Вернувшись к себе, Шейла поспешила в ванную, сбросила мокрый купальник, включила душ. Подставляя тело под теплые струи, она медленно отходила от охватившего ее нервного напряжения. Неужели Артур что-то заподозрил? Или мне только показалось? Нет, не показалось: ведь он уже пытался выяснить, что кроется за моим появлением в его доме. Надо быть осторожнее.

Вытершись пушистой банной простыней, она прошла в спальню и, обнаженная, остановилась перед высоким зеркалом. Глядя на свое отражение, вспомнила оценивающий взгляд Артура и, к своему ужасу, почувствовала, как от одного только этого воспоминания напряглись и затвердели соски. Покраснев от досады, девушка быстро натянула черные трусики и такого же цвета бюстгальтер. Так мне будет спокойнее, наивно решила она, но, конечно, не смогла избавиться от будоражащих мыслей. Зачем я приехала сюда? Что же со мной происходит?

Некоторое время она размышляла, стоит ли добиваться намеченного, и решила, что отступать, когда половина дела сделана, – признак малодушия. Кстати, более подходящего стечения обстоятельств, чем сегодня вечером, может и не быть. Она остается одна во всем доме, и времени, чтобы выяснить, что к чему, будет достаточно.

Точно в половине шестого Шейла предстала перед мистером Грином с подносом в руках. Он отдыхал, растянувшись на софе. Девушка не могла не отметить про себя, что ни черный вечерний костюм, ни расслабленная поза не скрывают ту внутреннюю энергию, которой было наполнено его тело. Артур внес нечто оригинальное в свой строгий официальный костюм, этакий небольшой штрих, с помощью которого можно будет выделиться на фоне фрачной-смокинговой братии: вместо традиционного черного галстука-«бабочки» надел бледно-серебристую «бабочку», которая очень подходила к цвету его глаз. Невольно Шейла ревниво подумала о женщинах в красивых вечерних туалетах, на которых Артур, несомненно, будет останавливать свой взор.

– Ваши сандвичи, – с дежурной улыбкой сообщила она.

– Благодарю.

– Вам налить чаю?

– Ммм, пожалуй… Это одна из немногих вещей, которая у женщин получается гораздо лучше, чем у мужчин. Вы согласны со мной? – пошутил он.

– Конечно, – с сарказмом подхватила Шейла, – определенно требуется особая ловкость, чтобы приподнять и наклонить чайник. Вам с молоком или лимоном?

Артур рассмеялся.

– Ни с тем и ни с другим. Спасибо. – Он принял из ее рук чашку. – Маленькая злючка. Вы вспыхиваете как порох!

– Вы так считаете? – холодно спросила Шейла, хотя внутри у нее все таяло от звука этого густого обволакивающего голоса. Его приятная тягучесть вызывала в ней жар и томление.

– Еще сандвич?

– Спасибо.

Она по всем правилам приготовила аппетитнейшие сандвичи с яйцом и кресс-салатом, но Артур, будто голодал неделю, один за другим быстро поедал их, не обращая внимания ни на оформление, ни на вкусовые качества. Почему-то это безразличие к ее стараниям уязвило Шейлу.

– Если вам больше ничего не нужно, я пойду. Ужин к вашему возвращению будет готов. Надеюсь, вам понравится пьеса, – с напускной бодростью сказала она и, закрыв за собой дверь, приказала себе успокоиться.

Выйдя из дома, Шейла взглянула на часы. У нее еще есть время прогуляться по парку до отъезда Грина. Он сказал, что уедет в половине седьмого, а вернется в половине одиннадцатого. В ее распоряжении будет целых четыре часа – уйма времени, за которое она непременно должна найти сейф. Но как его открыть, Шейла совершенно не представляла. Она лишь видела, как это делали гангстеры в кинофильмах, терпеливо набирая цифры в ожидании заветных щелчков…