой доберется? Три литра это вам не шутки. Хотя, может, это я слабоват на алкоголь, а его не берет.

- Торопишься? – спросил он.

- Да, думаю, что Настя меня заждалась.

- Завтра в три около этого шатра.

- Хорошо, – кивнул я.

Девушка принесла мою сдачу и поставила кружку с пивом перед Колином. Я оставил на чай десять евро, всегда предпочитаю оставлять хорошие чаевые, с меня не убудет, а людям приятно, последний раз оглядел место, где люди радовались жизни и общались друг с другом весело и открыто, и поднялся, чтобы уйти.

- Я бы на твоем месте сто раз подумал, прежде чем жениться на такой, как твоя Настя, – заставил меня остановиться голос Колина.

- А это уже не Ваше дело.

Я вышел из шатра. Ярко светило осеннее солнышко, люди гуляли, веселились, ели, пили пиво. Жизнь била ключом. Я направился в сторону отеля. Первым делом нужно было найти Настю, потом все остальное.

Настя нашлась на удивление легко, она все так же была в номере. Но вид у девушки был крайне не довольный.

- Привет, – поздоровался, плюхаясь рядом с ней на огромную кровать.

- Где ты был? – прозвучал вопрос вместо приветствия.

- Гулял, Насть, я устал от твоих магазинов.

- А предупредить тяжело было? – прошипела она.

- Я не хотел тебя будить, думал, что ты позвонишь, когда проснешься. Но все равно, прости, – я обнял девушку за талию и прижал к себе.

Настя на примирение настроена не была, скорее девушке хотелось выплеснуть накопившиеся негативные эмоции, и выплеснуть их на меня. Она резко оттолкнула меня и вскочила с кровати.

- А сам ты позвонить мне не мог?! Где ты вообще ходил?

- Насть, Мюнхен красивый город, тут очень много мест, которые стоит посмотреть, - продолжил я спокойным тоном, - завтра ты сама все увидишь.

- Я здесь уже все посмотрела!

- Мы же на праздник приехали, а ты там не была ни разу.

- И не пойду, хочешь - вали один! – снова огрызнулась она.

- Пойду, – я встал и ушел.

Лучше в тишине и спокойствие бродить по городу, наслаждаться пейзажем, смотреть на местных жителей, чем сидеть в номере и уговаривать Настю пройтись. Не хочу, я ей не нянька. Местные жители, кстати, очень сильно отличаются от Москвичей. Здесь никто никуда не спешит, жизнь идет плавно и размеренно, нет лишнего шума и суеты. Я чувствовал себя здесь очень комфортно. Было странное ощущение, что я приехал домой, а не покинул его. Я тряхнул головой и вновь стал смотреть на водную гладь Изара. Не знаю, как далеко я ушел от отеля, но в этот парк с Настей мы не заходили, следовательно, он довольно далековато. Но сейчас это не имело значения, мне было хорошо и умиротворенно. Я не собирался спешить и возвращаться, даже, не смотря на поздний час.

Вернулся я поздно, соответственно спал долго. Проснулся далеко за полдень, но до того, как прозвенел будильник. В это утро я проснулся в одиночестве, Насти уже не было. Веселое празднование помолвки у нас, однако, получается. Я потянулся несколько раз в кровати, полежал еще пять минуточек, а потом встал и побрел в душ. На удивление настроение у меня было весьма хорошим. К моему счастью в номере была капсульная кофеварка и наборы для чая-кофе. Так что, без завтрака я тоже не остался, для этого чашки кофе было вполне достаточно, думаю, что Колин заведет меня в хорошее кафе или ресторан. Я брился, насвистывая веселую мелодию, когда раздался звонок мобильного телефона. Я быстро вытер щеку от пены и выбежал из ванны.

- Да? – ответил я, звонила Настя.

- Я в аэропорту, через четыре часа самолет, – «обрадовала» она меня.

- Почему?

- Мне здесь скучно.

- А-а-а, ну ладно. Тогда увидимся в Москве, – и я первый положил трубку.

Наверно, я должен был расстроиться, что моя невеста упорхнула домой, но почему то я был только этому рад. Мое настроение еще больше улучшилось. Я оглянулся, действительно, в номере не осталось ее вещей. Как я сразу не заметил? Я усмехнулся, включил музыкальный центр, который так же был среди аппаратуры и пошел добривать вторую щеку. Время уже перевалило за два часа, а мне еще дойти до места встречи нужно.

На месте я был раньше Колина, пришлось его подождать. Но недолго - я успел лишь выкурить одну сигарету, когда различил в толпе его фигуру. Колин был одет в черную кожаную куртку, темно-коричневую рубашку и черные джинсы, на глазах сверкали коричневые солнечные очки, а в руке был большой букет красных роз.

- Приветствую, – бросил он мне, снял очки и внимательно посмотрел на меня, я даже приветствием подавился, - Ты все же решил последовать моему вчерашнему совету? – он удивленно изогнул бровь.

- Опять ты лезешь не в свое дело? – здороваться я так и не стал. Он ведь замечал вспышки моей злости, не мог не замечать. Я слишком плохо скрывал свои эмоции, старался конечно, но у меня не получалось, я легко читался, словно открытая книга. Тогда возникает закономерный вопрос: если он понимает, что злит меня, зачем он это делает?

- Нет, всего лишь проявляю интерес, – хмыкнул он, - ну раз твоей спутницы нет, тогда это тебе, – он протянул мне розы.

- Что? – опешил я.

- Цветы тебе, придурок, – он помахал букетом у меня перед носом и всунул их мне в руку.

Я был в легком шоке, поэтому цветы взял и даже тихонько поблагодарил, чем вызвал у спутника взрыв заливистого смеха. Он, задорно смеясь, пошел вперед, ловко пробираясь сквозь толпу к выходу с луга. Бля! Ну что такое? Надо было мне так настроение испортить? Я сунул букет мимо проходящей девушке и поспешил его догнать, пока Колин не скрылся в толпе гуляющих местных жителей и туристов.

Догнал я его довольно быстро, все же московская толпа более плотная и активная. Я молча шел рядом, отмечая про себя, что настроение у Колина сегодня намного лучше. То же можно сказать и обо мне. День обещал быть крайне приятным. Только вначале все же стоит перекусить.

- Колин, - позвал я спутника, - я бы позавтракал, – смущенно оповестил я его о том, что голоден.

- М-м-м? – он удивленно посмотрел на меня. Ну да, завтрак в начале четвертого дня, это глупо, но есть хочется от этого не меньше.

- Есть хочу! – уже начал заводиться я под его насмешливым взглядом.

- Ну, пошли, – снизошел он.

Он резко свернул в небольшой проулок, куда с трудом проникали солнечные лучи, и быстро пошел вперед. Я едва поспевал за Колином. В итоге, мы оказались в маленьком уютном ресторанчике, наверняка ориентированном на местных жителей, так как ни один турист не найдет его в этом лабиринте закоулков. В уютно обставленном зале был занят только один столик. Собственно, я не удивлен, ведь все на лугу Терезы, в это время остальные заведения не сильно пользуются спросом. Мы выбрали столик у окна. К нам подошел официант и положил меню, Колин от меню отказался и сразу заказал чашку кофе и какую-то выпечку, видимо он успел позавтракать. Я же пристально стал изучать меню, но вот понять ничего не мог, немецкий я не знал, а меню на английском языке нам никто не предложил.

- Возьми вот это, – видя мое замешательство посоветовал Колин.

Я проследил за его пальцем. Блюдо называлось «Айнтопф». Название мне ничего не сказало. В эту поездку я изменил себе и не стал интересоваться местной кухней, хотя и времени на это совсем не было.

- Что это? – спросил я.

- Тебе понравится, – хитро прищурившись, сообщил он.

- И все же.

- Это местное блюдо, готовиться из большого количества разных продуктов, в этом ресторане оно похоже на рагу, отдаленно его можно сравнить с лагманом, но все же это совсем другое, – объяснил он мне. Получилось у него очень вкусно, у меня даже слюнки потекли, я кивнул и закрыл меню.

Официант не заставил себя ждать. Я ткнул ему пальцем в то блюдо, которое хотел заказать, так как мои попытки объяснить ему на английском успехом не увенчались. Теперь я на сто процентов уверен, что в этом заведении туристов не бывает. Еще я заказал чашку кофе, от выпечки решил отказаться, так как гулять на переполненный желудок все же тяжело, сразу захочется спать.

- Что? – спросил я у спутника, который долгое время внимательно меня разглядывал.

- Почему ты пошел со мной? – я удивленно вскинул брови, вроде бы он обещал мне экскурсию по городу, - Насколько я понял, моя персона тебе не симпатична, – пояснил он, - Так почему?

- Хочу посмотреть город, – насупился я.

- Да? Думаю, что по твоему карману не ударила бы стоимость экскурсии. Так почему ты пошел со мной?

- Я так захотел! – черт, ну почему этот человек такой приставучий?

- Ну-ну, – он откинулся на спинку стула и вновь я поймал на себе его взгляд, который сквозил презрением.

Только я хотел возмутиться, как подошел официант и принес весь наш заказ. Этот «айнтопф» пах просто великолепно. Разговаривать тут же расхотелось, я набросился на еду, но мысленно поставил себе галочку, узнать, почему же Колин относиться ко мне с таким презрением, словно я мелкое приставучее насекомое.

Уплетал я за обе щеки, блюдо оказалось восхитительным не только на запах, но и на вкус. Я чуть язык не проглотил. Когда оторвался от тарелки, Колин уже тоже перекусил и опять меня внимательно разглядывал. Теперь можно было и поговорить. Я достал сигареты и закурил, мой спутник поморщился, но промолчал, а мне стало радостно. Сделал маленькую пакость и доволен.

- Колин, - начал я, - а чем я тебе не угодил?

- Почему ты так решил? – изумился он.

- Твои презрение и насмешка слишком явно читаются, – я выпустил дым в его сторону, отчего Колин вновь поморщился и отодвинулся от меня подальше.

- Насмешка? Пожалуй. А насчет презрения слишком сильно сказано, – ответил он, - Я просто пытаюсь понять. Почему ты, как паразит, живешь за счет своих родителей и ничего не делаешь в этой жизни сам? – его вопрос словно камнем по голове стукнул. Я смутился, вспоминая, что на работу начал ходить сравнительно недавно, но Колину в этом признаваться не собирался.

- А ты всего добился сам? – зло выплюнул я.

- Нет, не без помощи отца, - горько улыбнулся он, - но поверь, в твои годы я сделал для компании очень многое, чтобы сейчас уже мой бизнес процветал. А ты просто спускаешь их деньги, ведь даже вашу с Настей свадьбу буду оплачивать родители. Я прав?

- Прав, – скис я.

- Кто ты сам по себе, Витор, без своих родителей? – он наклонился ко мне очень близко, даже сигаретный дым его не смутил, - Хочешь, отвечу за тебя? Ты, ноль. Круглый и полный ноль.

- Кто ты, чтобы меня судить? – я злился, но понимал, что он прав, и от этого становилось горько. Кроме того я сам не так давно дошел до этого и все прекрасно понимал, но когда тебя тыкает в твою недееспособность носом посторонний фактически человек, это очень неприятно.

- Никто. И я тебя не сужу, просто ты спросил, я ответил, – он поднял руки вверх и снова откинулся на спинке стула.

Я больше не ответил ему, а стал смотреть в окно, хотя, там ничего интересного не происходило, было видно лишь узкую улочку и стену противоположного здания. Тишину ресторанчика нарушил громкий звонок мобильника Колина. Он разговаривал на немецком, я не слова не понимал, но по стремительно темнеющему лицу спутника, понял, что новости он услышал не из приятных. Мне бы позлорадствовать его проблемам, ибо нечего других мордой в пол тыкать, но не получалось, я почему то искренне ему сочувствовал.

- Извини, сегодня прогулки не получится, – он бросил на стол десять евро и встал, - Может в другой раз, – Колин со странным лицом, на котором читалась смесь обреченности, обеспокоенности и какой-то фатальной для него решимости, покинул заведение.

Я посидел еще некоторое время, допивая остывший кофе и выкурив еще одну сигарету, попросил счет. В другой раз, как же! Учитывая, что контактов мы друг другу не оставили, то непременно встретимся позже! Смешно! Мне стало обидно. Словно ребенку, у которого перед глазами помахали конфетой, а потом спрятали вновь.

Я вышел из ресторана и направился в сторону, откуда мы пришли, с надеждой не заблудиться и найти дорогу к отелю. Сейчас я позвоню в авиакомпанию, поменяю билет, соберу вещи и последую примеру Насти. Очень захотелось домой.

Дома присутствия Насти не наблюдалось. Я принял душ, в холодильнике было пусто, поэтому ограничился чашкой кофе. Чемодан разбирать не стал, оделся и поехал к родителям. Мама, наверняка, накормит чем-нибудь вкусным.

Они жили в центре столицы, поэтому, чтобы не толкаться в пробках, я не стал брать машину, а поехал на метро. На улице было пасмурно, но дождя не было. Тяжелые темные тучи делали город серым и унылым. Я быстро шел к метро, поднял воротник пальто повыше, прячась от промозглого ветра. Настроение было поганое, раздражало все: окружающая обстановка, прохожие, даже кошка, которая выбежала мне под ноги. Хотелось скрежетать зубами от непонятной злости. Когда спустился в метро, стало совсем плохо, я даже нахамил одной женщине, которая чуть не сшибла меня, когда я выходил из вагона. Неужели люди думают, что этот поезд последний и именно на нем им необходимо уехать, зачем ломиться в вагон, когда из него еще не все вышли? Я что-то не понимаю в этой жизни?

На звонок в дверь мне никто не ответил. Я достал ключи от родительской квартиры, хорошо, что не забыл прихватить их с собой. В квартире стоял полумрак, шторы на окнах были задернуты.

- Мам! – позвал я. Мне никто не ответил, но из родительской спальни донесся полный боли всхлип и тихий шепот.

Я быстро разделся и пошел туда. Мама был там и не одна, а дядей Лешей, который хлопотал вокруг родительницы с водой и каплями успокоительного. Его неприятный запах наполнял всю комнату. Дышать было не чем.

- Привет, – поздоровался и шагнул к окну, чтобы одернуть шторы и открыть окно, в этой комнате необходимо было проветрить.

- Не смей! – истерично воскликнула мать.

Я перевел на нее удивленный взгляд. Мама была вся заплаканная, бледная, с глубокими тенями под глазами. Казалось, что она постарела лет на десять. Даже в волосах появились седые пряди. Я перевел взгляд на дядю Алексея, он тоже выглядел не лучшим образом, опухшие, красные глаза, усталый вид. Что здесь произошло?

- Что случилось? – озвучил я свой немой вопрос.

В ответ тишина, только мама начала тихонько плакать. Я обвел комнату взглядом и наткнулся глазами на черно-белую фотографию отца, в нижнем углу на ней была черная траурная полоска. Ноги подкосились, и я резко опустился на стул, который стоял около окна. Теперь все стало ясно. Внутри все сжалось от боли. Главное сейчас не заплакать, я не переживу, если потеряю еще и мать. Я перевел ошалелый, полный слез взгляд на дядю Лешу, ожидая, что он скажет, что это неправда и что я все неправильно понял.

- Витор, тут это…- замаялся он.

Я выжидательно смотрел на него. Нужно было знать, как это произошло.

- Вит, такое дело…- он глубоко вздохнул, - Твой отец и Настя погибли в аварии по дороге из аэропорта.

И Настя…Смысл его слов с трудом доходил до поглощенного болью сознания.

- Как Настя? – одними губами прошептал я.

Но он услышал или просто понял о чем я спросил.

- Они встретились в аэропорту и уехали на одном такси, которое разбилось на Каширском шоссе.

- Так не может быть…

- Вит, малыш…- голос мамы выдернул из истерики, которая готова была случиться. Я должен держаться ради нее, хотя бы до дома, там можно будет дать волю эмоциям.

- Все хорошо, мам, – ответил я, встал и посмотрел в окно.

На улице полил дождь, словно небо плакало вместо меня. Боль все накапливалась, сдерживать ее стало очень тяжело, мне было необходимо выплеснуть эмоции.

- Я поеду, хорошо? – спросил я у мамы.

- Может, поешь? – к чему сейчас это все, нам всем плохо и тяжело.

- Нет, спасибо, я дома поем, – я выдавил из себя улыбку, – Пока.

Пока добирался до дома, боль сменилась бессильной яростью. Я был зол на судьбу, которая на мгновение подарила счастье, а потом так жестоко его отобрала, прихватив с собой еще одного близкого и любимого человека. Как только добрался до дома, впал в непонятное состояние. Я кричал, плакал, бросался на стены, крушил мебель и разбивал посуду, чтобы заглушить физической болью, боль душевную. Я словно сошел с ума, слетел с катушек. Не знаю, сколько продолжалось мое безумие, но в итоге я выдохся и без чувств упал на пол в комнате.

Приходить в себя было тяжело. Прежде всего, я почувствовал острую боль в животе, давало о себе знать долгое время, что я не ел, стоило только открыть глаза, как голова взорвалась вспышкой боли. Я кое-как собрался и сел на полу, осмотрел разгромленную квартиру, вспомнил, почему со мной случился такой приступ, и сразу же заболела душа. На глаза вновь навернулись слезы. Я больше не буду описывать, как мне было больно и плохо после потери близких людей. У каждого боль своя и каждый переживает такие утраты по-своему. Я вчера выплеснул самые сильные эмоции, дальше стало легче. Когда же боль исчезнет навсегда, оставив лишь светлую память, я не знаю, поэтому буду молча переживать и ждать, когда станет легче.

Я прошел на кухню, стараясь не наступить на осколки, руки и так были изрезаны, не хватало еще поранить ноги. Взглядом в куче щепок и осколков разглядел чудом уцелевшую чашку, правда ручка у нее отсутствовала, но мне это было безразлично, главное кофе не выльется из нее. Подобрал чайник, который тоже оказался весьма покорежен, налил в него воды и поставил на плиту. Насыпал в чашку кофе, банка тоже выдержала приступ моего бешенства. Пока закипал чайник, нашел в кармане пальто пачку сигарет. Она была наполовину пустой, но мне хватит, а потом нужно будет сходить в магазин. Я захватил с собой мобильный телефон и вернулся на кухню. Сел, закурил и включил мобильник, который предусмотрительно выключил вчера по возвращению. Было несколько пропущенных от мамы и дяди Леши. Я перезвонил маме и заверил ее, что со мной все в порядке. Мама сообщила мне, что похороны послезавтра. Я пообещал ей, что буду у нее с самого утра и вновь выключил телефон. Как раз засвистел чайник. Я выключил плиту и залил чашку крутым кипятком. Обычно я жду, пока кофе остынет, но не сейчас. Я с садистским удовольствием вливал в себя кипяток. Чувствуя, как обжигает небо и горло, делал затяжку и вновь глоток обжигающего напитка. Голова была пустой. В ней крутились только две мысли. Я ОЧЕНЬ хочу есть, и у меня практически закончились сигареты. Собственно, эти мысли и заставили меня подняться и пойти в магазин.

В супермаркете я бросал в корзину первое, что попадалось под руку и было съедобным, на кассе взял несколько пачек сигарет и вернулся домой. Там я сварил себе целую тарелку пельменей и с огромным удовольствием ел их, сидя на полу перед телевизором, экран которого показывал мне огромную трещину, от которой разбегалось множество маленьких. В таком мутном и туманном состоянии я находился вплоть до похорон, хотя и их тоже плохо помню. Отчетливо в памяти отложилась только ненависть ко всем тем людям, которые что-то говорили об отце и Насте, хотя толком не знали ни его, ни ее. Я не сомневался только в искренности слов дяди Леши. Он оказался единственным другом, который и нас с мамой не бросил в трудную минуту, не смотря на то, что и ему было тяжело. Дядя Леша теперь был постоянно с мамой, поддерживал ее, как мог и следил за ее здоровьем. Я был ему очень благодарен, так как сам на такую поддержку был не способен.

Из растерянного состояния меня вырвал новый удар судьбы, когда папин адвокат раскрыл страшную тайну. Отец был банкротом. От баснословного состояния, после уплаты всех долгов, не осталось ничего. Папа, как оказалось, довольно давно скрывал от нас свою страсть к азартным играм. Собственно там он и оставил все свое состояние. Единственное, что осталось, так это родительская квартира и моя одна треть акций в издательстве. Но и там уже появился новый владелец, некто Константин Лаверндов. Мне и дяде Леши была назначена встреча на завтра.

К офису издательства мы подъехали вместе на машине дяди Леши он, как и я, оставались этой ночью с мамой. Для нее новость о банкротстве тоже была ударом в спину.

- Волнуешься? – спросил он.

- Нет, – мне сейчас было уже все равно, во мне что-то надломилось. Если когда я только узнал обо всем, я опять разозлился и был готов драться за то, что мне принадлежит, то сейчас руки у меня опустились. Возможно, я слаб, не отрицаю, но я понимаю, что не смогу справиться со всем этим в одиночку. А после смерти отца, никого, кроме дяди Леши не осталось, отвернулись абсолютно все: и родственники, и друзья отца, и люди, которых я считал друзьями, но дядя Леша заботился о маме, просить его о большем было бы неправильно.

- Это хорошо. Витор, - он тронул меня за плечо, - я знаю, что нам сейчас предложат продать акции, не сопротивляйся пожалуйста. Этот человек, - он почесал затылок, - не тот, с кем стоит связываться, – печально закончил он. Его лицо вмиг исказилось злостью. Тогда я не придал этому значения, но запомнил его слова и уловил эмоции.

- Хорошо, – кивнул я.

Мы вышли из машины и сразу направились в здание. Там нас уже ждали. Новая секретарша, высокая стройная девушка, проводила нас в переговорную. В ней было пусто, мы сели за стол, от напитков, предложенных девушкой отказались.

- Доброе утро, господа!

Что я могу сказать об этом человеке? Он опасен, связываться с ним действительно не стоит. У него на лице написано «не влезай, убьет».

- Доброе утро, – ответили мы хором.

- Итак, думаю, перейдем сразу к делам, - он улыбнулся и окинул нас взглядом, - Я предлагаю вам продать ваши акции. Согласны?

- Да, это самый разумный выход, – ответил дядя Леша, прокашлявшись.

- Витор Максимович? – он гадко усмехнулся и стал пристально на меня смотреть.

- Да, – кивнул я.

- Тогда, Алексей Юрьевич, Виктория проводит вас для подписания бумаг, они уже готовы, а с вами Витор Максимович, я бы хотел еще побеседовать, если это возможно, – он опять уставился на меня.

- Да, конечно, – вздохнул я. Я устал и хотел, как можно быстрее попасть домой и лечь спать. Ночью я практически не спал, а вот теперь пришел сон, и я с трудом держал глаза открытыми.

- Всего доброго Алексей Юрьевич, - новый владелец кивнул в сторону выхода.

- До свидания, – он поднялся, и, кидая на меня печальные взгляды, быстро покинул переговорную. У меня складывалось впечатление, что дядя Леша что-то знал, но упорно молчал и мне ни о чем не говорил.

- Витор, - на этот раз обращение ко мне прозвучало без отчества и на «ты», - для тебя у меня печальные новости.

- Слушаю, – я поднял голову и посмотрел ему в глаза, в которых прочел себе приговор.

- Дело в том, что деньги, которые я должен был бы получить за твои акции, уйдут издательству за уплату арендной платы, – он притворно жалостливо вздохнул.

- Что!? – казалось, что хуже уже быть не могло, однако у судьбы другие планы и обстоятельства теперь складывались совсем плачевно. Я понимал, что остаюсь без средств к существованию.

- Все элементарно - квартирой, в которой ты жил много лет, и машины, которыми ты пользовался, принадлежат издательству, а арендную плату ты за них не платил, а я не могу позволить себе такое расточительство.

- Этого не может быть…- прошептал я.

- Может, мальчик может, - он подошел ко мне и потрепал по волосам, я отшатнулся, - твой отец был очень несговорчивым человеком, поэтому я не собираюсь прощать этих денег. Скажи спасибо, - он наклонился к моему уху, - что твоя шкурка цела. А теперь, пошел вон, не забудь поставить свою подпись под бумагами и оставить ключи от квартиры и машины.

Я пулей вылетел из комнаты, меня всего трясло. На автомате выполнил требуемое и сбежал из издательства. Я испугался. Кроме того, эта новость меня просто убила. Теперь у меня нет денег, нет жилья, нет работы. Ха-ха-ха, вот теперь я полный, круглый ноль, тогда Колин ошибался. Я зашел в ближайший магазин и на последнюю тысячу рублей купил водки, три пачки сигарет и сок.

Я брел, опустив голову. Безвыходность из этой ситуации убивала, мне было безумно себя жаль. Недавно еще успешный и довольный жизнью, сейчас я никто и ничто. Судьба сыграла злую шутку со мной и изрядно попинала. Теперь я валялся в грязи на дороге, и не кому было протянуть мне руку помощи, а сам я не поднимусь, слишком глубоко в эту грязь меня затолкали. Рухнул весь привычный для меня мир. Я лишился дорогих мне людей. Все перевернулось с ног на голову. Слава Богу, что у мамы есть дядя Леша, он ее не бросит, почему-то мне кажется, что он в нее влюблен давно и сильно. Я усмехнулся, теперь у него есть шанс. Я уже был изрядно пьян, меня шатало по всей дороге. Курил одну за другой, от сигарет уже тошнило. День шел, кончилась первая бутылка, в магазинчике купил еще одну, к позднему вечеру и она на половину была уже пуста. Когда я, наконец, остановился, то выпил ее до конца. Очутился я на мосту, облокотился на парапет и посмотрел вниз, там проносились машины. В пьяном мозгу быстро мелькнул выход из ситуации. Перед глазами появилась зеленая табличка с надписью «EXIT», стрелочка которой указывала вниз. Печалька… Зато никаких проблем. Я глубоко вдохнул холодный осенний воздух, влажный и тяжелый от постоянных дождей, осмотрелся вокруг, уже было очень темно, прохожих не видно, значит поздно. Перегруженный алкоголем мозг выхватывал из окружающего мира обрывки какой-то информации, тело же постепенно перебралось через заграждение.  Что я чувствовал на краю жизни? Грусть…

Глава 3.

«Третья встреча – и ты становишься близким…»

От экскурсии по Мюнхену, которую я обещал Витору, меня оторвал телефонный звонок последнего человека, на чью помощь я еще рассчитывал. Хороших новостей не поступило. Все, это конец. Я распрощался и ушел. В принципе, я был готов к такому повороту событий и морально готовил себя к тому, что попросит Петер за свою помощь. Мне нелегко далось это решение, но я понимал, что больше нет вариантов и это единственный выход. За свое я удавлюсь, не то, что вновь лягу под Петера. Тогда я это пережил, справлюсь и сейчас. Может, ориентацию сменю. Я усмехнулся и набрал его номер.

- Здравствуй, Колин. Я ждал твоего звонка, – ответила трубка через несколько гудков.

- Встретимся?

- Как всегда.

Я отключил телефон и убрал его в карман. Я брел по улицам Мюнхена и, наверное, впервые не наслаждался этой вынужденной прогулкой. Просто машина находилась на стоянке далековато отсюда.

Ровно в семь вечера я был в забегаловке, где мы встречались с Петером. Он, как всегда, меня уже ждал.

- Привет, – я опустился на стул напротив.

- Привет. Пива? – спросил он.

- Нет, спасибо, – настроение расслабляться за кружкой пива у меня не было, хотелось нажраться и чем-то намного крепче этого напитка, но позволить я себе этого не мог. Боюсь, что стоит начать, и я уже не остановлюсь.

- Тогда сразу к делу? – он хитро на меня посмотрел, - Собственно, я в курсе твоей вновь возникшей проблемы, знал, что ты ко мне в итоге обратишься за помощью, поэтому кое-что подготовил.

- Даже так? – мои брови взметнулись вверх от удивления. Порой, складывается впечатление, что мой собеседник - Бог. Он всегда в курсе происходящего и всегда все может решить, такое ощущение, что ему для этого стоит лишь взмахнуть рукой.

- Именно так, Колин. Я пока не буду посвящать тебя во все детали. Скажу одно: тебе необходимо съездить в Москву и встретиться там с одним человеком. Кто он и откуда, тебе тоже знать не нужно, - Петер сделал глоток пива и слизал пену с губ, - он даст тебе интересную информацию о твоем дяде. Позже приеду я, и решим, как дальше поступить.

- Ты ведь уже все продумал? – спросил я, подзывая официанта. От всей предстоящей авантюры меня начало потряхивать, захотелось горячего чаю.

- Не до конца. Вот, что, старайся там не светиться, в гостинице не останавливайся, сними квартиру, в конфликты с местной полицией тоже не влезай, - он усмехнулся.

- Да ну тебя! Можно подумать, я подросток-дебошир какой-то, – принесли мой чай, я сразу же обхватил горячую чашку руками, пытаясь согреться и унять неприятную мелкую дрожь.

- Не думаю, просто имей в виду, что без меня никаких глупых действий с твоей стороны не должно осуществляться, – серьезный взгляд голубых глаз пронизывал насквозь.

- Понял, – я тяжело вздохнул, меня волновал один очень важный вопрос - вопрос оплаты его услуг, - Петер, а…, - я замялся, - что ты хочешь взамен?

- Судя по твоим алеющим щекам, ты знаешь, что я хочу, – он вздохнул, - Но платить будешь только в случае, если нам все удастся.

- Хорошо, – я замолчал и сделал глоток обжигающего напитка. Теперь все ясно, все точки расставлены. Деваться мне некуда.

- На этой ноте мы и распрощаемся! – Петер допил пиво, встал, и, не прощаясь, направился к выходу.

Я допил чай, расплатился и направился домой. Скрутило меня сильно. Я нервничал, боялся, предвкушал, надеялся и был рад тому, что не один. Этот фонтан противоречивых эмоций давил на сознание. Я человек спокойный, мне было тяжело чувствовать так много и сразу. Но делать глупости и расслабляться за счет алкоголя не стал. Пришел домой, скинул всю одежду и лег в горячую ванну. Ароматизированная соль расслабила, я прикрыл глаза и опустился по подбородок в воду. Так стало легче, эмоции и мысли поугасли, я почувствовал себя значительно лучше. Я лежал, слушая, как капельки воды из неплотно закрытого крана, ударяются о воду, и планировал свою поездку в Москву. Надо же, не думал, что когда-нибудь вернусь туда. Я уйму лет не был на родине, да и язык уже не поворачивается так называть эту страну. Там была скучная и однообразная жизнь подростка-неудачника, здесь сильного и волевого человека. Тот я, который жил в России там и остался, сюда приехал совершенно другой человек. Как я изменюсь, после этой поездки ведает только Бог, но предчувствие подсказывает, что скучно в Москве не будет, и это даже не из-за цели, ради которой я туда направляюсь. Что-то должно произойти, плохое или хорошее, не знаю, но что-то непременно случится.

Билет купить труда не составит, завтра вечером я могу быть уже в Москве, но спешить тоже не стоит. Надо закончить все дела и раздать заместителям распоряжения. Неизвестно, насколько мне придется задержаться. Предположить, кто сможет сдать квартиру на небольшой срок и не задаст лишних вопросов, я тоже могу. Был у меня одноклассник, с которым мы находились в неплохих отношениях. Построив мысленно цепочку своих действий, я стал мыться. После горячей ванны меня разморило, и очень захотелось спать. Но первым делом, когда я вышел из ванной, я сел за ноутбук и купил билет на самолет. Через две недели, в девять сорок пять вечера вылет из Мюнхена. Как раз есть время на то, чтобы предупредить маму и решить проблемы на работе. Я опустил крышку компьютера и, потирая слипающиеся глаза, побрел в спальню. Стоило моей голове коснуться подушки, как я провалился в крепкий и глубокий сон без сновидений.

Оставшееся время в суматохе пролетело быстро и незаметно. Чемодан я тщательно не собирал, побросал лишь необходимые вещи, справедливо решив, что все остальное можно купить там.

На рейс я был уже зарегистрирован, поэтому в аэропорт приехал за полтора часа до вылета. Побродил немного, выпил пива. В самолет заходил с замирающим сердцем. Все же меня очень волновала эта поездка. Уснуть в самолете так же не удалось, нервы шалили, не спасали даже успокоительные таблетки, которых перед вылетом я съел сразу две штуки. Когда самолет стал заходить на посадку в аэропорту Домодедово, я вовсе был готов тут же купить обратный билет и пустить все на самотек. Но железная выдержка и желание сохранить свой бизнес пересилили страх перед всем, что мне предстоит пережить в скором времени.

Народу в аэропорту было не очень много, сказывалось окончание сезона отпусков и, следовательно, большого количества чартерных рейсов, кроме того по Москве уже было около трех часов ночи. Я не спеша вышел из аэропорта. По пути атаковали разные таксисты, но частными перевозчиками я воспользоваться побоялся, поэтому долго ходил в поисках компании представителя официального перевозчика аэропорта. Вызвал себе такси. Славе я звонил еще утром, поэтому он должен был ждать меня с ключами по адресу, который был записан на листке бумаги. Я достал его из кармана и еще раз прочел надпись, чтобы не ошибиться, когда буду называть таксисту.

Устроился я с комфортом. Дом находился в центре, но в тоже время район был тихий, если не сказать, что глухой. Рядом находились магазины, и было место, где пройтись и подышать московским воздухом. Целый день после прилета я проспал, сказывалось мое нервное напряжение. Когда открыл глаза, понял, что зверски голоден. Я быстро оделся и пошел в ближайший супермаркет, который заприметил еще по дороге, искать кафе или ресторан не хотелось. На улице было сыро и довольно ветрено. Дождя не было, но лужи и влажный воздух свидетельствовали о том, что они шли совсем недавно. Я брел по дороге и нес тяжелый пакет с покупками, когда подошел к мосту через дорогу, мне показалось, что какой-то самоубийца перебрался через парапет. Вот развлечения у молодежи или… Я отбросил пакет в сторону и бегом бросился к человеку, которого отделяло одно неосторожное движение от того, чтобы рухнуть вниз на оживленную трассу. Успел вовремя. Не знаю, откуда появилось столько сил, но я словно пушинку втащил парня обратно на тротуар. Он рухнул словно мешок…хм…с картошкой. Я поднял его голову за черную челку и вгляделся в лицо. Твою же мать! Со знакомого лица, искаженного болью смотрели темно-серые глаза Витора. В них было столько горькой решимости, обреченности и грусти, но меня почему-то вся гамма его эмоций довела до неконтролируемого бешенства. Я со всего размаху залепил ему звонкую пощечину. Голова дернулась, челка выскользнула из моей руки. Парень не издал ни звука. Я рывком поднял его на ноги и ударил кулаком в живот, Витор согнулся пополам, но вновь тишина. Я снова дернул его за волосы и ударил в лицо на этот раз кулаком. Он не устоял на ногах и упал на грязный и мокрый асфальт. Тишина. Он лишь свернулся клубком, закрываясь от моих ударов, которые градом посыпались на него. Остановился я лишь тогда, когда услышал тихий всхлип. Так-то лучше, пусть рыдает, но не бросается с этого чертового моста. Всхлип повторился уже громче. Еще немного и Витор заплакал.

- Вит, – позвал я, опускаясь на корточки возле него.

Никакой реакции, он лишь завыл еще больше, поднялся и сел, размазывая слезы, грязь и кровь по лицу.

- Вит, ну что ты, успокойся, – я приобнял его за плечи и попытался подтянуть к себе, но парень резко оттолкнул меня, от неожиданности я не удержался и тоже сел в грязь, - Успокойся, все будет хорошо, – заверил я его и снова обнял, на этот раз мне удалось, вырваться он не стал.

Так мы сидели довольно долго, пока Вит окончательно не успокоился, замирая в моих объятиях. Редкие прохожие с интересом косились на нас, но никто даже не подошел поинтересоваться, что же произошло, такое ощущение, что люди ходят с каменными сердцами.

- Ты как? – спросил я, стараясь заглянуть ему в лицо.

- Никак, – ответил Витор.

- Пошли, – я поднялся и поставил Вита на ноги, - подожди, я сейчас.

Я отошел от него, с опаской оглядываясь, чтобы Вит ничего не выкинул, дошел до пакета, который сиротливо валялся около бордюра, собрал разбросанные продукты и вернулся к парню. Он все так же стоял с отсутствующим взглядом. Я взял его под руку и повел в сторону дома, где снимал квартиру.

- Стой, куда мы идем? – на полпути очнулся он.

- Ко мне домой, – ответил я и еще сильнее потащил парня, от мокрой одежды стало холодно.

- Ты не можешь быть здесь! – воскликнул он и попытался вырвать руку.

- Вит, очнись! Я здесь уже есть!

- Быть не может! – кажется, он вновь близок к истерике.

- Вит, успокойся и пошли вперед или я снова тебя ударю, – зло прошипел я.

- Пошел ты на ***! -  крикнул он и побежал куда-то в сторону.

Бля! Ну за что мне все это?! Я опять бросил пакет и побежал вдогонку. Догнал быстро, Витор был пьян и в каком-то коматозном состоянии, а я был зол, что добавляло сил и скорости. Подставил ему подножку, парень упал и затих. Я подошел ближе, боясь, что он ударился слишком сильно головой об асфальт. Наклонился к нему, раздался тихий храп. Охереть! Он уснул. Хотя, так даже лучше. Я поднял его и потащил в сторону дома, решив забрать продукты позже, если они все еще останутся на прежнем месте.

Витора сгрузил в коридоре, а сам же вновь покинул теплую и уютную квартиру. Мне повезло, и идти в магазин второй раз не пришлось, в таком виде меня бы там за бродяжку приняли. Я оглянулся, поднял пакет, и как ни в чем не бывало, пошел обратно.

Вит все так же похрапывал в прихожей. Сколько же он выпил? Я разделся сам, быстро смыл с себя грязь под душем, надел спортивные штаны и футболку, теперь можно было приниматься и за этого страдальца. Чувствую, что попьет он еще моей крови. Я с трудом раздел его и сгрузил в ванну, проводить шоковую терапию и включать холодный душ не стал. Надо было согреть его, я сделал воду погорячее и направил душ на голову Виту, он лишь дернулся, но не проснулся. Да-а-а, выпил много. Кое-как, отмыв его от засохшей грязи и крови, вытер большим полотенцем и перенес на кровать. Парень тут же свернулся комочком и засопел еще усерднее. Я даже умилился. Но еще было необходимо обработать ссадины и ушибы, которые я на нем оставил. Черт, теперь меня совесть грызет, за то, что выплеснул на него эмоции. Ему и так хреново. Я к своему удивлению легко нашел аптечку, в которой было все необходимое, быстро обработал ранки  и оставил парня в покое, теперь ему надо хорошо проспаться, а я все еще зверски хочу есть.

Я прошел в коридор и стал доставать продукты, точнее то, что от них осталось, из пакета. Пельменям, сосискам и сыру ничего не сделалось, а вот яйца, сметану и еще какой-то соус пришлось выкинуть. Я сварил себе пельменей и удовольствием их уплетал. Из комнаты, где спал, Вит не доносилось ни звука. А мне ведь еще спать с этим алкоголиком, квартира однокомнатная и кровать здесь тоже одна.

Я доел, бросил посуду в раковину и пошел спать, глаза слипались, не смотря на то, что я и так проспал весь день. Я разделся, оставив, на себе только трусы и забрался к Виту под одеяло. Он быть горячий, я с удовольствием прижался к нему, согреваясь. Ну, хоть какая-то польза от этого парня, обогреватель из него замечательный. Я закрыл глаза и уснул.

Разбудил меня запах кофе. Я открыл глаза, под боком никого не было. Я встал, оделся и пошлепал босыми ногами на кухню. Вит сидел за столом, пил кофе и курил. Видимо это была далеко не первая сигарета за утро, в помещении стоял туман, а пепельнице валялось несколько бычков.

- Ты хоть бы окно открыл! – высказался я.

- Открой, – ответил мне бесцветный голос.

- Ты как себя чувствуешь? – спросил я, дотягиваясь до форточки и распахивая ее. На кухню тут же ворвался холодный свежий ветер.

- А как должен? – он посмотрел на меня.

- Не знаю, это не я вчера нажрался и пытался свести счеты с жизнью, – я передернул плечами и включил чайник.

- Не напоминай, – он поморщился и прикурил очередную сигарету.

- Хватит курить! -  выхватил ее из рук, затушил и залил водой пепельницу.

- Почему мы спали вместе?

- А ты видел здесь еще одну кровать?

- Нет.

- Тогда какие вопросы? – огрызнулся я. Честно говоря, я ожидал, что он меня хотя бы поблагодарит, все-таки я ему жизнь спас.

- Никаких, – он встал и скрылся в ванной.

Чайник закипел, я залил кипятком растворимый кофе и сел на место, где ранее сидел Витор. Я пил кофе, слушая плеск воды из ванной, и думал, что все же не прав по отношению к нему. Раз он решился на такой поступок, значит, у парня что-то случилось, может я смогу ему помочь. Я встал и подошел к двери ванной.

- Вит, ты скоро? – позвал я его.

- Да, уже иду, – звук воды стих, я вновь вернулся к чашке.

Через пару минут Витор с мокрыми волосами сидел напротив меня и опять прикуривал сигарету. На этот раз я не стал ему ничего говорить, решив потерпеть.

- Что у тебя произошло? – спросил я осторожно, надеясь, что он меня не пошлет. Трудно сказать почему, но я был уверен, что Виту необходима моя помощь.

- Ничего, – он спрятал лицо в руках, потом запустил их в короткие черные волосы, - у меня всего лишь умерли отец и невеста, его компания разорена, а за долги я отдал последние свои деньги, – он поднял печальные глаза на меня, а я молчал, не зная, что ему сказать, - теперь я без денег, без жилья, без машины, без смысла к существованию, – тяжелый вздох Вита, и опять повисла тишина.

- А как же мать?

- У нее есть тот, кто о ней позаботится, – сказал он с улыбкой, только в ней боли было больше, чем радости.

- Все равно, это не выход, – я встал и почему-то обнял его со спины, мне казалось, что так ему станет легче.

- Это ты мне говоришь? – прошептал он, - Помнишь, тогда в ресторанчике, ты мне сказал, что я сам по себе никто и ничто?

- Помню, – так же шепотом ответил я.

- Ты оказался прав.

- Вит, я сказал это, чтобы подтолкнуть тебя к каким-то действиям, а не потому, что так думаю на самом деле, – поспешил оправдаться я.

- Тем не менее, это ведь правда, Лин, – он странно сократил мое имя.

- Можешь звать меня Колей, если тебе так удобней, – сказал я.

- Нет, мне Лин больше нравится, хотя бы не я один со странным именем, – усмехнулся он.

- Как хочешь, – я сел на место.

- Вит, выкинь дурные мысли о своей беспомощности и ничтожности из головы, ты молодой, у тебя все впереди. Ошибки будут всегда, но на них надо учиться, а не опускать руки, – стал воспитывать я.

- Это ты из личного опыта? – спросил он.

- Можно сказать и так, – я улыбнулся ему. Мне показалось, парень немного пришел в себя.

- Я все понял, но мне нужно некоторое время, надо все пережить, – его взгляд стал умоляющим, - не знаю, как ты здесь оказался, но можно я поживу у тебя некоторое время?

-  Можно, – кивнул я. Если уж помогать, то до конца.

- Спасибо! – радостно воскликнул Витор и обнял меня, смутился своего порыва, его щеки слегка порозовели, - И спасибо, что не дал мне совершить финальную глупость.

- Пожалуйста, – ответил я и поднялся, чтобы закрыть форточку.

- Лин, а что-то из съедобного есть, кроме пельменей? – спросил он.

- Сосиски.

- Может, закажем еды? – поморщился он, потом тряхнул головой и продолжил с грустным видом, - Хотя давай сосиски, у меня денег нет.

Я рассмеялся. Как так можно? Но Вит надулся на мой смех.

- Я тебе все отдам потом, – зло пробурчал он.

- Закажем, я плачу, – сквозь смех выдавил я.

Когда привезли еду из ресторана, мы устроились на единственной кровати и дружно уплетали ее за обе щеки, теперь пришел черед Витора расспрашивать меня.

- Колин, а что ты делаешь в Москве? – пораженно спросил он, такое ощущение, что он только что осознал факт моего здесь нахождения.

- Решаю свои проблемы, – не стал скрывать я, в конце концов парень был откровенен со мной.

- Ты надолго?

- Трудно сказать, завтра надо…Черт! – завтра надо встретиться с человеком Петера, а я совсем забыл.

- Что надо? – не понял Вит.

- Встретится кое с кем.

- М-м-м, понятно. У тебя серьезные проблемы?

- Серьезнее некуда… - я отставил тарелку и лег на кровать, вытягивая затекшие  ноги.

- Если тебе понадобится помощь…

- То я не буду тебя в это втягивать, – перебил я, - с такими людьми лучше дел не иметь, они не останавливаются не перед чем. Ладно, Вит, пошли гулять, хватит тут сидеть, – я решил, что если мы будем сидеть и обсуждать наши жизненные неурядицы, то плохо будет обоим.

- Хорошо…- он, кажется, обиделся, непонятно только на что.

Мы быстро убрали все с кровати, почистили нашу верхнюю одежду и направились на улицу. Было прохладно, но сквозь тяжелые облака проглядывалось робкое солнышко, листва уже практически облетела, и на ветру качались голые ветви деревьев. Вит повез меня на Красную площадь. Мы долго гуляли, разговаривали о всяких мелочах, иногда даже шутили и смеялись. Нам удалось абстрагироваться от проблем и способов их решения, мы просто хорошо проводили время вместе. Вкусно пообедали в ресторанном дворике, в торговом центре, мне пришлось потратиться на его гардероб, так как у парня не оказалось даже своих трусов. Но мне не было жалко денег, делать ему подарки оказалось приятным. Он очень искренне радовался и смущался, что не может сам заплатить. Но этот вопрос мы уже давно решили и его препирательства были нужны лишь для успокоения его совести.

Домой пришли развеявшиеся и отдохнувшие, с огромным количеством пакетов, в том числе и из супермаркета, в который пришлось зайти и пополнить запасы еды.

Утром я ушел очень рано, Вит еще спал. Мы решили не покупать дополнительную кровать, а обойтись одной, все же это все временно. Я временно живу в Москве, Вит временно живет у меня, и все наши проблемы займут лишь небольшой промежуток времени в нашей жизни, поэтому мы вполне можем потесниться и поспать на одной кровати. К тому же, с Витом было спать очень тепло, а отопление в этом промозглом городе еще никто и не подумал включать.

Я сидел на лавочке в парке, ждал человека Петера и пил стремительно остывающий кофе из Макдональдса. Ровно в назначенное время, точно так же, как и Петер, в зоне моей видимости возник мужчина лет сорока, хорошо одетый и с симпатичным лицом. Его внешность располагала к задушевным беседам. Он сел возле меня и передал мне синюю папку. Интересно, это совпадение или все так одинаково и должно быть?

Я открыл и стал всматриваться в написанное. По всему выходило, что мой дядя, как и раньше, продолжал заниматься преступной деятельностью. Самой крупной отраслью из всего этого был незаконный игорный бизнес. Но кроме этого дядя не гнушался наркотиками, борделями, рэкетом и так далее. Да-а, дядя так и не пережил эпоху девяностых до конца и под солидным прикрытием бизнеса скрывались все те же нарушения закона. Но видимо дядя имел сильных покровителей, раз ему все сходило с рук.

- Это все? – спросил я.

- Да. Там много полезной информации, Петер разберется, как ее правильно использовать, – усмехнулся он.

- Спасибо, – сказал я.

- Всего доброго, – мужчина быстро исчез, у меня в руках осталась папка с кучей компромата, а в голове множество вопросов, как это использовать.

Но единственным желанием было придушить эту суку голыми руками. Я захлопнул папку и направился к выходу из парка. Я проголодался, замерз, очень хотелось под теплый бок Вита, но этому желанию до вечера сбыться не суждено, парень, наверняка, уже проснулся.

Я спустился в подземку и замер около карты метро, изучая свой обратный маршрут. Дорога займет минут двадцать, не больше. Интересно будет уместно, если я притащу бутылку вина еще до обеда. Думаю, что Вит не будет против, а я хочу выпить. Значит, прежде чем идти домой, необходимо зайти в магазин, в очередной раз.

Через сорок минут я уже открывал входную дверь. Первое, что я увидел, когда зашел внутрь, это кулак Вита, летящий мне в лицо. Дальше вспышка боли и удары, которые, казалось, посыпались со всех сторон. Этот гаденыш мне мстит что ли?! Я закрывал лицо, но удары по корпусу были достаточно болезненными, чтобы я решился ответить обидчику.

- Ты что, озверел?! – крикнул я и попытался перехватить его руку.

- Ты сука! Как ты мог так со мной поступить! – орал он.

- Что я сделал?! – прокричал я в ответ, понимая, что парень нашел вескую причину, чтобы лупить меня, но я о ней не знаю.

- Ты, ты, падла, ты тоже виноват в том, что со мной произошло! – тяжело дыша, сказал он.

Парень стоял в паре шагов от меня и тяжело дышал, удары с его стороны сыпаться перестали. Из моего разбитого носа текла кровь, заливая светло-коричневую куртку. Я вытер кровь ладонью и стал пристально смотреть на Вита, высматривая новые приступы агрессии. Но запал, кажется, иссяк, глаза парня наполнились слезами, он дрожал.

- Вит, объясни, в чем ты меня обвиняешь…- тихо сказал я, подняв руки.

- Ты…ты…- он убежал в комнату и вернулся через несколько секунд с моим паспортом в руках, - ты, сука, его родственник.

- Чей? – не понял я.

- Имя Константин Лаверндов тебе о чем-нибудь говорит? – прошипел он, глаза вновь из голубых стали темно серые.

- Да, - кивнул я, - этот человек, мой дядя.

- Козлина! – закричал он и снова бросился на меня с кулаками.

Но в этот раз я был к этому готов и не позволил нанести себе увечий. Я скрутил Витора и потащил его в ванную, там включил холодную воду и сунул его голову под струю.

- Остынь! – сказал я, врубая кран на полную мощность.

Вит долго брыкался, фыркал, пытался пинать меня ногами, но я зажал их между своих ног. Вскоре он успокоился и затих. Я выключил воду и повернул его к себе лицом, тонкие струйки воды стекали мокрых волос, падая на футболку, некоторые капали на пол. Это неважно, все уже и так было залито водой.

- Ты теперь готов спокойно поговорить? – спросил я.

- Да, – сколько же злости в его голосе.

- На, – я бросил ему полотенце, приложил носовой платок к разбитому носу и вернулся в коридор, чтобы разуться, итак уже наследил достаточно.

Вит вытерся и, злобно глядя на меня, прошел в комнату, я последовал за ним и встал около окна, на улице начался дождь, вовремя я вернулся, зонта у меня с собой не было.

- Я тебя внимательно слушаю, – сказал я. Честно говоря, я довольно сильно разозлился на парня. Я к нему по-хорошему, а он с кулаками, но раз его так вывело из себя мое родство с этим человеком, то можно сделать вывод, что неприятель у нас общий.

- Как ты вообще так можешь? – шипит он.

- Вит, давай без голых обвинений, говори по существу.

- Этот человек оставил меня без гроша в кармане. Он забрал у меня все до последней копейки, я даже вещи из квартиры не смог забрать.

- Еще конкретнее, – я пока не мог уловить суть проблемы.

- После смерти отца, - он грустно вздохнул, - мы узнали, что он проиграл практически все, что имел. Но у меня была одна треть акций его издательств, еще одна треть у дяди Алексея, друга детства папы. Естественно, нынешний владелец папиной доли предложил нам продать наши части. А знаешь, кто нынешний владелец? – он вскинул голову и внимательно посмотрел на меня. Так и дырку оставить не долго.

- Догадываюсь, – ответил я, утирая носовым платком все еще идущую кровь.

- С дядей Лешей они все решили быстро, и он уехал. А мне популярно объяснили, что я не получу ни копейки с продажи акций, потому что якобы должен за аренду квартиры. Она, оказывается, принадлежала издательствам, – он сполз на пол и облокотился спиной о диван, - не знаю, насколько это правда, но он ясно дал мне понять, что если я попытаюсь, что-то сделать, то в лучшем случае окажусь в больничке. И как я должен к тебе после этого относиться?! – выкрикнул он последнее предложение.

Я молчал и смотрел в окно. В голову закрадывались нехорошие мысли, но уточню я некоторые вопросы у Вита немного позже. Сейчас надо объяснить ему, что родственные связи ничего не значат и, что враг у нас один.

- Вит, - я сел напротив него на пол, - моя дядя, поверь, попил много и моей крови, и пьет ее до сих пор. Я сам оказался здесь, только для того, чтобы убрать его загребущие лапы от своего бизнеса. Эта не первая его попытка отхватить половину, если не все, того, что принадлежит мне. Тогда я смог справится с ним довольно легко, но в этот раз он подготовился значительно лучше.

- Как такое возможно?

- Возможно многое, – я откинулся и лег на ковре, опираясь на локти, - сейчас, я не могу тебе ничего сказать определенного,  сам не знаю, необходимо дождаться одного человека, там решим. Но пойми одно, я тебе не враг, скорее, наоборот, у нас тут целая коалиция намечается против дяди Кости.

- То есть, ты хочешь его припереть к стенке?

- Что-то типа того.

- Не думаю, что с ним стоит связываться, на нем написано, что он опасный человек, и дядя Леша говорил, что ему лучше дорогу не перебегать.

- А твой дядя Леша знает о нем что-то?

- Трудно сказать…

- Ладно, к этому мы еще вернемся, - я поднялся и пошел в коридор, где в пакете с продуктами лежала синяя папка, - На, ознакомься, - я протянул ее Витору, а сам пошел разбирать пакет.

Яйца опять были всмятку. Ну, что за черт! Опять я без яичницы останусь! Я швырнул коробку с разбитыми яйцами в мусорное ведро и поставил воду, чтобы сварить сосиски, кушать хотелось. Я пил горячий чай, пытаясь согреться, почему-то я постоянно мерз. Только ночью тепло, я бесстыдно грелся о Витора, крепко приживаясь к нему со спины. Парень всегда спал ко мне спиной, всю ночь, а я нагло этим пользовался.

- Игорный бизнес…- протянул Витор, останавливаясь в дверном проеме и облокачиваясь на косяк.

- Тебя только это впечатлило, по-моему, там есть прегрешения куда хуже…

- Есть, но дело в том, - он быстро приблизился ко мне и сел за стол, вновь закуривая. Надо отучать его от этой вредной привычки, - что мой папа проиграл все свое состояние именно в подпольных казино, как адвокат сказал, а у наших издательств появляется владелец, который является хозяином этого незаконного бизнеса. Не странно ли?

- Намек понял, – кивнул я.

- Да это не намек, это, по-моему, очевидный факт, – он выдул струйку дыма мне в лицо.

- Черт, Вит, бросай курить! – возмутился я и отошел к плите.

- Угу. Он еще что-то говорил про несговорчивость моего папы…- он задумчиво почесал затылок.

- Вит, а как умер твой отец? – осторожно спросил я. Слишком много совпадений…

- В аварии, они разбились вместе с Настей…- глаза парня на мгновение посерели, а потом вновь стали светло-голубыми. Не перестаю удивляться такому явлению.

Зато в цепочке появилось еще одно звено. Слишком похоже на смерть моего отца, виновником которой был дядька. Он этот факт и не отрицал…

- Ох-ох… - я сел на место, решив все же сказать об этом Виту, - думаю, что их смерти не были случайностью, а мой драгоценный родственничек приложил к этому усилия.

- С чего ты взял? – вскинулся Витор.

- Много лет назад мой отец тоже погиб в аварии, тормоза отказали. Я сразу подумал, что дядька поспособствовал этому, а спустя некоторое время, когда я бросил ему это обвинение в лицо, он даже отпираться не стал, – я посмотрел прямо парню в глаза и откинул с его лица непослушную челку, - Вот так вот…

- Думаешь, что он так поступил и с моим папой? – спросил он, о чем-то напряженно думая.

- Все может быть…

- Тогда, чтобы ты и твой друг там не придумали, то я с вами!

- Угу, - я улыбнулся, в нем было столько решимости придушить моего дядю, - ты словно рыцарь…

- Да ну тебя! – обиделся он, - Можно подумать, что ты сюда играться приехал.

- Нет, – посерьезнел я. Мне казалось, что Вит не оценивает всей серьезности и опасности предстоящей авантюры.

- Я тоже так думаю, – он улыбнулся…

Глава 4.

«Чужая встреча, меняющая судьбу»

Проснулся я от того, что меня крепко прижимал к себе Колин. Так всегда, он вцеплялся в меня, словно я его самая дорогая и любимая женщина. Поначалу я пытался выбраться из его железной хватки, но безуспешно. Потом плюнул, а после пары ночей мне показалось, что спать так вполне уютно и комфортно.

Я немного поерзал и потянулся. Перевел взгляд на часы, еще было ранее утро. Может поспать? Я сполз пониже, удобнее устраиваясь в объятиях Колина, и наткнулся своим мягким местом на его совсем не мягкий член. Ой… Я конечно понимаю, утро и все такое, у меня самого стояк, но как мне спать, когда это упирается прямо в зад? Я стал ерзать, пытаясь лечь так, чтобы его член упирался хотя бы в спину, тогда не будет так смущать. Но доерзался лишь до того, что Колин во сне вжался в меня бедрами и еще сильнее обхватил руками. Стало трудновато дышать, а его восставшая плоть теперь давила точно в анус. Я даже через ткань трусов чувствовал, какой он горячий. Бр-р-р, знал же, что совместный сон не приведет ни к чему хорошему. Я снова дернулся.

- Вит, прекрати ерзать…- раздалось сонное бормотание у меня из-за спины.

- Пусти тогда, – сдавленно попросил я.

- Нет, мне так тепло.

- Черт, Лин, мне твой член в зад тыкается! – не выдержал я.

Он переместил одну руку ко мне на талию, другую на бедро и прижал меня еще сильнее к своему паху. Ауч! Стало даже немного больно, а из груди вырвался стон. Твою же! Я задергался еще сильнее. А Колин с ехидным смехом разжал объятия. Я пулей выскочил из постели. Извращенец блин! Я пошел в ванну, спать больше все равно не смогу. В паху все ныло. Долбанный утренний стояк! Кроме того и секса не было давно. Я вздохнул, посмотрел вниз, головка члена выглядывала из-под резинки трусов. Я включил воду, присел на борт ванной и отодвинул мешающий кусок ткани. Давненько я этого не делал, но видимо придется вспомнить молодость. Освободил головку члена от крайней плоти и провел ладонью по стволу. По спине пробежали мурашки, приятно…На самой верхушке выступила смазка, я размазал ее по головке члена большим пальцем и еле сдержал стон. Пришлось закусить губу, все же в квартире я не один. Я запустил руку глубже в трусы и сжал яички, потом снова провел по стволу. Нет, эти игры стоит оставить девушкам. Я плотно обхватил член и стал быстро двигать вверх и вниз, наслаждение росло очень быстро. Я закрыл глаза. Никого не представлял, голых Анжелин Джоли тоже не видел, только темнота. Я ускорял темп, чувствуя скорый оргазм. Предательское сознание подкинуло ощущение члена, давящего на задний проход, и тело тут же сотрясла дрожь оргазма. Кончил я бурно, сперма забрызгала даже пол. Бля, стыдно то как! К лицу прилил жар, я встал, чтобы вымыть руку и бросил взгляд в зеркало, так и есть, лицо заливал румянец. Еще и финальное ощущение… что это за новости. Мне ни капли не было приятно! Я разозлился, скорчил своему отражению злую рожу и полез в душ. Главное пол не забыть протереть.

Когда выбрался из ванны, то почувствовал аромат кофе и завтрака. Видимо Колин тоже спать дальше не стал.

- Ты чего так рано встал? – спросил я, а на щеках опять появился румянец.

- Поеду встречать Петера, он звонил вчера, когда ты уже спал, – он взмахнул лопаточкой, - Ты есть будешь?

- А как ты думаешь? – меня мучил дикий голод.

- Судя по тому, как блестят твои глаза на жареные пельмешки, то будешь! – весело сообщил он.

- Ты чего такой довольный? – меня его хорошее расположение духа слегка удивило, сам я еще пребывал в состоянии непонятной злости и злился я на него.

- Ты такой смешной, когда злишься! – сообщил он мне, - У тебя краснеют кончики ушей, - я схватился за уши, что вызвало приступ смеха у моего сожителя, - и глаза темнеют, – закончил он.

Охренеть! Когда он уже успел это все рассмотреть? Наблюдательный какой…

- Ты меня бесишь! – сказал я и закурил, зная, что это ему настроение слегка подпортит.

- Ты опять куришь! – недовольно бросил он, а я широко улыбнулся, показывая ровные белые зубы и снова глубоко затянулся.

- А ты меня бесишь! – снова сообщил я.

Так наверно могло бы долго продолжаться, все же странные  у нас взаимоотношения, но завтрак был готов, и Колин разложил все по тарелкам, поставив одну передо мной.

- А сметана есть?

- Есть, – Колин поставил упаковку сметаны на стол и потрепал меня по волосам.

Терпеть не могу этого жеста, но ему простил. Кстати, о прощении. Кому-то надо за вчерашний наезд извиниться.… А что я еще должен был подумать. Когда я открыл его паспорт и увидел фамилию, точнее, прочел правильно, в глазах потемнело, пришел бы он на полчаса раньше, не удивлюсь, если бы я с ножом на него бросился. Но, тем не менее, я не прав, следовало сначала поговорить. Но это сейчас на холодную голову так легко рассуждать, а вчера я впал в бешенство.

- Извини за вчерашнее, – быстро сказал я и засунул в рот две пельмешки, чтобы повторять не заставили.

- Прощен, – кивнул он и тоже вернулся к завтраку.

Когда мы поели, Колин оставил меня мыть всю посуду, а сам быстро оделся и убежал, под окнами его ждала белая машина такси. Я грустно вздохнул и пошел заниматься самым нелюбимым делом. Должен еще сказать, что квартиру Колин снимал в том дворе, где я тогда паренька спас. Только вчера это заметил, увидев знакомую лавочку из окна. А в том доме, что стоит перпендикулярно этому, справой стороны, живет тот мальчишка. Интересно, мать тогда ему поверила, что он из забитого тихони превратился в разгильдяя, который курит, пьет и дерется в подворотне?

О-о-о, я ужасный сын, надо же маме позвонить. Меня, наверно, все потеряли! Я быстро закончил с посудой и набрал номер мамы.

- Да, Вит! Ну, слава Богу! Где ты пропадал? – посыпались ее восклицания и вопросы.

- Привет, мам! – удалось вставить мне.

- Я звонила, звонила и дядя Леша тоже, а у тебя все время телефон выключен!

- Он сломался, чинили, так что я некоторое время без связи был, – соврал я.

- А приехать не мог или позвонить от кого-то?!

- Прости, мам, виноват, – покаялся я.

- Ну да ладно, – быстро остыла она, довольная тем, что ее сын жив и здоров, - У меня новость есть, не знаю, обрадуешься ли ты. И еще я хочу кое о чем тебя спросить.

- Весь во внимании.

- Дядя Леша хочет, чтобы я жила с ним в Англии, я согласилась. Но еще он предлагал взять тебя с собой… - она почти прошептала последнее предложение, опасаясь моей бурной реакции.

- Я не поеду, – холодно сказал я.

- Ты не будешь против, если поеду я? – все же спросила мама разрешения.

- Нет, конечно, нет, - мой голос сразу же потеплел, - тебе пойдет на пользу смена обстановки, – я был даже рад, что мама уедет…так будет легче.

- Спасибо, дорогой! – отозвалась она.

- А когда вы улетаете?

- Через неделю, а что?

- Я приеду завтра вечером, мне надо поговорить с дядей Лешей.

- Хорошо, он будет у нас к ужину, и ты приезжай, я буду ждать.

- Конечно, мам. Люблю тебя.

- И я тебя дорогой.

Я положил трубку. Делать нечего, спать совершенно не хочется. Я послонялся по квартире, пораскладывал кое-какие вещи по местам. Застелил постель, надо бы все же обзавестись матрацем. Хотя, когда мама и дядя Леша уедут, то мы можем переехать в родительскую квартиру. Стоп, почему мы? Я, я перееду, и буду вновь жить один. Один… Что-то грустно как-то одному…Кто мне пельмени на завтрак будет жарить…? Ладно, об этом я подумаю позже, может, и возьму Колина к себе пожить.

На часах было одиннадцать утра, когда я собрался и решил сходить в магазин. А то закупить полностью продукты в холодильник так и не удается.

Я шел быстрым шагом к супермаркету, когда на меня кто-то налетел. Я обернулся и увидел знакомую смущенную мордашку паренька, которого я спас.

- Привет! – воскликнул он, поправляя очки. – А ты тоже здесь живешь? Ой, прости, что толкнул тебя. Я так рад тебя видеть! – слова полились из него рекой.

-  Подожди, подожди, - остановил я его, - Как тебя зовут? – мы медленно пошли вперед уже вдвоем.

- Витя, – ответил он и снова засмущался.

- Надо же! – воскликнул я, - Еще один Вит.

- А тебя тоже Виктором зовут?

- Нет, Витором.

- Красивое имя, кстати.

- Спасибо, мне редко кто так говорит, – пожаловался я.

- Почему?

- Большинство считают мое имя странным.

- Не обращай на них внимания, – мы дошли до магазина и встали около него,  закурил, не желая отпускать парня. Он был прикольный.

- Вит, как тогда с мамой, она поверила?

- Да-а-а, – он загрустил.

- Ты чего нос повесил?

- Она тогда ругалась и наказала, до сих пор дома сижу по вечерам.

- Круто, – я выпустил струйку дыма и невольно засмеялся. Не думаю, что для Вити это серьезное наказание. Такие мальчики-зайчики, как он и так всегда дома сидят.

- А дай мне тоже сигарету, – попросил он, а я подавился дымом.

- Ты серьезно? – переспросил я.

- А что?

- Не нужно тебе это, – отговаривал я его, - Вот один мой м-м-м, - я задумался на мгновение, - друг очень ругается, когда я закуриваю.

- Не кури при нем, – посоветовал он, но сигарету все же из протянутой пачки взял.

- Не могу, мне нравится, когда он злится.

- Ты уверен, что говоришь о своем друге? – он скептически изогнул бровь и прикурил.

- Да, наверно…- в этот раз парень не закашлялся и даже курил в затяг.

- Мне в институт пора, - он бросил взгляд на часы, - но я бы хотел с тобой общаться, – он поднял голову и пристально посмотрел на меня, - Кроме того, я все еще должен тебе.

- Забудь, – отмахнулся я.

- Такое не забывают, – он поковырял носком туфли грязь, - Оставь свой номер телефона.

Мы обменялись номерами мобильников и разошлись каждый в свою сторону. Я быстро взбежал по ступеням и зашел в магазин. Ходил по рядам, тщательно выбирая продукты. Колин дал мне вчера достаточно денег. Тратить их на себя мне было неудобно, а вот купить хороших продуктов моя совесть мне позволяла. Красная икра, дорогая колбаса и сыр, изысканные пирожные, и еще кое-какие вкусняшки. Ах, да, не забыть про вино.

Дома я пробыл один до самого вечера, было скучно, я бродил из угла в угол, щелкал кнопками пульта, но ни одна передача меня не удовлетворяла, компьютера не было, а брать без спроса ноутбук Колина я не стал. Когда за окнами уже стемнело, в замке повернулся ключ. Вернулся Колин, а с ним человек, которого вероятно он встречал. Мужчина, возраст которого трудно определить, одетый в классическое черное пальто, деловой костюм под ним и черные туфли с длинными мысами. Все это безумно шло к его внешности, но мне не понравился его взгляд, слишком въедливый. Когда он осмотрел меня с ног до головы, появилось стойкое ощущение, что меня просканировали. Я даже поежился. Поймал взгляд его голубых глаз и тут же отвернулся. Он смотрел так снисходительно, словно я нашкодивший котенок. И еще, этот мужик очень странно смотрел на Колина, будто тот его собственность. Вывод один: тот, кого привел Колин, мне не понравился и доверия не вызвал, но если он поможет с решением наших проблем, в таком случае, я готов потерпеть его некоторое время.

- Добрый вечер, - поздоровался тот со мной на русском, в его речи практически не слышалось акцента. Я лишь кивнул на его приветствие.

- Не знал, что ты владеешь моим родным языком, - бросил Лин, стаскивая обувь.

- А как же иначе! – воскликнул блондин и тоже стал раздеваться.

Я молча стоял, прислонившись к косяку кухонной двери и ждал, что Колин нас познакомит.

- Петер, - представился тот сам и протянул мне руку.

- Витор, - я с опаской, но все же пожал протянутую ладонь. Он была сухой, теплой и крепкой, но я все равно быстро отдернул руку и пошел на кухню, где накрыл стол.

Сел и закурил, ожидая, пока подтянутся Колин с гостем. А теперь, внимание вопрос! Где будет спать этот субъект? Кровать у нас одна и та уже занята, втроем я спать не буду, это уже извращение какое-то!

- Ты тоже жаждешь убрать Константина Лаверндова? – спросил Петер, появляясь на кухне.

- Можно и так сказать, - буркнул я.

- Ха, Вит, а ты тут шикарный ужин затеял?! – Колин так же вошел в кухню и открыл форточку.

В маленькой кухоньке стало тесно, вдвоем здесь куда уютнее. Я посмотрел на приезжего недовольным взглядом, что от него не ускользнуло, он посмотрел мне в глаза и криво усмехнулся.

- Твой друг не слишком разговорчив, да? – обратился немец к Колину, за что заработал еще один мой злостный взгляд.

Ужин прошел в какой-то напряженной обстановке. Видимо, Колин уже объяснил суть нашей проблемы Петеру, поэтому мы ничего не обсуждали. Разговаривали на какие-то отвлеченные темы, но разговор не клеился. Гость после ужина задерживаться не стал, Лин вызвал ему такси, и он уехал в гостиницу. Вроде я должен был успокоиться, но я лишь еще больше завелся. Пока Колин мылся, я сидел на кухне, курил одну за другой, пил вино и накручивал себя. Мне не понравился этот мужчина. Мне не понравился его взгляд, его самоуверенность, его чувство превосходства. Мне не нравилось то, как он смотрел на Колина, не понравилось, как он то и дело оценивал меня. В общем, мне не понравилось в нем абсолютно ничего. Но если он единственный, кто может нам помочь - я потерплю.

- Вит, - вырвал из оцепенения голос Колина, - что с тобой?

- Все нормально, - бросил я и, толкнув его плечом, пошел в ванну.

Когда я помылся и пришел в комнату, свет не горел, Колин завернулся в одеяло и, вероятно, уже спал. Я тихонько лег с ним рядом, его рука мгновенно оказалась поперек моей талии и притянула меня ближе к горячему телу. Сейчас согреться требовалось мне. Колин удовлетворенно выдохнул мне в затылок и засопел. Я же еще долго лежал и вглядывался в темноту помещения, сон не шел. Я тихо лежал в объятиях Лина и прокручивал события последнего времени. Случилось слишком много всего, события следовали одно за другим, и не было времени все обдумать. Я упускал очень многие моменты. Например, тот факт, что мне показалось, что дядя Леша знает больше, чем говорит. Необходимо его разговорить, завтра, как раз у меня будет такая возможность. Я был рад тому, что Колин не позволил сделать мне тогда самую большую и, к сожалению, последнюю глупость в моей жизни. Я, вообще, рад, что он появился, сейчас он казался мне самым необходимым человеком на всей планете. Не будь его рядом, даже трудно предположить, чтобы со мной было. Колин оказался именно тем человеком, который протянул мне руку помощи и помог выкарабкаться из той ямы, в которую я рухнул. Теперь жизнь не кажется такой суровой и несправедливой, есть цель, есть человек, который идет к ней вместе со мной. Мне даже дышать легче, когда он рядом.

Я улыбнулся, удобнее устроился в его руках и уснул. Утренний стояк Колина, который вновь утыкался в мою пятую точку, уже не смутил так, как вчера. Я вспомнил свое преступление в ванной и покраснел, а предательское тело как-то само-собой потерлось о выступающую твердую часть его тела.

- Ты что делаешь? – прозвучал шепот над ухом, даже мурашки по спине побежали.

- Просыпаюсь, - ответил я.

-Угу, это я понял. А что за телодвижения?

- Какие? Такие? – я уже сознательно потерся о его плоть. Настроение было игривое, честно говоря, хотелось побеситься.

- Вит, это не смешно, – сказал он и немного отодвинулся.

- Тебе вчера утром было весело, - буркнул я и придвинулся к нему снова, упираясь попой в его пах.

- Считаешь? – он отодвинулся еще ближе к стене и опрокинул меня на спину, тут же нависая надо мной.

Ответить мне не дали, вполне серьезные глаза Колина несколько секунд вглядывались в мое лицо, а потом он резко меня поцеловал. Я от удивления открыл рот, чем он не преминул воспользоваться и просунул в мой рот язык. Я замер, как мышь перед удавом, а Лин целовал меня, не останавливаясь, его язык ласкал меня, губы обжигали. Дрожь пробежала по телу и замерла в паху, я стал вырываться. Колин быстро отстранился и выжидательно посмотрел на меня.

- Смешно? – спросил он.

- Нет, - ответил я, а у самого сердце стучало где-то в горле, и руки дрожали.

- Мне тоже, - Колин поднялся с кровати и отправился в ванну.

Я же остался в кровати переваривать то, что произошло. Я, конечно, в своей разгильдяйской жизни с парнем не только целовался, но и спал. Был когда-то интерес, я его удовлетворил. Сказать, что это чем-то отличается от анального секса с девушкой, не могу. А наоборот я не пробовал, так что попа моя так и осталась неприкосновенной. Но для меня оказалось шоком то, что один простой поцелуй вызовет столько эмоций. Когда Колин меня целовал, я чувствовал удивление, негодование, немного злился, но в тоже время мне было приятно, я словно мысленно тянулся быть к нему ближе. Хрень какая-то. Я тряхнул головой и прошлепал в ванну, так как Колин ее уже освободил и гремел посудой на кухне, видимо готовил завтрак.

День прошел в какой-то ленивой обстановке. После завтрака мы с Колином вернулись в кровать и включили телевизор. На улице лил дождь, гулять в такую погоду желания не было никакого. О планах он мне ничего не говорил, а когда я поинтересовался, то сказал, что все решим завтра, когда приедет Петер. Нужно больше информации. Так мы провалялись до вечера. Около шести часов я стал собираться на ужин к матери.

- Ты куда собрался? – спросил Колин, когда я уже стоял в прихожей и обувался.

- К маме. Заодно и с дядей Лешй поговорю, есть у меня к нему вопросы, - нахмурился я, надел пальто и, не прощаясь, выскользнул за дверь.

У мамы вкусно пахло мясным блюдом. Наверняка, она приготовила гуляш. Ням, это очень вкусно.

- Привет мам, - я вошел на кухню и поцеловал маму в щеку.

Хочу заметить, она выглядела намного лучше, чем когда я видел ее в последний раз. Не было красных глаз и страшных синяков под ними. К ней вернулся прежний здоровый цвет лица, она была красивой и ухоженной, такой, как я привык ее видеть всегда.

- Привет. Садись, сейчас Алексей придет, и будем ужинать.

Я подошел к окну, одернул легкую занавеску. Двор было плохо видно из-за того, что на улице было темно, а на кухне горел яркий свет. Но в свете уличного фонаря я разглядел очертания машины дяди Леши. Он парковался на свободное место под окнами квартиры.

- Мам, а что у вас с дядей Лешей? - не удержался и спросил я.

- Трудно сказать, Витор, - мама села на стул и грустно посмотрела на меня, - еще слишком мало времени прошло после…, - ее голос дрогнул, и я поспешил сменить тему.

- Мам, вы надолго в Англию?

- Думаю, что да.

- Тогда я поживу здесь? – не знаю, зачем я задал этот вопрос.

- Конечно! – всплеснула руками она, - Почему ты спрашиваешь…

- Возможно не один…- добавил я.

- Как? – удивилась мама и подошла к плите, помешивая ложкой что-то в большом сотейнике, - А как же Настя и…

- Нет, мам, я с другом.

- А-а-а…

- Привет всем! – раздался из коридора голос дяди Леши.

- Привет, - мама вышла встретить его, а я сел за стол.

За ужином мы обсудили их предстоящие планы. По всему выходило, что они уезжают сейчас на полгода, потом вернуться на некоторое время, дядя Леша хотел продать свой бизнес, который еще остался в Москве, а потом они планировали вновь уехать. Возможно, уже насовсем. Трудно сказать, как я к этому отнесся, мама права, прошло еще слишком мало времени. Поживем, увидим.

После ужина я увел дядю Лешу покурить на лестничную клетку. Все вопросы уже давно сформировались в моей голове, осталось их только озвучить и обдумать его ответы.

- Что связывало папу и Константина Лаверндова? – спросил я, прикуривая.

- Э-э-э, - дядя Леша смотрел на меня, решая говорить или нет мне всей правды.

- Я хочу все знать, - поторопил я его.

- Твой папа, - он тяжело вздохнул и взял у меня сигарету, - давно поигрывал, но даже я не представлял, что это перерастет в такие масштабы. Константин тоже появился в его жизни давно. Максим иногда говорил мне, что должен Косте, и что тот хочет какую-то часть его бизнеса. Но когда я предлагал свою помощь, только отмахивался и говорил, что все решит сам. Теперь я понимаю, почему он не соглашался….

- То есть этот Константин давно нацелился на папин бизнес? – теперь понятно, что он говорил, про несговорчивость папы.

- Да, очень давно, Вит, - он облокотился о выкрашенную в синий цвет стену.

- А он мог м-м-м, - я задумался, - поспособствовать смерти папы? – закончил я осторожно, внимательно смотря в лицо собеседника.

- Мог, - не задумываясь, ответил тот, - этот человек способен на все. С ним никто старается не связываться, но он один из влиятельнейших людей в столице, поэтому тяжело обойти его стороной.

- Ясно, - сказал я и затушил сигарету в пепельнице, которую я привез из какой-то поездки.

- Вит, - дядя Леша серьезно посмотрел на меня и тоже потушил сигарету, - ты только не вздумай с ним связываться.

- Хорошо, - ответил я, пряча глаза.

- Витор, я серьезно, - он поднял мою голову за подбородок и посмотрел мне в глаза, - пообещай, что не будешь лезть ни во что. Если тебе нужны деньги, я дам для того, чтобы ты начал свое дело.

- Обещаю, - произнес я, скрещивая пальцы за спиной. Детский жест, но мне было так легче врать, - и денег не надо, я сам себя обеспечу. Вы только о маме позаботьтесь, - попросил я.

- На счет этого не волнуйся, - он отпустил меня и улыбнулся, - со мной твоя мама не будет ни в чем нуждаться, а спустя некоторое время я верну улыбку на ее лицо.

- Спасибо, - поблагодарил я, и мы вернулись в квартиру.

На квартиру к Колину я вернулся уже за полночь. Всю дорогу я думал о том, что рассказал дядя Леша. Получалось, что Константин долго давил на моего отца, а когда понял, что пока он жив, ничего не добьется, легко и просто устранил его, а под удар еще и попала моя невеста.

- Ты чего такой задумчивый? – спросил Колин, я только сейчас заметил, что он все время, пока я, погруженный в свои мысли, медленно раздевался, стоял в коридоре и смотрел на меня.

- Твой проклятый дядька убил моего отца! – крикнул я.

- Вит, мне жаль, - он подошел ко мне и обнял.

Это было именно то, что нужно, чтобы успокоить меня. Я уткнулся в его плечо, и мы несколько минут стояли так. Потом пошли на кухню, где я привычно опустился на табуретку и закурил, а Колин, недовольно морщась, открыл форточку.

- Он давно хотел папин бизнес, - стал объяснять я, - а когда понял, что просто так ничего не получит…

- У меня была похожая ситуация, - поведал он мне и тоже сел за стол, ставя передо мной чашку чая, - только все случилось уже много лет назад.

- Руки чешутся отправить ублюдка на тот свет!

- Петер приедет утром, тогда решим, как поступить.

Когда мы ложились спать, я с замиранием сердца ждал, что же будет утром. Но оно наступило очень рано со звонком в дверь. В девять утра приехал Петер. Колин выбрался из кровати и открыл ему дверь. Я сделал вид, что сплю, надеясь в дальнейшем, и правда, уснуть. Но голоса на кухне не дали этого сделать. Я боялся пропустить что-то важное. Теперь месть стала делом номер один для меня не по причине того, что Константин оставил меня без средств к существованию, а из-за того, что он лишил меня отца. Мне стало плевать на то, какой он весь из себя опасный и на все предупреждения дяди Леши. Хотелось разорвать этого человека голыми руками.

Я вышел на кухню, где застал умопомрачительную картину. Петер, прижав Колина к стене, жадно его целовал. Я застыл при входе и открыл рот от удивления. Когда Колин увидел меня, то он резко оттолкнул немца от себя. Тот тоже посмотрел в мою сторону и оскалился. Улыбкой то, что было у него на лице не назовешь.

- Доброе утро, мальчик, - поприветствовал он меня.

- Угу, - больше слов не было.

Я зашел в ванну и стал плескать в лицо холодной водой. Эта картина выбила почву из-под ног, а к Петеру я стал испытывать что-то сродни ненависти. Я посмотрел в зеркало и решил побриться. Черная щетина уже изрядно отросла, ярко выделяясь на фоне бледной кожи.

Через полчаса я осторожно вернулся на кухню, опасаясь вновь увидеть то, что не предназначается для моих глаз. Но Петера уже не было. Колин сидел за столом, на котором стояли две тарелки с яичницей и две чашки кофе, он ждал меня.

- А где…?

- Уехал, вернется позже. Садись, завтракать будем.

Я сел за стол и уставился в тарелку, смотреть в глаза Колину я стеснялся.

- Вит, это все… - начал он, заметив мое смущение, - все сложно, - выдохнул он.

- Да я ничего не имею против, - шепотом сказал я, - просто думал, что ты по девушкам…

- Правильно думал, а Петер предпочитает парней, а точнее, меня.

- Вы вместе? – глупый разговор, это не мое дело, но мне важно было знать.

- Нет, - он сделал глоток кофе и посмотрел в окно, - но это то, что он хочет за свою помощь.

- Он хочет, чтобы ты с ним переспал?! – я даже вскочил от негодования.

- Сядь, - одернул меня Колин, - это мои проблемы, точнее я сам на это согласился.

- Это невозможно…- я внимательно смотрел на Лина, но не видел в его лице сожаления по этому поводу, лишь легкую грусть и обреченность.

- Возможно, - во мне поднялась огромная волна злости на этого Петера. Я не понимал, как так можно поступать с людьми, - это уже не впервые, когда-то давно я уже благодарил его таким образом за помощь, другой возможности видеть меня в своей постели у него нет.

- Колин, ты же не…

- Все, закрыли тему! – резко и грубо оборвал он меня.

- Угу, - но у меня появился другой вопрос, который слетел с языка, - А что тогда должен буду ему я?

- Ты? – он удивленно поднял брови.

- Я.

- Ничего, тебе помогаю я.

- Ок, что я буду должен тебе?

- Не переживай, таких расчетов между нами не будет, - он улыбнулся, - моя помощь тебе бескорыстна.

- С чего вдруг? – я уперся локтями в деревянный стол.

- Я так хочу, - было мне ответом.

Я положил в рот первый кусок яичницы, она показалась мне необычайно вкусной. Я даже зажмурился от удовольствия. Лин же ел быстро и думал о чем-то своем. Мне было трудно понять, как можно согласиться на такое. Наверно, надо очень любить свое дело. Я бы на его месте бросил бы все к чертям собачьим и устроился работать среднестатистическим менеджером. Но кто я такой, чтобы судить его. Мне скорее стоит его уважать, за такую самоотверженность.

Я мотнул головой и выкинул эти мысли, неприятно было об этом думать. И еще я поймал себя на том, что ревную. Увидев их поцелуй, я невольно вспомнил, как Колин целовал меня, и мне стало противно, что его губ касается этот мужчина, хотелось оторвать его и выкинуть за порог.

- Не пыхти, - весело сказал Колин.

- Я не…

- Пыхтишь, как паровоз, - он встал и поставил грязные тарелки в раковину.

- Не пыхчу я! – я подошел и стукнул его кулаком в плечо.

- Пыхтишь…, - он стал надвигаться на меня, а я отступал, пока не уперся в стену, - Что тебе так противны отношения между мужчинами? - вдруг спросил он.

Мой ответ слушать не стал, а опять поцеловал меня, властно и сильно, прижав к стене, как некогда прижимал его Петер. Меня это вновь разозлило, и я стал остервенело отвечать на его поцелуй, злясь на то, что кто-то чужой посмел его трогать и заводясь одновременно. Мы жадно целовались, с трудом выхватывая необходимый для дыхания воздух, руки Колина забрались под футболку, гладя и царапая горячее тело. Я отлепил бедра от стены и вжался в его пах, он был возбужден так же, как и я. Я потерся об него и прикусил за губу, Колин резко подался вперед, вжимая меня в стенку, я даже затылком больно стукнулся, но поцелуй не разорвал. Его руки спустились ниже, сжимая мои ягодицы. От этой ласки я простонал ему в губы, Колин еще больше углубил поцелуй, хотя куда уж больше, он и так меня скоро съест. Черт, это что-то невообразимое, я так не могу больше, это слишком волнующе. Я уже скулил ему в губы от переполняющих эмоций. Вдруг Колин резко отстранился от меня, вероятно, подумав, что мы заигрались, и отошел к раковине.

- Мне не противны отношения между мужчинами, - зачем-то сказал я и ушел в комнату.

На кухне раздался звук льющейся воды, Колин все же решил помыть посуду. Звук бьющейся тарелки заставил меня подскочить на диване. Я вернулся на кухню. Колин собирал осколки.

- Вот черт! – воскликнул он, а на пол закапал кровь из порезанного пальца.

Я быстро подошел к нему, взял за руку, осмотрел палец на предмет нахождения там осколков, не обнаружил их, и в каком-то порыве сунул его палец себе в рот, слизывая кровь.

- Ты что делаешь? – дрожащим голосом спросил он.

- Кровь слизываю, - ответил я, вытащив его палец изо рта.

- Уйди отсюда! – рявкнул он.

Я обиделся и ушел обратно в комнату. Чего он орет, я же помочь хотел…

- Иди домой посуду, - Колин появился в комнате с заклеенным пластырем пальцем.

Я сделал вид, что не слышу его и продолжил переключать каналы. Колин сел рядом и отобрал пульт. Я отодвинулся от него и стал смотреть в потолок, делая вид, что мне очень интересно насколько качественно он побелен. Он развернул меня к себе и посмотрел в глаза. Его взгляд зеленых глаз был горячий и полный желания. И хотел он явно меня. Я сглотнул.

- Вит, не обижайся, - он провел рукой по щеке, - просто у меня давно никого не было…

- То есть если бы кто-то был, то ты бы не стал меня целовать?! – почему-то от его оправданий я только разозлился. Мне хотелось, чтобы этот человек желал конкретно меня, а не просто секса. Не знаю, по какой причине помутился мой рассудок…

- Вит…- он протянул ко мне руку. Я резко встал и ушел на кухню.

Включил воду и стал домывать посуду, осколки Колин сам собрал. Меня трясло от злости и неудовлетворенного желания, которое было очень острым. Захотелось вновь увидеть осколки на полу. Я швырнул чашку на плитку, она разлетелась вдребезги с громким звуком, а я стоял и смотрел на море осколков около моих ног.

- Не шевелись, - раздался голос Колина от двери. Я поднял голову и виновато посмотрел на него. Злость улеглась, желание все еще осталось, но уже не застилало мой мозг, понял, что сделал глупость. Боже, где мои терпение и уравновешенность?

Я стоял и смотрел, как Колин убирает осколки чашки, чувствуя свою вину все больше и больше.

- Прости, - прошептал я.

- Не бери в голову. Нам поговорить стоит, - сказал он, стряхивая мусор в ведро.

- Угу, - я домыл оставшуюся посуду и выключил воду.

Мы стояли друг напротив друга и молчали, не зная, как начать разговор и собственно о чем говорить, но то, что это надо сделать оба чувствовали достаточно остро. Напряженную обстановку разорвал мой мобильный телефон, который разразился трелью в комнате. Я сорвался с места и исчез в комнате. Схватил мобильник, номер был незнаком, но я снял трубку.

- Алло, - отозвался я.

- Привет, Вит, это Витя, - ответил голос из трубки.

- А-а-а, привет, - узнал я паренька.

- Давай встретимся сегодня, - предложил он.

- Давай, - у меня появился отличный повод смыться от Колина.

- Когда тебе удобно?

- Прямо сейчас! – не раздумывая выпалил я.

- Ок, через десять минут жду тебя во дворе.

- Уже иду, - я сбросил вызов и поспешил одеться и сбежать, разговоров с Колином расхотелось. Кроме того, я понимал, что нам опасно оставаться в одном помещении, все может непредсказуемо кончиться. Точнее предсказуемо, но к такому я был не готов. Поэтому быстро собрался и сбежал, не сказав Колину и слова. Думаю, что из моего телефонного разговора он и так понял, что я иду встречаться с приятелем.

Витю пришлось подождать несколько минут. Я стоял в центре двора и ежился от холодного ветра. Но на улице дышать сразу стало легче.

- Привет, Вит! – раздался голос парня.

- Привет! – я обернулся и обомлел. Передо мной стоял совсем другой человек.

Виктор не сутулился, а держал спину прямо, одет был с иголочки, можно смело размещать на обложке модного журнала, стрижку тоже сменил, а в темно-коричневых глазах плескалось веселье.

- Ты чего застыл? – спросил он, делая шаг ко мне и протягивая руку для пожатия.

- Ты изменился, - я пожал его ладонь.

- Ты тоже, - кивнул он, - но не в лучшую сторону. Ты чего такой потерянный.

- Трудно сказать, - ответил я и пошел потихоньку к шоссе, - много всего произошло.

- Ясно. Куда мы идем?

- Есть предложения? – спросил я, не зря же он мне звонил и звал прогуляться, значит, наверняка есть планы.

-Ага, пошли в бар, выпить хочется.

- А тебя не смущает, что сейчас около часа дня? – спросил я.

- Нет, а тебя?

- Нет.

- Тогда пошли?

- Ага, - я понял, что выпить хочется очень сильно, - ты почему не на учебе?

- Выходной, мама на работе, так что я свободен.

- Она все еще в обиде на тебя?

- Да, припоминает при каждом удобном случае, но пусть лучше так, чем будет знать правду.

Мы вышли к дороге, поймали машину, Витя назвал водителю адрес, я не слышал, так как сидел на заднем сидении. Через двадцать минут мы вышли около ресторанчика.

- Это хороший пивной ресторан, - пояснил мне Витя.

- Отлично, - мы вошли внутрь.

Заведение было довольно милым и уютным, оформлено в стиле шестидесятых, большие кожаные диванчики отделяют столы от посторонних глаз так, что создается впечатление уединенности, в помещении полумрак, мягко светят только настольные лампы. Мне здесь понравилось.

Администратор проводил нас за дальний столик, он не был рассчитан на большое количество людей, и нам вдвоем за ним оказалось очень комфортно. Я недавно завтракал, поэтому заказал только пиво, а Витя взял себе еще и пасту с белыми грибами. К тому же после того, что произошло между мной и Колином, кусок в горло не полез бы. Я снова задумался об утренних событиях, о губах Петера, который властно целовал моего Колина, волна ярости вновь поднялась, я скрипнул зубами.

- Вит, ты чего такой злой?

- А-а?

- Злишься чего? – переспросил он.

- Да есть один козел, который меня выводит.

- Этот тот, который сомнительный друг? – весело спросил он.

- Нет, его друг, еще более сомнительный, - мы рассмеялись.

- Сложно у вас все.

Мне было приятно общаться с Витей. Не смотря на то, что он немного младше меня, общих тем для разговора нашлось довольно много. Парень был интересный и увлекался разными вещами. Я изменил свое мнение о нем. Он интригующая личность, а не синий чулок, как я подумал изначально. Теперь в сочетании с вполне эффектной внешностью он стал очень видным парнем. Не зря девушки за соседним столиком временами бросали на нас заинтересованные взгляды, но нам было все равно. Мы пили хорошее пиво и увлеченно общались между собой. Спасибо Вите за то, что помог мне отвлечься от всех тревожащих меня мыслей. Время шло, один бокал пива сменял другой, а за ним третий и так далее, не заметили, как на улице стемнело. Мы с Витей уже были в изрядном подпитии, когда я вспомнил, что в кармане не так много денег.

- Может, пойдем? – смущенно предложил я, надеясь, что наличности хватит, чтобы рассчитаться за то, что уже мной выпито.

- Надоела моя компания? – обиженно ответил он вопросом на вопрос.

- Нет, что ты! – поспешил я разубедить парня, - Просто мы уже достаточно выпили и э-э-э, - замялся я, - у меня не так много денег с собой.

- Не переживай, я тебя пригласил, я и плачу, - заявил он.

- Но…

- Считай это маленькой платой за твою помощь, - не дал он мне и слова вставить.

- Хорошо, - тут же согласился я. Мне действительно не хотелось уходить, было спокойно, комфортно и уютно, кроме того на улице снова шел дождь, расчерчивая окна мокрыми дорожками.

Ушли мы из ресторанчика довольно поздно, и были пьяные в стельку. Я еле на ногах стоял, но еще и удерживал Витю за плечо, чтобы тот не упал. Мы медленно, не обращая внимания на лужи, брели к дороге. Из сосредоточенного на прямохождении состояния, меня отвлек мой мобильный, который начал постоянно пищать, сигнализируя о том, что мне приходят смс-сообщения. Я достал его из кармана пальто и пристально уставился в экран. Все смс говорили о том, что мне звонил Колин. Оказывается, мобильный не ловил все то время, что мы сидели в ресторане. Надо же? А я подумал, что никто меня просто не беспокоит. Я не стал перезванивать, решив, что все равно скоро буду дома, Витя уже поймал машину и, заплетающимся языком, договаривался с водителем о цене.

В машине я едва не уснул. В салоне было тепло, пахло сигаретным дымом и какой-то приятной сладостью. Иномарка быстро и плавно двигалась в сторону дома, а я дремал. Когда водитель резко затормозил около обочины, я проснулся и стал выбираться из машины. Дело оказалось сложным, практически невыполнимым. Я открыл дверь, свесил ноги, но никак не мог сделать последний рывок и оторвать свой зад от сиденья. Кроме того я боялся встать на ноги, опасаясь, что просто не удержусь на них и свалюсь в лужу. На то, что я опустил в нее ноги, мне было плевать, туфли и так промокли насквозь, а вот намочить еще и одежду, не хотелось. Так я и сидел, собираясь с силами, пока Витя расплачивался. Потом меня резко дернули и вытащили из теплого салона, холодный ветер тут же забрался под одежду, я распахнул глаза, которые почему-то были, все это время закрыты, и тут же попал в омут зеленых глаз Колина. Он то и вытащил меня из машины, дернув за отвороты пальто. Так он меня за них и держал, внимательно всматриваясь в мое лицо, и пытался понять, устою я самостоятельно на ногах, или нет.

- Нет, - ответил я на его немой вопрос.

- Второго забери, - бросил он куда-то в темноту и обхватил меня за талию, закидывая мою руку себе на плечо.

 Я краем глаза заметил, что Петер проделал те же манипуляции с Витей, и они дружно потащили нас в сторону дома. Мне было все равно, что меня практически несет Колин, я так захотел спать, что перестал перебирать ногами и снова закрыл глаза. Колин тряхнул меня, пытаясь разбудить, но я лишь что-то промычал в ответ и глаза не открыл. Потом почувствовал, как мои ноги оторвались от земли, а крепкие руки прижали к себе. Я устроил голову у Колина на плече и засопел ему в шею. Словно так и надо.

Проснулся я в кровати в квартире Колина. С кухни раздавались голоса и смех. Я с трудом разлепил веки. Яркий солнечный свет ударил в глаза, и я тут же закрыл их обратно, сворачиваясь клубочком. Надо же, вчера дождь лил, а сегодня вон, как солнце светит. Я полежал еще минут десять, но громкое урчание желудка и сильное чувство голода заставили отодвинуть назад похмелье и подняться с кровати.

Я пришел на кухню. Там было очень многолюдно. Витя и Петер сидели за столом, и пили кофе, Колин стоял у плиты и готовил что-то умопомрачительно вкусное. От запаха у меня потекли слюнки.

- Доброе утро, - выдавил я из себя и заглянул Лину через плечо.

- И тебе! – весело ответил Витя, Колин лишь недовольно посмотрел на меня, а Петер вообще проигнорировал, все его внимание было сосредоточено на Витьке.

- Ты как? – спросил я у Вити, так как остальным не было до меня никакого дела.

- Отлично, выспался! – сообщил он, - Мама только сердиться на то, что я дома не ночевал. Но мне кажется, - он задумчиво закусил губу, - что она даже рада, что я так изменился, а ругается для порядка.

- Это хорошо! – сказал я, хотел еще что-то добавить, но Колин схватил меня за руку и потащил обратно в комнату.

- Ты сдурел? – спросил я, вырывая руку из его железной хватки.

- Ты зачем вчера телефон выключил? – он начал медленно надвигаться на меня. Выглядело устрашающе, так как Колин был злой, - Куда пошел не сказал, - продолжал он, - пропал на весь день! Соображаешь вообще?!

- А ты что мне мама, чтобы я перед тобой отчитывался? – в ответ завелся я. Мне было плохо, меня мучило похмелье, я хотел в душ, пить и есть, а он ко мне с глупыми претензиями лезет.

- Нет, но ты со мной живешь и должен…

- Могу не жить! – перебил я его, схватил свои вещи и направился на выход из комнаты.

- Стоять! – резко окрикнул он.

Я замер на месте, дверь на кухню с грохотом закрылась, видимо ребята решили не слушать наших разборок.

Колин быстро подошел ко мне, одним рывком развернул на сто восемьдесят градусов. Я оказался к нему лицом и, невольно, стал его изучать. Колин красивый, даже когда злиться. Глаза горят, губы сомкнуты в тонкую линию, я опустил взгляд, руки он сжал в кулаки. Ударит что ли? – пролетела мысль у меня в голове. Не ударил, быстро прижал к себе рукой и впился в мой рот. Я стал отпихивать его от себя, упираясь руками в плечи, но легче было сдвинуть гору, Колин только крепче прижал меня к себе и стал целовать еще более настойчиво. Через некоторое время я сам стал отвечать на поцелуй, а руки с плеч переместились на шею и крепко обняли в ответ. Мы страстно целовались, выливая свои эмоции в поцелуе. Колин медленно двигал меня к кровати, а потом ловко опрокинул на нее, устраиваясь сверху. Поцелуй он не разорвал, руки гуляли по моему голому телу. Прикосновение его ладоней дарило тепло, мне было приятно, и я не спешил вырываться до тех пор, пока его рука не оказалась на моем паху, поглаживая через ткань трусов твердый член. Я дернулся и попытался вырваться из-под него, но Колин сжал плоть сильнее, это вырвало мой стон. Он еще немного поласкал меня рукой и отстранился, выпуская меня.

- Еще одна такая выходка, и я не остановлюсь, понял? – он внимательно посмотрел на меня.

- Угу, - ошарашенно кивнул я.

- Теперь быстро в душ и завтракать! – скомандовал он и поднялся.

Его домашние штаны сильно оттопыривались области паха, я понял, что не один я так реагирую на эти…что эти, сложно сказать, ласки, поцелуи, да, но ведь есть еще что-то…

Я тоже встал, захватил чистое полотенце и направился в ванну. Напряжение опять пришлось снимать рукой. Несколько движений по напряженному стволу и я тихонько простонал себе в руку, а на дно ванной падали белые капли моей спермы.

После душа, меня немного отпустило, но я бы не отказался от бутылки холодного пива, тогда жизнь стала бы куда легче. Я потер виски, замотался в полотенце и вышел в нем из ванной, так как одежду прихватить с собой забыл.

Дверь на кухню уже была нараспашку, я поймал на себе изучающий взгляд Петера, он пристально меня разглядывал, а когда встретился со мной глазами, усмехнулся. Наверняка, каким-то своим нехорошим мыслям. Не мог я положительно воспринимать этого мужчину, даже не смотря на то, что он нам помогал. Точнее из-за этого и не мог, потому что теперь знал, каким способом Колин будет расплачиваться за эту помощь. Я стиснул зубы и бросил на него испепеляющий взгляд, за что получил снисходительную улыбку. Создавалось впечатление, что он мои мысли читает.

Я прошел в комнату, быстро оделся и вернулся на кухню. Вовремя. Колин как раз раскладывал завтрак, а точнее вчерашний ужин, который никто не ел, по тарелкам. Итак, на завтрак у нас были котлеты с картофельным пюре, я подобрал слюну и уселся на свое место за столом. Так как нас было много, пришлось потесниться. Я сидел зажатый между Витей и Колином. Последний, как только я сел рядом, как ни в чем не бывало, положил руку мне на колено и слегка сжал. По телу пронеслись мурашки и замерли в паху. Да что это такое?! Что за реакция?! Так я скоро пересплю с ним. Хотя-я-я, почему бы и нет. Раз у нас валюта «натуральная», то может мне тоже его таки образом отблагодарить. Я еще немного погонял эту мысль в голове, и понял, что собственно ничего не имею против. Разнообразный сексуальный опыт еще никого до плохого не доводил. А вот предстоящий секс Колина с Петером, меня злил. Доводил до ярости. Не хочу думать, что эта банальная ревность, но очень похоже на то.

- Значит, вы тут недоброе замышляете? – вырвал меня из рассуждения голос Вити. Так, а он откуда знает? Кто ему уже все рассказал? Не хватало еще парня в наши разборки втягивать, он же непременно захочет помочь.

- Можно и так сказать, - ответил Петер и провел рукой по голове мальчишки, взъерошивая его волосы.

- Мы вчера прикинули план действий, - сообщил мне Лин.

- И что же вы решили? – мне уже не терпелось перейти к самим действиям, но сначала нам необходимо все продумать.

От лица Виктора.

Когда я насчитал водителю нужную сумму, меня резко выдернули из машины и поволокли куда-то в сторону. Я понял, что это не Вит, человек был выше его и крупнее, лицо незнакомца скрывала темнота улицы. На меня накатил страх, все же воспоминания того злополучного вечера были еще слишком свежи и я ни один раз просыпался от ночных кошмаров. Я задергался, пытаясь вырваться, но крепкую хватку не разорвать. Я уже хотел орать во всю мощь моих легких, когда повернул голову и увидел, как Вита на руках несет какой-то мужчина, а тот мирно посапывает у него на плече. Значит, это его сомнительные друзья. Я глупо хихикнул, чем привлек внимание моего провожатого. Он повернулся в мою сторону. Дальше, словно время замерло на месте и мы вместе с ним. Я попал в голубые озера его глаз, сердце в груди кольнуло, все сжалось в тугую пружину так, что стало трудно дышать. Я смотрел на него, не отрывая глаз и открыв рот, словно он единственное чудо света.

- Дыши, - сказал он твердым, грудным голосом, а я понимал, что просто не могу сделать вдох. Мне казалось, что если я вдохну воздуха, то мое наваждение исчезнет и не вернется никогда, а мне так не хотелось его опускать.

Дальше произошло что-то вообще нереальное. Мое чудо меня поцеловало, сначала осторожно, а потом все сильнее и сильнее. Его теплый язык ласкал мой, я тоже отмер и стал отвечать. Когда он слегка прикусил меня за губу, я пришел в себя, понял, что целуюсь, ВНИМАНИЕ, с незнакомым МУЖЧИНОЙ! Отпрыгнул от него и, наконец, сделал вдох. Легкие болели, как когда надолго задерживаешь воздух и ныряешь на глубину океана. Он засмеялся и поспешил догнать того, кто нес Витора. Я почему-то, как привязанный последовал за ними, хотя меня никто не звал. Мы зашли в дом, поднялись на лифте на восьмой этаж и оказались в небольшой однокомнатной квартире. Здесь царил бардак. Видимо, кто-то был не в духе, иначе, зачем, устраивать такой беспорядок.

Второй мужчина, на вид ему было лет тридцать, бережно уложил Витора на разобранный диван, аккуратно, чтобы не потревожить его сон, раздел. Я все это время стоял в коридоре, не зная, куда себя деть.

- Раздевайся, - прозвучал голос моего чуда, - там ванна, если надо, и ложись с Витором спать. Алкоголики, - тепло улыбнулся он.

Я не стал дожидаться, пока меня попросят еще раз, или еще хуже, выгонят. Разделся, написал маме смс, о том, что не приду ночевать и скрылся в ванной. Принял душ, и, вспомнив, что не попросил полотенце, вытерся тем, что висело на крючке. Не стал одеваться и в одних трусах прошел в спальню и завалился под бок Витору, спать хотелось очень сильно. Мужчины сидели на кухне и о чем-то тихо спорили. Не стал ничего говорить, познакомиться можно и утром. Уже засыпая, обратил внимание на то, что кровать в комнате только одна и заняли ее мы с Витом. Где будут спать те двое? Хотя, какая разница, гостям все самое лучшее, законы гостеприимства еще никто не отменял. На этой ноте я и уснул.

Проснулся рано, на часах было восемь утра. Привычка вставать в институт к первой паре. На экране телефона горел конвертик, я прочитал смски, он были от мамы, где она обещала мне все муки ада за то, что не пришел домой. Я лишь усмехнулся. Тот случай, и шоковая терапия Вита очень сильно изменили мое мировоззрение, и я решил все кардинально поменять в моей жизни. Не думаю, что мама сильно расстраивается из-за этого. Она сама не однократно пыталась наставить меня на путь истинный. Такой сын-тихоня ее пугал. Я оглядел комнату, она была большой и светлой, робкие лучи солнышка проникали сквозь тонкий тюль, занавесок на окнах не было. На полу, на ковре валялись две подушки, плед и одеяло. Видимо, хозяева ночевали там. На стуле висела моя одежда, которую я, между прочим, забыл вчера в ванной. Я потянулся, немного потревожив, Вита, он спал на моем плече, и встал с кровати. Оделся и пошел на кухню. Мужчины уже не спали. Стоило мне только появиться в дверном проеме, как две пары глаз уставились на меня, но волновал меня только взгляд моего незнакомца.

- Привет, - смущенно улыбнулся я, хотелось броситься к нему на шею и поцеловать. Не знаю почему, но меня словно магнитом тянуло к этому человеку.

- Привет. Меня Петер зовут, - произнес ОН, с легким акцентом.

- Колин, - сказал второй. Да, что такое?! Что тут за сборище людей со странными именами?

- Витя, - представился я и не удержался от мысленного вопроса, - Почему у вас такие имена странные?

Они дружно рассмеялись.

- Мы не русские, - сказал Петер.

- За себя говори, - толкнул его второй.

- А-а-а? – я не мог озвучить свой вопрос.

- Я немец, - пояснил Петер. Хотя, можно было и догадаться. И по имени, и по его внешнему виду. Мужчина был натуральным блондином и обладателем ярких светло-голубых глаз. М-м-м, какой он красивый. Блин, так и ориентацию недолго сменить. Впрочем, гулять, так гулять!

- А что вы тут делаете? – задал я очередной глупый вопрос, присаживаясь напротив Петера.

Колин стал что-то колдовать около плиты и не обращал на нас внимания. А Петер подвергся моему допросу. Ну, было мне интересно, и что?

- Проблемы решаем, - ответил он, оторвавшись на некоторое время от пристального разглядывания меня.

- А какие? – ну не дурак ли я?

- Серьезные, - он вновь стал меня изучать, меня это смущало, от чего щеки горели, сто процентов, что я красный, как помидор.

- Очень?

- Будем совершать ограбление века, - он облизнулся, а меня эта картина привела в какой-то восторг, хочу опять почувствовать его язык у себя во рту.

- Вы воры? – любопытство переселило желание его поцеловать. Хотя, ответ мало бы что изменил, они мне понравились. Оба. Тот, который Колин, был явно близок Виту, очень уж он бережно с ним обращался. Уверен, что это его друг, который не любит, когда Вит курит.

- Нет, - рассмеялся Петер, - но придется немного нарушить закон, чтобы восторжествовала справедливость, - он опять провел языком по верхней губе.

Все, я хочу его поцеловать. Я быстро наклонился к нему, перегибаясь через стол, и прикоснулся к губам, надеясь, что тот не отстраниться. Он не отодвинулся, а наоборот, положил свою руку мне на затылок и притянул еще ближе, углубляя поцелуй.

- Вау! – разъединил нас возглас Колина, который отвернулся от плиты, чтобы поставить перед нами две чашки кофе.

Я смущенно потупился и стал изучать пол, Петер же наоборот улыбнулся другу и поднял палец вверх, показывая, что очень чему-то рад. Запах бодрящего напитка, заставил оторваться от созерцания пола, схватить чашку и с удовольствием сделать глоток. Петер внимательно наблюдал за мной, его глаза выражали сильную заинтересованность в моей персоне. Но как так может быть? Как может такой мужчина быть хм…нестандартной ориентации. А почему он тогда меня целует и смотрит так, что становиться горячо, а в штанах тесно. Ой-ей, я попал.

Мы пили кофе, болтали, утро было приятным по всем параметрам. После первой чашки кофе я попросил еще. Колин сварил мне и другу. Кофе у него получался потрясающий. Спасибо, что сварил, а не налил растворимого, банку которого я заметил на полке. Когда я хотел сделать еще глоток божественного напитка, на кухне появился заспанный Витор. Обозрев нас, он поздоровался и подошел к Колину, проверяя, что там так пахнет на плите. Но никто, кроме меня на его приветствие не ответил. Вит, не расстроился или не показал, что расстроился, из-за того, что никто кроме меня не обращает на него внимания, и между нами стал завязываться разговор. Но Колин резко схватил Вита за руку и потащил в комнату. Оттуда послышался разговор на повышенных тонах. Петер снисходительно улыбнулся, глядя на дверь и закрыл ее. После чего подошел ко мне и наклонился, чтобы поцеловать. Я решил встать, в итоге мы стукнулись лбами и рассмеялись. Петер был явно прилично старше меня, но сейчас казался совсем мальчишкой. Потом последовали поцелуи, нежные, страстные, быстры и тягучие, Петер не остановился только на моих губах, спустился ниже на шею, покусывая и тут же зализывая место укуса. Я плавился в его руках, но не стоило забывать, где мы. Петер, видимо, подумал о том же самом, и отстранился от меня, грустно вздохнув.

- Будешь со мной? – хрипло спросил он.

- Э-э-э, - замялся я, - ты мне встречаться предлагаешь?

- Да, - Петер гипнотизировал меня взглядом.

- Но я не…никогда, - черт, как ему сказать, - с парнями…

- Я понял, - прервал он мои мучения, - подумай, - он отпустил мои руки.

- Я согласен! – выпалил я на одном дыхании, слишком боясь, что второго предложения не получу.

- Я не буду тебя торопить, - пообещал он и чмокнул меня в макушку.

Мы только вернулись на свои места, и на кухне появился возбужденный и довольный Колин, он даже не пытался прикрыться. Это получается у них с Витом…э-э-э... больше чем дружба, что ли? Я очень удивился, но не подал виду. Это не мое дело, мое сидит напротив. Петер пристально смотрел на Колина и о чем-то думал, постукивая пальцами по столу. Потом он перевел взгляд на Вита, который только что вышел из ванной в одном полотенце. Вит зло смотрел на Петера, а тот как-то понимающе улыбнулся. Вит скрылся в комнате, а нам пришлось потесниться, когда Колин начал накрывать на стол, так как он был небольшим. Я придвинулся ближе к Петеру, рядом сел Витор, который вернулся одетый, а слева от Вита сел Колин и тут же сунул руку под стол. Судя, по порозовевшим щекам Вита, он явно ее не просто так туда убрал.

- Значит, вы тут недоброе замышляете? – спросил я, чтобы завязать разговор.

- Можно и так сказать, - ответил Петер и провел рукой по моей голове, взъерошивая волосы.

- Мы вчера прикинули план действий, - сказал Колин.

- И что же вы решили? – Вит явно уже был в нетерпении все узнать и приступить к выполнению плана, он даже слегка подпрыгнул на месте. Я улыбнулся и стал прислушиваться к разговору, мне тоже была интересна их авантюра, и я не прочь был в ней поучаствовать.

- Думаю, что в наших силах вернуть тебе, Вит, - короткий взгляд на Витора, - то, что у тебя отняли, а Колину выдать аванс за возможные потери в будущем, - Петер говорил вполне серьезно, но я пока не понимал, о чем речь.

- Каким образом? – спросил Вит, видимо не я один пока ничего не понимал.

- Простым, мы не сможем здесь убрать этого человека, - пояснял Петер, - но можем лишить его денег.

- Мы что будем грабить банк, где он деньги хранит? – удивился Вит, а Колин тихонько заржал и почти уткнулся в свою тарелку.

- Что-то типа того, - скривился Петер от такой бурной реакции.

- Вы что, рехнулись?! – Вит был в шоке, - Тоже мне одиннадцать друзей Оушена!

- Помолчи и послушай! – разозлился Петер, - Часть денег действительно разбросана по разным банкам, как европейским, так и российским. Снять их со счетов, в принципе, не сложно.

- Ага, придем в банк и снимем, - недоверчиво хмыкнул Вит.

- Да замолкнешь ты или нет? – прошипел Петер, за что был удостоен угрожающего взгляда от Колина, но Вит заткнулся. – Придем в банк и снимем, - продолжил Петер,- но не мы, а мои люди. В Европе это не составит труда, им придется лишь прокатиться с «экскурсией» по городам, где есть банкоматы соответствующих банков.

- О самом главном забыл, - подал голос Колин и стал убирать со стола, мы уже поели и теперь затаив дыхание слушали Петера.

- Не забыл, а не дошел еще. Только нам нужны банковские карты, - продолжил Петер и притянул меня ближе к себе. Надо было видеть лицо Витора в этот момент, я заулыбался, скрывая дикий ржач, - сделать карты можно, но для этого нужны данные о банковских счетах.

- О, это можно! – оживился я. Я вспомнил про Вовку, который очень увлекается, взламываем банковских баз. Он не ворует, нет, просто так ради удовольствия это делает, - у меня друг базы банков как орехи щелкает, - поведал я, откидываясь на грудь Петера, он обнял меня и скрестил руки у меня на животе.

- Ты чего так смотришь на них? – спросил Колин у Вита, - Тоже так хочешь?

- Да-а, - ответил Вит голосом, с которым хорошо в сексе по телефону работать, заводит моментально. Колин даже подавился, бедный, а Вит заржал и закурил.

- Ну, так вот, - продолжил я, - если у него еще нет тех, что нам нужны, то за определенную плату он нам их достанет.

- Отлично, - выдохнул мне в макушку Петер, - у меня не так много связей здесь и не всеми ими можно воспользоваться в такой ситуации, а твой друг отличный выход.

- Еще один вариант, как можно подорвать финансовое благосостояние Константина - это перехватить деньги, вырученные в подпольных казино, - я немного отодвинулся от Петера и взял у Вита сигарету, Колина перекосило и он открыл форточку, впуская в теплое помещение свежего холодного воздуха. А Петер продолжил рассказывать о дальнейших планах, - Как мне удалось узнать, двадцать девятого числа каждого месяца машина, замаскированная под инкассаторскую, объезжает все казино в Москве и собирает выручку, потом она направляется за город с этими деньгами. Перехватить ее сложно, но можно.

- Как ты себе это представляешь? – вновь недоверчиво спросил Витор. Почему он вечно к Петеру цепляется, почему между ними такие натянутые отношения? – Мы добудем автоматы «Калашникова» и нападем на эту машину? Да нас там перестреляют, как котят, не думаю, что у этой машинки охраны нет…

- В этом ты прав, охрана есть, - Петер словно не замечал злого тона Вита, - Поэтому мы поступим хитро, позже расскажу как, а сейчас нам пора, - он поднялся и потянул меня за руку к выходу.

Пока мы одевались, Вит с Колином стояли в коридоре и молча смотрели на нас. Я видел, что Вит хочет задать мне много вопросов по поводу наших отношений с Петером. Он, вероятно, не ожидал от меня такого. А я что могу сделать, я сам не ожидал, но влюбился, вот так просто с первого взгляда. Но изливать другу душу я буду потом, когда мы будем с ним вдвоем. Петеру я пока о своих чувствах сказать не готов, да и вообще ко многому не готов, но что будет, то будет позже. Сейчас же мы попрощались и направились в сторону моего дома.

- Что это было? – спросил я, поворачиваясь к Колину.

- По-моему все очевидно, - сказал он и завалился на диван.

- Витя, он не гей, - сообщил я.

- А ты так хорошо знаешь этого парня? – Колин сладко потянулся и похлопал по месту на диване возле него.

- Трудно сказать, иногда мне кажется, что знаю его всю жизнь, хотя познакомились мы не так давно, - я поморщился, вспоминая при каких обстоятельствах, произошло наше знакомство.

- Да, он легко сходится с людьми и парень хороший. Ты ляжешь уже или так и будешь в дверях стоять? – я лег рядом, Колин включил телевизор и стал переключать каналы.

- Слушай, а если Петер теперь с Витей, то он отстанет от тебя? – пришла мне мысль в голову.

- Думаю, да! – радостно сказал Колин и лег на бок, поворачиваясь ко мне лицом.

- Тогда счастья им.

- А ты так переживаешь из-за этого? – тихо спросил Колин.

- Да, - не стал врать я.

- М-м-м, мне приятно, - сказал он и бережно коснулся моих губ.

Я ответил со страстью, которой сам от себя не ожидал, руки сами по себе обняли Лина, я прижался к нему всем телом и тихонько простонал в губы, углубляя поцелуй и сплетаясь с ним языками. Колин, кажется, обрадовался этому и тоже прижал меня к себе. Спустя некоторое время обжигающих поцелуев и неторопливых ласк, я лежал под Колином в одних трусах. Его руки скользили по мне, изучая тело и даря тепло и нежность. Губы Лина переместились с губ на шею, а потом все ниже и ниже, оставляя на моей коже мокрую дорожку. Как же я его хотел, желание скручивало низ живота, заставляя выгибаться под его руками и тихонько поскуливать, сдерживая похотливые стоны. Его зубы прикусили сосок, потом он начал играться с ним языком, я задрожал, с трудом сдерживаясь. Мои руки исследовали его тело под футболкой, но она мне очень мешала, хотелось чувствовать его голую кожу. Я потянул мешающую деталь гардероба вверх, Колин понял, что я хочу сделать, оторвался от меня и рывком снял футболку, обнажая великолепную фигуру. Он окинул меня взглядом, я же пристально всматривался в темно-зеленые глаза, не знаю, что я там хотел увидеть, но я просто тонул в них. Колин поднялся и снял штаны, так же как и я, оставаясь в одном нижнем белье. Он наклонился ко мне и снова поцеловал в губы. Я обхватил его шею руками и дернул на себя, вынуждая накрыть мое разгоряченное тело целиком. Он устроился между моих ног, слегка потираясь пахом о мой твердый член, мы снова стали целоваться, Колин взял меня за руки, переплетая пальцы. Столько я не целовался никогда и ни с кем. Губы уже горели от поцелуев, кожу пощипывало от щетины, но безумство только нарастало с каждой новой лаской, с каждым прикосновением. Я не обратил внимания, когда Колин стащил с меня боксеры, но когда его мокрый палец оказался в анусе, меня словно ведром холодной воды окатили.

- Колин, нет, - четко сказал я и уперся руками в его плечи, отстраняя от себя.

- Что нет? – не понял он, глаза были мутноватыми от страсти, я смотрел в них и понимал, что он может и не остановиться. А я, не смотря на всю сжигающую меня страсть и на принятое мной решение, еще не был к такому готов.

- Хватит, - пояснил я.

- Издеваешься? – грустно спросил он.

- И над собой тоже, - кивнул я на свой, стоящий колом, член.

- Вит, - хрипло произнес он и пошевелил пальцем, который был все еще внутри меня, - малыш, все будет хорошо, - он немного вытащил палец и вновь окунул его вглубь моего тела. Я закусил губу, чтобы не застонать, эта ласка мне была приятна, но размер его члена многократно превышает размер пальца и эту штуку я не готов впустить внутрь, - будет лишь немного больно.

- Колин, - я собрал последние силы, чтобы еще раз попытаться остановить его, - ты спал с Петером. Думаю, он тоже был осторожен. Было у тебя потом желание пробовать это еще раз?

- Нет, - отстраненно произнес он, поднялся, оделся и исчез из комнаты.

Через некоторое время я услышал, как хлопнула входная дверь. Бля, зря я про Петера вспомнил. Видно, что ему не слишком приятно вспоминать тот эпизод в жизни. А я, я остался лежать обнаженный и возбужденный на кровати. Но желание вскоре схлынуло, его вытеснило чувство вселенской обиды. Хотя, обижаться я должен только на себя, но сердце все равно предательски ныло и болело в груди. Я встал и пошел в ванну, если бы остался лежать дальше, то заревел бы как отвергнутая девчонка.

Я принял контрастный душ, немного пришел в себя, но в груди продолжало щемить. Я посмотрел на себя в зеркало, на шее и груди остались засосы и следы от его зубов. Я обмотал полотенце вокруг бедер, сел на табуретку в кухне, предварительно открыв форточку, и закурил. Тоска навалилась, окрашивая все в серые тона. Колин до сих пор не вернулся, я хотел позвонить ему, но так и не решился набрать номер.

Я оделся, послонялся по квартире и лег спать, потому что чувствовал себя вымотанным и уставшим. Проснулся, когда в квартире было темно и тихо, я дотянулся до телефона. Время было около трех часов ночи.

- Колин! – повал я, а в ответ тишина.

Я встал, прошел на кухню, там пропажи не обнаружилось, выпил стакан воды из-под крана, покурил и вернулся в кровать. Но уснуть так и не смог, все время ожидая звук открывающейся двери, который так и не услышал. Под утро меня все же сморил сон.

Проснулся я поздно, Колина все так же не было. Есть не хотелось, я сделал себе чашку кофе и сидел на кухне, гипнотизируя ее взглядом. Не знаю, сколько я так просидел, о чем думал, не помню, кофе остыл. Я вылил его в раковину и заварил еще. Как только опустился на табуретку, входная дверь открылась, Колин вернулся. Я обрадовался и с глупой улыбкой выскочил в коридор. Колин был уставший и мокрый, на улице вновь шел дождь.

- Привет, - сказал я, но он промолчал, - Колин, где ты был? – решил наехать я на него.

Он поднял на меня злые глаза и опять промолчал, разделся, прошел в комнату, я последовал за ним.

- Ты где был, я спрашиваю! – я схватил его за руку.

- Витор, отвали, - устало сказал он и упал на кровать, - я спать хочу, потом поговорим.

Уснул он просто мгновенно. Вот только закрылись его глаза, и тут же послышалось ровное и глубокое дыхание. Я сел рядом с ним, разглядывая красивое лицо, откинул темно-русую челку. Плохое настроение вновь вернулось. Тоска грызла изнутри. Нет, находиться сейчас рядом с ним я не могу. Я ушел на кухню и набрал номер Вити. Он долго не брал трубку, я уже хотел сбросить вызов, когда услышал его радостное «Алло».

- Привет. Ты занят?

- Привет, Вит, я сейчас из института еду, - сообщил он.

- Давай встретимся.

- Давай, можешь дождаться меня на остановке, буду минут через пятнадцать.

- Хорошо, выхожу, - сообщил я и сбросил вызов.

Я быстро оделся и выскочил на улицу. Дождь лил, как из ведра, зонта не было, поэтому до остановки я добирался бегом, надеясь, что у Вити зонт есть.

- Привет! – помахал мне рукой парень, вываливаясь из автобуса.

- Привет! – я пожал протянутую ладонь.

- Пойдем, выпьем, - предложил он.

- Пойдем, - быстро согласился я, и мы направились в сторону бара.

Народу было немного, мы легко нашли свободный столик, здесь было тепло и самое главное сухо. Мы заказали пиво и закурили.

- Ты хочешь у меня что-то спросить? – начал разговор он.

- Хочу, но не буду.

- Это правильно, я тебе все равно ничего не отвечу, сам пока не разобрался, - я усмехнулся.

- Но вы же вместе?

- Да.

- А как же секс? – задал я вопрос, который меня интересовал больше всего.

- Будет рано или поздно, - Витя пожал плечами, - Петер меня не торопит, но я сам хочу его, просто смелости пока не хватает. А ты чего такой печальный? – перевел он тему.

- Мне вот тоже смелости не хватило, - я не хотел ему ничего рассказывать, но кому, если не ему, он единственный друг.

- Значит у вас все серьезно?

- Не знаю, отношений у нас нет. Ладно, давай поговорим о другом, - сам себя не понимаю, надо сначала разобраться, а потом другим мозги засорять.

Официант в белой рубашке и черной жилетке принес нам пиво и чипсы к нему. Голод так и не проснулся, даже чипсов не хотелось, а вот нажраться - очень, но делать я этого не буду. Я осмотрел бар. Народу прибавилось, но свободные места все еще были. Кто-то пил пиво, общался, кто-то играл на бильярде, кто-то о чем-то увлеченно спорил. Жизнь шла своим чередом, а мне было грустно, даже веселая болтовня Вити не спасала. Мы посидели часа полтора, а потом пошли по домам.

Колин еще не проснулся, я разделся, бросил в себя пару кусков колбасы, так как живот уже начал болеть, но ему полезно иногда устраивать разгрузочные дни. Осторожно, чтобы не потревожить сон, забрался под бок к Колину, от тепла его тела успокоился и уснул. Проснулся снова среди ночи от холода, Колин спал на полу. Я быстро перебрался к нему, прижался к горячей спине и быстро провалился в сон. Завтра день отъезда мамы и дяди Леши, надо их проводить.

Я открыл глаза в десять часов утра, Колин уже шуршал на кухне, до меня доносились ароматы кофе и еды, желудок заурчал. Я улыбнулся, надеясь, что сегодня все наладиться, потянулся и поднялся. После ночи на полу тело болело, но я не обратил на это внимание, быстро материализовавшись на кухне.

- Доброе утро, - я подошел к Колину и обнял со спины.

- Доброе, - буркнул он, - садись, сейчас есть будем.

Я улыбнулся снова и сел за стол. Мне показалось, что он оттаял, но я ошибся. Колин с грохотом поставил передо мной тарелку с завтраком и сел напротив. У меня даже аппетит пропал, настолько отстраненным было его лицо. Ели молча.

После завтрака я стал собираться в аэропорт, Колин долго наблюдал за моими сборами.

- Ты маму провожать? – спросил он, когда я уже стоял в дверях.

- Да.

- Потом будешь жить в ее квартире?

- Да.

- Хорошо, - кивнул он себе и закрыл за мной дверь.

Я стоял на лестничной клетке и был готов зареветь от обиды. Это он меня так ненавязчиво выгнал? Я сглотнул ком в горле и нажал на кнопку лифта. Погода была под стать моему настроению, серая и холодная. Я приехал в аэропорт и встретился с мамой и дядей Лешей. Старался улыбаться и делать вид, что жизнь прекрасна, а у самого на душе кошки скребли. Мама отдала мне ключи от квартиры и объяснила, что где лежит. Потом я проводил их до погранконтроля, мы долго прощались, я обещал звонить и не пропадать надолго. Как только они подошли к кабинке, я развернулся и побрел в сторону выхода. На лицо вернулась кислая гримаса, теперь не было необходимости натянуто улыбаться. Я шел сквозь толпу улетающих и прилетающих людей, все куда-то торопились, у стоек регистраций выстраивались очереди, но меня это не касалось, я вышел из здания аэропорта, взял такси и поехал домой к маме.

Как только дверь квартиры закрылась за мной и отрезала от остального мира, я остро почувствовал свое одиночество. Я сел на пол в коридоре и слушал, как тикают часы в большой комнате. Тишина давила, сам не заметил, как по щекам побежали дорожки горячих слез. Смахнув их рукой, я резко поднялся, разделся и пошел в кухню. В холодильнике, как сказала мама, было полно продуктов. Теперь я злился. Злился на себя, на Колина, на всю ту фигню, которая произошла между нами и которой быть никак не должно. Сложившаяся ситуация выводила из себя. Я подогрел суп, который, кажется, не ел уже целую вечность и с удовольствием съел всю тарелку. От наших планов я отказываться не собирался. Жажда мести никуда не делась, значит, Колина так легко и просто я из своей жизни не вычеркну. Надо продумать, как себя с ним вести.

Я помыл посуду и пошел бродить по комнатам. Здесь нашлись кое-какие мои вещи, а еще мне оставили пятьдесят тысяч рублей. Этого вполне хватит, так что могу пока не появляться у Колина. Это хорошо, мне нужно время, чтобы разобраться в себе.

Глава 5.

«Мы всего лишь люди, пусть будет, как будет»

От лица Виктора.

На следующий день после встречи с Витом, Петер встретил меня около института, мы гуляли, не смотря на плохую погоду. Потом пообедали в кафе и направились в отель, где он остановился.

Предыдущим вечером я много думал: о нас с ним, о своих чувствах, о сексе… То, что Вит отказал Колину и очень об этом жалеет, подстегнуло меня. Я не хотел так же, как он, потом грустить и гневаться на весь мир. Если рано или поздно это произойдет, есть ли смысл тянуть. Если выбирать между тем, чтобы потерять Петера или переспать с ним, я без сомнений выбираю второй вариант. Так как за этот короткий срок уже понял, что не смогу без него.

Мы зашли в просторный светлый номер. Он состоял из двух частей, гостиной и спальни. В гостиной располагался удобный диван, телевизор и журнальный столик, на полу лежал бежевый ковер с пушистым ворсом. На стене висело зеркало в полный рост, над диваном две картины, стены тоже были светло-бежевые, что отлично контрастировало с тяжелыми плотными занавесками цвета горького шоколада. Отсюда также был выход на небольшой балкон. Петер сразу же открыл дверь, и комнату наполнил звук вечернего города. С потоком холодного воздуха в номер ворвались звуки машин, проносящихся по дороге, голоса и крики людей.

- Петер, а тот человек, которого вы хотите немного ограбить, - я хотел выяснить один вопрос. Петер мне рассказал всю предысторию, и теперь мне было кое-что непонятно, - он же все равно не отступится от того, что хочет получить от Колина, да и Вита ему не составит труда потом прижать. Зачем тогда все это затевается? Не проще киллера нанять?

- О-о-о, а ты боевиков пересмотрел? – рассмеялся он, сел на диван и положил ноги на журнальный столик.

- Нет, - обиделся я, - но я же прав?

- Прав, - кивнул он.

- Тогда зачем?

- Вопрос жизни этого человека я решу сам, - серьезно сказал он.

- То есть? – любопытство один из моих пороков…

- Вся эта авантюра - небольшой фарс, - он потер глаза и внимательно посмотрел на меня, я же сел рядом и приготовился внимательно слушать, - Константин Лаверндов очень много гадости сделал Колину в жизни и Виту, как выяснилось тоже. Кроме того, он поспособствовал смерти их отцов. Им надо отомстить, чтобы спокойно жить дальше. И я предоставлю им такую возможность.

- Значит, все это затевается, для того, чтобы они успокоились?! – удивился я.

- Да. Давай перекусить закажем, - предложил он.

- Подожди, - я не мог сейчас прерываться, - Зачем тогда ты все это делаешь?!

- Вот, какой ты настырный, - покачал он головой, вздохнул и продолжил, - Сначала я все это затеял, чтобы получить Колина в свою постель. Теперь, делаю потому что обещал, все же он довольно близкий мне человек.

- Итак, здесь мы провернем все эту аферу, а потом ты просто уберешь этого Константина?

- Правильно понял. Как только он покинет пределы России, живым сюда он не вернется. Это уже даже не мое одолжение, многие спецслужбы хотят до него добраться.

- Я в шоке…- прошептал я.

- Не вздумай им об этом сказать, - пригрозил он.

- Дурак я, что ли?! – я притворно надул губы.

- Нет, конечно, - поспешил заверить меня, и опрокинул на диван.

Дальше разговоров не было, были поцелуи, ласки, быстрое раздевание и снова ласки. Петер отнес меня в спальню, которая была оформлена в зеленых тонах. Сорвал покрывало с кровати и бережно уложил меня на середину этого гигантского поля. Он разделся, оставшись в одних трусах, и лег рядом со мной и стал снова страстно целовать. Я запутался, где меня касались его губы, а где руки, все слилось в один бешеный танец страсти. Я стонал и выгибался под ним. А когда горячие губы сомкнулись на моей возбужденной плоти и вовсе выпал из реальности. Мне казалось это сном, приятным эротическим сном, который заканчивается спермой в мокрых трусах. Петер ласкал языком ствол, проводил им по уздечки. Мне было так приятно, что я, не скрываясь, стонал и сжимал в руках простыни. Напряжение внизу живота все росло, я сквозь ураган удовольствия почувствовал, как в тело проник скользкий палец, лаская стенки заднего прохода. Я приподнялся, пытаясь избавится от этой странной и непонятной ласки, но Петер стал увеличивать темп движения губ на моем члене и спустя некоторое время ласка в анусе показалась мне самой желательной. Я сам стал опускаться на его пальцы, коих уже было два. Петер бережно растягивал меня, а я переместил руки на его голову и дергал за светлые волосы. Они казались такими жесткими, как и этот человек, но гладкими и шелковистыми. К двум пальцам добавился третий, Петер оторвался от моего члена и стал смотреть мне в лицо, увеличивая нажим на анус, он больше не вытаскивал оттуда пальцы, только давил и смотрел мне в глаза. Когда он задел какую-то точку, я простонал от удовольствия. Он улыбнулся и надавил в это место еще раз. Я выгнулся, соскальзывая с него. Сам пожалел, но не мог сдержать порыв. Петер наклонился ко мне, поцеловал, заставляя забыть обо всем, кроме дикого желания принадлежать этому человеку. Это был мой первый сексуальный опыт, не только с мужчиной, а вообще, но я отчетливо понял, что не хочу в своей постели никого кроме него. Он нужен мне, как воздух, морально и физически. Я люблю его. Люблю сильнее с каждой секундой.

- Потерпи немного, малыш, - прошептал он мне на ухо, впился в губы и стал медленно входить.

Когда его плоть наполнила меня до конца, Петер замер, а я прислушивался к своим ощущениям. Не смотря на все старания Петера мне было больно. Не сильно, но весьма ощутимо. Мне повезло, что член Петера не был слишком больших размеров, и я смог принять его в себя. Щиплющая боль начиналась от колечка мышц входа и дальше перерастала в тягучую тупую боль, которая медленно отпускала меня. Петер, когда увидел, что мое лицо разгладилось, и гримаса боли стерлась, медленно подался назад и резко заполнил вновь, срывая стон с моих губ. То, как было мокро там, где соединялись наши тела, свидетельствовало он том, что Петер не только растягивал меня, но и хорошо смазал, когда он успел достать смазку, я не заметил.

- Ты как? – опять шепотом спросил он.

- Хорошо, - прошептал я в ответ.

Потом последовал поцелуй, за ним толчок и мой стон, потом опять поцелуй, толчок, стон. Поцелуй, толчок, стон. Так продолжалось некоторое время, пока Петер не оторвался от моих губ, он немного поменял положение и снова толкнулся в меня, на этот раз, задевая простату. Поцелуев больше не было, толчки стали резкими, глубокими и быстрыми, а мои стоны слились в один протяжный вой. Я не мог и не хотел держать это в себе. Мне хотелось показать любимому человеку, что я плавлюсь под ним, и мне безумно нравится то, что он делает. Петер все ускорял темп, постоянно задевая то место, что разливало наслаждение по всему телу. Теперь единственное чего я желал, это оргазм. Когда сил терпеть и сдерживаться, уже не осталось долгожданное освобождение накрыло с головой, унося куда-то на небеса. Петер тоже простонал, и кончил глубоко внутри меня. Он легко поцеловал меня и лег рядом. Я собрал все оставшиеся силы и придвинулся ближе к нему, чувствуя, как из меня вытекает его сперма. Он накрыл нас одеялом и я стал проваливаться в сон.

- Люблю, - расслышал я уже на грани сознания.

Из аэропорта Вит не вернулся, наверно, зря я ляпнул про эту квартиру. Но он тоже задел меня за живое, когда сравнил наши с ним м-м-м отношения с тем, что произошло когда-то с Петером. Я тогда не хотел и пошел на это только из-за сложившихся обстоятельств. А Вит, он хотел, я видел в его глазах, что хочет, чувствовал, как отзывается его тело на мои прикосновения и ласки. Глупо это все сравнивать. Но сейчас это уже не имеет значения. Раз он не хочет, принуждать ни к чему я его не буду. Мы закончим то, что планируем и разойдемся разными жизненными дорогами. Главное теперь держать себя в руках при встречах с ним. От них не убежишь, к сожалению. Уверен, что Витор не отступится от задуманного.

Петер звонил сегодня и предупредил, что основная подготовка начнется с понедельника. Значит, есть еще пара дней в запасе. Честно говоря, я с трудом представлял, куда я потрачу свободное время. Можно погулять по Москве, съездить туда, где жил раньше. Хотя, нечего там особо вспоминать, настоящая жизнь у меня началась после переезда в Германию.

До позднего вечера я ждал появления Вита, но его все не было. Раз не хочет возвращаться, значит, так лучше для нас обоих. Я достал уже запыленный ноутбук, и решил связаться с Бруной, чтобы узнать, как там дела и не появлялся ли вновь мой ненаглядный родственник. Позже позвонил маме, она была очень рада меня слышать и спрашивала, когда же я вернусь.

Около часа ночи я лег спать. Одному было непривычно, неудобно и холодно. Вита под боком очень не хватало. И вообще, его очень не хватало. За это непродолжительное время, что мы были вместе, я очень привык к нему, смирился даже с тем, что он постоянно курит. Сейчас мне было пусто и одиноко. Я долго валялся без сна, всматриваясь в потолок, словно тот сможет убрать мою тоску по одному определенному субъекту. Но раз я решил не связываться с ним, надо следовать этому решению и прекратить скучать по этому мальчишке. Я перевернулся на бок, обнял одеяло, которое все еще пахло Витом, и наконец, уснул.

Утром настроение испортилось окончательно, этот засранец так и не появился, завтракать не стал, так как есть в полном одиночестве не хотелось. Петер тоже куда-то пропал, хотя догадываюсь куда. Этот мальчик Витя зацепил железного Петера, а тот, как ни странно, ответил ему взаимностью. Хоть у кого-то все в порядке в личной жизни.

До понедельника время тянулось медленно и грустно. Я совсем зачах, слоняясь по пустой квартире. Но утром в назначенный день здесь стало вновь многолюдно. Приехали Петер с Витей, в дверь они вошли, держась за руки, я улыбнулся, видя их счастье. Через пару часов явился Вит. Как он узнал, не знаю, я ему не звонил, Петер думаю тоже, значит, Витя предупредил. Ну и отлично, теперь все в сборе.

Мы снова обосновались на кухне, там было уютней, но на этот раз Вит не сидел за столом, а стоял в сторонке, как всегда с сигаретой в зубах. Мне было тяжело сдержать свой порыв и не обнять его, когда он вошел в мою скромную обитель, но я устоял. Сделал каменное лицо, сдержанно поздоровался и пропустил. Браво мне! А вот парень от такого приема совсем поник. Не буду сейчас думать об этом. Не время.

Витя, как и обещал, достал нам базы нужных банков. Осталось сделать карты, но это уже задача Петера.

- Карты будут послезавтра, - он сделал глоток чая и чмокнул Витю в макушку, - я сразу дам указания нужным людям и карты получат они, нам нет необходимости с этим связываться.

- Надо сделать все одновременно, - подал голос Вит и выпустил струйку дыма.

- Ты прав, так и будет, - Петер тепло ему улыбнулся, - когда мы все подготовим к налету на машину Константина, то я дам сигнал и деньги с его счетов начнут утекать.

- А когда у нас все будет готово? - у меня уже руки чесались от безделья.

- Нам нужна полицейская машина и форма.

- Это можно купить, - Витя был наивен как ребенок.

- Солнце мое, - обратился к нему Петер, - а кто будет светить свое лицо, договариваясь о покупке полицейской машины?

- Я про форму, - надулся он. Мне не удалось сдержать улыбку, настолько забавно смотрелись эти двое.

- Где достать машину?

- Угнать, - припечатал Витор.

- А ты это сделаешь? – я бросил на него полный скепсиса взгляд.

- Запросто! – удивил он всех.

- Хорошо, тогда машина нужна двадцать шестого числа.

- Сделаем.

- Пригонишь ее в гараж, я покажу где.

- Решим, - вновь бросил он.

Мне вот интересно, как этот мальчик собрался угонять полицейскую машину? Я не замечал раньше за ним криминальных наклонностей, да еще и такого масштаба. Для себя я понял одно: одного его не пущу, помощь ему будет нужна, и я пойду с ним. Вляпается еще куда-нибудь!

Мы еще немного посидели, поговорили, точнее, говорили я, Витя и Петер. Витор все так и стоял в стороне и сверлил взглядом мой затылок. Я физически ощущал то, что он хочет поговорить. Надо попросить его остаться, устал я здесь без него. Контролировать себя и не приставать я смогу, но вот находиться здесь в полном одиночестве больше нет никаких сил.

Петер и Витя вскоре нас покинули, Вит даже с места не сдвинулся. Когда я вернулся на кухню, он все так же и стоял.

- Может, присядешь? – предложил я. Вит опустился на табуретку и посмотрел на меня печальным отсутствующим взглядом, - Останешься здесь?

- Останусь, - кивнул он.

- Как ты собрался машину угонять? – спросил, чтобы пока не выяснять отношения.

- Легко.

- А точнее?

- Все просто, переоденем Витю девушкой, - стал рассказывать он, - он выбежит к патрульной машине и станет орать, что его обокрали, уведет полицейских во дворы и будет правдоподобно рассказывать им, как плохой и страшный дядька вырвал у него безумно дорогую сумочку. Сделай чай, пожалуйста, - попросил он.

- Дальше продолжай, - попросил я и включил чайник.

- Дальше я сяду за руль и поеду в гараж.

- А ты не думал, что они будут тебя догонять? – поинтересовался я, наливая заварку в чашку.

- Не догонят, - уверенно сказал он.

- Как знаешь, но я поеду с тобой, а Витю Петер прикроет.

- Хорошо, - легко согласился он.

Я поставил перед ним чашку с горячим чаем и сел. Мы молчали, напряжение между нами стало почти физически ощутимым. Казалось, что между нами повис большой мыльный пузырь, который вот-вот лопнет.

- Знаешь что…- сказали мы одновременно.

- Говори, - сказал я Виту.

- Я пойду, наверно, - тихо сказал он.

- Как, ты же сказал, что останешься? – мне не хотелось его отпускать. Мое желание схватить его в охапку и никуда не отпускать росло в геометрической прогрессии.

- Не думаю, что это разумно, - я внимательно посмотрел на него, чашка в руках дрожала, в глазах слезы. Что с ним такое…?

- Вит, - опустился перед ним на корточки и забрал чашку из рук, - я хочу, чтобы ты остался, пожалуйста, - я заглянул ему в глаза, было видно, что парень с трудом сдерживает слезы.

- Оставь меня в покое! – крикнул он, поднялся и стремительно направился на выход.

Ну, уж нет! Не отпущу. Каким-то седьмым чувством, я понимал, что эта будет моя роковая ошибка. Я схватил его за руку, развернул к себе лицом и стал целовать. Он вырывался, бил меня кулаком в грудь, а я лишь крепче сжимал его в объятиях. Вскоре он успокоился и затих, а спустя некоторое время стал отвечать на поцелуй. Вкус его губ смешался со вкусом слез. Что ты, мой хороший? Я медленно стал двигаться в сторону комнаты, целуя его так, чтобы показать, что хочу успокоить.

Я толкнул Вита на диван, сел рядом и заключил в кольцо рук, Вит уткнулся мне в плечо и заплакал, не стесняясь.

- Что случилось? – заботливо спросил я, гладя его по голове.

- Я устал быть один, - выдохнул он, - Я понял, что всю жизнь был один. Родители никогда сильно не интересовались моей жизнью, друзей настоящих у меня не было, все отношения были не настоящими, - он всхлипнул, - только сейчас я понял, что все это было лишь иллюзией. Лин, я всю жизнь был один…

- Теперь же это не так? – осторожно спросил я.

- Нет, у меня есть Витя, он мой настоящий друг.

- А как же я? – надо было выяснить, что он чувствует, может и у меня есть шанс не быть одному, я ведь тоже устал от этого проклятого одиночества.

- А что ты, Колин, кто ты? – он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

- А кем ты хочешь, чтобы я был?

- Близким человеком, - он улыбнулся. Понял же, что ушел от ответа, но красиво ушел.

- Хорошо, я им буду, - я медленно опустил его на диван и вновь стал целовать.

Витор был уже возбужден. Я сорвал с него всю одежду и сам разделся. Мы забрались под одеяло, так как в комнате было прохдално и стали целоваться. Слезы на глазах Вита высохли. Я целовал эти глаза, сладкие губы, безумно желая оказаться внутри него и стать настолько близким, что ближе уже некуда. На этот раз я не стал долго ласкать его, он горел от желания, осталось лишь довести его до грани, за которую на этот раз у него хватит смелости переступить. Я ласкал солоноватую кожу, покусывал соски и играл с ними языком. Вит позволил снять с себя последнюю деталь одежды, и моя горячая рука уже ласкала нежную кожу внутренней стороны бедра. Вит постанывал и извивался, пришлось надавить ему на живот, чтобы не дергался сильно, а я сжал его яички, провел пальцем по дырочке, но внутрь вводить палец не стал, нужна смазка, которой нет.

- Я сейчас, - мне не хотелось отрываться от него, но иначе будет слишком больно, а у Вита должны остаться только положительные впечатления от сегодняшнего дня, вечера и ночи.

Я заскочил в ванну, но среди множества тюбиков не обнаружилось ничего подходящего, потом зашел на кухню, ничего лучше масла на глаза не попалось. Я снял трусы, вылил немного масла руку и хорошо смазал член. Отмываться будем потом, сейчас главное причинить ему как можно меньше боли. Налил еще немного жидкости на руку и поспешил вернуться в комнату. Вит лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал, его рука медленно ласкала член. Нет, хороший мой, так дело не пойдет. Я отвел его руку, Вит распахнул темно-серые глаза и посмотрел на меня.

- Я сам, хорошо? – спросил я, просунул руку с маслом между его ягодиц и стал размазывать, не входя пока внутрь.

Вскоре под моими ласками и нежными поцелуями Вит расслабился, тогда я ввел в него палец. Вит стиснул зубы, но не отстранился.

- Расслабься, - прошептал я.

Он только кивнул и сам сделал движение навстречу моему пальцу, я воспользовался этим и добавил еще один, лаская его внутри и растягивая. На вершине возбужденной плоти Вита блестела капелька выступившей смазки. Я взял другой рукой его член у основания и слизал эту каплю, Вит резко выдохнул. Ему понравилось. Воодушевленный, я стал сосать его член, слегка задевая зубами для остроты ощущений. Вит стал тихо постанывать и подаваться мне в рот, опускаясь на мои пальцы, которых уже было три. Мне стало тяжело сдерживаться, и Вит был уже достаточно растянут, чтобы принять мой немаленький член. Я вытащил из него пальцы и стал прокладывать дорожку из поцелуев обратно к губам. Вит терся об меня и что-то бормотал. Я устроился между его ног, приставил член к анусу и стал проталкиваться в тесную глубину его тела. Вит зашипел, когда головка члена уже оказалась в нем, я не остановился, только успокаивающе погладил его по груди. Вот уже половина моего члена исчезла в тесноте его тела, Вит вскрикнул и заскулил. Все же я был слишком велик для него.

- Потерпи немного, малыш, - сказал я, капелька пота скатилась по виску, и упала на его грудь.

- Больно очень, - сдавленно ответил он.

- Клянусь тебе, что хорошо будет равносильно, - он усмехнулся и снова поморщился от боли.

Я замер на некоторое время, а потом одним резким толчком оказался целиком внутри Вита. Боже, какой же он тесный и горячий, член внутри обжигало и сдавливало, но эти ощущения были просто бесподобны. Но так хорошо было только мне. Виту было больно, он был очень напряжен и все сильнее сдавливал меня внутри, пытаясь вытолкнуть посторонний предмет.

- Котенок, расслабься, - взмолился я, понимая, что он сам делает себе еще больнее, я надавил сильнее.

- А-а-а, - закричал он, - черт, Лин, это безумно больно! – он был весь мокрый, капельки пота блестели на лбу, мокрая челка стояла дыбом, Вит тяжело дышал и умоляюще смотрел на меня.

- Хочешь, я остановлюсь? – спросил я, понимая, что сделаю, не смотря на то, что страсть сжигает изнутри.

- Нет, - он вздохнул, - я больше не решусь на это, если ты остановишься. Лучше двигайся.

Я сделал, как он просил и стал двигаться в нем, медленно и осторожно, стараясь все же уменьшить его боль.

- Лин, давай быстрее! – выкрикнул он, из глаз вновь побежали горячие дорожки слез.

Я увеличил темп, выходя из него практически до конца и резко вбиваясь обратно. Вит орал подо мной от боли, которая пронизывала его тело с каждым толчком. Он извивался и царапал меня. Я наклонился и стал целовать его, как мог, чтобы не сбиваться с ритма, попадал куда угодно, в губы, нос, глаза, щеки. Я немного подвинулся, чтобы было удобней его ласкать. Вскоре крики Вита сменились на протяжные стоны удовольствия, похоже я стал попадать туда, куда нужно и задевал простату.

- Сделай что-нибудь! – прохрипел он, схватил меня за плечи и попытался тряхнуть.

Я отстранился от него, закидывая ноги себе на плечи, и продолжил вбиваться в тело Вита, его стоны периодически сменялись рваными хрипами, он был уже на пределе, как и я. Я взял в руку его твердый член и стал двигать рукой в такт движениям в анусе.

- Ну, давай же, - простонал я, все сильнее толкаясь в него.

Потом он закричал, резко толкаясь мне в руку, я вышел и быстро толкнулся обратно в его тело, вжимая Вита в диван и кончил, тоже не сдержав стон удовольствия.

Я лежал на Вите, ловя воздух ртом. Впервые в жизни кончил с кем-то вместе. Это было нереально восхитительно. Трудно описать все чувства словами. Вит подо мной жалобно простонал и зашевелился, тут до меня дошло, что я своим немалым весом, расслабленный лежу на нем, измученном и слегка мной затраханным.

- Прости, - прошептал я и скатился на диван, притягивая Витора к себе ближе.

Он был такой горячий и мокрый, так восхитительно пах сексом, что я даже закрыл глаза от удовольствия и сильно сжал его.

- Задушишь! – пискнул Вит, и я ослабил хватку.

- Прости, ты чудо, - поделился я с ним своими впечатлениями.

- Угу, Лин, я спать хочу, - он зевнул и удобнее устроился на  моей груди.

- Спи, - я поцеловал его макушку и накрыл нас одеялом.

Я дождался, пока он уснет покрепче и выбрался, осторожно опуская Витора на подушку, и укутал одеялом по самый нос. Я быстро собрался и пошел в аптеку. Мне были нужны две конкретные вещи, их я и купил. Не все время же маслом его смазывать. По дороге зашел в магазин и купил вкусных пирожных, пельменей нам на ужин и бутылку вина. Не забыл прихватить сигарет Виту, я обратил внимание, что в пачке оставалось всего две штуки.

Когда вернулся домой, Вит еще спал. Будить его не стал, а пошел на кухню и стал варить пельмени. В комнату зашел ровно тогда, когда Вит распахнул глаза и, не обнаружив меня рядом, стал осматриваться. Когда он встретился со мной взглядом, я послал ему самую теплую улыбку, которая шла от самого сердца, а он улыбнулся мне в ответ.

- Позволишь? – спросил я и продемонстрировал ему тюбик с заживляющим кремом.

- Угу, - он покраснел и натянул одеяло на голову.

Вит развел ноги, и мне стала отлично видна его дырочка. Серьезных повреждений я не нанес, анус лишь немного припух и покраснел, но я все равно нанес крем на палец и размазал по дырочке. Вит дернулся, я испугался, что сделал ему больно, но из под одеяла послышался смех и сдавленное «щекотно». Я хмыкнул и слегка просунул палец внутрь, чтобы крем попал и туда. Потом сдернул одеяло с головы и стал жадно целовать. Вит завелся моментально, начал часто дышать и шарить руками по моему телу, забираясь под футболку. Я лег на него, прижимая к дивану, Вит уже расстегнул мне ширинку и ласкал рукой восставший член.

- Хочу тебя! – выдохнул он мне в губы.

- Нет, - твердо сказал я, отстраняясь. Сколько непонимания было в его глазах! – Вит, малыш, нельзя так сразу, пусть заживет.

- И сколько ждать? – надулся он.

- Тебе - нисколько, - я усмехнулся и склонился к его члену, вбирая его в рот сразу целиком.

Вит охнул и откинулся на подушку, плавясь от моей ласки. Я лизал, посасывал и покусывал его плоть. Не могу сказать, что знал, как это делать, но делал так, как понравилось бы мне. Виту видимо тоже нравилось, он стонал и подавался мне в рот. Кончил он быстро, наполняя мой рот, терпкой солоноватой жидкостью. Думал, что мне будет противно, но я ошибся. Проглотить его сперму оказалось нетрудно. Я потянулся к его губам и поцеловал, хотелось, чтобы он тоже почувствовал, какой он на вкус. Тем временем рука Вита опять оказалась на моем члене. Он размазал выступившую смазку большим пальцем по всей головке и стал быстро двигать рукой. Я придвинулся ближе, чтобы ему было удобней. Я очень хотел, чтобы Вит взял в рот, но торопить его не собирался. Хватит на него впечатлений, на сегодняшний день. Вит поднял на меня глаза, а я стоял на коленях и смотрел вниз, как двигается его рука на моем члене. Я почувствовал, что он смотрит на меня, а когда посмотрел ему в глаза, не сразу понял, что за лукавство там плещется, да и мне было откровенно все равно, я уже был готов кончить. Когда же Вит, насмотревшись на меня, склонил голову к моему паху, а его губы сомкнулись на головке члена, я не сдержал ни стон, ни оргазм, выплескиваясь ему в рот. Вит собрал все до последней капли, но глотать не стал, а потянулся ко мне и поцеловал, наполняя рот моей же спермой. Мы целовались, а мое удовольствие стекало по нашим подбородкам. Я снова простонал ему в губы, меня это вновь завело.

- Черт, Вит, пошли есть, - сказал я, с трудом отрываясь от его губ, - иначе мы не выберемся из постели.

- А поесть можно и здесь, - он облизнулся, его язычок медленно очертил контур губ и снова спрятался во рту, словно приглашая присоединиться к нему.

Я погрозил ему кулаком и скрылся на кухне, а из комнаты послышался громкий смех Вита. На сердце сразу потеплело, наконец, он смеется.

Разложил по тарелкам уже разбухшие пельмени, сварил нам кофе и вернулся к Виту, который все еще валялся на кровати.

- Ты в душ перед ужином не хочешь? – спросил я.

- Нет, а надо? – он лениво потянулся и отодвинулся ближе к стене, освобождая место и для меня.

- На твое усмотрение, - я поставил поднос с едой на диван, захватил пульт от телевизора, скинул лишнюю одежду и, наконец, забрался к Виту.

- Мое усмотрение желает есть, причем зверски, - он взял тарелку и сел, на лице тут же отразилась гамма чувств от полного непонимания, удивления, а потом и осознания, почему же ему больно сидеть.

- Очень болит? – заботливо поинтересовался я, но смех в голосе скрыть не удалось.

- Иди ты! – он надулся.

- Куда? – решил я уточнить маршрут, а то вдруг отправят туда, где я уже был.

- Колин, на самом деле не смешно, - он серьезно посмотрел на меня, и я решил эту тему больше не затрагивать.

- Ешь давай, - бросил я и сам приступил к поглощению пищи.

Мы ели, смотрели телек, потом валялись и целовались. Страсть улеглась, оставив утомленность и расслабленность во всем теле, поэтому наши поцелуи были наполнены лишь теплой, безграничной нежностью, никакого намека на секс. Тепло, уют и покой. Спать легли поздно, потому что смотрели какой-то неплохой фильм, постоянно комментируя его и обсуждая поступки персонажей, нам было весело и очень комфортно вместе. Иногда мне казалось, что именно такого человека, как Вит, мне не хватало в моей жизни. Теперь он у меня есть, и я твердо решил его от себя не отпускать. Раз так все случилось, я приложу максимум усилий, чтобы удержать того, кто дорог. Но сейчас я не буду пугать его своими предложениями и желаниями, пусть будет, как будет.

Глава 6.

«Месть - блюдо, которое подают холодным,

 но внутри все горит от предвкушения победы»

Мне трудно описать словами то, что происходило между мной и Колином. Точно могу сказать лишь то, что он стал мне близким и очень дорогим человеком. Лин был глотком свежего, настоящего воздуха, а до встречи с ним, я дышал через трубку. Отказаться от него, когда сделал хоть один глоток, было невозможно, я же дышал полной грудью. Но заглядывать далеко в будущее я боялся. Я не хотел думать о том, что будет после завершения нашей авантюры. Сейчас я, наверно, был по-настоящему счастлив. Именно теперь в моей жизни наступил тот момент, когда я начал по-настоящему реально жить, а не существовать в своем особенном мирке, где все было фальшью.

Мы проводили вместе целые дни, иногда заглядывали Петер с Витей. Их лица тоже светились радостью, порой складывалось впечатление, что весь мир наполнился одним большим комком этого счастья, если, конечно, не вспоминать по какому поводу мы все здесь собрались. Когда я начинал думать над предстоящими делами, внутри все горело от нетерпения, минуты, казалось, длились часами. Если бы не Лин, я бы сошел с ума от ожидания.

Но вот, настал тот день и тот час, когда появилась возможность уже хоть что-то предпринять. Двадцать пятого ноября мы встретились в центре Москвы, на Красной Площади и отправились в торговый центр. Для чего, спросите вы. Все очень просто необходимо было подобрать одежу и косметику для Вити. Они с Петером со скрипом, но все же согласились с моим планом по угону машины.

Мы брели между магазинами и как четыре придурка оглядывались по сторонам, иногда забываясь настолько, что я пару раз сшиб прохожих. Нам простительно, мы можем выбрать одежду для мужчины, но вот, как правильно одеть хорошенькую девушку, никто из нас не знал. Единственной нашей покупкой на данный момент, являлся парик. Мы решили далеко не отходить от естественно типажа Вити и выбрали парик с черными длинными волосами. Когда во время примерки мы нахлобучили его на Витину голову, продавщица смотрела на нас с искреннем удивлением и неподдельным непониманием. Зато сразу стало понятно, что из Вити получится очень миловидная девушка. Его стройное тело и невысокий рост играли нам в этом на руку. Черные длинные волосы, которые доставали до поясницы, придавали шарма. Результатом все остались довольны. А у Петера в глазах зажглись странные огоньки. Чувствую, что Витя оденет этот парик еще ни один раз, или будет отращивать свои такие же длинные волосы.

Кстати, отношения с Петером у нас наладились, из его глаз исчезло презрение по отношению ко мне, а я перестал его ненавидеть. Спасибо Вите: без него я бы убил этого мужчину, потому что делить с ним Колина не намерен.

Следующим этапом наших покупок стала косметика. Здесь нам помогла милая девушка-консультант. Мы просто попросили все, что нужно девушке для качественного макияжа, она нам посоветовала. Так мы, груженные пакетами с разномастными тюбиками, баночками и другой женской ерундой вышли из магазина косметики. Осталось самое сложное. Выбрать хороший прикид. Я и Петер настаивали на удобной обуви и спортивной одежде, а вот Витя с Лином были другого мнения. Я, конечно, тоже был за платье и каблуки, но мне было жаль друга. Сошлись на том, что примеряем оба варианта, а решим по факту, какой подойдет больше.

В итоге получилось что-то средине, но нас устроило. Мы расплатились за покупки и под недовольные взгляды продавцов покинули бутик. Изначально мы жутко стеснялись не только мерить женскую одежду на Витю, но даже делать покупки такого рода. Но выбора не было, пришлось переступить через себя. Смеха было тоже море. Витька так забавно смотрелся в женских шмотках, что наш дружный гогот стоял на весь отдел. А этот поганец еще и кривлялся перед зеркалом в примерочной. До сих пор живот болит от смеха. Но это уже в прошлом.

После таких мытарств мы зверски оголодали и дружной компанией завалились в ресторан японской кухни. Разговоров о наших ближайших планах на будущее не было, мы просто весело общались и отлично проводили время. С этими людьми я чувствовал себя нужным. Да, это именно то слово. Раньше такого никогда не было. Во всех отношениях присутствовало безразличие в разных количествах и проявлениях, но оно неотступно сопровождало все мое существование. Что же,  это того стоило. Для того, чтобы обрести этих людей я готов и на большие жертвы.

Домой мы вернулись обессиленные, но довольные. Петер и Витя отстали по дороге, и ехать к нам в гости отказались. Но мы не особо расстроились по этому поводу. Горячий душ и постель, это то, что сейчас было жизненно необходимо.

- Кто первый в душ? – спросил я, сидя на пуфике в коридоре и стягивая второй кроссовок.

- Пойдем вместе, - отозвался Колин с кухни.

- М-м-м, пойдем.

Я покидал вещи в ванной на пол и залез в ванну, включая горячую воду. Пар быстро наполнил маленькое помещение, а я наслаждался, чувствуя, как горячие струи воды отогревают весьма продрогшее тело и расслабляют мышцы. Щелкнул дверной замок и тут же на талии сомкнулись холодные руки Колина, такой контраст оказался весьма приятен, я прижался к нему спиной, откинул голову на плечо и потянулся за поцелуем. Колин слегка коснулся моих губ, потом резко развернул меня к себе лицом и поцеловал со всей страстью. Мы долго целовались, стоя под горячими струями воды, разрывать объятия не хотелось, будь моя воля - на всю жизнь остался бы в его крепких и ласковых руках. Колин со вздохом оторвался от моих губ и взял с полки мочалку.

- Поворачивайся ко мне спиной, буду тебя мыть.

Я быстро сделал то, что он требовал, и тут же меня коснулся грубоватый материал. Колин медленно провел от одного плеча к другому, в нос ударил запах цитруса, так пах гель для душа, затем он так же медленно опустил руку вдоль спины, дойдя до поясницы, и вновь провел рукой до шеи. Шею Лин тер долго и тщательно, отпуская комментарии по поводу того, что будто бы я ее долго не мыл. Я решил обидеться, сорвал душ и направил его в лицо Лину. Он перехватил у меня душ и стал поливать меня, так продолжалось до тех пор, пока я не оказался прижатым к стене разгоряченным и мокрым телом Колина. Его твердый член тут же уперся в живот, моя плоть оказалась между его ног, а губы накрыл требовательный рот Колина. Его язык скользнул внутрь, лаская и играя с моим языком. Он прижался ближе и потерся об меня твердой плотью. Я тихонько простонал ему в губы.

- Пойдем в постель, - прошептал он.

- Пойдем, только мы еще не домылись.

Колин поднял мочалку, налил еще геля для душа и быстро закончил мое омовение, я тоже старался вымыть его как можно быстрее, желание почувствовать его внутри уже было невыносимым. Смыв пену, Колин быстро выскочил из ванной.

- Бля, воды налили, - он вытер пол ванной, пока я все еще блаженно щурясь, стоял под горячими струями воды.

Когда Колин стоял с полотенцем, обмотанным вокруг бедер, а другое распахнул для меня, я закрыл краны и мгновенно оказался в его объятиях. Он быстро вытер меня, отбросил мокрое полотенце в сторону и, подхватив меня ну руки, понес в спальню.

Желание горело внутри жарким огнем, Колин положил меня на разобранный диван и сразу же лег сверху. Провел языком по шее, прикусил мочку уха и жадно впился в губы. Пока он нежно целовал меня, его руки жадно шарили по обнаженному телу, сильно сжимали, оставляя синяки, и тут же бережно гладили, словно прося прощение за доставленную боль. Но я плавился от такого контраста, терся пахом и выгибался, умоляя взять меня, как можно скорее. Я был в таком состоянии, что даже не хотел ждать, пока он смажет и растянет меня, я был уже готов просить Колина о проникновении не только телом, но и сказать это вслух.

- Ну, что ты, маленький, - выдохнул мне в губы мой любовник, - ты весь дрожишь, успокойся немного, скоро все будет, - но по блеску в его глазах я видел, что он доволен, что я под ним в таком состоянии.

- Колин, я не могу успокоиться, - я посмотрел ему в глаза, чтобы он понял, ждать у меня, просто нет больше сил.

Он все понимал, он знал, что я на грани. Кривая улыбка появилась на его лице, а я понял, что он не будет спешить…

Колин встал на колени между моих ног, провел руками по дрожащему, покрытому испариной телу, и очень медленно стал склоняться к моей плоти. Когда его губы обхватили мой член, я застонал и толкнулся в его теплоту. Но Колин положил руки мне на бедра, вынуждая оставаться на месте, и стал медленно посасывать, иногда выпуская плоть изо рта, проводил языком по стволу, затем покусывал и лизал головку, все это время его руки удерживали меня на месте. Наверняка, останутся следы его пальцев, но мне было плевать, только бы кончить.

- Колин, ну пожалуйста, - попросил я.

- Не сейчас, - он вновь взял меня в рот практически целиком.

Сколько продолжалась эта сладостная пытка, я не могу сказать, время потеряло для меня всякий смысл. Когда оргазм был уже близок, Лин сжал мой член у основания и оторвался от моей плоти. Он достал из-под подушки тюбик со смазкой, медленно открыл его, смазал член, даже следить за его движениями мне было тяжело, все тело болело от неудовлетворенного желания, но в тоже время это было так приятно и сладко, что я не смел возражать. Лин вылил немного смазки на пальцы, просунул в мой анус сразу два. Я закричал в голос и согнул ноги в коленях, предоставляя моему мучителю лучший доступ. Колин успокаивающе погладил меня и стал ласкать, только пальцами внутри, в то время как, каждая клеточка моего тела жаждала его прикосновений. Но я знал, что просить его бесполезно. Лин решил поизводить меня, чем я так провинился, не могу сказать, но точно знаю одно: я не против такого наказания. Колин двигал пальцами внутри, но специально обходил стороной то местечко, прикосновение к которому посылает волны удовольствия по всем телу. Черт, сколько это будет продолжаться! Я закусил губу и заскулил. Я был измотан, постоянно находился на грани оргазма, тело все так же продолжала колотить дрожь. Я закрыл глаза. Пальцы исчезли из ануса, но я даже не успел почувствовать пустоту внутри, как там оказался член Колина, весь целиком, до самого основания. Он не дал возможности привыкнуть к нему и отступить боли, которая пульсировала в месте его проникновения, а сразу стал резко и быстро двигаться, то исчезая насовсем, то вновь насаживая меня целиком. Я извивался и кричал, срывая голос, а потом тело пронзила вспышка яркого опустошающего удовольствия, которое заставило померкнуть мое сознание.

Разбудила меня трель дверного звонка, которая не желала прекращаться и повторялась вновь и вновь. Под боком зашевелился Колин, недовольно что-то буркнув.

- Открой, - просипел я.

- Не хочу, - но он все равно поднялся, натянул спортивные штаны и пошел открывать дверь.

- Совсем сдурели? – раздался тихий недовольный голос Петера из коридора.

- Привет! – Витя, как всегда был весел и бодр.

Все. Поспать больше не удастся. Я сунул голову под подушку, но даже она не заглушала звука голосов, которые переместились на кухню. Мозг медленно просыпался, напоминая о том, что сегодня у нас очень важное и ответственное дело, и одно из главных действующих лиц  - я. «Надо вставать. Надо вставать», - мысленно пинал я себя. Не действовало.

- Вит, малыш, вставай, - Колин присел возле меня на кровати, откинул одеяло и провел рукой по спине.

- Я пытаюсь, - ответил я из-под подушки.

- Завтрак скоро будет готов, поднимайся.

- Я же сказал, что пытаюсь, - огрызнулся я. Единственным желанием было залечь в спячку, и чтобы никто меня не трогал.

А еще у меня попа болела. Не смотря на то, что сексом мы с Колином занимались уже не один раз, она всегда болела. Да, член у Колина из разряда  «намного выше среднего», но должен же мой зад к нему привыкнуть. Или я заблуждаюсь?

Я высунул голову из-под подушки и сощурился от яркого солнечного света. Колин уже исчез из комнаты и закрыл за собой дверь. А где мой утренний поцелуй? Я потянулся, перевернулся на спину и потянулся еще раз. По телу разливалось приятное чувство удовлетворенности и легкости. На лицо выползла улыбка. Я резко вскочил с дивана и тут же об этом пожалел, все же стоит двигаться спокойнее. Оделся и побрел в ванну. По пути кивнул вновь прибывшим.

Когда я появился на кухне на столе уже стояли тарелки с завтраком для всех и четыре чашки с дымящимся ароматным кофе. М-м-м, кофе Лин варит восхитительное. Насыщенный, мягкий, горьковатый вкус, обожаю!

- Я покурю, пока никто не ест, - сообщил я и прикурил.

- Я тоже, - Витя присоединился ко мне, тоже затягиваясь и выпуская в потолок струйку дыма.

Колин поморщился и открыл форточку. Интересно, он когда-нибудь привыкнет? Или он уже привык открывать постоянно окно?

- Сейчас быстрый завтрак и за дело, - скомандовал Петер, - нам еще Витю переодевать и красить.

Сказано, сделано. Быстро покидав кусочки пищи, мы дружно направились в комнату. Колин застелил нашу постель покрывалом, туда вывалили все наши вчерашние покупки.

- Сначала я его накрашу, - заявил Петер, - потом одевать будем.

Мы с Колином послушно опустились на диван и принялись наблюдать. Петер зачесал Витины волосы назад и спрятал их под сеточку. Пришлось прикрыть рот рукой, чтобы не заржать. Потом он посадил Витю к нам спиной, разложил на столе всю, купленную вчера косметику, и стал колдовать. Так как нам ничего было не видно, мы с Колином плюнули на посторонних и стали упоенно целоваться. Теперь утренних поцелуев стало много, слишком много. Колин уже повалил меня на диван, навис сверху, жадно целовал мои губы, а руки вовсю ласкали тело. Я вновь хотел его и тоже гладил мягкую кожу под его футболкой. Не исключаю, что мы могли бы увлечься, и все зашло бы куда дальше, если бы тактичное покашливание Петера не отвлекло нас друг от друга.

- Я закончил, - оповестил он нас.

К нам спиной сидела длинноволосая, стройная девушка, картину портили только мужской белый свитер и темно-синие мужские джинсы.

- Поворачивайся! – хором скомандовали мы.

Витя повернулся, и раздался дружный судорожный вздох. Не знаю, где Петер этому научился, но он просто волшебник. У Вити и так были весьма мягкие черты лица и полное отсутствие щетины, но сейчас это миловидное личико, никак не напоминало мужское, совсем. Черные сверкающие глаза были обильно подведены темно-коричневым карандашом, на веках так же были коричневые тени, но светлее карандаша на несколько тонов, так же глаза выделялись стрелками, которые вытягивали уголок глаза, придавая взгляду какой-то распущенности, картину довершали пушистые ресницы, обильно накрашенные черной тушью. Губки, которые сейчас были слегка надуты покрывал розовый перламутровый блеск, а кожа была гладкой и имела оттенок легкого загара.

- Класс! – вынес вердикт я и потянулся к пакету с одеждой.

Далее последовал процесс одевания нашей красавицы. В лифчик второго размера мы вложили силиконовые вкладки, до момента их покупки я даже не представлял о существовании подобной штуковины. Оказывается, мужиков легко надуть, и из любой серенькой мышки, при помощи современной косметики и разных женский прибамбасов легко сделать королеву красоты, главное знать как. Одели мы Витю в узенькие светлые джинсики. Для того, чтобы их одеть, пришлось положить Витьку на диван и дружно их натягивать, пуговицы застегнули на вдохе, а выдохнуть Вите было проблематично, но он терпел, а потом видимо привык. Сверху одели обтягивающую черную водолазку. Комплект довершили черные сапожки на платформе, по колено высотой и кожаная черная куртка на меху.

Довольные своим результатом мы поставили Витю в коридоре и стали быстро собираться сами. Под стать девушке полагалось выглядеть только Петеру, мы же с Колином оделись, чтобы не выделяться из серой массы толпы. Я одел синюю толстовку с капюшоном, синие джинсы и кроссовки, Колин был одет точно так же, только толстовка у него была черной.

Мы вышли из дома, предварительно Петер дал адрес гаража, куда следовало пригнать машину, он находился в Подмосковье, недалеко от МКАДа по Ярославскому шоссе. Спустились в метро и направились в спальный район, откуда легко можно было выехать на Ярославку.

Первым делом мы выхватили взглядом патрульный автомобиль. В ладе приоре сидело всего два человека. Наш план был шит белыми нитками, я прекрасно это понимал, но надеялся, что нам повезет.

Петер под руку с Витей скрылись во дворах, я и Колин заняли выжидательную позицию недалеко от нашей цели. Минут десять затишья, и вот из двора вылетает растрепанная сногсшибательная брюнетка и бежит прямиком к патрульной машине.

- Помогите! – кричит она и подбегает к машине.

Ей навстречу уже вышли двое полицейских.

- Помогите мне! – слезно просит их девушка, - У меня там, - она указывает пальчиком в перчатке в сторону, откуда появилась, - во дворе сумку украли! Он не успел убежать далеко! Помогите! Быстрее! Прошу вас! – в голосе звенят слезы.

 А мир потерял великого актера в лице Вити, думал я, внимательно наблюдая, как сотрудники правопорядка бегом удаляются за брюнеткой. Как только они скрылись во дворе, мы с Колином молниеносно подскочили к машине. Хлопнули дверцы автомобиля. Нам повезло. Ключи в замке зажигания. В теории я знал, как завести эту игрушку и без ключа, но не уверен, что получилось бы на практике. Спасибо, Боже! Я повернул ключ в замке и плавно тронулся с места.

Через десять минут патрульная машина неслась по Ярославскому шоссе, в сторону будущего места стоянки. Рука Колина в кожаной перчатке сжимала ручку в дверце, ехал я быстро, лихо, лавируя в пока еще неплотном потоке других автомобилей. На моих руках тоже были перчатки, но они нисколько не мешали управлять автомобилем. Через несколько сотен метров после МКАДа мы свернули. Дальше наш путь пролегал по частному сектору весьма сомнительного вида. Было видно, что законопослушные граждане здесь  живут в меньшинстве. Но это все мелочи, я, насколько мог, быстро двигался к намеченной цели. Вскоре показался дом, на табличке которого был указан нужный нам адрес. Стоило притормозить у ворот, как они распахнулись, пропуская нас внутрь, дальше машина спряталась в темноте гаражной постройки.

Только когда я вышел из автомобиля, понял, как сильно я переживал все это время, ранее я был слишком сосредоточен и не замечал напряженного состояния. Сейчас же я стоял под мелким моросящим дождем и меня трясло.

- Не бойся, все прошло хорошо, - Лин обнял меня со спины и прижал к себе, - Петер позвонил и сказал, что им удалось отвязаться от патрульных, они уже едут домой. Нам тоже пора, - он легонько подтолкнул меня к воротам.

- Лин, ты хоть понимаешь, как нам повезло? – тихо спросил я.

- Да, это просто невероятно. Не думал, что удача нам улыбнется еще и во все тридцать два зуба. Пошли, Вит, - мы вышли за ворота и не спеша двинулись к автобусной остановке.

- До сих пор поверить не могу…

- Хороший мой, - он остановился и развернул меня к себе лицом, руки Колина оказались на моих плечах, - хватит об этом, нам повезло,  все прошло, как планировали, а теперь хватит об этом.

- Ты прав, - я кивнул.

Домой добирались молча, я переживал стресс, который почему-то накрыл с головой, а Колин видел мое состояние и не приставал ко мне, справедливо решив, что мне нужно справиться самому.

Мы поднялись на лифте на этаж, на ступеньках, ведущих на следующий этаж, в обнимку сидели Витя и Петер. Витя был все еще в женском обличии.

- Наконец, вы вернулись, - он поднялся и отряхнул джинсы, - я очень хочу смыть этот грим.

- Проблем не было? – спросил Колин, открывая дверь.

Витя, растолкав всех, первый вошел в квартиру, с трудом стянул высокие сапоги и скрылся в ванной. Петер проводил его печальным взглядом. Понравился ему Витя в таком амплуа, хотя, он этого и не скрывает. Я зашел последним и закрыл дверь, когда увидел эту парочку, меня отпустило. Львиная доля моих нервов была потрачена из-за того, что я волновался за них.

- Да нет, только дотошные больно попались. Но несколько купюр и заверение в том, что мы спешим, и они от нас отстали.

- Удивительно, что все так срослось, - Петер не сводил глаз с двери ванной комнаты.

- Ребят, хватит об этом, - взмолился Колин.

- Ты чего так реагируешь? – я, наконец, добрался до сигареты и теперь с жадностью втягивал в себя дым.

- Глупый вопрос, Вит, - в голосе Колина были злость и холодность, я удивленно посмотрел на него. Колин был зол, интересно только почему он злиться.

- Почему? Я не понимаю причину твоей злости.

- Не понимаешь?! – он схватил меня за грудки и поднял с табуретки, от чего она с грохотом упала на пол, - ты понимаешь, как мы рисковали? Генератор идей хренов! Весь твой план был до безобразия глупым!

- Предложил бы лучше, - обиженно ответил я ему, - Или не соглашался. Чего ты ко мне сейчас цепляешься, когда все уже вполне удачно завершилось? -  я тоже стал закипать от такой несправедливости.

- Не знаю, - грустно сказал он, - Я за тебя переволновался, - он притянул меня к себе и крепко обнял. Дышать стало тяжело и не только от того, что Колин сжимал меня крепко, просто его слова задели что-то внутри, отчего слезам захотелось сбежать по щекам обжигающими дорожками. Но я сдерживался, не желая показывать свою слабость.

- Что происходит? – из ванной в клубах пара появился Витя, раскрасневшийся и чистый.

- Нервы у мальчиков шалят, - ответил Петер, - может, за винцом сходим?

- Да, - сразу откликнулся я, стряхивая в пепельницу остатки сигареты, которая почти до конца истлела в моих пальцах.

 - Я не пойду, я мокрый, - сразу заявил Витя.

- Мы пойдем, - Петер дернул Колина за рукав, отрывая его от меня.

Когда за мужчинами закрылась дверь, мы с Витей закурили.

- Что между вами? – спросил он внезапно.

- А между вами? – ответил я вопросом на вопрос.

- Между нами все легко и просто, у нас любовь, - не стал скрывать он, - сделаешь чай, я замерз немного.

- А между нами сложно, - вздохнул я, - поэтому я не могу ответить на твой вопрос.

- Ты просто не хочешь сам в себе разобраться, - укорил он меня, - почему, Вит?

- Вить, я не хочу об этом говорить, - отмахнулся я и поставил две чашки чая на стол.

- Ты можешь не говорить, но разберись в себе…

- Вить, ты стал моим личным психологом? – перебил я парня.

- Нет, но я, кажется, твой друг? – он сощурился и смотрел на меня, не сводя глаз.

- Друг, - согласился я.

- Тогда, друг, позволь дать тебе совет, - Витя наклонился ближе ко мне, - Реши для себя, насколько для тебя важен этот человек и если он дорог тебе, то приложи хотя бы немного усилий для того, чтобы он остался в своей жизни.

На кухне повисла тишина. Я понимал, что Витя прав, но не хотел ничего для себя решать, мне было хорошо так, как есть. В груди и в голове смешалось слишком много чувств и эмоций, я чувствовал то, что не понимал. Так, в полной тишине нас застали Колин с Петером.

Их появление разрядило обстановку. Наш разговор отошел на задний план, точнее совет Вити остался на задворках моего сознания. Я решил, что обдумаю все позже, когда придет время.

Мы распили две бутылки вина, еще раз обсудили план дальнейших действий. Позже гости ушли, а мы с Колином остались вдвоем.

- Обещай мне, - прошептал Лин мне на ухо, когда мы устроились в излюбленной позе на диване, - что будешь все хорошо обдумывать, прежде чем что-либо предпринять.

- Хорошо, - так же шепотом ответил я ему. Закрыл глаза и провалился в сон.

Утром я проснулся рано. Тусклый свет пасмурного утра пробивался в комнату, я вновь закрыл глаза, пытаясь уснуть, но сон не шел. Колин тихонько сопел мне в затылок, крепко прижимая к себе рукой.

Его забота была мне приятна, не смотря на то, что она выражалась в весьма своеобразной форме. Но я понял, почему он вспылил. Я ведь тоже за него волновался. Мысли вяло текли в голове, я старался не думать о будущем, боялся придумать то, что может не сбыться, если провалиться наша задумка. Пока нам очень везло, но нет никаких гарантий, что так будет продолжаться и дальше. Я невольно вспомнил о словах Вити, про их отношения с Петером. Он сказал, что у них любовь. Я рад. Это светлое чувство. Но вот вопрос, понимает ли Витя, что после окончания нашего маленького приключения Петер вернется в Германию? А что будет делать Витя? Лить слезы мне в рубашку или поедет вместе с ним, бросив все, что имеет здесь? Отважится ли он на такой шаг? Позовет ли Петер его с собой или все что между ними происходит только мимолетная интрижка? Я от всей души переживал за парня, он действительно стал мне другом, тем настоящим, которого у меня не было раньше. Задается ли сам Витька этими вопросами или предпочитает не думать? Нет, это вряд ли. Уверен, что он все уже решил, иначе не заводил бы со мной тот разговор. Ведь он клонил именно к тому, что будет, когда все закончится. Я рад, если он нашел ответ на эти вопросы. Если адресовать их мне, то оглядываясь на наши отношения с Колином, я не смогу ответить ни на один. Наверно, потому что не могу сказать, есть ли между нами что-то большее, чем просто секс. Хотя, большее есть, вопрос в том, насколько больше?

- Ты чего не спишь? – вопрос Колина вырвал меня из рассуждений и заставил немного вздрогнуть от неожиданности.

- Думаю…- туманно ответил я и перевернулся к нему лицом.

Он такой красивый, такой близкий, такой желанный, надежный, родной, так можно продолжать до бесконечности. Смогу ли я отказаться от него? Бр-р-р, не думать об этом сейчас, не думать. Я тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли.

- Что будет у Петера с Витей, - решился все же озвучить некоторые свои вопросы, - после того, как все закончится?

- Думаю, что Петер заберет его с собой, - без колебаний ответил он и поцеловал меня в нос.

- А как же Витина жизнь?

- Ты считаешь, что с переездом она закончится? – он усмехнулся, - Она сильно изменится, это факт, но перемены в их случае будут к лучшему, - в полумраке комнаты, его глаза притягивали, словно два изумруда. Колин был загадочен, но в тоже время он был свой, родной и необходимый.

Мои мысли, чувства, все, что касалось этого человека металось из стороны в сторону, никак не получалось свести все на той единственной золотой середине.

- Ты об этом так уверенно говоришь, словно все уже решено.

- Все решено, - прозвучал его голос над головой, так как я опустился и спрятался у Лина на груди, - Я думал, что Витя скажет тебе об этом, пока нас не было.

- Наверно, он пытался, но разговор свернул не в то русло, - глухо отозвался я.

- О чем вы тогда говорили? – Колин замер, явно ожидая моего ответа.

- Мы молчали, после того, как Витя дал мне один совет.

- Ты к нему прислушаешься? – он все понял, не смотря на то, что я не сказал ничего конкретного, Колин все понял и ждал от меня какого-то решения.

- Трудно сказать.

- Подумай тщательно над его словами, - он легко коснулся моих губ, - хорошо?

- Обещаю, - я зевнул, теперь сильно захотелось спать.

- Спи тогда, - он еще раз поцеловал меня и отвернулся, а я тесно прижался к нему и обнял поперек талии. Сон захватил в свои объятия, показывая красивые картины совместного будущего с Колином.

Следующие пробуждение произошло под ароматный запах кофе. Колин уже проснулся и вовсю хозяйничал на кухне. Сегодня нужно съездить на квартиру к маме и выкинуть все из холодильника. Я не стал медлить, поднялся с кровати, быстро завершил все банные процедуры и появился на кухне.

- Завтрак, сэр, - шутливо мне поклонившись, Колин махнул в сторону накрытого стола.

- Благодарю вас! – так же в шутливом тоне ответил я ему, - Я сегодня поеду на мамину квартиру, съездишь со мной? – я сел и приступил к еде.

- Нет, не получится, но ты быстрее возвращайся, - я расстроился из-за его отказа и не заметил веселый блеск в зеленых глазах.

На то, чтобы заехать домой к маме, прибрать квартиру и вернуться обратно у меня ушло около трех часов. Когда уже собрался уезжать набрал номер Колина, хотел вытащить его из дома и прогуляться. Погода наладилась, и на небе то и дело появлялось солнце, освещая унылый осенний пейзаж и поднимая настроение горожанам. Колин не ответил, позже я позвонил еще раз, но он снова не взял трубку. Я, грустно вздохнув, спустился в подземку и поехал домой. Третий раз я попробовал дозвониться, когда вышел из метро, но снова прослушал лишь гудки. Где-то внутри почувствовал небольшую нервозность, но не стал заострять свое внимание, а быстрым шагом направился домой.

Я позвонил в дверь, но Коли не открыл. Хорошо, что ключи были с собой, я порылся в карманах и выудил оттуда маленькую связку. Вставил ключ в замок и открыл дверь. На пороге замер, а сердце пропустило удар, спиной ко мне у окна на кухне стоял человек в полицейской форме. Незнакомец был высокий, густые русые волосы отсвечивали рыжиной на солнце. Я не знал, что мне делать, развернуться и бежать или все же пройти в квартиру. Что бы там ни было, дома был Колин, раз нас выследили, то отвечать будем вместе. Я шагнул вперед, захлопнул дверь и замер на пороге.

- Раздевайтесь, проходите, - раздался грубоватый голос от окна.

Я снова застыл, боясь даже сделать вдох. Но потом взял себя в руки, разделся и вошел на кухню, сел на свое место и потянулся к пепельнице, чтобы закурить, в этот момент на моем запястье защелкнулись наручники. Этот щелчок хлыстом ударил по нервам. Но испугался я не за себя, я боялся за Колина, который оставался в этой квартире, где он сейчас, вот вопрос номер один. Я пристально смотрел на железный браслет на своем запястье и не мог поверить в то, что все настолько серьезно. Я медленно поднял голову и встретился взглядом с зелеными глазами Лина. Они были насыщенного зеленого цвета из-за желания обладать мной, но в них проскальзывали искорки озорства. На лице он с трудом удерживал серьезное выражение. Я облегченно выдохнул, захотелось смеяться над своей глупостью, как я мог так ошибиться. Ответ один, я все еще боялся, что за наши поступки, в конце концов, нам придется ответить.

- Вставай! – грубо скомандовал Колин и дернул меня за руку, которую все еще украшала полоска металла.

Я молча поднялся и последовал за ним в комнату. Там Колин отстегнул наручники от своей руки, толкнул меня в спину, вынуждая опуститься на ковер. С меня наручники он не снял, а вторую часть защелкнул на ножке дивана. Не понял…

- Ты чего? – спросил я.

Но вместо ответа Лин рывком поставил меня на колени и спустил джинсы сразу с нижним бельем. Теперь я собственно понял для чего весь этот маскарад, но может, стоит спросить моего согласия? Не уверен, что хочу, так, на полу.

- Лин, - начал я, - я оценил, давай на кровати продолжим.

- Тебе слова не давали, - снова нагрубил он.

Теплая рука прошлась по ягодицам, слегка сжимая, но тут же тепло сменилось прохладой смазки, которая потекла по дырочке. Я вздрогнул и дернул рукой, хотя и понимал, что это бесполезно. Колин сильно шлепнул меня по заднице, пятую точку обожгло огнем. Меня даже родители не лупили!

- Колин, прекрати! – запротестовал я.

Еще один шлепок и я вскрикнул, это уже было больно. Он погладил ушибленное место, задрал свитер и оставил мокрую горячую дорожку поцелуев по позвоночнику, при этом Колин не реагировал на мои вопли и протесты. Я попытался пнуть его ногой, но за это получил еще несколько раз по заднице. Стало обидно.

- Колин, не хочу так, - жалобно простонал я.

Ответа, как и реакции на мои просьбы, вновь не последовало. Вместо этого он опять меня шлепнул. После того как ягодицы вновь опалило огнем, в анус проникли сразу два пальца. Теперь горела моя дырочка, но как мне стало хорошо. Колин знал, как доставить удовольствие. Постепенно боль отошла на задний план, уступая место чувству движения его пальцев внутри. Я начал стонать и подаваться назад.

- Не дергайся! – раздался командный голос.

Я замер, а к двум пальцам присоединился третий. Стоять неподвижно стало тяжело, хотелось почувствовать эту ласку глубже, возбужденный член тоже требовал к себе внимания. Я потянулся к плоти рукой. Но дотронуться до себя не успел. Колин вывернул руку за спину и снова ударил по заднице.

- Сказал же, не дергайся!

- Не могу, - жалобно и тяжело дыша от возбуждения, сообщил я.

- Терпи!

Шлепок. Толчок его плоти в мое тело. Резкая боль. Быстрое движение внутри. Наслаждение, которое усиливается с каждым толчком. Мои крики и стоны. Дикое желание разрядки. Боль в руке, которую он прижимал к спине. Увеличивающийся темп толчков. Оргазм, который все ближе. Его рука, сжимающая меня до синяков. Еще более глубокие и резкие толчки. Вот-вот уже оргазм. Громкий стон, вырвавшийся из груди. И пустота внутри.

- Коли-и-ин! – заорал я. Так меня еще не обламывали. Пах свело болью.

- Ш-ш-ш, - успокаивающие поглаживание по мокрой спине.

Щелчок наручников и рука свободна. Покрасневшая кожа на запястье и пот, ручьем льющий с меня не отвлекали от того, чего меня лишили.

- Колин, чем я провинился? – сам удивляюсь своему жалобному тону.

- Ничем, - смеется он, - пошли в кровать.

Колин быстро избавил меня от остатков одежды, бережно уложил мое дрожащее тельце на диван и лег сверху, нежно поцеловал в искусанные губы. Анус пульсировал легкой болью, но это было ничто, по сравнению с тем, как болел пах из-за лишенного оргазма.

- Как же ты хочешь…- прошептал мой любовник, отрываясь на мгновение от губ.

- Очень, - простонал я, хотя его реплика не требовала моего словестного подтверждения, все было понятно без слов.

Одним быстрым движением он оказался внутри меня. Я уже хотел вздохнуть с облечением и вновь направится сладкой дорогой к оргазму, но Лин замер во мне и двигаться не спешил. Кто бы знал, как чесались руки, дать ему по лицу. Но кто в таком случае все же удовлетворит меня?

- Колин, ну пожалуйста, не мучай меня больше, - осталось только просить и умолять.

Его победная улыбка, быстрые резкие точки и рука на моем члене, ласкающая в такт этим толчкам стали мне наградой. Долгожданный оргазм накрыл с головой, заставляя тело дрожать сладкой дрожью, горячая сперма забрызгала живот и грудь. Пальцы Колина, которые тоже были в моей сперме оказались во рту. Я послушно все слизал. Колин еще несколько раз сильно толкнулся в мое изнеможденное тело и кончил глубоко внутри, тихо простонав. Он коснулся моих губ и разлегся на мне.

- М-м-м, Колин, слезь с меня, ты тяжелый и царапаешься, - Колин все еще оставался в полицейской форме.

Кажется, мне теперь нравятся мужчины в форме, точнее только один из них.

- Прости хороший мой, - он скатился и лег рядом.

- Разденься, - попросил я.

Он встал со вздохом, снял все лишнее и быстро вернулся обратно.

- Поспим? – спросил я.

- Хочешь?

- Не знаю, я вообще планировал тебя погулять вытащить, - сообщил я и потянулся за поцелуем, который тут же получил.

- Тогда пошли, проветримся, а то мы в квартире совсем зачахли, - он пробежался пальцами по моим ребрам, слегка щекоча, я дернулся, хохотнул, тут же почувствовал, как его сперма вытекает из меня, и замер, - Иди в душ, - Колин быстро сообразил, в чем дело.

- Угу, - я выбрался из его объятий, - ты со мной?

- Конечно, - Колин быстро подскочил и снова шлепнул меня по многострадальной попе.

- Прекрати! И так все болит! – я быстро прошел в ванну.

Мы приняли душ, забрызгали при этом всю ванную комнату, надеюсь, не затопили соседей снизу. У нас было хорошее и игривое настроение. Поэтому немного веселья и обливания друг друга холодной водой не возбраняется, не так ли?

Когда мы все же выбрались из дома, солнце уже скрылось за крышами домов, но стало значительно теплее. Мы решили съездить в парк, прогуляться там, потом заглянуть в какой-нибудь уютный ресторанчик и вернуться домой.

Вечер прошел великолепно. Мы гуляли, разговаривали, спорили о каких-то мелочах, не вспоминая наши проблемы и заботы. Нам было легко и хорошо вместе. Колин тайком украл несколько моих поцелуев, купил мне мороженное в парке. Мы словно влюбленная парочка, осталось только взяться за руки и глупо улыбаться. Но боюсь, такого поведения двух, вполне взрослых, мужчин прохожие бы не поняли. Я был доволен и даже, наверно, счастлив, раньше со мной такого не случалось. Даже первая всепоглощающая любовь обошла меня стороной. Была Настя, тогда я был уверен, что люблю эту девушку, но за последнее время я сильно изменился, повзрослел и на вещи смотрю совершенно по-другому. Теперешний я может твердо сказать, что это была не любовь, а острое желание обладать человеком, который выделялся из всех. Не более того. О том, что происходит между мной и Колином, я, все еще, старался не думать, а наслаждаться моментом…

Рассказ прохожего.

Трудно сказать, что вырвало меня из дома в этот осенний холодный вечер. Наверно, ссора с женой. Мне захотелось прогуляться. Я вышел из дома и направился бродить по темным, мрачным аллеям, сейчас такое окружение как нельзя лучше соответствовало моему настроению. Я медленно брел, вдыхая холодный воздух, зубы стучали от холода. Наконец, я вышел на освещенную дорогу. Прохожих в этот час было уже не много, все же это спальный район, а не центр города, где круглосуточно кипит и бурлит жизнь. Пешеходного перехода здесь не было, а на другой стороне дороги располагался небольшой магазинчик, где, не смотря на поздний час, наверняка, продадут бутылочку пива. Я стал оглядываться в поисках перехода, рисковать жизнью и перебегать весьма оживленную дорогу не хотелось, кроме того невдалеке стоял полицейский патруль. Светофор находился как раз в том месте. Я направился в ту сторону, в это время загорелся красный, на светофоре остановилась инкассаторская машина. Я не обращал на нее никакого внимания до тех пор, пока один из полицейских не подошел к этой машине и не заговорил с водителем. Вскоре разговор уже велся на повышенных тонах, а на помощь к коллеге подошел еще один патрульный. Мне он показался слишком молодым, почти мальчишка. Я невольно стал прислушиваться.

- По нашим сведениям в машине заложена бомба, - сообщил полицейский твердым голосом, - Выйдете из машины и отойдите на безопасное расстояние, - скомандовал он.

- Не положено, - отозвался водитель.

- Выйдете из машины, откройте кузов и отойдите, - повторил полицейский.

Водитель неохотно, но все же послушался служителя правопорядка. Со стороны пассажирского сидения вышел его напарник открыл кузов, но ни один, ни второй далеко не отошли от машины. Молоденький полицейский стал обследовать кабину, а тот, что разговаривал с водителем, скрылся в кузове машины. Через несколько минут из кузова повалили густой, белый дым. Полицейский выскочил из машины.

- Отходите, сейчас рванет! – крикнул он и сам отскочил от машины, захлопнув дверь кузова.

Его крик, словно кнут для животных, подействовал на окружающих. И водитель инкассаторской машины, и его напарник, а так же те редкие прохожие, в том числе и я, бросились в рассыпную от угрозы. Убегая, я краем глаза заметил, что полицейский запрыгнул на водительское сиденье, и машина с визгом рванула с места, за ней помчался и патрульный автомобиль, что так и стоял неподалеку. Водитель инкассаторской машины бросился вдогонку, что-то громко крича, но куда ему было угнаться за машиной…

Я стоял на тротуаре и дико хохотал, сдерживать смех не было сил. По-моему, это было неплохое ограбление только что. Я отдышался и поспешил домой. Не желая проходить свидетелем по этому делу.

Глава 7.

«Я не буду думать об этом сейчас, я подумаю об этом завтра – слова легендарной Скарлетт Охары, но что делать, когда завтра уже наступило?»

Я сидел на пассажирском сиденье, рядом с Витом, впереди, на похищенной машине, быстро ехали Петер с Витей. Меня всего трясло от нервного напряжения. Я отсчитывал секунды, чтобы уже оказаться в гараже. Но дорога все еще стелилась черной лентой под колесами наших автомобилей.

Еще днем Петер позвонил своим людям и дал команду на то, чтобы по поддельным картам начали снимать деньги. Думаю, что сейчас счета дяди уже пусты. Как только доберемся до места, можно будет праздновать победу. Я посмотрел на Вита, он сосредоточенно следил за дорогой, чтобы не отстать от Петера и сохранять дистанцию между автомобилями. Он такой красивый… Об этом парне можно много чего хорошего сказать, все его качества, как положительные, так и отрицательные, и сам Витор, сыграли со мной злую шутку. Я влюбился в этого паренька. Не могу сказать, взаимны ли мои чувства, порой кажется, что да, порой, что нет. Не могу разгадать его или прочесть, возможно, я еще слишком плохо его знаю. Я снова перевел взгляд на дорогу, так как Вит почувствовал, что я рассматриваю его и это отвлекало. Я очень завидовал Петеру и Вите, у них было все легко и просто. Витя был готов бросить все и уехать с Петером в Германию, а я даже заикнуться боялся об этом. Мне кажется, что я услышу однозначное «нет». Не хочу так.

Мы уже петляли по темным подворотням, а спустя несколько минут, показался знакомый дом, во двор которого мы и заехали. Мы вышли из машины, вытащили мешки с деньгами, часть Петер сразу отдал тем, кто помогал нам.

- Что теперь с этим делать? – я смотрел на кучу мешков с деньгами и не представлял, как можно вывезти хотя бы часть из этих денег.

- Все просто, - отозвался предусмотрительный Петер, - нам хватит недели, чтобы разбросать эти деньги по счетам, а там их легко перевести куда угодно, дело только в комиссии и в осторожности.

- Делим на четверых, - заявил я, понимая, что сам приложил не так много усилий для того, чтобы это все провернуть.

- Не скоро твой дядя оправится от такого удара, - Вит подошел сзади и положил руки мне на плечи.

- Не скоро…

Спустя неделю, когда наличных практически не осталось, мы сидели на излюбленной кухне в ставшей уже родной однокомнатной квартире и праздновали нашу победу.

- А мы послезавтра улетаем, - поведал Витя заплетающимся языком.

- Когда вернешься? – как-то странно спросил Вит.

- Жить не вернусь, только в гости, - продолжил откровенничать Витя.

Я же пристально следил за реакцией Витора. Не могу сказать, что он был очень удивлен, скорее он не понимал, как Витя решился все бросить и уехать, но выговаривать парню все это не стал.

- Удачи, - только сказал он, и вновь в его рту появилась привычная сигарета.

Вит щелкнул зажигалкой, язычок пламени лизнул кончик сигареты и Вит жадно затянулся, пропадая в своих мыслях. Я многое бы отдал, чтобы забраться в его голову и узнать о чем он сейчас думает.

- Ты когда домой собираешься возвращаться? – я вздрогнул от голоса Петера, он бил по больному. Хотя я мог ответить на это вопрос, билет был уже куплен.

- Через два дня, - тихо сказал я, но Вит услышал. Он повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. Его же серые глаза были полны грусти и непонимания. Неужели он подумал, что я его бросаю? Витор встал и ушел в комнату. Видимо подумал…

- А он? – тихо спросил Витя и кивнул в сторону комнаты.

- Не знаю, - блин, испортили настроение своими вопросами.

- Ладно, мы пойдем, - Витя дернул Петера за рукав, правильно уловив мой теперешний настрой, - Еще чемоданы паковать.

- Увидимся в Мюнхене, - напоследок махнул Витя, а Петер кивнул мне.

Витор провожать их не вышел. Я погасил везде свет и прошел в комнату. Глаза привыкали к темноте, и я различил силуэт любимого человека на диване. Я сел рядом, погладил его по впалому животу.

- Знаешь… - начал я.

- Не надо, не хочу сейчас говорить, - Вит поднял руку и погладил меня по щеке, - иди лучше сюда, - его рука переместилась на мой затылок, и он потянул меня на себя.

Он поцеловал меня так нежно, что хотелось заскулить, его руки уже блуждали по моему телу, то поглаживая ладонью, то легко пробегаясь пальцами. Мы долго целовались и ласкали друг друга. Я все время пытался поймать взгляд Витора, он не смотрел мне в глаза и постоянно отворачивался. Но грусть, печаль, и стоящие слезы я все же сумел разглядеть. Я несколько раз еще пытался с ним заговорить, но Вит постоянно обрывал разговор. Мы всю ночь занимались сексом, нет, для меня уже любовью, Вит отдавался мне словно в последний раз. Я понимал, что он думает, но предполагал, что у меня еще будет время переубедить его утром. Доказать, что он сделал неправильные выводы. Как же я ошибся…

Утром я проснулся в полном одиночестве. О присутствии Вита в этой квартире напомнил только его запах, которым пропиталось наша постель. Каких-либо его вещей не наблюдалось. Я быстро вскочил с кровати, прошел на кухню. Ничего, только легкий запах сигаретного дыма. Я схватил мобильник и стал набирать его номер. Механический голос сообщил мне, что данный номер заблокирован. Я опустился на табуретку, ноги отказывались держать вмиг потяжелевшее тело. Это конец. Ели он решил скрыться от меня в Москве, я его не найду. Я ведь даже адреса его матери не знаю. Я еще раз набрал номер, в ответ услышал тоже самое «номер заблокирован». Написал несколько смс, но понимал, что они не дойдут до адресата. Весь день метался, как зверь в клетке, звонил, искал его на улице, не смотря на то, что понимал, все это бесполезно. Я корил себя за то, что вчера так и не поговорил с ним, хотелось выть и кидаться на стены. Как можно было совершить такую ошибку?! А он, как он, мог просто молча взять и уйти, после всего, что было. Уйти, не сказав мне ни слова. Витор, неужели, все это время, которое мы провели вместе, не оставило в сердце никакого желания быть со мной? Почему ты так легко все разорвал и исчез?

Утром в день отлета я позвонил товарищу, у которого снимал квартиру, и сказал, что ключи ему отдаст мой друг. Витору написал письмо, где рассказал о своих чувствах и о том, что жду его. Бумаге признаваться было легче, хотя я все ему повторю, если только он решиться приехать. Только бы он все понял!

Я оставил письмо и билет до Мюнхена, который купил вместе со своим билетом, только вылет был на неделю позже. Я не собирался давить на него, только сказать все и предложить переехать. Окончательное решение Вит должен принять самостоятельно. Возможно, даже лучше, что так все получилось, у него действительно теперь есть возможность все взвесить и обдумать, мое присутствие не будет давить на него. Я был уверен, что Вит вернется сюда, когда меня не будет, ключи от квартиры он забрал с собой.

Улетал я с сердцем полным грусти. Теперь здесь навсегда останется часть меня. Я буду с нежностью вспоминать то время, что провел в Москве. Пусть меня привели сюда серьезные проблемы, и тогда все казалось безнадежным, но здесь я встретил того, кто окрасил мое настоящие в радужные цвета и подарил мне моменты счастья. Не знаю, увижу ли я Витора еще когда-нибудь, но буду ждать его всегда. Он - тот человек, который подарил мне вкус жизни. Тот, кто заставил понять, что не стоит бояться близости с другим человеком. И пусть иногда все оборачивается не так, как мы хотим или планируем, но из каждой минуты жизни можно получить свой момент счастья. Так случилось, что судьба сталкивала нас на протяжении долгого времени, но мы, к сожалению, не смогли понять и сохранить, то, что она нам подарила.

Эпилог.

Я все же успел на самолет. Сидел у иллюминатора в бизнес классе и с предвкушением ждал, когда увижу высокую фигуру Колина в толпе, когда смогу обнять его, зарыться руками в эти мягкие русые, чуть с рыжиной, волосы, заглянуть в его зеленые глаза и, наконец, прижаться к губам, которые оставляли след не только на моем теле, но и в моем сердце. Когда я вернулся в квартиру, я всего лишь хотел освежить в памяти воспоминания, чтобы они остались со мной на всю жизнь, но нашел на кухне письмо и билет на самолет. Я не смог сдержать слез, пока читал. Я сам виноват, что не дал Колину возможности сказать мне все это, я сам по глупости причинил себе боль и, наверняка, сделал больно ему, когда пропал с утра. Я дурак. Сомнений больше не осталось. Теперь я точно знал, что не упущу его, человека, который дал мне возможность почувствовать себя живым, желанным и необходимым. Я не потеряю ничего, потому что в Москве меня ничто не держит, мама и дядя Леша будут вместе, я лишний в их зарождающихся отношениях, а больше ничего и никого у меня здесь нет. Зато там я буду  с Колином и буду счастлив.

Я получил свой багаж и чуть ли не бегом направился в зал прилета. Колина увидел сразу. Как только он тоже выцепил меня взглядом из толпы, его лицо озарилось радостью.

- Привет, - я подошел и опустил глаза в пол, не зная, как себя вести. Хотелось броситься в его объятия, но я не представлял, как он отреагирует на такое публичное проявление чувств.

- Привет, - Колин сделал шаг ко мне и крепко сжал. Все сомнения мигом улетучились, и я сделал то, на что никогда бы раньше не решился, я потянулся и поцеловал его. Так просто, взял и поцеловал, у всех на виду. Стоило прикоснуться к его губам, и мне стало плевать на весь окружающий мир, главное он здесь, он рядом, большего мне не надо.

- Люблю тебя, - выдохнул я ему в губы.

- И я тебя, - он улыбался, я не видел, так как глаза были закрыты, но чувствовал, как растянулись его губы в улыбке под моими губами.

Я лежал на огромной кровати и щелкал пультом от телевизора, пока не наткнулся на российский канал. Не смотря на то, что Колин злился, я все равно смотрел российские каналы. Сейчас он копался на кухне и готовил завтрак, а я решил воспользоваться моментом и посмотреть новости.

- Колин! – закричал я.

- Ты чего орешь? – он перепуганный появился на пороге нашей спальни.

- Смотри, - я кивнул в сторону телевизора.

В новостях передавали о ДТП, в котором погиб известный крупный российский бизнесмен Константин Лаверндов.

- На этот раз я поверю в случайность, - сказал Колин и скрылся в кухне.

Конец.