Делоне не стал тратить время зря и отправил меня выполнять поручение в тот же день. Помимо дома в Городе д’Эссо располагал покоями во Дворце, где я тоже уже бывала — иногда ему доставляло удовольствие выставлять меня напоказ перед завистниками, — но мне ни разу не доводилось разыскивать лорда. Прежде я никогда не добивалась встречи с кем-либо из своих поклонников, и в тот день мне это было внове.

В экипаже Жослен хранил такое же молчание, что и Ги до него, но гораздо демонстративнее, несмотря на сдержанные кассилианские манеры. Не было сомнений, что спутник меня презирает. Все его тело выражало недовольство навязанной ролью, а небесно-голубые глаза буквально пылали возмущением. Я по возможности старалась не обращать на него внимания, поскольку следовало сосредоточиться на значительно более важных вещах, чем его уязвленное достоинство, но это было нелегко.

Среди публики, заполнявшей западное крыло Дворца, мы представляли собой весьма странную пару. Я шла в хорошо узнаваемой сангровой накидке поверх платья — скромного наряда из коричневого бархата — и со скрытыми под черным чепцом волосами, но с таким же успехом могла бы вышагивать нагой, словно прямиком из спальни. Рядом с высокой фигурой Жослена — в пепельном рубище и с простыми стальными наручами — весь мой облик словно кричал, что я Служительница Наамах. Пытаясь определить, бывал ли кассилианец прежде в королевском дворце, я потерпела неудачу. Даже если его и ошеломили величественность и многолюдье Дворца, он ничем этого не выдал.

Открывший дверь в покои д’Эссо слуга узнал меня и испуганно отступил на шаг назад. Я отметила, что он то и дело косился в сторону — на моего спутника.

— Миледи Федра но Делоне, — с поклоном поприветствовал меня лакей, наконец овладев собой. Сама я не обладала титулом, но считалась членом семьи моего покровителя, и слуги давно усвоили, что лучше об этом не забывать. «Этим уважением я обязана Ги», — с грустью вспомнила я. — Милорд д’Эссо не говорил, что ждет вашего визита, — неуверенно сказал лакей.

— Да, я решила наведаться к нему без предупреждения. — В вопросах протокола Жослен Веррей был мне не помощник. Я расправила сангровую накидку и со всем возможным в таком положении достоинством вздернула подбородок. — Пожалуйста, спроси у своего лорда, не сможет ли он уделить мне немного времени.

— Да, миледи. — Слуга поспешил впустить нас в прихожую. — Соблаговолите присесть.

Я грациозно села, словно проделывала подобное каждый день. Жослен молча приблизился ко мне и остался стоять в расслабленной кассилианской манере: с отрешенным видом, низко скрестив руки, опущенные на рукоятки кинжалов. Я пыталась поймать его взгляд, но Жослен игнорировал меня, оглядывая комнату в поисках скрытой опасности.

Вскоре в прихожую вошел Хильдерик д’Эссо с двумя вооруженными охранниками. На его лице читалось любопытство, и, увидев меня, он остановился.

— Федра. В чем дело?

Я встала, чтобы присесть в низком реверансе, в котором и оставалась, пока лорд нетерпеливо не сделал мне знак подняться.

— У меня нет времени на игры, — сказал он. — Что привело тебя сюда? Делоне?

— Да, милорд. — Я выпрямилась. — Могу я поговорить с вами наедине?

Д’Эссо глянул на Жослена, который невозмутимо стоял, уставившись куда-то в пространство, и слегка приподнял брови.

— Да, полагаю, можешь. Идем.

Я последовала за Хильдериком, а его люди, чуть подотстав, пошли за нами, отрезав меня от Жослена.

— Милорд. — Голос кассилианца был тих и спокоен, но что-то в нем заставило д’Эссо остановиться. — Я дал клятву.

— Клятвы… — скривился лорд. — Да, как же без этого. Что ж, сопровождай ее, если таков твой долг, кассилианец.

Еще один поклон — до сих пор не понимаю, как столь зажатый человек мог кланяться так непринужденно? — и Жослен занял место рядом со мной. Так впятером мы и дошли до кабинета д’Эссо. Лорд уселся в кресло и принялся барабанить пальцами по подлокотникам, выжидательно сверля меня ястребиным взором. Зная, что злоупотреблять его благосклонностью не стоит, я осталась на ногах. Телохранители встали по бокам от хозяина, держа руки близ рукояток мечей.

— Милорд д’Эссо, — произнеся эти слова, я опустилась на колени — привычка, выработанная годами служения, как и бдительность у Жослена. — Мой господин Делоне послал меня сюда, чтобы довести до вас его просьбу о милости.

— О милости? Просьбу? Делоне? — Брови изогнулись изумленными дугами, особенно явно выделяющимися, потому что лицо не скрывали волосы, стянутые за спиной в тугую косу. — Что ему от меня нужно?

Одна фраза, и д’Эссо поймет нашу игру. Я молитвенно сложила ладони и подавила дрожь, радуясь, что за моей спиной маячит серая тень Жослена.

— Мой господин желает встретиться с герцогом Баркелем л’Анвером и просит вас помочь ему договориться об этой встрече.

Я подняла глаза. Как и ожидалось, д’Эссо изменился в лице.

— Но откуда… — озадаченно начал он, и тут понял: — Ты.

Я знала, что Хильдерик д’Эссо умело владел оружием и вдобавок был искусным охотником, но меня все равно застала врасплох быстрота его движений. А ведь я своими глазами видела, как скоро и метко он метнул опивки в пластинкс, играя в коттаб у Сесиль Лаво-Перрин. Для меня стало полной неожиданностью, когда лорд мгновенно завладел мной, упершись коленом в спину и прижав к горлу кинжал. Почувствовав, как лезвие давит на кожу, я ахнула.

— Все это время, — прошипел д’Эссо, — ты водила меня за нос. Что ж, король самолично вершит правосудие над изменниками, и я последую его примеру. Федра но Делоне, сейчас нас не связывает никакой договор, и нет такого слова, которым ты могла бы меня остановить.

— Такое слово есть. — Пригнутая к полу, я видела, как Жослен снова отвесил свой чертов церемонный поклон, только на этот раз с обнаженными клинками. — Кассиэль.

Жаль, что угол обзора был так ничтожен. Отчаянно косясь, я наблюдала, как охранники бросились в атаку. Жослен двигался спокойно, выписывая сталью плавные узоры; он кружился, словно падающий шелк, без всякой поспешности, но раскидал вооруженных мечами громил в стороны, как детские игрушки. Выпрямляясь, д’Эссо отнял кинжал от моего горла, и тут Жослен снова тронулся, и оружие лорда полетело и со звоном упало на каменный пол. Д’Эссо потряс рукой и выругался. На его ладони краснела ссадина. Жослен опять поклонился и убрал свои кинжалы в ножны.

— Я служу и защищаю, — ровно произнес он. — Федра но Делоне хотела вам что-то сказать.

— Ладно. — Д’Эссо вновь уселся в кресло, махнув поцарапанной рукой своим охранникам, которые, шатаясь, поднимались с пола, попутно выискивая свои мечи. Во взгляде лорда читалось хищное любопытство, пока он наблюдал, как я снова встаю на колени с подобием достоинства. — Сначала ангуиссетта, теперь вот новый сюрприз. Он такой же настоящий, как и ты, Федра, верно? Анафиэль Делоне действительно настроен серьезно, если приставил к тебе кассилианца. Так с чего ты взяла, что я служу Баркелю л’Анверу?

— Милорд, вы сами мне сказали. — Я непроизвольно коснулась горла и нащупала тонкий порез. — В ту ночь, когда вы… взяли раскаленную кочергу.

За моей спиной раздался резкий вдох Жослена. К чему бы его ни готовили, такого он не ожидал. Брови д’Эссо взлетели вверх.

— Ты меня тогда слышала? — с неподдельным удивлением спросил он.

Стоя на коленях, я подняла на него глаза, и красная пелена затуманила мой взор.

— Милорд д’Эссо, вы с самого начала знали, что Анафиэль Делоне кладет в силки интересные приманки, — процитировала я его же слова. — Вы всерьез рассчитывали, что у Стрелы Кушиэля нет острия?

Один из охранников сдавленно охнул. Я смотрела в глаза д'Эссо так, словно от этого зависела моя жизнь — и, возможно, так оно и было. Довольно скоро лорд усмехнулся.

— Гм, острие. — Его губы лукаво изогнулись. — С той самой ночи твое острие глубоко застряло во мне. Но наконечник, о котором сейчас речь, сотворил Делоне, а не Кушиэль.

Я покачала головой.

— Делоне научил меня слушать и пустил плавать по водам. Но я родилась такой, какая я есть.

Д’Эссо вздохнул и указал мне на стул.

— Ради Элуа, Федра, раз уж ты намерена изложить мне просьбу от своего господина, сделай это сидя. — Я повиновалась, и лорд криво ухмыльнулся, наблюдая, как Жослен заступил на место рядом со мной. — Итак, что Анафиэль Делоне хочет от Баркеля л’Анвера и зачем герцогу выслушивать его хотелки?

— Не могу сказать, чего хочет милорд Делоне, — осторожно начала я. — Он владеет моим туаром, и я исполняю его приказания, не требуя объяснений. Мне известно только, что он может предложить.

— И это…

Мой единственный козырь, и я надеялась, что разыгрываю его правильно.

— Милорд Делоне знает, кто убил сестру герцога.

Хильдерик д’Эссо не шелохнулся. Судя по его застывшему взгляду, напряженно думал.

— Почему твой хозяин не обратится с этим к королю?

— Нет доказательств.

— Тогда с чего бы герцогу л’Анверу ему верить?

— Потому что это правда, милорд. Драгоценная правда. — Говоря это, я словно воочию увидела, как вытканный Делоне узор развертывается передо мной, и с трудом снова сосредоточилась на д’Эссо. — Мой хозяин получил эти сведения тем же способом, каким я выяснила, что вы служите Баркелю л’Анверу. Клянусь, это правда.

— С твоей помощью? — спросил Хильдерик.

— Нет, — покачала я головой, — но тем же способом.

— Значит, использовал седого мальчишку. Да, не иначе. — Д’Эссо беспокойно заерзал; я скорее почувствовала, чем увидела, как Жослен напрягся, но тут же расслабился. — Но они ведь долгое время враждовали, мой герцог и твой господин. Так зачем Делоне понадобилось… — Я увидела, что ответ пришел ему в голову, но лорд вовремя прикусил язык и перевел взгляд с меня на Жослена. — Де-ло-не, — процедил он будто ругательство и вздохнул. — Ладно. Герцог лишит меня головы, если я не донесу ему такую новость. Не буду обещать, но передай своему хозяину, что я приму во внимание его просьбу. И, полагаю, л’Анвер не откажется услышать, что Делоне имеет ему сообщить.

— Да, милорд, — кивнула я. — Спасибо.

— Не благодари меня. — Д’Эссо плавно встал. Жослен шевельнулся, но я дала ему знак не двигаться, пока лорд шел ко мне. Костяшками пальцев он провел по моей щеке, не обращая внимания на кассилианца.— Тебе за многое придется ответить, если я захочу вновь с тобой встретиться, Федра но Делоне, — угрожающе ласково произнес он. От его прикосновения по телу пробежала дрожь — меня охватило желание.

— Да, милорд, — прошептала я, поворачивая голову, чтобы поцеловать костяшки его пальцев. Лорд убрал руку и стиснул мой затылок. Жослен дрожал как натянутая тетива, слегка вытянув кинжалы из ножен. Д’Эссо бросил на него ироничный взгляд.

— Узнай, чему служишь, кассилианец, — презрительно усмехнулся Хильдерик и жестко ущипнул меня за загривок. Я со свистом втянула в себя воздух, не только от боли. — Тебе понадобится крепкий желудок, раз свезло стать спутником ангуиссетты. — Отпустив меня, д’Эссо отошел. Его люди с опаской косились на Жослена, но тот лишь опять поклонился с каменным лицом. — Передайте Делоне, что с ним свяжутся, — обратился лорд к нам обоим, устав от собственной игры. — А теперь прочь с глаз моих.

Мы быстро повиновались. Охранники проводили нас до выхода из покоев. Жослену, очевидно, не терпелось убраться. Едва за нами закрылась дверь, он повернулся ко мне мертвенно-бледным лицом.

— Так ты называешь… это, — разгневанно воскликнул он. — Ты вот это называешь служением Элуа и его Спутникам? То, что большинство из вас творит во имя Наамах, и без того достаточно мерзко, но это…

— Нет, — прошипела я и оборвала его на полуслове, схватив за руку. Пара проходящих мимо придворных с любопытством оглянулись на нас. — Я называю это служением Анафиэлю Делоне, который владеет моим туаром, — тихо сказала я, — и если подобное служение тебя оскорбляет, предлагаю тебе обсудить сомнительные моменты с вашим префектом, который поручил тебе эту миссию. Но как бы тебе ни хотелось выговориться, не болтай, пока находишься в стенах Дворца!

Голубые глаза Жослена распахнулись, а складки у крыльев изящного носа гневно побелели. Он без труда высвободился из моей хватки.

— Идем, — проронил он и зашагал прочь по коридору. Мне пришлось почти бежать, чтобы нагнать его.

По крайней мере, его трудно было потерять в толпе: тускло-серый плащ развевался от быстрой ходьбы, рукоятка меча вздымалась над плечом, а на затылке виднелся светлый пучок. Если мы, войдя, привлекали внимание, шагая по Дворцу бок о бок, то моя погоня за Жосленом на пути к выходу наверняка выглядела стократно более странной.

— Федра! — женский голос, низкий и глубокий, с музыкальным переливом смеха — единственный, способный остановить мой бег. Я повернула голову в сторону оклика, словно марионетка. Мелисанда Шахризай в обществе двух лордов стояла в арочном проеме. Я пошла на ее зов, а она тем временем распрощалась со своими собеседниками. — Что привело тебя во Дворец, Федра но Делоне? — Улыбаясь, она погладила царапину, оставленную на моем горле кинжалом д’Эссо. — Служба Анафиэлю или Наамах?

— Миледи, — выдохнула я, пытаясь собраться с мыслями, — об этом лучше спросить моего господина, а не меня.

— Спрошу при встрече. — Мелисанда провела пальцами по моей сангровой накидке. — Прелестный цвет. Рада, что Делоне нашел мастера, способного воссоздать состав старинного красителя. Тебе идет. — Под ее довольным взглядом мой пульс зачастил. — Я не замедлю вас навестить. Была в Кушете, но слышала о несчастье в вашем доме. Передай от меня привет вашему милому мальчику, как там его имя, Алкуин?

Я бы поставила свой туар на то, что она отлично помнила его имя; и помимо обитателей дома Делоне, людей, знавших о нападении, можно было пересчитать по пальцам.

— Непременно и с удовольствием, миледи.

За моей спиной раздались шаги, быстрые и уверенные. Я увидела, как изогнулись идеальные брови Мелисанды, и повернулась лицом к хмурому Жослену. Заняв место рядом со мной, он быстро поклонился и выпрямился, держа руки на рукоятках кинжалов.

Мелисанда перевела взгляд с меня на него, затем обратно, формулируя вопрос.

— Тебе? — удивленно обратилась она ко мне. — Кассилианец служит тебе?

Я собиралась ответить, но Жослен с очередным поклоном меня опередил.

— Я служу и защищаю, — спокойно подтвердил он.

Тогда я единственный раз увидела, как Мелисанда Шахризай искренне смеется. Звонкие рулады, неожиданные и непринужденные, породили эхо под сводчатой крышей коридора.

— О, Анафиэль Делоне, — выдохнула она, приходя в себя и вытирая глаза кружевным платочком. — Бесценный ты человек. Неудивительно, что… мм, неважно.

Жослен снова побледнел, и я почти услышала скрежет его зубов. Словно не замечая смущения моего телохранителя, Мелисанда потрепала его по щеке, потом провела пальцем по груди.

— Похоже, Кассилианское Братство крадет младенцев из колыбелей Двора Ночи, — промурлыкала она, отдавая должное его внешности. Жослен смотрел поверх ее плеча, поневоле заливаясь румянцем. — Повезло братьям.

Я думала, он вскипит, но он не шелохнулся, продолжая смотреть вдаль. О да, подготовка кассилианца — долгий путь. Даже Мелисанда Шахризай своими прикосновениями не смогла прорвать его оборону. «Нет, — прикинула я, — на это ей потребовалось бы больше времени. Минут пять, а то и десять».

— Что ж, хорошо. — Искорки смеха еще плясали в ее сапфировых глазах, более темных, чем у Жослена. — Передашь от меня привет Алкуину и мое бесконечное восхищение Делоне, Федра?

Я кивнула. Мелисанда не поцеловала меня в знак приветствия, зато одарила долгим прощальным поцелуем, наверное, догадываясь, что в присутствии Жослена это меня смутит.

И оказалась права.

— Кто эта женщина? — спросил кассилианец, когда она удалилась.

Я кашлянула.

— Леди Мелисанда Шахризай.

— Та, что свидетельствовала против Дома Тревальонов. — Жослен продолжал смотреть ей вслед. Меня удивило, что он столь подробно осведомлен о событиях в королевстве. Он вздрогнул, словно стряхивая с себя чары, и на секунду я ему посочувствовала. — Итак, ты готова идти дальше? — уточнил он с равнодушной вежливостью.

«Один раз ты подвел меня из-за спешки, — подумала я. — Больше такого не повторится».

Возникшая было приязнь к Жослену тут же испарилась.