— Вито, просыпайся, у нас проблемы!

Комендант форта Котор тут же открыл глаза и перевел тело в сидячую позицию, отбросив одеяло. Управление фортом наемников было работой нервной, ненормированной и требовало от начальника очень быстрой соображали. Да и не стал бы Кауко будить его просто так.

— Что случилось? — спросил Вито брата. Тот был так же высок, светловолос, обладал хищным вертикальным зрачком и такими же повадками, доставшимися всему роду Райконненов от основателя, но гораздо менее накачан.

— Час назад меня вытащил с постели довольно необычный посетитель.

— Кто?

— Канат Хо Болат.

Вито нахмурил широкий лоб — Андорум?

— Они.

— В чем проблема? Мы же давно с ними сотрудничаем.

— Они нашли кукловода. Здесь, в форте.

— У нас нейтральная зона. Пускай идут лесом.

— Вито, к нам на всех парах несется четырнадцать воздушных кораблей со всей Европы, Средней Азии и Ближнего Востока.

— Они что, рехнулись? Войны хотят?

— Не хотят. Предлагают миллиард серебром, только бы мы не лезли.

— Это недопустимая потеря авторитета.

— Есть вариант.

— Говори.

— Это же кукловод. Обвиним его в том, что подчинял наемников в городе.

— А он..?

— Да какая разница.

— И то верно. Но в таком случае, захват должен возглавить я. Хотя бы формально.

— Господи, ты прям как отец! А его это к добру не довело. Окружим территорию, а внутрь пускай лезут сами.

— Тогда подготовь самый жесткий контракт на год. Пускай подписывают. Это сгладит все репутационные потери.

— Они не пойдут на такое.

— Если не подпишут, я сам позвоню кукловоду. Не стоило начинать переговоры с ультиматума.

***

Ясмин не стала менять поврежденную грудную мышцу в моем скауте. Вместо этого ее переместили в колбу с питательным раствором для регенерации. Полное восстановление за восемь часов, а вот пластину брони сняли с запасных скаутов. Теперь у моего серого одна грудь перекрасилась в зеленый цвет.

— А со спецзаказом ты закончила? — спросил я нашего биомеханика. После допроса наемника она сумела взять себя в руки, а я осмелился заглянуть ей в глаза. Тревога за сына никуда не делась, поэтому я и пригрузил ее лишней работенкой. Пускай отвлечется.

— Глаза будут через несколько часов, ну а вместо пресса я тебе три бицепса и пару трицепсов от тяжей поставила. Получилось намного мощнее, но о балансе речи не идет. Да и живот пришлось запаять почти что наглухо.

— Скоро проверим, что из этого получилось.

После того, как мы узнали об Айке от главы Коршунов, Капитан решил увести Бочку от форта. Пара сотен километров — только для того, чтобы глаза не мозолить. Мы прибыли вечером, захват базы наемников провели еще до утра, так что знакомых очертаний в воздухе не видел никто, а записи о нашем пребывании были стерты со всех регистров местного порта мановением волшебной банковской карточки. Канат развязал мошну, так что шанс договорится с местными был хороший. А еще к нам летела подмога. Не две группы бойцов, а больше десятка кораблей как минимум на треть забитых десантом.

— До сих пор не верится, что ты можешь управлять этой штуковиной на расстоянии.

— Штуковина? — улыбнулся я, — и это говорит дипломированный специалист?

Ясмин тоже улыбнулась. Слегка, но хоть что-то. Пришлось рассказать ей, чтобы правильно оценила фронт работ.

— На обычный скаут это теперь мало походит, — парировала она. — Когда будешь активировать?

— Жду приказа капитана. Как только наблюдатели заметят подозрительную активность, так и ударю. — Да, мои эксперименты со скаутом шли довеском. Активация нужна была только для того, чтобы вывести кукловода из игры в нужное время: перед штурмом или во время побега.

О’Лири как всегда выбирал лучшее. В Которе лучшие дома, хотя я бы назвал их особняками, стояли в золотом квартале, и Айк сумел снять один практически в самом центре этого роскошного района. Особняк — это прежде всего роскошь, но местные реалии делали поправку на прочность и под белизной п-образного строения, блеском позолоты обнаруживалась все та же четырехэтажная железобетонная коробка с бронированными стеклами. На каменных столбах высокой кованной ограды стояло по четыре камеры, бледно-зелёный газон был нашпигован противопехотными минами и ловушками, укрыт невидимыми обычному глазу лазерными лучами, а в аккуратно подстриженных кустиках прятались датчики движения и автоматические турели. Только огромный фонтан перед домом и бассейн на заднем дворе были чистыми, зато там постоянно терлось по паре громил в экзоброне. О небольшой частной армии костюмированной охраны и говорить не стоит.

Но все же дом Айку не принадлежал, в отличие от той же базы наемников, где они были полноценными хозяевами, так что бонусом нам шли все планы от коменданта. Был и минус. Айк снимал этот дом уже четыре года, так что изменений там могло быть до фига и больше. Нет, каждый год человек от администрации проверял сохранность городского имущества, так что вряд ли нас жджало что-то масштабное, но на мелочь за пару тысяч монет мог бы глаза и закрыть, а мину, замаскированную под старинную вазу, и вовсе не заметить.

Так как временный штаб расположили на базе одного из отрядов, Шона с Хоссом остались в форте, а Мари воспользовавшись правами временного капитана отправила нас с Вольфом потеть на кухне. При чем, я впервые был назначен старшим и сумел не испортить суп. По крайней мере оставшиеся на борту летуны не плевались.

Время тянулось к вечеру как резина. Возможно там на земле и творился безумный, бессонный непрекращающийся мозговой штурм, а я и выспаться успел, и мечами с Вольфом позвенеть. Время медленно подползало к «послезавтра», когда один из двух человек должен был сгореть.

Мой скаут привели в норму, из форта на флаере были доставлены глаза, и я был не прочь посмотреть, но приказа не приходило, а вот тактические планы пришли и в них даже мне нашлось место — рядом с Вольфом — забор подпирать. На Мари оставалось боевое управление кораблем, а остальную команду вообще было приказано эвакуировать флаером. Тем не менее, выпереть Асоль мы не смогли, медик осталась на борту. Эрнан уходя ворчал что-то нехорошее об упертых женах и мужской гордости, но дочь и сестру забрал с собой. Мне он кстати подарок оставил — прямоугольный полевой щит.

Тот же флаер усилил десантную команду еще одной группой летунов, а под утро прибыло еще две таких. Бочка поравнялась с другими кораблями, что понемногу брали Котор в кольцо и медленным ходом двинулась обратно. Как только наша дружная компания в небе выросла от неразличимых точек до крупных клякс, Шона подал команду. Я долго ее ждал, но в этот раз решил встретить кукловода не в каюте, а лаборатории напротив своего скаута вместе с Асоль. Ей, черт подери, тоже пришлось рассказать.

На этот раз все получилось даже проще. Я поднял руки и сжал кулаки, а скаут передо мной из-за отсутствия мышц на указательном и мизинце показал козу. Хэви-метал, костяной. Я тоже оттопырил пальцы в извечном рокерском жесте. На этом веселье кончилось, поскольку чужеродные мышцы в животе заныли непроизвольно сокращаясь и броню затрясло на раме как больного Паркинсоном. Открылись синтетические глаза, и лаборатория пошла кругом. Настоящая картинка накладывалась на синие тона, что транслировал мне скаут. Я будто в картину Пикассо попал, где на синем фоне были раскиданы цветные предметы. Их линии в одном месте смазались, а в другом очертились до невиданной остроты и удивительной яркости, и все это дрожало как отбойный молоток. Я зажмурился и погрузился в непробудный мрак. Даже живот попустило. Отрешившись от скаута, но не отпуская связь, я сел на пол и открыл только синтетическую пару глаз. Хм, а не такое уж оно все и синее, если присмотреться, то можно даже цвета различить. А вот голову повернуть нельзя. Сказывается извечная проблема скаутов — отсутствие мышц.

Я уже и отойти от впечатлений успел, а холодная связь все никак не приходила. От провала в сознание кукловода веяло только легким прохладным ветерком. Что за фигня, мы уже наверняка над городом! Собрав волю в виртуальный кулак, я пнул разделяющую нас перегородку и тут же был втянут в чужую голову. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как невысокий брюнет уводит куда-то Альвара.

— Стой! — он повиновался, а кукловод взвыл от боли и досады. Я успел до того, как наши мышцы снова свело противоречивыми импульсами. Что бы там не хотел сказать ирландец, я держал челюсть сжатой. Мое присутствие в его голове не давало ублюдку управлять марионетками. Он брыкался, пинался, и это было далеко не боевое искусство, лишь его сырая воля против моей.

— Отпусти, идиот, пока не погубил нас обоих!

— Оно того стоит!

Альвар удивленно повернулся к хрипящему от натуги кукловоду и его зрачки вновь расширились как небольшие черные дыры, поглотившие роговицу. Всего на мгновение, а потом парень вывернулся из удерживающей его руки и выскочил из комнаты. Кукла так и осталась стоять истуканом.

— Нет! — Ярость придала кукловоду силы, и он выскользнул из своей же головы. Кукла сорвалась с места, а тело Айка перестало сопротивляться. Я даже свалился на пол от удивления. Чужое тело чувствовалась примерно так же, как и синтетические мышцы. Вот только не имел скаут столько мышц. Кое как я подобрался с пола и поковылял следом в большой и светлый коридор. Силы стремительно покидали меня, гораздо быстрее, чем во время борьбы. Чтобы удержаться на ногах я оперся на стену и едва не сбросил картину.

Чего? Голова неизвестного мне зверя была исполнена не на холсте, а на зеркале. В не закрашенной поверхности отображался белобрысый мужчина с мясистым носом и тяжелой челюстью. Айка О’Лири в нем нельзя было узнать при всем желании. Смотря на это лицо, я понял, что мне не нужно никуда бежать. На поясе пистолета не оказалось, не нашлось оружия и под полой пиджака. Я со всей силы треснул кулаком звериную морду, и она со звоном осыпалась на пол блестящими осколками. Кое-что осталось и в раме. Выбрав из этого самый длинный кусок, я поднес его к шее, надавил, собрал остатки сил для резкого рывка и замер под напором чужой воли. Хозяин тела вернулся. Кулак до крови, до дрожи в напряженных израненных мышцах сжал осколок. Из оцарапанной шеи потекла кровь смешиваясь с той, что капала из руки. Я вложил все силы в последнее движение чужой рукой, а он ударил. Ударил так, что меня пулей выбросило из тела.

— Нет! — Я не успел. Опять!

— Все нормально, Ник, все нормально! — прокричала Асоль.

— Что? — Я глянул на отскочившую от меня женщину.

— Успокойся.

— Ты уколы сделала?

— Да.

— Мне пора.

Вскочив с места, я понесся в ангар к моему рабочему скауту. Вольф уже ждал меня там. На этот раз тяж держал в руках не привычный двуручник а огромный шестиствольный пулемет с лентой уходящей за спину к навесному коробу. Хотя меч в кармане на спине тоже был. Увидев меня, он не стал ждать, а сразу же двинулся к открытому десантному люку.

Полеты над полисами запрещены, то же касается и полетов над фортом, тем более, наверное, было дико видеть, как сразу четыре корабля с разных сторон вошли в запрещенную зону и накрыли огромными тенями здания. Любой наемник, поднявший в это время голову, сразу же понял, что дело здесь не чисто, а для тех, кто не поднял, заорали громкоговорители. Все время повторяя одну и ту же фразу.

— Внимание! Проводится спецоперация сил правопорядка. Просьба ко всем жителям и гостям форта вернуться в свои апартаменты. Внимание! …

Наши корабли зависли над особняком Айка. Снизу, наверное, казалось, что они касаются носами, но на деле мы выбрали разную высоту, чтобы иметь пространство для маневра в случае повреждения.

На бочке мы были последними. Летуны уже покинули корабль и устроили за бортом филиал ада уступавшему по численности противнику. Десант с других кораблей вспахал зеленый газон до черноты и выжег большинство огневых точек противника. Что же, огня сегодня будет предостаточно, чтобы погиб не один человек.

Броня села как вторая кожа я соскочил с рамы, подхватил щит, сунул винтовку за спину и первым сиганул в пропасть открытого люка. Сумрак ангара резко сменился яркими красками, а броня стала практически невесомой. Я впервые ощутил столь уникальную смесь страха, восторга и неподдельной свободы. Как же, наверное, здорово летунам ощущать эту свободу постоянно! Когда ты не ограничен дурацким притяжением и одной плоскостью движения. Но восторг мой длился недолго, чернота вспаханной бомбардировкой земли стремительно приблизилась, намереваясь размазать нас как мух по лобовому стеклу автомобиля, Вольф не сплоховал, свободный полет на мгновение превратился в плаванье сквозь густое желе. Всего на мгновение, чтобы потом-таки вышибить из меня дух ударом о землю. Следуя совету Мари, я не пытался устоять, как это делали остальные, но и в перекат уйти не вышло, меня таки немножко размазало, но не смертельно.

Когда я вскочил на колено, Вольф уже косил кусты длинной струей семимиллиметровых пуль. Я сорвал со спины винтовку, положил ее на крепление щита перед собой и начал палить по стрелку на втором этаже. В десяти метрах справа изломанной куклой грохнулся вражеский воздушный скаут, Вольф докосил кусты и прятавшихся за ними бойцов, а в выбранное мною окно влетела чья-то ракета и разнесла стрелка вместе с бронированным стеклом. Оружейный стрекот стих, из окна на четвертом этаже вывалилась белая простыня, а недобитая охрана начала сдаваться. Наша пехота группами начала входить в особняк, а летуны возвращаться на корабли.

Нам с Вольфом было приказано оставаться на месте. В голове радостно мелькнула мысль о том, что погибать не придется и тут же фонтан перед особняком разлетелся каменной шрапнелью. Взрывная волна положила большинство наших бойцов, а тем, кто устоял досталось осколками. Эфир взвыл болью, а из воронки, как из залповой установки в небо стартовал рой больших красных объектов.

— Летуны! — завопил эфир.

— Андроиды! — пророкотал Вольф, поливая небо пулями.

Наши воздушные силы оказались в меньшинстве и те немногие, что не успели вернуться на корабли, мгновенно стали жертвами вражеского огня. Синтетические мозги практически не промахивались. Нижний из десантных кораблей быстро покрылся дырками, пыхнул черной копотью и начал медленно заваливаться вниз как тонущий от смертельных ран кит. Пилот попытался минимизировать ущерб и потянул его на окраину, но даже так он должен был грохнуться в районе крепостной стены непонятно с какой стороны. Я сильно ошибался, считая адом предыдущий бой. Он начался только сейчас, под дождем из металла, синтетики и человеческой плоти.

Летунами атака не ограничилась. Пока мы дружно стреляли вверх, из провала полезла пехота. Первыми выскочили крупные и быстрые как молния собакообразные андроиды. На спине каждая тварь несла по крупнокалиберному пулемету, и по несколько мини ракет в корпусе. Первый же ракетный залп пришелся на группу наших тяжей, неожиданно прикрывшуюся кинетическим щитом. Воздух перед тяжами зарябил от сплющенных о невидимую стену пуль, но ребята достали мечи и начали буквально рвать собак на части. Под прикрытием тяжей пехота продолжила обстрел провала и большинство человекообразных андроидов выскакивали только для того, чтобы тут же превратиться в кучу металлолома. Свою лепту в это внес и Вольф, чья бесконечная очередь резала красных уродцев как картон.

Ситуация на земле качнулась в нашу сторону, да и к воздушному обстрелу внезапно присоединились местные силы правопорядка. Семь бронированных флаеров и плотный огонь из окружения заставляли верить в лучшее.

Скауты у противника кончились, зато тяжи только начались. Первый же красный гигант, выброшенный на поверхность невидимой катапультой, врезался в один из наших тяжей огромным щитом и всадил ему короткий клинок с красной плазменной окантовкой в бок. При этом он открылся сзади и получил удар двуручником в спину от другого тяжа. Пули Вольфа высекали из тяжей целые снопы искр, пробивали внешнюю броню и рвали мышцы, но убивали разумных машин далеко не сразу. Поэтому он бросил пулемет, патронный короб тоже отвалился, повинуясь мысленному приказу, и в руках немца оказался меч. Наплевав на приказ держать позицию, Вольф огромными шагами понесся к провалу, откуда все выскакивали новые тяжи. Не отдавая себе отчета, я тоже кинул винтовку за спину и достал гладиус.

До провала я добрался не так быстро, зато по дороге прикончил двух собак. Одной гладиус в визор всадил, а вторая сама нарвалась на вмонтированный в щит резак головой. С первого раза удачно получилось. Самостоятельно сражаться с тяжами я не стал, они таких как я легко размазывали по стенах, зато подрезать мышцы ног тех, что уже имели противника, мне никто не мешал. Я успел пырнуть троих, пока не нарвался на летящее в морду красное лезвие. Вовремя подставленный щит спас мне жизни, но сильнейший удар столкнул в дыру на месте фонтана. Верх с низом несколько раз быстро поменялись местами и ударили меня со всех сторон сразу.

Как же больно… Каждый вдох как нож в левый бок. Ну не горю хоть… Стоп, куда меня тащат?

Светлое пятно неба вместе с невыносимым грохотом медленно уползало вверх, кость брони царапала пол, и дневной свет сменился холодным сияние потолочных светильников. Превозмогая боль в боку, я поднял голову и увидел, как два красных скаута сверкая красной еще даже не поцарапанной краской тащат меня вглубь широкого коридора. На запчасти, наверное. Я откинул голову обратно, желания брыкаться и бороться не было совершенно. Это ж как надо было башкой треснуться? Ну примерно так, чтобы лицевая пластина раскололась. Я только сейчас сообразил, что от нее остался лишь небольшой кусок надо лбом слева, а смотрю я не через визоры, а своими глазами.

Движение остановилось.

— Кого я вижу! — иронично произнес незнакомый голос, — Подымите.

Андроиды подхватили меня под руки и поставили на ноги. Я оказался в огромном подземном зале, где красные болваны грузили на беспилотные платформы ящики. Полные платформы караваном уходили в широкий зев коридора, а на смену им выскакивали такие же пустые.

Передо мной лыбилась та самая наглая рожа, которую я видел в зеркале. Только теперь на шее кукловода красовалась широкая повязка.

— Виделись уже, — прохрипел я, скрутившись от боли.

— Тем не менее, тебя я рад. Ты как подарок, свалившийся с неба и одновременно ответ на вопрос, кто же из нас сегодня погибнет.

— Отрицательно, — сказал механический голос андроида справа.

— Его нужно исследовать, — сказал тот, что слева.

Кукловод хотел огрызнуться, но взрыв раздавшийся в конце коридора, заставил его передумать.

— Мы должны уходить.

— Я должен найти мальчишку!

— Ребенок не имеет значения, — сказали андроиды и бросили меня на платформу, как мешок с картошкой.

Пока я отходил от новой вспышки боли, платформа тронулась. Один из андроидов стянул мои руки пластиковым хомутом, что в моем состоянии было лишним. Я и так все десять минут полета на бешеной скорости не пытался дергаться. Даже когда за нами гаркнул взрыв, и тугая воздушная волна принесла тучу пыли пополам с гарью. А вот когда платформа замедлилась и под нами почувствовался небольшой подъем, я аккуратно поднял голову. Зев тоннеля выходил в пустынный, каменистый яр. Два андроида не таясь затаскивали ящики в грузовой флаер, а рядом стояла еще одна летающая машина: остроносая, с большими турбинами, и хищно изогнутыми крыльями. По узкому трапу флаера к нам спустился мулат с синим ирокезом, а за ним, не теряя царственного достоинства вышла блондинка-иллюзионист.

Андроиды поставили меня на ноги и потащили к нему навстречу, раздался металлический звон и синтетические конечности вдруг покосились и потянув меня вниз. Я грохнулся на камни, рассадив подбородок, а кукловод пробормотал.

— Как же долго я мечтал это сделать.

Кукла подняла меня на ноги, и я увидел, что у жестянок прострелены затылки. Другая пара красных железяк тоже свалились, но с этой позиции я не мог рассмотреть их повреждений.

— Как ни будь обойдутся без исследовательского материала, — подмигнул мне Айк.

Из-за валуна справа вышел мужчина со снайперской винтовкой. Еще одна кукла. Та, что гонялась за Альваром, а если подумать, то возможно даже та самая, что была в Минералбанке.

— О, смотри, а вон и Бочка дымит, — сказал Айк кивая на небо. Корабль действительно получил серьезные повреждения, но от форта отходил бодрее того первого корабля. Судя по курсу, она должна был пройти прямо над нами.

— Хана тебе, — вымучил я.

— Мы под отражающим полем, — покачал он головой. — Прикрыты и от техники, и от человеческого взгляда, но дым нас может выдать. Жаль, я хотел насладится зрелищем.

Пока велся разговор куклы притащили катушку цепи и начали плотно меня обматывать. Дело было не быстрым, поэтому кукловод отлучился.

Иллюзия. Достаточно ее снять, и Мари увидит флаеры под кораблем, а моя броня еще на раме в лаборатории. Я зажмурился и тут же увидел родные стены в синеватом оттенке. Подтянуться, соскочить, открыть дверь. Нерабочие пальцы мешают, но я вроде справился. Еще бы башка так не шаталась. Я схватил ее обеими руками и зашагал в ангар. Надеюсь десантный люк все еще открыт. Да!

— Настала пора жаркого! — радостно заявил Айк выйдя из грузового флаера и тряся в руках небольшую канистру. — Реактивное. Лучшее для тебя. — Чтобы увидеть его наглую рожу и не взорвать себе мозг, пришлось сменить глаза. В этот же момент я заметил, небольшой каменный выступ что рос с земли меж нами. Кукловод точно собирался пройти возле него. Черт его знает, как работает это поле, но я рискну.

Закрыв настоящие глаза, я вновь очутился на корабле и шагнул в люк. Шлем все еще приходилось держать двумя руками, чтобы не болтался на ветру, зато я получил возможность целится и корректировать свой полет. Вон та фигня похожа на нужный уступ. Я немного повел ногой меняя траекторию. А он справа или слева должен пройти, если брать относительно брони?! Черт, поздно!

— Айк! — заорала блондинка. Я успел открыть глаза, чтобы увидеть, как кукловод попытался отскочить, но зеленый снаряд с хрустом и грохотом врезался в его правую ногу. Одна из конечностей брони, наверное, нога, выбила из его руки канистру и расплющила ее о камень.

Айк заорал как порося на бойне, блондинка кинулась к нему, а моя запасная экзоброня конвульсивно дернулась и мир исчез в яркой, всепоглощающей вспышке.

Боль ушла из тела. Да и самого тела я не чувствовал. Открывать глаза было страшно. Тем более этот страшный рокочущий звук… Стоп, это же храп!

Я снова лежал на больничной койке, а рядом в кресле без задних ног дрых перебинтованный Немец.

— Вольф, — позвал я, но с первого раза у меня получилось только сердитое сопение. — Вольф!

— А? Что? — гаубица, что заменяла немцу пистолет поднялась в воздух. — И зачем было будить? — спросил он с осуждением.

— Альвар?

— Живой. Прятался в гардеробе.

— Антидот?

— Асоль сказала будет готов к вечеру. А тебе спать нужно. И мне нужно. — Немец поерзал задом в кресле и через мгновение уже сопел как младенец.

Пять сломанных ребер, целая куча трещин, синяк на пол тела, сотрясение и непрекращающееся головокружение от антидота надолго приковали меня к постели. Как только начал соображать, у меня в гостях перебывала вся команда. Вольф как добросовестная наседка дежурил первую ночь и обошелся без речей, а вот остальные уверяли меня в личном героизме и высоких моральных качествах. Не говорить же им, что я банально хотел грохнуть гада. И это получилось, Асоль заверила, что обгоревшее тело действительно принадлежит Айку О’Лири. После взрыва иллюзия спала, столб дыма вырвался за отражающее поле, и его заметила Мари. К тому моменту на Бочке уже была пара легко раненных пилотов, на которых она и бросила корабль. Задержать флаер наша воительница не успела, блондинка-иллюзионист ушла, зато подобрала три тела, едва подававшие признаки жизни: меня и кукол, с ними сейчас Затонов играется.

Историю Альвара мне рассказывал Капитан. Ясмин была не в состоянии, все время, срываясь на благодарности. Мой последний прорыв в сознание Айка дал пацану возможность удрать и спрятаться в кладовке с моющими средствами, где он банально просидел весь штурм. После раскрытия базы андроидов всполошились многие другие полисы и форты. За сутки было обнаружено и уничтожено еще три таких. К несчастью фактор неожиданности был утрачен, так что люди там понесли большие потери, или же наткнулись на пустое помещение.

Заходил и сам Альвар. Мальчишка извинился за то, что, по его мнению, подставил меня. Святая простота… Самым последним меня навестил Канат. На третий день моего лежания старик приперся с точной копией бутылки, которую я у него свистнул и двумя стаканами. Пока я усаживался поудобней на кровати, он наполнил их и протянул мне один.

— Я спрашивал Асоль, она разрешила.

Лучше бы пиво разрешила, все равно не тренируюсь. Я сделал маленький глоточек и сморщился.

— Гадость.

— Я думал, тебе нравится. Спер ты такую же.

— Кто сдал?

— Камеры. Иметь парочку скрытых — неплохая идея. — Старик отпил, помолчал, добил стакан в два глотка и спросил. — Какие планы на будущее? Захочешь разорвать контракт — команда не будет против, никаких штрафных санкций. Если моего слова недостаточно, Шона скажет то же самое.

— Вашему слову я действительно верю мало, — решил я не кривить душой. До сих пор не могу понять, было ли произошедшее подставой. Все же Вольф тогда практически не отходил от меня, а вооруженная нянька-телекинетик — достаточно серьезно.

— Послушай, Ник…

— Не надо. Ваши слова ничего не изменят. Думаю, я понимаю ваши мотивы. В Андоруме вы потеряли сомое дорогое — семью. Поэтому здесь и сейчас для вас важны только Шона и Мари. Пускай по крови она не ваша, но вы считаете ее внучкой. Остальные же… Не имеют для вас никакого значения.

— Совсем уж ублюдка из меня не делай. — Старик нахмурился пуще обычного. — Я забочусь о команде.

— Пока она защищает вашу родню.

Канат неодобрительно покачал головой, но спорить не стал.

— Значит ты нас покинешь…

— Останусь.

— Почему?

— Андроиды сказали, что я ценен. Если поймают — точно на запчасти разберут.

Всем спасибо!!!

Обычно блгодарности пишут в начале книги, но поскольку созрел я только сейчас, пускай будут здесь.

Прежде всего, хочу поблагодарить читателей. Спасибо тем, кто искал ошибки, текстовые, или логические — не важно, ваши комментарии были самыми полезными. Спасибо тем, кто ставил оценки и лайки, да хотя бы дочитал до конца — вы совершили подвиг! Ну и тем, кто писал, что книга бред — некоторые главы написаны таким экспертам назло. Спасибо родителям, не поблагодарить их за терпение было бы свинством. А еще спасибо коллегам и моему главбуху, закрывавшей глаза на то, что я пишу в рабочее время.