Инесса

Невозможно передать словами, как я счастлива, что Егор приехал ко мне в больницу. Я даже не злюсь на Аллу, что она этому поспособствовала, потому что она избавила от переживаний, которые терзали меня все время, проведенное в разлуке с любимым человеком.

— Что нужно купить в аптеке? — спрашивает Егор, останавливаясь возле аптеки.

Протягиваю ему список, который написал врач.

— Посиди в машине, я схожу, — нежно целует меня в губы и выходит из машины.

Я даже не подозревала, насколько сильно скучала по его прикосновениям и поцелуям. Надеюсь, что теперь у нас с ним все получится и ничто не будет нам препятствовать.

— Держи, — Егор садится в машину и дает мне пакет с лекарствами, — по списку все купил.

— Спасибо, — улыбаюсь ему, — теперь в отделение?

— Да.

Спустя полчаса мы останавливаемся возле отделения полиции. Егор выходит из машины, обходит ее вокруг и открывает для меня дверь. После нашего воссоединения он чуть ли пылинки с меня не сдувает. Все с такой заботой и нежностью делает, что я не могу сдержать улыбку. Наверное, мы выглядим как сумасшедшие (кто приезжает в полицию с улыбкой от уха до уха?), но я ничего не могу с собой поделать.

Зайдя в здание, как обычно, говорим дежурному, к кому мы пришли, он выходит и провожает нас. Двигаемся в другом направлении от кабинета Сергея Владимировича.

— Он на допросе, — объясняет дежурный, — просил привести вас, когда приедете.

Дойдя до допросной, дежурный стучит, и в коридор выходит следователь, прикрывая за собой дверь.

— Здравствуйте, — кивает мне и жмет руку Егору, — вы как раз вовремя.

— Вы нас обрадуете? — спрашивает Егор.

— Сейчас узнаем, — отвечает Сергей Владимирович, — пройдемте сюда.

Указывает на соседнюю дверь и открывает ее перед нами. Мы оказываемся в слабоосвещенной комнате с большим диваном и стеклянной стенкой. Повернувшись лицом к «окну» в соседнюю комнату, я увидела по ту сторону трех мужчин, сидящих за столом. Двое — напротив одного. Когда я посмотрела на человека в наручниках, у меня чуть не подкосились ноги. Егор прижал меня к себе, отвернув от стены.

— Он главный подозреваемый в нашем деле, всё указывает на него, — говорит следователь.

— Он признался, зачем все устроил? — спрашивает Егор.

— Нет, он все время молчит и требует адвоката.

— Значит, и дружков своих не сдал…

Я не могу поверить, что это он все подстроил и вел охоту на Егора. Но зачем ему это понадобилось? Какой ему от этого прок? Егор ведь ничего ему не сделал!

— Я могу с ним поговорить? — спрашиваю у следователя, отстраняясь от Егора.

— Детка, тебе нельзя нервничать, — успокаивает меня Егор и обхватывает мое лицо ладонями.

— Я просто хочу посмотреть ему в глаза и спросить, зачем ему все это нужно.

— Тогда пойдем вместе.

— Хорошо.

— Я могу вас пустить туда, только под присмотром сотрудников, — немного помявшись, говорит Сергей Владимирович.

— Но тогда он ничего не скажет, — протестую я.

— Одних я не имею права вас пускать, простите.

— Всего несколько минут, — не уступаю ему.

— Ладно, — тяжело вздыхает, — если что, я буду здесь, а мои коллеги — прямо за дверью.

— Спасибо, — облегченно выдыхаю.

Выходим из комнаты, следователь заглядывает в допросную и просит двух мужчин выйти в коридор. Перед тем как зайти внутрь, я глубоко вдыхаю, а Егор сжимает мою руку. Киваю ему в знак готовности, и он открывает дверь.

Первой прохожу в комнату и смотрю на парня, сидящего передо мной в наручниках. Его глаза расширяются при виде меня, а затем на лице появляется злая ухмылка, которая никак не совместима с тем милым парнем, которого я знала.

— Зачем? — задаю ему единственный вопрос, который мучил нас все это время.

В ответ молча откидывается на спинку стула и продолжает ухмыляться.

— Зачем, Илья?! — повторяю свой вопрос уже громче.

У меня больше нет сомнений, что он причастен ко всем нашим проблемам. Егор сжимает мою ладонь, и Илья переводит взгляд на наши руки.

— Тебе я ничего не хотел делать, ты просто выбрала не того парня, поэтому попала под раздачу, — наконец заговорил он, подтверждая этими словами свою вину, — ты стала идеальным рычагом.

— Но зачем тебе это нужно? Что такого тебе сделал Егор? Вы же даже не знакомы! — повышаю тон.

Двери в допросную открываются, и заходит мужчина невысокого роста с взволнованным и растерянным видом. Узнаю в нем отца Ильи.

— Сынок, что случилось?

— Зачем ты пришел? — при виде отца ухмылка пропадает с лица Ильи, сменяясь растерянностью.

— Мне позвонили, и я приехал. Что ты натворил?

— Пап, не переживай, я отомстил за нашу семью.

Лицо отца искажается ужасом.

— Конечно, не так, как хотел, я просто не успел заставить его страдать в полной мере, как это делали мы с мамой. Я знаю, что по вине его родителей мы остались с мамой вдвоем, а тебя посадили в тюрьму. Мама все время говорила, что если бы не они, то мы бы хорошо жили и все имели. А ему, — указывает пальцем на Егора, — хорошо жилось! Он имел всё! А мы с мамой хлебные крошки собирали! Это его родители виноваты, что мама умерла! И поделом они получили! Его должна была ждать та же участь! Но смерть была бы для него легким наказанием. Он обязан был страдать и жить в вечном страхе. Поэтому я подстроил аварию, но он оказался живучей гнидой! Я не лишил его жизни, но я забрал его бизнес.

— О чём ты говоришь вообще? Что мои родители сделали вашей семье? — Егор, нахмурившись, смотрит на Илью. — Парень, тебе лечиться надо.

— Твои родители неслись на машине как сумасшедшие и столкнулись с машиной моего отца! Они сами виноваты! А его за это посадили в тюрьму!

— Хватит! — неожиданно крикнул отец Ильи. — Сын, на самом деле это я виновен в этой аварии. Это я заснул за рулем, потому что ехал без остановки почти сутки. Я должен был быстрее доставить груз, поэтому спешил и не останавливался для сна. Это я выехал на встречную полосу. Его родители ни в чем не виноваты, а тем более этот парень. Дети не должны отвечать за своих родителей.

— Но мама говорила…

— Мама была в отчаянии, а человек в таком состоянии еще и не так начнет думать. Тебе нужно было поговорить со мной об этом.

Илья, опустив голову на сцепленные пальцы, издал стон полный злости и ярости. Его отец подошел ближе к столу и взял сына за руки.

— Разве я не учил тебя, что месть до добра не доводит? — шепотом спросил он, но так как в комнате было тихо, мы услышали. — Я не хотел для тебя такой жизни. Я не хотел, чтобы ты вынашивал в себе злость и портил жизнь людям.

— Пойдем, оставим их наедине, — шепнув на ухо Егору, я открыла дверь.

До сих пор не могу поверить, что это Илья. Все это время я находилась так близко с человеком, который желал зла Егору, а мне только за то, что я оказалась с ним связанна. Как ни странно, я не чувствую к нему зла или ненависти, только жалость и разочарование. Если бы не его поступок, у него могла бы удачно сложиться дальнейшая жизнь. А теперь его посадят в тюрьму. Остается только надеяться, что там он осознает все, что сделал и сколько боли причини ни в чем неповинным людям. Думаю, у него будет для этого достаточно времени.

В коридоре сталкиваемся со следователем и двумя сотрудниками полиции, которые были в допросной.

— Признание зафиксировали, так что теперь ему не отвертеться. Срок получит немалый, — говорит Сергей Владимирович.

Перевожу взгляд на Егора — лицо задумчивое, челюсть напряжена.

— Я хочу забрать заявление, — серьезным тоном произносит Егор, — я благодарен Вам за работу, за то, что не забросили это дело, но я не хочу наказывать этого человека.

Не верю своим ушам. Неужели после того, как Илья с ним поступил, Егор его простил и не желает его наказать? Кажется, сейчас я еще больше в него влюбилась. Это самый благородный и добросердечный человек из всех, кого я знаю.

— Вы уверены? — спрашивает следователь. — А если он снова попытается навредить Вам или кому-нибудь еще из Вашего окружения?

— Тогда я знаю, где и как его найти, к кому обратиться, чтобы накали его по закону.

Из допросной появляется отец Ильи, с красными от слез глазами и виновато опускает их в пол.

— Егор и Инна, я хотел бы попросить у вас прощения за себя и своего сына. Я не стану умолять вас простить его. Он виноват и понесет за это наказание, — дрожащим голосом произносит мужчина.

— Все нормально, — Егор кладет руку на его плечо, — его отпустят, только у меня есть условие. Он вернет мне мой клуб и больше никогда не приблизится ко мне и моей семье, — обнимает меня за талию и притягивает к себе.

— Конечно, конечно, — быстро кивая головой, говорит отец Ильи, — если его отпустят, то мы уедем, и я обещаю, что он не вернется сюда, пока я жив.

— Но мы еще не со всеми разобрались, — напоминает Сергей Владимирович, — мы можем пройти в мой кабинет? — обращается к отцу Ильи.

— Да-да, конечно.

— Переведите его пока в обезьянник, — дает указание следователь своим коллегам.

Мы вчетвером зашли в кабинет. Нам с Егором Сергей Владимирович дал по листку бумаги, чтобы мы написали отказ от заявления, а сам тем временем задал несколько вопросов отцу Ильи.

— Георгий Олегович, может быть, Вы знаете, кто мог помогать Вашему сыну? Посмотрите вот на эти фотороботы, — передает ему листок бумаги.

— Да, я знаю их. Насколько я знаю, вот этот — одноклассник Ильи, а с этим они вместе учились в институте, — по очереди указывает на каждого из бандитов, — а может наоборот. Я знаю их не так уж и хорошо.

— Вы можете сказать написать мне их имена и фамилии?

— Знаю только имена и фамилию только одного, — пишет что-то на листе бумаги, — вот, пожалуйста.

— Этих Вы тоже не хотите наказывать? — следователь обращается к Егору.

— Нет, их судьба мне безразлична, так же как и им — моя. У них не было никаких причин так поступать со мной, поэтому у меня нет никаких причин их защищать, — спокойно отвечает Егор.

Следователь берет телефон и набирает чей-то номер. Затем дает указания по поводу дружков Ильи и кладет трубку.

— Этих двоих скоро доставят сюда, а вас не смею больше задерживать, — обращается ко всем присутствующим.

— Спасибо еще раз за проделанную работу, — Егор пожимает руку следователю.

— Спасибо, — благодарю и я.

Прощаемся и выходим из кабинета. Уже на улице Георгий Олегович решает еще раз поблагодарить Егора за его милосердие и пожать руку.

— Я знаю, что я очень виноват перед тобой, — говорит мужчина, — и как жаль, что прошлого не вернуть.

— Я не держу на Вас зла, — успокаивает его Егор, — и уж тем более не собираюсь мстить. Надеюсь, что Ваш сын получил хороший урок, и в дальнейшем будет думать, что делает.

Распрощавшись с отцом Ильи, мы садимся в машину, и я сразу же набрасываюсь на Егора с поцелуем. Он незамедлительно на него отвечает, жадно целуя мои губы.

— Я хотела это сделать еще тогда, когда ты сказал, что хочешь забрать заявление, — признаюсь ему, — не ожидала, что ты так поступишь.

— Думаешь, зря?

— Нет, думаю, что я еще никогда не встречала такого доброго человека, как ты, — дарю ему нежный поцелуй и отстраняюсь, потому что поцелуем может не ограничиться.

— Поехали домой, — говорит Егор, с нежностью смотря на меня.

— Куда именно? — смеюсь, понимая, что у нас нет конкретного места, которое мы могли бы назвать домом.

— Увидишь, — дарит мне широкую улыбку от уха до уха и заводит машину.

Спустя полчаса мы подъезжаем к многоэтажке в самом престижном районе нашего города. Егор паркуется напротив подъезда и глушит двигатель.

— Ты живешь в этом доме? — рассматриваю огромное здание.

— Да. Я хотел привезти тебя сюда еще до аварии. Пойдем? — спрашивает Егор, накрывая мою руку своей.

Киваю, и мы выходим из машины. Взяв меня за руку и сплетая наши пальцы, Егор ведет меня к подъезду. Зайдя внутрь, у меня появляется ощущение, что мы попали в чью-то квартиру. Полы застелены ковровой дорожкой, возле лифта висит зеркало, а на всех почтовых языках стоят горшки с цветами. Никогда раньше не видела таких аккуратных и ухоженных подъездов. Как только подходим к лифту, нас сразу же замечает консьерж и радостно улыбается при виде Егора.

— Здравствуй, Егорка! — приветствует его пожилая женщина.

— Здравствуйте, Надежда Михайловна. Как Ваше здоровье?

— Ой, не спрашивай, давление скачет. Давно тебя не видела, где пропадал?

— К отцу ездил.

— Вот это правильно, молодец. А это кто с тобой? — улыбается, рассматривая меня. — Девочка твоя?

— Да, — Егор переводит на меня взгляд полный нежности и целует в висок, — рад был пообщаться, но мы пойдем.

— С возвращением домой, — говорит женщина и заходит обратно в коморку.

Заходим в лифт и поднимаемся на шестнадцатый этаж. Егор открывает бронированную дверь, затем вторую и, наконец, мы оказывается в квартире. Честно сказать, я никогда не видела таких шикарных квартир. Большая гостиная, плавно переходящая в кухню, — их разделяет только барная стойка. Интерьер выполнен в белых, черных и красных тонах — все смотрится очень гармонично, и комната кажется еще больше, чем есть на самом деле.

— Проходи, рассматривай все, а я сейчас вернусь, пойду машину перегоню в подземный гараж, — говорит Егор и целует меня в губы, — чувствуй себя как дома.

Когда он закрывает за собой дверь, я разуваюсь и ступаю на мягкий ковер, проходя на кухню. Она обустроена в тех же тонах, что и гостиная. Красные подвесные шкафчики, черные тумбы и белый пол с рисунком. Большое окно и цветные жалюзи добавляют уюта.

Вернувшись в гостиную, отрываю ближайшую дверь — там находится ванная комната. Здесь цвета сменяются на белый, голубой и темно-синий. Большая ванная и душевая кабина облицованы мелкой мозаичной плиткой всех оттенков синего цвета. Пол выполнен в 3D стиле, изображая разлитую воду, а рамка зеркала над умывальником сложена из ракушек и камней. Мне очень нравится такое мягкое морское оформление.

Следующие две комнаты — спальни, оформленные в не менее красивом дизайнерском стиле. Одна — выполнения в светло- и темно-коричневых тонах, с большой двуспальной кроватью, а вторая — с односпальной, в зеленых тонах.

Осталась последняя неизведанная комната, но когда я повернула ручку — она оказалась закрыта на замок.

— Там пока ничего нет, — говорит Егор, тем самым пугая меня своим неожиданным появлением. В руках у него большой букет цветов, по краю — белые розы, а в середине из красных выложено сердце.

— Ты меня напугал, — признаюсь ему и подхожу ближе, — здесь все так красиво.

— Тебе нравится? — внимательно смотрит мне в глаза.

— Очень. Ты снова купил букет, — улыбаюсь, смотря на цветы.

— Первый ты решила отдать Ксюше, поэтому я не мог оставить тебя без цветов.

— Этот букет намного лучше, — нежно касаюсь его губ своим, — спасибо.

— Это еще не всё, — отдает мне букет и уходит в спальню.

Возвращается с гитарой в руках. Сажусь на край дивана, а Егор отодвигает стул от барной стойки и устраивается на нем. Не могу сдержать улыбку от его действий и серьезности.

— Что ты задумал? — смеясь, спрашиваю Егора.

Он ничего не отвечает, и только подняв на меня взгляд, подмигивает и продолжает настраивать гитару. Через мгновение начинают звучать первые аккорды, а затем Егор начинает петь.

Буду твоей стеной, ты мой путь судьбой,

Будь со мной, и будь собой. Ты моя… равномерная.

Буду твоей мечтой, для тебя дом построю,

Будь со мной, и будь простой. Ты моя… современная.

Буду твоим героем, а ты — моей звездой,

Будь со мной, с душой пой. Ты моя… женственная.

Все, что было до меня, обнуляй. Жизнь — море. Ща поныряем.

Только ты, давай, мне доверяй, и мы телепортом с тобой прямо в рай.

Ты та, о ком бьется в моей груди, и я улетаю.

Вот такой, вот, мой тупой припев о любви тебе.

Кроме твоих бигудей, есть еще мир людей,

Будь моей, встречай гостей. Ты моя… непредсказуемая.

Впереди много дней, а вместе мы сильней,

Будь моей, на все забей. Ты моя… такая не реальная.

У нас одна параллель, а на дне много камней,

Будь моей, среди этих морей. Ты моя… та самая.

Банально, но я искал тебя, чтобы ты была моей!

Среди тысяч путей, я тоже одинок, хоть у меня много друзей.

Ты — нежный цветок.

Хочу уберечь тебя от людей.

Проводить с тобой ночь и день.

В этой суете найти вместе тень и раскрасить её, как раскраски для детей.

Воздух, вода, земля, огонь!

Потерять контроль, обрести покой, наблюдать прибой,

— все это я хочу вместе с тобой, возьми мою ладонь;

И мы полетим в наше красивое место.

Никогда не поздно вдыхать воздух и быть честным!

Что будет дальше — неизвестно, но ты прекрасна,

— и мы вместе, а значит…

Когда он заканчивает петь, слезы текут рекой по моим щекам. Он поднимается со стула, кладет на него гитару и подходит ко мне. Запустив руку в карман джинсов, достает оттуда маленькую коробочку и становится передо мной на колени.

— Ты выйдешь за меня?