Аньоло Бронзино. Святое семейство с маленьким Иоанном Крестителем (Мадонна Строганова). Около 1540

Портрет пожилого мужчины в синем плаще Египет, Фаюм. I век. Дерево, энкаустика, 29x26

Период перехода от Античности к Средневековью в музее представлен портретами, созданными в I–IV веках в Фаюмском оазисе на территории Египта. Фаюмские портреты создавались при жизни заказчика, а после его смерти, в соответствии с древнеегипетскими традициями, служили погребальными масками.

«Портрет пожилого мужчины в синем плаще» отличается точностью воспроизведения облика модели, тщательной лепкой пластики лица. Он выполнен в технике энкаустики, восковыми красками, тонко передающими светотеневые переходы. Композиция сохраняет принятый в античную эпоху мотив посмертного прощания: лицо обращено к зрителю, торс развернут в три четверти. При этом пристальный взгляд персонажа устремлен словно из бесконечности. Образ отличает глубокий психологизм, свойственный произведениям, созданным на переломе эпох.

Портрет юноши в золотом венке Египет, Фаюм. II век. Дерево, энкаустика. 35,5x21

Во II веке в фаюмские портреты привносятся некоторые изменения. В представленном портрете герой увенчан золотым лавровым венком — знаком посмертной славы. Образ здесь явно идеализирован. Художник ориентировался на законы изображения человека, существовавшие в искусстве Древней Греции. Лицо отличается классической правильностью черт и некоторой внутренней напряженностью, которую выдают чуть блестящие белки широко распахнутых глаз. Обилие золота — фон и венок — усиливает мотив посмертного преображения, торжество духа, воспарившего над земной суетой.

Собор двенадцати апостолов Константинополь Начало XIV века. Дерево, темпера, позолота. 38x34

Икона «Собор двенадцати апостолов» написана столичным константинопольским мастером и является выдающимся памятником византийского искусства периода Палеологовского Ренессанса. Сюжет связан с церковным праздником, посвященным двенадцати апостолам. Средневековый художник изобразил учеников Христа, призванных нести миру Его слово. В центре выделена фигура апостола Андрея, по христианской легенде, он считался первым епископом Константинополя. Изысканные сочетания синих, вишнево-пурпурных, оливковых и фисташковых тонов (традиционные цвета одеяний Иисуса), тонкие штрихи пробелов — вся цветовая гамма создает атмосферу высокой духовности и незримого присутствия главного лица — Иисуса, принесшего озарение Нового Завета. Лики апостолов отличаются строгой правильностью черт, богатство складок хитонов и статуарность поз напоминают о преемственности византийской империей античных классических традиций.

Пизанский мастер Мадонна с Младенцем на троне 1270-е. Дерево, паволока, темпера, позолота. 173x84

Икона пизанского мастера непосредственно связана с византийской традицией. Этот алтарный образ отличается изысканной цветовой гаммой и необычайным разнообразием использования ассистов, создающих удивительно тонкий декоративный орнаментальный ритм. (Ассист — тонкие золотистые линии на одеждах святых в иконописи — символ божественного отсвета.) Линейность рисунка и четкость силуэтов фигур усиливают ощущение плоскостности, бестелесности образов Мадонны и Младенца. Одновременно лик Девы Марии поражает выразительностью и редкостной красотой: большие темные глаза, тонкие линии носа и бровей, идеальный овал лица. Подобного рода алтарные образы были смысловым и духовным центром больших кафедральных соборов. Их символическое содержание несло идею божественной мудрости и небесного величия.

Мастерская Пьетро Перуджино Мадонна с Младенцем. Начало XVI века. Холст, масло (переведено с дерева). 51x38

С творчеством Пьетро Перуджино, учителя великого Рафаэля, связано становление в живописи Италии классического стиля, ознаменовавшего высшие достижения искусства Ренессанса. Произведению, созданному в мастерской умбрийского художника, присущи тонкий лиризм и поэтическое созвучие гармоничного состояния человека и окружающего его прекрасного мира. Облик Мадонны, исполненный кротости и печали, благородной красоты и ясности, царит над пейзажем, спокойно расстилающимся вдали. Цветовое и композиционное решение всецело подчинено главному — Марии с Младенцем Христом. Она изображена на фоне закатного неба, ее плавно очерченная фигура доминирует в пространстве, поэтому, несмотря на небольшой формат, образ обладает особой значимостью. Гуманистическая философия эпохи Возрождения о божественной сущности человека обретает зримое воплощение.

Джованни Антонио Больтраффио (около 1467–1516) Портрет юноши в образе святого Себастьяна. Конец 1490-х. Холст, масло по темперной подготовке (переведено с дерева). 48x36

В картине Больтраффио «Портрет юноши в образе святого Себастьяна» в полной мере воплощены ренессансные представления о человеке. В моделировке лица, оттененного дымкой прозрачной светотени, заметно влияние Леонардо да Винчи, в миланской мастерской которого Больтраффио долгое время учился и работал. На портрете изображен светский молодой человек, на христианскую историю мученичества указывает лишь стрела — атрибут святого Себастьяна (реальной исторической фигуры эпохи императора Диоклетиана). Композиция картины, трехчетвертной разворот фигуры, взгляд модели, обращенный непосредственно на зрителя, — все эти черты были характерны для творчества Леонардо. В передаче черт применен изобретенный им знаменитый прием — сфумато, при котором тонкие переходы градаций светотени придавали некую неуловимость и изменчивость выражению лица, подчеркивая тем самым сложность духовного мира человеческой личности.

Парис Бордоне (1500–1571) Явление Сивиллы императору Августу 1550-е. Холст, масло. 165x230

Картина представляет собой ранний пример сочиненного архитектурного пейзажа в итальянском искусстве. По словам самого Париса Бордоне, он изобразил «пять архитектурных ордеров в перспективе». Герои легенды о пророчестве Тибуртинской сивиллы в этом идеальном пространстве являются лишь стаффажами.

Легенда гласит, что когда римский сенат постановил праздновать апофеоз, или обожествление императора Августа, то он испросил совета сивиллы. Тибуртинская сивилла предсказала рождение младенца, который будет могущественнее всех римских богов. В тот момент небеса разверзлись, и император узрел Деву Марию с Младенцем Христом на руках.

Коленопреклоненный Август изображен в центре композиции рядом с сивиллой, указывающей на небо, где в облаках явлена Мадонна с Младенцем. Слева от Августа — слуга с императорским жезлом в руке. Однако главным героем здесь становится безупречно выстроенное пространство античного города. Художник демонстрирует превосходное владение прямой перспективой и знание ордерной системы античной архитектуры. Располагая второстепенных персонажей на лестнице и в портиках здания, Бордоне создает почти театральную мизансцену. Рельефы на цоколе здания в левой части картины прославляют военные победы императора Августа.

Аньоло Бронзино (1503–1572) Святое семейство с маленьким Иоанном Крестителем (Мадонна Строганова). Около 1 540. Холст, масло. 117x99

Крупнейшим представителем маньеризма является флорентинец Аньоло Бронзино, придворный художник Козимо I Медичи, великого герцога Тосканского. «Святое семейство с маленьким Иоанном Крестителем» было написано вскоре после бракосочетания Козимо I и Элеоноры Толедской. Полотно отличается блеском и виртуозностью исполнения. Оно дает яркое представление об искусстве Бронзино, творчески претворившего идеи великого Микеланджело. Композиция картины сознательно усложняется художником, он использует изощренные разнонаправленные ракурсы при размещении фигур в пространстве, виртуозно соединяя свободное владение рисунком, безукоризненные соотношения пластических масс и изысканное живописное решение. В образах святых угадывается сходство с членами семьи Медичи, чьи портретные изображения хорошо известны. Так, святой Иосиф, изображенный в профиль, напоминает самого Козимо I, Мадонна — его супругу, а Младенец Христос — их старшего сына Джованни.

Мастер Лихтенштейнского замка (работал около 1440) Рождество. Поклонение волхвов XV–XVI век. Дерево, темпера, позолота. 101x50

В середине XV века в Вене работал так называемый Мастер Лихтенштейнского замка — художник, чье имя осталось неизвестным, прозванный по месту нахождения его наиболее значительных произведений. Им был создан большой полиптих — алтарь для капеллы замка Зебенштейн, включавший около двадцати створок, две из них представлены в музее. На них изображены канонические евангельские сцены — «Рождество» и «Поклонение волхвов».

В «Рождестве» место действия показано весьма подробно — это хлев, отгороженный плетнем и перекрытый дырявой соломенной крышей. Новорожденный Иисус лежит в яслях — кормушке для скота. Вдали видны крепостные стены Вифлеема, куда, по евангельской легенде, Мария и Иосиф пришли на перепись. Облик Богоматери, Христа и ангелов идеализирован и противопоставлен простонародным лицам пастухов, пришедших на поклонение Младенцу. Расстановка фигур в узком формате доски и трактовка складок одеяний напоминают скульптурные резные алтари. Символика здесь традиционна: мул и вол, непременные участники этой сцены, олицетворяют иудейство и язычество, побежденные христианством. Часть каменной готической конструкции, поддерживающей крышу хлева, намекает на разрушенный ветхозаветный храм царя Соломона, на месте которого Христос возведет свою церковь новой веры. Золотой фон призван передать сияние божественного света, озаряющего все события Нового Завета.

«Поклонение волхвов» продолжает евангельский рассказ, на смену пастухам здесь появляются волхвы с дарами. Сцена словно наполняется неземным сиянием, исходящим от золотого фона, роскошных одеяний волхвов, драгоценных ларцов и сосудов с дарами, принесенных Младенцу.

Лукас Кранах Старший (1472–1553) Мадонна с Младенцем (Мадонна в винограднике). Около 1520. Дерево, масло. 58x46

Образ «Мадонны с Младенцем», созданный величайшим представителем Северного Возрождения Лукасом Кранахом Старшим, дошел до нашего времени в поврежденном состоянии: утрачены нижняя и правая части композиции, изображавшие беседку, увитую виноградом. Мадонна здесь представлена не столько в божественном, сколько в человеческом величии. На первый план выступает земная природа Марии: материнская любовь, нежность, женственность и одухотворенность. В композиции легко прочитываются христианские символы: лоза означает истинную Церковь, виноградная гроздь, которой касается Младенец, намекает на его будущую жертвенную смерть, струя воды, пробивающаяся из скалы, — источник новой жизни, которую Он принесет в мир. Сочиненный Кранахом (весьма характерный для Германии) гористый пейзаж с рекой на заднем плане также имеет иносказательный смысл: гора и скалы — символы духовного возвышения, непоколебимой твердости веры.

Ян Госсарт (Ян ван Мабюзе) (около 1480–1536) Мужской портрет. Около 1530. Дерево, масло. 36,6x28,7

Ян Госсарт, прозванный Мабюзе, по праву считается признанным мастером портрета. Большое влияние на его творчество оказало пребывание в Италии, где художник работал при папском дворе. В искусстве Госсарта ренессансные представления о человеке, воспринятые им у итальянских гуманистов, выразились особенно ярко. Созданный живописцем «Мужской портрет» по-новому трактует образ современника: это не смиренный донатор, а деятельный, волевой, исполненный чувства собственного достоинства и смело утверждающий свои идеалы человек.

Питер Пауль Рубенс (1577–1640) Вакханалия. Около 1615. Холст, масло. 91х107

Картина «Вакханалия» занимает особое место в творчестве Рубенса. Это произведение он написал для себя и не расставался с ним до конца жизни. «Вакханалия» с момента создания неизменно восхищала современников художника. В основе сюжета — миф о боге виноделия и плодородия Дионисе-Вакхе и его неизменных спутниках в празднествах — сатирах и вакханках.

В Средние века образ Диониса-Вакха стал олицетворять наступление осени, время сбора урожая, и в календарях он считался знаком октября. Рубенс представил вакхическое празднество как последнее пиршество природы перед зимним сном. В центре композиции — опьяневший Силен, учитель и воспитатель Вакха, который уже не в состоянии удержать кувшин с вином. Силена поддерживает золотоволосая сатиресса, в облике которой Рубенс воплотил свой идеал женской красоты. Расположение окружающих фигур образует эллипс, отчего торжество кажется непрерывно повторяющимся, как вечное обновление природы, исполненной животворящих сил.

Во время своего пребывания в Риме Рубенс видел античный саркофаг с вакхическими сценами, находившийся в коллекции кардинала Альтемпса, и сделал с него зарисовки, которые использовал при создании «Вакханалии». По счастливой случайности, этот саркофаг, купленный в 1843 графом С. С. Уваровым, оказался в одном музее с картиной.

Антонис ван Дейк (1599–1641) Леди Говард (д'Обиньи) и графиня Портленд 1638–1639. Холст, масло. 128,5x178

Антонис ван Дейк является одним из крупнейших портретистов XVII века. Получив звание мастера, он попал в мастерскую Питера Пауля Рубенса. Общение с великим фламандцем обогатило его палитру, но в отличие от учителя, обладавшего неисчерпаемой художественной фантазией, Ван Дейк тяготел к конкретному изображению. Портрет стал его истинным призванием. Точность наблюдения сочеталась у Ван Дейка со стремлением облагородить модель. Персонажи на его портретах аристократичны не столько в силу своего происхождения (многие из них были выходцами из бюргерской среды), сколько личными качествами и осознанием своего человеческого достоинства.

В 1632 Ван Дейк навсегда уехал в Англию и стал придворным художником короля Карла I. Около 1638 им был исполнен двойной портрет, на котором представлены известная красавица своего времени леди Катерина Говард (справа) и Френсис Стюарт, графиня Портленд. Брат графини Джордж Стюарт, родственник короля, тайно обвенчался с Катериной, чем вызвал недовольство монарха. Графиня же дружески приняла невестку. На это намекает жест ее руки, срывающей розу. По первоначальному замыслу рядом с леди Говард должен был быть изображен муж, позднее характер портрета изменился, и на оставленном пространстве была написана фигура графини, о чем свидетельствует разница в исполнении правой и левой частей.