Затерявшиеся во времени

Кларк Саймон

Глава 47

 

 

1

Полдень, день Рождества 1865 года

Даже в кровавом мареве битвы есть скрытая красота и гармония.

С высоты пассажирской палубы автобуса Сэм наблюдал и то, и другое. Передвижение сражающихся человеческих масс в некоторой степени напоминает передвижение игроков во время хорошего баскетбольного матча. Или смену приливо-отливных движений. Только что основная битва шла у реки. И вот уже фокусная точка действий медленно сместилась к середине прохода. Группы сражающихся образуют как бы узлы, где борьба людей идет с особой интенсивностью, даже со страстью. Затем эти группы растворяются, куда-то исчезают, перегруппировываются, снова сражаются, чтобы тут же раствориться опять.

Сэм следил за происходящим все время, пока автобус утюжил поле битвы взад и вперед. Беспрерывно гремели артиллерийские орудия. Солдаты палили из винтовок и пистолетов. Летели гранаты.

Взрывы гранат создавали сюрреалистические полотна в оранжевых, желтых и золотистых тонах: как будто пестрые цветы вдруг расцветали над белоснежной пеленой снега. Как огромные розы, они мгновенно распускались и так же мгновенно исчезали в никуда. Повсюду на снегу валялись трупы варваров и защитников Кастертона. Большая часть машин уже превратилась в груды искореженного металла. Некоторые лежали вверх дном, у одной колеса еще продолжали вращаться. Третья горела, черный дым столбом поднимался к небу.

И всюду лужи крови.

В носовой части автобуса Карсвелл, ухватившись рукой за дверную стойку и наклонившись вперед, точно резная деревянная скульптура на форштевне корабля, стрелял из своего автоматического пистолета по варварам. Чудеса – он не получил ни единой царапины. Даже усталость его не брала: он стрелял, перезаряжал и снова стрелял.

Райан Кейт палил из своего дробовика. Он матерился, смеялся и плакал одновременно.

– Вот тебе! – Выстрел. – Валяй получай свое! – Еще выстрел.

Зита и Джад стояли за «ящиком», защищавшим водителя. Там они от лампы зажигали фитили гранат и швыряли их в окна автобуса. Взрывы гранат проделывали дыры в воздухе с божественным звуком – КРАК! Раскаленные осколки оболочек гранат разлетались по радиусам, одни чертили прямые линии на снегу, другие впивались в тела атакующих Синебородых.

Была какая-то почти светящаяся энергия в том, как они, как каждый из защитников автобуса делал свое дело. Если бы автобус был даже уничтожен (думал Сэм), то и после этого духи его защитников продолжали бы заряжать, стрелять, перезаряжать и снова стрелять.

Сэм держался за полумачту. Мимо него летела, стирая мелкие детали, заснеженная поверхность поля. Чья-то рука легла ему на плечо.

– Сэм! -Он повернулся и увидел Ролли. Крутые завитки его волос трепал ветер. Глаза горели. – Сэм Бейкер! Ты видишь, что происходит?

Сэм еще раз окинул взглядом поле битвы, покрытое телами мертвых и умирающих.

Ничего не понимая, он качнул головой:

– Что случилось с Синебородыми? Куда они подевались?

 

2

«Ну вот и все», – сказала про себя Никель, когда группа Лиминалов и освобожденных ими пленников подошла к барьеру между Лимбо и 1865 годом. Теперь у них уже не будет времени, чтобы убежать, если они столкнутся с Синебородыми, возвращающимися из своего рейда.

Надо торопиться. Николь быстро пересчитала группу. Здесь было около сотни кастертонцев. Многие женщины так и не оправились от потрясений последних трех дней и умерли. Было еще около полутора сотен Лиминалов, вооруженных весьма разнообразно – от дубин до охотничьих ружей. Впереди легким галопом двигался мальчик, сросшийся с коровой. Конечно, этого окажется мало, если придется столкнуться с возвращающейся армией Синебородых.

Уильям тепло улыбнулся ей:

– Всего один шаг, Николь, и все будет позади.

Она уже задержала дыхание и сжала зубы, готовясь к переходу в другое время. Но все произошло так быстро и так легко, как будто она перешла из комнаты в комнату через дверь.

Англия 1865 года была укутана в снег.

Холод охватил все тело. Николь вздрогнула.

В вихре летящего снега к ним двигались какие-то фигуры.

– Ну, что я вам говорил? – прокаркал Булвит. – Синебородые. Сукины сволочи Синебородые!

 

3

– Остановите автобус! Ли, глуши мотор! – закричал Сэм, заметив, как изменилось поле сражения.

Ли резко нажал на тормоза, автобус, проскользив по инерции еще несколько ярдов, остановился.

Потом выключил мотор.

Не слышно выстрелов.

Не слышно шума боя.

Только тишина, только мертвая тишина набросила свой сказочный покров на всю округу.

Сэм выглянул из окна. Тихо падали снежинки с покрытого тучами неба.

Там и сям переступали с ноги на ногу кони без всадников, явно не знающие, что им делать дальше.

Снег устлан телами. Повсюду либо черные пятна, оставленные взрывами гранат и снарядов, либо кроваво-красные лужи, смотревшиеся на белом четко и страшно. И никакого движения.

Солдаты, оставшиеся в живых, оглядывались, ничего не понимая.

– Боже мой! – хрипло сказал Томас, снимая очки. – Куда же они девались?

– Они драпанули! – крикнул один из пехотинцев. – Увидали, что ихняя не тянет, и драпанули как миленькие!

– Мы победили?

Ролли поднял руку. Его пылающие глаза так и рыскали по полю боя.

– Нет, – сказал Ролли. – Не все так просто.

 

4

Теперь и Николь поняла, что к ним идут Синебородые.

Впрочем, вернее было бы сказать тащатся.Те, кто действительно шел, хромали или были согнуты почти пополам. Многие же просто ползли, опираясь на руки и колени.

– Что-то мне говорит, что они получили жестокую трепку, – задумчиво сказал Уильям.

– Наконец-то пришло времечко, черт бы его побрал! И теперь, ежели им, значит, потребуется убежище, пусть платят за него, сучьи дети. Давай, Уильям, – радостно хихикал Булвит. – Вон того, что рядом! Дай ему хорошего пинка, он и так уже без задних ног валяется на земле.

Уильям посмотрел на указанного ему Синебородого. То был огромный мужик в сером плаще, с полным маленьких птенчиков гнездом на лице, который еле волокся по земле. За ним по снегу тянулся кровавый след, теряясь где-то вдали. Казалось, Синебородого окунули в красную краску.

– Чего же ты ждешь, Уильям? Двинь сапогом этого треклятого ублюдка!

Уильям покачал головой.

– Здесь произошло большое сражение. И, видимо, Синебородые встретили мощных противников.

Николь молча смотрела на умирающего воина и на то, как он из последних сил упорно ползет к дому.

– Но ведь Ролли говорил нам, что Кастертон беззащитен?

– Не сомневаюсь, что мы кое-что узнаем новенькое в скором времени, – мягко ответил Уильям. – А сейчас нам следует помочь этим бедолагам из Кастертона вернуться к себе домой.

 

5

Сэм в недоумении покачал головой, а потом обратился к Ролли:

– Вы хотите сказать, что Синебородые вовсе не сбежали?

– Бежали? Нет, совсем напротив! Они лишь отступили, чтобы перегруппировать свои силы.

– Проклятие! А ведь мы были так близки к тому, чтобы остановить их. – Сэм сблизил кончики своих двух пальцев – того двухсуставного большого и указательного, как будто собирался извлечь из воздуха перед своим лицом нечто вроде стебелька тоненькой травинки. – Вот так были близки! Мы почти переломили им спину.

– Да, жаль, – сухо заметил Карсвелл. – А мне это дело только-только начало нравиться. Так какие же будут приказы, Сэм, старина?

– Мы не отступимся. Будем охотиться на них. Охотиться за каждым из этих распроклятых сукиных детей! – И крикнул Джаду, который был занят тем, что вытаскивал стрелы, застрявшие в бортах автобуса: – Джад! Джад! Собери всех уцелевших кавалеристов и пехотинцев и прикажи им следовать за автобусом.

– Вот это дело! – Карсвелл загнал новую обойму в рукоять своего пистолета. – Значит, наши развлечения продолжаются!

– Верно! – отозвался Сэм и крикнул солдатам-артиллеристам: – Заряжайте пушки!

Зита дотронулась до руки Сэма:

– Мне кажется, пушки нам понадобятся раньше, чем мы думали. Посмотри-ка, кто сюда идет!

Сэм бросил взгляд в сторону прохода. Сквозь падающий снег была видна длинная лента приближающихся к ним людей.

– Проклятие, – прошипел он себе под нос. – О'кей! Внимание, все! На нас идут Синебородые. Нам придется разделаться с ними, прежде чем идти на розыски тех, что сбежали.

Ролли поглядел туда, куда смотрел Сэм.

– Это не враги. – Он с улыбкой повернулся к Сэму. – Это союзники.

– Нашисоюзники? – Сэм стал присматриваться. К автобусу шли две-три сотни женщин и мужчин. Среди женщин было немало тех, кого угнали из Кастертона в ночь атаки Синебородых. Другие же были очень странные существа. Одного Сэм сразу же узнал – полумальчик-полукорова. Он быстро передвигался по снегу – толстые ноги коровы прямо поглощали пространство. Мальчик держал в руке лук, на тетиве спокойно лежала стрела. Он мог выстрелить в любое мгновение.

– Это наше подкрепление, Сэм Бейкер.

– С нами силы Господни, – выдохнул Томас Хатер, увидев, какие люди подходят к ним. Он никак не мог отвести глаз от человека, лицо которого представляло собой рой пчел, почти скрывавший кожу. Светловолосый молодой человек поднял руку, как бы останавливая свой народ. Из прорези в его камзоле на Томаса смотрела пара выпуклых карих глаз. – Силы Господни! – прошептал Томас. – Кто эти люди? Откуда они?

Сэм мрачно усмехнулся:

– Думаю, нам следует назвать их посланцами Неба. Этого пока хватит, ладно?

Знакомства и радость встречи, когда в автобусе появились Сью и Николь, были по необходимости коротки. Вскоре с полдюжины Лиминалов отправились в город, сопровождая освобожденных женщин и детей.

Прочие Лиминалы, вооруженные мечами, топорами и ружьями, должны были сопровождать автобус вместе с кавалеристами и пехотинцами.

– Все готовы? – крикнул Сэм из носовой части автобуса. На этот раз ему ответили громкими кликами радости. Все успели подкрепиться. И все рвались вперед, стремясь завершить так успешно начатую работу.

 

6

Чтобы отыскать Синебородых, много времени не понадобилось. Ролли стоял около деревянного ящика, защищающего водительское место, где за рулем сидел Ли. Подобно лоцману, Ролли указывал путь, сообщая свои соображения водителю.

Автобус, переваливаясь и подскакивая на ухабах, шел через заснеженные луга.

Крепко держась за полумачту, чтобы устоять на ногах, Сэм смотрел, как из снежной круговерти появляются сотни фигур.

Синебородые, видимо, успели перегруппироваться и были готовы к новому сражению.

Сэм подумал, что если эти варвары жаждут драки, то они получат хорошую трепку. Такой трепки они еще никогда не получали.

Автобус возник перед ними как огромный ревущий от ярости дракон.

Тот, что дышит огнем.

С обоих бортов автобуса разом ударили пушки. Снаряды рвали варваров на части.

Солдаты прицельно били из винтовок. Варвары десятками валились на землю. Однако те Синебородые, что остались невредимыми, яростно атаковали автобус. Они рвались к нему сквозь шквал пуль и гранат. Десятки падали, вопя и корчась, хватаясь за вспоротые животы, простреленную грудь, размозженные лица.

Да, это было кровавое безумие.

И хотя в живых осталось еще не меньше двух тысяч Синебородых, но мало им не показалось. Обратив спины к наступающим солдатам, которые шли за автобусом, варвары кинулись к проходу и в лесные заросли.

Ролли исходил криком:

– Не давайте этим мерзавцам воспользоваться Вратами Времени! Гоните их в ущелье, что находится дальше за проходом!

Сэм высунулся в окно и приказал солдатам преследовать отступающих варваров, тесня их за проход.

Ролли подошел к полумачте и окликнул Сэма:

– Пусть автобус отрежет Синебородым путь к Вратам. Тебе надо загнать их в ущелье. Оттуда нет выхода.

Нет выхода? Сэмоблизал пересохшие губы.

Неужели Ролли – мистик-христианин – предлагает ему загнать две тысячи варваров в ущелье, а затем убивать их по одиночке?

С ужасом и холодеющим сердцем смотрел Сэм, как солдаты из кастертоновских казарм вместе с лиминалами запечатывают выход из ущелья.

Меньше чем через час, когда автобус стоял у входа в ущелье, к нему подъехал кавалерийский офицер.

– Мы прочно заперли их там, сэр. Выбраться нельзя, разве что они отрастят себе крылья и перелетят через отвесные стены. Какие будут распоряжения?

Сэм помолчал. Он напряженно размышлял. В ущелье спряталось около двух тысяч Синебородых. Так... Оно имеет около полумили в длину и четверти – в ширину. В своей верхней части оно между скалистыми стенами густо поросло лесом и кустарниками. Если он пошлет туда солдат, Синебородые их просто перебьют по одному.

Ситуация, можно сказать, создалась патовая. Ворваться в ущелье и уничтожить Синебородых – невозможно технически, не говоря уж о моральной стороне дела – избиении загнанного в ловушку врага.

Вход в ущелье узкий, ничем не прикрытый, так что Синебородым крепко достанется, попытайся они прорваться.

Сэм погладил подбородок. Да, это пат. Они не могут убить Синебородых, не потеряв большую часть своих людей. И наверняка не могут вечно торчать тут в проходе, держа Синебородых в плену.

Он попросил командующего офицера немного подождать ответа, а сам пошел разыскивать Ролли.

– Ну и что теперь? – спросил его Сэм. – Не можем же мы сидеть тут вечно и держать их в плену, сколько захочется?

– У меня тоже нет такого намерения, – отозвался Ролли. – Там есть свои Врата Времени – чуть подальше от входа.

– А Синебородые об этом знают?

– Знают.

– Так чего же они не убегают, как крысы, увидевшие свою нору?

– Потому, что эти Врата ведут в такое далекое прошлое, куда Синебородые никогда еще не забирались. К тому же эти Врата – только вход, выходом сюда, то есть в наше время, они служить не могут.

– Вы хотите сказать, что если они туда войдут, то никогда не смогут вернуться.

– Да. Именно к этому я и стремился.

– Но как заставить их вылезти из зарослей и воспользоваться этими Вратами?

– Вот в этом-то и суть проблемы, – ответил Ролли, теребя бороду.

– Как это сделать?

Сэм поглядел на солдат, стоящих шеренгой, которая замыкала вход в ущелье. Винтовки наперевес. Выглядят они так, будто могут удерживать варваров часа два. Но если варвары отдохнут, придут в себя от поражения, они легко прорвутся сквозь солдатский заслон. Если же вырвутся, то разбредутся по лесам в верховьях реки, потом соберутся снова, перевооружатся и опять нападут на Кастертон.

Сэм понял, что такой бутончик надо срывать немедленно, пока он не распустился. Он твердо взглянул Ролли в глаза.

– Вы сможете вместе с солдатами продержаться здесь еще некоторое время, пока я не вернусь?

– А ты куда?

– Мне нужно захватить кое-что из амфитеатра.

 

7

Это кое-что – двадцать бочонков древесного спирта.

Прежде чем отправиться туда на автобусе, Сэм без всяких церемоний сбросил с борта пушки – они отлично сыграли свою роль, но сейчас их тяжесть только бы затруднила выполнение последнего задания, где скорость приобретала огромное значение.

– О'кей, Сэм, что ты задумал? – спросил Ли, ведя автобус к амфитеатру.

– После того как мы погрузим бочонки, которые, грубо говоря, можно рассматривать как эквивалент нашего напалма? Думаю, ты и сам легко сообразишь, что именно.

– Вот я и боюсь, что понял твою мысль.

– Не волнуйся, на этот раз автобус поведу я сам.

– Значит, ты намерен ударить на них, а потом сгореть, так что ли?

– Придется. К сожалению, придется.

 

8

Карсвелл чуть не лопнул со смеху, когда услышал о плане Сэма. Он счел его просто полоумным.

Автобус стоял у входа в ущелье, где прятались основные силы Синебородых. Военный совет держали Карсвелл, Зита, Ли, Джад и Сэм.

Время от времени Сэм посматривал на шеренгу солдат и Лиминалов, перекрывших вход в ущелье и готовых самым жестоким образом расправиться с любой попыткой прорыва. Честно говоря, шансы у них были не такие уж хорошие. С боеприпасами было плохо. Многие солдаты ранены, все еле держались на ногах от усталости. Зита назвала происходившее «Салун последнего шанса».

Снежные вихри то и дело скрывали шеренгу. Если снег пойдет еще сильнее, видимость упадет буквально до нуля.

А Карсвелл все еще продолжал упражняться в своем жестком юморе.

– Значит, мистер Бейкер, вы собираетесь убедить нас, – говорил он, – что намерены залезть в этот вот автобус и в одиночку въехать в нем в самую узкую часть ущелья, а потом поджечь его там?

– Собираюсь, Карсвелл.

– И что же будет потом?

– А потом Синебородые либо поджарятся, либо воспользуются тем, что можно рассматривать как временный пожарный выход, и отправятся в темное и весьма отдаленное прошлое.

– Нет,мистер Бейкер, я хотел бы узнать, что намерены делать лично вы.

–Побегу обратно – сюда – с той скоростью, на которую способна пара человеческих ног.

– Ваш оптимизм поразителен. С моей точки зрения, предложенный план – просто новый способ самоубийства.

– Такой шанс, разумеется, есть. Но я собираюсь банковать.

– О... понятно. Опять хотите разыграть роль спасителя для всякой там шушеры?

– Карсвелл...

– Если вас не убьет взрывом, эти варвары уж точно разорвут вас на части.

На это оптимистическое высказывание Сэм ответил лишь пожатием плеч.

– Вам, Карсвелл, я могу предложить место телохранителя.

– О нет. С сожалением принужден отклонить это лестное предложение. Для шушеры я поработал вполне достаточно. Пришло время покинуть вас и насладиться плодами трудов своих.

Вмешался Ли:

– Сэм, машину поведу я.

– Нет, Ли. Идея моя. И если кто-то хочет просто подставить шею...

– Не в этом дело, Сэм. Я умею обращаться с автобусом. Ты – не умеешь. Так что придется позволить мне вести его.

Сэм подумал.

– О'кей. Спасибо, Ли. Я высоко ценю... Постой, Ли...

Ли уже отворял дверь в своей загородке, защищавшей место водителя.

– Ты не поведешь один, – сказал Сэм. – Эти дьяволы, надо думать, набросятся на автобус, как только ты въедешь в горло ущелья. Я стану рядом с тобой с парочкой винтовок.

– Эти винтовки слишком неудобны в обращении, – сказал Карсвелл. – Лучше возьмите вот эти. – И он вручил Сэму пару автоматических пистолетов, добавив со своей ледяной усмешкой: – Веселого Рождества, Сэм.

– Они заряжены?

– Заряжены. В каждом восемь патронов. Я пользуюсь разрывными пулями Глейзера. Они взрываются прямо в теле мишени. Одна пуля вполне способна уложить бешеного быка.

– Спасибо, Карсвелл. Ваш вечный должник. И куда же вы?

– Ох, мистер Бейкер! Я пробыл здесь слишком долго, теперь попробую вытащить из пруда новую рыбку. Желаю удачи.

С этими словами он легко спрыгнул с автобуса, поднял воротник для защиты от снега и твердыми шагами направился в сторону Кастертона.

Джад вздохнул:

– Пожалуй, было бы напрасно ждать от него, что он останется взглянуть на конец этой операции.

– Он нам больше не нужен, – просто ответил Сэм. – Ладно, давайте кончать. Джад, что ты делаешь?

– Вам понадобится кто-нибудь, кто будет поджигать фитили гранат и швырнет парочку-другую...

– Возможно. Но это будешь не ты, Джад.

– Но...

– Никаких «но». Когда автобус вспыхнет, нам придется бежать со всей возможной быстротой. А как ты побежишь со своей раненой ногой?

– Но тебе все равно нужен второй стрелок. Синебородые бросятся на вас, как только получат шанс.

– Он прав, – раздался голос за спиной Сэма. Тот повернулся.

– Райан?

Райан Кейт стоял со своей двустволкой через плечо.

– Хочу помочь.

Сэм оглядел Райана с ног до головы. От прежнего толстенького юноши, игравшего роль Оливера Харди, не осталось ничего. Он был холоден, спокоен, собран.

Сэм кивнул:

– Ли поведет машину, мы с Райаном будем иметь дело с нападающими, о'кей. На этом и порешим.

 

9

Зита и Томас Хатер тоже вызвались в группу сопровождения, но Сэм твердо отвел их кандидатуры.

В глубине души он хорошо знал почему. Карсвелл, будь он проклят, был почти наверняка прав. Это предприятие очень легко могло оказаться самоубийственным.

Сэм намеревался доставить автобус, который сейчас представлял собой просто огромную зажигательную бомбу на колесах, в самое узкое место ущелья.

Затем они каким-то, еще не вполне ясным способом покинут его сразу после того, как спирт вспыхнет, и сломя голову побегут к солдатам, защищающим вход в ущелье.

И все это будет происходить в условиях, когда за ними по пятам будет гнаться орда разъяренных Синебородых.

– Райан, ты готов?

Райан молча кивнул и занял свою позицию по правому борту автобуса. Он уже успел взвести курки своей двустволки. За его спиной, занимая все пространство салона, стояли бочонки с древесным спиртом. На них и между ними щедрой рукой были разбросаны штук пятьдесят гранат.

«Неплохой коктейль для любителей фейерверков у нас получился», – подумал Сэм, засовывая за пояс автоматические пистолеты.

– Жди, – сказал он Зите, погладив ее по щеке. – Я вернусь минут через десять.

– Лучше через пять, дурачина ты мой. – Она с трудом изобразила улыбку, приложив все усилия, чтобы он не заметил, как дрожат ее губы.

– Господь да хранит тебя, Сэм, – сказал Томас и потряс ему руку.

Сэм молча кивнул. Ли за перегородкой уже включил мощный дизельный мотор.

Сэм легко вскочил в машину и дважды ударил ладонью по деревянной переборке, защищавшей Ли. Это означало: «Вперед!»

Мотор грозно взревел, и они двинулись сквозь шеренгу расступившихся солдат туда, где за узким входом высились скалистые стены ущелья.

Сэм знал, что все они – Зита, Хатер, Ролли, Джад и все остальные – сейчас смотрят им вслед, но оглядываться, чтоб махнуть рукой, не стал.

Вход в ущелье представлял собой узенький коридор, прорезанный здесь за многие миллионы лет талыми водами. Сейчас коридор был устлан снегом.

На скудной почве угнездилось несколько кустиков и даже юных деревцев. Дальше, как было известно Сэму, растительность становилась богаче и даже превращалась в настоящие заросли.

Сэм приказал Ли вести машину в глубь ущелья до тех пор, пока дорогу не преградят деревья. Теоретически около двух тысяч Синебородых должны были затаиться где-то в зарослях в сотне ярдов от автобуса.

Что произойдет потом – было известно одному Богу.

– Веди осторожно и не торопись, – крикнул он Ли, когда автобус принялся ломать на ходу кусты и мелкие деревца. – Думаю, хозяева уже спешат навстречу.

 

10

– Господи, помоги им, – шептал себе под нос Томас Хатер.

– Полностью присоединяюсь, – отозвалась Зита. Она обняла священника, который дрожал, как испуганный ребенок.

Зита смотрела, как автобус исчезает в крутящейся снежной пелене. Вскоре от него ничего не осталось, кроме громкого урчания мотора.

Она вглядывалась в непроницаемую пелену, будто надеялась, что ее напряженный взгляд пробьет эту мутную завесу. Напрасно. А еще через несколько секунд затрещали выстрелы.

 

11

Несколько десятков Синебородых мчались к автобусу, швыряя в него камни.

Один из камней скользнул по плечу Сэма, когда тот высунулся в пустую раму разбитого окна.

За спиной Сэма дважды громко рявкнула двустволка Райана.

Двое из числа атакующих рухнули в снег.

Сэм выхватил из-за пояса один из пистолетов как раз в тот момент, когда рядом с автобусом вырос огромного роста варвар с копьем.

Сэм прицелился. Выстрелил.

Гигант рухнул на колени, протягивая руки к небу.

Автобус упорно шел вперед. Сэм услышал удар большого мягкого тела, а потом автобус тряхнуло, когда передние колеса переваливали через некий предмет, вдавливая его в снег.

Новая толпа Синебородых бежала к автобусу. Сэм надеялся, что это не главные силы, а своего рода сторожевой пикет, который защищает тех, кто спрятался в глубине ущелья.

Если все две тысячи разом попробуют вырваться из ущелья, у Зиты, Джада и остальных шансов сдержать их практически нет.

– Газуй, Ли, старина! – крикнул он. – Дадим этим подонкам под задницу так, чтоб надолго запомнилось!

Через одну из прорезей в загородке Сэм увидел, что Ли кивнул в ответ на его команду. Машина взвыла, снег под покрышками зашипел.

Только вес автобуса помогал ему удерживать сцепление с почвой.

Машина накренилась. Она вибрировала, можно сказать, с ног до головы.

Теперь Сэм видел, как она набирает скорость.

А когда он выглянул из окна, то стволы молодых деревьев уже сливались перед его глазами в сплошную коричневую полосу.

Засовывая пистолет за пояс, он крикнул Райану:

– Держись крепче! Полный ход!

Теперь автобус шел на скорости около 40 миль в час.

С обеих сторон в воздух взлетали фонтаны талого снега. Кусты, древесные стволы, тела людей подминались передними колесами. Каменные стены ущелья начали сближаться.

За спиной подпрыгивали бочонки с древесным спиртом. Один из них выпрыгнул из своего ряда, покатился, наткнулся на угол деревянного ограждения и раскололся. Поток спирта потек по полу. Резкий запах разлился в воздухе. Ноздри у Сэма щипало, из глаз полились слезы. Пахло смертью.

Черт,подумал Сэм. Одна искра – и автобус превратится в новую звезду.

Он бросил взгляд по ходу автобуса. Тут-то ему и пришлось сжать зубы до боли. В нескольких ярдах стояла шеренга мощных дубов.

– Ли! Тормози!

Ли тормознул.

Но при таком снеге сразу остановиться было невозможно.

Не теряя скорости, автобус скользил, продолжая выплевывать фонтаны снега, как кит – воду.

Шеренга дубов неслась на них с бешеной скоростью. Как будто мечтала принять в свои объятия сталь и резину машины.

Удар Сэм ощутил. А потом улетел куда-то.

 

12

Услышав выстрелы, Зита замерла. Впрочем, они почти сразу смолкли. Ей показалось, что все вокруг ее превратилось в камень.

Она по-прежнему так же сверлила взглядом снежную пелену у входа в ущелье. И вот – снова звук мотора! Он становился все громче и громче, а потом смолк.

Зита даже не почувствовала, как Томас схватил ее руку в обе свои.

– Не ходите туда! – воскликнул он. – Мы должны ждать.

– Но не можем же мы просто стоять и ждать!

– Да, мы должны ждать и будем! Они в руках Божьих.

Каждая клеточка Зиты гнала ее в ущелье – узнать, что происходит там – в его глубине. Инстинкт твердил ей: что-то пошло не так!

 

13

Оно пришло издалека. Из очень далекого далека. Звук был почти неразличим. Казалось, он дрожит на пределе слышимости. Но что-то в нем было. Что-то очень важное.

Бесконечно долгое время Сэм Бейкер никак не мог понять, что именно.

Наконец глаза открылись.

– Сэм... Сэм... Сэм Бейкер?

Прямо перед глазами в воздухе плавал Лунный Человек. Большой мутный диск с двумя мутными глазами и кривым ртом.

– Сэм?.. Ты меня слышишь?

Голос у Лунного Человека был очень глухой.

Затем произошла странная вещь: лицо куда-то пропало, раздался громовой удар.

Потом лицо вернулось, мутные глаза упорно всматривались в глаза Сэма.

– Сэм!

И снова взрыв.

– Сэм! Очнись же! Они нас убьют!

Сэм попытался заговорить. Странное дело, рот не работал.

Но что еще хуже – он чувствовал себя как сломанная кукла, которую бросили на помойку.

Болело плечо. Ребра рассылали боль по всему телу каждый раз, когда он пытался вдохнуть воздух. Рука, видимо, сломана в локте. И как-то удивительно странно ворочается во рту язык, так странно, что приходится предположить: зубы все выбиты.

– Сэм!..

Он с трудом и с болью приподнялся на локте.

Как только он огляделся, его память как бы вернулась в фокус. Они сидят по уши в дерьме. Ли и Райан палят из своих ружей в Синебородых, которые кидаются на них из зарослей, вопя, как краснокожие.

Он повернул голову. Волна боли прошла в нее через шею, где она, как ему показалось, начала кружиться по всему черепу, вовсе не стремясь его покинуть.

Сэм глубоко вздохнул. Потом поморгал глазами.

В двадцати шагах от него лежал автобус.

«Дитя Грома» Карсвелла завершил свою последнюю геройскую атаку. Почему-то он валялся на боку. Повсюду виднелись бочонки с древесным спиртом, некоторые из них лопнули, на снегу разлились лужи фиолетовой жидкости.

Сэм чихнул. К его изумлению, в воздухе завис кровавый туман. Дотронулся до носа – тот стал похож на шляпку гриба: мягкий и круглый.

– Сэм! – вопил Ли. – Нам бы пригодилась твоя помощь!

Ли выстрелил из винтовки в одного из Синебородых, выбежавшего из-за дерева с топором, который он держал обеими руками. Лицо варвара как будто взорвалось – кровавые лохмотья полетели во все стороны.

Сэм чувствовал себя так, будто в теле поломана половина костей. Зубы вообще отсутствовали. Один глаз заплыл.

Струйки боли текли по всему телу – от больших пальцев ног до макушки головы.

Работала только одна рука. Другая висела плетью. Она кончалась гроздью раздавленных пальцев.

Единственной действующей рукой он вытащил из кармана пистолет и застрелил пару Синебородых. Карсвелл был прав, восхваляя убойную силу своего оружия. Оба умерли буквально на бегу.

– Слава Богу, ты опять с нами, – кричал Ли. – Они там в зарослях кишат, как муравьи!

– Ли... ты... должен... поджечь... автобус... – Сэм с огромным трудом выдавливал слова из изуродованного рта. – Мы задержим их тут.

Он кивнул на Райана, который только что снес голову еще одному варвару выстрелом из своей двустволки.

– О'кей. Потом вернусь и помогу.

– Нет, Ли. Как только он загорится, беги к выходу.

Отвратительный запах древесного спирта отравил воздух во всем ущелье. Хотя он распространялся медленно, даже каменные стены и те впитывали в себя испарения точно так, как если бы это была влага.

Холодный воздух, спускавшийся сюда вместе со снегом, прижимал летучие пары спирта к земле.

Из зарослей к Сэму бросился Синебородый. Сэм сразил его выстрелом в живот.

Потом он оглянулся и увидел, как Ли поджигает фитиль гранаты, а потом швыряет миниатюрную бомбу в автобус.

Ли, по-видимому, надеялся, что у него будет достаточно времени, чтобы избежать последствий взрыва еще до того, как взорвется сама граната.

Но уже одного горящего фитиля оказалось достаточно для того, чтобы воспламенить сотни галлонов разлитого алкоголя.

Они не просто вспыхнули, они взорвались.

Только что мир был белым, снежным.

И в одно мгновение он превратился в сверкающе-голубой.

Из автобуса вылетел огненный шар.

Но на этом дело не кончилось, из автобуса полилась стена пламени.

Сэм увидел, как Ли мчится от огненного шара. Его волосы пылали.

– Беги! – крикнул он Райану.

Теперь Сэмом руководил только инстинкт.

Он повернулся и очертя голову бросился бежать от автобуса. Он бежал в глубь ущелья.

Он больше не ощущал боли.

Он бежал под защиту. Под защиту древесного полога. Под защиту стволов и ветвей. Перед ним туда же мчались Синебородые. На бегу они бросали свои топоры, мечи и пики.

Сэм оглянулся. За ним шла стена ослепительного пламени.

Она надвигалась беспощадно, пожирая подрост, прыжками, пожирая все, что могла, выплевывая из себя искры подобно пулемету, выплевывающему очереди пуль.

Сломанные ребра почти не позволяли Сэму дышать. Но он все равно летел вперед. Быстро-быстро.

Взрывы детонирующих гранат.

Сэм перепрыгнул через ручей.

Радужные разводы на талой воде подсказали Сэму, что в потоке воды меньше, чем чистого спирта. А секундой позже голубое пламя уже текло по промоине.

Казалось, пылает весь лес.

К Сэму мчался человек. Сэм так и не увидел его лица, он заметил лишь огромный разделочный нож. Сэм выстрелил почти в упор, в грудь. Человек рухнул, как мешок картошки, тараща налитые кровью глаза.

На какую-то долю секунды Сэм увидел Райана Кейта. Тот, пользуясь дробовиком как дубиной, обменивался ударами с огромным варваром в металлическом шлеме.

Лоб Райана был уже рассечен ударом меча. Кровь текла по его лицу, но глаза в свете пламени отливали серебром. Действиями Райана руководила сжигавшая его ненависть.

Сэм было повернул обратно, надеясь помочь, но тут с диким ревом, похожим на гром, рядом пронеслась стена пламени, скрыв от него дерущихся.

Теперь огонь был всюду. Жар стоял такой, что снег таял мгновенно, буквально за секунды обнажая черную землю. Из стволов текли потоки сока. Потом стволы вспыхивали, и вскоре весь лес превратился в собрание гигантских пылающих факелов.

Сэм отступал, пока жара не стала невыносимой. Тогда он переменил направление бега. Все равно пожар всюду. Кровь, пропитавшая рубашку, стала дымиться. Кожа зудела, глаза слезились. Искры падали на волосы, на одежду.

Стряхивая их здоровой рукой, Сэм теперь бежал в сторону выхода из ущелья.

Впереди был бугор, достигавший Сэму до плеча. Он взбежал на этот холмик, желая оглядеться и определить, куда же бежать дальше.

Он увидел, что окружен морем огня.

Сэм зажмурился. Пожар слепил ему глаза. С трудом его взгляд проник за горящий кустарник туда, где находился выход из ущелья – всего в сотне шагов от него.

Пышущий жар отогнал защитников Кастертона назад, но они все еще держали строй, загораживая дорогу Синебородым.

Теперь Сэм увидел и тех. Не желая гореть в ущелье или быть убитыми солдатами, Синебородые бежали к Вратам Времени.

Какие-то секунды Сэм глядел, как время выносит их из мира 1865 года в неведомые глубины темпоральных потоков.

Итак, все кончилось. Последние выжившие Синебородые ныряли во Врата, пытаясь руками загасить пылающие волосы.

Сэм поднял руку, чтоб защитить от жара лицо: пламя придвинулось еще ближе.

Даже когда огонь погаснет, Синебородые не смогут вернуться, так как Ролли сумел запечатать Врата. Возможно, навсегда. Конечно, если солдаты...

Но нет. Все это уже не имеет для него значения. Пусть эту проблему решают другие.

Теперь пламя было как прилив. Оно омывало холм. Остров Прохлады в Море Огня.

Сэм понял: останься он здесь еще на секунды, и пламя медленно зажарит его.

А может быть, он еще успеет сделать последний рывок туда – к выходу из ущелья, – куда путь проходит сквозь завесу горящих кустов?

«Кто знает? – подумал он. – Может, и выйдет? Сегодня чудеса идут густо. И случаются часто».

Странно, но он чувствовал, что улыбка сама собой проступает у него на губах. Сэм глубоко втянул воздух.

Вот и все. Все пути его жизни сошлись в этой точке. Может, именно для этого он и был спасен, когда молния ударила в него.

Он закрыл лицо сгибом руки.

И помчался.

Пламя охватило Сэма. Он вошел в мир света.

И боли не стало.