Инесса

Выходим из комнаты и с радостными лицами проходим через гостиную на кухню, там нас уже ждут Игорь с Федоровичем. Последний, как будто ожил с нашим приездом, сразу видно, как он любит детей — все его внимание направленно на Игорешу. Сердце наполняется теплом, при мысли, что Егор рос в такой атмосфере. Не смотря на то, что он в раннем возрасте потерял родителей, ему очень повезло, что его забрал к себе Николай Федорович. Он замечательный человек и в то же время несчастный — это заметно. Добрые люди всегда несчастны. Их выдают глаза. Хоть я и знаю Федоровича совсем мало, но мне очень хочется, чтобы у него появилось счастье и радость в жизни, чтобы у него снова был смысл и стимул жить.

— Мойте руки и садитесь за стол, сейчас будем завтракать, — дает указание Федорович.

— Давайте я помогу с чем-нибудь, — предлагаю я.

— Держи тарелки, — протягивает четыре тарелки, — ставь на стол. Сейчас каша уже сварится.

Пока накрываю на стол, Егор с Игорем идут мыть руки. Когда возвращаются, Игореша шагает вприпрыжку рядом с Егором и оба усаживаются за стол рядом друг с другом. Не могу не улыбнуться, глядя на это зрелище, я очень рада, что они друг другу сразу понравились. Особенно приятно, что Егор с такой заботой обращается с моим сыном, хотя это и не удивительно, если учитывать, кто его воспитал.

— Где мне помыть руки? — спрашиваю у Егора, потому что еще не знаю что и где расположено в доме.

— Пойдем, я покажу, — встает из-за стола и выходит из кухни. Следую за ним в гостиную, а оттуда в ванную, которая расположена рядом с комнатой, в которой мы оставили наши вещи. Только заходим в ванную — Егор сразу же поворачивается и притягивает меня за талию к себе.

— Мы теперь каждый раз будем целоваться, как только остаемся одни? — спрашиваю я.

— Почему бы и нет? Мне нравится тебя целовать, — пожимает плечами.

— Какой ты ненасытный! — смеюсь и толкаю его в грудь.

Отпускает меня, только для того, чтобы я смогла повернуться к раковине, затем, стоя у меня за спиной, обвивает руками мою талию. Откручиваю воду, намыливаю руки и смываю. Все это время Егор смотрит на меня в зеркало и прижимается щекой к моей щеке. Закрываю воду, вытираю руки полотенцем, которое висит рядом с раковиной.

— Я рад, что ты рядом со мной, — говорит Егор, целуя меня в щеку.

— Я тоже рада, — поворачиваюсь и обнимаю его за шею.

Наклоняется и нежно накрывает мои губы своими.

— Пойдем, нас ждут, — говорю, разрывая поцелуй, чем вызываю недовольный стон.

Выпускает меня из объятий и берет за руку. Закатываю глаза, но в то же время мне безумно приятно, что он и на секунду не хочет меня отпускать.

— Наворковались, голубки? — спрашивает Николай Федорович, как только мы заходим на кухню.

— Нет, — отвечает Егор, за что получает легкий толчок локтем в бок.

Кухня заполняется смехом, сначала Федоровича, потом Игоря, а затем и нашим с Егором.

— А что значит «на-вор-ко-ва-лись»? — спрашивает сын, смотря то на Федоровича, то на нас. Переглядываемся между собой.

— Наговорились. Это значит — наговорились, — отвечаю я и слышу смешок Егора, за что он снова получает удар локтем.

— Садитесь за стол, уже все остыло, наверное, — по-хозяйски хлопочет на кухне Федорович.

Завтракаем в полной тишине, затем Егор с Игорем идут в гостиную, пока мы с Николаем Федоровичем убираем со стола

— В какой комнате я могу положить Игоря поспать? — спрашиваю у хозяина дома, моя посуду.

— Егорка все покажет, места хватает. Вам бы тоже обоим отоспаться, прийти в норму.

— Да, я бы не отказалась поспать хотя бы пару часов, — соглашаюсь с Федоровичем.

— Оставляй посуду, иди отдохни.

— Я уже вымою, немного осталось, — улыбаюсь ему, — спасибо Вам.

Легонько хлопает меня по плечу и выходит с кухни. Заканчиваю мыть посуду, протираю ее насухо полотенцем и складываю на полочку над раковиной.

— Пойдем, — зовет меня Егор, — Игорь начал зевать, я уложил его спать. Нам тоже надо поспать.

— Спасибо, — целую его в губы, — ты такой заботливый.

Улыбается и берет меня за руку. Ведет в комнату, расположенную чуть в стороне от той комнаты, где лежат наши вещи. Заходим внутрь — тут большая двуспальная кровать, комната, оформленная в пастельных тоннах. Очень уютно и ничего лишнего. Шкаф для одежды, письменный стол, у противоположной стены большая книжная полка, а рядом с ней, под окном, расположена кушетка.

— Как красиво, — с восхищением признаю я.

— Это наша комната, на время, пока мы будем здесь, — целует меня в висок.

— Мне нравится, — обнимаю его и иду к кровати.

Ложимся на кровать, Егор сразу же притягивает меня к себе, так что я устраиваюсь у него на плече. Он обнимает меня.

— Спи, милая, — шепчет он, поглаживая меня по спине.

Усталость дает о себе знать, и я практически сразу же проваливаюсь в сон.