Журнал «Компьютерра» № 21 от 06 июня 2006 года

Компьютерра

 

13-я КОМНАТА: Лучшее — враг хорошего

Автор: Владимир Гуриев

Человека очень просто сделать счастливым.

Надо сначала что-то у него отнять, а потом вернуть. Мне, например, вчера вернули горячую воду, которой не было три недели, и я уже второй день нахожусь на седьмом небе. Мне до сих пор кажется, что человеку для полного счастья ничего, кроме горячей воды, не нужно. Он может есть горячую воду, пить горячую воду и закусывать горячей водой.

Принцип старый, и людьми, занимающими руководящие должности, освоен хорошо. Если руководитель отказывает вам в повышении зарплаты или, скажем, внеочередном отпуске, то можно быть уверенным, что делает это он не просто так, не от шероховатости характера, а исключительно ради того, чтобы этот самый отпуск стал для вас источником настоящего человеческого счастья. И руководитель прав. Так и случится — несмотря на то, что вы просили двадцать дней в августе, а вам дали семь в ноябре.

Поднимать себе настроение можно и самостоятельно, с помощью компьютера. Первым делом нужно изъять из компьютера лишнюю оперативную память. Для компьютера, конечно, много оперативной памяти не бывает, но хозяин положения — вы, а для вас — на данном этапе — любая линейка выше 32 Мбайт является излишеством. Вряд ли, конечно, вам удастся достичь идеального минимума с первой попытки, но после 512 Мбайт даже 128 Мбайт — уже хорошо (к тому же переизбыток оперативки можно скрасить, загрузив несколько ресурсоемких приложений, которые вам совершенно не нужны).

Уже через десять минут вы почувствуете, что до последнего времени жизнь была не так уж плоха, но теперь-то вы точно зашли фортуне в тыл. Однако для верности останавливаться на этом не следует. Счастье — как и мышечную массу — можно нарастить, только работая с предельным весом.

Отправьтесь к системному администратору и потребуйте отключить себе Интернет. Оставьте для затравки один сайт — лучше всего тот, который вы терпеть не можете. Эстетам вполне подойдут форумы футбольных болельщиков, а болельщикам «Спартака» — сайт болельщиков «ЦСКА» и наоборот. Это не только закалит вашу волю, но и невольно расширит кругозор.

Если чувствуете, что можете взять еще, — попробуйте пожонглировать приложениями. Составляйте электронные таблицы в Photoshop, тщательно рассчитывая значения нужных ячеек на бумаге, столбиком. Пишите тексты от руки, а потом сканируйте. Если вы программист — кодируйте в Microsoft Word, не отключая режим автозамены. Если вы верстальщик — верстайте в той же программе. В конце концов, Евгений Козловский это смог — и посмотрите, какой у него легкий и веселый нрав.

Высший пилотаж — подгонка операционной системы. Принцип тут простой. Если вы работаете под Windows, то должны установить самую новую ОС этого семейства на самое старое железо, которое найдется под рукой. Если же вы работаете под Linux, то поступить нужно наоборот — взять самое свежее железо, а вот релиз подобрать самый древний из тех, что найдутся в Сети.

Поработайте так день, два, неделю. Привыкните к этому состоянию. Заставьте каждую клеточку своего тела поверить, что дожидаться загрузки программы в течение десяти минут — это нормально, а рассчитывать на то, что она не свалится в самый неподходящий момент, — безумно.

А потом, когда вам будет совсем тошно, верните все обратно, чтобы испытать дикий, ошеломительный восторг от возможностей, которые еще неделю назад казались вам скучными и естественными.

В этом номере всего 64 полосы. Надеюсь, теперь вы понимаете почему.

 

НОВОСТИ: Новости

Против кого дружить будем?

Yahoo и eBay заключили договор о долгосрочном сотрудничестве. Партнеры не юлят и открыто называют цель альянса — потеснить Google на интернет-олимпе и прежде всего — побороться за прибыльный рынок контекстной рекламы. Отныне эксклюзивным поставщиком баннеров для проектов eBay становится Yahoo. В свою очередь, медийная корпорация обязуется всюду, где это возможно, продвигать принадлежащую онлайн-аукционистам платежную систему PayPal. Запланированы и другие шаги по прозрачному обмену клиентурой между двумя империями: например, панелька для браузера от eBay в будущих релизах обеспечит прямую связь с сервисами Yahoo. Будет уделено внимание и совместным разработкам в области интернет-телефонии (напомним, что у eBay в рукаве есть Skype, а Yahoo располагает своей IM-системой с VoIP-функциональностью). Ряд договоренностей партнеры рассчитывают воплотить в жизнь уже к концу года, ожидая, что финансовая отдача не заставит себя ждать. Бизнес-сообщество благоприятно восприняло появление мощного тандема: после оглашения деталей союза акции обеих компаний уверенно поползли вверх.

Однако и Google не прочь обзавестись полезными друзьями. Компании удалось достичь соглашения о предустановке собственного пакета ПО (его состав пока окончательно не утвержден) на компьютеры Dell. Выгода Google очевидна: многие пользователи традиционно оставляют на машине утилиты, полученные вместе с купленным ПК, а значит, конкуренты (ау, Microsoft!) останутся с носом. Что с этой сделки перепадет Dell, сказать трудно — как часто бывает в подобных случаях, детали соглашения тщательно скрываются от посторонних глаз. Правда, одна только возможность шлепать наклейки с логотипом Google на ПК дорогого стоит — эти шесть букв оказывают поистине завораживающее действие на многих потребителей, особенно в Штатах. Глава поисковика Эрик Шмидт, комментируя договоренность с Dell, отметил, что это лишь первый шаг на пути сближения с пользователями. Похоже, гора все же решила нанести визит Магомету. — А.З.

Форум дал, Форум взял

Очередная рабочая встреча оргкомитета DVD Forum, прошедшая в мае в Сиэтле, закончилась довольно неожиданно — возрождением идеи регионального кодирования применительно к новому формату видеодисков HD DVD. Совершенно противоестественная технология для создания несовместимости дисков и плейеров из разных географических регионов в свое время была введена в мир цифрового кино исключительно по требованию Голливуда, раздражая как покупателей, так и изготовителей DVD. Поэтому можно было понять радость киноманов, когда в прошлом году консорциум DVD Forum объявил о намерении отказаться от регионального кодирования в HD DVD, дабы не создавать искусственных препон для распространения видео высокой четкости.

Радость, как видим, оказалась преждевременной. Ибо теперь руководство DVD Forum, явно под нажимом могущественной киноиндустрии США, по сути, отказалось от своего обещания и объявило о формировании рабочей группы «для разработки спецификаций и плана внедрения RPC (Region Protection Coding) применительно к HD DVD Video, включая карту регионов и консультации с киностудиями». Решение о возврате к одиозной технологии RPC выглядит не то чтобы абсурдно, но, скажем так, несколько иррационально, если учесть, что плейеры HD DVD и первые диски к ним уже поступили в продажу. Отказ от регионального кодирования прежде рассматривался как немаловажный фактор в привлечении потребителей к новой и поначалу заметно более дорогой технологии. Теперь же об этом решено забыть.

Отметим, что и главный конкурент HD DVD, альянс Blu-ray Disc, более тесно связанный с голливудскими студиями, уже объявлял о работах над своей системой регионального кодирования для видео на новых дисках BD. Поскольку работы были начаты раньше, то в этом лагере уже известно, как теперь будут выглядеть новые регионы, число которых сократилось с семи до трех (в DVD, напомним, приняты шесть географических зон плюс нулевая зона для всерегионных дисков). На новой карте мира, совместно размеченной альянсом BD и Голливудом, три региона как бы по убыванию отражают зоны «геополитического влияния»: (1) Северная и Южная Америка плюс Азия (без Китая); (2) Европа и Африка; (3) Россия и Китай плюс остальные страны, не сподобившиеся попасть в первые две группы.

Поскольку все эти географические инициативы в обоих конкурирующих альянсах проводятся под явным руководством голливудских студий, то вполне вероятно, что и для формата HD DVD новые коды регионов будут распределяться таким же образом. Но в то же время, наверное, будут и какие-то нюансы, обусловленные разными зонами влияния противоборствующих лагерей. Например, вместе с решением о внедрении RPC оргкомитет DVD Forum объявил о планах по созданию нового оптодиска, предназначенного для распространения исключительно на территории Китая и способного нести контент формата HD DVD. Таким путем, судя по всему, инициаторы надеются убить сразу двух зайцев: ограничить в Китае массовое производство как мультизонных плейеров для видео высокой четкости, так и пиратских HD DVD. — Б.К.

Ветры перемен

Долгая и во многом противоречивая борьба, идущая в европейских структурах власти вокруг софтверных патентов, сделала очередной неожиданный поворот. Еврокомиссия, высшая инстанция исполнительный власти сообщества, ранее упорно выступавшая за патенты на программы по американскому образцу, вдруг сменила свою позицию на диаметрально противоположную. В конце мая объявлено, что компьютерные программы будут исключены из списка патентуемых новаций в грядущем патентном законодательстве. Европейский патентный офис (ЕПО), соответственно, будет выдавать общеевропейские патенты строго на основе этого законодательства, а ранее выданные им софтверные патенты можно будет аннулировать в судебном порядке.

Сделанное Еврокомиссией заявление явно противоречит ее же прошлогоднему заявлению. Тогда было сказано, что ЕПО продолжит выдачу софтверных патентов — несмотря на решение Европарламента отвергнуть директиву о патентах на программы. Здесь, вероятно, следует напомнить, что эта директива была подготовлена в недрах Еврокомиссии под сильным нажимом американских корпораций (Microsoft, IBM, HP, Apple) и предложена Европарламенту для принятия в мае 2004 года. Однако парламент, члены которого избираются национальным голосованием на выборах, а не назначаются административно, как в ЕК, пока еще прислушивается к мнению избирателей. Поэтому в органе законодательной власти сразу обозначилась очень сильная оппозиция «проамериканским идеям», получившая мощную поддержку от европейских и заокеанских сторонников свободного ПО. Кульминаций этого противостояния стало голосование в Европарламенте в июле прошлого года, когда директива о софтверных патентах была решительно отвергнута 648 голосами против 14. Несмотря на это, Еврокомиссия продолжала гнуть свою линию и в условиях правовой неопределенности поощряла выдачу патентов на программы, если они «вносят существенный технический вклад».

Теперь же, судя по всему, законодательная ветвь европейской власти все-таки поставила на место власть исполнительную и заставила ее сделать относительно патентов те заявления, которые соответствуют решениям парламента. Как показывает опыт, слова власти легко могут расходиться с делами, однако в данном случае по крайней мере слова правильные. — Б.К.

…Тело жирное в лэптопе

Проект «ноутбук за 100 долларов» для детей из развивающихся стран Азии и Африки (см. «КТ» #609) потихоньку движется. В мае некоммерческая организация One Laptop Per Child (OLPC), стоящая у руля благородной инициативы, представила полностью скомпонованный прототип лэптопа (ранее аппаратная начинка и дизайн демонстрировались только по отдельности), который, вероятно, станет окончательным прообразом серийного образца бюджетного электронного помощника. Полтора десятка системных плат уже собрано и протестировано на собственной линии OLPC в Кембридже, а заказ на производство первой крупной партии для нужд сторонних разработчиков размещен у тайваньской компании Quanta. Старт широкомасштабной рассылки наборов, облегчающих труд программистов, запланирован на середину июня.

Если аппаратную часть референс-дизайна уже можно считать окончательно сформировавшейся (разве что разрешение экрана к моменту запуска в серию должно увеличиться по сравнению с тестовым образцом: с 800x480 до 1200x900), то с программной начинкой еще придется повозиться. Глава OLPC Николас Негропонте, оставивший пост руководителя знаменитого факультета Media Lab в Массачусетском политехе, чтобы целиком посвятить себя «электронно-гуманитарному» проекту, отметил, что выбранная для платформы операционная система Linux в последнее время непозволительно располнела. И хотя команда из Red Hat уже взялась срезать жирок с упитанного «пингвина», работа по приведению ОС к виду, необходимому для функционирования на бездисковом лэптопе, предстоит еще немалая. Кстати, представленный образец компьютера работал под управлением Fedora Core 5.0.

Интерес к развивающимся странам сейчас проявляют почти все крупные игроки рынка ПК. Правда, в отличие от проекта OLPC дельцы наверняка рассчитывают вернуть вложенные инвестиции, пусть и в долгосрочной перспективе. «Ноутбук за 100 долларов» — инициатива сугубо благотворительная, и хочется надеяться, что ей удастся выдержать жесткие условия бизнес-конкуренции. Если все пойдет гладко, первые партии готовых лэптопов попадут в руки пользователей уже в начале следующего года. — А.З.

Опять не так

Алан Йейтс (Alan Yates), менеджер Microsoft, «ответственный» за нападки на стандарт OpenDocument, нашел новый недостаток открытого формата: он, оказывается, слишком медленный.

Напомним, что OpenDocument Format (ODF), базирующийся на формате файлов OpenOffice.org, сейчас разрабатывается консорциумом OASIS (членами которого являются, в частности, IBM и Sun). Это основной формат файлов не только в OpenOffice, но и во многих других офисных приложениях с открытыми исходниками — KOffice, AbiWord, IBM Workplace; его индексирует Google Desktop Search, импортируют/экспортируют различные веб-сервисы. В мае был принят черновик стандарта ISO, благодаря чему все больше пользователей (в том числе и государственные учреждения) предпочитают ODF проприетарным форматам (читай — файлам Microsoft Office).

Позиция Microsoft в отношении формата-конкурента изначально была крайне жесткой, в стиле «лучшая защита — это нападение». Атаки шли по всем фронтам: во-первых, сразу было заявлено, что Microsoft Office не станет поддерживать «будущий промышленный стандарт»; во-вторых, редмондцы принялись разрабатывать свой собственный открытый формат офисных документов Office Open XML (который будет основным в Office 2007) и стандартизировать его в соответствующих комитетах; ну а «третий фронт» открыли маркетологи, в частности тот самый Алан Йейтс.

Сначала сей достойный муж заявил, что никаким таким стандартом OpenDocument считаться не может — ведь его поддерживает только один пакет OpenOffice.org, а все остальные приложения, в которых заявлена поддержка формата, используют тот же код. Это была неприкрытая ложь (на что указывало опубликованное вскоре открытое письмо к Йейтсу от разработчиков KDE и KOffice). Затем последовало обвинение в «недостаточной функциональности» (см. «КТ» #605); впрочем, какой именно функциональностью обделен OpenDocument, не указывалось. А теперь вот главной претензией стала скорость обработки формата.

Йейтс указывает на то, что XML (на котором основываются и OpenDocument, и Office Open XML) обрабатывается принципиально медленнее бинарного формата (предыдущие версии MS Office); дескать, микрософтовские разработчики этот факт учли и формат сильно оптимизировали, а глупые опенсорсники — не догадались. На это Марино Марчич (Marino Marcich), представитель разработчиков ODF, резонно заметил, что OpenOffice — лишь одна из реализаций ODF, да еще и ранняя, неоптимизированная; а вот программ, читающих Microsoft Open XML, и вовсе пока нет — как бы и не с чем сравнивать. Кроме того, Марчич не преминул подколоть конкурентов трудностью реализации их формата — ведь микрософтовские спецификации занимают больше 4 тысяч страниц (против 700 страниц у ODF). Оппоненты, как водится, разошлись в объяснении причин этой разницы: Йейтс утверждает, что микрософтовский формат несравнимо более подробен; Марчич — что Microsoft в очередной раз «изобретает колесо», тогда как OpenDocument опирается на другие открытые стандарты (в частности, SVG — формат векторной графики). Кто из них прав — покажет время. Впрочем, очевидно, что это далеко не последний недостаток формата OpenDocument, «открытый» Аланом Йейтсом; как очевидно и то, что единственный несомненный недостаток — то, что ODF изобретен не в Microsoft. — В.Ш.

Чей 2.0?

Тим О’Рейли (на фото), глава одного из лучших издательств компьютерной литературы, активист свободного софта и просто хороший человек, на днях попал в крайне неприятный переплет из-за проблем с торговой маркой на внедренный им в обиход термин «Web 2.0».

О’Рейли со товарищи запустили этот термин на серии одноименных конференций (см. тему номера #639); с их легкой руки он стал чуть ли не самым главным словом последнего года — неудивительно, что внезапно поднятый вопрос о том, кто имеет права на его употребление, просто взорвал блогосферу. Все началось 25 мая, когда представитель некоммерческого объединения ирландских ИТ-профессионалов [email protected] Том Рафтери (Tom Raftery) опубликовал в своем блоге официальное запретительное предписание от адвокатов компании CMP (одного из организаторов о’рейлевских Web 2.0 Conference). Документ в ультимативном стиле требовал от ирландцев немедленно прекратить использование термина «Web 2.0», который является торговой маркой CMP, проходящей регистрацию. Письмо пришло за две недели до начала конференции, устраиваемой [email protected] и называющейся, как и классическая, Web 2.0 Conference. Обида ирландцев усугубилась тем, что Тима О’Рейли звали на эту конференцию, и он даже собирался приехать, но не смог, — «то есть они давно знали о названии нашей конференции, но специально выжидали до последнего», — сделал вывод Рафтери. «Вроде бы общеупотребительное слово, а тут какие-то торговые марки», — удивились все.

И началось. Уже через полдня на O’Reilly Radar (коллективный блог сотрудников издательства) появилось «пояснение», которое ничего не поясняло. Сара Виндж (Sara Winge), вице-президент по связям с общественностью, подтверждала, что заявка на получение торговой марки «Web 2.0» действительно подана, причем еще в ноябре 2003-го, до самой первой конференции; она также признавала, что, возможно, не стоило сразу посылать в [email protected] официальное письмо. Понятнее от таких «пояснений» не стало, а соответствующая запись в блоге тут же обросла сотнями комментариев, начиная от безобидных шуток в духе «“Сара Виндж” — наша зарегистрированная торговая марка, пожалуйста, не используйте больше это имя» и заканчивая обвинением Тима О’Рейли в совращении несовершеннолетних (?!). Короче говоря, к 27 мая, когда Тим вернулся из отпуска и стал давать объяснения (ему пришлось написать пост в блоге страниц на пять), он был уже не слишком расположен к мирному общению — и раздал всем сестрам по серьгам.

Том Рафтери и [email protected] получили не только свою порцию извинений и разрешение в этом году сохранить название Web 2.0 Conference, но и упрек (в общем, довольно справедливый) в вынесении спора «на публику», — с точки зрения Тима, несоответствие в тоне между официальным посланием CMP и личной перепиской должно было натолкнуть вспыльчивого ирландца на мысль, что следует прежде обсудить проблему с О’Рейли лично. Блоггеров всея Интернета Тим обвинил в непрофессиональном и нежурналистском стремлении поднять шум, не уточнив факты («а я-то защищал блоггеров как СМИ будущего!»); CMP и ее адвокаты заработали свою порцию орехов за топорность действий. Остальные получили исчерпывающее объяснение, что CMP регистрирует торговые марки на названия всех проводимых конференций; что торговую марку запрещается использовать только в названии конференций и других аналогичных мероприятий; что термин «Web 2.0» по-прежнему можно юзать свободно во всех остальных случаях; что Линус Торвальдс владеет торговой маркой «Linux», но это никого не тревожит…

В конце концов, блогосфера более или менее успокоилась. Но осадочек остался. — В.Ш.

Судью на мыло!

Народная мудрость учит отделять мух от котлет. Вряд ли мы узнаем, что думают по этому поводу в Microsoft, но при проектировании утилиты Windows System Performance Rating священный принцип был варварски нарушен. Например, если в мощном ПК стоит слабенькая видеокарта, о высоком финальном результате можно забыть, как бы ни были хороши остальные компоненты.

Алгоритм работы спорного ПО, позволяющий вынести вердикт о производительности компьютера, скрыт от любопытных взоров под непроницаемой завесой коммерческой тайны. Отчасти это вызвано тем, что механизм еще не до конца отлажен, а отчасти — желанием предотвратить возможные злоупотребления со стороны недобросовестных торговцев ПК. Однако закрытость принципа действия не пошла на пользу программе. От производителей железа (среди жалобщиков отметились AMD и Via) в адрес корпорации посыпалась критика. Дескать, итоговая оценка слишком вольно определяет способности ПК и помогает лишь в одном: окончательно заморочить голову неопытным пользователям. Так, AMD в ходе собственных экспериментов с удивлением обнаружила, что процессоры, вышедшие с ее фабрик, почти поголовно получают только две оценки: «тройку» либо сразу «пятерку».

В принципе, некоторые заскоки ПО простительны в силу его бета-статуса. Но учитывая, что функциональность Windows System Performance Rating частично перекочевала в Windows Vista Upgrade Advisor (см. «КТ» #640), программистам Microsoft стоит пересмотреть свою систему тестирования оборудования, иначе дальнейших обвинений в предвзятости и самодурстве не избежать. — А.З.

Ноутбук о твердом теле

Samsung, на заводы которого приходится львиная доля мирового производства чипов флэш-памяти типа NAND, мечтает когда-нибудь полностью заменить традиционные HDD твердотельными накопителями. Свою продукцию корейский концерн уже направил по этому пути, а среди факторов, сдерживающих всеобщий переход на новые стандарты, актуальной сегодня остается только высокая стоимость хранения данных.

Недавно компания представила сразу две версии мобильных ПК, в которых традиционный винчестер заменен 1,8-дюймовым флэш-драйвом емкостью 32 гигабайта. Первый из них, Samsung Q1, относится к семейству UMPC, второй — Q30 — выполнен в более привычном ноутбучном формате. Плюсы технологии давно известны: низкое энергопотребление, бесшумность, пониженный вес и нечувствительность к тряске. Даже скорость, до последнего времени бывшую в козырях HDD, больше не удастся поставить в укор флэшу: NAND-накопитель дает фору практически любому винчестеру как при считывании, так и при записи информации. Обе анонсированные модели ПК появятся в продаже в Корее в начале июня; правда, твердотельный накопитель заметно увеличивает стоимость компьютера (Q1-SSD стоит около двух с половиной тысяч долларов).

Samsung готовит и менее радикальный вариант. Компания анонсировала коммерческий прототип гибридного накопителя, содержащий в дополнение к стандартным магнитным пластинам объемистый кэш (128—256 Мбайт) на базе OneNAND-памяти. Во время неторопливой офисной работы механика винчестера включается лишь изредка на короткое время, необходимое для заполнения флэш-буфера новыми данными (в преимуществах — увеличение времени автономной работы от аккумуляторов на 8—10% и значительное ускорение загрузки ОС). Массовый выпуск гибридных дисков для ноутбуков и настольных ПК запланирован на начало следующего года, в аккурат к предполагаемой дате релиза Windows Vista. — А.З.

АЙ, ПОДошва!

Похоже, скоро за периферийными устройствами для своего любимого гаджета «айподоманы» помчатся не только в салоны электроники, но и в отделы спорттоваров. Компания Nike приступает к выпуску специальных кроссовок, совместимых с популярным MP3-плейером.

Новая модель спортивных туфель, именуемая Air Zoom Moire, отнюдь не лыком шита. В ее подошву помещается сенсор и передатчик, при помощи которых кроссовки общаются с плейером по интерфейсу Bluetooth. Во время пробежки система в реальном времени определяет пройденную дистанцию, скорость, а также количество сожженных во имя спорта калорий. Все эти данные накапливаются в памяти iPod nano и после моциона могут быть слиты на PC или Mac для детального «разбора полетов».

Благодаря специальному софту iPod способен превращаться из музыкальной шкатулки в заботливого тренера: поступающая статистика оборачивается дельными советами или подбадривающими словами, проливающимися бальзамом на душу легкоатлета-любителя. Не забыты и подкасты — как обещают «найковцы», специально для владельцев «айподокроссовок» на сайт фирмы будет выложен ряд учебных звуковых дорожек, предназначенных для прослушивания во время бега. В числе дикторов давние партнеры Nike — легкоатлет-марафонец Альберто Салазар (Alberto Salazar) и велосипедист Лэнс Армстронг (Lance Armstrong), которые поделятся ценным опытом с начинающими спортсменами. До прилавков новые кроссовки добегут к середине лета, при этом их цена ожидается весьма демократичной — в пределах сотни долларов. Еще тридцатку придется потратить на комплект Nike+iPod Sport Kit, состоящий из беспроводного адаптера к плейеру и помещаемого в подошву съемного сенсорного блока.

Судя по обещаниям представителей Nike, с Apple им по пути всерьез и надолго: новые кроссовки — первый, но не единственный товар из совместной серии: кроме них, спортивных меломанов ждут специальные «чипосодержащие» куртки, шорты и напульсники. Не исключен также выпуск аксессуаров и для велосипедистов, лыжников и прочих категорий подвижных граждан, к которым «яблочники» испытывают отнюдь не спортивный интерес.

Любопытно, что для определения скорости своего владельца на дистанции iPod мог бы обойтись и без чудо-кроссовок. Как обнаружили дотошные онлайновые архивариусы, еще полтора года тому назад компания Apple получила патент на изобретение под туманным названием «Устройство для синхронизации музыки». Суть конструкторской идеи в том, что в недра плейера встраивается сенсор-акселерометр. Следуя его показаниям, машинка могла бы менять темп воспроизведения музыки согласно ритму движений бегуна либо подыскивать соответствующие аллюру звуковые фрагменты. Не исключено, что, упрятав сие изобретение под сукно, «яблочники» дали понять «найковцам»: пока их компания играет в одной команде с Apple, о судьбе «умных» кроссовок можно не беспокоиться. — Д.К.

Отдамся задешево

Похоже, создатели электронного гуманоида HRP-2 Promet из японского института AIST и компании Kawada Industries отчаялись пристроить своего великовозрастного балбеса к какому-нибудь полезному делу. «Прометея» уже обучали и строительным работам, и хореографии, и даже лакейской премудрости, однако заоблачная цена машины (350 тысяч долларов за пятилетнюю аренду) отпугивает клиентов. Теперь у неприкаянного робота появился младший (прежде всего в смысле размера и цены) брат — HRP-2m Choromet ростом всего 35 см.

«Мушиный» вес (1,5 кг) позволил новичку выучить несколько недоступных «Прометею» трюков: например, Choromet умеет ложиться на пол и подниматься без посторонней помощи. Новым па его можно научить с помощью управляющей программы, вычислительное сердце робота основано на 240-мегагерцовом процессоре SH-4 и реал-тайм системе ARTLinux (в числе интерфейсов Ethernet и Bluetooth). Создатели аппарата надеются, что он заинтересует учебные заведения и исследовательские институты, занимающиеся проблемами роботехники. Рыночный дебют Choromet ожидается нынешней осенью. Предполагаемая цена — около 4,5 тысячи долларов, вероятно, привлечет к передовой разработке и не страдающих от безденежья частных покупателей. — Н.Я.

Дальнодействующий парашют

Как пишет английский информационный бюллетень Jane’s Defence Weekly, немецкие корпорации Elektroniksystem und Logistik и Draeger Aerospace, образовавшие консорциум SPELCO, заканчивают отработку безмоторной транспортной системы, предназначенной для авиадесантных войск. Она представляет собой комбинацию модульных крыльев из углеволокна и соединенного с ними высотного парашюта, который немецкие военные осваивают с 2003 года. Покинув самолет, десантник длительное время скользит на развернутых крыльях в нужном направлении, а затем раскрывает парашют и опускается на большом расстоянии от места выброса.

25 мая австрийский парашютист Феликc Баумгартнер (Felix Baumgartner) с помощью такого устройства пролетел над Ла-Маншем. Совершив над Дувром прыжок с самолета, летящего на десятикилометровой высоте, Баумгартнер приземлился за 35 км в Кале. Рекордное достижение немецких авиадесантников при прыжках без крыльев с помощью такого парашюта составляет около 40 км с грузом в 100 кг. Использование крыльев даст возможность пролетать до двухсот километров. В будущем фирма планирует разработать индивидуальные турбореактивные ранцевые двигатели, которые позволят десантникам преодолевать еще большие дистанции. — А.Л.

Глушилки в законе

Федеральное правительство Германии сообщило о подготовке нового закона, который разрешит применять системы глушения сотовой телефонии в тюрьмах и во время общественных мероприятий. Техническое блокирование мобильной связи для преступников, находящихся за решеткой, рассматривается как важный инструмент борьбы с терроризмом.

Телефонные глушилки, работающие на той же частоте, что и сети сотовой связи, давно известны как самое простое и доступное средство эффективной борьбы с навязчивой технологией коммуникаций — в театрах, на похоронах и в прочих ситуациях, когда звонки и громкая болтовня совершенно неуместны. Однако во многих странах, включая и Германию, подобного рода технологии подавления связи официально запрещены. Телефонные глушилки не только препятствуют оказанию услуг мобильных операторов, имеющих на это законную лицензию, но также мешают работе других служб в соседних частотных диапазонах.

Цель германского правительства, намеренного подкорректировать законодательство, — получить официальную поддержку для глушения запрещенных мобильных коммуникаций среди заключенных. Хорошо известно, что преступникам часто удается раздобыть сотовый телефон, несмотря на любые меры тюремной администрации (обычно это делается через подкупленную охрану). Например, в тюрьмах одного лишь Техаса за прошлый год у заключенных было изъято 135 мобильников, а за первые три месяца текущего года — уже 90. Причем, по признанию администрации, выявлять нелегальные мобильные телефоны становится все труднее.

Немецкие компании ИТ-индустрии, объединенные в промышленную группу Bitkom, категорически не согласны с планами федерального правительства. По мнению Bitkom, подобное решение проблемы слишком непрактично. Тюрьмы, а также крупные объекты вроде стадионов, где часто проводятся общественные мероприятия, занимают большую площадь. Для «выключения» всех телефонов на этой территории требуются довольно сильные глушилки. Но при такой мощности помех неизбежно будут заблокированы и телефонные разговоры на прилегающих территориях, не говоря уже о нестабильности соединений и падении качества связи в сетях.

Чем закончится этот конфликт интересов, пока сказать трудно. Например, в Австралии компетентный орган власти, Australian Communications and Media Authority (ACMA), только что отверг просьбу местного правительства об установке телефонных глушилок в тюрьмах строгого режима. По мнению ACMA, генераторы помех будут мешать нормальной работе устройств связи за пределами тюрем. В России же, где все знают, что «тут вам не Австралия», жители домов, находящихся вблизи московских тюрем, уже давно имеют серьезные проблемы с мобильной связью. — Б.К.

Бойцовский клуб 2.0

Вряд ли автор одноименного романа Чак Паланик и создатели кинобоевика по его мотивам представляли себе, во что выльется их фантазия. За семь лет, прошедших с премьеры, агрессивные герои, создавшие сеть клубов, где любой желающий может отвести душу в драке, давно перешагнули границы вымышленного мира. По крайней мере, в Соединенных Штатах поклонников «кулачного права» хоть отбавляй — подобные «клубы по интересам» множатся здесь как грибы.

Нехитрый антураж этих заведений, как правило, соответствует специфике занятий — обычно в качестве помещений для боев используются заброшенные подвалы. Наряду с поединками здесь практикуются и бои «стенка на стенку», при этом в качестве орудий, помимо кулаков, выступают палки. Никаких защитных жилетов не предусмотрено — разве что маска для лица. Кроме кулачных арен, предусмотрены также специальные «комнаты отдыха», где накопившуюся злость можно выместить на различных предметах, от мячей до тостеров.

Солидную часть клиентуры бойцовских клубов составляют белые воротнички, тон среди которых задают труженики высоких технологий. Так, ряды посетителей заведения, открывшегося в самом сердце Кремниевой Долины, в одном из подвалов на юге Сан-Франциско, практически полностью состоят из рыцарей мышей и клавиатур. Успешные в финансовом и карьерном плане разработчики и менеджеры проектов с наступлением ночи преображаются в мрачных громил, не упускающих случая расквасить нос коллегам по ремеслу. Что же влечет их в мрачные подземелья, где льется кровь и слышен хруст костей? По мнению социологов, главная цель подобных визитов — смена привычной обстановки и избавление от стрессов, вызванных повседневной офисной рутиной. «Днями напролет эти ребята пытаются выглядеть богами техники и хозяевами вселенной. При этом они прекрасно осознают свою внутреннюю пустоту и недостаток реальных ощущений», — замечает Майкл Киммель (Michael Kimmel), профессор социологии из Нью-Йоркского университета.

Стихийно возникающие «бойцовские клубы» давно стали головной болью для полиции. В подобные заведения стекаются не знающие удержу юнцы, в приступе агрессии часто наносящие своим противникам серьезные травмы. Не зевают и торговцы «паленой» видеопродукцией: пиратский рынок наводнен дисками с записью жестоких боев, идущими нарасхват у любителей hardcore-боевиков. Отслеживать «штаб-квартиры» драчунов непросто: к каждому подвалу полицейского не приставишь. Меж тем это поветрие на подъеме: забияки все чаще переселяются из виртуальных комнат в реальные подвалы. Не случится ли так, что скоро и у нас любители кровожадных «Думов» и «Квейков» сменят «писюки» на жерди? — Д.К.

СупОрбитальный компьютер

Своеобразная гонка вооружений, в которой состязаются цифродробительные устройства, набирает все большие обороты. Можно сказать, что плох тот суперкомпьютер, который еще до рождения не стремится оказаться в рейтинге Top 500. И вот новый виток: похоже, противостояние электронных мозгов входит в космическую фазу. До звездных «войн» еще далеко, но начало положено. Еще точнее: никакого начала пока не было, но оно уже анонсировано и хорошо пропиарено. Если все, о чем было сказано в Лос-Аламосской национальной лаборатории США, случится, то не за горами тот день, когда новый суперкомпьютер начнет щелкать свои задачи на околоземной орбите.

Казалось бы, вычислительная мощь в один тераопс будущей орбитальной системы могла потрясти умы в прошлом десятилетии, но никак не в нынешнем, однако есть важные сопутствующие обстоятельства. Такой не слишком быстрый по нынешним меркам суперкомпьютер будет весить меньше двадцати килограммов и потреблять ничтожные 80 Вт. Эти выдающиеся характеристики должны обеспечить новейший перепрограммируемый FPGA-чип Virtex-4 корпорации Xilinx, устойчивый к воздействию жестких космических излучений SPARC-процессор AT697 компании Atmel и халькогенидная память С-RAM, разработанная силами оборонного гиганта BAE Systems.

О последней — чуть подробнее. В основе работы энергонезависимой памяти С-RAM лежит контраст электрических свойств халькогенидов (обычно используется Ge2Sb2Te5) в разных фазовых состояниях — кристаллический материал проводит ток на три порядка лучше аморфного. Переключение между состояниями (запись информации) достигается за счет пропускания через халькогенид тока, достаточного для нагрева вещества выше температуры кристаллизации. Среди преимуществ С-RAM, помимо радиационной устойчивости, фигурируют другие важные для космических условий характеристики: экономичность, высокая производительность и надежность длительного хранения данных.

Чем же займет себя уникальная машина и что за данные станет обрабатывать? Разумеется, применение такой технологии не могло обойтись без Министерства обороны США, и новый компьютер, в частности, сможет эффективно распознавать на поверхности Земли ядерные взрывы, тем самым отслеживая активность потенциального противника. Впрочем, подобные космические числодробилки, запущенные вслед за первопроходцем, должны пригодиться также индустрии связи и другим мирным отраслям. Их мощности планируется сдавать в аренду коммерческим организациям так же, как сейчас продается время наземных вычислителей.

Если эскалации гонки вычислений в космос и впрямь не удастся избежать, то ответный «удар», возможно, следует ждать от японцев. Безусловно, нам не менее интересно знать, сумеет ли Россия ввернуть свое словечко в этот спор. Кто знает, кто знает… — А.Б.

Конфетка из вакуума

Журнал Physical Review Letters опубликовал схему эксперимента, который мог бы подтвердить реальность давно предсказанного физического явления, известного как динамический эффект Казимира. Согласно квантовой электродинамике, в вакууме постоянно возникают и исчезают различные виртуальные частицы. Выполненные около сорока лет назад расчеты показывают, что вакуум также способен рождать и реальные фотоны внутри полости, если она меняет свои размеры или оптические свойства (такая полость называется нестационарной). Причем фотоны генерируются тем интенсивнее, чем быстрее изменяются физические параметры полости.

В научной литературе уже не раз обсуждались различные способы проверки этой теории. Итальянский физик Роберто Онофрио (Roberto Onofrio) и его американские коллеги Джеймс Браунелл (James Brownell) и Ву-Юн Ким (Woo-Joong Kim) предложили реализовать нестационарную полость в виде «стакана» с проводящими стенками, накрытого быстро осциллирующей мембраной. Сейчас созданы устройства на основе нитрида алюминия, способные вибрировать с частотой 3 ГГц. Колебания такой мембраны должны приводить к возникновению фотонов с частотой 1,5 ГГц, что соответствует длине волны 20 см (микроволновой диапазон). Поскольку плотность этих квантов будет мизерной, их не удастся зарегистрировать без многократного усиления. Для этого Онофрио и его коллеги предлагают использовать атомы натрия, которые обладают энергетическими уровнями, отстоящими друг от друга как раз на требуемый промежуток.

Идея эксперимента состоит в том, чтобы заключить внутри полости облако сверхохлажденных атомов натрия, находящихся в состоянии квантового конденсата Бозе-Эйнштейна, и с помощью оптической накачки перевести их на верхний энергетический уровень. Рождающиеся из вакуума фотоны вызовут вынужденное резонансное излучение конденсата на той же частоте, причем число вторичных фотонов превысит число затравочных на шесть порядков. Хотя и этот усиленный сигнал окажется чрезвычайно слабым, его уже можно попытаться зарегистрировать современными радиотехническими средствами. — А.Л.

Если у вас нет вулкана…

Может ли сегодня энтузиаст-любитель внести заметный вклад в науку? Как ему конкурировать с профессионалами, которые много лет потратили только на обучение своей узкой специальности? И где взять экспериментальное оборудование, которое обычно стоит миллионы долларов?

Оказывается, может. Это недавно доказал фанатично преданный астрономии любитель Поль Хауэлл (Paul Howell), открывший планету за пределами солнечной системы. Впрочем, в распоряжении у Поля был гавайский вулкан Халеакала, шестьдесят тысяч долларов, девять ученых помощников и масса свободного времени.

Деньги Хауэлл потратил на покупку дорогих 200-миллиметровых объективов и фотоаппаратов, из которых вместе с тремя единомышленниками собрал маленький телескоп, нареченный именем XO. Аппарат получился похожим на большой бинокль. Долгих три года с вершины вулкана Поль наблюдал за звездами, разыскивая среди них те, которые слегка изменяют яркость. Эти колебания могут говорить о том, что вокруг звезды вращается планета, которая периодически частично заслоняет звезду от наблюдателя. Результаты своих наблюдений астрономы-любители отправляли команде из девяти профессионалов, координируемых Институтом космических телескопов в Балтиморе. Ученые проверяли подозрительные звезды уже с помощью настоящих телескопов, отбирали из сотен десятки и сообщали о них любителям, чтобы те продолжили более подробные наблюдения за этими звездами. Новые данные вновь посылались ученым.

Спустя три года напряженной и увлекательной работы объединенной команде профессионалов и любителей, наконец, повезло. Ученые убедились, что вокруг расположенной на расстоянии в триста световых лет звезды вращается планета, по размерам лишь чуть меньше Юпитера. Однако она гораздо ближе к своей звезде, чем наш Меркурий, значительно горячее и вращается очень быстро, делая полный оборот всего за четыре дня. Планету назвали XO-1b.

Разумеется, открытие новой планеты обошлось гораздо дороже шестидесяти тысяч долларов. Только на программное обеспечение в рамках этого проекта было потрачено в несколько раз больше. Впрочем, NASA уже согласилось продолжить финансирование исследований еще на три года, а за это время набравшаяся опыта команда обещает отыскать еще шесть новых планет. — Г.А.

Атас!

В «КТ» #638 сообщалось, что скворцы могут оценивать порядок «слов» в «предложении» (отдельных звуковых сигналов в их последовательности), в отличие, например, от обезьян. Прошло совсем немного времени, и шотландские исследователи установили, что и обезьяны способны строить некое подобие семантических конструкций.

Как известно, звуковая сигнализация многих африканских мартышек включает элементы классификации опасностей. Так, некоторые виды имеют различные сигналы для опасностей класса «орел» (угроза сверху), «леопард» (хищник где-то рядом в укрытии) и «змея» (что-то пугающее на земле под ногами). Большие белоносые мартышки (Cercopithecus nictitans) обходятся только двумя первыми из названных трех сигналов, зато могут составлять из них «фразу», отличающуюся по значению от суммы двух элементов. Комбинация из несколько раз повторенных звуков «леопард» и «орел» может произноситься вожаком как при виде хищника, так и в его отсутствие. В обоих случаях реакция на нее одна и та же: перемещение стаи. Можно предположить, что поначалу уход в сторону применялся для уменьшения вероятности нападения хищника и в силу этого оказался связан с сигналами опасности.

Между прочим, настоящая речь появляется именно тогда, когда новый стимул связывается не с новым сигналом, а с комбинацией и переосмыслением старых. — Д.Ш.

Новости подготовили

Галактион Андреев [[email protected]]

Тимофей Бахвалов [[email protected]]

Сергей Борисов [[email protected]]

Артем Захаров [[email protected]]

Бёрд Киви [[email protected]]

Денис Коновальчик [[email protected]]

Дмитрий Шабанов [[email protected]]

Виктор Шепелев [[email protected]]

 

НОВОСТИ: Микрофишки

Микрософтовскую линейку «своих форматов для всего» вскоре пополнит Windows Media Photo. Та же команда разработчиков, которая сделала «убийцу MPEG» — Windows Media Video, «убийцу MP3» — Windows Media Audio (впрочем, оба «убитых» чувствуют себя неплохо), на сей раз обещает «убийцу JPEG». На конференции WinHEC были продемонстрированы убедительные примеры преимущества нового формата — фотографии, сжатые до 1:24 и выглядящие гораздо лучше, чем JPEG при соответствующей компрессии. Новый формат будет доступен как под Vista, так и под XP; а вот какие устройства станут его поддерживать и сколько это будет стоить производителям — пока неясно. — В.Ш.

Более 88% японцев считают, что цена PlayStation 3 слишком высока. По этой причине 69% опрошенных, весьма вероятно, предпочтут консоли от Sony новинку Wii от Nintendo, которая будет стоить меньше 250 долларов. Кстати, официальная цена на старшую модель PS3 в Японии в отличие от Европы и США остается открытой, то есть может быть и выше 600 долларов/евро. Глава Sony Computer Entertainment Кен Кутараги (на фото) попытался оправдаться перед потребителями и напомнил, что PS3 не просто игрушка, а «домашний развлекательный суперкомпьютер». — Т.Б.

Всего пара месяцев прошла с момента раскрытия тайны Origami, а Microsoft уже намекает на Vistagami. Из названия (которое, конечно, вряд ли сохранится в столь неудобоваримом виде) можно догадаться, что речь идет все о той же концепции UMPC, только под соусом Vista. В корпорации надеются, что, готовясь ко второй попытке покорения рынка, производителям удастся сбить цену устройств, которая оказалась значительно выше, нежели предполагалось перед запуском первой волны UMPC. — А.З.

Для пользователей, не признающих компромиссов, Microsoft пообещала выпустить «запредельную» редакцию пакета Office 2007. Состав Office Ultimate аналогичен корпоративной версии и помимо стандартных приложений будет включать ПО Publisher, OneNote, Access, InfoPath и средства обеспечения совместной работы Groove. Видимо, «реальным пацанам», обзаведшимся Vista Ultimate, будет несолидно использовать Office «меньшей крутизны». — А.З.

На девятом году жизни у Google появился руководитель по визуальному дизайну (Visual Design Lead). Им стал Дуглас Бауман (Douglas Bowman), уже полгода являющийся наемным работником компании (ему мы обязаны дизайном Google Calendar). Кто и под чьим началом занимался внешним видом Google до того — непонятно. — В.Ш.

Seagate, завершившая поглощение Maxtor, намерена сократить половину работников (около шести тысяч человек) бывшего конкурента. Увольнения коснутся в основном европейских и американских сотрудников, дешевые азиатские рабочие руки по-прежнему в цене. — Т.Б.

NBC явно не чужды новые веяния — телекомпания решила организовать торговлю новостными передачами собственного производства посредством iTunes. Кроме того, эксклюзивно для мобильных зрителей планируется выпустить цикл программ «Time Capsule» о жизни людей, оставивших след в новейшей истории. Цена видеоконтента, адаптированного для экранов карманных устройств, составит около двух долларов за программу. Напомним, что iTunes уже распространяет несколько популярных сериалов и телешоу от Fox Entertainment, ABC и все той же NBC. — А.З.

Вопрос о том, «журналист ли блоггер?», наконец-то разрешен: таки да, журналист! — фирма Apple окончательно проиграла дело против блоггеров сайтов AppleInsider.com и PowerPage.org. Напомним, что упомянутые сайты публиковали информацию о продуктах и инициативах Apple, полученную от инсайдеров компании («КТ» #583), а недовольные «яблочники» пытались добиться раскрытия имен «предателей» через суд. Вопрос упирался в отсутствие официального статуса блоггера: если считать его журналистом, то он имеет законное право не раскрывать своих информаторов. Год назад нижняя инстанция решила было дело в пользу Apple, но апелляционный суд Калифорнии 26 мая аннулировал это решение. — В.Ш.

В 2007 году компания Ubisoft планирует выпустить игру по мотивам культового телесериала «Lost» (в российском прокате — «Затерянные»), получившего несколько наград «Эмми» и показанного уже в 210 странах мира. Игра выйдет на всех консолях, а также на портативных игровых системах от Nintendo и Sony. — Т.Б.

23 июня Nintendo начнет продавать в Европе свой игровой «потаскунчик» DS Lite. Стоить тонкая версия DS будет 100 евро. — Т.Б.

 

НОВОСТИ: Компрессор на змеином масле

Автор: Киви Берд

С подачи криптографов в сферу инфотехнологий в свое время был запущен удачный и емкий «спецтермин» Snake Oil, то есть «змеиное масло». Согласно преданию, название пошло от странствовавших когда-то по городам и селам жуликов-торговцев, промышлявших продажей «эликсира на змеином масле» — чудо-лекарства от всех болезней, от скарлатины до геморроя. В эпоху Интернета и бума доткомов этот же термин, но теперь как Snake Oil Crypto, стали использовать для обозначения то и дело появляющихся на рынке шифрсредств, преподносящихся их создателями как «грандиозная революция в криптографии». На поверку же все оказывалось очередным мыльным пузырем, блефом или в лучшем случае посредственным продуктом в ярко размалеванной маркетинговой упаковке.

Похожий процесс наблюдается и в области архивации данных, что вполне естественно, ибо шифрование и сжатие информации являются тесно соприкасающимися областями общей теории кодирования. Как и в криптографии, здесь тоже продолжает жить вера в новые, доселе неоткрытые алгоритмы потрясающей эффективности, а потому то и дело раздаются громкие заявления о создании «революционной технологии сжатия», чуть позже оказывающейся очередным «компрессором на змеином масле». Одна из таких историй произошла совсем недавно, и коль скоро заметную роль здесь играют наши соотечественники (бывшие и нынешние), имеет смысл рассказать о ней поподробнее.

В апреле неизвестная прежде израильская фирма запустила в Интернете шумную пиар-кампанию по раскрутке своего супер-пупер-мегаархиватора под названием Infima Ultimate archiver. Продукт сей, согласно рекламным анонсам, творил чудеса, сжимая без потерь данные любого типа и кладя конкурентов на обе лопатки. Вот лишь некоторые из показателей сжатия чудо-архиватора: MP3 — 56%, BMP — 96%, JPG — 32%, DOC — 96%, PDF — 50%. Представитель фирмы Infima, «технический директор Нир Халовани» (Nir Halowani), охотно общался с народом на сетевых форумах, посвященных компрессии данных, и приглашал всех желающих проверить продукт в деле. Многие, естественно, заинтересовались, а скачав программу, с удивлением обнаружили, что она действительно жмет, причем жмет хорошо… На какой-то миг даже померещилось нечто действительно похожее на революцию.

Увы, чуда опять не произошло и три дня спустя обнаружилась грандиозная афера. По свидетельству знающих людей, жульничества подобного масштаба в области архивации данных еще не случалось. Когда код программы поковыряли специалисты, обнаружилось, что «выстроенный с нуля» новаторский Infima Ultimate Archiver — это всего лишь объединение уже известных, действительно мощных специализированных архиваторов, разработанных другими людьми. Все чужие программы старательно зашифрованы и упрятаны под единый графический интерфейс, дабы выглядеть оригинальным новым продуктом, «проходящим патентное оформление». Так как использованные в Infima алгоритмы защищены либо копирайтом, либо лицензией GPL, можно сказать, что налицо «воровство в квадрате», когда украдено и присвоено даже то, что свободно доступно всем. Более того, помимо архиваторов в программу вставлены еще и чужие кодеки, поскольку для достижения большей степени сжатия медиафайлы перекодируются в низкий битрейт (ясное дело, с потерями), а потом выдаются за чудо-архивацию «без потерь».

Когда вся эта срамота открылась, Нир Халовани тут же исчез из англоязычных форумов, а вскоре в русскоязычной части Интернета появился некий «Илья», ненавязчиво рекомендующий «новый архиватор Infima», якобы случайно обнаруженный им на просторах Сети. Народ у нас тертый, неискренность чует за версту, поэтому на форуме сайта Compression.ru решили «пощупать» этого товарища и проанализировать лог-файлы сервера. Тут же выяснилось, что Илья и «технический директор» Nir Halowani используют один IP-адрес и одинаковую версию браузера с довольно редкими расширениями. Иначе говоря — картина ясная.

Как с юмором заключил раскопавший всю эту историю Дмитрий Ватолин, видный российский специалист по сжатию данных с ВМК МГУ и администратор сайта Compression.ru, техническое образование в нашей стране дается все-таки основательное, «ибо для того, чтобы это все собрать в единую оболочку, действительно хорошее знание предмета требуется». Единственное, что так и осталось непонятным, это почему аферист рассчитывал остаться неразоблаченным.

 

НОВОСТИ: Кто в хайтеке всех вреднее?

Автор: Денис Коновальчик

Недавно свой ответ на этот вопрос опубликовали сотрудники журнала PC World, из-под пера которых вышел рейтинг 25 худших IT-продуктов последней четверти века. Из всех возможных критериев отбора лауреатов составители выбрали точку зрения пользователя: в их рейтинг вошли лишь те из плодов высоких технологий, которые на крыльях пиара разлетелись по свету, после чего в лучшем случае тихо сдулись как шарики, а в худшем — больно ударили своих владельцев по карману.

Вряд ли стоит удивляться, что при таком подходе самый значительный вклад в список внесли корифеи IT. Сразу три места из первой десятки принадлежат Microsoft. В ряду редмондских поделок — «самая дырявая софтина всех времен и народов» браузер IE 6 (8-е место), а также программа MS Bob (7-е место) — прообраз «социального интерфейса» для Windows 3.1, на поверку оказавшийся виртуальной комнатой, населенной не слишком смышлеными собеседниками (именно отсюда ведет свою родословную дружная семейка офисных «подсказчиков» во главе с назойливым «Скрепышом»). Почетного звания «Проблема-2000» журналисты удостоили чуть-чуть не дотянувшую до тройки призеров операционку Windows ME, выпущенную в конце прошлого века. Не зря шутники расшифровывали ее имя как «Mistake Edition»: зарытых в ней глюков было чересчур много даже по меркам Microsoft. В ряду крупнейших фич этой версии ОС объявлялась способность восстанавливаться после сбоя. В аккуратности ей и правда не откажешь: после починки системных экзешников в них благополучно оживали даже… ранее внедрившиеся вирусы.

Вопреки расхожему мнению о том, что первенство по ваянию «IT-странностей» прочно удерживает компания Apple, в Top-20 пробились всего две «яблочные» разработки. На 22-м месте обосновалась вышедшая десять лет назад 600-долларовая игровая приставка Pippin на слабеньком процессоре PowerPC (ввиду привязки к платформе Mac OS игры для нее можно было пересчитать по пальцам), а 17-е место занял увесистый плод урожая 1989 года — семикилограммовый лэптоп Macintosh Portable (на фото) ценой в 6500 «зеленых». Два места на счету компании IBM: на 18-й строчке притулился коварнейший в истории винчестер — 75-гигабайтный Deskstar, прозванный пользователями «Deathstar» из-за своей склонности к внезапной кончине, а на 13-й — «юниорская» персоналка IBM PCjr 1984 года (стремление удешевить эту модель сказалось даже на клавиатуре, лишенной ряда полезных клавиш и крайне неудобной для набора текста). На фронте борьбы с подрастающим поколением засветилась и компания Disney, под рождество 1994 года успешно примерившая костюм сказочного злодея Гринча. После установки на «писюки» игры Lion King (6-е место), найденной под рождественской елкой, вместо львиной мордашки на мониторах нередко возникал синий экран смерти. Дело в том, что эта игра использовала новый графический движок WinG, чьи отношения со многими видеокартами тогда оставляли желать много лучшего.

Почетное третье место в списке «IT-злодеев» заняла программа SoftRAM от компании Syncronys. Софтина, вышедшая в свет сразу после дебюта прожорливой 95-й «Винды», обещала вдвое увеличить объем имеющейся на «тачанке» оперативной памяти. В златые горы поверило аж 700 тысяч пользователей, выложивших за новинку по 30 долларов. Как и следовало ожидать, обещанного удвоения ОЗУ не произошло: все, что умела программа, — это увеличивать кэш на винчестере, с чем опытный «виндузятник» и без нее справился бы за минуту. Впрочем, прибыли своим создателям злосчастная программа так и не принесла: все пошло на выплаты по судебному иску, предъявленному рассерженными пользователями. «Серебро» — у беспардонной софтины RealPlayer, созданной компанией RealNetworks в 1999 году. Будучи установленной на компьютер, она сразу прописывалась в реестре как плейер по умолчанию и тут же начинала бомбардировать пользователя мириадами всплывающих окон. Помимо функций рекламного агента, в свободное время программка успешно занималась шпионажем: во время установки она присваивала новому хозяину уникальный идентификатор и с тех пор деловито сообщала своим создателям о каждом загруженном им файле.

И наконец — о победителе. Самым страшным «IT-зверем», по версии заокеанских журналистов, стал бич интернетчиков Америки — провайдер AOL, ведущий свою родословную аж с 1989 года. Основным козырем в рукаве крупнейшего в мире ISP стал агрессивный промоушн: редкий номер глянцевых компьютерных журналов в Соединенных Штатах в 90-е годы приходил к подписчикам без рекламного «аоловского» CD. Уделом многих клюнувших на рекламу клиентов (в лучшие времена их число достигало 34 миллионов) были постоянно занятые телефоны дайлапа, рвущаяся связь и никудышный сервис. Между тем вырваться из цепких лап интернет-гиганта оказалось не так-то просто: согласно одному из пунктов пользовательского соглашения, администрация компании имела право затребовать с клиента неустойку, если он перешел под крылышко к одному из ее конкурентов. «Вот тебе, бабушка, и AOL’ов день!» — забеспокоились юристы нескольких штатов, вчинив иск зарвавшемуся провайдеру. Впрочем, успеха на этом поприще добился пока лишь Нью-Йорк — в остальных штатах «крепостное интернет-право» не отменено до сих пор.

Какие перемены сулят нам следующие выпуски «антирейтингов», сказать трудно. Так что готовьтесь: читая об очередной новинке, только что выкатившейся из хайтек-гаража, не забывайте вслушиваться в исходящие из ее недр странные звуки, заглушаемые барабанной дробью пиарщиков.

 

НОВОСТИ: Подумать только…

Авторы: Денис Коновальчик, Сергей Борисов

Похоже, мы живем в эпоху великих «географических» открытий. Благодаря замечательному методу магнитно-резонансной томографии, на функциональной карте мозга остается все меньше белых пятен. Тернист путь смельчаков, решившихся на контакт с электронным разумом: одним для достижения цели приходится учить мудреные языки программирования, другим же — буквально не щадя живота своего, вживлять под кожу хитроумные чипы. Но не исключено, что скоро повелевать роботами можно будет куда более простым путем, а именно — шевеля мозговой извилиной.

Ныне телепатическими технологиями управления засучив рукава занимаются сотрудники компании Honda, подарившие миру гуманоида Asimo. Совместно с группой нейрологов из японского исследовательского института ATR они основали проект Brain Machine Interface (BMI), призванный совершить настоящую революцию в отношениях человека и машины. Аналогичными разработками занимаются многие научные центры, но большинство из них действуют по старинке — вживляя электроды в мозг или располагая датчики на поверхности головы в попытках расшифровать какофонию мириадов нервных импульсов, бегущих под черепной коробкой.

Согласно же убеждениям японцев, для мысленной власти над роботами их повелителю из плоти и крови достаточно томографа, безболезненно заглядывающего в самую глубину мозга. Аппарат строит динамическое изображение содержимого черепушки с разрешением до двух десятков тысяч вокселов (объемных пикселов), чутко реагируя на изменение кровоснабжения, непременно сопровождающее перепады функциональной активности участков мозга. Таким образом, человеку не нужно проходить специального курса обучения, ведь фактически в роли команд выступает повседневная мозговая активность. Ее параметры расшифровываются в реальном времени компьютерной программой и преобразуются в сигналы, доступные пониманию электронного слуги.

В основу исследований легла прошлогодняя статья ведущего нейролога ATR Юкиясу Камитани (Yukiyasu Kamitani) в авторитетном журнале Nature Neuro— science. В ней автор поведал миру о любопытной работе, в ходе которой ему удалось заставить конечность робота копировать движения человеческой руки. Анализируемым параметром выступала динамика мозгового кровотока, а результатом — три простых движения пальцами, использующиеся в игре «камень-ножницы-бумага». При семисекундной задержке, вызванной вычислениями, точность определения движений составила 85%. Статья вызвала настоящую бурю в медицинском мире, а ее автор вместе со своим соратником — доктором Фрэнком Тонгом (Frank Tong) из университета Вандербильта — удостоился в прошлом году высокой чести попасть в список пятидесяти влиятельнейших мировых исследователей по версии журнала Scientific American.

Способность роботов к трактовке мыслей, убежден японец, отнюдь не ограничивается простенькими играми: в скором будущем они научатся распознавать сигналы, связанные с куда более продолжительными и сложными движениями. Умение томографа «залезать в душу» испытуемым может позволить также различать психологические нюансы. Так, в Университете Карнеги Меллона обрабатывающая результаты томографии компьютерная программа распознает, что читает подопытный — списки зданий или инструментов, глаголы или существительные… А исследователи из Гарвардского и Абердинского университетов воочию наблюдают такие идеальные явления, как «приязнь» и «неприязнь», фиксируя соответственно повышенную активность вентральных либо дорзальных отделов медиальной префронтальной коры, расположенной в лобных долях. Так что робот потенциально способен не только воспроизвести телодвижения хозяина, но и придать им должную смысловую и эмоциональную окраску.

Особую пользу от разработанной технологии в перспективе получат люди с серьезными повреждениями позвоночника. Подключившись к системе «чтения мыслей», управляющей роботизированными протезами, они в кои-то веки смогут самостоятельно двигать конечностями. Не останутся внакладе и автомобильные фаны: вооруженные системой чтения мыслей «тачки» в прямом смысле станут частью их тел. Вот только бы не забыть заблокировать любимую «Хонду», дабы она не читала мысли крутящихся поблизости угонщиков…

Впрочем, над техникой еще надо работать и работать. Современные томографы с охлаждаемыми почти до абсолютного нуля мощными сверхпроводящими магнитами сами представляют собой устройства размером с автомобиль — под шляпой не спрячешь. Однако Игорю Савукову и Майклу Ромалису (Igor Savukov, Michael Romalis) из Принстонского университета проблема не кажется безнадежной. Они стараются пристроить к делу атомный магнетометр на основе находящихся в газообразной среде гелия горячих паров калия, показания прибора считываются с помощью лазера. Чувствительность датчика дает шанс отказаться от сверхсильных полей и громоздкой крионики. «Потребуется уйма работы, но почему бы и нет», — говорит Савуков об идее переносного, вроде видеокамеры, томографа. Наряду с размерами и стоимость такого устройства может упасть от типичного сейчас миллиона до десятков тысяч долларов.

 

НОВОСТИ: Второй пошел?

Автор: Виктор Шепелев

24 мая, с горем пополам, стартовал главный этап второго конкурса для студентов-программистов Google Summer of Code (см. «КТ» #637) — собственно реализация проектов.

А «горя» было немало. Начать с того, что «старт» (то есть публикацию списка проектов, выбранных для «Кодового лета») назначили на 23 мая. Целый день 6400 студентов и 101 опенсорсная организация ждали решения «Поисковика №1» — и ничего. Утром 24-го на веб-страничке code.google.com/soc все еще висела старая заставка, однако письма участникам все же были отправлены. Здесь, правда, организаторы поспешили — 1800 студентов получили ошибочные уведомления о том, что их проект выбран. Весь день 24 мая ньюс-группа Summer Of Code пестрела извинениями и инструкциями на тему «если вам пришло одно письмо с сообщением, что вы избраны, — а потом второе, что нет, то верить надо второму»; а равно и упреками «обманутых вкладчиков».

Тем не менее начали. В этом году для получения 4500 долларов за интересное времяпровождение было отобрано 630 проектов против прошлогодних 410. Немного, если учесть, что количество «отметившихся» организаций выросло в 2,5 раза (101 против 40). Солидный прирост желающих заполучить «студентов на халяву» неудивителен после победных реляций SoC 2005: более 84% проектов было завершено успешно и в срок, организации-менторы получили полезный код, а студенты-участники — полезные деньги. Менее афишируется, что по прошествии полугода с первого «кодового лета» ситуация выглядит не так радужно: всего около 30% студентов продолжили развитие своих проектов, а большинство предпочло «свалить с деньгами». В общем, это понятно (на голом энтузиазме, не подкрепленном гугловскими деньгами, не каждый продержится), однако достойно сожаления — ведь код, оставшийся без «хозяина», во многих случаях становится «мертвым грузом»: даже если его не выкидывают из проекта, то развивать задел все равно некому.

И тем не менее интересно проанализировать расклад сегодняшнего лета — ведь в нем отметились многие «общественно-значимые» проекты; и по тому, какие идеи были для них предложены и выбраны, можно оценить не только близкое будущее, но и настоящее (по принципу «так вот чего здесь не хватало»). Напомним схему выбора концепций для реализации: организация-ментор кратко описывает, какие идеи им интересны; студенты присылают подробные описания того, что они готовы сделать и как; организации сортируют предложения студентов в порядке привлекательности для себя; а гугловские специалисты составляют финальный список «принятых» предложений (чем они руководствуются — тайна сия велика есть).

По спискам идей, принятых для различных вариантов *nix, можно неплохо представить ориентацию этих операционных систем: BSD-клоны, традиционно «серьезно-серверно-сетевые», сосредотачивают усилия на воплощении сетевых функций и улучшении файловых систем, а также расширении количества железяк, на которых FreeBSD/NetBSD портированы[К слову сказать, на страничке FreeBSD очень странно смотрится задача «исправить уязвимости IPv6», отданная на откуп студенту-энтузиасту]. У Gentoo-дистрибутива Linux с репутацией «максимально настраиваемого» бо’льшая часть задач — менеджеры, настройщики и конфигураторы; у «самого человечного» Ubuntu — задачи интерфейсные, вроде «экранной лупы» или «экранной клавиатуры специально для TabletPC». Такое же «разделение обязанностей по предназначению» и у оконных менеджеров: KDE развивает множество своих «финтифлюшек» — PIM, фотоальбом, KOffice, редактор формул; более «стройный и системный» Gnome сосредотачивается на сетевой функциональности и внутренних библиотеках (хотя и здесь упомянуты различные дополнительные приложения).

Впрочем, отдельные программы по масштабам участия догоняют операционные системы: монструозный OpenOffice.org 2.0 намерен за «гугловское лето» радикально улучшить интеграцию с Mac OS X; Gaim, который «всего-навсего интернет-пейджер», заграбастал аж девять студентов (больше, чем некоторые из линуксов)[У Gaim’а наиболее положительный прошлогодний опыт — из десяти студентов, выбранных прошлым летом, все десять до сих пор работают в команде]; еще тринадцать взяли «на двоих» графические редакторы GIMP и Inkscape.

Шумиха последнего года вокруг различных версий Web не прошла даром: одна только Apache Foundation «подняла» 27 проектов. Справедливости ради заметим, что они относятся не только к одноименному веб-серверу, но все же бо’льшая часть — это реализация фич, связанных с новомодным AJAX и сходными технологиями. Wikimedia Foundation, «хозяин» Wikipedia, из сотни предложенных проектов выбрал всего два; правда, один из них скромно называется Video for Wikipedia и подразумевает «отображение видео со страниц Википедии в браузере, не требующее установки плагинов» (!). Отметились и другие вики-движки, CMS и библиотеки для создания AJAX-эффектов; в списке организаций-участников фигурирует даже LiveJournal; правда, он почему-то не выбрал ни одного проекта.

Сюда же, в категорию «скоростного веборазвития», стоит записать и четыре основных языка веб-разработки (Perl, PHP, Python и Ruby, обязанный своей резко возросшей популярности библиотеке RubyOnRails). Из них Perl’овцы активно занялись подготовкой Perl6, который чуть ли не пять лет пребывал в состоянии «скоро будет спецификация», а за последний год практически завершен благодаря усилиям удивительного человека Одри (Атриус) Танг[Долго рассказывать, чем он(а) удивителен(льна). Интересующихся отсылаю к Google]. PHP и Ruby ничего интересного не обещают; зато Python, с его выигрышной комбинацией высокой выразительности и относительно неплохой скорости, похоже, развивается во всех направлениях сразу: среди его 25 (!) проектов — и веб с AJAX’ом, и развитие популярных игровых библиотек, и 3D-графика, и сложные научные вычисления, и радикальные улучшения самого языка[Python Foundation, видимо, удовлетворился результатами прошлого года — несмотря на то что в полном объеме была реализована лишь треть идей, а часть студентов и вовсе исчезла еще до конца лета]. Энтузиастам Ruby, который пока выигрывает в выразительности языка, но радикально проигрывает в скорости и количестве библиотек, сейчас должно быть не слишком весело; тем более что Django, прямой конкурент RubyOnRails, но написанный на Python, тоже участвует в SoC (в отличие от самих «Рельсов»).

Кроме четырех упомянутых «столпов», в рамках Summer of Code ведутся работы над языками Haskell и Lisp, а также десятками других утилит для разработчиков (библиотеки, компиляторы, среды разработки, средства контроля версий). Эти проекты не вызывают никаких опасений за свою судьбу: большинство студентов, взявшихся за развитие утилит для разработчиков, делают это в первую очередь «для себя».

Из оставшихся проектов выделим несколько динамично развивающихся 3D-движков (OGRE, Project Looking Glass); ряд задач под эгидой NASA (Free Earth, Mars Space Flight Facility); Internet Archive с его «машиной времени», стремящийся еще улучшить свой и без того ни с чем не сравнимый сервис; а также постепенно «выползающий из тумана» мегапроект Internet 2. Google не забыл и о себе: в его активе удивительная задумка «Игры для счастья» («веб-игра, в которой широкая аудитория учится быть счастливой»), задача с зубодробительным названием, касающаяся машинного перевода, и пара чисто технических проектов.

В общем, поезд пошел. Следующая остановка — 26 июня, «Оценка середины работы».

 

АНАЛИЗЫ: Краткий путеводитель по зоопарку публичных лицензий

Автор: Федор Зуев

Успех проекта GNU и широкое распространение генеральной публичной лицензии (GPL) GNU, ставшей его символом, породил множество подражаний. Движение свободного софта стало предметом пристального интереса широкой публики и государства, бизнеса и академических исследователей.

Идея дозированной передачи авторских (а в последнее время — и патентных) прав как орудия социальных преобразований сверхпритягательна для многих социально-ориентированных компьютерщиков и компьютерно-ориентированных юристов. Поэтому с середины-конца 1990-х различные типовые публичные лицензии стали расти как грибы после дождя. Может даже показаться, что их число скоро превысит число самих лицензируемых программ. В то же время стороннему наблюдателю лицензионная механика зачастую непонятна. Что такое публичные лицензии? Почему их так много? Почему программисты придают различиям в лицензиях такое большое значение?

Позвольте предложить вам краткую экскурсию по зоопарку публичных лицензий.

Отступление: Публичные лицензии и EULAs

Часто спрашивают, да еще с эдакой ехидцей, в чем разница между публичными лицензиями и так называемыми «Лицензионными соглашениями конечного пользователя» (по-английски сокращенно EULA — текстами, выводимыми при инсталляции проприетарных программ и снабженными внизу кнопочкой «Я тебя уважаю!», которую нужно нажать, чтобы продолжить инсталляцию)? Следует честно ответить: кроме сходства в названиях между ними нет ничего общего.

Публичные софтверные лицензии появились в 1980-х годах, после введения в США копирайта на программы. Они формулируют общие условия, на которых автор передает публике право на распространение кода. Без публичных лицензий мы должны были бы, по букве закона о копирайте, каждый раз испрашивать особое разрешение у автора на копирование файла на другой носитель, на продажу диска с программой, на перевод сообщений и даже на исправление ошибки. Запуск программы не требует особого разрешения (как и, скажем, чтение книги), и публичные лицензии обычно тоже его не касаются. Впрочем, с распространением в некоторых странах софтверных патентов, претендующих на контроль именно работы программ, новейшие публичные лицензии стали затрагивать и этот вопрос.

EULA исторически происходят от договоров о сохранении коммерческой тайны, которые в 1960—70-е годы заставляли подписывать своих клиентов продавцы программ. В те времена это имело определенный смысл, поскольку компьютеров было мало и каждая продажа была Действом, совершавшимся с глазу на глаз. В наше время, когда программами торгуют в розницу, говорить о какой-то тайне уже не приходится. Сейчас основным содержанием EULA являются разного рода дисклаймеры — заявления об отказе от ответственности за результаты работы программы, предупреждения о возможных ошибках и т. д. Смысл их не в передаче пользователю прав, а, напротив, в ограждении разработчика от претензий пользователя. Для того и требуется нажатие на кнопочку — как доказательство того, что пользователь EULA читал. Зачастую в EULA также включают несколько внушительно звучащих фраз про авторские права (как правило, неточных или даже вовсе ошибочных).

Анархист на государевой службе: BSD

Самая простая и исторически первая из ныне используемых свободных лицензий — лицензия операционной системы BSD — появилась в начале 1980-х. Она коротка и проста. Лицензия предоставляет полную свободу распространения кода, на любых условиях, с исходными текстами или без них, и заботится только об охране честного имени организации-автора (Калифорнийский университет). Конкретно: требуется, чтобы 1) при распространении исходных текстов сохранялся текст лицензии вместе с именем автора, 2) при распространении двоичных кодов лицензия и имя помещались в документацию и 3) имя автора не должно упоминаться всуе, то есть в рекламе продуктов, основанных (derived) на данном исходном коде. Был еще четвертый пункт — о демонстрации рекламной фразы со ссылкой на первоначальных разработчиков при любом упоминании продукта, использующего программу, но в 1999 году по многочисленным просьбам  он был убран — сложным системам, использующим код многих программ, приходилось прокручивать порой до десятка страниц рекламы.

Аналогичные условия содержит лицензия другого классического проекта — X Window, называемая обычно MIT/X-лицензией. Лицензии такого типа называют пермиссивными, всеразрешающими. Их главной особенностью является то, что они позволяют как лицензировать исходные тексты под любой другой лицензией, так и вовсе их придержать.

Изначально эти лицензии не несли какого-либо этического или идейного содержания — никому просто не приходило в голову, что лицензия может быть предметом этики или философии. Однако после распространения GPL вокруг BSD образовался слой приверженцев, находящих в пермиссивных лицензиях этический смысл, которого, признаться, я никогда не понимал до конца. Приблизительно он таков: программист должен дарить миру свой код и не отвлекаться на суетные мысли о том, как и зачем его будут использовать другие.

Философия эта, впрочем, носит характер больше теоретический, нежели практический. Львиная доля BSD-лицензированных программ возникла в результате исследований, проводимых по государственным грантам американскими университетами. BSD-лицензия в них не являлась выбором разработчика, а была условием получения денег. И тут пермиссивная лицензия выглядит не только уместной, но и единственно возможной. Вряд ли вообще законно ставить обществу условия при распространении кода, созданного на его же, общества, деньги. Другой источник BSD-лицензированного кода — крупные корпорации, пропагандирующие новую технологию путем публикации ее «образцовой» реализации. Пример тому — X Consortium, созданный крупнейшими компьютерными фирмами для разработки стандартной графической системы юниксов X Window.

Доктор Кнут, поверьте дети, страшно крут: LPPL

История с TEX и LATEX показывает, до каких крайностей можно дойти в защите своей репутации.

Издательская система TEX, детище известного математика Дональда Кнута (Donald Knuth), была одной из первых свободных программ. Но лицензии на распространение TEX, в современном смысле, не существует. Вместо этого Кнут опубликовал статью в , повествующую о том, каковой он желает видеть дальнейшую судьбу TEX.

Система обрастала расширениями и дополнениями, из которых наиболее известен макропакет LATEX, ставший «лицом» TEX для современных пользователей. Условия распространения формулировались среди пользователей TEX неформально. Фактически их превращение в общепринятую форму публичной лицензии произошло только в 1999 году в виде LPPL — LATEX Project Public License.

LPPL примечательна тем, что она вообще запрещает вносить какие-либо изменения в существующие файлы. Содержащийся в этих файлах код может свободно использоваться, но лишь во вновь созданных файлах с другими именами. Все однажды опубликованное должно оставаться неизменным. Последнее не относится к первоначальным авторам — они могут исправлять ошибки по своему усмотрению. Такое требование кажется диким обычному программисту, но «TEXники» ценят стабильность результата выше, чем его безошибочность. По поводу LPPL были большие споры: можно ли вообще относить ее к свободным лицензиям? Кончилось тем, что в последующих версиях формулировки были сильно смягчены.

Attribution — право на имя

В российском авторском праве право автора произведения на указание его имени, на выбор формы этого указания (в определенных общепринятых пределах) и на защиту его имени от порочащих искажений установлено непосредственно в законе и не требует особого упоминания в лицензии. Но американский копирайтный закон в большинстве случаев не признает таких прав. Поэтому американцам, которые хотят сохранить за программой свое имя, приходится специально оговаривать это в лицензии, в меру собственного разумения. И выходит, как в случае с «четырехпунктной BSD-лицензией», что неумеренная настойчивость в защите своего доброго имени приносит окружающим массу неудобств.

Конституция свободного софта: GPL/LGPL

Про GPL, детище Ричарда Столлмена (Richard Stallman) и Free Software Foundation (FSF), можно сказать много, но я ограничусь кратким упоминанием о лицензии — ибо не упомянуть о ней все-таки нельзя. Именно с публикации GPL отсчитывается существование свободного софта как единого значимого социального и экономического явления, а не просто совокупности замкнутых на себя кружков, каким сообщество было до Столлмена.

К GPL восходит добрая половина всех концепций и технических решений, используемых свободными лицензиями: копилефт (см. врезку), апгрейд лицензии, реализация передаваемых прав как способ заключения договора, понятие исходного кода и т. д.

Столлмен писал GPL как изложение на языке закона своих социально-политических взглядов. Но многие фирмы и отдельные программисты используют сейчас GPL как прагматичный способ поделиться своими разработками с сообществом, заслужив признание и репутацию, и при этом застраховаться от недобросовестной конкуренции. Для тех же, чья разработка представляет собой библиотеку подпрограмм или иное средство разработки софта, GPL позволяет одновременно пользоваться преимуществами и открытой, и проприетарной модели.

Больше двух третей всех свободных программ распространяются сейчас под лицензией GPL и под ее «ослабленным» вариантом — LGPL (вариант лицензии, специально созданный на тот случай, если автор библиотеки решит, что определенная степень совместимости с проприетарным софтом отвечает его интересам).

В семье не без урода: GFDL

Не все начинания FSF были столь успешными. GNU Free Documentation License (GFDL) — это неряшливая реализация ненужной функциональности. В общих чертах, GFDL — лицензия, созданная с расчетом на ее применение к толстым «Руководствам пользователя» классического «мэйнфреймного» стиля — исчерпывающей документации на сложные программные системы. К книгам, которые чаще будут издаваться и читаться в бумажном виде, чем в машиночитаемом. Соответственно, основные усилия были потрачены на выстраивание предельно допустимого компромисса с интересами книгоиздателей, с одной стороны, и на защиту от их возможных недобросовестных уловок — с другой. Отсюда — причудливое разделение на прозрачные (transparent) и непрозрачные (opaque) форматы, мелочный подсчет максимального числа допустимых бумажных копий для разных форм распространения, детально прописанные требования к содержанию обложек документов и прочие обременительные условия.

Вскоре после начала применения GFDL печатные руководства приказали долго жить. Документация и вообще тексты технического характера сейчас распространяются в той же форме, что и сами программы, часто — в форме интерактивной справочной системы. А причудливые ограничения, рассчитанные на совершенно другую ситуацию, остались и до сих пор портят кровь программистам и составителям дистрибутивов. Неудивительно, что почти никто не любит GFDL.

Впрочем, следует отметить, что из-за всеобщей нелюбви к GFDL ее критика является популярной стартовой площадкой для атаки на копилефт как таковой. Разговоры о «недостаточной свободе» GPL сейчас, через два десятилетия после ее появления, мало кем воспринимаются всерьез. А вот те же самые претензии к тем же самым словам, но — взятым из текста GFDL вместо GPL, порой встречают активную народную поддержку.

Копилефт и совместимость лицензий

Копилефт — условие, требующее, чтобы всякое дальнейшее распространение кода свободной программы, а также дополнений к ней шло на тех же условиях, на которых она была получена, в частности — чтобы исходный код программы оставался доступен. Классический пример — GNU GPL. Но существуют и другие формулировки копилефта.

Две лицензии называются совместимыми, если программу, содержащую куски кода, лицензированные под обеими лицензиями, мы можем каким-либо образом законно распространять. Две различные копилефтные лицензии обычно несовместимы, поскольку каждая требует распространять комбинацию на условиях своего копилефта. Исключение составляют случаи, когда возможность комбинации специально оговорена, как, например, в LGPL.

Если копилефтная и пермиссивная лицензия совместимы (например, GPL и BSD), то объединенный код распространяется на условиях копилефтной лицензии.

Скажи «Ку»: QPL

Другим примером «экстремальной» свободной лицензии является QPL (Q Public License).

QPL была придумана в 1998 году фирмой TrollTech, когда та решила привести условия распространения своей библиотеки виджетов Qt в соответствие с критериями свободного софта. Для проприетарного использования библиотека продается за большие деньги, и TrollTech хотела поставить такие условия распространения, которые были бы наиболее благоприятны для ее бизнеса.

Для самой TrollTech усилия оказались потраченными напрасно — после двух лет горячих споров, в 2000 году, свободная версия Qt была лицензирована под GPL. Ожидаемые преимущества QPL для коммерции, как оказалось, не перевешивали неудобств и плохой репутации от GPL-несовместимой лицензии. Сейчас под QPL распространяются лишь несколько незначительных программ. Однако QPL оказала большое влияние на развитие идеологии свободного софта, на представления о том, какие нормы может содержать свободная лицензия.

QPL — асимметричная лицензия. Права Первоначального Разработчика и права разработчика вторичного, лицензиата, различны. Первый может пользоваться кодом — в том числе и кодом второго разработчика — как угодно, в том числе и выпуская проприетарные версии программы. Второй ограничен лицензией. Первый может потребовать копию софта, который разрабатывает второй, — и второй обязан его предоставить. Из-за асимметричности QPL нельзя отнести ни к пермиссивным, ни к копилефтным: Первоначальному Разработчику она предоставляет неограниченные права, остальным — только голодный минимум.

Другой характерной чертой QPL является patch clause — требование распространять все модификации исходного кода отдельно от первоначальной программы, исключительно в виде патчей. В принципе, это было не ново — уже TEX распространялся на похожих условиях. Но многие программисты впервые встретили такую конструкцию именно в QPL.

Виртуальный Монпарнас: Creative Commons

Особняком стоит проект Creative Commons, созданный профессором права Лоуренсом Лессигом со товарищи (Lawrence Lessig). С точки зрения практики свободного софта, да и софта вообще, проект этот — жутчайший бардак. Creative Commons уже сочинили в общей сложности несколько десятков разных публичных лицензий, по большей части несовместимых друг с другом, причем многие из них заведомо не удовлетворяют требованиям свободного софта. Мало того, каждой из этих лицензий предполагается делать еще «национальную адаптацию» для десятков стран, и эти варианты тоже несовместимы.

Но эти лицензии предназначены вовсе не для программистов. Их целевая аудитория — художники, беллетристы, поэты, музыканты, для которых совместимость лицензий не играет особой роли — никто из них и не предполагает комбинировать сотни независимых рассказов и песен в огромную взаимоувязанную систему, подобную ядру Linux. Свобода модификаций, которую они полагают полезной и необходимой, весьма скромна. С другой стороны, нормы законов о fair use, свободном использовании, практически не работающие в софтверной области, здесь разрешают множество вопросов с цитированием и подобными ему заимствованиями.

Лицензии Сreative Commons (СС) организованы в виде этакого детского конструктора, в котором автор может подобрать подходящие ему условия распространения из стандартных деталей. Каждая деталька обозначена суффиксом в имени лицензии. Так, -NC (NonCommercial) означает, что допускается только некоммерческое распространение, -SA (ShareAlike) — что в лицензии присутствует копилефт, -BY — что должна сохраняться указанная автором манера attribution, а -ND (NoDerivatives) запрещает создание новых произведений на основе данного.

Очень симпатичным изобретением Creative Commons является система пиктограмм, позволяющая лаконично и наглядно отметить произведение как распространяемое под той или иной CC-лицензией. На первый взгляд это выглядит детской игрой по сравнению с тяжеловесным «легалезе» софтверных лицензий, но, как выяснилось недавно[creativecommons.org/weblog/entry/5823], суды, по крайне мере европейские, вполне способны понять и принять условия этой игры. (Многие иллюстрации к этой статье выпущены именно под лицензиями CC. — И.Щ.)

Заветы Отцов: Founders’ Copyright

Другим любопытным, но малоизвестным проектом, поддерживаемым Creative Commons, является Founders’ Copyright — копирайт отцов-основателей. Суть его в том, что автор добровольно отказывается от полагающегося ему по современному закону огромного срока копирайта, оставляя себе только тот срок, который существовал в США в начале XIX века, — четырнадцать лет.

При всей симпатичности такого подхода он, к сожалению, имеет очевидный практический порок — его нельзя использовать в качестве инструмента построения сообщества или социальных преобразований. Таким образом, он превращается в чистую благотворительность. Время сейчас течет быстро, и перспектива попадания произведения в общественное достояние через полтора десятилетия мало для кого будет стимулом.

Впрочем, стоит отметить, что концепцию Founders’ Copyright поддержал и взял на вооружение издатель-гуманист Тим О’Рейли.

Что такое свободный софт

Понятие свободного софта ввел в 1980-х годах Ричард Столлмен. Перефразируя , он заявил, что каждый пользователь программы должен иметь четыре свободы: право свободно запускать, распространять, изучать и улучшать программу. Мало-помалу эти права конкретизировались, и наконец в 1996-м было сформулировано довольно подробное определение , сокращенно FSD (Free Software Definition).

Примерно в то же время свое определение свободного софта формулирует . Создатель (DFSG) Брюс Перенс (Bruce Perens) рассматривал DFSG как другое определение того же самого явления, о котором говорил Столлмен. В отличие от FSD, это определение оперировало не социальными и этическими, а формально-юридическими понятиями, что облегчало классификацию запутанных софтверных лицензий — задачу, практически стоявшую перед Дебианом. Однако этот же подход создает простор для схоластических построений, в которых легко заблудиться. В последние годы разработчики, выступавшие от имени Проекта Дебиан, порой высказывали довольно странные суждения по поводу свободы-несвободы конкретных лицензий, и доверие к ним, по крайне мере мое, сильно упало. Однако сами DFSG остаются общепризнанными критериями для оценки лицензий.

Позднее, при участии того же Брюса Перенса, было сформулировано Open Source Definition[www.opensource.org/docs/definition.php] (OSD) — определение софта с открытыми исходными текстами. Первая версия OSD представляла собой DFSG, в которых были удалены упоминания о Проекте Дебиан. Но их дальнейшие уточнения и толкования пошли в совершенно разные стороны, так что теперь эти определения отличаются и текстуально, и идеологически. В отличие от FSF, сформулировавшего критерии, но не спешащего предлагать себя на роль судьи, и от Дебиана, оценивающего свободу не вообще лицензии, а каждой конкретной программы в отдельности, OSI (Open Source Initiative) ведет тщательный учет лицензий, которые она официально признала «достаточно Open Source». Такие лицензии называются OSI-approved [].

 

Terralab.ru: Железный поток

Авторы: Николай Докучаев, Сергей Трошин

LG MW-71PY10G

Яркость: 800 кд/кв. м

Контрастность: 1200:1

Разрешение: 1920х1080

Процессор видеосигнала: XD Engine

Интерфейсы: HDMI, DVI, HDCP

Экспонат из разряда «самых-самых» — на сей раз, как сказано, это самая большая из поступивших в продажу плазменных панелей с диагональю 71 дюйм и качеством изображения HD (1080p, 16:9). В комплект входит полная система домашнего кинотеатра, включающая приставку для приема кабельного телевидения с возможностью интерактивного взаимодействия зрителя со студией и подключения к Интернету. На всех устройствах сделано напыление из 24-каратного золота. Комплект будет поставляться только на заказ по цене 75-80 тысяч долларов.

iRiver U10, версия 2 Гбайт

Дисплей: сенсорный TFT, 2,22", 320х240, 262144 цвета;

Поддерживаемые форматы: MP3, ASF, WMA, OGG Vorbis

Эквалайзер: 10 предустановленных режимов, 1 пользовательский

Интерфейс: USB 2.0

Габариты: 68,9х46,9х16,4 мм

До России добралась новая модификация флэш-плейера U10 c 2 Гбайт памяти. В остальном это полный аналог появившихся в конце прошлого года моделей с 512 Мбайт и 1 Гбайт памяти. Плейеры серии U10 оснащены сенсорным ЖК-дисплеем, позволяющим обходиться без кнопок. Встроенного литий-полимерного аккумулятора хватает на 28 часов непрерывной работы. Плейер имеет FM-радио с возможностью записи, функции диктофона, фотоальбома с режимом Slide show, часы с будильником. Поддерживаются электронные книги (TXT), воспроизведение видео (MPEG-4), 3D Flash-игры (Macromedia Flash Lite 1.1) и ID3-теги (включая кириллицу). Подставка (покупается отдельно) оборудована динамиками, линейным входом для записи сигнала в MP3 и линейным выходом. В комплект входит пульт дистанционного управления. Продажи уже начались по цене от $295.

LG KG 320

Стандарт: GSM 900/1800/1900

Поддержка GPRS: Class 10

Поддержка WAP: 2.0

Поддержка Java: MIDP 2.0

Встроенная память: 128 Мбайт

Полифония: 64 голоса

Дисплей: TFT, 176х220, 262144 цвета

Габариты: 95,5х45х9,9 мм

На российском рынке вскоре появится тонкий (9,9 мм) телефон LG KG 320 с 1,3-Мп камерой. Устройство классического форм-фактора выполнено в строгом стиле, большинство деталей корпуса металлические. Среди особенностей модели — MP3-плейер, диктофон, почтовый клиент, Java-приложения, видеозапись, Bluetooth. Аппарат может работать от одной зарядки (литий-ионная батарея емкостью 600 мАч) до 200 часов в режиме ожидания и до 4 часов в режиме разговора. Производитель отмечает, что для этой модели значительно переработан пользовательский интерфейс, который стал полностью анимированным. Цена пока неизвестна.

Digma USB DBTU04Сv2/ DBTU06A

Bluetooth-адаптеры USB DBTU04Сv2 поддерживают стандарт Bluetooth v2.0+EDR, обеспечивая скорость обмена до 2,1 Мбит/с и обладая, разумеется, обратной совместимостью с устройствами версий 1.1 и 1.2. Модель же DBTU06A поддерживает стандарт Bluetooth v1.2, зато толщина у нее всего 3 мм. Производитель предлагает два варианта обеих моделей, отличающиеся радиусом действия: Class 1 (до 100 м) и Class 2 (до 20 м). Диск с ПО и драйверами идет в комплекте. Рекомендованные розничные цены: все модели стандарта Bluetooth v1.2 Class 2 — 380 руб., Class 1 — 420 руб. Модели стандарта 2.0 EDR: Class 2 — 420 руб., Class 1 — 470 руб.

Canon LaserBase MF3228/MF3240

Разрешение печати: 1200х600 dpi

Разрешение сканера: 600х1200 dpi (интерполяционное до 9600х9600 dpi)

Скорость печати: 20 стр./мин.

Время выхода первой страницы в режиме копира: менее 11 с

Время разогрева принтера: менее 8 с

Емкость лотка: 250 страниц

Ресурс картриджа: 2500 страниц

Компания объявила о выпуске двух новых МФУ формата A4 начального уровня: LaserBase MF3228 (три в одном) и LaserBase MF3240 (четыре в одном — здесь добавлена функция факс-модема 33,6 кбит/с), предназначенных для замены на рынке модели LaserBase MF3110. Сканер обоих аппаратов цветной, принтер — лазерный черно-белый. Аппарат MF3240 имеет память на 256 страниц для отправки факсов. Обе новинки обеспечивают сканирование с сохранением в файлы PDF и используют картридж «все в одном». Цена моделей не указывается.

Girldgets Nezzabudki

Интернет-магазин Girldgets, специализирующийся на производстве и продаже «элитно украшенных хайтек-аксессуаров для женщин», представил новинку — USB-подогреватель для чашки, украшенный стразами Swarovski в бело-голубых тонах и рельефным французским дизайнерским мехом Tissavel синего цвета. В оформлении использованы сертифицированные материалы Swarovski и собственные технологии Girldgets. Устройство создано на основе нагревателя, выпускаемого компанией NeoDrive, и поставляется в подарочной коробке. Прилагаются сертификат подлинности Girldgets и сертификат подлинности кристаллов Swarovski. Цена устройства — 8 тысяч рублей.

AOpen MP945-VXR

Компания представила очередное воплощение MiniPC, выполненное по технологии MoDT (Mobile on Desktop, то есть использование ноутбучных компонентов в настольном компьютере). Новая платформа в корпусе с размерами 16,5х16,5 см весит около 2 кг и рассчитана на использование двухъядерного процессора Intel Core Duo. Материнская плата основана на чипсете Intel 945GM, имеет разъем памяти DDR2-SODIMM и слот расширения mini-PCI. В MiniPC есть встроенные композитный и S-Video-разъемы, а также разъемы для подключения 6-канального звука, Gigabit Ethernet, DVI, Firewire и USB 2.0. Плата расширения SATA позволяет подключать 2,5-дюймовый жесткий диск и пишущий DVD-привод со слотовой загрузкой. Цена не объявлена.

iRU Brava Home 112/122

Практически сразу после выхода на рынок игровых компьютеров Brava Home 110,111,120 и 121 (позапрошлый номер «КТ») появились еще две версии этой серии. Модель 112 по сравнению со 110 базируется на более мощном процессоре (AMD Athlon 64 3700 против AMD Athlon 64 3200), оснащена видеокартой ATI X1600Pro вместо nVidia GeForce6600 и более емким жестким диском — до 250 Мбайт. Версия 122 на процессоре Intel отличается от предшественницы 120 тем, что у нее видеоадаптер nVidia GeForce6600 тоже заменен на ATI X1600Pro и гораздо более низкая цена в базовой комплектации.

 

ФМ-ВЕЩАНИЕ: Неуловимый Джо

Автор: Соня Соколова

Начинаем игру в Неуловимого Джо: как давно вы скачивали из Сети пиратский контент? Не скачивали? А этот MP3 для мобильника у вас откуда? А вы в курсе, что за проданный вам МР3-файл автор песни не получил ни копейки? Ах, не в курсе?.. А что вам за это будет? — Ничего. Сегодня.

Усложняем игру, повышаем ставки: представьте, что вы — владелец небольшой локальной сети и в ваших закромах лежит заботливо припрятанный пользователями контент. То, что контент пиратский, вы, в принципе, знаете, регулярно почитывая сводки с поля боя: вот RIAA в очередной раз требует чудовищных штрафов с рядовых пользователей peer-to-peer, которые «просто качали софт и музыку», вот прокуратура города Москвы возбуждает уголовное дело против Allofmp3.com… Но вы думаете: ничего, я маленький и не приношу существенных убытков, кому я, нафиг, нужен? — меня не заметят грозные правозащитники в погонах и без. В принципе, вы правы. Сегодня.

Попробуем еще усложнить игру. Представьте, что вы — владелец сайта, который распространяет контент — за деньги или на чистом альтруизме. Откуда вы берете контент? Цифруете или находите на других сайтах. А кто вам разрешил его выкладывать? Никто? — Холодно! РОМС, НОЦИТ или ФАИР? — Теплее, теплее… Непосредственный правообладатель? — Горячо! А вы уверены, что именно ему принадлежат права на все переданные вам произведения? — Холодно!

Но что же будет с теми, кто выкладывает контент без прямого разрешения всех надлежащих правообладателей? — Да ничего. Сегодня.

К собственному вящему недоумению, в категорию нарушителей «Закона об авторском праве и смежных правах» попадают представители всех трех перечисленных мною категорий пользователей и распространителей контента.

Почему я говорю о столь очевидных вещах сейчас, когда прошло шесть лет с момента первого иска к нарушителям ЗоАП в Интернете? Да потому, что осведомленность продвинутых пользователей и веб-девелоперов в этой области до сих пор катастрофически низка, а тем временем правообладатели закладывают в свой осенний бюджет статью расходов под названием «защита авторских и смежных прав». В сентябре — хотим мы этого или нет — начинает действовать новая редакция ЗоАП, и выпускающие компании, вендоры и производители начинают наступление на нелегальных распространителей контента, благодаря которым миллионы долларов утекают из-под носа: по локальным сетям, по P2Р, по пиратским FTP… Игра в неуловимого Джо началась.

Недавно на одном из круглых столов, проходивших под эгидой ассоциации IFPI, прозвучали интересные факты, заставляющие задуматься: официальные дистрибьюторы компаний-мейджоров и ведущие музыкальные издательства хором одобрили финансирование юридического преследования несанкционированного распространения контента и выделили на это солидный бюджет, однако, как сообщается, никто из них не намеревается внедрять в России собственные разработки по распространению музыки либо способствовать русификации существующих западных сервисов. Делаем выводы: либо при таком подходе слушать и скачивать скоро будет нечего, потому что всех пиратов разгонят, а легальной альтернативы не появится, — либо нелицензионный контент уйдет еще глубже под землю и начнет распространяться воздушно-капельным путем, мутируя и развиваясь в самую изощренную сторону, как и положено истинному партизану.

Складывающаяся ситуация представляет собой точное повторение истории развития западного сегмента Интернета, где выпускающие компании, занявшие предельно конформистскую позицию по отношению к электронной торговле, проиграли пиратам миллионы долларов. Потратили время и силы на судебные иски и обеспечение доказательной базы, разработку и внедрение DRM, а также законодательные преобразования, а тем временем пираты зарабатывали деньги на их произведениях. Сосредоточившись на борьбе со злом, фирмы грамзаписи породили реальность, которую мы наблюдаем сейчас: нелегальный бизнес по распространению музыки научился изощренно «прятаться» и уходить от преследования, но по-прежнему процветает. За десять лет юристы обучились привлекать к ответственности лишь пользователей, но никак не создателей peer-to-peer. Лейблы лишь сейчас выходят из жесточайшего кризиса в области онлайн-продаж, лицензируя контент для Yahoo!Music и ITunes.

Стоит ли повторять эту историю в России? Не лучше ли бросить все усилия на создание легальной и конкурентоспособной структуры по продаже легального софта, музыки, фильмов? Ряд компаний задумывается об этом, разрабатывая собственные онлайн-магазины, рассчитанные на узкие каталоги и не менее узкую аудиторию. Однако консолидированной позиции в отношении онлайн-продаж в среде контент-холдеров пока не наблюдается; рано говорить и об участии в онлайн-продажах мейджоров. Одновременно возникает встречное движение: ранее считавшиеся «сомнительными», сайты всеми силами стремятся «отмыть» контрафактный контент, подписывая договоры с правообладателями, финансируя деятельность обществ по коллективному управлению правами, разрабатывая собственные системы вовлечения независимых авторов в издательскую деятельность на просторах Сети. Следует ли считать эту тенденцию однозначно негативной? — Ни в коем случае.

Ведь пользователю, в сущности, все равно, откуда брать контент. Он будет лишь рад, если у него появится разумная альтернатива, позволяющая ему не ощущать своей ответственности за скачивание. А обеспечить его подобным контентом могут лишь те, кто уже давно понял: игра в Неуловимого Джо непродуктивна и ведет в тупик…

 

ТЕМА НОМЕРА: Тируванан-тапурам

Автор: Козловский Евгений

Для многих людей поездки за границу — это не только лежание на пляже вперемешку с осмотром достопримечательностей, но и довольно тяжелый труд. Например, для нас, журналистов. Впрочем, «трудовой» подход дает возможность посмотреть на достижения IT-отрасли в необычном ракурсе. Начиная с этого номера мы публикуем ряд материалов, написанных авторами и редакторами «Компьютерры» по мотивам их заграничных путешествий. Только имейте в виду: для некоторых из нас заграница — это не только Париж с Нью-Йорком, но и Екатеринбург с Москвой. И еще неизвестно— где больше таинственного, непонятного и просто курьезного. — С.В.

Cережа Вильянов, готовя «Тему», которую вы сейчас читаете, обратился ко мне с просьбой об участии в ней такими словами: «Больше вас (и дольше вас) никто из коллег не ездил за бугор, поэтому прошу написать небольшие мемуары. Аэропорт, публичные места, выставки, связь, фоторепортажи и подготовка статей — что там менялось с точки зрения IT за последние десять лет? Чего не хватало тогда и не хватает сейчас?»

Ну, мериться, кто дольше и кто больше, я, пожалуй, не решусь, но что правда — то правда: за минувший десяток лет я исколесил почти весь мир, — исключая, впрочем, Южную Америку и Южную и Центральную Африку, — зато включая Новую Зеландию и Австралию (фотографические отчеты о большей части моих поездок можно найти по адресу ekozl. fotki.com/abroad). Ответить на вопрос Сергея можно было бы одним абзацем (который я приберегу для завершения), — а статья все же должна иметь некоторую протяженность, — поэтому мне не остается ничего, кроме как припомнить истории, анекдоты (в старинном смысле слова: «забавное происшествие») и, как писал Аверченко, — «случаи из жизни». Поэтому заранее прошу прощенья у тех, кто настроился на глубокий анализ хайтек-процесса, происходящего в мире.

Моя первая поездка в Штаты случилась девять лет назад, в 1997-м: — я ездил в Бостон на выставку MacWorld. Прежде практически невыездной из-за в значительной мере вымышленного доблестными органами диссидентства, дорвавшись до внешнего мира, я просто горел энтузиазмом: мне хотелось все увидеть и все непременно запечатлеть. Думаю, сегодня, когда заграница давным-давно стала не неким мистическим потусторонним миром, переход в который по определению означает вечность, невозврат, а попросту соседними странами — пусть несколько экзотическими, как в пору моей юности были республики Прибалтики, однако вполне доступными, — понять эти страсть и энтузиазм уже невозможно. Разве что умозрительно.

Для запечатления у меня был с собой пленочный Olympus is3000 — эдакая огромная байда со встроенным четырехкратным зумом, — но — уже тогда — был и цифровик: не то QV-10, не то QV-20 от Casio, — однако, при всем своем цифровом энтузиазме, я относился к нему как к забавной игрушке, и, хоть и забил полную встроенную память (а ничего кроме в него не вставлялось в принципе, да и нечего было вставлять!) снимками разрешения QVGA (320х240), освобождение ее пришлось отложить до возвращения в Москву: у меня, помнится, даже ноутбука с собой не было (за ненадобностью: и Интернет, и электронная почта были тогда еще не хлебом насущным, а эдакими экзотическими приблудами[Зато был один из первых КПК: Cassiopeia — эдакий продолговатый, с микроскопическими, не приспособленными для перебора клавишами прибор, на котором во время обратного перелета я даже попробовал писать свой бостонский репортаж, да так дальше первого абзаца и не пошел. Впрочем, хотя КПК с тех пор сильно изменились: стали ярче, мельче, мощнее, обзавелись даже всякими пристяжными, проводными и беспроводными, клавиатурами, — реально работать на них (в журналистском контексте: много писать) так и не стало возможным и, наверное, не станет никогда (что подтвердил большой энтузиаст КПК и владелец самой навороченной модели, iPaq hx 4700, Сергей Голубицкий — в одной из последних «Голубятен». И я очень боюсь, что барьер здесь уже не технологический (технологии способны сегодня практически на все, а на что неспособны сегодня — станут способны завтра), а чисто антропологический. Не позволяющий работать с комфортом на мелких (или виртуальных) клавиатурах или мелких же экранах, сколь близко ни подноси их к глазам и сколь угодно ни увеличивай их логические размеры. Развлечения (на которые первые КПК были скуповаты) — это да, это пожалуйста. А вот работа…]), а с компьютером тот древний цифровик соединялся даже не по USB, который, если тогда и существовал, — практически не работал, — а через COM-порт. Таким образом, снимал я, можно сказать, исключительно на пленку.

Пленка, особенно заграничная, Kodak или Fuji, была дорога, однако я припомнил замечательную ленфильмовскую историю[Совместную советско-американскую картину «Синяя птица» с Элизабет Тэйлор частично снимали на «Ленфильме». В те времена почти все советское кино снималось на отечественной пленке «Свема», о качестве которой можно судить, включив сегодня телевизор, когда показывают какой-нибудь отечественный фильм 60—80-х годов: мутные цвета, мутные контуры… Kodak выделяли для специальных, государственного значения проектов чуть ли не по распоряжению Политбюро. Причем выделяли с коэффициентом 2:1, так что стрелять можно было только по-снайперски! (Коэффициент для отечественной пленки был все-таки более щадящим — 5:1!) И вот начинается съемка: мотор, камера, начали! в кадр входит Тэйлор и начинает лицедействовать. И тут режиссер-американец, не крикнув обязательного «стопа» оператору, входит в кадр и что-то актрисе на ухо шепчет, объясняет. Стоящие вокруг советские члены съемочной группы бледнеют и холодеют, прямо-таки кожей чувствуя, как уходит на помойку «золотой» долларовый Kodak. Потом режиссер возвращается к камере, Тэйлор начинает играть заново, — а пленка в камере все идет и идет. Слегка оправившись от пережитого, наши бравые ребята бросились в перерыве к режиссеру узнать, почему же он не остановил камеру на время поправок, и изумленно выслушали, что «в кино самое дешевое — это пленка»! Ну да, мы ведь тогда были привычны, что любая советская звезда-раззвезда получит за главную роль в фильме, ну, в лучшем случае, десятикратную зарплату какого-нибудь технолога Петухова…] и положил: на чем на чем, а на пленке не экономить! Что значат эти сравнительно небольшие расходы по сравнению с расходами на экзотическую поездку за океан?! И — не экономил! И только когда в моих руках появились один за другим уже более или менее достойные цифровые фотоаппараты (как правило, это были полузеркальные Olympus’ы же), — я ощутил кожей, что значит не экономить пленку на самом деле: на цифру я снимал буквально на два порядка больше, чем на пленку, которую «не экономил»!

Однако на нынешнем CeBIT’е вдруг выяснилось, что я экономил и цифру! Ведь какой бы емкости ни была карточка (а у меня до сих пор полугигабайтная CompactFlash), какой бы мощный аккумулятор для фотоаппарата я ни купил, — есть места, где интересных фотосюжетов больше и той и другой емкости. Конечно, можно купить два аккумулятора и четыре двухгигабайтные карточки, — но поскольку таких мест не так уж много — в этом будет ощущаться явная избыточность, нарушение принципа Оккама: не плодить сущностей без нужды. В результате получается, что, чтобы быть уверенным, что «пленки» хватит на все (а мне не хватало ее и в Париже, и в Праге, и на том же CeBIT’е!), надо возить с собой ноутбук, открывать его, будить, дожидаться, пока снимки перекачаются. А если — опять же как у меня — ноутбук рекордно маленьких размеров, чтобы легче таскать (хотя таскать все равно тяжело и неудобно), да еще довольно древнего года выпуска, — и на его винчестере места не так много, так что едва ли не ежедневно приходилось, возвращаясь в гостиницу, подстегивать к ноутбуку писалку и скидывать на CD снятое за день... И хотя все это вполне выполнимо — более чем законная, природная в человеке тяга к экономии усилий ограничивала в трате цифровой пленки. А когда на нынешний CeBIT я захватил с собой эпсоновский мультимедиа-вьюер («Огород» ), совершенно неощутимо висящий на поясе и имеющий дискового пространства — целых 80 гигабайт, а запаса батареи — на полные сутки даже при самом неэкономном использовании (просмотреть снятое на ноутбуке всегда было стремно: вдруг к нужному моменту сядет батарея, что частенько и случалось, и уже следующую флэшку не перекачаешь, не освободишь), — вот тут-то я, наконец, понял, что значит настоящая свобода. Я даже позволил себе роскошь не собирать со стендов описаний экспонатов и координат производителей: всю информацию, которая, как я предполагал, может мне понадобиться, я просто снимал с табличек и буклетов. И при написании статей про CeBIT ни разу не стал в тупик. Последовавшая за поездкой на выставку поездка в Китай еще раз подтвердила это удивительное ощущение свободы, которую добавила вроде бы боковая — к процессу фотосъемки — девайсина.

Ну и уж коль анекдоты, не могу не вспомнить — в контексте фотографий и ноутбуков — посещение Тайваня в 1999 году. За два года, истекших со времени визита в Бостон, прогресс в цифрофотографировании произошел заметный, и я уже был вооружен, кажется, 1400-м Olympus’ом со вполне терпимым разрешением 1280х1024 и, главное, сменными каточками SmartMedia, которые, при наличии ноутбука, вроде бы давали возможность цифровую пленку практически не экономить (правда, для этого пришлось не без труда разыскать и купить за 120 баксов PCMCIA-кардридер). Несмотря на свой цифровой энтузиазм, я на всякий случай прихватил и пленочный Olympus и впоследствии раз сто хвалил себя за предусмотрительность[Еще раз я брал с собой пленочный аппарат в Новую Зеландию и Австралию. Цифровик тогда у меня был уже очень приличный (до сих пор вспоминаю о нем, как об одной из самых удачных моделей, и едва ли не половина моих альбомов снята именно им): 2500-й Olympus, — однако столь отдаленные места настоятельно требовали подстраховаться. В результате я привез из поездки десятка полтора компакт-дисков, забитых цифровыми фото под завязку, и три или четыре пленочных кадра, которые — по неконкурентности с цифровыми — пошли в корзину. После поездки я продал свой пленочный Olympus и больше уже не страховался…]. Ноутбук у меня был тогда свеженький, с иголочки, давняя «мечта идиота»: легко помещающаяся в карман пальто, а то и серьезного пиджака кроха Libretto от Toshiba — совсем другое дело, нежели тот, давний, тяжелый, медленный и едва час работающий от батареи RoverBook, который, как рассказано выше, я не стал брать с собой, улетая в Штаты. Правда, буквально перед самым отъездом я получил предложение от небольшой московской фирмы, специализирующейся на ноутбуках, «оттюнить» мою «Либреттку»: добавить ей памяти по самое не могу (мегабайт до 96, кажется) и поменять винчестер на более емкий (сколько помнится, с 6 гигов на 20!). Я приехал к ребятам, и действительно, прямо на моих глазах, они «Либреттку» разобрали, обновили и снова собрали. Не успел я нарадоваться возросшим возможностям, как улетел на Тайвань и прямо в вечер прилета, открыв ее, выяснил, что она не грузится ни в какую! Пришлось, отсняв захваченную с собой единственную карточку (кажется, в районе 96 мегов!), доставать из кофра is3000, в результате чего я привез из той экзотической поездки как минимум раза в четыре меньше снимков, чем надо было бы, о чем до сих пор не перестаю жалеть.

Вообще-то, конечно, иметь единственную, да еще такую тощую — по нынешним временам — карточку, тоже преступная легкомысленность, — однако по тем временам они ой как кусались, — и я как раз и собирался приобрести на Тайване (или, на худой конец, — в Гонконге, куда должен был завернуть на денек), карточку поемче и, главное, — подешевле. На Тайване ничего дешевого я не нашел, а в Гонконге, побродив по хайтек-лавочкам на Коулуне, обнаружил 120-мегабайтную (мечта!), за которую поначалу запросили долларов 250 (то есть дороже, чем в Москве), но которую в результате удалось сторговать за смешные 100 (в полтора раза дешевле, чем в Москве!). Покупка позволила сделать мне, вдобавок к пленочным, сотню с небольшим цифровых снимков и в Гонконге, а вернувшись в Москву и заглянув к «умельцам», тюнинговавшим мне «Либретто», я не преминул похвастаться выгодной покупкой. Они же открыли свои прайс-листы, и я с изумлением выяснил, что у них такие же карточки баксов на двадцать дешевле, чем я сторговал в Гонконге. То ли я плохо прочесал московский рынок, то ли цены успели упасть за неделю моего отсутствия.

И на закуску истории — что случилось с «Либретткой». Оказывается, она была так точно, без миллиметрового запаса, упакована, что винчестер большей емкости, но и толще родного на полмиллиметра, вызвал напряжения, — и хрупнула «мама». Починить ее не удалось — и «Либреттка» ушла на свалку, уступив в поездках место моей теперешней Fiva от Casio — тоже крохотной, но не рекордно, то есть позволяющей некоторый апгрейд…

Надеюсь, что через эти истории и анекдоты мне удалось рассказать о случившемся за последние десять лет практическом становлении «в полный рост» цифровой фотографии, — теперь перейду ко второму важному для меня (и, наверное, для большинства журналистов; впрочем, не только для них) — связи. Помню, когда, десять лет назад я поехал с не скажу за давностью лет какой фирмой в Финляндию, в составе нашей группы был один довольно богатый хайтек-бизнесмен из Москвы, у которого был… настоящий мобильник! Действующий! Подключенный к роумингу. Правда, трехминутный звонок в Москву стоил тогда, кажется, заметно дороже 10 долларов, — так что попросить на минутку — поговорить с женой — было попросту неприлично. Это уже потом началось раздражение, что в Японии не поддерживается наш стандарт связи, а МТС никак не может наладить роуминг с Новой Зеландией, а тогда…

Впрочем, мобильники пошли в народ с невообразимой скоростью, сравнимой только со скоростью падения цен на разговорные услуги, так что обсуждать этот вопрос уже неинтересно. Параллельно — может быть, менее быстро, зато более уверенно — распространялся Интернет и одна из важнейших его разновидностей — электронная почта. Поначалу, десять-одиннадцать лет назад, — как я уже написал, — это была экзотика, без которой большинство (включая редакцию «Компьютерры») как-то умудрялось обходиться. Помню вороха бумажных писем в комнате редакции и барышню, которая, не покладая рук и глаз, вскрывала их, читала, разбирала, а избранное — передавала выпускающим редакторам на предмет использования в «Письмоносце» (там даже был портрет этой барышни в фуражке английского почтальона). Постепенно бумажные письма (и привоз статей в редакцию на дискетках) стали экзотикой, а e-mail — нормой (хотя еще года два, если не три, вся «Компьютерра» сидела на дайлапе). И возникла реальная потребность иметь в поездках доступ к Сети.

Что касается разного рода хайтек-выставок, доступ к Интернету был организован на них еще с давних, конца тысячелетия, времен — в виде подключенных к Сети компьютеров, обычно где-нибудь в пресс-центре, — однако то и дело возникали проблемы с клавиатурой и кодировками. Позже и это как-то разрулилось, а в пресс-центрах стали все чаще — наряду со стационарными компьютерами, а потом даже и ноутбуками — возникать Ethernet-оконечники, которые можно было вставить прямо в сетевое гнездо собственного ноутбука. Правда, до такой роскоши, как мгновенное автоматическое конфигурирование подключения дело дошло только в последние годы. Приблизительно одновременно с появлением Wi-Fi. Помню, как поехал однажды в Лондон (1998 год) и был почти изумлен наличием в номере гостиницы специального телефонного хвоста для модема, — правда, нахождение в Сети минут пять, для прочтения почты, стоило мне чуть ли не десяток фунтов стерлингов. Кстати, PCMCIA-модем, который тогда у меня был, поддерживал максимальную скорость в районе, кажется, 4,8 кбит/с. А предыдущий (он до сих пор сохранился у меня как память) — 1,2!

Wi-Fi, конечно, очень удобная штука, — однако я встречал за бугром не так много мест, где эта услуга была автоматическая и бесплатная. Как, скажем, в Цюрихском аэропорту. На том же сегодняшнем CeBIT — если не посчастливилось попасть в пресс-центр — за нее надо было выложить столь же заметную сумму, как за dial-up в лондонской гостинице. Поэтому я до сих пор особо на Wi-Fi не рассчитываю и даже не в каждую поездку беру соответствующий адаптер. В Москве число таких точек доступа ширится, но лично мне известны только два кафе, одно из которых — «FAQ» Давида Яна, где можно, усевшись за столик, одновременно войти и в Интернет. По внешности это вполне бесплатные, бонусные, услуги, — однако, полагаю, их цена включена в цену блюд и напитков.

Поэтому главной составляющей непрекращающейся радости электронного общения вот уже несколько лет является для меня GPRS — особенно по мере того, как МТС, к которой я исторически привязался и которую, возможно, давно пора поменять на что-нибудь более современное, с более толстым и дешевым каналом передачи данных, — расширяет роуминговое покрытие этой системой. Конечно, в разных местах цены на эту услугу разные, — например, не слишком понятна безумная дороговизна GPRS на Украине, — однако механизм работает, и это на первых порах (все жду, когда настанут вторые) очень приятно.

Года три-четыре назад приходилось едва ли не в каждом городе даже России (не говоря уж об Украине) перенастраивать телефон, вбивать особые IP-адреса для DNS-серверов (иначе попасть куда надо можно было только через цифровой адрес), — но постепенно все мало-помалу утанцевалось, и пока Wi-Fi или что-нибудь там еще не стало столь же привычным, как электророзетка, — я предпочитаю не мучиться поисками и не мудрствовать лукаво, а просто достаю Palm или, если надо, например, просмотреть pdf-файл, — открываю ноутбук, соединяюсь с Сетью по связке Bluetooth-GPRS и получаю/отправляю почту. Конечно, не почту целиком, поскольку скорость GPRS все-таки уступает скорости, скажем, «Стрима», а заголовки и первые четыре килобайта писем, после чего удаляется спам и дополучается нужное. Все это, как я уже сказал, происходит по протоколу Bluetooth, который хочется назвать вторым — после GPRS — поразительным достижением мобильной цивилизации.

Так что оказавшись в Китае, где GPRS практически (а может, и юридически тоже — не уточнял) отсутствует, — я вдруг почувствовал себя как без рук. (Или, если угодно, — как в Воронеже! Вот ведь незадача: в Туле — есть, в Ростове — есть, в Краснодарском крае — есть, даже в небольшом уральском городке Нижний Тагил[Кстати, о Нижнем Тагиле и некоторых похожих на него по параметрам городках: там, кроме GPRS, есть практически все способы выхода в Интернет, к которым мы пригляделись в Москве, — и ADSL, и спутник, и выделенные оптические линии, — только стоит это сильно дороже, чем в столице, да и когда не сильно — не особо востребуется из-за того, что средний доход здесь заметно ниже московского] есть! — а вот в громадном Воронеже — полная тишина!) «Ну и ладно, — решил я. — Могу же я хоть недельку отдохнуть от электронного общения», — и даже не стал искать иного способа для получения почты: в Китае они имеются — в виде редких интернет-кафе, — но и там все не сказать чтобы элементарно: постоянно чувствуется спиною надзирающий глаз и «наслухающее» ухо. И так мне, сознаюсь, этот отдых понравился, что когда наш автобус пересек границу с Гонконгом и буквально на второй минуте на дисплее моего мобильника вновь зажегся значок GPRS, — я уже не полез соединяться с почтовым сервером, оставив это дело до возвращения домой. И то сказать: одно дело просматривать и сортировать почту ежедневно, а то и дважды-трижды в день (как я обычно делаю в путешествиях; даже в Крыму, уехав на дальний азовский пляж, где на пятнадцать километров вокруг — два десятка «дикарских» душ на джипах, — даже и там почта получается на раз!), — и совсем другое — принять через GPRS пятидневное почтовое накопление, включающее тонны спама…

Однако вернемся немного назад: к Wi-Fi и мобильным разговорам. У меня на столе лежит сейчас некая технологическая новинка: Wi-Fi phone — вайфайный интернет-телефон (Voice over Wireless, сокращенно — VoW, который я описал в «Огороде» этого номера) от ZyXEL: P-2000W_V2. Он ищет точку доступа поблизости, после чего, имея внутри зашитый SIP-клиент, — готов к разговорам, как исходящим, так и входящим, со всем белым светом по SIP-тарифам: порой очень щадящим, а во многих случаях — и бесплатным. Без него я уже никуда не поеду (разве что в Крым, где, в отличие от GPRS, вайфайной точки доступа не найдешь днем с огнем), — хотя недавно заходивший в гости Голубицкий продемонстрировал очень похожую технологию даже и без специального телефона. Его КПК (hx4700), имеющий и Wi-Fi-адаптер, и Skype-клиента внутри, легко выступает в роли подобного телефона (не говоря уже о смартфонах с тем же набором функций), — правда, чтобы эту роль играть, нужно, в отличие от ZyXEL’евского VoW-фона, держать его постоянно включенным — во всяком случае, если собираешься не только звонить, но и принимать звонки, — а на сколько времени в этом режиме хватит энергии батареи, вы, наверное, догадываетесь по собственному опыту.

Хотя и тут есть еще одна загвоздка: в интернет-телефонии очень важны скорости шифровки/расшифровки речи, а также умение клиента предоставлять приоритет голосовым пакетам, — и со всем этим не только сравнительно слабенький процессор КПК, но даже трехгигагерцовый Pentium настольного компьютера справляется сильно хуже, чем специализированные микросхемы отдельного телефона, — так что ни с помощью софтовых SIP-телефонов, даже таких лидеров в этой области, как Xten, ни тем более с помощью мобильного Skype-клиента добиться такого же комфортабельного качества разговора, как по «железному» IP-телефону, либо невозможно в принципе, либо — возможно только при редких благоприятных стечениях сетевых обстоятельств. Проверено не раз!

Но если навскидку спросить, что же из области hi-tech за эти девять с лишним лет поездок по миру произвело на меня впечатление наибольшее, — отвечу не задумываясь: японские унитазы, стоящие не только в роскошных отелях, но даже в провинции, в туалетах общего пользования на сборочной фабрике Epson. От сравнительно простых (однако все равно имеющих не меньше десятка кнопок управления: для регулирования температуры сидения, температуры и мощности струи, запускаемой по желанию снизу вверх) до совсем уж могучих диагностических центров, выдающих после каждого отправления нужды (по требованию, конечно) едва ли не полный набор анализов, характеризующих сиюмоментное состояние вашего здоровья.

Вот это — и впрямь прогресс!

 

ТЕМА НОМЕРА: Приключения в России

Автор: Александр Черняков

Полагаю, вы вдоволь начитались всевозможных историй о поездках наших за бугор. В этих историях чего только не расскажут! Как ни печально, мы пропустим тему эротики и пьянства и сразу перейдем к теме, актуальной для «КТ», — к высоким технологиям.

Жители России и других бывших братских республик галопом ринулись на Запад, гуляют весело и беспечно и только изредка спотыкаются о чудеса буржуйской техники. Догонит еще Россия Запад, обязательно догонит, я верю, но пока факт остается фактом — не догнала, и на долю нашего народа диковинок и непоняток хватает с избытком.

Сегодня я хочу поделиться с вами историей о собственной поездке. Но тут, правда, все с точностью до наоборот. Вот уже больше десяти лет я живу в Израиле. По уровню развития хайтека эта страна если и не впереди планеты всей, то однозначно среди лидеров. К высокотехнологичным прелестям жизни привыкаешь так быстро, что все уже кажется понятным, само собой разумеющимся, и в конце концов об этом вообще перестаешь задумываться.

И вот однажды засобирался я в Россию, где не был долгих восемь лет. Конечно, я подозревал, что я уже не тот, да и Россия не та, изменились мы с ней с момента нашего последнего свидания. Но все равно в глубине души я уповал на то, что русским владею хорошо и легкая гремучая смесь из украинского акцента и еврейского говора сильно не загадила ридну москальску мову. Явных причин для волнений не было, но, как всегда, прикол подкрался незаметно.

Первым делом нужно обзавестись телефонной SIM-карточкой. Куда ж сегодня без мобильника? Вышел в районе Павелецкого вокзала, гляжу — вывеска «МТС». Захожу. Далее диалог двух безнадежных даунов:

— Здравствуйте!

— Здравствуйте!

— Мне (как это есть сказать по-русски?) нужна линия МТС.

— Че-го?!?!?

— (Не угадал. А так попробуем спросить.) Номер МТС нужен.

— Че-го?!?!?

— (Так, опять промашка.) Ну понимаете, у меня есть аппарат, а SIM-карточки в нем нет, а мне звонить хочется, а SIM-карточки нет, да вот понимаете, купить SIM-карточку хочу, говорить хочу, мол, алё и все такое…

— А-а-а, понятно, вам нужен ДЖИНС!!!

— (Теперь настала моя очередь недоумевать.) Простите… «джинсы», вы сказали?

— ДЖИНС!!! ДЖИНС!!! Лето с ДЖИНС!!! Ну?!?

— Девушка, простите, конечно, но зачем мне джинсы? Да, мои далеко не фирма, за сорок шекелей на рынке купил; наверно, арабы в секторе Газа сшили, так это что, у нас сегодня повод такой — мне карточку не продавать?

— Молодой человек, вы будете брать ДЖИНС, или что вы от меня хотите?

Ситуация патовая. Говорим вроде бы на русском, но абсолютно на разных языках. «Так… так… хорошо… хорошо… думай моя башка, думай, где ошибка, почему взаимопонимание с коренным населением не налаживается, ох близок провал советского разведчика, спокойствие, давай осмотрись». Осмотрелся, и — о чудо! — плакат: «Лето с ДЖИНС! — выгодный тариф от МТС». «Ну ё-мое, сразу бы так и сказали».

— Девушка! ДА! ДА! Мне ДЖИНС, пожалуйста.

— Паспорт.

— Мне российский нужен.

— Это российский, только загранпаспорт.

— Прописка есть?

— Регистрация?

— Свободен.

— (Обана!) А вот…

И пошли они, солнцем палимы, повторяя: «Суди его Бог!», разводя безнадежно руками…

Мляхя-муха, на что час ушел, спрашивается? Прихожу к братану:

— Клятые москали SIM-карту мне зажали.

— Не базар, бери мою вторую, проплати и вперед!

— Легко сказать, проплати, меня снова не поймут…

— Говори на русском!

Шутник, однако. Ладно, опыт приходит со временем. Я в другую точку.

— Девушка, мне МТС проплатить надо.