1. Многостороннее исследование системы интеллектуальных центров США как составной части аппарата обеспечения стратегического влияния англосаксонской цивилизации необходимо как для смыслового распознавания навязываемой ею глобальной повестки дня, так и для разработки стратегии цивилизационного сопротивления.

2. Система интеллектуальных центров США на протяжении ХХ века представляла собой гибкую и динамично трансформирующуюся иерархию, обеспечивающую взаимодействие научных, военно-разведывательных, административно-управленческих, дипломатических и пропагандистских кадров, надпартийное согласование политических приоритетов, а также механизм вертикальной мобильности в аппарате внешнеполитического влияния.

3. Период развития и интенсивного внедрения стратегий цифрового влияния на массовое сознание и на культурные матрицы цивилизаций в системе интеллектуальных центров США характеризовался экспансией мальтузианских идей, с навязыванием унифицированных ценностно-смысловых стереотипов, по своему существу противоположных этической системе авраамических религий.

4. Сопротивление навязываемым стереотипам «новейшего миропорядка» вовлекает не только идеологические, политические и общественные институты стран-мишеней, но и масштабные частные экономические интересы, связанные с добычей и переработкой природных ресурсов, инфраструктурным развитием и торговлей как ресурсами, так и товарами широкого потребления.

5. Форсирование стратегий хаоса в цивилизациях-мишенях, направленное одновременно на предупреждение создания альтернативных США полюсов влияния и на экономическое истощение соперников, на фоне мирового финансового кризиса усугубило тенденцию дробления самих англо-американских элит.

6. Конъюнктура борьбы за политическую власть в США, усугубляя уже возникшее расхождение групповых приоритетов в публичном и теневом планировании внешней политики, дополнительно дискредитирует внешнеполитический аппарат и сдвигает общественное мнение в сторону изоляционизма. В этой остановке внешнеполитические авантюры не восстанавливают доверие к президентской и правительственной власти, а приводят к противоположному (энтропическому) эффекту.

7. Эрозия и фрагментация системы внешнеполитического влияния США, отражающаяся в идеологическом разброде, структурной дезорганизации и пропагандистской несостоятельности, сигнализирует о приближающейся смене глобальной парадигмы и, соответственно, о востребованности альтернатив, выдвигаемых интеллектуальными сообществами цивилизаций, перестающих быть мишенями и становящихся полноправными игроками в мировой системе. Для России, предъявившей на фоне сирийского кризиса лета 2013 года цивилизационную сохранность и моральное превосходство над западной цивилизацией, этот период перелома открывает исключительные возможности, но их реализация в контексте строительства самостоятельного полюса влияния требует преодоления внутренних проблем, от идеологии до социально-экономической политики, — что, в свою очередь, предполагает ускоренное развитие собственной интегрированной системы интеллектуального обеспечения внешней и внутренней политики.