Кира

Выходные я провела в разгильдяйстве и прострации. Режим амебы в действии: сладости, сон и просмотр дорам, на которые раньше не хватало времени. Я отключила телефон и интернет, погрузившись в волшебный мир отпуска. Чуть не утонула! Роковым стало утро понедельника. Я дошла до точки: конфеты казались приторными, болтовня с экрана вызывала тошноту, от пятнадцатичасового сна трещала голова. Безделье – худшее из наказаний, а многие принимают его за дар. Идиоты.

Чувствовать себя вареным овощем было отвратительно. Единственное, на что я сподобилась – съездить в Икею на автобусе. Ничего не купила, зато стащила парочку карандашей. На обратном пути попался счастливый проездной билет, вклеила его потом в специальный альбом. Вот и все приключения. Впереди маячил месяц аналогичных страданий, и я всерьез задумалась над предложением Игоря. Смотаться, что ли, в Сеул на недельку? Или на две. Нет, февраль все портит. Не мог этот маньяк летом начать убивать? Честное слово, нашел время. Хотя от холода я сама зверею.

Видеть никого не хотелось, делать было нечего. На улице леденели сосульки, отбивая желание прогуляться. Я включила очередную серию дорамы и устроилась на кровати в обнимку с коробкой конфет. Любовные страдания корейских няшек, долгожданная встреча героев на мосту. Герой был подчеркнуто холоден с главной героиней, намекая, что она ему больше не нужна. Бросал равнодушные фразы, а в конце и вовсе нагрубил. Наивная девица шокированно моргала, глотая слезы. Меня прям накрыло. Кошмар! Она повелась на эти дешевые приемчики?

– Не верь ему, не верь! – закричала я и в отчаянии швырнула в телевизор конфетой.

Бесполезно. Сериальная дурында уже шагала прочь с моста и была несчастнее всех на свете. Ну как можно было не заметить, что он ей безбожно врет?! Никакой сверхсилы не надо, только глаза разуть! Люди, они такие – говорят одно, думают другое, делают третье.

Я хмыкнула и зарылась в подушки. Вспомнился третий курс учебы, мой девятнадцатый день рождения, столовая университета и чудный мальчик Петенька, сын местного депутата и золотая мечта почти каждой девушки факультета. После вечеринки он пригласил меня на свидание, и я была безмерно счастлива. Подумала, что мне наконец-то повезло – я заполучила то, чего хотят многие. Приятно ловить завистливые взгляды и чувствовать себя лучшей.

Наш роман был красивым и напоминал ожившие фантазии школьниц, строчащих по ночам в дневниках однотипные лав стори. Дорогие подарки, романтические поездки, секс при свечах, лепестки роз и прочая хрень. Я старалась ему нравиться и очень преуспела. Он меня обожал, выполнял любую прихоть. Из привлекательного недоступного принца Петенька превратился в обычного влюбленного парня, и я с ужасом поняла, что мне с ним нестерпимо скучно. Преданные взгляды бесили, бесконечные «любимки» и «зайки» набивали оскомину. Раздражало абсолютно все, но я продолжала прикидываться счастливой. Его хотели другие девушки, значит, и мне он был нужен. А через три месяца я поймала Петеньку на вранье – наглом и безбожном. И решила, что это честно. Я притворяюсь, он притворяется. Мы оба притворяемся. Петенька мастерски вешал лапшу на уши и никогда бы не попался, если бы не мой дар. Я кивала, слушая россказни про больную тетю, визит друга и внезапные дополнительные занятия. Мне так и не довелось выяснить, куда он вечно отлучался. Но правда ничего бы не изменила. Мы расстались тихо и мирно, едва отметив совместные полгода. Это были самые длинные отношения в моей жизни.

Вскоре я осознала, что любые романы неизбежно сводятся к скуке и вранью. Есть лишь короткое прекрасное время в начале, когда в тебе еще полно восторга и радостного ожидания, а сердце предательски сжимается при мысли о расставании. Такие моменты и надо ловить. Как только страсть угасает, отношения можно выбрасывать на помойку, вместе с потухшими чувствами. А иногда стоит вовсе обойтись без прелюдий, разговоров по душам и планов на будущее.

Девушка в телевизоре всхлипнула – дурочка наивная. Ее заглушил мелодичный звук дверного звонка. Он донесся из коридора, заполнил квартиру и нескончаемой трелью въелся в мозг. Кто пожаловал в гости? В голове не родилось ни одной догадки. Кнопку отпускать его не научили?

Я лениво поднялась с кровати, опрокинув конфеты, и поплелась в прихожую. У кого возникло ко мне неотложное дело? В глазок виднелась перекошенная физиономия Ромы Саутина. Какой сюрприз! Я отперла дверь, поздно сообразив, что из одежды на мне только пижама, желтая в ромашках.

– Доброе утро, – вяло поздоровалась я. – Что за шум, а драки нет?

– Вечер, – прошипел Рома и без приглашения шагнул в коридор.

Он выглядел разъяренным и смотрел на меня как на воплощение истинного зла. Можно было подумать, что поймал с поличным во время поедания невинных младенцев. Я захлопнула дверь и вопросительно взглянула на него.

– Мы думали, ты уехала, – снизошел он до объяснений.

– Позвонить слабо?

– С утра звоним, абонент недоступен.

– Телефон сломался, – соврала я.

Не объяснять же, почему я отключила мобильный. А стационарного телефона у меня нет.

Рома прислонился к стене, покосился в сторону комнаты. В телевизоре продолжали кипеть страсти, на потолке игриво мигала дорожка лампочек, встроенных дизайнером в затейливом порядке.

– Шикарная у тебя квартира, – сказал он таким тоном, будто я спустила на нее всю его зарплату.

– Мне тоже нравится. Что-то случилось?

– Случилось. Вчера вечером. С хорошо известной тебе Кристиной Миневич.

Голова закружилась, ноги подкосились, но я устояла. Нельзя раскиснуть и потерять бдительность. Эта ошибка станет роковой.

– Да будет тебе известно, – продолжил Рома, впиваясь в меня изучающим взглядом, – что она не хранила деньги в Сигмеон-банке и не имела отношения к акциям или к рекламе Наберта. Единственное, что связывает ее с другими жертвами, – это ты.

– Ясно, – скупо кивнула я. – В общем, я в городе, уезжать никуда не собираюсь.

– Неборская, тебе что, совсем их не жаль? Не чужие люди, столько лет общались.

– Что я могу сделать?

– Ты определенно знаешь, что происходит.

Рома замолчал, явно приложив немало усилий, и отошел от меня на шаг. Судя по всему, он был на пределе. Прекрасно! Грех упустить шанс. В таком состоянии Рома может сболтнуть лишнее.

– А если ты считаешь, что дело во мне, почему не задумался о следующих жертвах? Как умудрился проморгать Кристину?

– Как раз задумался, – прищурился он. – Возможно, благодаря этому она и выжила.

– Что?! – воскликнула я. От облегчения словно гора с плеч свалилась. – С ней все в порядке?

– Не то чтобы в порядке. Состояние стабильное, в себя уже пришла.

Я почти закричала «Подробнее», но вовремя прикусила язык. Выходит, Кристина не прояснила ситуацию, раз Рома примчался ко мне. Да и не станет он делиться информацией. У меня есть свои каналы, разузнаю позже.

– Рада, что для нее все закончилось хорошо, – сказала я искренне.

– Когда вы виделись в последний раз?

– В четверг, обсуждали дела сети ее магазинов. Были проблемы с клиентом, он грозился в суд подать… Ничего серьезного, рядовые трудности.

А еще я убеждала Кристину не расторгать соглашение с «Перспективой» и добилась успеха. И ей это едва не стоило жизни.

– Она говорила тебе, с кем собирается провести выходные?

– Мы исключительно по работе общались. Намекаешь на таинственных любовников? Не было их у нее. Она капризная девушка, но не ветреная. Первый жених оказался мошенником, с тех пор Кристина случайных связей избегает. За нового парня держится крепко, он из приличной семьи, надежный. И она не в том положении, чтобы искать приключения на пятую точку.

– В каком она положении? – моментально насторожился Рома, и я прокляла все на свете. Надо же быть такой клушей! Видимо, от сериалов мозги превратились в желе.

– Ты должен знать, – пробормотала я растерянно. – Раз Кристина попала в больницу, там уж наверняка…

– В точку. Сегодня ей врачи и сообщили о беременности. Она очень удивилась. Для нее это был сюрприз. Так откуда ты знаешь, если сама Кристина не догадывалась?

В глазах Ромы колыхнулась ярость, меня обожгло его подозрением. Ух! Никогда еще не ощущала чужие эмоции настолько четко, причем без особого напряга. Обычно, чтобы рассмотреть чувства, мне приходится чуть ли не из кожи вон лезть.

Я нервно улыбнулась, подыскивая уместные оправдания, но в голове вертелось лишь пресловутое «Ты меня неправильно понял». Кристина могла и не догадываться, а я сразу заметила, что она не одна. Энергию зарождающейся жизни ни с чем не спутать. Как объяснить это Роме? Вот влипла-то!

– Внимательно слушаю, – настойчиво сказал он, приблизившись ко мне вплотную.

Эффект вышел пугающим. Впору было вжиться в роль Моськи, которая долаялась, и теперь на нее надвигается разъяренный слон. Габариты Ромы внушали ужас, однако в моем арсенале было мощнейшее оружие – наглость.

– Что тут слушать? – отмахнулась я и картинно зевнула. – Она спать стала ложиться раньше, просила после девяти вечера не звонить. Лопала все подряд, особенно несочетаемые продукты. Я и подумала… Угадала ведь! Женская интуиция – великая вещь.

– Интуиция, говоришь? – ухмыльнулся он, ни на секунду мне не поверив.

Пришлось воспользоваться любимым приемом.

– А есть еще варианты? У меня сканер, встроенный в мозг, что ли? Связь с космосом? Дар предвидения? Послушай себя. Смешно просто!

– Что именно тебя смешит? Три убийства или покушение?

– Не передергивай.

– Клиенты умирают друг за другом, а у тебя нет ни одной мысли, почему?

– Они состоятельные люди и успели нажить врагов, – возразила я, решив свои истинные мысли не озвучивать. – Их деятельность часто пересекалась. Я была общим консультантом неслучайно. Про сарафанное радио слышал?

– Нападение на Миневич разбивает эту теорию вдребезги. И я не понимаю, как ты получила столько выгодных контрактов. Все специалисты склоняются к мнению, что юрист из тебя крайне посредственный.

– Под специалистами ты подразумеваешь Лессера? Он давно бесится из-за «Перспективы».

– Он не единственный, кто убежден, что честным путем ты бы успеха не добилась. Твоего заместителя Геннадия Жданова хвалят, а о тебе отзываются отнюдь не лестно.

– Это они от зависти.

– Конечно, твои гонорары больше раз в пять. И у тебя полно сотрудников без юридического образования.

– Вдруг у них имеются таланты, о которых никто не знает?

– Хватит юлить! – рявкнул Рома, и я вжалась в стену. – Тебе что-то известно, так же, как и тогда.

Я глубоко вдохнула, унимая желание съязвить в ответ, и ровным голосом выговорила:

– Роман Сергеевич, впредь я буду отвечать только в рамках официального допроса, под протокол. Прошу, покиньте мою квартиру. Иначе я позвоню вашему начальству.

– С неработающего телефона?

– У соседей одолжу.

– Это лишнее. – Он шагнул к двери и схватился за ручку. – Приношу извинения за неожиданный визит. С нетерпением жду вас у себя в кабинете завтра в три часа дня.

– Непременно, – уверила я, наблюдая, как он исчезает за дверью.

Гад, не уймется никак. Далась ему та древняя история! Ну ничего, я еще поквитаюсь. Диплом юриста у меня не для красоты в кабинете висит.

Я собрала конфеты с пола, отправила фантики в мусор и выключила телевизор. Время дорам и безделья прошло. У этого маньяка зуб персонально на меня, и пора с ним разобраться. Телефон выдал сообщение о сорока пропущенных вызовах – половина принадлежала Игорю. Я перезвонила ему и через секунду услышала взволнованный вопль:

– Ты в Москве?!

– Ага.

– Почему? – сокрушенно взвыл он. – Почему ты меня не послушала? Вчера…

– Знаю, – перебила я. – Ко мне зашел следователь и поведал о везении Кристины.

– Чудо, что она жива! Теперь за тебя возьмутся всерьез. Не вздумай сунуться на допрос без адвоката.

– Он понадобится. Найдешь кого-нибудь?

– Уже нашел. Между прочим, он обойдется нам в кучу денег.

– С каких пор у нас возникли проблемы с кучами денег? Не нуди. Мне назначено завтра на три. Нужно любым способом добиться отвода следователя.

– Зачем? В любом случае ты лишь свидетель.

– Я в курсе. Будем жаловаться на все подряд. С копиями в соответствующие инстанции. Чтобы он в них захлебнулся, скотина.

– Кира, – укоризненно протянул Игорь. – Ты опять налегаешь на спиртное, да?

– Саутин расследовал тринадцать лет назад дело Славика.

– Твоего дяди? Вот черт…

– Да, он был помощником следователя и меня подозревал в… Ну, ты понимаешь. Доказательств не было, ему никто не поверил. Теперь он жаждет отыграться.

– Попробуем что-нибудь предпринять. С тобой свяжется адвокат, опишешь ему ситуацию подробнее. Правда, не факт, что выгорит.

– Попробовать стоит. Зато потенциальные жертвы кончились. Лапина ушла, Зорьев в командировку улетает как раз вечером.

– Я сообщил о наших злоключениях Совету, – огорошил Игорь. – Обещали прислать своих на подмогу. Надо будет встретить в среду, скину сообщение с номером рейса.

– Сдурел?! – опешила я и порадовалась тому, что сижу. Иначе устоять на ногах вряд ли бы получилось. По сравнению с визитом европейской организации, веками контролирующей вемов, проблемы с Ромой показались мне невыразительным пшиком.

– Не кричи. Доверим дело профессионалам. Пусть выяснят, что происходит. После покушения на Кристину очевидно – причина в тебе. Не отнекивайся. Эти кровавые символы намекают на причины мистического характера. Пора положить этому конец.

– Ты скорее моей жизни конец положишь! Совет просечет, чем мы занимаемся в «Перспективе».

– Они не тупые, догадались еще в прошлый раз. Мы придерживаемся правил, дар не светим. Сильных вемов среди нас нет, поэтому беспокоиться им не о чем.

Ну да, о том, что я уломала Диму пойти ко мне в отдел, никто не знал. Кроме Вениамина, который уже никому не расскажет, и Лейки. А с ней мы договорились. Вроде бы.

– Молодец, удружил.

– Зря ты не уехала! Я предупреждал, – завелся Игорь и вывалил на меня целую тираду, сдобренную упреками.

Терпеливо его выслушав, я поклялась вести себя благоразумно, попрощалась и связалась с Кириллом. Тот долго ржал, потом сказал, что моим клиентом ни за что не станет, но выяснить побольше о нападении на Кристину не отказался. Затем я долго и нудно разговаривала с адвокатом, который настоятельно советовал не выеживаться и сотрудничать со следствием. Едва я отложила телефон, как в электронный ящик свалилась нужная информация.

Кристине повезло. Последние дни за ней присматривал сотрудник Ромы. На это имелось письменное разрешение от Кристины, датированное следующим днем после встречи со мной, на которой она согласилась, что угрозы нет, и осталась в «Перспективе». Ох уж эти беременные с их перепадами настроения… Судя по протоколу, в десять вечера Кристина вернулась домой. Вошла в подъезд, но свет в квартире не загорался, звонок на ее мобильный остался без ответа. Оперативник решил проверить, все ли в порядке. Входная дверь в квартиру была открыта, хозяйка лежала без сознания в коридоре рядом с мертвым доберманом, из шеи которого торчала рукоять ножа. Красивого такого ножа, коллекционного. Добермана попросила временно приютить подруга, укатившая в отпуск. Видимо, он и спас девушку. Умудрился цапнуть нападавшего – в пасти собаки нашли человеческую кровь. Прогнали по базе – совпадений не обнаружили. Зато хоть какая-то улика!

В больнице жертве диагностировали легкую черепно-мозговую травму от удара по голове рукоятью ножа и пару ушибов от падения. С подозреваемыми было туго. Кристина жила одна, соседи чужаков не заметили. В подъезде есть домофон, но старушка с первого этажа вспомнила, что в девять часов вечера впустила в подъезд сантехника и спокойно отправилась смотреть свои «Новости». При опросе жильцов выяснилось, что никто сантехника не вызывал, а местный Марио имел несокрушимое алиби в виде громкого скандала с женой, который слышали все соседи. Вдобавок продемонстрировал свежий фингал, геройски заработанный от ревнивой супруги. Когда Кристина очнулась, ничего сказать про нападавшего не смогла. Она вообще не поняла, что произошло. Вышла из лифта, слушая плеер, отперла дверь, а в себя пришла в больнице.

Интересно, почему он ее не добил? Кто-то спугнул? Несмотря на провал, отпечатков убийца снова не оставил. Какая педантичная аккуратность, поражаюсь. Сомневаюсь, что наш маньяк – вем. Для любителей решать проблемы ментальным способом в этой истории многовато крови. Но Игорь прав. Причина всему – я, теперь сомнений нет. Реусова, Янковскую и Наберта связывало множество вещей, совместных проектов, общих людей. Все трое могли очутиться на банкете у Зорьева, впустить друг друга к себе домой. А вот Кристина Миневич – ни за что. Она принадлежала другому миру: разбогатевшие в девяностых родители, прожигание юных лет в клубах, увлечение модой. На двадцатилетие Кристина получила щедрый подарок: «На’ тебе, доча, магазин». Ей нравилась торговля, нравилось чувствовать себя хозяйкой, которая строит продавцов и подсчитывает прибыль. Она даже не задумывалась о создании бренда, рекламной кампании или разработке сайта.

Вероятно, Кристина не была знакома с убийцей, поэтому он и поджидал ее в подъезде. Реусова прикончил в его доме, Янковскую в тайной конуре, Наберта на банкете. Наш злодей явно попал туда легко. Как ни прискорбно это признавать, он из нашего круга. Мне срочно нужно алиби!

В момент убийства Реусова я была на конференции с Лапиной, к Вике ехала с включенным видеорегистратором, на банкете десяток людей видели нас с Лейкой перед тем, как мы направились в библиотеку. Вчера ночью мне посчастливилось заказать пиццу как раз в то время, когда Кристину огрели по голове. Курьер наверняка меня запомнил, у него не нашлось сдачи, и я простила ему приличную сумму, плюс, забирая коробку, задела и уронила на него вешалку. На чеке указано время заказа, Роме нечем меня прижать.

А вот Совету есть чем! Если всплывет информация о том, что я планировала превратить «Перспективу» в обитель вемовских сил, инквизиторских санкций мне всыплют по самое не балуйся. Будет больно. Хотя сдать меня может только Лейка, а она промолчит по двум причинам. Первая – мы договорились хранить тайны друг друга. Я видела, какой она была перед последним визитом к Вениамину. Дар работал всего наполовину, и я догадываюсь, кто его погасил. В таком состоянии она бы одна от тьмы не отбилась, ей явно помогли. Вторая причина – Лейка в жизни не пересечет черту. Она понимает, что после ее признания мне наступит конец. К тому же у нее свои счеты к Совету. Кстати, это мысль…

Я схватила телефон и отыскала в контактах номер, который не набирала с октября. Лишь бы она взяла трубку! С нее станется сбрасывать вызовы. Гордая, как стадо оленей.

Вопреки ожиданиям, Лейка ответила быстро и слишком спокойно.

– У тебя три минуты, – заявила она вместо приветствия.

– Твоя доброта не ведает границ, – не сдержалась я. – Постараюсь уложиться.

– У меня нет желания с тобой разговаривать, но, полагаю, ты бы не позвонила просто так.

– Скоро к нам нагрянет Совет.

Повисла многозначительная пауза. Напряженная. Я испугалась, что Лейка бросит трубку, и спешно добавила:

– Решила, ты заинтересуешься.

– Что им нужно? – выдавила она.

– Помнишь толстяка из библиотеки? Так вот, он был моим клиентом. Кроме него, убили еще двоих, и на одну покушались вчера. Всех четверых я консультировала лично. И этот маньяк рисует неизвестные знаки на местах преступления.

– То есть дело в тебе? Совет едет из-за тебя?

– По-твоему, я дура? Игорь позвал. Сама знаешь, мне их присутствие нравится даже меньше, чем тебе. Но они едут, и с этим придется смириться. Встречаю подарочек в среду вечером. Присоединишься?

– Да, – сухо ответила она. – Во сколько мне туда приехать?

– Восемь часов, аэропорт Шереметьево. Встретимся на входе в терминал «F».

– Я буду, – заверила Лейка и сбросила вызов.

Взглянув на погасший дисплей телефона, я ухмыльнулась. С ума сойти! Видать, здорово ее прижало. Чем же? Любопытный расклад. Надеюсь, Лейкины проблемы не пересекутся с моими. Иначе мы рискуем в них утонуть…