Всю ночь я торговал краской, при чем делал это из корабельной кухни по большому затертому мобильному из старой работы. Дело шло бойко, контракты сулили огромные бонусы, а все благодаря новой краске из Фотадрево. Я заключал контракты с крупными строительными компаниями полисов, незнакомыми девушками и просто залетными инопланетянами. Временами покупатели заявлялись прямо на кухню: Мари взяла баночку белой для волос, Хосс заказал две литры зеленой эмали для лица, а Канат ведро красной акриловой, хотя я и уговаривал взять силикатную. Мне снился привычный и довольно таки ненавязчивый бред, прервавшийся утром с третьей-четвертой трелью будильника. До этого я упорно пытался принять звонок от особо крупного заказчика. Голова после пробуждения была на удивление свежей, а настроение бодрым.

О том, что на кухне меня ждут, сообщил ароматный запах кофе. Но ранняя пташка была не одна, вместе с Хоссом меня ждал и Шона. Я так подозреваю, что зеленый собирался перехватить меня пораньше, а капитан учел такую возможность. На этот раз ящеру придется подождать. Я же, наблюдая такое наставническое рвение, решил ограничиться супчиком.

— Слушайте, все время хотел спросить, почему мы тренируемся после завтрака? Это же вредно. Почему не подождать пару часиков?

— Так сложилось, — сказал капитан. — Утро — наиболее продуктивный период времени. Усвояемость информации выше, поэтому мы делим его с другими, до вечера работаем над личными заданиями, а сам вечер отдыхаем. По-моему, не самый плохой вариант. После легкого углеводного завтрака тренировка пойдет только на пользу.

— Не отмажешься, — добавил Хосс.

Да не особо я и старался, просто хотел настроить их на более мирный лад. Не получилось, ну и ладно. Вчера Шона отказался от публичной экзекуции, но намеренье вправить мне мозги осталось. Мой тренер был быстр и резок как никогда, да и стиль неожиданно изменился. Я привык к тому, что он по полной использует преимущество длинных конечностей и скорости, а тут сразу в клинч и коленом по печени. Углеводный мать его завтрак едва не выскочил из желудка. Потом был классический бросок через бедро, впечатавший меня в маты как из пушки. И ведь умею я от него уходить, сотни раз отрабатывал, банально не успел. Оклемавшись, я принял единственное стратегически верное решение — попытался удрать, но был настигнут и втоптан в пол. Маты были мягче, но вернуться не позволили, капитан сразу же взял меня на болевой.

— Сдаюсь! — заорал я от боли в выворачиваемой ступне, поскольку на барабанную дробь, что я выбивал рукой, Шона внимания не обратил.

— Борись, — посоветовал капитан и довернул еще на пару градусов. Я взвыл, изогнулся ужом и попытался лягнуть обидчика свободной пяткой в голову, но был перехвачен, изогнут матерным иероглифом и зафиксирован надежней, чем перед ампутацией конечностей без анестезии.

— Как? — взвизгнул я, переходя на позорный ультразвук.

— Ну да, тут уже никак, — согласился тренер и отпустил. Я же попытался уползти как дождевой червь по кислоте. — Не шевелись, пускай связки отдохнут. — Некоторое время мы молчали. Капитан что-то обдумывал, а я не желал привлекать его внимания. — Не понимаю, как ты сумел кого-то там победить! — наконец выдал он. Даже будучи сказанной невозмутимым голосом, фраза сочилась обидой.

— Он сегодня даже и не пытался, — высказал мысль Хосс.

— Правда? Почему?

— Думаю, решил, что это будет показательное избиение, — продолжил зеленый.

— А разве не так? — удивился я.

— Нет, конечно! — сказал кэп. — Я думал, что после встречи с другими бойцами ты если не технически, то хоть морально подрос, и теперь можно не так сдерживаться.

— Нет слов, — сознался я, вытягивая все еще ноющую ногу. — Фехтовать сегодня не смогу.

— Совсем? — расстроился Хосс.

— Надо посмотреть. Возможно вечером. — Фиг тебе, симулировать буду, но на второе избиение не пойду.

— Что же вы так, сэр! — укорил капитана зеленый. — Я вам его никогда так не травмировал.

— Так я же не со зла, — развел Шона руками. — Хорош валяться, дуй на кухню. Асоль должна уже встать.

Я поднялся с пола и демонстративно захромал на выход. Не избиение, ага, как же поверил я вам. Сегодня мне явно безопасней заступить в наряд по кухне, а так оно и будет, поскольку бездельничать мне не дадут. Все еще хромая, хотя уже и не так показательно, я добрался до кухни. Кроме Асоль с мужем и дочерью там присутствовала еще и заспанная Мари.

— Утро всем. Мне бы мазь какую от растяжений, — обратился я к нашему медику.

— Когда успел? — удивилась она, отхлебывая фирменный сенной отвар.

— Капитан лютует.

— Обо мне что-то говорил? — проснулась Мари.

Шугануть ее что ли? Не, лениво.

— Ничего такого.

Мари заметно выдохнула, сбросила бодрость и вернулась к состоянию сонной мухи. Асоль сонливости не проявляла, в два глотка допив свой отвар, махнула рукой следовать за ней. Состояние моего голеностопа оказалось хуже, чем я предполагал, а возможно это доктор перестраховалась, но кроме вонючей мази я обзавелся еще и тугим бандажом.

— Ну что, инвалид, согласуй меню с Мари и дуй чистить овощи.

В меню у нас попало рагу из бычьего мяса и ячма. Мерзопакостная хренотень была производной от ячменя, только с грецкий орех размером. Семечки имели настолько твердую и гибкую скорлупу, что попытка раздолбать молотком, банально превращала их в блин, с мукообразным содержимым, которое по-прежнему еще достать надо было. Проблему решал только прицельный удар тесаком, так что в полной мере от тренировки я сбежать не сумел. Каждое третье семя без проблем делилось пополам, еще часть требовала дополнительного удара, а самые непослушные рикошетом разлетались по всей кухне. В результате к обеду я устал как дровосек-любитель и кажись, немного потянул плечо.

Когда же Мари взялась за готовку, наша команда заговорщиков вновь собралась в капитанской каюте. Вольф притащил твердых печенюшек, а я захватил чайничек терпкого зеленого чая. Остальные предпочли алкоголь.

— По какому поводу собрание? — спросил недовольный Канат. Хотя думаю недовольство его было вызвано тем, что тема оставалась одна.

— Думаю пора вас убивать, — обратился я к нему, скорчив безумную улыбку, на что тот ответил кривой рожицей и отхлебнул виски. Я не стал акцентировать внимания на его готовности работать и продолжил. — Какой полис будет следующим?

— Мы собирались в Керкиру, — сказал капитан, — но связей там нет. Возможно, подкорректируем планы?

— Предлагаю Птолемиду, — высказалась будущая жертва.

— В Птолемиде запрещено ношение оружия, — парировал Вольф, разгрызая печеньку.

— Чем это плохо? — не понял старик Болат.

— Тем, что у кукловода оно точно будет, а нам придется сложнее, — сказал Хосс.

— Мне. Мне придется сложнее, — поправил я.

— Неразумно. Опасно, — в один голос заявили зеленый с капитаном.

— Вы будете на виду в других частях города. Кукловод без наблюдения вас не оставит. Воспользуемся этим, чтобы раздробить его силы. А вот если хоть один будет со мной… Погодите возражать, сначала скажите, что за обманку вы приготовили.

Слово взял Канат. Он с недовольством оторвался от полупустого стакана и заворчал.

— У меня в баре есть тайник. Одна из глиняных бутылок — пустая, а вот в пробке спрятана флешка. Пока ты отсутствовал, я каждый вечер перед ужином доставал ее и вставлял в комп.

— Хорошо придумано. Что на ней, деза?

— На самом деле там вообще нет документов. Четыре уровня шифрования и три десятка троянов.

— Я должен заинтересовать ирландца. Так заинтересовать, чтобы любые мозги напрочь отшибло.

— Есть пара кодовых имен… — неуверенно сказал Канат поглядывая на племянника, но не встретив отрицательной реакции, продолжил, — наши агенты, работающие в круге пяти, это ближние к Андоруму полисы. Так вот, я предлагаю создать липовый запрос на покупку чиновника из управления радиочастот Экселбурга.

— И что это даст, будь оно правдой? — не понял я, а вот в глазах капитана зажегся огонек интереса.

— Мы сможем безнаказанно прослушивать, отслеживать любого, на кого упадет подозрение, обходя официальные процедуры, — сказал он. Собственно, мы уже давно пытаемся это сделать.

— Сработает?

— Информация горячая, — пожал плечами старик и потянулся к бутылке. Его стакан слишком долго оставался пустым. — Особенно если прозвучит имя Кыран. Он андроидам давно как кость в горле. Год назад подпольный цех по производству человекообразных накрыл. Андроиды пытались штамповать себе подобных в Экселбурге.

— Крутой мужик, — согласился я, но предпочел вернуться к своей проблеме. — Значит, убиваю Каната…

— И пропускаешь подготовку, — поправил меня Шона, сделав микроглоток, не повлиявший на уровень жидкости в его стакане. — Подумай хорошо и начни с самого начала. Особенно интересно, как ты собираешься подсунуть ему Кырана.

А ведь и правда. Когда я пойду за флешкой, времени просматривать документы не будет. Допустим я подсмотрю тайник с управления камерами, но имена… Я должен знать их наперед.

— Учти, что просто вломиться и зарезать меня ты не можешь, — сказал Канат.

— Почему?

— Парень, ты не способен на убийство по расчету. Это должна быть случайность. Скажем, — Канат сделал глоток и погонял алкоголь во рту, — я буду у племянника, а вернувшись, застану тебя с флешкой в руках.

— Нужен хороший тайминг, — вклинился зеленый.

— Тайминг потом, — отмахнулся я. — Как узнать об этом вашем Кыране?

В комнате повисла тишина, нарушаемая только хрустом печенья.

— А просто соврать уже нельзя? — Спросил Вольф, вмешавшись в разговор. — Он же не читает твоих мыслей. Скажешь был разговор по деньгам во время которого ты и подсмотрел.

Канат вылупился на немца как на умалишенного и сделав крепкий глоток, растолковал.

— Для этого нужно, чтобы я оставил документ открытым и вышел из кабинета. Это же глупость несусветная.

— Устроим разговор, — решил Шона. — Я приду к тебе за советом, и ты сразу же сбросишь пару документов с моей на свою флешку. Заодно еще раз засветишь тайник.

— Но я не услышу разговора. Нет такой функции в декодере.

— А ты и не должен. Просто обрати внимание кукловода на то, что я веду себя нетипично. Заинтересуй его. Где бы ты ни условился встретится, информацию передавай еще в порту. У него будет немного времени, чтобы просмотреть видео. Нужно чтобы выбор пал именно на этот момент.

— Красиво. Тогда ради ажиотажа я сразу предложу флешку за антидот и потребую личной встречи.

— Логично, — согласился Шона сделав глоточек чуть больше, чем перед этим.

— А если не согласится? Есть же такая возможность, — хрустнул печенькой Вольф.

— Тогда предложение перейдет в ультиматум, — решил я. — Если он не согласится, станет понятно, что это просто разводилово, и мне нет смысла работать на него.

— Вернемся к таймингу. — сказал зеленый, — Сначала подманим кукловода сценой разговора. Это нужно сделать сегодня вечером.

— Почему? — не понял Канат, опустошая второй стакан.

— Потому, что решение обмена созреет не сразу, а нам нужно, чтобы кукловод успел на встречу. Предложение сделаешь через два-три часа, но место встречи не говори, чтобы он не расставил ловушку. Назначишь его уже в полисе.

— Бери фонтанную площадь, — посоветовал Вольф. — Там всегда полно туристов и ментов.

— Вернемся к убийству. Команду отпустим в полис. Останется только Канат.

— И я, — поправил капитан.

— Почему?

— Четырнадцать покушений, — сказал старик. — И это только состоявшиеся, а сколько еще готовилось, знает один Бог.

— Ладно… — задумался я, но в разговор вновь влез немец.

— Дети. Нас могут атаковать. Пускай они останутся.

— А не помешают?

— Попросим Альвара присмотреть за Амалией, — как само собой разумеющееся пожал плечами старик.

— Поскольку об операции знают только двое, групп на выход будет две, — продолжил зеленый. — В одной — я, во второй — ты, — сказал он Вольфу. — Будем на чеку.

— Перед отбытием, — пришла моя очередь говорить, — я вспоминаю, что забыл платежную карточку и возвращаюсь, но иду не к себе, а в кабинет Каната.

— Слабо… — парировал старик. — Давай я тоже с вами пойду, но в отсеке меня вызовет Шона. Ты это заметишь и решишь рискнуть, соврав о карточке. Я застану тебя с флешкой в руках и потянусь за пистолетом, а ты меня пырнешь. С момента, как войдешь в кабинет, он должен смотреть. Сможешь организовать?

— Без проблем.

— Я умираю, а ты идешь к остальным и спускаешься.

— Будет лучше, если мужики уведут команду раньше, а я спущусь потом, чтобы не возникло вопросов куда я так рвусь.

— Тогда возникнут вопросы куда ты делся. — сказал зеленый. — Отпочкуешься, не переживай, в крайнем случае пошлешь, мы обидимся и отстанем. А ты возьмешь такси и прямиком на фонтанную площадь. Дополнения будут? — спросил Хосс, но все промолчали. Тогда зеленый достал планшет и начал запись. — Роли распредели, вернемся к таймингу. Только придерживаясь графика, мы не завалим постановку. Что?! — спросил он Вольфа, скорчившего скептическую рожу. — Если он будет стоять далеко от двери, Канат успевает достать оружие. Получится лажа.

— Когда у нас все шло по плану? На каком-то этапе все летит к чертям собачьим, приходит момент достать ствол и без особых затей буквально вынести противнику мозг. Вот тебе мой совет, Ник, тайминг, планы, это все хорошо, по пистолет проверь.

— Я понял.

— Но помни, что ты не Вольф и постарайся обойтись без него, — влез зеленый. — Планы срабатывают не всегда, но в основном из-за плохой реализации! — Хосс перевел свои черные гляделки на немца и тот не выдержал взгляда.

Поработать над таймингом так и не получилось, пришло время обедать. После я получил пару часов отдыха, которые честно потратил на чистку и смазку пистолета. Не знаю кто из моих наставников прав, но готовым быть не помешает. До Керкиру оставалось два дня на тихом ходу и сцену с разговором назначили на полдевятого, а если быть точным, как того требовал педант-ящер, то на восемь тридцать две. От нервов и нечего делать, играться с декодером я начал еще до восьми. Все это время старый азиат провел в рабочем кресле за компом.

В назначенное время, с точностью до последней секунды, Канат оторвал взгляд от монитора. В комнату вошел Шона. Шаг капитан чеканил быстрый. На моей памяти, он так еще не ходил. После нескольких слов и неразличимого предмета, что он положил на стол, Канат полез в бар, а потом схватив предмет со стола, согнулся над системником. Увиденного уже было достаточно, чтобы звать кукловода, но я выждал еще минуту, дожидаясь назначенного Хоссом времени. Болаты на экране успели поменяться местами. Теперь уже Шона сидел, а старик вскочил.

Я отпустил тепло из затылка, но ожидаемой прохлады не почувствовал. Ментальный посыл с желанием поговорить тоже не мог, а тем временем постановка приближалась к концу. Я взвинтил раздражение на максимум и выплеснул его в ту дыру, что отвечала за связь с кукловодом. Наконец пришел холодок, а с ним моих мыслей коснулось и чужое сознание.

— Твою мать, почему тебя дозваться нельзя?

— Что случилось? — спросил он, приняв мою взвинченность всерьез.

— Сам смотри.

На крохотном экране Канат нервной походкой вышагивал от стенки до стенки, эмоционально жестикулируя и что-то доказывая племеннику.

— Это продолжается уже минут десять. Шона как вошел, был такой же нервный. Я самую малость преувеличваю, но реально не сразу поверил, что это наш вечно спокойный капитан.

Айк заинтересовался, я затылком чувствовал, а потому начал осторожно подливать масла в огонь его любопытства.

— Когда он вошел, старик полез в бар, но бутылку не достал, а сел за компьютер. Думаю там спрятана флешка или карта памяти.

— Что бы там ни было, я хочу это получить, — повелся кукловод.

Ха! Даже уговаривать не пришлось. Вот тебе и первая лажа по плану, хорошо хоть в мою сторону. Давай-давай, скотина, недолго тебе осталось дергать меня за ниточки. Вот черт, он почуял мое ехидство. Что бы такое сказануть?

— Ну, ты же понимаешь, что я попрошу взамен. Даже не так. Потребую! — Вот теперь можно не сдерживаться и включить ехидство на полную.

— Хорошо, будет тебе антидот.

— Нет, дружище, антидот от тебя мне не нужен, не хочу уснуть вечным сном. Мне нужны твои грибы.

— А мне не нужно, чтобы антидот пошел по рукам. — Кукловод ударил по мне скепсисом, в ответ на ехидство.

— Ты спрашивал, почему я доверился Затонову. Смотри. — Я закрыл декодер и полез в шкаф, где были спрятаны футляры с фальшивым эпинефрином. — Вот такую он штучку подарил. Минилаборатория по производству антидота. Сам прибор, ради твоего душевного спокойствия, я готов отдать после использования, но синтез занимает время. Десять минут примерно. Вот только в любую непонятную хрень с пробирки я не поверю. Встретимся в людном месте, где я возьму свежий скребок. Твое фото я видел, что грибы на спине — знаю. Решай.

— Хочешь сказать, что не попытаешься меня убить, получив антидот?

— Шутишь? — я врубил презрение. Думаю, такое отношение он поймет лучше всего. — На кой черт мне такие враги? Получив антидот, я забьюсь в самую темную и уютную дыру, которую смогу найти. Подальше от ваших разборок. Черт, да я вообще слиняю на другой континент.

Кукловод молчал. Его мысли крутились в голове на примеси злости, горечи и разочарования. Похоже, я учел все, и достойной причины для отказа он не находил. Мое сердцебиение участилось, а волнение грозилось пробиться сквозь ментальные блоки.

— Хорошо, — согласился он. — Будут тебе грибы.

— Да! — не стал я скрывать радости.

— Тихо! Разбушевался он. Где встретимся?

— Мы летим в Керкиру. Место выберу через сеть, но по любому людное и открытое, чтобы ты не дурил. Флешку попытаюсь свиснуть перед выходом. Не получится в Керкиру — попробуем в следующем полисе. Зря рисковать я не собираюсь.

— Место сообщи заранее, — напутствовал меня Айк.

— Хрен тебе, еще засаду какую устроишь.

— А если тебя засекут? Вдруг придется быстро делать ноги? Я ведь могу помочь.

— Ты не станешь мне помогать, — отмахнулся я от глупости. — Никто не станет. Как говорят на моей родине, спасение утопающего — дело самого утопающего.

***

В кабинете капитана царила тишина. Шона смотрел на картину пылающего города, откинувшись на спинку рабочего кресла. В кресле посетительском столь же молчаливо развалился его дядя, правда он при этом еще и коньячок потягивал. Раз в десятый проследив взгляд племянника, Канат наконец не выдержал.

— Пора бы уже избавиться от этой дряни.

— Она придает мне сил и помогает бороться со слабостями.

— Красное ты по-прежнему ненавидишь.

— Это самая безобидная из моих слабостей.

В комнате вновь повисло молчание. Болаты посидели так еще десяток минут. Один смотрел в прошлое без страха, а второй отвернулся от него, как от страшного сна.

— Ты действительно позволишь ему пойти одному? — спросил старик.

— Нет, — улыбнулся Шона и, закрыв веки, легонько помассировал уставшие глаза пальцами бледной руки. — Я битый час не мог решить эту проблему, а тут ты спросил, и все стало на свои места.

— И кто же будет за ним присматривать?

— Я.

Бокал с последними каплями дорогого алкоголя на мгновение завис перед открытым ртом и медленно опустился на стол.

— Не самое лучшее решение, — осторожно начал осаду Канат.

— Брось, дядя, ты хотел сказать — глупость, но это не так. Хосс с Вольфом действительно нужны для отвлечения и защиты. Я единственный, кого Айк не ожидает увидеть. Помнится однажды, мы уже доставляли в Керкире нелегальный груз…

— К чему ты клонишь?

— Нужные связи у тебя остались. Я хочу заранее попасть в полис под видом груза. Осмотреться на площади и подождать Ника там. Как бы не закончилась его сделка, я убью кукловода. Заодно присмотрю за парнем.