Дуг настоял на том, чтобы отвезти Лиони в аэропорт встретить Мел и Эбби.

– Свинство с моей стороны постоянно отрывать тебя от работы, – сказала она, зная, что он заканчивает важную для него картину.

– Я находился у истоков этой драмы в семействе Делани и я желаю поприсутствовать на финише! – заявил Дуг. – Кроме того, мне все равно надо в город, встретиться с при­ятелем из галереи. Если ты пойдешь со мной, мы можем по­обедать и потом поехать в аэропорт. Таким образом убьем сразу двух зайцев.

– Ты в самом деле уверен… – начала было Лиони.

– Да в чем дело? – внезапно рассердился он. – Я же сказал, что уверен! Или ты хочешь, чтобы с тобой поехал Хью?

– Нет, – промямлила Лиони.

Она все еще ничего не рассказала Дугу об их разрыве. Дуг наверняка придет в ужас: как могут Хью не интересовать Эбби и Мел? Сам он обожал близнецов, хотя даже не ухажи­вал за их матерью. Лиони поежилась. Неприятно вспоми­нать, что она встречалась с человеком, который не любит детей.

– Тогда завтра встретимся в половине одиннадцатого, – сказал Дуг.

Когда он заехал за ней на следующий день, Лиони его едва узнала. Она всегда видела Дуга только в старых джинсах и бесформенных свитерах цвета мокрого цемента. Сегодня он выглядел совсем по-другому. Роскошные русые волосы аккуратно зачесаны назад и необыкновенно хорошо сочета­ются с темно-серым костюмом, синей рубашкой и строгим галстуком стального цвета. Лиони, открыв рот, смотрела на стоящего перед ней мужчину. Шрамы были едва заметны, они почти исчезли в последнее время. С тех пор как Лиони прочитала про витамины и минералы, помогающие заживле­нию ран, она заставляла Дуга каждое утро пить горсть табле­ток. Он даже шутил, что они гремят у него внутри, когда он ходит. Так или иначе, но они помогли.

– Я же не намертво прилип к моей рабочей одежде, – заметил Дуг, хитро поглядывая на ее изумленное лицо. – У меня есть парочка приличных костюмов.

– Но ты совсем не похож на себя!

– Лучше?

Лиони склонила голову набок.

– Ты выгладишь фантастически здорово, – сказала она. – Но я бы никогда не почувствовала себя с тобой так спокойно с первого же раза, если бы впервые увидела тебя в таком шикарном наряде. Я бы, наверное, и заговорить с тобой побоялась!

– Это был любимый костюм Кайтлин, – задумчиво со­общил Дуг. – Она ненавидела мои бесформенные рабочие одежки и настаивала, чтобы по вечерам я счищал краску и одевался прилично. А Хью носит костюмы? – неожиданно спросил он.

– Не вспоминай Хью, ладно? – простонала Лиони.

– Поссорились?

Она кивнула. Так было проще, чем вдаваться в сложные объяснения.

В городе Дуг остановил машину около галереи.

– Это займет всего несколько минут, – пояснил он. – Я только занесу холсты. Может, ты войдешь и посмотришь, что и как?

– Я могу помочь, – предложила она.

– И не вздумай, они тяжелые. Иди и поглазей. Я вернусь через несколько минут.

Пока Дуг и мужчина из галереи с какими-то дикими красными волосами вносили полотна, Лиони бродила по залам, разглядывая яркие картины маслом, меланхоличные акварели и резкие, агрессивные скульптуры, расставленные в середине помещения. Все стоило безумно дорого, полотна Дуга наверняка будут стоить еще больше. Хью как-то сооб­щил ей, что полотна Дуга Манселла – солидное капитало­вложение.

– Ты можешь купить у него что-нибудь по дешевке, а через несколько лет продать значительно дороже, – сказал Хью, глаза которого загорелись при такой радужной пер­спективе.

Лиони пришла в ужас. Делать деньги на приятеле? Ни за что.

Она таращилась на большую картину в стиле модерн, пы­таясь понять, что на ней изображено, когда громко хлопнула дверь галереи. Лиони обернулась и увидела миниатюрную блондинку.

«Какая энергичная», – лениво подумала Лиони. Энергия исходила из нее, как пузырьки из шампанского. Лиони с одобрением рассматривала экстравагантный брючный кос­тюм красного цвета, сапоги на высоченных каблуках и ко­роткие светлые волосы. Неожиданно женщина подошла к Дугу, взяла его лицо в ладони – и поцеловала. Глаза Лиони расширились. Неужели это…

– Привет, Кайтлин. Не ожидал тебя здесь встретить, – спокойно сказал Дуг.

– . – Я слышала, что ты сюда собираешься, – ответила Кайтлин хрипловатым низким голосом.

Лиони сделала все возможное, чтобы стать как можно менее заметной. Она разглядывала ужасную картину и стара­лась не подслушивать, но невольно все слышала. Господи, эта женщина когда-то разрушила Дугу жизнь! – Ну, как дела? – спросила Кайтлин.

Она была намного ниже его ростом, ей приходилось за­прокидывать голову, чтобы заглянуть ему в лицо. Она посто­янно была в движении. Даже когда говорила, притопывала одной ногой.

– Знаешь, а я по тебе скучала, – сказала она.

– Разве? Ты ни разу не позвонила. Ты ведь знала, где я живу, – ответил Дуг.

У Лиони даже сердце заболело, так было его жалко. Он тосковал по Кайтлин, а она его забыла! Сука!

Кайтлин подвинулась к нему еще ближе и положила руку на лацкан его пиджака.

– Ты надел мой любимый костюм, – тихо сказала она, глядя на него.

– Да.

Как много можно сказать одним словом! «Он надел его для Кайтлин», – подумала Лиони.

Она не могла больше выносить эту мучительную сцену.

– Пока, дорогой, – сказала она, послав воздушный поцелуй удивленному владельцу галереи. – Я тут рядышком, кофе попью. Вернусь чуть позже.

Он догадался ей подыграть, тоже послав воздушный по­целуй.

– Ладно, душечка, увидимся позже.

Она резко повернулась и быстро прошла мимо Дуга, как будто была с ним незнакома. Не хотелось еще больше ослож­нять ему жизнь. Если он хочет вернуть Кайтлин, то, возмож­но, ему ни к чему объяснять свою дружбу с Лиони.

Лиони заказала кофе и печально подумала, что в их отно­шениях и скрывать-то нечего. Уныло болтая ложкой в чашке, она внезапно сообразила, что жалеет об этом. Дуг такой доб­рый, очаровательный, душевный человек. Сейчас ей хоте­лось, чтобы он был для нее не только другом. Ей хотелось много больше. И у нее был шанс, но она им не воспользова­лась. А сейчас все потеряно…

«Не дури! – твердо сказала она себе. – Он никогда не интересовался тобой как женщиной». Что может она предло­жить мужчине, который встречался с такой красоткой, как Кайтлин. У нее блестящая карьера, ей много меньше сорока, и ей не приходится покупать старушечьи туфли огромного размера?

Лиони потягивала кофе и смотрела в окно, мечтая, чтобы Дуг послал Кайтлин куда подальше. Она уже прикончила вторую чашку, когда в дверях показался владелец галереи. Заметив ее, он замахал руками и направился к ней.

– Вы Лиони? – спросил он. Она кивнула.

– Дуг попросил меня передать вам вот это и извиниться за то, что не сможет отвезти вас в аэропорт. – Он положил на стол банкноту в пятьдесят фунтов. – Ему очень жаль, но с мадемуазель Кайтлин истерика, и он ее успокаивает. Уж эта мне примадонна! – Он с отвращением передернул плеча­ми. – Я бы сам с удовольствием отхлестал ее по щекам, но Дугу это может не понравиться, а я его очень люблю.

Лиони слушала вполуха – отключилась, когда узнала, что Дуг не повезет ее, потому что утешает Кайтлин. Он ведь был таким надежным. Никогда не подводил. Но чего не сде­лаешь ради человека, которого так любишь и с которым был надолго разлучен.

Лиони почувствовала, что вот-вот расплачется, и отодви­нула деньги.

– Спасибо, не надо, – храбро заявила она. – У меня полно денег. Дуг просто хотел оказать мне услугу, – добави­ла она.

– В самом деле? – Глаза владельца галереи были умны­ми и проницательными. – Я бы вам не советовал так разбра­сываться. Вот я когда-то оказался дураком – и взгляните на меня сегодня. Один как перст.

И он ушел, оставив деньги на столе.

Лиони схватила деньги, сумку и выскочила в дверь. Она побежала прочь от галереи, задыхаясь от жары на августов­ском солнце и стараясь не думать о том, как Дуг с любовью сжимает в объятиях Кайтлин.

За углом была стоянка такси. Опустившись на сиденье машины, Лиони почувствовала, что вся вспотела, тушь текла по щекам, а янтарного цвета шелковая блузка прилипла к спине. Водитель попытался с ней заговорить, но она отвечала односложно, тупо глядя в окно, и он оставил ее в покое. «Ах, Дуг, Дуг! – в отчаянии подумала Лиони – Почему я не по­няла этого раньше? Теперь уже поздно».

Мел и Эбби вышли в зал прилета одними из последних – загорелые, сияющие, нагруженные горой чемоданов и кучей пакетов.

– Мам! – дружно взвизгнули они, заметив ее. Лиони обняла обеих, плача от радости.

– Я так рада вас видеть! – с трудом произнесла она.

– Мы тоже, – хором ответили девочки.

– Выглядите вы замечательно, – улыбнулась Лиони. И это была правда.

Особенно поразила ее Эбби. Девочка вытянулась, стала выше Мел, и фигура ее уже не казалась коренастой. На ней были джинсы в обтяжку, подчеркивающие длинные ноги, и бирюзовая футболка, на фоне которой ее поразительные глаза выделялись еще больше. Руки увешаны серебряными индейскими браслетами с бирюзой, волосы выгорели, отрос­ли и свободно падали на спину.

– Эбби, ты стала просто красавицей, – сказала Лиони, отступая на шаг и разглядывая своего гадкого утенка, кото­рый и в самом деле превратился в прекрасного лебедя.

– Я и чувствую себя великолепно, – улыбнулась Эб­би. – Я чувствую себя самой собой и никем больше.

– Она без конца читала всякие самоучители, – хихикнула Мел. – А я, что бы ни делала, не могу найти в себе внут­реннюю силу!

– Ты отыскиваешь эту внутреннюю силу, только когда видишь симпатичного парня, – поддразнила Эбби.

Тут, как по заказу, мимо прошла группа молодых людей с рюкзаками: они чуть головы себе не свернули, разглядывая девушек. Привыкшая к такому вниманию Мел кокетливо улыбнулась. Но Лиони поразила реакция Эбби. Она с уве­ренной усмешкой посмотрела на парней, откинула голову и рассмеялась, рассыпав волосы по плечам. «Она уверена в себе! – поняла Лиони. – Моя девочка вернулась домой взрослой».

По дороге домой они непрерывно болтали.

– Я думала, за нами приедет Дуг, – заметила Мел.

– Не получилось, – спокойно ответила Лиони. – А те­перь рассказывайте обо всем.

Дома Пенни сошла с ума от возбуждения, тряслась от ра­дости, лизала девочек и обнюхивала их вещи.

– Мы по тебе тоже скучали. – Эбби уселась на пол рядом с собакой и обняла ее.

Лиони немного боялась, что девочкам будет не по себе дома, но они явно были в восторге и объяснили ей, как труд­но быть постоянно сверхаккуратными.

– Понимаешь, Флисс просто помешана на чистоте, – заявила Мел. – Тебе бы не понравилось, мам.

Лиони едва сдержала смех.

Мел тут же отправилась к телефону, чтобы сообщить своим подругам-недругам, как великолепно она отдохнула, как прекрасно загорела и какие невероятные одежки привез­ла. Таких, естественно, в Ирландии не купишь.

Эбби распаковала несколько небольших цветастых паке­тов с травяным и фруктовым чаем и предложила сварить ма­тери укрепляющий настой. Она сообщила, что отказалась от обычного чая и кофе и не собирается больше отравлять свой организм разной гадостью.

Лиони сидела на кухне и с удовольствием смотрела на свою высокую, уверенную дочь.

– Ты стала очень красивой, Эбби, – сказала она, сглаты­вая комок в горле. – Я тобой горжусь.

– Вот попробуй, – Эбби протянула ей чашку малиново­го чая.

– Прелесть, – согласилась Лиони.

– Понимаешь, я раньше не прислушивалась к своему телу, – объяснила Эбби, – ела что попало. И все время была в депрессии, ненавидела себя. А сейчас я чувствую себя заме­чательно.

Ее лицо сияло, глаза сверкали, она полна жизни, уверена в себе и счастлива. Вспомнив запутавшуюся, злую девочку, которая уехала из дома всего три месяца назад, Лиони мыс­ленно вознесла молитву господу.

– Я очень благодарна Флисс, – сказала она.

– Флисс тут ни при чем, мам, – сказала Эбби. – Это ты мне помогла. Ты всегда была сильной и никому не подра­жала. А я запуталась, хотела казаться не такой, какая я на самом деле. Я… – она с трудом подбирала слова, – хотела выглядеть, как Мел, и говорить, как Флисс. А такое немыс­лимо.

– Ох, Эбби! – Лиони взяла руку дочки в свою. – А я-то думала, что тебе не терпится уехать от меня и жить с Флисс.

– Мне хотелось тогда сбежать от самой себя, – призна­лась Эбби. – Я ведь страдала булимией, мама. Я сама испор­тила свое здоровье. Ты прости, я тебе тогда соврала…

Лиони не могла говорить, только крепче прижала к себе девочку.

– Поверить невозможно, какой я была дурой! – продол жила Эбби. – Ведь от булимии даже инфаркт может случиться. Она разрушает зубы, от нее дерет горло, нарушается кислотность желудка. И самое смешное – не помогает. Зато надежно разрушает нас изнутри. – Она глубоко вздохнула. – Мне трудно было тогда тебе все это сказать, мам, но сейчас мне важно все расставить на места.

Она говорила, как взрослый человек, уверенный в себе.

– Эбби, обещай мне никогда больше этого не делать! – попросила ее Лиони.

Эбби ласково обняла мать.

– Ни за что, мама. Я не буду этого делать ради тебя и ради себя, даю слово. Человек только сам может избавиться от булимии. Это нелегко, но я смогу. Тем более что ты рядом.

Они просидели на кухне весь вечер, болтали о поездке, смеялись.

Ложась спать, Лиони почувствовала, что огромный груз свалился с ее плеч. С Эбби все в порядке. Это самое главное. Ну и что, если немного ноет сердце при мысли о Дуге? У нее есть ее девочки. Что еще ей нужно? Она уже один раз ошиблась, связавшись с Хью и упустив Эбби. Такого больше не случится. «Мужчины отныне перестанут быть частью моей жизни, – решила она. – И вообще, кому они нужны?»

На следующий день они втроем отправились по магази­нам. Учебный год начинался через неделю, и Мел был нужен новый свитер, а Эбби – новая юбка, поскольку старые с нее просто сваливались. Сделав покупки, они отправились в кино, а затем в мексиканский ресторан, чтобы пообедать. Пока девочки были рядом, Лиони могла не думать о Дуге. Но, придя домой, она обнаружила короткое послание на автоответчике. Он сказал, что перезвонит. Весь вечер Лиони ждала звонка. Она не очень понимала, как сумеет Дуг объяс­нить случившееся, но ей все равно хотелось услышать его голос, услышать, как он ласково говорит «Лео». Телефон зво­нил без конца, но это были подруги близнецов. А Дуг навер­няка забыл про свое обещание и упивался вновь обретенным счастьем с Кайтлин…

На работу на следующий день Лиони пришла в скверном настроении. Ей бы радоваться: Мел и Эбби дома, Дэнни вер­нется на следующей неделе. Но она чувствовала себя не­счастной.

– Что с тобой такое? – спросила Анджи, когда Лиони молча бросила на пол сумку и начала натягивать халат.

– Ничего, – ответила Лиони, беря лист с заданиями на сегодняшний день. Им предстояло осмотреть двух псов и сделать операцию коту, который якобы проглотил моток ниток вместе с иголкой.

– Что-нибудь с девочками? – осторожно спросила Анджи.

– Нет, с ними все чудесно. Они прекрасно провели время, но, представь себе, рады вернуться домой. Эбби вы­глядит замечательно, она такая счастливая! – Лиони замол­чала. Ей не хотелось говорить об этом. Черт, она вообще не могла понять, что ее так раздражает.

Весь день она работала как автомат, а посетителей, как назло, было очень много. Собаки выли, кошки мяукали, а их хозяева то и дело впадали в истерику.

– Господи, Лиони, ты выглядишь так, будто ты потеряла шиллинг, а нашла шесть пенсов, – сказала Анджи, моя руки после очередной операции.

– Я в порядке.

– Если ты в порядке, то я королева Шебы, – заявила Анджи. – Ради бога, расскажи, что случилось.

– Господи, да не знаю я! Что-то меня гнетет…

– Хью? – спросила Анджи.

– Нет. Кое-что случилось вчера, когда я поехала с Дугом в аэропорт встречать девочек.

– Ах да, этот отшельник Дуг! Я тут как-то его видела, – сказала Анджи. – Ничего себе, только уж очень мрачный. Даже, я бы сказала, дремучий.

– Анджи, ты возмутительна! Он так много пережил…

– А ты не отказалась бы его утешить? – догадалась Анджи.

– Ничего подобного! Он просто друг.

– Ну да, рассказывай! Почему же тогда ты не впала в грусть, расставшись со своим дорогим Хью?

Вот на этот вопрос у Лиони ответа не нашлось.

– Расскажи, что случилось, – приказала Анджи. Лиони послушалась и, рассказав обо всем, почувствовала огромное облегчение.

– И с тех пор он даже не позвонил? – возмутилась Анджи.

Лиони покачала головой.

– Знаешь, что ты должна сделать? – добавила Анджи. Пойти и сказать ему все, что ты по этому поводу думаешь.

– Не говори ерунды. Ничего особенного я по этому по­воду не думаю. Мне только обидно, что он не позвонил и не извинился. Нет, он позвонил, но меня не было, а перезво­нить не удосужился.

– Делани, не вешай мне лапшу на уши! – рявкнула Анд­жи. – Я чертовски хорошо знаю, что ты от него без ума. Ты встречаешься с ним через день, долго гуляешь, бесконечно пьешь кофе в его студии… И не говори мне, что это не лю­бовь, даже если ты только что об этом догадалась. Черт, да ты в десять раз чаще видела Дуга, чем этого треклятого Хью! Ра­зумеется, ты в него влюблена.

– Я действительно об этом не догадывалась, – тихо ска­зала Лиони. – И сообразила, только когда увидела его рядом с этой Кайтлин. Господи, как же я ненавидела ее в тот мо­мент!

– Так скажи ему!

– Каким образом? Ведь он наверняка сейчас с ней. Что ты мне предлагаешь – ввалиться в дом и потребовать, чтобы меня выслушали? А она будет стоять рядом и ухмыляться. Надо же, я посмела мечтать, что он захочет встречаться со мной… Ты бы ее видела, Анджи! – простонала она. – Про­сто идеальная, черт побери.

– Наверняка нет, если она так бездушно бросила его, – безапелляционно заявила Анджи. – Ты обязана сказать что-то Дугу, иначе никогда себе этого не простишь.

– Видимо, не прощу, – пробормотала Лиони и приня­лась мыть операционный стол.

Дэнни вернулся домой на следующей неделе с полным рюкзаком грязной одежды и кучей рассказов о своих при­ключениях. Близнецы снова пошли в школу, им тоже было что рассказать. Лиони была постоянно занята, и, по идее, у нее не должно было оставаться ни минуты, чтобы думать о Дуге. Но она все равно умудрялась. Она вспоминала их про­гулки в горах, долгие беседы у него на кухне и замечательный ужин в «Голодном монахе», где им было так легко друг с дру­гом. Она вспомнила, что ей никогда не было так легко с Хью, даже когда они занимались любовью. Вернее, особенно когда они занимались любовью. Иногда она представляла себе, что занимается любовью с Дугом, что его борода щекочет ее грудь… Но она тут же останавливала себя, брала Пенни и шла на долгие прогулки, чтобы как-то растратить скопив­шуюся в ней энергию. Однако теперь она не ходила мимо дома Дуга, чтобы избежать случайной встречи с ним и Кайт­лин.

В пятницу, когда Лиони пришла с прогулки, она увидела джип Дуга рядом со своим домом.

– Дуг приехал! – без всякой необходимости возвестила Мел, выскочив в холл.

– Чудесно, – соврала Лиони.

Ей не хотелось с ним встречаться, но выбора не было. Натянуто улыбаясь, вошла в гостиную, где Дуг вместе с Дэнни смотрели телевизор.

Дуг немедленно поднялся.

– Мне необходимо с тобой поговорить, – сказал он.

– Прости, не могу, – снова солгала Лиони. – У меня свидание с Хью.

– Ничего подобного… – начал Дэнни, но Лиони одним убийственным взглядом заставила его замолчать.

– Я хочу извиниться за то, что произошло на прошлой неделе, Лиони. Появилась Кайтлин, и я был вынужден поговорить с ней…

– Прекрасно, – жизнерадостно провозгласила Лиони, пятясь из комнаты. – Мне пора идти. Пока!

Она побежала в спальню, захлопнула за собой дверь, упала на кровать и разрыдалась. Дуг позвонил в субботу.

– Скажи, что меня нет! – прошептала Лиони.

– Она говорит, что ее нет, – сообщил Дэнни Дугу. Лиони рассердилась. Какой, однако, бестактный у нее сын! Хотя, кто знает, может, это и к лучшему. Так Дуг, по крайней мере, поймет, что их дружбе пришел конец. Если он собирается приклеиться к этой проклятой Кайтлин на всю оставшуюся жизнь, Лиони наблюдать за этим не собиралась. В воскресенье, гуляя с Пенни, она заметила на дороге джип Дуга. Стремясь избежать встречи, она, к великому удо­вольствию Пенни, прыгнула в сторону и побежала по полю. Пасущиеся там овцы пришли в ужас.

– Мы на минутку, – утешила их Лиони из своего укры­тия в лощинке.

На следующий день Эбби спросила, почему Дуг у них не появляется.

– Не знаю, – солгала Лиони. – Думаю, увлекся работой. Эбби внимательно взглянула на мать.

– Ты ждешь, что я этому поверю? – спросила она. Лиони застонала:

– Только ты тоже не начинай! А то я чувствую себя так, будто принимаю участие в телешоу, и зрители советуют, как мне поступать со своей жизнью.

– Ты же несчастна, мама, – сказала Эбби. – Все это видят.

– Я устала, дочка, вот и все. А теперь извини, мне надо положить белье в стиральную машину.

Прошла еще неделя. Лиони прожила ее на автопилоте. Наступила ее очередь дежурить в субботу в приемной. Она осматривала кролика, удивляясь, как часто их теперь стали заводить, когда раздался телефонный звонок. Просили по­звать Анджи.

– Присмотри за кроликом, – попросила она Луизу. – Я позову Анджи.

Она вошла в операционную – и остановилась как вко­панная. Там стоял Дуг, удерживая на смотровом столе дрожащего и скулящего Джаспера. Дуг выглядел неприбранным, волосы растрепались, одет для прогулок с собаками. И еще – у него был усталый вид. «Слишком много секса», – мрачно решила Лиони.

– Что случилось с Джаспером? – сразу же спросила она. Узнав дружеский голос, Джаспер слабо вильнул роскошным хвостом.

– Лапу повредил. Один коготь вырван прямо с мясом. – Анджи готовилась обезболить лапу.

– Бедный ты мой, – Лиони погладила собаку по голове. Джаспер и так выл от боли, но взвыл еще громче, когда Анджи приблизилась к нему. От нее пахло специфически, а Лиони знала, что собаки этот запах ненавидят.

– Там тебя просят к телефону, – сказала она. – Миссис Маккарти, насчет кошки. Срочно.

– Хорошо. Я мигом вернусь. Анджи вышла из комнаты.

–Почему ты меня избегаешь? – тихо спросил Дуг.

Лиони не могла себя заставить взглянуть на него. Она на­клонилась к Джасперу, который перестал выть, но глазами умолял ее увести его из этого ужасного места.

– Вовсе я тебя не избегаю, – резко сказала она. – Я за­нята, у меня свои дела, у тебя – свои.

– Нет у меня никаких своих дел, – ответил Дуг. – Мне тоскливо и одиноко. Никто не вваливается ко мне в любое время, не заставляет пить витамины и не вытаскивает на све­жий воздух из студии. Никто не приглашает к ужину и не кормит домашней лазаньей. Не с кем посмеяться и погово­рить.

Лиони вдруг почувствовала, что ей стало нечем дышать. Она медленно выдохнула и неуверенно спросила:

– А как же Кайтлин? Любовь всей твоей жизни верну­лась, а тебе нужна скучная старая соседка, чтобы сварить кофе и поболтать? У тебя есть для этого настоящая принцесса.

Он не успел ответить, как в комнату вошла Анджи. Джас­пер снова заскулил.

– Уж простите, – сказала она, уставившись на внезапно побледневшую Лиони.

– Мне надо идти, – заявила Лиони и выбежала из ком­наты.

Несколько минут она пряталась в туалете, ждала, когда пройдет желание заплакать. Потом вернулась в приемную.

Она как раз относила кролика в клетку, когда появилась Анджи с Дугом и Джаспером. Собака радостно пыхтела, удерживая на весу искусно забинтованную лапу.

– Вам сюда нельзя! – крикнула Лиони. – Джасперу уже лучше, вы можете ехать домой.

Анджи взяла у Дуга поводок, а он подошел вплотную к Лиони, она даже почувствовала запах краски.

– Ты можешь починить ему лапу, – сказал Дуг, – но ты не можешь починить мое сердце.

Все сестры внимательно наблюдали за ними. Даже жи­вотные заинтересовались. Быть свидетелем человеческой драмы всегда интересно.

– Дуг, о чем ты? – спросила Лиони, отчаянно пытаясь держать себя в руках.

– О тебе, я говорю о тебе. Ты две недели меня избегаешь. Не зовешь меня гулять, не приходишь в студию попить кофе.

– Но не здесь же об этом говорить! – воскликнула она.

– Ты не хочешь говорить со мной дома, пришлось прий­ти сюда.

– И ты поранил беднягу Джаспера, чтобы поговорить со мной? – возмутилась она.

– Нет, он просто знал, что я в отчаянии, и пришел с про­гулки, хромая. Так что это была жертва с его стороны.

«Господи, он даже в такой момент способен шутить!» – мелькнуло в голове Лиони.

– Ни разу еще не встречал человека, способного на столь скоропалительные выводы, – заметил Дуг.

– Что правда, то правда, – поддержала его Луиза.

У Лиони аж дух захватило от такой несправедливости.

– Ты была уверена, что у немецкой овчарки сломана нога, хотя ничего подобного рентген не показал, – добавила Луиза.

– Это не скоропалительный вывод, а опасение худшего, чтобы сразу принять правильное решение. Я просто предпо­читаю перестраховаться, – заявила Лиони.

– Ну, вот ты и перестраховалась, когда увидела меня с Кайтлин, – мягко сказал Дуг. – Я не смог отвезти тебя в аэропорт, поскольку вынужден был утешать ее. Она хотела вернуться ко мне и начать все сначала, а я сказал, что об этом не может быть и речи. Потому что я влюблен в другую жен­щину.

Лиони почувствовала, как по щекам текут слезы. Дуг протянул руку и привлек ее к себе.

– Я тебя люблю. Если уж пришлось признаваться при свидетелях, пожалуйста, я готов. Может, это даже к лучшему: иначе ты ведь и не поверишь. – Он повысил голос: – Я, Дуг Манделл, безумно влюблен в Лиони Делани, мать троих детей, большую и ласковую женщину, любительницу скоро­палительных выводов!

Все принялись аплодировать, а животные, которые не на­ходились под наркозом, залаяли, замяукали и захлопали крыльями.

– Правда? – тихо спросила Лиони, прислоняясь к нему. – Правда. Я всю неделю пытался поговорить с тобой, и если бы не Эбби, я бы так ничего и не сказал, потому что думал бы, что ты влюблена в этого негодяя Хью.

– Эбби?

– У нас с ней заговор. Если бы Джаспер так кстати не повредил себе лапу, я бы приехал вечером и утащил тебя на несколько дней в какое-нибудь романтическое место. А Эбби обещала присмотреть за моими собаками. Я решил, что надо действовать силой, раз ты отказываешься даже говорить со мной.

– Убью Эбби, маленькая негодяйка, – возмутилась Лио­ни. – Могла бы мне сказать.

– Какой же тогда смысл в заговоре? – усмехнулся Дуг. – Так ты поедешь со мной?

Лиони соскребла пятно краски с его рубашки и потрепа­ла за бороду.

– Да, и с удовольствием. Медсестры даже вздохнули от зависти.

– Мы не должны их разочаровывать, – заметил Дуг с лу­кавой искоркой в глазах. – По-моему, нашей аудитории не хватает поцелуя под занавес.

И он поцеловал ее так страстно, что Лиони пришлось уцепиться за шкаф с медикаментами, чтобы не упасть.