Гарсию сильно потряс случай с неверной женой. Не то чтобы он не видел приступов ярости, но подобного не ожидал. В колониях Новой Испании, дальше на юг, местные женщины шли по первому зову. Гарсия решил разузнать побольше о брачных традициях этого народа. Точнее, об отношениях между полами.
Сведения он добывал при помощи наблюдений и осторожных расспросов. Когда молодой человек хотел получить девушку, выяснил Гарсия, он предлагал ее отцу что-нибудь ценное. Шкуры, украшения, оружие.
«Как странно», — решил Гарсия. У него на родине все было наоборот. Родители девушки обеспечивали приданое. У дикарей это походило на покупку дочери у отца. Однако не совсем. Женщины, хотя и были постоянно заняты тяжелой работой, но, кажется, пользовались большим уважением. Он видел нескольких воинов, чьи отношения с женами были такими же, как у Койота и Большой Ноги: теплыми, дружескими, партнерскими. У некоторых мужчин была не одна жена, особенно у уважаемых влиятельных людей, таких, как Кривые Ребра.
Согласно традиции, новоиспеченный супруг должен был переехать в шатер родителей жены. Здесь молодожены оставались до тех пор, пока не оказывались в силах выстроить собственное жилье. Гарсия усматривал в этом определенные недостатки.
Во время беседы на эту тему в шатре вмешался один из младших детей.
— Снимающий Голову, — спросил любопытный ребенок, — а у женщин вашего народа растет шерсть на лице?
— Нет, малыш, — засмеялся испанец, ероша волосы мальчишки, — наши женщины почти так же прекрасны, как твоя сестра!
Высокий Тростник густо покраснела и прогнала младших детей на улицу. Ее родители негромко посмеивались, пока девушка возилась у огня. Она варила похлебку из сушеного мяса и кукурузы, и Снимающий Голову заговорил с ней. Его интересовало, как можно готовить без котелков, сковородок и чайников, и он узнал это, переехав в жилище Койота. Теперь, когда начала стряпать Высокий Тростник, он почему-то особенно заинтересовался процессом. У Большой Ноги было несколько круглых камней размером в полкулака, которые она называла «кухонными камнями». Рядом с очагом она вырыла ямку и выстелила ее сыромятной кожей. Ямка заполнялась водой. Мясо и овощи клали в нее, пока камни нагревались на огне.
Высокий Тростник время от времени капала на камни воду. Когда капли издавали шипение, она подхватывала их тяжелыми щипцами, сделанными из сырой ивы, и кидала в варево. Добавляя горячие камни и вынимая остывшие, можно было добиться ровного кипения. Наилучшей поварихой, рассудил Гарсия, должна быть та женщина, которая знает, когда кидать и когда вынимать камни.
Внезапно его осенило. Девушка готовит кукурузу! Откуда взялась кукуруза? Он вспомнил тыкву в доме Кривых Ребер. Где, черт побери, они берут овощи?
Он спросил Высокий Тростник, но не совсем понял ответ. Некоторых слов он не знал. Озадаченный, Гарсия повернулся к Койоту.
— Мы покупаем их у клана, живущего ниже по течению, — объяснил Койот.
Было несколько сложно уловить идею обмена, но при помощи жестов и наводящих вопросов Гарсия наконец убедился, что все понял правильно. Шкуры, а иногда мясо и пеммикан обменивали на кукурузу, бобы и тыквы. Койот показал на недавно появившиеся связки сушеных тыкв.
— Разве ты не заметил, что женщины ходят вниз по реке? — спросил Койот.
Гарсия полагал, что они ходят за хворостом или бизоньим навозом для растопки. Он был так занят собственными мыслями, что не обращал на это внимания.
— Поблизости живут другие люди? — спросил он удивленно. — Кто-то из Народа сажает кукурузу?
— Нет, конечно, — ответил Койот несколько раздосадованно. — Это не Народ. Народ — охотники.
Теперь Гарсия был окончательно сбит с толку:
— Существуют другие и они не Народ?
— Да, — кивнул Койот, наконец понимая его недоумение. — Есть множество тех, кто не принадлежит к Народу.
— Значит, только люди Кривых Ребер — Народ?
— Нет, Снимающий Голову. Есть и другие. Есть несколько кланов, таких же, как клан Кривых Ребер. Но Народ — охотники, не то что эти земледельцы. Снимающий Голову увидит другие кланы Народа, когда мы летом пойдем обратно на север, чтобы встретиться с ними на Танце Солнца.
«Едва ли, мой друг, — подумал Гарсия. — Когда Народ двинется на север, Снимающий Голову поедет на юг». Он вздрогнул, осознав, что думает о себе как о Снимающем Голову, а не как о Хуане Гарсии. Слегка раздраженный, он откинулся на постели. Гарсия по-прежнему не вполне понимал разницу между «Народом» и остальными людьми.
— Койот, — сделал он еще одну попытку, — а откуда взялся Народ?
— Из глубины земли. Великий Дух сидел на полом стволе тополя. Он ударил по нему палкой один раз, и Первый Человек выбрался через ствол из-под земли. Он ударил снова, и вышла Первая Женщина. Оба были голые, и Великий Дух показал им, как убивать животных, чтобы была еда, и как из шкур шить одежду и строить жилища. Он научил их добывать огонь при помощи палочек и делать амулеты, чтобы задобрить духов ветра, дождя и бизона. И Великий Дух сказал им, что у них должно быть много детей, чтобы пользоваться всеми прекрасными вещами, которые он им показал.
Койот рассказывал образно. Дети, широко раскрыв глаза, зачарованно смотрели на отца, с наслаждением впитывая слова знакомой истории. Койот повернулся к испанцу.
— Скажи мне, Снимающий Голову, — попросил он, — откуда пришло твое племя?
— Мы пришли из далекой земли за Большой Водой, — начал испанец.
Койот покачал головой и поднял руку:
— Нет, нет, Снимающий Голову, это я знаю. Я имею в виду старые-старые, очень старые времена.
Гарсия никогда не задумывался над этим. Сейчас он рылся в памяти, отыскивая что-нибудь, с чего можно начать. С начала? В его сознании всплыла фраза: «Вначале Бог создал Небо и Землю». Слова падре, сказанные давным-давно. Он сделал глубокий вдох.
— Вначале Бог... — Он помолчал, подыскивая слова, — Великий Отец, создал землю. Потом он взял горсть земли, и вылепил человека, и назвал его Адам, и вдохнул в него жизнь. Тогда Великий Отец увидел, что человеку нужна женщина, и он сделал ему женщину и назвал ее Ева. — Эпизод с ребром лучше опустить, решил Гарсия. — Затем он отправил их в... э... место, где были разные животные и растения, и рассказал, как их использовать.
Гарсия решил пропустить часть о змее, яблоке и прочем, но чувствовал, что необходимо добавить кое-что еще.
— Потом, гораздо позже, — продолжил он, — Великий Отец отправил своего сына показать нам, как нужно жить.
— То же самое и у нас, — с готовностью закивал Койот. — Великий Дух прислал нам Солнечного Мальчика, чтобы тот вел нас за своим факелом.
Женщины сообщили, что обед готов, и разговор оборвался. Позже, когда Гарсия лежал на шкурах и глядел на догорающие угли, его посетила одна мысль. Довольно беспокойная мысль. Только сейчас он начал понимать смысл последнего замечания Койота: «То же самое и у нас».
Допустим, имеются некоторые различия. Допустим, Гарсия опустил кое-какие детали. Он сам не знал почему. Наверное, потому, что Койот его просто не понял бы. А теперь испанец задумался. Неужели Койот уже знал то, что он, Гарсия, только-только начал понимать?
В беседе, которую они вели перед обедом, Гарсия и Койот рассказывали друг другу одну и ту же историю.