Ректор магического университета, господин архимаг Мотедиус, нахмурив брови смотрел на дверь своего кабинета, которою только что закрыл за собой его студент — князь Эриадор Аальст, он же — головная боль господина Мотедиуса в последнее время. За длинный и обстоятельный разговор с ним, продолжавшийся без малого почти час, у Мотедиуса сформировалось чёткое убеждение в том, что тот не сказал и половины того, что мог бы.

«Что теперь следует предпринять? — подумал ректор глядя на древесные разводы закрытой двери, — непонятно… По логике следовало бы сообщить обо всём службе безопасности и пусть она разбирается. Но… но… Но! Есть много но! которые следует тщательно взвесить, прежде чем принимать решение… Когда Аальст отправился к рекомендованным мною, то о происшедшем я никому не сообщил, решив сделать это немного погодя. Больно уж нервозная была обстановка в столице. А потом, поскольку ничего не происходило, я затянул с докладом… Видно просто оттягивая неприятное событие. Мда… Однако, Аальст вернулся и нужно что-то решать…»

Мотедиус вздохнул и принялся перебирать в голове различные варианты его дальнейших действий: Если сообщить службе безопасности, то… первой проблемой станет убедить эту службу безопасности, в том, что я не сошёл с ума. Если Аальст возьмётся всё отрицать — как я докажу? Терская? Думаю, что своего дружка она будет покрывать до последнего. Как-никак вместе воевали. Это многого стоит. Да и вообще, что там у них между собой, одна Мирана знает. По виду вроде незаметно, да и этот последний скандал с ней во дворце… но такую вероятность сбрасывать со счетов не стоит. Поэтому, если они упрутся — придётся прибегнуть к напоминанию о данной ими императору клятве и спрашивать уже под присягой. Не думаю, что это добавит мне хорошего отношения от них, а с Терской мне ещё не одно столетие общаться. Да и магическому совету, тоже. Испортить отношения можно быстро, а вот восстановить их потом… порою жизни не хватит. Туже Люсинеллу Гай вспомнить… До сих пор некоторые простить не могут друг друга, хотя уже сколько времени прошло! Потом, даже если удастся получить от Эриадора признание, то окажется, что беспорядки в столице — дело рук моих студентов, которых я покрыл. Это очень неприятно, но переживаемо, однако эльфы… Они открыли посольство благодаря явлению им на грязной улочке крылатой и теперь терпеливо ждут её второго пришествия. Что будет, если они узнают, что это всё — розыгрыш? Я даже боюсь представить реакцию его величества. Он активно развивает отношения с Вечным Лесом, высокородные эльфы — постоянные гости у него во дворце. Что будет после того, как правда раскроется? Возникает вопрос: нужна ли она сейчас эта — правда? Думаю, сейчас она будет очень неудобна для всех… Да, но что будет потом? Когда она раскроется? А почему она должна раскрыться? Если эти двое будут молчать, то я тоже — промолчу. Единственно, это упоминание Аальстом Алатари… Да и крылья… Думаю, что без вмешательства богов здесь не обошлось. И что же? Что следует предпринять? Хм… Боги ведут свою игру, правил и целей которой я не знаю. Стоит ли мне влезать в неё? Думаю — нет и ещё раз нет! Никто лично ко мне из них не обращался, приказаний не давал. Значит, они прекрасно обходятся и без меня. Это хорошо. Я тоже прекрасно обхожусь без них. Абсолютное безумие — в слепую, добровольно, лезть в такие игры. Нет! Оставим всё как есть. Тем более, даже я выскажу свои предположения всем — ну и что, где доказательства? А если они и найдутся — что может совет или император предпринять по этому поводу? Уверен — ничего. Посланцы богов — это их игрушки. И ничего простым смертным тут не сделать. Нужно будет — боги самолично явятся и подтвердят, что их любимцев трогать не нужно. Да так, подтвердят, что мало не покажется. Пусть лучше всякие фанатики, типа ордена, об этом ничего не знают. Мало ли, что им в голову взбредёт! А ответить можем все. Поэтому — не видел и не слышал! Решено. Значит, делаю вид, что поверил Аальсту и принимаю его на должность младшего архивариуса. Пусть копается в архиве, коль ему так этого хочется. В принципе — настойчивость, с которой он добивался этого, достойна поощрения. Тем более что исследование порталов, в связи с последними событиями, весьма и весьма актуальный вопрос… Если что-то найдёт, что позволит решить проблему, или хотя бы продвинутся вперёд, будет большим плюсом для нас… Думаю, что вариант, оставить всё как есть — оптимальный для всех. Единственно… Этот Аальст… Похоже, он считает себя тут самым умным… Думает, что может обвести любого вокруг пальца… Нужно будет немного сбить с него гонор. Если всё оставить как есть, боюсь, зазнайства ему не миновать. Уверен, он думает, что я буду плясать под его дудку, коль покрываю его выходки. Но как говорится — лучше лечить болезнь в начале, чем потом её запущенную форму. И, кажется, я знаю одно хорошее лекарство. Специально для него…

Архимаг усмехнулся, и потянутся за колокольчиком.

— Узнай, пожалуйста, — обратился он к вошедшему секретарю, — в столице ли сейчас начальница тайной стражи Этории, леди Эстела Элестрай? Хотя нет, постой! Дай мне бланк с официальным приглашением на встречу, я кое-что в нём допишу. Пусть потом передадут его варгам, а они уж разберутся, как ему быстрее найти своего адресата…

* * *

— Господин Аальст! А вы-то, что тут делаете? — магесса Элеона с неподдельным удивлением взирала на меня из-за кафедры.

— Сижу, — лаконично ответил я и дипломатично улыбнулся — мол, что за дурацкий вопрос?

— То, что вы сидите, я вижу. Меня интересует вопрос — зачем вы здесь сидите?

— Учиться хочу, — следуя канве выбранного общения, так же лаконично ответил я.

Вокруг раздались смешки. Действо происходило в аудитории целителей, куда я прибежал, чуть не опоздав к началу, после затянувшегося разговора у Мотедиуса. Едва я успел усесться, как буквально следом вошла Элеона и неподдельно удивилась, увидев меня.

— Учиться? — не поверила она, — да неужели? Как-то раньше я за вами не замечала такой тяги к занятиям.

— Произошла переоценка ценностей, — в тридцать два зуба улыбнулся ей я.

— Что ж, похвально и весьма приятно слышать. Лучше раньше, чем никогда, как говорится, но, вы уж извините меня, в вашем случае — поздно. Целитель должен обладать способностью к магии. У вас её — нет.

В аудитории повисла напряжённая, даже можно сказать — «густая» тишина. Я чувствовал, что все взгляды обращены на меня.

— Я собираюсь учиться «впрок», — ответил я и снова лучезарно улыбнулся.

— Впрок? — магесса приподняла свои тонкие, ровные брови, — что значит — впрок?

— Это значит, когда моя магия вернётся, я буду знать весь теоретический материал, и я смогу завершить процесс обучения быстрее…

— Ах, вот оно что, — кивнула магесса, — значит, господин Аальст — вы не сдаётесь? Что ж, это делает вам честь. Однако есть правила, в которых ясно и чётко прописано — кого я могу учить, а кого нет. При всём моём уважении к вашей решимости и лично к вам, князь, вопрос вашего присутствия на моих лекциях вы должны решить с господином ректором. Только так, господин Аальст, только так.

— В посещении господина Мотедиуса нет необходимости, — ответил я, — у меня уже есть разрешение.

— Да? Позвольте взглянуть?

— Пожалуйста. Нет никаких проблем.

С этими словами я вынул из кармана значок и не торопясь, даже, пожалуй, несколько демонстративно, приколол его к своей зелёной мантии.

— Вот, — сказал я, опуская руки и выпячивая грудь.

— Вечный студент… — поднимая подборок вверх, протянула магесса.

— Который может посещать лекции, какие хочет и сколько хочет… — продолжил я недосказанную ею фразу.

— Да… я забыла об этом, — Элеона слегка поджала губы, — хорошо, будем считать, что вопрос с вашим присутствием на моих занятиях решён. Однако, скажите, вы что, решили начать всё с самого начала? Зачем вы пришли на занятия первого курса?

А я — то думаю, почему столько незнакомых лиц!

Оглядываюсь. Множество (преимущественно женских) глаз с любопытством и интересом смотрят на меня. Хотя я вижу и знакомых — вон, вон и вон. Второгодницы…

— Госпожа магесса, — оборачиваюсь я к Элеоне, — я так спешил попасть к вам на занятия, что даже толком не посмотрел расписание! Вы же знаете, что я прихожу в совершеннейший экстаз, слушая лекции по целительскому делу!

В аудитории засмеялись. Элеона тоже усмехнулась.

— Ну что ж, господин торопыжка, коль так, то жду вас на занятиях второго курса. Я посмотрю, как вы успеете нагнать пропущенное, и каков при этом будет ваш экстаз.

Вокруг снова засмеялись.

— Вот за что я люблю вас, госпожа Элеона — так это за строгость!

— Мда? Хорошо, я постараюсь, чтобы ваше чувство стало ещё сильнее… Эриадор! Вы срываете занятие.

— Всё понял. Ухожу. Госпожа магесса, господа, — сделал я два поклона стоя уже в дверях, — прошу прощения.

— Идите уж! — милостиво махнула рукой Элеона и повернулась к аудитории, — итак, приступим…

Я вышел в коридор, аккуратно прикрыв за собою дверь.

Ёлки! Промахнулся с расписанием! Поторопился… Ладно, бывает. Вот как только я практику буду отрабатывать? Теория — это конечно хорошо, но полученные знания нужно будет на ком-то и «обкатать»…

Я вздохнул

Связался я с этой Алатари! Ведь не хотел, а связался! Придётся теперь отрабатывать, эльфов спасать, «добирать» необходимые знания, чтобы понять — что же мне и как нужно сделать? Конечно, очевидно, что в получении информации придётся сделать основной упор на книги, но поддержкой и опытом такого специалиста как Элеона — пренебрегать не стоит. Вполне возможно, что её ответы на мои вопросы будут гораздо быстрее лихорадочного рысканья по гримуарам. Да и на других известных целителей через неё можно будет выйти…

— Э-хе-хе, — снова вздохнул я и почесал в затылке, — придётся ходить на лекции… учиться! Сирота я сирота… Как же я так умудрился богам задолжать? И главное — было бы за что!