Краткое содержание

– существует ли пропаганда гомосексуализма, почему ее запрет бессмыслен, зачем принят так называемый «антигейский» закон: мнение ЛГБТ-подростков

– «нас не надо ограждать»: что подростки хотели бы сказать депутатам Госдумы

А также вы узнаете

– каковы критерии пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних

– как «антигейский» закон прямо или косвенно повлиял на жизнь ЛГБТ-подростков, ЛГБТ-сообщества и общества в целом

– действительно ли геи и педофилы – это одно и то же

– правда ли, что подростки становятся геями или лесбиянками из-за растления взрослыми или заразительного примера сверстников

– действительно ли геи – главные разносчики ВИЧ

– способно ли сексуальное просвещение развратить детей

– откуда подростки получают информацию о половом созревании и взрослении тела, о размножении людей и сексе, о контрацепции и венерических болезнях, о СОГИ; насколько она достоверна, хватает ли ее

В 1993 году в России отменили уголовное наказание за мужеложство. Законопроект о запрете пропаганды гомосексуализма в Госдуму РФ на рассмотрение вносили четырежды (2003, 2004, 2006 и 2009 годы). Четырежды отклоняли. В 2012 году его внесли на рассмотрение в пятый раз – и в июне 2013 года закон, подписанный президентом, вступил в силу. К тому времени в нескольких субъектах РФ уже действовали региональные законы с разнообразными наборами запретов. Запрещались, к примеру, пропаганда мужеложства, лесбиянства, бисексуализма, трансгендерности, педофилии… В федеральном законе использовалась формулировка «нетрадиционные сексуальные отношения».

Когда закон вступил в силу, Кодекс об административных правонарушениях (КоАП) РФ дополнился статьей 6.21: «Пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних». В статье 5 Федерального закона от 29 декабря 2010 года №436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» среди видов информации, запрещенной для распространения среди детей, появилась «пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения».

Возникают закономерные вопросы. Например, что такое нетрадиционные сексуальные отношения. Ведь при желании – смотря что считать традицией – нетрадиционными можно назвать секс вне брака, супружескую измену, оральный секс, свинг, БДСМ и даже секс в любой позе, кроме миссионерской.

Определения нет ни в одном нормативно-правовом акте. Юридические термины обязательно должны быть четкими и однозначными, а «нетрадиционность» – оценочная категория. При неопределенности нельзя установить, что именно считается нарушением. Если термин будет толковаться произвольно и сколь угодно широко, это породит злоупотребление законом.

Правоприменительная практика (если посмотреть, кто обвинялся в нарушении 6.21 КоАП РФ) свидетельствует, что под эвфемизмом замаскировалось исключительно то, что касается ЛГБТ.

Еще один важный вопрос – какая именно информация считается пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения. Разобраться с этим куда сложнее.

1. Статья 6.21 КоАП РФ определяет пропаганду так: распространение информации, «…направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений, искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния…»

Заметьте: представление о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений названо искаженным, а его формирование у несовершеннолетних – наказуемо. Разумеется, далеко не все граждане РФ считают, что гомосексуальные и гетеросексуальные отношения – равноценны. Это их мнение – и это их право его иметь и высказывать. Но что касается людей, считающих иначе, – говорить о социальной равноценности с 2013 года им запретил закон. Почему равноценность – это искажение реальности, а не ее достоверное описание? Ответа нет. «Антигейский» закон смешал правовые и моральные нормы и нарушил Конституцию РФ, гарантирующую каждому свободу слова.

Вернемся к толкованию пропаганды с помощью статьи 6.21 КоАП РФ. Непонятно, что считать навязыванием информации; как определить, что она вызывает интерес к «таким отношениям» или формирует загадочные «нетрадиционные сексуальные установки»; что это за установки – также нигде не объясняется.

2. Критерии пропаганды описаны в постановлении Конституционного суда РФ от 23 сентября 2014 года №24-П по делу о проверке конституционности части 1 статьи 6.21 КоАП в связи с жалобой Н. А. Алексеева, Я. Н. Евтушенко и Д. А. Исакова. «…Противоправными могут признаваться только публичные действия, целью которых является распространение информации, популяризирующей среди несовершеннолетних или навязывающей им, в том числе исходя из обстоятельств совершения данного деяния, нетрадиционные сексуальные отношения…»

Судя по этому определению, к пропаганде можно отнести только информацию, которая что-то популяризирует либо навязывает.

3. В разделе 6 концепции информационной безопасности детей, которая в ноябре 2013 года была выложена на сайте Роскомнадзора для общественного обсуждения, описаны признаки вредной для здоровья и развития детей информации, распространяемой в Интернете. К ней в числе прочего отнесена информация, пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения. Вот некоторые из ее критериев.

«Критерий №4.1.2. Пропаганда альтернативных моделей семейных отношений. Информация (образы и словесные описания), обосновывающая и (или) оправдывающая допустимость альтернативных семейных отношений. Например, на многих сайтах… приводятся статистические данные об усыновлении детей гомосексуальными и гетеросексуальными парами. Вырванная из более широкого контекста, эта информация может сформировать у детей и подростков представления о том, что гомосексуальная пара не хуже гетеросексуальной может справиться с родительскими обязанностями».

Но как быть с тем, что это правда и гомосексуальная пара на самом деле не хуже гетеросексуальной может справиться с родительскими обязанностями? Психолог Евгений Осин справедливо отмечает: «Но такая точка зрения разделяется во многих развитых странах, которые разрешили усыновление однополым парам, потому что, несмотря на многолетнюю историю изучения вопроса, нет научных данных, которые свидетельствовали бы, что два папы или две мамы – это чем-то хуже, чем, например, одна мама или один папа. Это можно услышать в СМИ из уст несведущих людей, но такая позиция из уст психологов в официальном документе в цивилизованных странах считалась бы серьезным нарушением профессиональной этики…»

«Критерий №4.2.1. Использование привлекательных образов. <…> Например, пара, состоящая в нетрадиционных сексуальных отношениях, может быть представлена яркой и обаятельной».

Вывод: гомосексуальную пару можно представлять только как непривлекательную. Яркие и обаятельные гомосексуалы – нежелательны.

«Критерий №4.3.3. Персонифицированные примеры. Информация, содержащая примеры людей (детей) … состоящих в нетрадиционных сексуальных отношениях… Например, истории и рассказы людей… состоящих в нетрадиционных сексуальных отношениях…»

Вывод: гомосексуальную пару нельзя представлять даже как непривлекательную, потому что любые истории гомосексуалов о своей жизни – нежелательны.

Подведем итог. Разобраться, какая именно информация считается пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения, так и не получилось. По словам Конституционного суда РФ, это популяризация либо навязывание; а если следовать критериям Роскомнадзора – о гомосексуалах можно писать либо плохо, либо ничего.

Зачем был принят «антигейский» закон? Его инициаторы и сторонники, разумеется, говорили о защите детей. Честнее всех оказался председатель Конституционного суда РФ Валерий Зорькин, который на третьем Международном конгрессе по конституционному правосудию в Сеуле сказал следующее: «Правовой смысл этого запрета не столько в том, чтобы решить проблему пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних – прямо скажем, эта проблема в России пока остро не стоит, – а в том, чтобы обозначить понимание отклоняющегося характера подобного типа поведения. И, соответственно, заявить позицию законодателя по вопросу о границах толерантности со стороны государства к социальным отклонениям в данной сфере».

Итак, основная цель – обозначить отклоняющийся характер гомосексуальности для нашего государства, а вовсе не защитить детей. Цель более чем достигнута. Последствия «антигейского» закона оказались настолько широки, что затронули почти каждого имеющего отношение к ЛГБТ человека.

ПРЯМОЕ ВЛИЯНИЕ ЗАКОНА

За время существования (на сегодняшний день, осень 2015 года) четверо получили штрафы за нарушение статьи 6.21 КоАП РФ.

1. ЛГБТ-активисты Николай Алексеев и Ярослав Евтушенко (3 декабря 2013 года) – за одиночные пикеты в Архангельске с плакатами: «Гей-пропаганды не существует. Геями не становятся, геями рождаются».

2. ЛГБТ-активист Дмитрий Исаков (19 декабря 2013 года) – за одиночный пикет в Казани с плакатом: «Быть геем и любить геев – это нормально. Бить геев и убивать геев – это преступно».

3. Александр Сутурин, главный редактор газеты «Молодой дальневосточник» (31 января 2014 года) – за публикацию интервью о принудительном увольнении из школы Хабаровска учителя-гея Александра Ермошкина. Суд счел пропагандой слова Ермошкина: «Само мое существование – эффективное доказательство нормальности гомосексуальности».

4. Неизвестный производитель детской игры «Фанты» (6 августа 2014 года) – за некоторые задания игры, где участникам требовалось изобразить свидание однополой пары или влюбленного в мужчину Рэмбо.

Меня как основателя проекта «Дети-404» постоянно пытаются привлечь к ответственности.

В октябре 2013 года Виталий Милонов потребовал оштрафовать меня и закрыть проект. В конце января против меня возбудили дело об административном правонарушении. Суд в феврале 2014-го прекратил производство по делу. В моих действиях не нашли состава правонарушения.

Через год, 18 ноября 2014 года представитель Роскомнадзора составил в отношении меня протокол об административном правонарушении. Позже к нему была приложена экспертиза доктора психологических наук Лидии Матвеевой. В тексте Матвеева не раз упомянула слово «грех», причем один раз – «смертный грех», гомосексуальность она назвала патологической формой половых отношений, а в списке использованной литературы я обнаружила Новый Завет. Мировой суд Нижнего Тагила 23 января 2015 года признал меня виновной в нарушении части 2 статьи 6.21 КоАП РФ и оштрафовал на 50 тысяч рублей; 25 марта в Дзержинском районном суде Нижнего Тагила решение было отменено, дело вернули в мировой суд; 28 июля мировой суд повторно признал меня виновной и повторно оштрафовал на 50 тысяч рублей. Это решение суда также оспаривается.

Кроме этого, группу проекта «Дети-404» в соцсети «ВКонтакте» постоянно пытаются заблокировать. Основываясь на решении Центрального районного суда Барнаула, 21 сентября 2015 года Роскомнадзор внес группу в единый реестр запрещенной информации. Через три дня администрация соцсети заблокировала ее для российских пользователей. С 24 сентября проект работает в резервной группе (vk.com/deti404_vk2). Решение суда оспаривается.

Могу предположить, что судебные тяжбы будут продолжаться до тех пор, пока не отменят «антигейский» закон.

КОСВЕННОЕ ВЛИЯНИЕ ЗАКОНА

Необязательно быть осужденным по статье 6.21 КоАП РФ, чтобы пострадать из-за нее. Косвенное влияние закона затронуло очень много людей.

1. Увольнения (на примере педагогов)

ЛГБТ-учителя и раньше не особенно распространялись о личной жизни на работе, а теперь это стало попросту опасно. На педагогов охотится настоящая полиция нравов: инициативные граждане и общественные движения, готовые «очистить школы от голубой заразы».

В 2013 году бисексуальную учительницу из Магнитогорска Ольгу Бахаеву вынудили уйти из школы за поддержку ЛГБТ. Травля в Интернете, аутинг, угрозы, бесконечные нападки, а также заявление в прокуратуру от некой блюстительницы морали о том, что ее сын случайно зашел на страницу Ольги «ВКонтакте» и там «запропагандировался». В итоге Ольга уволилась из школы. Она назвала свой поступок сделкой с совестью: «Да, я устала от давления, от шушуканья за спиной, от той непонятной агрессии со стороны людей, которым я ничего плохого не сделала». Коллеги, по словам Ольги, «в шоке» и «никак не могли поверить, что такое возможно… публично за меня никто не выступит, директор ясно дала понять, чтобы все молчали в тряпочку». А ведь Ольга всего лишь делала перепосты в соцсети и высказывала свое мнение… Теперь она лишилась работы, ей пришлось переехать в другой город.

В том же году в сложную ситуацию попал учитель географии из Хабаровска. Администрация школы знала о сексуальной ориентации Александра Ермошкина и его деятельности по защите прав ЛГБТ в городе. Но работы это не касалось, потому администрация, как пояснил учитель, не придавала этому значения и даже старалась гасить конфликты. Только после протеста «заинтересованной общественности», по-видимому вызвавшего недовольство в министерстве и управлении образования (и возможно, под их давлением), его потребовали уволить. Ермошкин рассказывал, что директору школы поступали угрозы: «…Сказали, что уволят и ее в случае чего». Он написал заявление, затем отозвал его, пояснив: «Я буду добиваться восстановления справедливости и ждать возвращения». К сожалению, в школу ему вернуться не удалось. Почти одновременно Александру отказали в работе внештатного преподавателя Дальневосточного государственного университета. Никита Колесников, бывший ученик Ермошкина, рассказал, узнав об этом: «Увольнять преподавателя из-за гомосексуальных наклонностей как минимум глупо. <…> Спасибо вам за то, что вы есть, Александр Васильевич. Знайте лишь то, что каждый человек, который знает о вас не только что вы гомосексуалист, а то, что вы высоко духовно развиты, как минимум вас безгранично уважает и ставит вас в пример. Спасибо. P. S.: То, что Александр Васильевич гей, я знаю очень давно…» Сейчас (осень 2015 года) Ермошкин уехал в США.

Особняком стоят три случая, перечисленные ниже. В них причиной для нападок стала открытая поддержка ЛГБТ, а не сексуальная ориентация педагогов.

Екатерина Богач, учительница испанского языка из Санкт-Петербурга, участвовала в публичных акциях, посвященных ЛГБТ. Интернет-активисты в октябре 2013 года написали письмо в Комитет по образованию Санкт-Петербурга. В письме говорилось: «Эта учительница, возможно, не пропагандировала в своей школе извращения и ЛГБТ-идеи, но она абсолютно точно делала это на каждой акции ЛГБТ-растлителей и пропагандистов, в которых принимала участие». В ответ бывшие ученики Богач опубликовали открытое письмо, рассказав, что за время обучения не слышали никаких призывов, в том числе касающихся ЛГБТ. Чиновники управления образования Петроградского района Петербурга даже провели особую проверку и, к счастью, не нашли никакой гей-пропаганды в работе учительницы.

Анна Левченко, общественный помощник уполномоченного по правам ребенка Павла Астахова и лидер движения «Сдай педофила», в конце 2014 – начале 2015 года организовала травлю Анны Гизуллиной, психолога, преподавателя УрФУ. Поводом стало то, что Анна Владимировна поучаствовала в вечерней гостиной проекта «Дети-404» и ответила на вопросы ЛГБТ-подростков. Левченко писала письма, в том числе ректору УрФУ и министру образования и науки РФ, с просьбой пресечь деятельность Гизуллиной, которая «активно пропагандирует ЛГБТ». К счастью, это не окончилось увольнением педагога, хотя и принесло ей немало проблем; Анна Владимировна до сих пор работает в вузе. Коллеги – доктора и кандидаты наук, практикующие психологи – собрали в ее поддержку сотни подписей.

Летом 2015 года Дмитрий Исаев, завкафедрой клинической психологии Санкт-Петербургской государственной педиатрической медицинской академии, уволился из вуза. Возмущенным гражданам не понравилось, что Дмитрий Исаев возглавлял комиссию, которая занималась решением проблем трансгендеров. «Мое увольнение, – сообщил сам Исаев, – произошло по обоюдному согласию с руководством… академии, которому совсем не интересно иметь постоянные звонки с жалобами».

Сколько педагогов пострадало из-за волны, которую поднял «антигейский» закон, неизвестно. Только один петербургский активист, который специализируется на поиске и травле ЛГБТ-учителей, в декабре 2014 года хвастался, что добился увольнения уже 29 человек по всей стране.

2. Публичные мероприятия

В уже упомянутом постановлении Конституционного суда РФ №24-П отмечается, что запрет пропаганды «…не препятствует реализации права… проводить публичные мероприятия в предусмотренном законом порядке, в том числе открытые публичные дебаты о социальном статусе сексуальных меньшинств…» Однако эти слова кардинально расходятся с реальным положением дел. Большинство активистов, которые выходят на публичные акции, отметили, что теперь тяжелее провести публичное мероприятие на тему ЛГБТ или близкую к ней (к примеру, ВИЧ/СПИД). Акции не согласовывают и заранее запрещают на основании возможного нарушения статьи 6.21. Даже на согласованных акциях полиция не всегда занимается обеспечением порядка и безопасности участников. Противники не раз били участников акций, кидали в них яйца – и нападавших не задерживали.

Виолетта Грудина:

– По пути на акцию «Радужный флешмоб» меня, организатора, задержали и доставили в отделение. Сообщили, что я нарушила статью 6.21 КоАП. Пояснили, что в социальной сети «ВКонтакте» в группе ЛГБТ-организации «Максимум» нашли несовершеннолетних. Общались вежливо, видимо, сами понимали абсурдность задержания. Администрация города отказала во всех уведомлениях о проведении акции «Радужный флешмоб», участники были вынуждены отправиться в практически безлюдную площадку (гайд-парк). Там их встретил сотрудник управления Ленинского округа. Назвав сбор незаконным, он потребовал задержать и доставить в полицию участников.

Павел Лебедев:

– На себе я испытал ненависть, которую подарил этот закон. Неоднократно был бит на публичных акциях. На работе пытались устроить «темную». Последний раз напали около дома. Причем все нападавшие ушли от ответственности.

Андрей Оболенский:

– Отказывают в проведении мероприятий со ссылкой на закон. Пытались провести акцию в день Конституции – получили отказ. Такое было не один раз. «Православные активисты» совсем обнаглели: без провокаций и метаний яиц ни одна акция почти не проходит.

3. Непубличные мероприятия

ЛГБТ-активисты не всегда могут спокойно проводить даже мероприятия для узкого круга (лекции, кинопоказы, сборы, чаепития). Они рискуют нарваться на агрессивных гостей, проверки полиции и срыв мероприятий.

Несколько примеров.

– Проходивший в Санкт-Петербурге с 21 до 30 ноября 2013 года 6-й ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о бок» был практически сорван. Почти каждый день неизвестные сообщали о минировании площадок. Каждый раз участников заставляли выходить и ждать на холоде. Центр «Этажи», где должны были пройти основные показы, в итоге отказался предоставлять помещение.

– 24 апреля 2014 года в московском центре Artplay проходил показ фильма «Дети-404». В середине фильма в центр ворвались люди. Они привели полицию и кричали, что в зале сидят дети. Полиция проверила документы. Несовершеннолетних не нашли. Один из мужчин на вопрос: «Где вы видите детей?» ответил: «На экране!» Через 15 минут показ возобновился.

– 3 ноября 2013 года двое неизвестных в масках и с пневматическими винтовками ворвались в офис ЛГБТ-организации La Sky в Санкт-Петербурге, где проходило «Радужное чаепитие». Анна Пруцкова получила ушибы спины, Дмитрию Чижевскому пуля попала в глаз. Дело возбудили по статье «Хулиганство» (гомофобные мотивы в России никогда не становятся отягчающим обстоятельством). Дело закрыли, нападавших не нашли.

4. Культурная сфера

В 2003 году Россию на Евровидении представляла группа «Тату». И никому не было дела до их имиджа лесбиянок, все их поддерживали, все за них болели. Но какой поток ненависти обрушился на нас с экранов телевизора, когда на Евровидении в 2014 году победила Кончита Вурст! Про псевдолесбиянок «Тату» никто давно не вспоминает.

Еще примеры.

– МУЗЫКА: Летом 2014 года в Москве был сорван концерт Мэрилина Мэнсона. Неизвестные сообщили о бомбе. Православные верующие заявили, что певец оскорбляет их чувства и пропагандирует гомосексуализм.

– КИНО: «Лига безопасного интернета» усмотрела в фильме «Жизнь Адель» пропаганду педофилии и гомосексуализма и боролась за отзыв у картины прокатного удостоверения.

– ТЕАТР: Минкульт РФ направил организаторам IX Московского международного открытого книжного фестиваля письмо с требованием снять с показа пьесу «Душа подушки». Первый замминистра культуры РФ Владимир Аристархов утверждал, что в пьесе могут быть «усмотрены признаки пропаганды гомосексуализма». (Какой извращенный ум нужно иметь, чтобы увидеть в сказке о подушке и больном мальчике намек на гей-отношения?..)

– КНИГИ: Ульяновская областная прокуратура проверила книгу Веры Тименчик «Семья у нас и у других». В книге упоминалось, что в некоторых странах существуют гей-браки. Писательницу обвинили в пропаганде и растлении российской молодежи.

– КОМПЬЮТЕРНЫЕ ИГРЫ: Sims 4, которая появилась в сентябре 2014 года, впервые из всей линейки получила в России рейтинг 18+. Все предыдущие имели рейтинг 12+. Причина – в игре можно вступить в однополые отношения и брак. Как и раньше, в игре Sims 3. Есть мнение, что новый рейтинг игры – прямое следствие закона.

5. Радужное безумие

Самый смешной пункт грустного списка. «Даже радуга на небе намекает на плохое», – пела группа «Гопота», и не зря. Доходит до абсурда. Экс-депутат петербургского Законодательного собрания Елена Бабич еще в конце 2011 года возмущалась: «…У нас в день города по всему Петербургу висит лицо Петра Первого и яркая радуга. Какая радуга, когда это мировой символ геев? А у нас по всему городу то детский сад „Радуга“, аптека „Радуга“…» Вслед за Бабич в сентябре 2012 года лидер отделения православной организации «Народный собор» Анатолий Артюх возмутился упаковкой продукции торговой марки «Веселый молочник», на которой была нарисована та же радуга: «Это международный символ гомосексуального движения. Я считаю, что это открытая пропаганда порока».

Вслед за народными избранниками зоркие граждане начали искать гей-пропаганду буквально в каждом столбе. Да, буквально. Одних возмутил разноцветный дорожный столб на переходе через реку Урал, других – флаг Еврейской автономной области. Прокуратуре Челябинской области даже пришлось пояснять, что набор цветов радуги не запрещен на территории РФ и не причиняет вреда здоровью детей и их развитию. Когда Россия неудачно выступила на чемпионате мира по футболу (лето 2014-го), православный священник Александр Шумский назвал его «гомосексуальным позорищем» из-за того, что футболисты носят разноцветную обувь: «Надеть мужчине розовые или голубые бутсы – это все равно что надеть женские трусы или бюстгальтер». Также летом 2014 года шесть цветных флагов возле ТРЦ «Сити Молл» в Новокузнецке возмутили православную горожанку. В итоге администрация центра убрала фиолетовый флаг. Так и хочется напомнить бдительным гражданам и гражданкам: во-первых, иногда сигара – это просто сигара, а во-вторых, запретить появляться радуге на небе они все равно не смогут.

6. Законодательные инициативы

6а: реализованные

– 3 июля 2013 года Владимир Путин подписал закон, который запретил усыновлять российских сирот иностранцам, которые состоят в однополом браке, а также не состоящим в браке вообще.

– 13 февраля 2014 года премьер-министр России Дмитрий Медведев подписал постановление, которое запретило усыновлять российских детей-сирот всем гражданам стран, в которых разрешены однополые браки.

– Страны-соседи, глядя на Россию, также начали обсуждать возможность ввести такой закон. В итоге в феврале 2015 года верхняя палата (Сенат) парламента Казахстана одобрила законопроект о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию. Он запрещает для детей в числе прочего информацию, «пропагандирующую нетрадиционную сексуальную ориентацию».

6б: те, что обсуждались/обсуждаются

– Подобные законопроекты обсуждались в Армении (август 2013 года – законопроект отозван) и Киргизии (июнь 2015 года – законопроект отозван).

– Предлагалось лишать гомосексуалов родительских прав (законопроект отозван), запретить заключение брака трансгендерам и дополнить КоАП статьей, которая позволит штрафовать людей за «публичное выражение нетрадиционных сексуальных отношений, заключающееся в демонстрации своих искаженных сексуальных предпочтений в общественных местах» (законопроекты пока не рассмотрены).

7. Средства массовой информации

После принятия закона желание СМИ публиковать нейтральную или положительную информацию об ЛГБТ снизилось почти до нуля, зато самоцензура возросла до небес. Я сталкивалась с этим не раз, когда журналисты обращались ко мне с просьбой рассказать о проекте «Дети-404» и в последний момент отменяли публикацию, опасаясь штрафа. Это подтверждают и ЛГБТ-активисты.

Татьяна Винниченко:

– Законом нам заткнули рот: мы теперь не можем себе позволить публикации в СМИ. Не разрешается. Журналисты говорят, что не могут про нас ничего опубликовать, если это не заведомые гадости. Редакторы боятся штрафов.

Андрей Оболенский:

– Информационная блокада в СМИ – основное последствие. Информация об уличных мероприятиях, акциях до закона циркулировала хотя бы в независимых интернет-СМИ. Теперь они не хотят с нами связываться, пишут только иностранцы. Не хочет независимая пресса на штраф налететь.

Молчание СМИ и речи ненависти медиаперсон наряду с самим существованием «антигейского» закона формируют негативное отношение общества к ЛГБТ.

8. Личное пространство ЛГБТ

На это антигейский закон повлиял сильнее всего.

ЛГБТ-люди стали чаще задумываться об эмиграции, учить иностранные языки, искать работу за границей, просить политического убежища. Желающих уехать стало в разы больше. И это объяснимо. Когда государство называет тебя человеком второго сорта и обсуждает, что у тебя нужно отбирать детей, – остается лишь бежать.

Что касается работы, не только у педагогов возникли проблемы. Впрочем, они были и раньше. Лесбиянок и геев, чья сексуальная ориентация раскрывалась, вынуждали увольняться по собственному желанию; трансгендерные люди испытывали сложности при трудоустройстве из-за того, что их внешний вид не совпадал с указанным в паспорте полом. Но теперь появился закон – и стал дополнительной причиной для давления.

Закон о пропаганде поставил в крайне трудное положение однополые семьи: получается, что они ежедневно пропагандируют собственным детям (!) нормальность однополых отношений (!!). Люди меньше позволяют себе быть открытыми как семья, как пара, что приводит к неврозам. Жить в постоянном страхе – тяжело. Матери просят детей врать о семье (не говорить, что у них две мамы), приучают их ко лжи. Родственники ЛГБТ стали еще меньше поддерживать их. Старые отношения – рвутся. Как рассказала моя знакомая А. из Новосибирска: «Мы боимся лишний раз упомянуть, что мы – семья, ведь у нас еще и ребенок. На работе я всегда была закрыта, и не от хорошей жизни, но если раньше я считала это не совсем нужной предосторожностью – сейчас полагаю это жизненно важным. Теперь мои родители говорят моему ребенку: „Мы если сообщим, маму вмиг с работы уволят. А ты можешь написать заявление в опеку, и тебя у нее отберут“». Сейчас А. с семьей уехала за границу.

Очень обширный пункт – физическое и психологическое насилие. Не буду останавливаться на нем подробно, просто скажу, что я как правозащитник и открытая бисексуалка постоянно сталкиваюсь с оскорблениями и угрозами, которые чаще всего получаю в социальных сетях. Пожелания мучительной смерти с ее подробным описанием, проклятия, нецензурная брань – уже привычны и не удивляют. И так живет каждый ЛГБТ-активист России, все открытое ЛГБТ-сообщество.

В связи с этим неудивительно, что психологическое состояние людей намного ухудшилось.

Анна Гизуллина, вузовский преподаватель, Екатеринбург:

– В сообществе резко увеличилось количество людей, переживающих гомосексуальность или трансгендерность как травму. Обращений за помощью стало в разы больше. Возросли страхи, за себя, за близких и детей. Многие стали гораздо более скрытными. Это ухудшило качество жизни и самоощущение.

Forest1333:

– Стало еще труднее дышать. Очередная узаконенная несвобода. Очередное противоречие здравому смыслу. Очередной уход от цивилизованного мира в средневековье. Я сижу дома, не покалеченный, без синяков и административного дела за плечами, но это висит надо мной. Я не чувствую себя свободным человеком.

Тикки Шельен, музыкант, Москва:

– Моих знакомых закон коснулся в том смысле, что в обществе спустились тормоза. По крайней мере, в области СМИ, словно мягко сказали «можно», имея в виду «фас». Не очень приятно знать, что ты теперь официально пария. Никого из знакомых всерьез не привлекали пока, но вот посмотрим. Я пишу альбом, в котором будут затронуты самые разные типы отношений между людьми, посмотрим, будут ли последствия после его публикации в Интернете. Сам факт закона я для себя считаю оскорбительным, неприемлемым и противоречащим Конституции РФ.

Виктор:

– Статья 6.21 подарила незабываемую возможность почувствовать себя унтерменшем, официально признанным человеком второго сорта.

Павел Лебедев, ЛГБТ-активист:

– Закон может работать или не работать, но главное, чего его инициаторы добились, – породили большую ненависть, заставили жить в страхе еще большее количество ЛГБТ.

9. ЛГБТ-подростки

Из-за «антигейского» закона страдают и те, кого, по сути, он должен защищать: подростки.

В январе 2014 года в Калужской области 16-летнюю отличницу педагоги заставляли перейти в другую школу. Она написала мне, что ее публично унизили по причине того, что она «пропагандирует своим существованием нетрадиционную ориентацию». Мотивировали учителя и директор это тем, что ее голос стал похож на мужской. Девушке запретили устно отвечать на уроках. Все работы теперь она сдает в письменном виде.

В Брянской области в конце 2013-го на контроль в комиссии по делам несовершеннолетних поставили ученицу М., не скрывающую, что она лесбиянка. Комиссия провела проверку, вызывала школьников, чтобы поговорить, не растлила ли их М. В бумаге о том, что девушку поставили на контроль, названа такая причина: «В ходе профилактической работы было выявлено, что ученица девятого класса пропагандирует нетрадиционные сексуальные отношения среди несовершеннолетних». Каким образом? М. «открыто признает себя лицом нетрадиционной ориентации»… Правда, когда поднялся шум в СМИ и дело дошло до областной прокуратуры, девочку с контроля все-таки сняли.

Чего «антигейский» закон приносит больше, пользы или вреда, и защищает ли он детей – вопросы риторические. И разумеется, никто не спросил самих несовершеннолетних, нужно ли их ограждать от «пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений».

На вопрос «Знаете ли вы о том, что летом 2013 года Владимир Путин подписал закон, запрещающий пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних?» 89,8% (340 человек из 378) опрошенных в 2014 году подростков ответили «да». Существует ли такая пропаганда, как вы думаете? – спросила я их. Те, кто с сарказмом ответил «да», обвиняют в пропаганде политиков.

Кристина, 16 лет (Самара):

– Ведет пропаганду наше правительство. Я за всю жизнь не слышала столько разговоров о «гомосексуализме», сколько за эти два года.

Мария, 17 лет (Москва):

– Самая большая пропаганда за последнее время – это сам закон. До него мы жили тихо-мирно, и никто не заикался на эту тему.

Человек из ниоткуда, 14 лет:

– Сами политики своими вечными разговорами и спорами не «оберегают от этой болезни», а, наоборот, обращают на нее еще большее внимание, так что люди поневоле сами начинают об этом задумываться.

Евгения, 16 лет (Норильск):

– Единственное проявление пропаганды, с которым я сталкивалась за всю свою недолгую жизнь, – это шум вокруг этого закона. Причем шум, поднимаемый его сторонниками.

Итак, ЛГБТ-подростки в гей-пропаганду не верят. Доводы они приводят разные.

1. Никто не призывает становиться геями и лесбиянками.

Евгения, 15 лет (Няндома):

– Никто не ходит по школам и детским садам, рассказывая детям о том, как круто быть геем.

Полина, 14 лет (Москва):

– Ну не может быть такого, чтобы в начальную школу пришли двое студентов и начали раздавать буклеты на курсы «Как хорошо принадлежать к ЛГБТ», мол, присоединяйтесь, дети, у нас весело и есть печеньки…

Ярослав, 15 лет (Воронеж):

– В этой тупой Госдуре хоть знают, что такое пропаганда? Я ни разу не видел, чтобы кричали – будьте геем/лесбиянкой, это хорошо! Никогда. Я не приношу никакого вреда тем, что я гей. Я обычный человек, у которого есть чувства. Тем более подросток.

Анна, 13 лет (Москва):

– Мы просто живем, мы не кричим: «Дава-а-ай, будь геем, это же кру-у-уче!»

2. Существует лишь пропаганда «традиционных отношений».

Оля, 17 лет (Москва):

– Термин до безумия глуп и бессмыслен. Мы не говорим о пропаганде гетеросексуализма, которая, по сути, повсюду.

Катя, 16 лет:

– Существует лишь «пропаганда гетеросексуализма» и дегенерирующих идиотов.

3. Человека нельзя заставить сменить сексуальную ориентацию или гендерную идентичность.

Евгения, 15 лет (Няндома):

– Никакая «пропаганда» не способна повлиять на сексуальную ориентацию.

Стася, 16 лет (Кемерово):

– Закон о пропаганде забавно непродуктивен. Я, как гомосексуальный подросток, могу сказать, что проблема «выбора» ориентации не зависит от СМИ, «пропаганды» и прочего мусора. Все проще: мне комфортно быть с девушками, и, сколько бы вы ни показывали мне фильмов с романтическими гетеросценами (и ни издавали гребаных законов), мои предпочтения не изменятся. И я не стану менять свою жизнь из-за гнета, потому что я люблю свою страну и свято верю, что когда-нибудь она перестанет заниматься моральным издевательством над людьми. Это моя жизнь, и все, что в ней есть, – по определению естественно.

Дима, трансгендер FtM, 16 лет (Ейск):

– Человек может попробовать гомосексуальные отношения даже из банального любопытства, но если он от природы гетеросексуален, то долго встречаться с человеком своего пола не захочет.

4. Если запретить пропаганду – ЛГБТ не исчезнут.

Илья (Уфа):

– Господи, эта пропаганда – такой же бред, как и закон о запрете мата. Они думают, что если запретят материться, то вся страна очистит свой лексикон от нецензурщины? Нет: как матерились – так и будут.

Мария, 16 лет (Москва):

– Я не понимаю, что это. Если запрещать говорить о гомосексуальности… Лесбиянки, геи, пансексуалы, трансгендеры и прочие квиры не станут невидимыми. Мы были, есть и будем. И с этим придется мириться.

5. Пропагандой называют информирование; но информирование – это не пропаганда.

Евгения, 15 лет (Няндома):

– То, чем занимаются правозащитные ЛГБТ-организации, – не пропаганда, а констатирование реальных фактов и попытки добиться нормального отношения.

Софья, 16 лет (Санкт-Петербург):

– Для подростков (детей эта тема не интересует, а взрослые уже определились) информация о гомосексуальности – это просто новый опыт, новые интересные факты, но не более. Если человек не будет знать, что существуют такие люди, то в будущем не раз попадет в неловкие ситуации.

Енот, 16 лет (Москва):

– Каждый человек должен знать, что гомосексуалы существуют и в нашей стране, что это реальность, а не сказки. Человек должен видеть правду и должен суметь ее воспринять.

Диана, 14 лет (Ульяновск):

– Большая проблема сейчас – дезинформация. Люди не знают о гомосексуальности ничего, за исключением Бориса Моисеева, слова «пра-а-ативный» и того, что это неправильно. Не знаю, возможно, в крупных городах с информацией лучше, но мой город нуждается в объективных данных и непредвзятых сведениях. А их называют пропагандой…

6. Чувства (любовь) пропагандировать нельзя.

Сташа, 15 лет (Одесса, Украина):

– Как можно пропагандировать любовь? Если человек любит человека, нет дела, какого они пола. Это мое мнение. Представляете? У меня, «жертвы пропаганды», есть свое мнение!

Даша, 15 лет (Омск):

– Гомосексуальность – это не только секс. Это способность любить, переживания за близкого, желание создать семью. Разве это можно пропагандировать?

Алиса, 14 лет (Санкт-Петербург):

– Гомосексуальность остается проявлением любви. А последнее не нуждается в пропаганде – она будет существовать в любом случае.

7. ЛГБТ-подростки осознали себя сами, без внешнего воздействия.

А., 17 лет (Томск):

– Если мне начать пропагандировать гетеросексуальную любовь, то я не изменюсь, я не пойду искать себе парня, не побегу выходить замуж… Мне с детства рассказывали лишь про обычные семьи, а про нетрадиционные я не слышала ни слова. Так почему же я хочу жить с девушкой, а не с парнем?

Лена, 17 лет (Санкт-Петербург):

– Я выросла в обычной семье, у меня перед глазами всегда был пример крепкого и любящего союза. Но это не помешало мне влюбиться в девочку.

Павел, 16 лет:

– Мне никто ничего не пропагандировал. Много историй слышал, где в полном отсутствии информации обнаруживались ЛГБТ.

8. Не скрывать – не значит пропагандировать.

Владислава, 16 лет (Минск, Беларусь):

– Почему я не могу держать свою девушку за руку в общественном месте, тогда как гетеросексуальные пары буквально раздевают друг друга? Почему я не могу поцеловать ее, как остальные гетеросексуалы? Почему это считается пропагандой? Человек волен сам принимать решения, сам отвечать за свои поступки.

Евгения, 17 лет (Харьков, Украина):

– Я не считаю, что проявление любви между двумя людьми можно назвать пропагандой. Мы никого не убиваем. Мы не навязываем свои взгляды и понятия. Мы не заставляем всех быть такими. Мы просто живем и боремся за то, чтобы любить и быть счастливыми.

Также подростки отметили, что запрет нарушает свободы человека и запрещает то, что само по себе не является плохим (сексуальную ориентацию / гендерную идентичность).

Никто из ребят всерьез не верит, что «гей-пропаганда» существует. Конечно, они не специалисты; но с ними солидарны ведущие ученые, врачи, психологи и психотерапевты всего мира, и России в том числе.

К примеру, Дмитрий Исаев, российский психиатр, психотерапевт, сексолог, отмечает, что с медицинской и психологической точки зрения словосочетание «пропаганда гомосексуализма и трансгендерности» лишено смысла:

«Пропаганда – это распространение идей, учений, взглядов с целью обрести сторонников. Между тем сексуальная ориентация… носит природный характер и никак не связана ни с работой средств массовой информации, ни с модой, ни с идеологией, ни с активностью каких-либо общественных групп и движений. Человек не может произвольно менять сексуальную ориентацию (например, напугавшись осуждения или уголовного преследования, как это было в период гонений на гомосексуалов несколько десятилетий назад), поэтому его невозможно „сагитировать“ „ни за, ни против“. Даже если предположить, что гетеросексуальный человек очень сильно захочет стать гомосексуальным, то у него из этого ничего не получится».

То же самое писал сексолог и социолог Игорь Кон, который увязывал рост гомофобии с усилением ксенофобии в обществе:

«Разве кто-нибудь выступает по поводу того, что гомосексуальность лучше гетеросексуальности? Вопрос выбора сексуальной ориентации – это не вопрос моды. Нечто подобное может существовать и существует в каких-то молодежных субкультурах, где могут изображать то одно, то другое. Что же касается серьезных процессов, то они имеют более глубокие органические причины. А если говорить о том, что происходит в нашей стране, я вижу кампанию гомофобии, требования что-то запретить, закрыть и так далее. Что явно противоречит общим тенденциям культуры и нашему законодательству. И связано это, к сожалению, с более общим феноменом – усилением ксенофобии, то есть ненависти и неприязни ко всем другим, чужим. И это действительно очень опасное явление, и с ним надо бороться».

Сексолог Михаил Бейлькин высказался еще резче. Он полагает, что, напротив, существует пропаганда гетеросексизма, которая приводит к невротическому развитию гомосексуалов с самого раннего возраста.

Термин «пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений» не имеет права на существование. Он пуст, не наполнен конкретным содержанием, что позволяет надуть его, как воздушный шарик, любым смыслом. И это происходит. Несовпадение критериев Конституционного суда РФ и критериев Роскомнадзора мы уже обсудили. Что касается жителей нашей страны, большинство считают пропагандой абсолютно все, что связано с ЛГБТ. По итогам опроса Левада-Центра от 15 мая 2015 года выяснилось, что к «пропаганде гомосексуализма» (я суммировала ответы «определенно да» и «скорее да») опрошенные россияне отнесли:

– гей-парады – 87%;

– свободное проявление «гомосексуальных чувств» на публике (поцелуи, объятия) – 85%;

– митинги, акции в защиту прав сексуальных меньшинств – 84%;

– воспитание в семье, где оба родителя одного пола, – 81%;

– ток-шоу, телепередачи, статьи о жизни сексуальных меньшинств – 80%;

– художественную литературу и кино, в которых раскрываются однополые отношения, – 79%;

– образовательные передачи, рассказывающие о природе гомосексуализма, – 67%;

– личное общение с представителями сексуальных меньшинств – 58%.

Кстати о личном общении: а подтверждается ли пословица «С кем поведешься, от того и наберешься»? Захотят ли подростки, которые общаются с ЛГБТ-подростками, попробовать гомосексуальные отношения – с большей вероятностью?

Ответили на этот вопрос исследователи из США: профессор медицинской социологии Николас Кристакис (Гарвард) и политолог Джеймс Фаулер (Калифорнийский университет). Они изучают социальные сети (отношения между близкими людьми в реальной жизни), чтобы узнать, как по ним распространяются образцы поведения. Кристакис и Фаулер выяснили, к примеру, что для подростка заразительно поведение друзей, которые курят марихуану, выпивают или спят меньше семи часов в сутки.

В 1994 году социопсихологи запустили исследование сексуального поведения подростков и опросили 90 118 человек из 142 школ. В 2013 году появились результаты исследования. Выяснилось вот что. Если близкий друг подростка заводит романтические или сексуальные отношения, вероятность того, что и сам подросток в течение года поступит так же, вырастает, соответственно, в 2,69 и 1,79 раза. Что касается гомосексуальных отношений, обнаружилось, что пример сверстников никоим образом не влияет на их привлекательность.

Итак, подростки перенимают у друзей и вредные привычки вроде курения, и особенности поведения вроде недосыпа – но не гомосексуальное поведение. Пропаганда в форме «личного общения с представителями сексуальных меньшинств» не работает.

На вопрос «Повлиял ли закон [о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних] на вас лично?» ответили «да» 17,5% (66 человек из 378) опрошенных мной подростков. С одной стороны, не так уж и много. С другой – последствия оказались в основном отрицательные. К положительным (с огромной натяжкой) можно отнести только ответы наподобие «Появился еще один стимул отлично учиться и уехать за границу», «Я заинтересовался политикой, стал политически активен», «Я задумалась о том, чтобы стать ЛГБТ-активисткой». Отрицательные можно разделить на несколько групп.

1. Вокруг стали больше говорить об ЛГБТ, но при этом – хуже к ним относиться. Закон используют как аргумент и оправдание такого отношения.

Ивлина, 16 лет (Санкт-Петербург):

– Теперь я стала чаще слышать, что я извращенка, разница только в этом.

Монстр, 14 лет (Самара):

– Ох, добрых три месяца вся страна обсуждала, какой невыносимый вред несет ЛГБТ-сообщество, что их всех сжечь надо и расстрелять. Я слушала все это. Невыносимо больно.

Таня, 17 лет (Белебей):

– Когда я рассказываю о том, что все мы равны, любовь для всех, что пол человека неважен, многие прикрываются этим законом, не желая выслушать.

Шим Дарэ, 17 лет (Казань):

– Мне постоянно говорят и пишут, что я пропагандирую нетрадиционные сексуальные отношения. Хотя я бы и врагу не пожелала пережить тот период принятия себя, когда лучше врать себе, чем признать, кто ты есть на самом деле.

2. Усилился страх: страх рассказывать о себе, проявлять чувства на публике.

Зеленый кот, 17 лет (Москва):

– Стало немного страшно открыто проявлять чувства. Теперь это не только осуждающие взгляды, но и как бы незаконно.

Дэйв, 16 лет (Волгоград):

– Я боюсь выражать свои чувства к любимой девушке на людях, когда мы уже будем вместе. Я имею в виду хотя бы сердечные объятия, держание за руки, не говоря уже о коротком поцелуе. Мы обе боимся, что за это можем пострадать от рук посторонних людей. (Опять же эти люди могут заявить о «пропаганде», и закон снова запросто может оказаться на их стороне.)

Ворона, 17 лет (Москва):

– Раньше я была открыта перед одноклассниками, а теперь открываться страшно. Я всегда ходила за руку с подругами, а теперь на меня косятся. Сверстники обсуждают, как бы найти кого избить, и мне страшно.

3. Стало труднее находить нужную информацию и общаться со взрослыми ЛГБТ.

Анна, 16 лет (Москва):

– Не могу посещать ЛГБТ-встречи, мне нет 18 лет, и на них меня не пустят.

Неуемище коронованное, 16 лет (Калининград):

– Закрылись некоторые информационные ресурсы. Было очень неприятно. Надеюсь, «Дети-404» не закроют.

Мстислав, трансгендер FtM, 17 лет (Красногорск):

– Этот закон ущемляет наши права. Мне 17 лет, я живу близ Москвы и вполне могу участвовать в ЛГБТ-акциях. Могу, но закон не позволяет. А если кто-то узнает, что я несовершеннолетний, и предъявит обвинения людям, которые якобы меня завлекли? Ну и еще, допустим, я хочу поговорить со взрослыми трансгендерами, они все же опытнее. Но как мне это сделать? Ведь наш разговор будет противозаконен?

Зачем был принят закон о запрете пропаганды? ЛГБТ-подростки высказывали такие предположения: чтобы получить поддержку населения; подчеркнуть отличие России от Запада; создать образ общего врага, козла отпущения; отвлечь людей от важных проблем; устрашить неугодных; заработать денег на штрафах. Что касается россиян, опрошенных Левада-Центром в 2015 году, большинство (67%), отвечая на подобный вопрос, выбрали вариант «забота о нравственности населения, укреплении морали».

Полагаю, забота о морали и нравственности на самом деле ни при чем. Зачем может приниматься абсурдный и невыполнимый закон? Устрашить слишком громкие СМИ и людей. Расширить очередную трещину между «своими» и «чужими» в и без того расколотом обществе. Ужесточить контроль над людьми. Ну и конечно, в пику Западу. Задача, которую назвал председатель Конституционного суда РФ Владимир Зорькин, «обозначить понимание отклоняющегося характера подобного типа поведения», более чем достигнута – и одновременно с этим жизнь ЛГБТ, и подростков в том числе, катастрофически ухудшилась.

Попытка как можно больше контролировать человека, в том числе его сексуальность, – признак тоталитарного режима. Вспомним любую антиутопию: государство всегда вмешивает себя именно в сексуальную, неприкасаемую сферу. Стоит задуматься.

Сторонники запрета пропаганды нередко обосновывают нужность закона тем, что если «дать волю» гомосексуалам, то вслед за ними потребуют прав и свобод и педофилы. «Все геи – педофилы» – едва ли не самый распространенный миф. Его охотно транслируют законодатели и власть имущие. В частности, уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ Павел Астахов заявлял: «Педофилия в очень многих случаях напрямую связана с гомосексуализмом – любовь к мужскому полу и к мальчикам находится в одной социальной плоскости».

Также нередко можно услышать, что к работе с детьми (в школах, детских садах) ЛГБТ-людей допускать нельзя, поскольку они «охочи до молодых тел» и обязательно совратят своих подопечных. А подростки, соответственно, становятся геями или лесбиянками из-за растления взрослыми. Чтобы узнать, так ли это, при анкетировании я задавала подросткам вопросы о первом сексуальном контакте и возрасте их партнера. Выяснилось, что в интимную связь хоть раз вступали 40,7% (154 из 378) опрошенных подростков. Если отринуть случаи изнасилования и секса с партнером противоположного пола, остается 103 человека. Из них вступали в первую связь с ровесником плюс-минус два года 82 человека (79,6%), плюс-минус четыре года – 91 человек (88,3%), то есть большинство. Только у пятерых (4,8%) первый партнер оказался старше на 10 лет и более. О подобных результатах писал и сексолог Игорь Семенович Кон: «На самом деле первый гомосексуальный опыт мальчики, как правило, приобретают со сверстниками или ненамного младшими или старшими подростками». Доктор исторических наук антрополог Лев Клейн объясняет ложность мифа «каждый гомосексуал – потенциальный совратитель детей» следующим образом: «Между тем, обожая именно мужские качества, обычный гомосексуал совершенно не тянется в сексуальном плане к ребенку, коль скоро тот этими качествами не обладает». Мнение, что ЛГБТ-людям нельзя работать с детьми, Лев Клейн комментирует так: «Педофилов среди гомосексуальных мужчин примерно такой же процент, как и среди гетеросексуальных, а поскольку гетеросексуалов вообще намного больше, то и гетеросексуальных педофилов гораздо больше. Предложения не допускать гомосексуалов к преподаванию, поскольку они могут покуситься на мальчиков, столь же логичны, как идея не допускать обычных мужчин к преподаванию, поскольку они могут покуситься на девочек. Тогда останется допускать к педагогической профессии только евнухов».

Не знаю, кто первым додумался поставить знак равенства между гомосексуалами и педофилами. Такие сравнения по меньшей мере некорректны. Педофилов возбуждает ощущение полного контроля и власти, незрелость и беззащитность жертвы. Гомосексуалы, как и гетеросексуалы, стремятся строить отношения и создавать семьи со взрослыми.

Еще один довод ратующих за запрет пропаганды: геи – главные разносчики ВИЧ, нельзя допустить распространения эпидемии в России.

С ВИЧ в нашей стране на самом деле плачевная ситуация. В 2012 году академик РАМН, руководитель Федерального центра по профилактике и борьбе со СПИДом Вадим Покровский заявил: «За последние пять лет число ВИЧ-инфицированных [в России] увеличилось в два раза». Это действительно так. На 31 декабря 1994 года в РФ было зарегистрировано 887 ВИЧ-инфицированных; на 31 декабря 2004 года – 296 045 человек; на 31 декабря 2014 года – уже 907 607 человек. По словам Покровского, официальные данные можно умножить как минимум на два, «…так как болезнь долго протекает бессимптомно, поэтому множество людей даже не подозревает, что уже заражено».

Звучит устрашающе. Но кто в этом виноват?

Российские политики недолго искали ответ: разумеется, геи.

В 2012 году в интервью «Известиям» петербургский депутат Виталий Милонов назвал среди самых распространенных способов заражения ВИЧ «гомосексуализм». Ранее, в 2008-м, Юрий Лужков также обвинил геев в распространении ВИЧ, сделав вдобавок ошеломительное заявление: презервативы-де от ВИЧ не защищают, современная наука «доказала, что это не так». Мало того: депутат Госдумы от ЛДПР Михаил Дегтярев в августе 2013-го подготовил законопроект, запрещающий брать донорскую кровь у геев, в очередной раз повторив страшилку о том, что они – основные разносчики СПИДа. По его словам, гомосексуалы составляют 65% среди зараженных ВИЧ.

Если заглянуть глубже в историю вопроса, геев пытались сделать в массовом сознании главными разносчиками СПИДа и двадцать, и тридцать лет назад. Игорь Кон вспоминает: «В 1986 году заместитель министра здравоохранения и главный санитарный врач СССР академик медицины Николай Бургасов публично заявил: „У нас в стране отсутствуют условия для массового распространения заболевания [ВИЧ]: гомосексуализм как тяжкое половое извращение преследуется законом… проводится постоянная работа по разъяснению вреда наркотиков“».

Геи – главные разносчики ВИЧ: справедливо ли такое утверждение?

Действительно, вскоре после появления вируса в США заразилось много геев. Однако с тех пор прошли десятилетия, многое сделано для борьбы с эпидемией, многое переосмыслено самим ЛГБТ-сообществом. Как обстоят дела здесь и сейчас?

Докопаться до истины несложно: поможет общедоступная статистика. Специализированная научно-исследовательская лаборатория по профилактике и борьбе со СПИДом ФГУН Центрального НИИ эпидемиологии ежегодно готовит справки «ВИЧ-инфекция в Российской Федерации». Из этих справок можно узнать число инфицированных в стране и самые распространенные причины заражения ВИЧ. Это:

1. Употребление наркотиков нестерильным инструментарием: 2009 – 58,7%, 2010 – 56,0%; 2011 – 55,8%; 2012 – 56,3%; 2013 – 57,9%; 2014 – 57,3%.

2. Гетеросексуальные контакты: 2009 – 38,1%; 2010 – 41,6%; 2011 – 41,6%; 2012 – 41,7%; 2013 – 40,3%; 2014 – 40,3%.

3. Половые контакты между мужчинами: 2009 – 1,4%; 2010 – 1,2%; 2011 – 1,3%; 2012 – 0,9%; 2013 – 1,1%; 2014 – 1,2%.

Невооруженным глазом можно увидеть, что основная причина – употребление наркотиков с помощью нестерильных инструментов. Следом за ней идут гетеросексуальные контакты. Доля заражения ВИЧ при половых контактах мужчин с мужчинами еле превышает один процент (справедливости ради надо заметить, что цифра эта может быть занижена, но тем не менее картина в общем остается весьма наглядной).

Получается, «геи – главные разносчики СПИДа» – ложь; «гомосексуалы составляют 65% среди зараженных ВИЧ» – ложь. А риск заразиться ВИЧ у гетеросексуала в разы выше, нежели у гея. По словам академика Покровского, сейчас в самой большой зоне риска – абсолютно благополучные люди, не только наркоманы, но и «молодые женщины, потому что вероятность встретиться с зараженным половым партнером очень высока. У нас сейчас 3% мужчин в возрасте 30—35 лет официально стоят на учете как инфицированные, по 2% в возрасте 25—30 и 35—40 лет. На самом деле их как минимум в два раза больше».

К тому времени, когда эта книга будет опубликована, количество ВИЧ-инфицированных в РФ может превысить миллион человек.

Один из основных путей распространения вируса – гетеросексуальные контакты. Кажется логичным, что государство должно озаботиться половым просвещением молодежи (куда входит в числе прочего и информирование о способах защиты от заболеваний, передающихся половым путем). Но этого не происходит. Священнослужители выступают за пропаганду воздержания и целомудрия. Политики и законодатели называют половое просвещение аморальным, безнравственным, развращающим, противоречащим традиционным ценностям. Против него постоянно высказывается уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов: «У меня спрашивают: когда у вас появится секс-просвет? Я говорю: никогда». Людмила Стебенкова, депутат Мосгордумы, председатель комиссии по здравоохранению и охране общественного здоровья, считает, что занятия по сексуальному просвещению в школе «…только увеличат интерес детей к сексу и приведут к всплеску ВИЧ и других болезней».

Научные исследования, напротив, не подтверждают, что сексуальное просвещение развращает детей и подталкивает их к раннему началу половой жизни. Американский профессор Дуглас Кирби, исследовав сотни образовательных программ, пришел к выводу, что подростки, у которых в школе было сексуальное просвещение, обычно начинают половую жизнь не раньше, а позже. Сексолог Лев Щеглов отмечает: «В тех странах, где есть сексуальное просвещение, подчеркиваю – научное, где оно работает десятилетиями, гораздо меньше изнасилований, нежелательных беременностей, замедляется тенденция роста СПИДа. У нас ситуация с этим зависла». Недавнее исследование российского НИИ гигиены и охраны здоровья детей и подростков показало, что половое просвещение не вызывает нездоровый интерес к сексу и не развращает детей. Директор московского центра помощи пережившим сексуальное насилие «Сестры» Мария Мохова считает, что отсутствие полового воспитания может приводить к сексуальной агрессии: «Все дети ищут эту информацию. Раньше читали любовные романы. Сейчас дети идут за этим в Интернет. В свободном доступе такой информации практически не осталось, и дети находят ее в итоге на порносайтах, где отношения представлены в виде насилия. Поэтому дети могут воспринимать насилие как норму, они же не знают ничего другого».

Так или иначе, в современной России сексуального просвещения не существует. Откуда подростки черпают информацию? Хватает ли им ее? Насколько она правдива?

В 2014 году во время анкетирования я предлагала подросткам ответить на эти вопросы.

Самыми частыми источниками первой информации о половом созревании и взрослении тела, о размножении людей и сексе, о контрацепции и венерических болезнях, о СОГИ оказались Интернет, сверстники, книги и СМИ. Родители не попали в тройку лидеров ни в одном направлении. Интернет лидирует по всем позициям, кроме «Размножение людей и секс» – тут его опережают сверстники. Крайне редко встречались другие ответы: учитель, врач, психолог, родственники, знакомые взрослые, кинофильмы, порнофильмы, компьютерные игры, личный опыт, ничего не знаю об этом.

Подростки самостоятельно оценили достоверность первой информации. Выяснилось следующее.

– Сведения о половом созревании и взрослении тела, а также о контрацепции и венерических болезнях, полученные из любого источника (Интернет, сверстники, книги, СМИ, родители), в подавляющем большинстве случаев верны.

– Сверстники – самый популярный первый источник информации на тему размножения людей и секса, но при этом самый ненадежный (75% – наиболее низкий по сравнению с другими источниками показатель достоверности).

– Хотя родители не входят в тройку лидеров первых источников, они лидируют по достоверности: выше 90% по всем показателям, не считая темы СОГИ (61,1%).

– Труднее всего подростку получить достоверную первую информацию именно о СОГИ. Хуже всего оценена надежность источников «СМИ» (48,9%) и «родители» (61,1%), лучше всего – «Интернет» (86,5%).

На вопрос о достаточности 249 человек (65,9%) ответили, что информации на эти темы им хватает. Некоторые отметили: ее бывает трудно найти; ее хватает сейчас, но не хватало раньше; ее хватает, но хотелось бы получать ее от родителей.

Несмотря на обилие источников, примерно трети подростков (34,1%, 129 человек) не хватает информации:

– о сексуальной ориентации и/или гендерной идентичности – 105 ответов;

– о контрацепции и венерических болезнях – 51 ответ;

– о половом созревании и взрослении тела – 26 ответов;

– о размножении людей и сексе – 26 ответов;

– об интимной гигиене – 1 ответ.

Лидирование показателя СОГИ наверняка объясняется спецификой опрошенных.

При ответе на вопрос о современных источниках информации о СОГИ большинство подростков назвали Интернет (61,8%), сверстников (14,7%) и книги (14,5%). Менее 10% суммарно получили остальные источники: СМИ, родители, кинофильмы, психологи, личный опыт и собственные размышления, общение с ЛГБТ-активистами.

На вопрос «Вы когда-нибудь вступали в половую связь?» утвердительно ответили 154 подростка (40,7%) из 378:

– 12-летние – 0 из 3 (0%);

– 13-летние – 4 из 22 (18,2%);

– 14-летние – 11 из 50 (22%);

– 15-летние – 25 из 79 (31,6%);

– 16-летние – 49 из 121 (40,5%);

– 17-летние – 65 из 103 (63,1%).

На вопрос о причинах первой половой связи самыми популярными ответами оказались любовь/влюбленность, физическое влечение и любопытство. Менее распространенные причины: изнасилование; не хотелось отказывать партнеру; чтобы избавиться от влечения к своему полу; не хотелось отставать от сверстников; чтобы доставить партнеру удовольствие; алкогольное опьянение.

На вопрос об использовании средств контрацепции при первой половой связи положительно ответили 40 человек из 154 (26%). Столь низкий показатель лишь частично объясняется спецификой опрошенных. Из девушек, чья первая связь была однополой, контрацептивы использовали 1,3%; из юношей – 38,2%. Из тех, кто вступил в первую связь с противоположным полом, – 56,5%. Некоторые подростки при ответе «не пользовались» поясняли, что не знали о существовании контрацептивов.

Итак, примерно трети опрошенных подростков не хватает информации о половом созревании и взрослении тела, о сексе, о контрацепции и венерических болезнях, о СОГИ. Подростки чаще всего обращаются за сведениями к Интернету, сверстникам и книгам, но отмечают, что хотелось бы получать такую информацию от родителей.

Мне бы тоже хотелось, чтобы родители больше времени уделяли детям. Разговаривали с ними на любые темы, даже те, которые кажутся неудобными. Говорили с детьми, говорили честно. Отвечали на вопросы, когда они задаются, не отмахивались. Дети все равно станут искать ответы – какие найдут, к кому обратятся? Говорить о стороне жизни, связанной с сексом, – не стыдно. Это важно для спокойствия родителей и безопасности детей. К тому же, как выяснили американские ученые (они проанализировали 52 исследования, в которых участвовали 25 314 подростков), разговоры с родителями о сексе приводят к тому, что дети чаще используют контрацептивы, ответственнее относятся к сексуальной жизни и реже проявляют рискованное сексуальное поведение.

Российские законодатели и власть имущие, закрывая глаза на реальное положение дел, предлагают вместо полового просвещения пропагандировать среди подростков воздержание (по опыту других стран – неэффективно и не работает), а что касается СОГИ – заменять адекватную информацию умолчанием и запретами, в том числе законодательными. Жаль, что люди, которые заботятся о благе подрастающего поколения, к голосам этого самого поколения не очень-то прислушиваются. Но думаю, стоит дать подросткам высказаться. Послушайте их. Послушайте, что они думают о законе о запрете пропаганды и о его инициаторах.

Ксения, 17 лет (Таганрог):

– Меня не совращали. Не насиловали. Моя ориентация – не результат детской травмы. На меня никто не влиял и не накручивал. Я просто человек, который хочет жить. Учиться, найти хорошую работу, жениться, завести семью и прожить со своей любимой долгую и счастливую жизнь. Я такая же, как все люди. Дайте мне спокойно дышать.

Таня, 14 лет:

– Это не демократия. Это – деградация. Нежелание принимать других такими, какие они есть. И это печально. Почему я не могу держать свою девушку за руку или целовать ее на глазах у других людей, тогда как гетеросексуальным парам это разрешено?! Я не собираюсь скрывать свои чувства из-за предрассудков. Вы хотите заботиться о детях, но вы их губите, сами того не понимая. Глупые взрослые, глупое правительство. Вы не видите дальше своего носа, и это тоже печально. Очень хочется верить, что когда-нибудь люди станут терпимее к окружающим, что когда-нибудь мы наконец-то дорастем до уровня западных стран.

Мы – дети-404. И нас много. Хватит не обращать на нас внимания!

Максим, 18 лет:

– Из меня воспитывали мужчину, я смотрел фильмы, где любовь мужчины и женщины, мультики такие же, и в школе мы изучали, что такое семья, то есть пока я живу, мне все время пропагандируют гетеросексуальные отношения. И я хочу задать людям, думающим, что гей-пропаганда как-то повлияет на их сексуальные потребности. Почему же на меня не повлияла эта гетеропропагада любви? Даже смотря все эти фильмы, слушая музыку, я все равно не хотел быть с девушкой.

Даст Хэвн:

– Я ненавижу страну, в которой я должна защищать любимого человека от смерти, в которой я вынуждена отращивать клыки и когти ради права любить. Эй вы, там, наверху! Мы существуем! Мы хотим жить! И знаете что? Пока я знаю, что кому-то, как и моей девушке, приходится скрываться, терпеть унижения и глотать слезы обиды, – я буду бороться. Я буду заявлять о себе. Я буду желать смерти всем тем, кто доводит их до слез. Потому что вы, товарищи депутаты, не заслужили ни их жизней, ни их слез. Пошли вы к черту – и встретимся в аду. Если я отправлюсь в ад за то, что люблю, то вы – за то, что убиваете.

Даша, 17 лет (Москва):

– Идите к черту! Строить стены нам могут и родители.

Анна, 13 лет (Москва):

– Хотите любви народа? Не запрещайте ему любить.

Анна, 17 лет (Москва):

– Мартышкин труд! Мы всегда были, есть и будем. Даже святая инквизиция ничего не смогла с нами сделать, а вы – тем более. Плюс: чем больше вы мусолите эту тему, тем больше привлекаете внимания к проблеме. Сами же пропагандируете!

Д., 16 лет (Тула):

– Ограждать меня? Спасибо, не надо.

Маргарита, 16 лет (Сургут):

– Мы просто влюбляемся, как все люди, а не становимся жертвами моды. Как жаль, что вы нам не верите.

Сташа, 15 лет (Одесса, Украина):

– Сказать нечего. Закон – маразм, но меня никто не послушает. Я – никто, мой голос на данный момент ничего не значит.

Вита, 17 лет (Воркута):

– Желаю вам добра и счастья. Мне недавно исполнилось 17, и я лесбиянка. А еще нас очень много. Надеюсь, вы будете спать спокойно.

Енот, 16 лет (Москва):

– Вы не вправе решать за меня, с кем мне спать, с кем встречаться, кого мне любить. Если вы думаете, что после принятия закона «о пропаганде» станет меньше людей с «другой» ориентацией, вы очень наивны. Наоборот, закон привлекает все больше внимания. Спасибо за рекламу нетрадиционной ориентации. Господа. Вы сами себя топите.

Диана, 14 лет (Ульяновск):

– Ничего не скажу. Они некомпетентны. Как человек может быть профессиональным юристом и при этом не знать элементарных человеческих прав? Их просто нужно уволить.

Саша, 16 лет:

– Я не понимаю, почему вы издаете законы против ЛГБТ. Мы же ведь все люди, мы ведь тоже часть общества, если общество хочет быть хоть немного идеальнее, оно должно понимать и принимать нас. Как общество станет идеальным, если оно принимает не всех? Жизнь дается один раз, и я хочу жить спокойно, хочу любить и быть любимым, чтоб меня уважали и принимали. Я очень люблю свою необъятную страну, но я не хочу жить в России, с такими жестокими людьми, которые не хотят меня принимать.

Кристина, 15 лет (Москва):

– Кто придумал этот бред? Вы дураки. Очень надеюсь, что ваши собственные дети будут гомосексуалами. Посмотрим, что вы тогда сделаете с ними!

Анна, 16 лет (Тольятти):

– Дорогие депутаты-законодатели, я желаю вам такой сильной, головокружительной любви, чтоб вам было наплевать, какой пол, вес, рост, возраст, социальный статус, национальность, вероисповедание и мировоззрение у вашего любимого человека.

Нина, 17 лет (Иркутск):

– Мне очень странно осознавать, что человек может запрещать другому человеку любить и быть счастливым. Каждый из вас – человек. Вы должны обеспечивать благополучие народа, так почему же вы искусственно создаете ему проблемы? Вы творите историю. Подумайте, с каким презрением будут думать о вас потомки. Полстраны пытается вас образумить. Так не повод ли это пересмотреть свои взгляды и решения?

Ли, 16 лет (Псков):

– Принимайте законы, которые нужны нашей стране. Не лезьте не в свое дело. Наша ориентация – наше дело.

Евгения, 15 лет (Няндома):

– Задумайтесь о том, что вы лишаете 7—10 миллионов своих сограждан права на свободу слова, подогреваете ненависть и поощряете дискриминацию.

София, 17 лет (Саратов):

– Привет, законодатели. Закон о «пропаганде» неконструктивен и основан лишь на ваших предрассудках. В нашей стране свобода выбора. Нет ничего ужасного в том, что люди увидят другие стороны жизни. Лишь владея достаточным количеством информации о предмете, мы можем решить: нужно нам это или нет. Никто с дулом пистолета у виска не заставляет становиться геем. ЛГБТ-движения борются за свои права и помогают таким, как я, осознать мой выбор и решить, что делать дальше. Более того! Я считаю, что нужно не только предоставлять людям информацию, но и бороться со стереотипами вроде «Место женщины на кухне», «Натуралы лучше геев», «Гомосексуализм мешает демографии».

Константин, 15 лет (Великий Устюг):

– Современная Россия погрязла в средневековье. Новый закон – бред сумасшедшего. Часто задумываюсь о психическом здоровье наших депутатов. Не знаю, какой частью тела они думают, но мозги тут явно ни при чем. Формулировки высосаны из пальца. Я уже укрепился в своих позициях, и никакой маразматический закон меня не изменит, а каково тем, кто только встал на путь самопознания. Бедные дети, взрослые даже не имеют права сказать им, что они нормальны.

Ася, 15 лет (Москва):

– Пропаганды гомосексуальности не существует, и вы это прекрасно знаете! Хотите защитить нас? Боритесь с наркоманией, которая уносит жизни, улучшите образование, боритесь с ксенофобией в учебных заведениях, из-за которой подростки хотят умереть. Хотите заботиться о детях – заботьтесь! Не занимайтесь запретом того, чего нет! Нас не надо ограждать от этого. Гомосексуальность – это не плохо! Закон уже делает подростков несчастными. В школах крепнет гомофобия со стороны и учеников, и учителей. Постоянная травля. Гомофобия по телевидению и от родителей. Для нас это как пресс. Это толкает к самоубийству. Это не забота, а желание нас (подростков и детей) уничтожить! Вы и вправду хотите уничтожить нас?

Настя, 17 лет (Санкт-Петербург):

– Бред сивой кобылы. Более неприкрытого желания бороться именно с ЛГБТ, чем этот закон, и придумать было нельзя. Мне кажется, это первый шаг к тому, чтобы снова ввести уголовную ответственность за отношения со своим полом как повод для официального убийства ЛГБТ-граждан РФ. Я не буду удивлена, если такое случится, пусть и радости от этого не испытаю. Мне очень не нравится то, что делает государство.

Ярослав, 15 лет (Воронеж):

– Защищайте детей от плохих родителей, некомпетентных учителей и насильников. Я сам несовершеннолетний и никакого вреда не принесу детям! Просто оставьте нас и не трогайте. Если вы примете этот закон – то вы только разрушите чужие судьбы людей… Ваши дети, кстати, тоже могут быть «не такие, как все».

Виктория, 15 лет (Лабытнанги):

– Вы глупые олухи и сами сталкиваете людей лбами, вместо того чтобы делать страну крепче. Бессмысленно. Гомосексуальность была всегда. Вы ущемляете права россиян, делая кого-то выше, а кого-то ниже.

Дарья, 15 лет (Иркутск):

– Дорогие дяди и тети! Я от лица детей нашей необъятной Россиюшки заявляю: лучше бы вы уделили внимание сиротам и больным детям, а нам никто ничего не навязывает! Деятельность ЛГБТ многим помогла обрести себя. Не стоит ради спокойствия кучки агрессоров лишать других права на полноценную жизнь.

Мария, 17 лет (Санкт-Петербург):

– Уважаемые, не надо меня ограждать от того, чего нет. Я и еще тысячи мне подобных не превратились в ЛГБТ из-за особой магии злобных геев-пропагандистов. Займитесь делом, сделайте уже что-нибудь реально на благо страны.

К.:

– Я не могу сказать, что мне противна моя ориентация. Мне противно ваше отношение к нам. К детям-404. К детям, которых нет. К ЛГБТ-подросткам. Мне противно, что вы ненавидите нас, ведь причины для этого нет. Мне противна ваша ненависть, ваша неприязнь. Мне противно, что из-за вас совершают самоубийства сотни подростков с нетрадиционной ориентацией. Мне противно, что и у меня были попытки суицида. Мне противно, что вы закрываете на нас глаза, будто бы нас и нет.

Элис, 16 лет (Санкт-Петербург):

– Нас не нужно защищать. Это не заразная болезнь и не зависимость. Это такие же люди. Когда этот закон писался, во внимание не принимались ЛГБТ-подростки. Для остальных детей не имеет никакого значения, есть закон или нет его. Но для нас это лишняя возможность дискриминировать и унижать нас.

Яна, 16 лет (Владивосток):

– Вы кретины. Это то же самое, как и пытаться оградить от – ну, не знаю, летающих автобусов, например. Смысл пытаться оградить от того, чего нет? А если даже есть, то это норма. Мы такие же, как и все! Занимайтесь экономикой, здравоохранением, образованием и так далее.

Даша, 16 лет (Москва):

– Я ребенок, и я ни разу не сталкивалась хотя бы просто с кем-то из ЛГБТ-сообщества на момент принятия закона, что уж тут говорить о какой-то там пропаганде. Плюс – а что попадает под это определение? Является ли мой камин-аут перед друзьями пропагандой? Является ли моя точка зрения, что все люди равны, и ориентация может быть разной, и это нормально, пропагандой? Вы просто отняли право на положительную точку зрения в этой проблеме. ЛГБТ в России, к сожалению, – это проблема, но на любую проблему должны быть как минимум и положительный взгляд, и отрицательный. Вы забрали у людей право даже задуматься, что ЛГБТ – это нормально.

Надежда, 15 лет (Саратов):

– Этот закон в очередной раз доказывает, что несовершеннолетних ЛГБТ для государства не существует, а совершеннолетних считают людьми низшего сорта.

Лиза, 15 лет:

– Смотрела новости. Там говорили о новом законе, все будет – и ответственность, и штрафы, даже 42% людей хотят, чтобы это была уголовная ответственность. Я посмотрела все, а потом… заплакала. Как жить дальше в этой стране? Я не понимаю…