Время действия: конец недели

Место действия: школа Кирин, летняя сцена, одну сторону которой занимает группа "Am-kiss" со своими новыми и блестящими инструментами, а на другой стороне — ЮнМи со своим "фанерным" Коргом и развороченным, словно от попадания снаряда — компьютером.

Сижу, смотрю, как противники готовиться к выступлению. Жребий выпал им быть первыми, а я, значит, буду завершать выступление в батле. Это хорошо, потому, что "Штирлиц знал, что лучше всего запоминается последняя фраза…", или, в моём случае, — последняя песня… А на последнее у меня — Вивальди. Композиция "Зима", в рок-обработке. Вещь весьма запоминающаяся, особенно, если погромче усилок выкрутить…

Парни начинают. Выйдя на центр, приветствуют публику, та, визгами и криками выказывает им свой большой "одобрямс". Народу собралось — почти вся школа. Ну, если не вся, то уж половина точно. "Am-kiss" — сами по себе популярны. Я, после выступления на концерте посвящения в ученики Кирин — тёмная лошадка. Рояль роялем, а тут эстрадный батл. Думаю, многим интересно — как я ещё могу?

Парни начинают выступление. Слушаю вместе со всеми… Ну, музыка как музыка… Точнее — песня как песня. Им бы голосов побольше, оно и было бы и получше…

"Am-kiss" уходят со сцены под шум оваций. Моя очередь. Выхожу на центр сцены. Зал встречает меня насторожено. Никаких аплодисментов. Все ждут, чего будет?

— Если думать о жизни, — говорю я в микрофон, — то порою бывает сложно понять, почему в ней вдруг появился тот или иной человек. Ещё сложнее понять, почему он вдруг уходит. Это загадка порою не разрешима. "Почему ты уходишь?", так переводится с французского название этой песни…

Я поворачиваюсь назад, к звукооператору сегодняшнего концерта и подаю ему знак, включить музыку. Над головами корейцев озадаченными словом — "французский" раздаётся такая узнаваемая в нашем мире и такая не известная здесь мелодия песни Жанетт "Por que te vas?".

Вообще-то, песня исполняется на испанском, но я сделал её перевод на французский, вспомнив, что была такая версия и в конечном итоге, в процессе перевода, её и вспомнив. Не надо тут ещё испанский мне приплетать, народ будоражить. Достаточно у меня уже сертификатов.

Пою, рассказываю о том, как всё не просто, а как всё сложно, про сердце, переполненное печалью, про бессмысленно уходящих часах… Вообще-то "пою", это несколько громко сказано. Если точнее — шепчу в микрофон, но песня это позволяет. Собственно, её я за это и выбрал, под свою безголосицу. Да, без испанского "Por que te vas?", я думаю, хитом, как у нас, ей здесь не стать. Ну и что с того? Хитовую версию я могу потом исполнять, получая деньги и славу. А сейчас — и так сойдёт. Французский — очень романтичный язык для шептания в микрофон…

Как-то растянув последнюю букву а, я заканчиваю песню. Кланяюсь. После паузы, в зале начинают хлопать, но, как-то неуверенно. Вижу, как зрители переглядываются. Похоже, чего-чего, а французского явно не ожидали. Возвращаюсь на свою половину. Парни, выходя на моё место, озадаченно поглядывают в мою сторону. Я делаю невозмутимое лицо.

"Am-kiss" исполняет вторую композицию. Зрители всё так же им благоволит. Выхожу следом за раскланявшимися парнями. Качу впереди себя, на мини-стойке с колёсами, свой Корг.

— Я подготовила подарок группе "Am-kiss", — объявляю я из-за него в микрофон залу, — музыкальный кавер на песню "Go Hard"!

Кавер на песню, которую "Am-kiss" только что исполнили. Мне без особого труда удалось узнать их запланированную последовательность на выступлении. Тайны из неё никто и не делал. Композиция "Go Hard" удачно "шлифанулась" под Progressive House с использованием моих давнишних, ещё с той Земли, заготовок. House — это симпатичный стабильным бито в 120 — 130 ударов в минуту. "Дёрнул" в sound-редакторе с оригинала вокал солиста группы и главную мелодию. Добавил своего. Мне кажется, неплохо вышло.

Пам! — звучит последняя сыгранная мною нота.

У-ууу… — выражает своё впечатление от музыки зал и начинает вертеть головами — переглядываться. "Am-kiss" тоже переглядываются и некоторые из группы даже чешут в затылке, выходя из своей половины. В этот раз зрители уже не столь ликующе приветствуют своих любимцев. Любимцы опять берутся поудобнее за свои гитары и исполняют вещь, очень хорошо, но, правда, уже под конец, встреченную публикой.

Снова я.

— Петь не умею, — честно признаюсь я, выйдя на сцену, — но, музыку люблю… Ещё одна музыкальная фантазия…

Опускаю пальцы на клавиши. КингКорг с компом привычно потащили основу, а я к ним присоединился, взяв на себя основную мелодию. Да втроём, да мы чёрта обыграем!

Исполняю навязшую в ушах, зубах, волосах… На всех дискотеках, радиостанциях… Короче, где только можно, навязшую, тему из фильма "Пираты карибского моря" в электронном варианте. Я же на синтезаторе играю, или — что?!

Лихо кричу "ЯйА!" выкидывая правую руку вверх, а левой продолжая играть. Колонки и усилители тут мощные, перед выступлением специально проверял, "качают" солидно, так, что в зале пригибаются. Хм… что, и правда пригибаются, или мне кажется?

Выхожу из-за инструмента, раскланиваюсь. В зале крутят головами, аплодисментов особо не слышно. Не понравилось? Странно… Наверное, оглохли.

"Am-kiss", оглядываясь на меня уже с опаской, занимают сцену. Играют своё, последнее. Зал их награждает "бурными, продолжительными аплодисментами, переходящими в овации". Только что чепчики в воздухе не летают. Парни, раскланявшись, уходят, по-прежнему бросая в мою сторону настороженные взгляды.

— Зима, Сеул, — говорю я, выйдя на своё последнее выступление и представляя публике композицию, — огромный город, засыпанный белым-белым снегом. Снега так много, что по улицам уже не ездят машины и не ходят люди. Зима ликует, торжествуя победу. Небольшие вихри подхватывают с земли миллионы снежинок и кружат их в воздухе, заставляя их сверкать брильянтами в свете фонарей. Но тут, в эту ликующую мелодию вплетается металлический звук моторов. Это люди на своих железных монстрах прокладывают свои дороги сквозь ледяные снега…

Опускаю руки на клавиши. Звучат первые скрипичные аккорды, сопровождаемые электронной мелодией. Затем к скрипкам подключается хриплый звук электро-гитары, который, с натяжкой, можно признать похожим на натуженный хрип дизельного двигателя на морозе. Вновь по белому снегу идут к "Лесному приюту" жёлтые танки…

Я весь сосредотачиваюсь на исполнении. Не простая в исполнении вещь… Последний удар по литаврам и наступает тишина… Фух! Это было совсем не просто, а даже очень непросто!

Тишина продолжает длиться. Зрители смотрят на меня, я смотрю на них.

— Браво! — неожиданно выкрикивает кто-то от входа в амфитеатр, — ЮнМи — браво!

Поворачиваю голову. Учитель музыки в одиночестве хлопает в ладоши. Зрители поворачивают голову к нему.

Несколько позже. Батл завершён. У доски для голосования зрителей стоит ЮнМи. Две девушки клеят на правую сторону доски синие кружочки — отдают голоса за "Am-kiss". Наклеив, отходят, бросив перед этим насмешливый взгляд на ЮнМи.

Становится видно, что левая сторона доски — практически пуста. Редкие красные кружочки лишь подчёркивают её пустоту. ЮнМи — проиграла.

К ЮнМи подходит лидер группы "Am-kiss", СынРи. Следом за ним идут его парни, за ними — поклонники и поклонницы.

— Отличный батл! — подойдя к ЮнМи, говорит СынРи и благодарит её, — Спасибо!

Участники его группы и поклонницы в этот момент окружают его и ЮнМи.

— Всегда, пожалуйста, сонбе, — вежливо отвечает ЮнМи.

— Это была почти борьба на равных, — говорит СынРи, бросив взгляд на доску с результатами голосования, — но, думаю, что оценки поставлены не совсем неправильно. Нам поставили больше за известность, а ты — новичок, поэтому, тебе поставили меньше. Но у тебя всё впереди. Вся твоя слава.

Ууу… — выдыхают за спиной своего кумира поклонники. В "выдохе" явно слышны нотки восхищения благородством их кумира, который так разговаривает с побеждённым. Кумир же ещё несколько секунд смотрит на ЮнМи, потом поворачивается к ней спиной.

— Группа "Am-kiss" приглашает всех своих поклонников отметить вместе с нами окончание батла! — громко кричит он, обращаясь к поклонникам, поднимая руки вверх, — Все идёмте праздновать вместе с нами!

Поклонники в ответ тоже начинают размахивать руками и разражаются ликующими криками и визгами.

— Пойдём! — оборачивается через плечо СынРи к ЮнМи, — Будешь помогать. Будешь разносить напитки и еду!

ЮнМи поджимает губы. Не оглядываясь больше на "рабыню", СынРи идёт прямо на школьников, которые расступаются перед ним, а затем начинают идти за ним следом. Спустя совсем немного времени, шумная толпа с "Am-kiss" уходит. ЮнМи идёт за ними последней. Наступает тишина.

На месте недавнего ликования толпы остаётся лишь доска с криво налепленными на ней разноцветными стикерами.

(разговоры в сети. Сообщество Кирин)

(*) — Вообще непонятно, можно ли это называть музыкой…

(**) — Правда. Какой-то набор звуков…???

(***) — Преподавать музыки похвалил её при всех…

(*) — Думаю, он просто хотел поддержать её в её полном провале. На концерте посвящения он так не хлопал.

(**) — Так и есть. Не удивительно, что она проиграла с такой музыкой.

(*) — "Am-kiss" должны подать на неё в суд за то, что она сделала с "Go Hard"!

(***) — СынРи благородный. Не стал устраивать скандал при всех. Наверное, хочет, что бы она сама поняла, какое она ничтожество…???

(**) — Согласна! Школьница и так нагло ведёт со старшими парнями? Она себя что, звездой возомнила?

(*) — Нужно собрать петицию и потребовать, чтобы она публично принесла извинения за то, что использовала чужую композицию без спроса!

(***) — Думаю, лучше сначала об этом спросить "Am-kiss". Наверняка СынРи-сонбе разозлится, что за них решают. Такого никто не любит…

(**) — Наверное, да…

(*) — Всё равно, это так оставлять нельзя! Что такого она о себе тут думает? Откуда она вообще вдруг взялась? Я не помню, чтобы она участвовала в конкурсе на поступление. Кто-нибудь её видел на экзаменах?

(**) — Я — нет

(***) — Я — тоже. Говорят, её приняли вне конкурса… На место девочки, попавшей в аварию… Ну, я так слышала…

(**) — Божечки мои, подумать только, какой низкий уровень! Поступить в Кирин по протекции? Что же из неё дальше-то получится? Или она думает, что оценки ей здесь будут ставить так же, как её приняли — по знакомству?

(*) — Это бесчестно по отношению к другим ученикам! К тем, кто поступали честно! >-

(***) — Нужно всё точно узнать. Иначе можно глупо выглядеть.

(*) — А что тут узнавать? Раз её на конкурсе не было, значит, правила нарушены! Нужно об этом рассказать всем. И журналистам!

(***) — Подожди. Я знаю девочек, которые ищут о ней информацию. Пока они ничего не нашли. Вот когда найдут, тогда можно будет о чём-то говорить. А пока рано.

(**) — Что, совсем ничего не нашли? А почему?

(***) — Только про семью. А про ЮнМи говорят, что даже школьной странички у неё нет. Как будто она и не жила здесь, а недавно приехала.

(**) — Она, что — "банан"?

(***) — Не знаю. Но она очень странная…

(**) — Да, я тоже думаю, что она странная. Ни с кем дружить не хочет, правила поведения — нарушает. Почему учителя её за это не наказывают?

(***) — Не знаю. Поэтому, нужно всё хорошенько разузнать.

(**) — Ладно. Нам только расскажи, что о ней узнают. Хорошо?

(***) — Обязательно.

Время действия: утро понедельника

Место действия: школа Кирин. Класс занятий математикой.

Сижу, созерцаю классную доску, возле которой преподаватель рассказывает о матрицах. А именно — о невырожденных матрицах. Господи, вот нафига они мне сдались? Я ими деньги зарабатывать не буду. Лучше бы сейчас что-нибудь про актёрскую игру послушал…

Прошлая неделя закончилась бодро, новая началась тоже, бодро. Придя после воскресения из дома в школу и зайдя в класс, я тут же получил от одной девчонки по лбу вопросом: " — ЮнМи-сии, а ты участвовала в конкурсе при поступление в Кирин?"

И все в классе разом повернулись ко мне, ожидая ответа.

— Нет, — ответил я, глянув по сторонам и поняв по лицам окружающих, что это "ж-ж-ж" неспроста, — не участвовала.

— А как же тогда ты поступила в школу? — спросили меня и тут же задали следующий вопрос, — Почему тебя приняли?

— Потому, что я талантлива, — просто ответил я.

— Ты считаешь, что другие менее талантливы? — спросили меня, — Те, которые поступали по правилам?!

— Ну, наверное, да, — пожал я плечами на это, — администрации школы виднее. Ведь они же принимали решение — брать меня или нет?

Девчонка, задававшая мне вопросы, после моего ответа покраснела и как-то возбудилась, сказанув, что-то типа того, что это ещё неизвестно и что это нечестно по отношению к остальным, честно боровшимся за право учиться в Кирин. На что я ей спокойно ответил, что совершенно не рвался в эти стены и готов в любой момент свалить из них с превеликой радостью, вызвав своими словами когнитивный диссонанс у всех присутствующих до впадения их в ступор.

— У тебя золотые сертификаты по иностранным языкам есть? — спросил я удачно онемевшую от моего кощунства собеседницу, — На рояле, синтезаторе, играешь? Музыку, песни, пишешь? Нет? Вот когда у тебя всё это будет, тогда и будешь мой талант оценивать. А пока всего этого нет — молчи. Понятно?

Девочка покраснела после моих слов ещё больше и явно собиралась ответить что-то убойное, но дальнейшему развитию скандала помешало появление преподавателя. Все быстренько разбежались по своим местам, чтобы правильно приветствовать учителя.

Да ну их всех нафиг. Будут тут мне ещё какие-то девчонки предъявы кидать. Школу пусть для начала закончит… Пфф… Девчонок нужно сразу осаживать в таких случаях, а то на голову сядут…

Субботний батл закончился для меня полным разгромом. Честно говоря, не ожидал такого результата. Думал, ну пусть с небольшим перевесом, но — победа! А тут… Всё воскресенье размышлял над этим. Вижу две причины своего поражения. Первая — это потому, что за "Am-kiss" голосовали девчонки, их там было полно, этих крэйзи-поклонниц горячих корейских мачо. Вторая причина — возможно, у корейцев уши устроены особым образом. Слушают только своё, местное, а зарубежное — не воспринимают. Это как с приезжими из Средней Азии или с Кавказа. Как включит, какой-нибудь водила в маршрутке свои национальные напевы и всё, как говорится, приехали. Через пять минут начинаешь опухать от такой музыки, а ему — хоть бы что. Весь день может слушать. Кстати, "Bye Bye Bye" — хороший пример для второго случая. За рубежом песня сразу обрела поклонников, а здесь… В общем, не скажу, что наблюдаю какой-то фанатизм в её отношении. Впрочем, телевизор я практически не смотрю, радио слушаю тоже мало, вполне возможно, что я просто пропускаю её эфиры и поэтому у меня такое впечатление и сложилось…

Помнится, как-то нам в музыкальной школе задвигали теорию о том, что любое гармоничное музыкальное произведение должно вызывать положительный отклик у любого представителя хомо сапиенс, вне зависимости от его расы, народности и половых предпочтений. Вот и посмотрим, на теорию в действии, как говорится. Сработает — хорошо, не сработает — ну и бог с ней. У меня ещё целый мир в запасе есть. Проживу и без Кореи, с её ушами…

— К доске пойдёт… пойдёт…

Взгляд учителя скользит сверху вниз по списку, вызывая лёгкое нервное напряжение в классе передающееся и мне.

— К доске пойдёт… Пак ЮнМи! — делает выбор учитель, "расслабляя" учеников.

А чё сразу — ЮнМи? — недовольно думаю я, вылезая со своего места, — Что у меня общего с этими "вырожденными" матрицами? Матрицами — вырожденками? Можно сказать — просто уродками какими-то…

Время действия: понедельник, вечер

Место действия: школа Кирин. Класс дополнительных занятий.

Записался на дополнительные занятия под названием — "Стилистика и искусство визажа". В перечне курса заявлено изучение вопросов создания образа артиста с помощью косметики и одежды. Поколебавшись, поскольку вопросы совершенно не из круга моих прежних интересов, я всё же решил посетить сей курс, хотя бы для общего ознакомления. Во-первых, как ни крути, ЮнМи девушка, её одевать соответствующе нужно, а я сомневаюсь в своих способностях в этом вопросе. Как нужно правильно подбирать вещи — чтобы они друг к другу подходили, я это не до конца понимаю. Не, теория-то понятно, а вот практика? Дьявол, как известно, скрывается в мелочах. Надеюсь, что хотя бы научат понимать, что из надетого на себя тебе идёт, а что — нет. А то порой смотришь, в чём люди на сцену выходят, натурально оторопь берёт. Думаешь: У них что, в гримёрках все зеркала покрали, что ли? Себя они вообще видели-то? Да и так, всегда было интересно, как из пары тряпок девчонки умудряются соорудить нечто. Не все, конечно, некоторые. Но всё равно. Я так не умею, поэтому интересно, как это у них получается.

А во вторых, как не крути, а мимо косметики мне не пройти. На сцене по-любому краситься придётся. Тоже, надеюсь на то, что хотя бы расскажут как оно нужно, а если научат разбираться со всеми этими мазюлками — вообще супер будет.

Вот, сижу на первом занятии, внимаю. Мотаю на ус, как говорится…

… — Вполне возможно, что вопрос самостоятельного владения искусством макияжа не является остро стоящим для начинающих артистов… — рассказывает лектор, молодо выглядящая женщина не пойми каких лет, — особенно, для мужчин…

Да, в зале достаточно много парней.

… — Предполагается, — говорит лектор, — что у всякого артиста будут свои, личные стилист и визажист, которые возьмут на себя все заботы по созданию его образа. Однако, как показывает практика, это справедливо для уже известных артистов с высокой популярностью и поэтому имеющих достаточно средств для оплаты работы таких специалистов. Для тех же, кто только начинает свой путь к вершинам славы, как правило, такое не доступно и зачастую им приходится пользоваться меньшим…

… — Но, даже если вы заключите договор с крупной компанией, которая вас обеспечит всем, чем нужно, всё равно, знание основ и владение базовыми навыками макияжа, может не раз вас выучить в неожиданных ситуациях, которыми полна концертная деятельность. У красоты есть свои правила, и умение ими воспользоваться дарит большое число преимуществ перед конкурентами…

Точно! Красота — страшная сила!

— … Визажист — профессия, где к лицу человека относятся как чистому холсту. Сейчас я вам расскажу, какие бывают типы холстов, а вернее, какие основные типы человеческих лиц выделяются в профессии как основа для построения образа. Итак, первый тип лица, выделяемый в модельном и шоу бизнесе. Называется он — "детское лицо" или "Baby face", на английском.

— … У девушек с таким типом лица, как правило, большие выразительные глаза, надутые губы и немного припухлые щеки. Их лица напоминают лица детей. Такие милые кукольные личики. Большие щечки, смешинки в глазах, аккуратный нос. Такие девушки всегда выглядят на 15–16 лет. И возраст тут ни при чем. "Детское" лицо со временем не проходит. Поэтому, это и есть определенный типаж. В качестве примера посмотрите на модель с лицом "Baby face"…

Лектор берёт пульт, нажимает на нём кнопку и на большом экране над сценой появляется изображение девушки. Разглядываю её глаза, губы и щёки и прихожу к выводу, что в Корее, пожалуй, восемьдесят процентов актрис обладают "Baby face-ом". А остальные двадцать — стремятся к нему…

"Baby face"

… — Следующий выделяемый в индустрии типаж, — говорит женщина-лектор, дав всем полюбоваться на картинку, — это "сильное" лицо, или — "Strong face". Обладательницы такого лица отличаются пронзительным взглядом, обычно узким разрезом глаз, острыми скулами и очень выразительными чертами лица. Этот типаж так же характеризируется крайне заметной худобой и высоким ростом его владелицы. Как правило, таких моделей берут для показов на подиумах и снимают в fashion-story для журналов. Этот типаж больше всего востребован для высокой моды. Пример…

Лектор показывает нам новое изображение. На картинке в этот раз — не кореянка.

"Strong face"

Похоже, кореянок с таким "фейсом" и нет, — думаю я глядя на острые скулы и диковатый взгляд у девушки на экране. Совсем не корейская красота…

… — Следующее у нас — это "коммерческое лицо". Слово "коммерция" говорит само за себя. Это реклама и заработок денег. Такие лица удивительно красивые, как в моделинге, так и в жизни. Именно коммерческие лица мы чаще всего видим на рекламе духов, белья, косметики, они в большинстве своем становятся лицами брендов. Такое лицо должно быть идеальным, точеным, излучать красоту и обаяние. Задача этих лиц — обратить внимание на себя, а, следовательно, и на продукт, который они рекламируют. Смотрим…

"Commercial face"

Смотрю. Ну, понятно, в общем. Красивое лицо оно и в Африке — красивое лицо.

— … Однако, коммерческие лица хоть и необычайно красивы, но все же, достаточно однотипны. В последнее время модельными агентствами все чаще предпочтения отдаются лицам с типажом, называемым — "Strange look", или, в переводе — "Странная внешность". Большинство агентов сегодня гоняется именно за ними. Звучит парадоксально, но такие модели могут и не быть красивыми в привычном понимании этого слова. Но в них есть что-то захватывающее. Например, необычная форма губ или глаз. Или какая-то часть лица может быть слишком выразительная. Проще говоря, такие лица — странны. И их успех состоит именно в их неповторимости…

— … Например, эта модель, которую вы сейчас видите на экране, прославилась благодаря необычной форме своих губ…

"Strange look"

— … Если вы не являетесь обладателем лица какого-либо типажа, о которых я уже рассказала, не огорчайтесь и присмотритесь к себе внимательнее. Вполне возможно, что вы владеете "особенным лицом", неповторимость которого будет достаточно подчеркнуть несколькими штрихами косметики и двери крупнейших модельных агентств окажутся открытыми для вас…

— … Следующий тип лица, пользующийся стабильной популярностью на рынке, это — "классическое лицо". Таких моделей ещё называют "моль", от слова "мольберт". Это холст, глина в буквальном смысле, из которых можно слепить все что угодно. Эти лица легко перевоплотить в любой из типажей макияжем, прической и одеждой. Да, скорее всего, созданный типаж не будет пользоваться бешеным успехом, но позволит его владельцу стабильно работать и зарабатывать деньги…

"Classic face"

— … Так же, последнее время на рынке появился набирающий популярность типаж под названием — "Андрогин", сочетающий в себе мужские и женские черты. Но, это не лицо, а именно — образ, включающий в себя фигуру, походку и поведение модели.

"Андрогин"

Ну да, и то и то есть, — соглашаюсь я, рассматривая новый слайд, предложенный для ознакомления преподавателем, которая продолжает "давать" дальше нам свой материал.

— …Это достаточное недавно появившееся направление, но, повторюсь, уверенно набирающее популярность. Всем вам, новичкам, следует внимательно следить за всеми появляющимися новинками в мире моды, поскольку на рынке лиц конкуренция очень велика, а новые, не захваченные ещё никем, направления, дают возможность быстро найти себе в них место, а значит, и реальный шанс присоединится к когорте высокооплачиваемых звёзд…

— … А теперь, перейдём к практическим занятиям. Возьмите стоящие на ваших столах зеркала и попробуйте самостоятельно определить к какому типу относится ваше лицо… Затем, мы обсудим результат вашей работы с каждым индивидуально. Обращаю ваше внимание на то, что в мире есть очень немного людей обладающих ярко выраженным типажом. Человеческое лицо обычно является некоторой смесью. Поэтому, выполняя задание, вы должны указать как минимум два типа, которые присутствуют в вашем лице… Приступайте.

Так-с, — с энтузиазмом хватаюсь я за небольшое круглое зеркало на подставке, стоящее на моём столе и, заглядываю в него, — а ну-ка, применим только что полученные знания! Кто там у нас? Выходи!

(несколько позже, сразу после занятия)

Пфф… Мда, кругом облом, засады и махновцы! Похоже, нужно что-то делать со всем этим. Хватит это терпеть, как говорится!

После пристального исследования отражения в зеркале лица ЮнМи уверенно записал в соответствующие графы — "Baby face" и "Commercial face". А вот нифига! Не угадал оба раза! Преподаватель, со своей помощницей, посмотрели, посмотрели, голову мою на шее покрутили, покрутили и припечатали: Андрогин! Причём, без сопутствующих типов. Чистого разлива, так сказать. "Слеза", пропущенная через угольный фильтр с золотыми нитями! Чёрт и так, жизнь не сахар, так они меня ещё в гермафродиты записали! Глянул в интернете точное значение слова андрогин. Оказалось, сие толкуется как — "мифологическое существо, соединяющие в себе мужские и женские признаки". Блинн… Ну что за жизнь? Даёт, что не надо, нужное — отбирает. Соседка на занятии, похоже, мне откровенно позавидовала, что у меня редкий и выраженный типаж, а я вот иду, после "диагноза" и не знаю, то ли плакать мне, то ли смеяться. Вообще-то да, попадание, если подумать — стопроцентное. Существо я, как ни крути — мифическое, таких, как я, наверное, в мире больше нет. Создан богиней с помощью магии, самая мифическая мифичность и есть. Душа у меня мужская, а тело — женское, соединяю в себе "мужские и женские признаки". Всё, как написано.

Эх! Может, это у меня душа проступает сквозь тело, поэтому так и получается? Два в одном, считай. Не может не сказываться… Наверняка.

Так, не вешать нос, гардемарины! Там что-то говорили про большой спрос на фейсы подобные моему. И куда нужно бежать, чтобы продаться? Наверное, для начала всё же в агентство. Хотя бы для того, чтобы политесы соблюсти. Сегодня звонил весьма недовольный СанХён, права качал. Не понравилось ему, что я не показал ему композиции, которые на батле исполнял. Ну да, договаривались о таком, он в полном праве, мой "косяк". Пришлось извиняться. Поэтому, если я хочу торгануть своим фейсом, то лучше ему его сначала показать, чтоб обид потом не было…

Вообще, интересно… Раньше я деньги получал за то, что что-то делал. Музыку играл, переводы строчил, колбасой, как-то даже торговал… Всегда эта была — работа. Какой-то результат был. А тут можно продавать свою внешность. Не нужно что-то куда-то таскать, складывать, распечатывать листы с результатом… Нужно просто стоять спокойно пока тебя фотографируют, а потом за это получить деньги…

Не! Я, конечно, знаю, что фотомодели именно так и зарабатывают, но это раньше было как-то вне меня, где-то там, далеко, в Европе и за Атлантикой. А теперь выясняется, что я тоже, типа так могу. Как-то это в моей голове не укладывается. Мужик должен работать. Чтобы был результат. Что бы можно было сыну потом показать — вот, смотри, папа сделал! Чтобы жена тоже посмотрела, восхитилась. Родители, чтобы сыном могли гордится. А это? Разве это работа? Клац, клац, щёлк, щёлк и всё, — свободен! И что потом показывать? Женский журнал, со своим фото между рекламой помады и прокладок? Пфф…

А с другой стороны — работа не пыльная, деньги платят. Законы не нарушаются. Да и потом, долго такая халява не продлится, век моделей короток. "Кавалергарды век не долог, и потому так сладок он…" — прямо как про модельный бизнес написано. Чё бы и не сшибить лёгкую деньгу, если она на тебя сама решила вдруг упасть?

Наверное, чтобы без моральных мучений этим заниматься, нужно менять парадигму мироосознания в своей голове. Модельный бизнес, это же женская епархия. Мужики в нём так, с краешку подпрыгивают, трусы с носками рекламируя. Ну, они иногда там ещё в часах бывают… А всё остальное — для женщин. И работа это — чисто женская. Поэтому, на это нужно смотреть женским взглядом, например, вот так: "Классная, нетяжёлая работа, за которую много платят и на которой можно покрасоваться". С "покрасоваться" у меня, пожалуй, будет сложно, а вот "классная и нетяжёлая" — проблем никаких не вызывают. В таком ключе и нужно об этом думать…

Время действия: следующий день

Место действия: школа Кирин

К ЮнМи подходит парень, тоже учащийся, только более старшего возраста.

— Добрый день, ЮнМи, — здоровается он, и представляется, — меня зовут Кан ХаНыль. Я учусь на четвёртом курсе высшей школы Кирин, на отделении журналистики. Можно с тобой поговорить?

— Добрый день, сонбе, — отвечает ЮнМи, окинув его взглядом, — о чём вы хотели со мной поговорить?

— Я выбрал специализацией своей учёбы профессию фоторепортёра. Поэтому, у меня есть к тебе просьба. Ты не согласишься быть моей моделью?

— То есть, если я правильно поняла, вы хотите меня — фотографировать, сонбе? — подумав, задаёт уточняющий вопрос ЮнМи.

— Да. Я до этого тебя не встречал, а тут пошли слухи, что в школе появилась девушка с редким выраженным типажом лица. Вижу, что да, в тебе есть что-то особенное. Что скажешь?

— А что я буду с этого иметь? — снова подумав, перед тем как отвечать, спрашивает ЮнМи.

— Много хороших фотографий, — улыбается в ответ парень, — если они будут очень хорошими, а я буду стараться, чтобы они были такими, то, тогда, их можно будет отправить на выставки. И мы с тобой получим призы. Я — как фотограф, а ты — как модель.

— А что за призы? — с серьёзным видом, обстоятельно выспрашивает подробности ЮнМи.

— Вообще-то, это будут "выставки участия", — с улыбкой глядя на сосредоточенную малявку, объясняет парень, — это такие выставки, на которых не дают призов, только сертификаты о том, что работа принимала участие. Но на подобные вернисажи ходят люди из модельных агентств и журналов. Поэтому, главная награда там — если работу фотографа заметят и предложат поучаствовать где-то ещё. А "люди моды" могут обратить внимание на новое лицо для своей рекламы. В общем, это шанс быть замеченным…

— Понятно, — с глубокомысленным видом неторопливо кивает головою ЮнМи, — но, ведь, это тогда будет нужно — позировать?

— Нет, не нужно, — отрицательно качает головою ХаНыль, — я хочу работать фоторепортёром в отделе новостей. Знаешь, эти мгновенные репортажи с места событий?

ЮнМи кивает в ответ на его вопросительный взгляд.

— В такой работе очень важно уметь снимать быстро, — явно с удовольствием продолжает рассказывать ХаНыль о своей будущей работе, — сразу выделять самое главное в происходящем, видеть центр сцены с наибольшей энергетикой эмоций и потом — бах! Каждый снимок — как выстрел снайпера! Раз и готово! Можно идти, получать премию "World Press Photo".

— От меня-то, что нужно? — уже с некой опаской смотря на увлёкшегося собеседника, начавшего размахивать руками, спрашивает ЮнМи.

— Просто разрешить мне тебя снимать, — с удивлением смотря на не понимающую его девушку, говорит ХаНыль, — я буду пробовать работать как фоторепортёр. Буду снимать тебя издали, в самой разной обстановке. Все твои фото буду выставлять на публичное обозрение только с твоего согласия, согласно закону защиты прав личности. Что скажешь?

ЮнМи задумывается.

— Давай просто попробуем, — начинает уговаривать её ХаНыль, — ты красивая. Фотографирую я хорошо…

— Я — красивая? — перебивая его, спрашивает ЮнМи.

— Да, — с готовностью подтверждает тот, — и фотогеничная. Я сделал на пробу несколько фотографий. Ты хорошо получаешься на снимках. Вот, смотри!

ХаНыль достаёт из папки, которою держит в руках, несколько снимков.

— Хорошо же вышло? — говорит он, показывая фото ЮнМи.

— Да, хорошо, — кивнув, подтверждает та, посмотрев на то, "что там вышло", — мне нравится.

— Вот! — довольно говорит ХаНыль, — Соглашайся! Может, нам выпадет шанс быть замеченными. Если не обоим, то хоть кому-то из нас. Пятьдесят процентов, согласись, это отличный результат по сравнению с нулём. И тебе, считай, ничего делать не нужно для этого. Ты меня порой даже не будешь замечать, когда я буду делать снимки! А потом я буду приносить тебе твои фото и всё. Заявки на выставки и всякие организационные вопросы — за мной.

— Хорошо! Я согласна, — принимает решение ЮнМи, — Но без моего согласия нигде ничего не выставлять! Окей?

— Окей, — кивает парень, — только если к тебе кто-то подойдёт с такой же просьбой, как я, говори, что работаешь только со мною. Окей?

— Окей, — не задумываясь, тоже кивает ЮнМи.

— Договорились, — с удовлетворением в голосе констатирует ХаНыль.

(за разговором ЮнМи и ХаНыля издали наблюдают три школьницы, одновременно разговаривая между собой)

Время действия: вечер

Место действия: школа Кирин. Небольшое помещение с музыкальными инструментами. Барабанная установка, электрогитары, две кряжистые, невысокие чёрные акустические колонки стоящие на полу, стойка на колёсиках с усилителями. Студия группы "Am-kiss". Хозяева студии в данный момент репетируют. В углу комнаты, в синих резиновых перчатках до локтя, присев на корточки, возится ЮнМи. С недовольным лицом сбирая мусор с пола и складывая его в чёрный пакет. Музыканты заканчивают играть фрагмент произведения. Наступает тишина.

— Хён, — обращается барабанщик к СынРи и, имея в виду ЮнМи, спрашивает, — она ещё долго будет там возиться? Я не могу сосредоточиться, глядя на то, как она там ползает.

— Чего меня спрашиваешь? — удивляется в ответ СынРи, — Спроси её сам.

— Не получится, — отвечает барабанщик, — у неё в ушах — беруши и мне придётся вставать. А мне — лень.

— Беруши?! Это зачем они ей?

— Когда она пришла до тебя, она сказала, что шум её нервирует. Поэтому, для общения, ей нужно подавать зрительные сигналы…

— Какие… сигналы?

— Руками размахивать. Или прыгать… Хён, подай ей зрительный сигнал, что бы она уже убиралась отсюда. Это ведь была твоя идея устроить батл?

СынРи оценивающе оглядывает фигурку в углу.

— А откуда у нас вообще мусор? — спрашивает он, — У нас же убирают?

— Мы накидали, — с гордостью в голосе сообщает барабанщик.

— Вы? Зачем? Я же сказал вам, чтобы вы на неё не наезжали!

— Но хён? Она же — рабыня. Должна же она хоть что-то поделать в этой роли?

— И вы ничего умнее не придумали, кроме как накидать мусора в угол комнаты?

— Ну да… Сложит его обратно в пакет и выкинет. Делов-то. А если её хоть немножко не поэксплуатировать, она нас уважать потом не будет. Да и в школе могут начать говорить, всякое…

Парни некоторое время смотрят на занятую придуманным делом ЮнМи.

— Могли бы и меньше мусора накидать, — говорит СынРи, — она тогда бы быстрее и ушла.

— Сколько было в мешке, столько и вывалили, — ворчливо отзывается бас-гитарист, — ты же не думаешь, что мы по одной обёртке бросали?

СынРи осуждающе качает головой.

— Сами виноваты, — говорит он.

В этот момент, заметив прекращение поступления в пространство звуковых колебаний, ЮнМи оглядывается. Увидев это, СынРи, крутит правой рукой в воздухе, привлекая к себе её внимание.

— Чего, "заводи"? — стянув перчатку с правой руки и вынув из уха затычку, недовольным голосом спрашивает "рабыня".

— Что, "заводи"? — не понимает в ответ СынРи.

— Танкисты так показывают — заводи двигатель, — поясняет ЮнМи.

— Ты откуда знаешь?

— Кино смотрела, сонбе.

— Зачем тебе беруши в ушах? Демонстрируешь, что не уважаешь нашу музыку?

— Всего лишь личные особенности организма, сонбе. Пронзительные звуки вызывают у меня вибрацию оснований костей скелета. Вы издаёте много пронзительных звуков.

Парни переглядываются, принимая решение как реагировать на эти слова. В этот момент дверь в комнату приоткрывается и в образовавшуюся щель протискивается ХаНыль с фотоаппаратом в руках, целясь его объективом в ЮнМи.

— Эй, эй, эй!! — возмущённо кричит ему СынРи, — Ты что творишь?

Не обращая внимания на окрик, ХаНыль делает несколько быстрых снимков и так же молча, как появился, но уже задом, втягивается обратно в дверь, аккуратно закрыв её за собой.

— Это ещё что за? — недоумённо вслух задаёт вопрос СынРи, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Всё в порядке, — говорит ему ЮнМи, — это мой личный фотограф.

— Личный… кто?

— Фотограф, сонбе.

— Фига се! — изумляется бас-гитарист, — Личный фотограф? Мне показалось, или это был Кан ХаНыль?

— Да, — подтверждает ЮнМи, — это он.

— С чего это он вдруг взялся тебя фоткать?

— У нас с ним есть большие планы на моё лицо, сонбе, — поясняет ситуацию ЮнМи, — он хочет пристроить мои фотографии на выставку, где его должны заметить как фотографа, а меня — как модель.

Группа дружно выставляется на лицо ЮнМи, пристально его рассматривая.

Снова, но в этот раз уже широко, распахивается дверь, и на её пороге появляется компания девочек во главе с ЁСыль. Каждая держит в правой руке узелок с пищевыми контейнерами, наполненными едой.

— Оппа! — радостно кричит она с порога, высоко поднимая свой узелок и обращаясь к СынРи, — Мы принесли вам покушать!

— ЮнМи, прими! — коротко приказывает СынРи, — И пусть не мешают нам репетировать!

— Яволь, гер-майор, — отзывается та, поняв по интонации чего от неё ждут.

— Ahtung! Все назад! — командует она, поднявшись на ноги и идя, с синей, оставшейся на левой руке резиновой перчатке, на растерявшихся девчонок, — Передача пищи будет производиться в коридоре! Все в коридор! Построиться! Не мешать репетиции группы!

— Ты чего тут командуешь? — ошарашенно спрашивает ЁСыль, оказавшаяся выдавленной за дверь и только за ней уже пришедшая в себя, — По какому праву ты нам приказываешь?

— По праву должности!

— Какой ещё должности?

— Я — официальная "рабыня" группы! Понятно? Состою при ней на законных основаниях. А вы — просто поклонники. Прав у вас нет никаких, от слова вообще! Поэтому, я могу находиться на репетиции, а вы — нет. Вы можете слушать музыку только на концерте, а на репетицию вам нельзя! Ясно?

— Но… но… — ошарашенная ЁСыль пытается найти нужные слова.

— Schweigen! — по-немецки приказывает заткнуться ЮнМи, — Давайте сюда то, что вы там принесли! Я передам ваши пожертвования "Am-kiss"! Потом придёте, заберёте свою грязную посуду!

Забрав из рук у несопротивляющихся поклонниц их подношения, ЮнМи исчезает за дверью, плотно закрыв её за собой.

— Ну, нифига себе! — произносит одна из девчонок, смотря на дверь, — Мы, значит, принесли, а кормить их она будет? Так, что ли?

Посетительницы переглядываются с возмущенным недоумением во взглядах.

— Может, зайдём? — поступает как-то робко прозвучавшее предложение.

— СынРи сказал — не мешать, — тут же раздаётся напоминание.

— А она, значит, не мешает?

— А она — "рабыня". Вещь.

— Что-то я не заметила, что она — "вещь"! Разве не она нас только что выпихнула в коридор?

— Пфф… Школьницы совсем себя со старшими разучились вести! В конец обнаглели…

Девочки ещё некоторое время пялятся на дверь, за которой слышна музыка.

— Ну что, пойдём? — наконец неуверенно предлагает одна из них.

— Я это ей так не оставлю! — грозно обещает ЁСыль, разворачиваясь на каблуках.

(несколько позже. Парни, сделав перерыв, перекусывают "подношениями" за небольшим столиком. ЮнМи скучает, сидя на стуле)

— Сонбе, можно, я попробую? — спрашивает она соло-гитариста, указывая взглядом на его гитару.

— А ты умеешь?

— Немножко.

Парни переглядываются.

— Не уронишь? Гитара тяжёлая, — предупреждает гитарист.

— Я знаю, — кивает ЮнМи, — не уроню.

— Ну, попробуй, — разрешает хозяин гитары.

ЮнМи встаёт. Под внимательными взглядами присутствующих идёт к прислонённой к акустической колонке гитаре, уверенно берёт её в руки, ловким движением накидывает на плечо ремень. Включает канал усилителя и проверяет, есть ли звук? Убедившись, что "звук идёт", она начинает "пробовать", взяв перед этим с колонки кинутый на неё ярко-красный пластиковый медиатор. Сначала она достаточно неуверенно ставит пальцы на гриф гитары, так, словно вспоминая забытое, но потом в её движениях появляется уверенность, начинается более быстрое чередование аккордов, и, наконец, ЮнМи начинает играть какую-то мелодию. Со сбоями и ошибками, но играет. Парни, забыв про еду, во все глаза смотрят на неё.

Тюууу…! — протяжным звуком заканчивает свою игру "гитаристка". Наступает тишина.

— Фига, себе, "немножко", — резюмирует прозвучавшее гитарист, — это где ты так научилась?

— Так, — уклончиво говорит ЮнМи, через голову снимая с себя ремень гитары, — было дело.

— В музыкальной школе?

— Нет.

— Кто-то учил?

— Ну да.

— А кто?

— Их тут нет, — недовольная расспросом хмурится ЮнМи, прислоняя гитару к колонке, так, как она до этого стояла.

— Извини, если не то спросил, — помолчав, просит гитарист.

— Да нет, всё нормально, сонбе.

ЮнМи идёт к стулу, на котором сидела, парни возвращаются к еде.

— ЮнМи, — через некоторое время обращается к ней барабанщик.

— Нужно помыть, — говорит он, имея в виду грязные контейнеры из-под еды. ЮнМи в ответ делает недовольную гримасу.

— Оставь, девчонки помоют, — говорит ей СынРи, бросив недовольный взгляд на барабанщика.

— Слушай, — говорит он, обращаясь к девушке, — ты, случаем не на всех инструментах в мире играешь?

— Да нет, — пожимает плечами ЮнМи, — только "клавиши" и немного — гитара.

— Слава богу, — улыбается СынРи, а я уж было подумал… Твоя аранжировка нашей песни… Мне, да и всем нам, она показалась весьма удачной…

— Спасибо, сонбе, — благодарит ЮнМи внимательно смотрящего на неё лидера группы.

— Знаешь, мы тут с парнями занимаемся творчеством. Подыскиваем новое звучание, разрабатываем новые концепции в музыке…

— Так уж и новые? — не удержав за зубами язык, искренне сомневается ЮнМи.

— А что? — прищуривается на неё СынРи, — думаешь, не сможем?

— Всё уже придумано до нас, сонбе, — вздыхает ЮнМи, — нужно просто брать и пользоваться. Придуманного, на пять жизней хватит…

— Может, я не совсем правильно выразился, — поправляет сам себя сонбе, поняв, что "с новыми концепциями в музыке" он, пожалуй, маханул, — короче, ты пишешь интересную музыку. Не хочешь поучаствовать с нами в творческом поиске?

Группа с удивлением смотрят на своего лидера, лидер же, выжидающе смотрит на ЮнМи.

— Мне синтезатор нужно домой везти, — отвечает та, — без синтезатора ничего не выйдет…

— Неси его сюда, поставь здесь, место есть. Я договорюсь, — предлагает СынРи.

ЮнМи делает неопределённое движение головой, означающее то ли да, то ли нет.

— Есть ещё две проблемы, сонбе, кроме этой, — говорит она, выжидающе смотрящим на неё парням, — Первая, — я обещала себе, что больше никогда не буду работать с парнями…

Парни удивлённо переглядываются.

— Почему? — спрашивает СынРи.

— Ну, так получилось, — вновь делает неопределённое движение головой ЮнМи.

— А с кем ты работала? — влезая в разговор лидера, спрашивает молчавший до этого бас-гитарист.

ЮнМи в ответ молча пожимает плечами, показывая, что говорить на эту тему не будет.

— Ну ладно, — видя это, говорит СынРи, — а вторая проблема какая?

— В общем, я обещала показывать свои новые вещи… одним людям. Я так с ними договорилась. Вам же нужно не абы что, правильно? А хорошую композицию, они наверняка заберут себе. Хорошее, оно всем надо…

— И кто это такие, эти люди, которым ты должна всё показывать? — не понимая, задаёт вопрос СынРи.

В ответ ЮнМи вопросительно приподнимает брови, типа — "что, не понимаешь"?

— Агентство, что ли? — через пару секунд мыслительной деятельности доходит до него, — да?

— Я этого не говорила! — категорически заявляет ЮнМи.

— Пфф… — выдыхает СынРи, смотря на девушку, — да ты просто полна сюрпризов!

— Что есть, то есть, — кивнув, соглашается с ним ЮнМи, — если с первой проблемой решение принимаю только я и могу подумать над вопросом, то со второй, я даже не знаю, что с этим можно сделать… Если только в карты проиграть…

— В карты?

— Карточный долг — грех не отдать.

— А ты, что, играешь в карты?

— Так, баловалась…

(несколько позже. Парни обсуждают ушедшую ЮнМи)

— Странная такая девчонка…

— Ага. На иностранку похожа. Разговаривает со старшими без уважения.

— Я тоже заметил это.

— Она что, "банан"?

— Не знаю…(пожимание плечами) Может быть.

— Скорее всего, так и есть. Откуда она ещё так хорошо может знать языки?

— СынРи, ты зачем её к нам пригласил? Она же девчонка?

— Она девчонка, зато пишет отличную музыку. Ты видел, сколько уже просмотров у её аранжировки нашей песни, а?

— Не, не видел (отрицательное кручение головой).

— Ну, так сходи и посмотри. Причём это за каких-то три дня. И ты слышал, что она сказала про обязательный показ своих песен? Она уже чья-то трени! А раз ни петь, ни танцевать она не умеет, значит, контракт с ней заключили только из-за её музыки. Значит, её музыка нужна агентству! Соображаешь?

— Хочешь сказать, хён, что агентство отправило её сюда учиться пению и танцам?

— Конечно. Разве это непонятно?

— Значит, это какая-то маленькая компания.

— Почему?

— Все крупные агентства учат своих трени сами. У всех у них есть свои учебные классы.

— Ммм… наверное. Впрочем, учёба в Кирин стоит дорого. Значит, в той компании деньги есть, раз они смогли отправить её сюда учиться. И связи.

— Связи?

— ЮнМи приняли в школу без конкурса. По решению попечительского совета. Это я точно знаю.

— Ого!

— Вот тебе и — ого! Поэтому, нам лучше быть с нею рядом. Можем обратить на себя внимание больших людей. Я вам что сказал — не наезжать на неё! А вы её "рабынить" заставили!

— Хён… (смущённо)… ну я не знал, что всё так круто. Думал, просто школьница…

— Ага… школьница! А то, как она играет, ни на какие мысли тебя не навело?

— Поклонницы будут против, если мы её примем…

— Пфф… точно… А я об этом не подумал. Они её "заигнорят".

— Ну… не знаю… Судя по тому, как она моментом выкинула за дверь ЁСыль с её подругами… Сделать им будет это не просто, ха-ха-ха! Можно будет понаблюдать за их войнами — кто кого? Я ставлю на ЁСыль!

— Тссс… Вопрос серьёзный. Поклонницы — это тоже важно. Думаю, нужно сделать так: номинально оставить "ЮнМи" рабыней, для всех. Но её не обижать, а попытаться подружиться и попробовать поработать вместе, над новой композицией. Возможно, что-то с этого выйдет. И от девчонок её защищать, чтобы они её не обижали. Как вам такой план?

— Ты лидер, тебе решать. Выглядит разумно.

(а в это время)

А это ещё что за помойка?!

Ошарашенно смотрю внутрь своего шкафчика, в который я кинул учебники и сумку, перед тем как идти отрабатывать "рабство". Такое ощущение, что мне в него вытряхнули мусорную корзину. Пустые банки, шкурки от бананов, мандарин, бумажки, какие-то использованные упаковки от продуктов…

Вот жешшь, паскудство-то какое… Стопудово девочки отметились. Парни подобной фигнёй заниматься не станут. Наверное, это те дуры, которых я сегодня в коридор выпихнул. Блин, девочки, ну почему вы такие стервы?

Время действия: следующий день

Место действия: школа Кирин

— ЮнМи-ян, это ты намусорила вчера возле своего шкафчика?

— Я не мусорила, сонсен-ним.

— Откуда же тогда там взялась гора мусора? Уборщица жаловалась, что мусора была целая гора.

— Кто-то перепутал мусорный бак с моим шкафчиком, сонсен-ним. Я вытряхнула мусор на пол, вот и всё, сонсен-ним.

— Почему ты его не убрала?

— А почему я должна была его убирать?

— Но он же из твоего ящичка? Значит, ты должна была его убрать.

— Странная у вас логика, сонсен-ним.

— Что тебе непонятного в моих словах, ЮнМи-ян?

— Я этот мусор туда не приносила. Пусть его убирает тот, кто его туда притащил.

— ЮнМи-ян, ты знаешь правила поведения в школе Кирин? Мусор нужно складывать в специально отведённых местах, а не бросать его на пол. Раз ты последняя контактировала с этим мусором, то за него отвечаешь ты. Ты должна была его собрать и отнести в специально предназначенное для него место.

— Почему ты молчишь, ЮнМи-ян?

— Пытаюсь встроить ваши слова в картину своего мира, сонсен-ним.

— Очень надеюсь, что тебе это удаться. И что за угрожающая записка, которую ты повесила на дверь своего ящичка?

— Не угрожающая. Предупредительная. Предупреждает, что лазить в мой ящик не следует.

— Ты написала — "Я не шаман, но могу стучать в бубен". Ты собираешься вызвать духов в школе?

— Эээ… Вы не так прочитали, сонсен-ним. Не "стучать", а "дать". "Дать" не подарить, а в другом смысле. "Я не шаман, но в бубен дать могу" — вот что там написано!

— Тссс… Тебе следует больше внимания уделить занятиям корейского языка, ЮнМи. Я сообщу о твоём поведении в дисциплинарную комиссию, поскольку вижу, что ты не понимаешь в чём твоя вина, но у меня нет времени подробно говорить с тобою об этом. Комиссия как раз и существует для того, чтобы это делать.

— Спасибо, господин ДонХё…

Место действия: школа Кирин, учительская.

— Господин ДонХё, я слышала, в школе зафиксирован случай травли ученицы?

— Вы о ком сейчас говорите, госпожа Катигава?

— Я говорю о новой девочке, ЮнМи-тян.

— Это слухи. Пока имеется только единичный случай. Кто-то высыпал ей мусор в шкафчик. Нельзя лишь на основании лишь одного этого говорить о травле.

— А о чём тогда следует здесь говорить?

— О чём угодно! О борьбе за лидерство, о борьбе за внимание противоположного пола, о борьбе за внимание учителей. Единственный инцидент — это слишком рано, чтобы начинать всерьёз говорить о травле.

— Не станет ли потом слишком поздно, господин ДонХё? Я беспокоюсь за эту умненькую девочку.

— Не беспокойтесь, госпожа Катигава, ситуация у меня под полным контролем, ничего страшного не происходит. Я уже разговаривал об этом с нашим психологом. Господин До, порекомендовал пока не вмешиваться в ситуацию и наблюдать. У девочки есть явные задатки лидера. Способ решения ею данной ситуации многое расскажет о её типе характера и поможет дать рекомендации, ей же, для дальнейшей жизни. Это сказал мне господин До. ЮнМи имеет потенциал для того, чтобы стать известной. А известным людям, как вы сами прекрасно знаете, госпожа, нужна душевная закалка. Иначе они не смогут быть известными.

— Никогда мне не нравились такие игры с людьми! Человеку плохо, а за ним наблюдают, что бы сделать выводы из его страданий!

— Специфика профессии, — пожимает плечами ДонХё, — впрочем, в любой работе найдутся свои неприятные места. Или вас беспокоит что-то конкретное?

— Ничего конкретного, но, знаете, девочка определённо талантлива. А талантливые люди, они, как правило, не от мира сего и очень ранимы душевно. Я беспокоюсь, как бы её психика не пострадала. Вот почему я говорю с вами об этом.

— Я пока не заметил, что ЮнМи испытывает какие-то страдания или как-то угнетена. Глазки блестят, вид — озорной. Думаю, ничего с ней страшного не случится. Пусть поборется за место лидера, а мы посмотрим.

— Думаете?

— Да. Так советует господин До и я считаю разумным следовать его профессиональным рекомендациям.

Место действия: школа Кирин. Перед дверью дисциплинарной комиссии. Дверь открывается и в коридор выглядывает симпатичная девушка, которая видит скромно сидящую на скамеечке у двери, ЮнМи.

— ЮнМи-ян?

— Добрый день госпожа секретарь. Вы прекрасно сегодня выглядите! Мне кажется, у вас новое платье?

— Хм… Хочешь об этом поговорить? Вряд ли это облегчит твою участь, но, заходи!

— Спасибо…

Время действия: суббота

Место действия: агентство "FAN Entertainment"

Сижу в кабинете у президента СанХёна. Секретарша подала кофе, и я неспешно, солидно, в компании с хозяином компании, распиваю его перед более серьёзной беседой, а пока разговариваем с президентом ни о чём, о делах моих скорбных, школьных…

— … Говорят, что модельные агентства гоняются за подобным типом лица, — говорю я, рассказывая о своём походе на дополнительные занятия, на которых меня определили в андрогины, но пока не спеша ставить в известность о появившемся у меня фотографе.

Президент, держа её на весу в руке отставленную чашку с кофе, оценивающе смотрит на меня, чуть скептически оттопырив нижнюю губу.

— Может, стоит попробовать? — делаю я тонкий намёк на толстые обстоятельства, — Раз есть такой спрос?

— Что тогда делать с твоей учёбой? — спрашивает он, поднося чашку к губам, — У тебя выпускной класс, а ты хочешь работать. Совместить учёбу с работой у тебя сейчас не получится. Кстати, что у тебя в школе?

— Не стоит тратить на это время сонсен-ним, — говорю я, не желая вдаваться в подробности, — учусь. Привыкаю к новым требованиям.

— Понятно, — кивает господин президент, похоже, довольный, что ему не нужно вникать в такие мелочи и говорит, — если с учёбой проблем не будет, тогда я подумаю о пилотной фотоссесии для тебя…

О! Морковку повесил! Хитрован. Ладно, тогда о ХаНыле тем более не стану ему говорить.

— Я буду стараться, господин президент, — обещаю я и благодарю, — большое спасибо.

Президент мне благодушно кивает — трудись, мол, и всё у тебя будет, и переходит к следующей теме разговора.

— Я посмотрел твоё выступление, — говорит он и уточняет, — на батле…

— Буду вам признательна, если вы скажете мне о своём мнении, — быстро говорю я.

— Хмм… Ты проиграла. Поняла — почему?

— Там было много поклонниц соперников, — говорю я о видимой мне причине, — они голосовали за своих кумиров против меня.

Президент кивает, соглашаясь со мной.

— Без поддержки своих фанатов, трудно выигрывать на таких соревнованиях, — говорит он, — ещё какие ты выводы сделала?

— Ну… Нужно учиться петь. Если бы я могла петь, то всё бы было гораздо лучше.

— Это понятно. Но это не всё. Ты допустила ещё ошибки. Смотри. Первую песню ты исполнила исключительно на иностранном языке. Запомни, в Корее это не приветствуется. Да, ты можешь исполнять песни зарубежных исполнителей, но делать это нужно в соответствующее время и месте. Например, при проведении тематического концерта. При этом, ты, как исполнитель, должна до этого иметь в своём репертуаре несколько корейских песен. Для корейцев, лучше петь на корейском. Это принесёт тебе любовь слушателей. Можно вставлять в текст песни фразы на английском. Это нравится людям, но тоже не стоит с этим перебарщивать. Небольшие вставки размером в несколько слов будет достаточно…

— Спасибо господин президент, — благодарю я СанХёна за науку, одновременно вспоминая виденные выступления местных коллективов.

Да, действительно, на английском — не поют, но делают на нём мини-вставочки в свои композиции.

— Никаких других языков, кроме английского, лучше не использовать, — продолжает учить меня уму-разуму СанХён, — люди любят, когда они понимают, о чём песня. Французский — большая экзотика. Уверен, что никто ничего не понял, что ты пела.

— Но я рассказала перед выступлением, о чём песня, сонсен-ним, — возражаю я.

— Этого мало, — возражает мне он в ответ и спрашивает: Тебе что-то люди говорили о ней после батла?

— Ну… — говорю я, припоминая, — спрашивали, о чём она. Просили текст. Я сделала несколько распечаток перевода, отдала…

— Вот видишь, — кивнув, говорит президент, — люди хотят знать, о чём поют их кумиры. Всегда так было. Поэтому, кроме английского и корейского, лучше ничего больше не использовать. Английский сейчас — многие знают…

— Понятно, — тоже киваю я.

— И музыка у этой песни, — старомодная, — критикует дальше моё творчество президент.

— Не соглашусь с этим, сонсен-ним, — снова возражаю я, — музыка не бывает старомодной. Бывают древние аранжировки, а музыка — вечна.

— Не спорь, когда тебе старшие говорят.

— Простите, президент СанХён. Я думала, что у нас сейчас происходит профессиональное обсуждение творческих моментов, в которых возможно отстаивать своё мнение.

— Хм… Мне не нравится, что ты себя так ведёшь. На каждое услышанное тобою слово у тебя всё время находится, что сказать в ответ. Со мной ты можешь разговаривать так, как ты разговариваешь сейчас. Но, если ты решила стать звездой, то тогда будут проблемы. Думаю, многим людям такое не понравится, особенно старшим. Тебе следует обратить серьёзное внимание на свои манеры. Поняла меня?

— Да, господин президент, — вздыхаю я, — поняла.

— Не вздыхай, а учись. В школе Кирин для этого есть все возможности. А в целом, мне твоё выступление понравилось. Особенно, последняя композиция. Для твоего возраста это великолепный результат, я так считаю.

— Спасибо господин президент, — опускаю я голову в поклоне.

— Только я не совсем понял один момент. Твоя старая песня на французском… Ты же мне её раньше показывала на другом языке… На… этом…

— Испанском, сонсен-ним, — подсказываю я.

— Да! Испанском. А теперь она у тебя вдруг на другом языке…

Президент вопросительно смотрит на меня.

— Перевела, — легкомысленно пожимаю я плечами.

— Так просто — взяла и перевела? — неподдельно удивляется СанХён.

— А что там такого? — не совсем понимаю я его удивления, — Перевелось, я и перевела.

Президент озадаченно смотрит на меня.

— А зачем? — помолчав, интересуется он.

— На испанском песня может стать мировым хитом, — объясняю я, — а на французском нет. Выбрасывать мировой хит на батл, я посчитала слишком жирным для него. Французский был оптимален для моего голоса. На французском языке, получается очень красиво шептать. Что я и проделала, сонсен-ним.

— Угу… — смотря на меня, кивает своим мыслям президент, — то есть, выходит, ты не хотела победить, раз поступила так?

— Почему не хотела? Хотела, — отвечаю я, — но не любой ценой. "Porque te vas" может принести много денег. Зачем эту песню отдавать просто так? Это расточительно. Если её удачно подать, то она вполне может "выстрелить", господин президент.

— Откуда ты это знаешь? — помолчав, спрашивает меня президент.

— Предчувствие, — коротко отвечаю я.

Против предчувствия трудно что-то возразить…

— Ты можешь её и на английский перевести? — снова помолчав, спрашивает меня президент.

— Могу попробовать, — не возражаю я, — если переведётся, то что-нибудь слеплю…

— Что значит это твоё — "переведётся"?

— Песня либо переводится на другой язык, либо нет, — объясняю я шефу и даю более расширенную трактовку объяснения, — теоретически, сонсен-ним, стихи переводятся на другие языки, но практически, получается это не всегда. А слова песни, хоть они тоже стихи, ещё привязаны и к музыке. Там нужно так подбирать слова, чтобы они попадали в мелодию. Это гораздо сложнее и очень редко удаётся. "Porque te vas" на французский перевёлся, хотя от испанского варианта там не очень много осталось. На английский? Не проблема, но я не знаю, как там слова за музыку будут "зацепляться", нужно пробовать. Поэтому я и говорю — переведётся, значит, переведу, нет, значит, нет.

СанХён с изумлением смотрит на меня.

— А лучше, — пускаюсь я в дальнейшие рассуждения, — лучше оставить эту песню в покое. От переводов она только проигрывает. Сами же слышите, что французский — бледная тень первого варианта. Если нужна песня на английском, её сразу нужно писать под этот язык. Какая вам нужна песня, сонсен-ним?

СанХён уже с крайним удивлением смотрит на меня.

— Это для тебя так просто? — спрашивает он.

Я пожимаю в ответ плечами.

— Я же молодая, — говорю я, — мозгов нет, не знаю, что это сложно делать, поэтому — пишу. Мозги появятся, узнаю, что сложно, — писать престану. Сонсен-ним, нужно пользоваться моментом, пока у меня мозги не появились! Что вам нужно написать?!

— Хех! — ухмыляясь, крутит в ответ тот головой, — Сколько тебе лет, ЮнМи? Шутишь, как взрослая, но тебя точно нельзя выпускать к журналистам, пока рот не научишься закрытым держать. Раз ты такая самоуверенная, напиши мне тогда что-нибудь для… для СыХона!

— СыХона?

— Да. Вы же с ним знакомы?

— Немного, — киваю я.

— Хорошо. Вот и попробуй для него что-нибудь написать на английском. В стиле композиции и времени её написания я тебя не ограничиваю. Но, в разумных пределах, конечно. Посмотрим, что у тебя выйдет.

— Права на песню остаются за мной? — интересуюсь я, — Как договаривались?

Президент молча кивает.

— Ожидается, что она тоже попадёт в Ноt 100 Billboard? — уточняю я параметры задания.

Президент делает движение головой, которое я расшифровываю как: "ну, если у тебя получится повторить этот эпичный результат… это будет… неплохо".

— Хорошо сонсен-ним, — принимаю я предложение и, с поклоном, говорю положенную корейскую фразу: Я буду очень стараться.

— А как ты вообще пишешь песни? — спрашивает СанХён, — Как это у тебя получается?

— Не знаю, — пожимаю я плечами в ответ, — они как-то оказываются в моей голове и всё.

— Хорошо, — произносит президент, перед этим внимательно посмотрев на меня долгим, пристальным взглядом, но так больше ничего не сказав по поводу моего творчества, — этот вопрос мы решили. Перейдём к следующему… К тем файлам, которые ты мне прислала. "Музыка слёз" и "Мелодия рая"…

После напоминания о парнях, настроение у меня падает. Недавно завершилось полицейское разбирательство. Официально, завершившимся следствием, виновным признан водитель машины, превысивший скорость и не справившийся с управлением на скользкой дороге в состоянии алкогольного опьянения. Никакой чёрной машины там не было. История с преследованием оказалась выдумкой.

Я, с печалью, вздыхаю.

— Очень красивая музыка, — говорит президент, — и быстро так написала. За неделю, кажется, да?

Подтверждая, молча киваю, — да мол, где-то так. За неделю.

— И разучить успела, — внимательно смотрит на меня СанХён.

— Нужно было, поэтому и разучила, сонсен-ним, — говорю и поясняю, — просто захотела.

Сонсен-ним качает головой.

— Хорошая музыка, — говорит он, — думаю, режиссёр включит её в фильм.

— У меня ещё есть мелодия, — помолчав, сообщаю я, — думаю, может она даже лучше подойдёт…

— Но только она у меня ещё в голове, — быстро говорю я, увидев выражение на лице шефа, — и она такая, электронная…