Корэцугу-но-тюнагон был щедро наделен талантом воспевания ветра и луны. Всю жизнь он хранил чистоту и читал сутры. А жил он вместе с храмовым монахом Энъи-содзё ш. В годы Бумпо ш, когда храм Миидэра сгорел, Корэцугу сказал монаху:

– Прежде, обращаясь к вам, мы говорили «храмовый монах». Но так как храма не стало, отныне мы будем называть вас просто монахом!

Очень остроумное замечание!

LXXXIII

Поить вином простолюдина – дело, требующее большой осторожности. Один мужчина, живший в Удзи, знался с неким Гукакубо – священником из столицы. Священник этот был отшельником, человеком весьма изящным и привлекательным и доводился ему шурином, поэтому отношения между ними поддерживались самые сердечные. Однажды за бонзой в столицу был прислан конь и слуга. Гугакубо встретил слугу словами:

– Дорога предстоит дальняя. Прежде всего надо, чтобы ты пропустил разок,- и предложил ему сакэ.

Тот чарочку за чарочкой, чарочку за чарочкой выпил-таки изрядно. Потом он прицепил к поясу меч, что придало ему весьма бравый вид, приведший Гугакубо в хорошее расположение духа, и пустился в дорогу, сопровождая священнослужителя.

Где-то в районе Кобата путники повстречали монаха из Нара, а с ним – большое число воинов. И тут наш провожатый бросился им наперерез и с возгласом:

– Подозрительно, что они делают в горах в такой поздний час? Стой! – выхватил из ножен меч.

Воины все, как один, тоже обнажили мечи и вложили в руки стрелы. Увидев это, Гугакубо умоляюще сложил руки:

– Извольте видеть, он же мертвецки пьян! Простите его великодушно,- после чего все посмеялись над ними и по

ехали дальше. Провожатый же, обернувшись к Гугакубо, гневно произнес:

– Однако же вы изволили вести себя крайне досадным образом. Я вовсе не пьян. Я желал прославить свое имя, а из-за вас мой меч оказался обнаженным всуе! – и в порыве безрассудства ударил священника мечом, а когда тот рухнул

наземь, заорал: «Караул, разбойники!»

Когда же на крик его сбежались всполошившиеся сельские жители, он вдруг заявил: «Это я разбойник!» – и, кидаясь из стороны в сторону, принялся размахивать мечом и очень многих поранил, но в конце концов был схвачен и связан.

Залитый кровью конь священника по той же дороге примчался домой, в Удзи. Домашние перепугались и срочно послали на розыски пропавших большую группу мужчин. Гугакубо нашли на заросшей кустами гардении равнине. Он лежал и тихонько стонал. В Удзи его принесли на руках.

Хотя пострадавшего и спасли от близкой смерти, но ударом меча у него была сильно повреждена поясница, и он остался калекой.