Дикий Циклоп, Грач Задира и Ван Гуллит держали совет, сидя на озерном берегу у костра. Вечер выдался на удивление теплым, и даже дым не спасал от назойливого гнуса, летящего со стороны воды. Бартон на сходку не пошел, хотя его звали. Он вместе с несколькими каторжанами занимался ранеными. При чем уже заранее знал, с какими ранеными стоит возиться, а с какими - только время терять. Правда были и такие коматозники, что не поддавались его новой экстрасенсорной способности, позволяющей определять состояние человека. О'Нилл как раз к таковым и относился. Бартон чувствовал, как организм Кельвина борется за жизнь, но исход схватки определить пока было невозможно. Средств первой медицинской помощи хватало на всех. Их было даже слишком много, если учесть, что добрая сотня индивидуальных аптечек осталась от убиенных поселенцев. Тем не менее, никакие сильнодействующие препараты не могли помочь Кельвину, находящемуся у последней черты. Конечно госпитализация, переливание крови, регенерация тканей, несомненно, спасли бы беднягу. Но где ж тот госпиталь взять?

       О'Нилл метался в бреду и Бартон оттащил его подальше от посторонних глаз. Присел рядом в глубокой задумчивости, концентрируя в себе энергию, а потом, ощутив тепло исходившее из ладоней, направил его в определенные, выбранные по внутренним токам, точки на теле раненого. Занимаясь неведанным доселе энергетическим восстановлением, Билл переусердствовал, выжал себя и, не желая того, забылся тяжелым сном. Но его старания все же оказались не напрасны, костлявая отступила от Кельвина: пульс его участился, опасность заражения миновала.

       Через какое-то время Бартона разбудил Циклоп, пустившийся на поиски пропавшего друга, коего обнаружил спящим рядом с его пациентом. Экстрасенс был разбит и подавлен, он еле открыл глаза, чувствуя неимоверную слабость во всем теле. Ничего не понимающий Циклоп стащил обоих страдальцев на захваченное у викингов судно, готовое в любой момент отчалить и уйти подальше от берега. Помимо раненых, каторжане грузили на дракары скудный скарб и провизию, ожидая прихода каких-то гномов, что со слов одного из пленников должны были прилететь на платформе с запада. Естественно в такую небылицу сложно было поверить, тем не менее, Циклоп, полагавшийся на предчувствие Бартона, убедил других вождей в необходимости готовиться к отступлению. Задира, взявший на себя командование оставшейся дружиной, выслал в указанном направлении дозор, снабдив его сигнальными ракетами.

       Оставалась проблема этического характера, связанная с павшими в последнем бою воинами, за чьими телами и должны были прийти те самые гномы. Посовещавшись, решили придать погибших огню, дабы не позволить никаким тварям глумиться над убиенными людьми. Для этих целей требовалось натаскать достаточно много дров, ибо погребальный костер должен был быть воистину огромный.

       Но начатое дело до конца довести не удалось. Под утро в нескольких километрах от лагеря в небо взметнули три красные сигнальные ракеты, предупреждающие о приближении серьезно вооруженного неприятеля. Задира дал команду грузиться на суда и отчаливать. Однако Циклоп взял острозаточенный нож, засунул за пазуху увесистый топорик и направился в заросли прибрежного камыша, где намеревался схорониться от непрошенных гостей и понаблюдать за их поведением.

       - Чем черт не шутит, может оружием удастся поживиться, - сказал гигант Ван Гуллиту и Задире, когда накануне они обсуждали план отступления. - Этот кретин Гаррисон утверждает, что воды те твари бояться. Я в плавунах спрячусь, а дальше уже посмотрю по обстановке.

       Дракары успели отойти от берега на приличное расстояние, когда появилась низколетящая над лесом платформа. Прятавшемуся за прибрежным пригорком Циклопу она напоминала баржу с низкими бортами, закрывающими неглубокий, освещенный изнутри искусственным светом трюм. На носу платформы был установлен генератор неизвестного излучения, снабженный многочленистым шарнирным штативом, позволяющим направлять оружие в любую плоскость, даже свешивать за борт. Маленькая тварь, управляющая этим излучателем, восседала в высоком кресле и палила разрядами, напоминающими грозовую молнию по мелькающим среди деревьев обитателям леса, чьи трупы поднимала на борт смонтированная на корме длинная рука гидрозахвата.

       Когда летательный объект снизился над недавним полем боя и почти коснулся земли, его бортовой люк откинулся, и из него резво повыскакивали низкорослые существа, действительно напоминающие гномов. Издали твари походили на людей, если смотреть с точки зрения геометрического строения тела: все то же самое - туловище, голова, две руки, две ноги. Только их рост достигал лишь пояса среднего человека, а у Циклопа гном запросто мог уместиться между раздвинутых на уровень плеч ног. Половую принадлежность коротышек определить не имелось возможности, ибо твари прятались за легкими балахонистыми скафандрами, что покрывали их миниатюрные тела с головы до ног и были изготовлены из прочного серебристого материала. Кроме того, одеяние гномов имело темный гладкий овал, напоминающий маску аквалангиста с встроенными по бокам фильтрующими или же регенерационными элементами.

       Циклоп не имел достаточно времени, чтобы получше рассмотреть тварей. Боясь быть обнаруженным, он ретировался в воду. И весьма своевременно, ибо дальнейшие действия коротышек оказались расчетливы и грамотны с военной точки зрения. Полдюжины гномов с гладкими трубками наперевес, разбежалась по периметру, а остальные принялись грузить на платформу трупы людей, проявляя при этом не дюжую для их размера силу.

       Сколько всего тварей прилетело на барже для сидевшего по уши в воде Циклопа оставалось загадкой: пригорок, который еще несколько минут назад служил одноглазому гиганту укрытием, теперь загораживал обзор. А на его вершине маячил вооруженный гном.

       Голова Циклопа, торчащая среди озерных кувшинок, была сплошь покрыта тиной и спрятана от глаз дозорного густыми зарослями камыша. Но коротышка явно заподозрил что-то неладное и всматривался в сторону таившегося человека через свою темную маску, держа оружие на изготовку. Яркие лучи восходящего солнца били прямо в глаза гнома, мешали смотреть, и, в конце концов, заставили спуститься вниз ближе к воде, стать невидимым для своих собратьев из-за пригорка.

       Циклоп сидевший под водой на согнутых ногах, превратился в неподвижное изваяние, что давалось совсем не легко, ибо десятки пиявок вцепились в его огромное тело, а слепни и овода, облепили пошедшую волдырями от их укусов голову. Гигант сжимал в правой руке топор и ждал лишь подходящего момента для броска. На его счастье такой момент не заставил себя долго ждать: Гном отвлекся на неожиданно взметнувшуюся из зарослей утку, которая своим внезапным криком испугала его, заставила повернуть голову, дернуться. Он даже не успел толком успокоиться, как из воды взметнулась громадина одноглазого монстра и точно метнула топор в повернутую боком голову коротышки. А та раскололась как спелый арбуз, но осталась внутри немного видоизменившегося костюма, который даже не порвался, хотя маска дала трещину. В несколько прыжков Циклоп очутился у поверженной твари, вырвал из ее коротких рук гладкую трубку, быстро осмотрел, попробовал подрегулировать лимбы, снабженные неизвестными обозначениями, подергал храповик маленького рычажка, нажал пару клавиш, и, убедившись, что не может быстро овладеть неизвестным оружием, ринулся обратно в озеро. Он успел преодолеть заросли камыша и уже намеревался нырнуть с головой, как сильный разряд электрического тока потряс его мощное тело до основания. Рассудок покинул Дикого Циклопа. Широко раскинув руки, он шлепнулся навзничь, подняв вокруг себя целый фонтан воды.

       Грач Задира наблюдал за последними минутами жизни гиганта в бинокль с одной из лежащих в дрейфе дракар, что держались от берега на расстоянии двух миль. Он явственно видел, как поднятый вынырнувшим из воды Циклопом шум привлек стоявших с оружием наготове тварей, и они довольно резво для своего роста засеменили к пригорку. Достигнув вершины, коротышки пустили в дело трубки, из которых в сторону убегающего человека молниеносно протянулись ломаные нити электрических разрядов.

       - Что там с Циклопом? - Почувствовавший неладное Бартон, подполз к Задире и дернул за штанину.

       - Погиб Циклоп, - констатировал Грач.

       - Он не погиб, - заявил Билл, к которому уже начали возвращаться силы. - Я чувствую его все еще живую матрицу.

       - Что ты еще чувствуешь? - Во взгляде Задиры читалось явное сомнение.

       - Три застарелых осколка в твоей заднице и отсутствие двух нижних ребер. Могу еще сказать, или не стоит?

       - Не стоит! - произнес Задира, протягивая Бартону свой бинокль.

       Между тем гномы споро грузили трупы людей на ленту транспортера, который перебрасывал груз в утробу платформы. На все про все у них ушло чуть более часа. Когда погрузка закончилась, платформа воспарила над поверхностью и полетела в сторону озера, где плавало тело Циклопа.

       Бартон хорошо видел, как его друга подняла из воды четырехпалая много -членистая рука установленного на корме гидрозахвата и бросила в трюм.

       Платформа была явно перегружена и долго не могла набрать высоты, что позволила бы ей беспрепятственно лететь над лесом. Тем не менее, она все же воспарила поверх макушек вековых сосен и, тяжело разогнавшись, понеслась в западном направлении.

       Летательный аппарат коротышек не успел еще исчезнуть из поля зрения поселенцев, как на северо-востоке появился старый военный корабль землян, на полном ходу приближающийся к лежащим в дрейфе дракарам.

       - Это еще кто такие? - Задира отобрал свой бинокль у Бартона.

       - На сей раз эльфы какие-нибудь или гоблины, - попытался пошутить Ван Гуллит.

       - Там свои, - успокоил засуетившихся каторжан Бартон.- Сдается мне, что к нам пожаловала ее величество королева Кастора со своими амазонками. Эх! Пораньше бы на денек!

       Глава 7

       'Крым' бросил якорь в двух кабельтовых от берега, подойти ближе не позволяли мели. Все находящиеся на дракарах каторжане поднялись на борт крейсера, где сразу стала наблюдаться теснота.

       Кроме того, наличие большого числа раненых поселенцев добавило проблем не только доктору Анри, но и другим членам экипажа. Госпиталь не вмещал всех нуждающихся в медицинской помощи людей, и было решено устроить временный лазарет в просторном помещении артпогреба. О'Нилла, уже начавшего временами приходить в себя, как раз туда и уложили, подстелив старый заплесневевший матрац, найденный в каптерке крейсера. Сей факт являлся обычным недоразумением, которого вполне можно было ожидать, учитывая неразбериху, творящуюся на борту в первые часы после пополнения экипажа.

       Бартон потерял О'Нилла из виду в тот момент, когда ему на шею бросилась внезапно появившаяся Марго, и устроила целый Ниагарский водопад. У Вильяма тоже глаза были на мокром месте. Не находя подходящих слов, он вдруг обеспокоено отстранил дочь от себя и, пристально осмотрев с ног до головы, спросил:

       - Когда последний раз тебя осматривал доктор?

       - Не помню уже! - шмыгая носом, произнесла девушка.

       - Ты знаешь, что у тебя назревают проблемы по женской части?

       - Нет! - Марго, удивленно посмотрела на отца.

       - Надо срочно принимать меры! Пусть ваш доктор осмотрит тебя. Поверь мне доченька! Я знаю, что говорю!

       - Анри сейчас сильно занят, - промолвила девушка, не переставая утирать слезы.

       - Думаю, этот бездельник сможет выкроить время для тебя, - Бартон зло сверкнул глазами, вспомнив своего недавнего доктора. И, уже обращаясь к дочери, снова наполнился нежностью. - Главное, ты жива! Теперь я спокоен. О'Нилл вроде тоже на поправку пошел. Значит, можно отлучиться по делам, сходить на берег.

       - На какой еще берег ты пойдешь? - Марго вдруг выпустила жало, превратившись в фурию, которая поносила последними словами цветочника Билли на Зее. - Чего ты там забыл? Не думай даже! Я после фильма места себе не находила, извелась вся!

       - Какого фильма? О чем ты?

       - Не важно какого. Я теперь от тебя ни на шаг не отойду. Жить будешь у меня в каюте.

       Девушка схватила отца за руку и потащила к себе. Но далеко им уйти не дали, ибо одна из посыльных амазонок призвала Марго подняться на офицерское совещание.

       - Ты пойдешь со мной,- тоном, не терпящим возражений, произнесла девушка, увлекая Бартона на ходовой мостик, где восседавшая в высоком капитанском кресле, герцогиня в присутствие приближенных слушала доклад Задиры о последних случившихся на материке событиях.

       Когда бывший командир космического фрегата почтительно умолк, закончив свой рассказ, и, обладающая феноменальной памятью на лица миледи промолвила: 'Спасибо Серж!', подал голос стоявший в дальнем углу Ченг.

       - Вы наверняка знаете, кем на самом деле являются эти гномы, - обратился он к Задире.

       - Я лишь догадываюсь, ибо мне никогда не доводилось встречать сигуурийцев, - Грач даже не повернулся в сторону Ченга, его внимание было приковано к особе с заплаканным лицом, что держала под руку Бартона.

       Механик прошел к компьютеру и, отыскав необходимый цифровой снимок, обратился к герцогине:

       - Неподалеку от нас лежит дредноут этих тварей. По всему видать, их корабль все еще имеет функциональную систему навигации, что позволяет следить за передвижением 'Медузы'.

       - А зачем чужим трупы людей? - поинтересовалась Варвара Алексеевна.- Может они питаются мертвецами?

       Никто не ответил, даже всезнайка Ченг. Непродолжительное молчание нарушила Багира:

       - Мы разнесем их посудину, к чертям собачим. И мокрого места не останется.

       - Нет! - выкрикнул Бартон, моментально став объектом всеобщего внимания. - Только не сейчас.

       - А что так? - вскинула брови главная амазонка.

       - Там Дикий Циклоп. Он еще жив. Я должен его вытащить.

       - Как ты это себе представляешь? - не унималась Багира.

       - Пока не знаю. На месте разберусь.

       - Даже не думай без меня ходить, - подала голос Марго, стукнув своим кулачком по плечу отца.

       - Последнее время у нас в подразделении отсутствует всякая дисциплина. Кто куда хочет тот туда и идет, без разрешения на то командиров, - сухо сказала Багира, заслужив презрительный взгляд своей, с этого момента, уже бывшей подруги.

       - По счастью я не в вашем подразделении, сударыня, - заметил Задира. - И готов снарядить группу для вылазки к звездолету чужих, конечно, если ее высочество не будет возражать. Тем паче, что здоровяк мне тоже далеко не безразличен.

       - Дикий Циклоп - это тот громила с дубиной? - спросила Мегера.

       - Была у него дубина, - ответил Бартон. - Но зачем тебе знать?

       - Познакомиться хочу, - огрызнулась амазонка.

       - Что за человек этот Циклоп, - поинтересовалась Варвара Алексеевна. - Почему такое внимание к его персоне?

       - Если позволите, могу изложить известные мне сведения об этой воистину легендарной личности, - предложил Задира, и, получив одобрительный жест, начал доклад. - Самуэль Грин, британский подданный - бывший космический флибустьер, заслуживший признание многих монархов, как яростный борец с китайской экспансией в космосе. Это поистине смелый, энергичный человек, умеющий повести за собой людей. Среди 'галактического братства' авторитет Циклопа сравним, разве что, с авторитетом Генри Моргана на Карибах 17-го века. Самуэль был заочно приговорен Верховным судом Китайской Галактической Республики к смертной казни. За его голову сулили немалую награду. Однажды его корабли подловили прямо на выходе из гипертоннеля в систему Арктур. Завязалось нешуточное космическое сражение, закончившееся для эскадры Циклопа полным разгромом. Однако Самуэлю удалось бежать и, пользуясь покровительством короля Вильгельма, укрыться на Зее. Тогда казалось, что знаменитый корсар навсегда отошел от дел. Он осел в Тилсбери и даже открыл свое заведение. Но в один прекрасный момент бросил все и неожиданно присоединился к войскам повстанческой армии Кастора. Вместе со своим другом, всем вам известным Вильямом Бартоном, Циклоп бился с 'Грифонами' в небе над Тилсбери. Потом был пленен и отправлен на Землю.

       - Этот человек достоин всяческого уважения, - удовлетворенно кивнула герцогиня, с каждым днем все уверенней овладевающая искусством повелевать. - Но будем смотреть на вещи трезво, шансов уцелеть у него нет. И даже, если по какой-то причине ему сохранят жизнь, все равно его не вытащить из утробы звездолета. Зачем же тогда нам, рискуя жизнями других достойных воинов, спасать заведомо обреченного человека? Мы лишь потеряем время и получим новые проблемы, которых и так уже скопилось, что складывать некуда. Не лучше ли последовать предложению Багиры и выпустить по инопланетянам пару - тройку ракет.

       - Разбомбить дредноут мы всегда успеем, - сказал Ченг. - Надо попытаться его захватить.

       У механика просто чесались руки от желания прикоснуться к творениям иной цивилизации, посему, сам того не желая, он принял сторону Бартона.

       - Как ты это себе представляешь? - спросила Багира.

       - Наскоком, без должной экипировки, сигуурийцев нам не победить. Для начала следует понаблюдать за поведением чужих. Собрать сведения. Я попытаюсь вновь наладить выход в межпланетную сеть - подсоединиться к компьютеру 'Медузы', чтобы поискать информацию об этих тварях, уверен - это поможет. На данный момент можно уже утверждать, что наша планета для них не является идеальным местом обитания, иначе, зачем им скрываться за скафандрами. А малый рост инопланетян свидетельствует о многократно превышающей гравитации Сигуура.

       - Есть одна проблема, - произнес Бартон. - Гномы могут вычислять присутствие человека, они пришли за трупами почти сразу после боя, лишь дождались, когда станут недосягаемы для 'Медузы'.

       - Вполне возможно, что на инопланетном корабле до сих пор действуют сканеры, которые могут быть настроены на тепло, выделяемое людьми или животными, - сказал Ченг и посмотрел в сторону Мегеры. - По счастью у нас на борту присутствуют девушки, имеющие представление, как с этой проблемой бороться.

       Мегера поняла механика с полуслова:

       - Мы задавим их корабельными радарами. Завтра же создадим помехи. Чужие уже никогда не смогут отсканировать местоположение теплокровных в радиусе ста миль от нашего корабля.

       - А тебе, дядя, я выдам специальный резонатор, гасящий тепловое отражение, если надумаешь отлучиться далеко в лес, - предложила Бартону Мальвина, тоже присутствующая на мостике.

       - Но зачем нам это все? Зачем нам нужен дредноут инопланетян? - спросила герцогиня механика, при этом строго взглянув на девочку с голубыми волосами.

       - С оружием сигуурийцев мы покорим всю Землю, - ответил Ченг, хотя для себя ставил совсем иные цели.

       - А оно нам надо? - Варвара Алексеевна обвела присутствующих поистине царственным взглядом. - Надо ли нам покорять Землю?

       - Несомненно, моя королева! - Багира первая склонилась в почтительном поклоне. - Наследник престола Кастора станет самодержцем Земли.

       - Хорошо! Быть по сему! - строго сказала Варвара Алексеевна, после чего обратилась к Ченгу. - Вам, мой добрый друг, следует совместно с Бартоном организовать наблюдение за кораблем инопланетян. Но попрошу не затягивать, ибо 'Крым' должен в ближайшем будущем совершить поход в земли викингов. Теперь мы просто обязаны примерно наказать этих варваров, а заодно преподать урок остальным дикарям, дабы впредь никому не повадно было даже помыслить о войне супротив нас.

       - Мудрое решение, ваше высочество! - поклонился Ченг.

       - Вам, сударь! - герцогиня повернулась к Задире. - Повелеваю заняться обустройством колонии на месте старого поселения землян и организовать дозоры.

       - Будет исполнено! - Грач коротко кивнул.

       - До полного выздоровления Жересса майору Чащиной надлежит исполнять обязанности капитана 'Крыма'.- Варвара Алексеевна в тот день вошла во вкус, почувствовав, что настало время, наконец, взять бразды правления в свои руки. Продолжая тему, она обратилась к смиренно стоящей по правую руку Багире. - Согласуйте с Ченгом минимальное количество экипажа, которое необходимо для обеспечения боеспособности нашего крейсера. Остальные должны присоединиться к колонистам.

       - Да, моя королева! - Упоминание о Жерессе немного опечалило главную амазонку, которую так и распирало побыстрей расспросить Бартона о судьбе О'Нилла, что она и не преминула сделать, как только ее хозяйка покинула мостик корабля.

       - Не волнуйся, с ним все в порядке. Существует лишь одна маленькая неприятность - ему предстоит стать левшой, - ответил Бартон, которого ни на шаг не отпускала дочь. - Спроси доктора, куда Кельвина определили. А заодно предупреди этого болвана Анри, что скоро я буду иметь с ним откровенный разговор.

       - По поводу? - вскинула брови Багира, ощущая на себе злой взгляд Марго.

       - По поводу его обязанностей. Этот бездельник за все время даже не удосужился предложить вам медицинский осмотр, - Бартон стал горячиться. - У тебя, между прочим, тоже проблемы по женской части. Я ощущаю спайки с правой стороны.

       - Что значит ощущаю?

       - А то и значит, что тебе следует пройти обследование.

       - Маразм какой-то! - Багира почувствовала себя не в своей тарелке и, даже смутилась, что с ней бывало крайне редко. - У тебя, видать, все еще плохо с головой.

       - Не смей оскорблять моего отца! - прошипела Марго. - И пойми своими куриными мозгами, что он тебе желает лишь добра.

       - Хамишь, подруга! - главная амазонка отреагировала на удивление спокойно.

       - Я тебе уже не подруга! - Марго вскинула голову и потащила растерявшегося Бартона прочь.

       Глава 8

       Свет в конце тоннеля все же сверкнул разок Самуэлю Грину. Сверкнул и погас, оставив в памяти неясные образы мира межреальности, куда его ненадолго забросила неведомая сила. Большое сердце остановилось лишь на несколько мгновений, постояло, передохнуло и с новой силой принялось перекачивать кровь по огромному телу.

       В отличие от друга Билла, еще раньше побывавшего в тоннели, Циклоп не потерял памяти и все хорошо помнил вплоть до того момента, когда его поразило несколько молний выпущенных гномами из трубок. Потом провал, вызванный временной отлучкой в астральный мир, где Сэма почему-то не захотели принять, посчитав, что он еще не до конца выполнил свое предназначение на Земле. Очнулся он уже внутри звездного корабля инопланетян, в цилиндре трехметрового диаметра, образованного прозрачной медленно вращающейся субстанцией, отдаленно напоминавшую радужную пленку мыльного пузыря. Внутренний голос подсказал, что пленку лучше не трогать.

       Из-за непривычно низкой температуры окружающей среды человеческое тело бил озноб.

       Холодный воздух, как внутри цилиндра, так и, скорей всего, на корабле, по своему химическому составу был близок земному, но имел какую-то дополнительную составляющую, которая угадывалась по кислому запаху, вызывающему тошноту и головокружение. Это лишь усугубляло и без того плохое самочувствие гиганта. Тем не менее, Сэму все же удалось преодолеть страдание плоти. Он тяжело поднялся на ноги и осмотрелся.

       Цилиндр располагался посреди весьма просторного, хорошо освещенного фосфорическим светом помещения, где помимо Циклопа находились и другие представители гомо сапиенса. Только все они скорее были мертвы, чем живы, хотя сохранились довольно хорошо. Видимо благодаря раствору, в котором плавали. К тому же их цилиндры имели гораздо меньшие размеры и отличались твердостью стенок, напоминающих пуленепробиваемое стекло.

       Присмотревшись повнимательней, Циклоп обнаружил, что все заспиртованные земляне принадлежали к сильной половине человечества и разнились гигантским ростом.

       Сие открытие наводило на мысль о присутствии на борту некоего коллекционера - мецената, вознамерившегося донести до своих потомков чучела самых крупных представителей планеты Земля. Хотя комната с поверженными Гулливерами вполне могла быть местом, где могли потешить свое эго маленькие лилипуты. Или же более банальный вариант - люди просто служили законсервированным деликатесом, который можно поедать долгими зимними вечерами, когда с продуктами становится туго. Да мало ли?

       Пока Циклоп предавался размышлениям о судьбе собратьев, а, заодно, своей судьбе, дивясь тому, что его до сих пор не заспиртовали, передняя, незагороженная цилиндрами переборка отъехала, и в помещение кунсткамеры вошел коротышка с каким-то прибором, в крючковатой семипалой руке.

       Смотреть на представшую перед глазами тварь без эмоций было никак нельзя. Причем эмоции, обуревавшие Циклопа крайне отличались друг от друга. Поначалу чувство мерзостного отвращение человека, увидевшего кучу испражнений, завладело Сэмом, потом на смену ему пришел гомерический смех, что может вызвать талантливый мим своим ужасным, находящимся в постоянном движении лицом. Если то, что имелось у твари на голове вообще можно было назвать лицом в физиологическом понимании этого слова, хотя мордой тоже не назовешь. Циклоп для себя все же решил давать человеческие названия частям гномьего тела, тем паче, что некое отдаленное подобие имело место быть. Взять хотя бы голову. Подобие состояло лишь в том, что гном ее имел, и больше ни в чем. Голова не была ни круглой, ни овальной, ни даже квадратной. Она обладала сложной геометрической грушевидной формой и расширялась на затылке. Растительность на голове отсутствовала напрочь. А кожа была пупырчатой, топорщилась множественными складками, которые находились в постоянном движении вместе с появляющимися из этих складок другими органами. Вроде трубчатого рта, способного вытягиваться на приличное расстояние вперед и таких же ушей, что постоянно видоизменяясь, могли принять форму раковины моллюска или граммофонной трубы, только маленькой. О носе однозначно сказать не представлялось возможности, но скорей всего он где-то наличествовал. А вот выпученные жабьи глаза, захватывающие огромный угол обзора, оказались очень даже заметны.

       Тварь не имела никакой одежды и ходила в чем мать родила, пряча половые признаки в вездесущих подвижных складках и, по всему видать, на божий свет эти признаки доставала лишь в урочный час. Хотя возможно самки отличались от самцов по цвету кожи, ибо в появившейся следом ватаге гномов выделялись два основных пигмента - бледно-зеленый и светло-коричневый, причем зеленых было больше, чем коричневых.

       Коротышки окружили цилиндр с Циклопом, издавая еле уловимые человеческим ухом высокие звуки. Тем не менее общались они, скорей всего, посредством все тех же складок, выписывая самые невероятные фигуры на теле, причем одним телесным набором иероглифов могли передать такое огромное количество информации, на которое у землянина ушло бы полчаса, а то и больше. Издаваемый звук скорей всего был лишь фоном и сопутствовал диалогу так же, как гримаса сопутствует общению людей. Присмотревшись к коротышкам внимательнее, Сэм заметил в складках одной из тварей эмбрион детеныша, приросшего своей спиной к животу родителя. И со стороны казалось, что маленький ублюдок сидит в некой завуалированной складками сумке. Ненормальный викинг, назвавшийся Артуром Гаррисоном оказался прав - гномы размножались почкованием, являясь по сути гермафродитами.

       Коротышка с прибором пустил его в дело. Устройство представляло собой суррогат штангенциркуля, стробоскопа и оптического прицела с лазерным наведением. Оно испускало в сторону человека множество лучей, описывающих контур большого тела, пощелкивало внутренними преобразователями, пищало и гудело. Похоже, гном производил геометрические замеры Циклопа, и защитное поле цилиндра процессу замеров ни коим образом не мешало. Другие твари в это время кидали человеку какое-то мягкое губчатое вещество зеленого цвета. По вкусу оно отдаленно напоминало пресноватую брынзу. Пролетая сквозь пленку цилиндра, брынза искрилась и слегка подгорала по краям, хотя своих вкусовых качеств не теряла. Циклопа явно хотели откормить, дабы он растолстел еще больше и по праву занял одно из почетных мест в кунсткамере. Гигант хоть и был голоден, опасался употреблять такую еду, которая могла вызвать жажду. А воды здесь скорей всего не дождешься.

       Мысль о воде заставила глубоко задуматься. Несмотря на имидж бесшабашного искателя приключений, Сэм был далеко не глупым человеком, что позволило ему добиться значительных успехов, как на военном поприще, так и в области бизнеса. Он неплохо разбирался в людях, обладал неординарным мышлением, знал точные науки. Циклопу не стоило труда догадаться о принадлежности гномов к расе сигуурийцев и смекнуть, почему твари сторонятся воды. Причина была в том, что в воздухе, которым они дышат, присутствовал аммиак, легко растворяющийся в земной воде. Именно горький вкус аммиака, раздражающего дыхательные пути, почувствовал Циклоп с первых минут пребывания в утробе инопланетного звездолета. Без этого газа, получаемого при соединении азота с водородом, чужим долго не протянуть. В свободном виде на Земле аммиак не существует, значит, его запасы вырабатывает какая-то биохимическая установка. Зеленую 'брынзу' тоже скорей всего производит агрегат подобного рода, получая готовый продукт из растительного белка. Но кроме зеленой 'брынзы' присутствовала 'брынза' коричневого цвета, видимо самый что ни на есть деликатес. Ее Циклопу кинули лишь один раз, да и то совсем маленький. Это уже был продукт переработки организмов содержащих белок животного происхождения.

       Сэм видел тонкий рот тварей, не имеющий даже намека на острые зубы, так необходимые для пережевывания твердой пищи. Значит, питаться людьми в сыром виде гномы не могут, поэтому перерабатывают их в более удобную субстанцию. Может быть, в умозаключениях гиганта имелись неточные выводы, но они скорей всего касались технической стороны дела, а суть оставалась одна - гномы убивают людей, дабы готовить из них себе пищу.

       От всех этих мыслей Сэма вывернуло, хотя он никогда не был чистоплюем. Видимо наличие аммиачного газа в воздухе сыграло свою роль.

       Сразу захотелось пить, но на корабле имелась лишь реструктурированная вода, не абсорбирующая аммиак и насыщенная химическими соединениями, пригодными для потребления инопланетянами. Нормальной питьевой воды здесь просто не было, и быть не могло, а без нее простой человек долго не протянет - от силы неделю. Но Самуэль Грин не был простым человеком, что давало ему шанс просуществовать без воды, пищи и пригодного для дыхания воздуха гораздо дольше.

       Глава 9

       Дредноут сигуурийцев лежал неподалеку от морского берега на открытой, продуваемой всеми ветрами местности. Зловещая конструкция инопланетного корабля совсем не походила на узнаваемые черты земных звездолетов и посему одним своим видом внушала отвращение у людей, которые изучали ее изображение на мониторе.

       Программа обработки снимков сразу выдала геометрические размеры корабля чужих, отчего Ченг смог заключить:

       - Если бы внутри обитали люди, я бы смело мог сказать, что в высоту этот дредноут имеет семь палуб. Но, учитывая малый рост коротышек, предположу высоту в двенадцать ярусов. Деление на отсеки нам неизвестно. Судя по длине в триста с лишним метров, их может быть больше сотни на разных уровнях. В каком именно месте находится твой друг - даже близко нельзя предположить.

       Последняя фраза предназначалась Бартону, впившемуся своими голубыми глазами в монитор. Биллу удалось незаметно покинуть каюту крепко уснувшей дочери и найти практически неуловимого Ченга, дабы поговорить о грядущей вылазке к инопланетному звездолету.

       За бортом стояла теплая весенняя ночь. Крейсер 'Крым' спал вместе со всеми своими обитателями за исключением двух неугомонных мужчин, встретившихся на ходовом мостике. Механик с наемником были примерно одного возраста и исподволь почувствовали симпатию друг к другу уже при первой же встрече. Теперь они вели себя как давние друзья.

       - Мне бы только проникнуть внутрь, а там я определюсь, - произнес Билл. - Ведь разыскал же я тебя на крейсере.

       - Ну, ты сравнил, тоже! Таких крейсеров три десятка в утробу этого монстра влезет!

       - Я могу начать с реакторного отсека. Реакторный отсек должен быть самым большим.

       - Судя по размерам корабля, - да! - согласился механик.

       - К тому же силовая установка будет производить шум.

       - Совсем не обязательно, что ты этот шум услышишь. Нельзя забывать о непроницаемых переборках. Кроме шума, эти же переборки способны поглощать всякого рода волны на основе электромагнитного излучения. Но, допустим, ты проник к реактору. Что дальше?

       - Я его остановлю.

       - Весьма самонадеянное заявление, - усомнился Ченг.

       - А что ты предлагаешь?

       - На данный момент ничего конкретного предложить не могу. Через пару часов 'Медуза' войдет в зону приема нашей спутниковой навигационной системы. Я попытаюсь проникнуть в ее компьютер и выудить оттуда информацию о 'чужих'. Встретимся после обеда и поговорим.

       На этом разошлись.

       Бартону не спалось, и он отправился на корму, чтобы поглазеть на звезды. Откуда-то из подсознания всплыла картина ночного неба, которое ему довелось наблюдать на Зее. Вильям вдруг ясно вспомнил, как сидел на крыльце своего дома, и, наслаждаясь одиночеством, погружался в неописуемо красивейшую круговерть далеких светил. Но то были другие звезды и другая жизнь. В той жизни не было Маргарет, а значит, не было сегодняшнего Билла.

      - Скучаешь, дядя. - Голос Мальвины, дежурившей в ту ночь на корабле, вывел Бартона из прострации. Девочка с голубыми волосами стояла у надстройки и блудливо улыбаясь, глядела прямо в глаза наемника. Билл даже опешил от такого откровенного взгляда.

      Зато Мальвину растерянность наемника весьма позабавила. Девушка подошла к Бартону и томно пропела:

      - Недавно я видела тебя по телевизору. Теперь ты мой герой.

      - По какому еще телевизору ты меня видела? - Бартон не знал как себя вести в присутствии столь юной особы и от неловкости готов был провалиться сквозь палубу крейсера. Благо выручила дочь.

      - Оставь его в покое, - сказала Мальвине внезапно появившаяся на корме Марго. Проснувшись среди ночи, она обнаружила пропажу отца и тут же бросилась на поиски.

      - Я не могу оставить в покое человека, которого безумно люблю. - Девочка с голубыми волосами явно издевалась.

      Марго лишь погрозила ей кулачком и потащила отца прочь, ворчала на ходу:

      - Седина в голову, а бес в ребро. Не стыдно тебе, старому, с детьми заигрывать?

      - Да я что - я ничего, - оправдывался Бартон.

      Поутру на судне наблюдалась суета в связи с организационными вопросами, поднятыми Варварой Алексеевной накануне. Не обошлось без скандала, который произошел в лазарете между Анри и Вильямом Бартоном, обвинявшим доктора в некомпетентности. Как раз в самый разгар спора двух эскулапов, проповедующих разные подходы к вопросу обследования человека, в лазарет перенесли бледного О'Нилла. Кельвин занял место Никиты, а молодой человек, все еще находящийся в гипсе, переехал долечиваться в свою каюту. Таким образом, Кельвин стал соседом по койке пребывающего в коме Жересса и Багира теперь могла за один заход навещать обоих своих воздыхателей. Но ей было пока не до этого. Главная амазонка, повинуясь наказу хозяйки, формировала экипаж, решая по ходу дела кадровые проблемы. Так строптивая Марго оказалась вычеркнута из списков команды 'Крыма' и ей предписывалось покинуть корабль в ближайшее время, вместе с еще тридцатью девушками. Ченг запротестовал, взывая к здравому смыслу Багиры:

       - Марго привела 'Крым' к месту назначения, не имея представления как им управлять. Она штурман от бога. Ты зачем списываешь ее на берег?

       - Две медведицы в одной берлоге не уживутся! - огрызнулась главная амазонка.

       - На этом корабле остался еще хоть кто-нибудь с кем ты можешь ужиться? - Ченг плюнул в сердцах и пошел искать Бартона, которому на этот раз не удалось улизнуть от дочери. Посему на мостике была еще и Марго, уже знавшая о своей отставке.

       - Дик! Я должна быть в курсе всех ваших планов, - заявила девушка Ченгу. Механик лишь пожал плечами, глядя на обескураженного Билла.

       - Как дела? - Бартон начал издалека. - Что новенького пишут о растениях в сети?

       - На сайте 'Познавательная ботаника' я узнал о грибах, живущих в оранжереях.

       - Ух ты! Здорово! - на лице Бартона высветился неподкупный интерес. - И что там?

       - Вывели новый сорт грибов, называются 'Гномьи опята'. Грибы эти очень привередливы к окружающей среде. Растут в атмосфере содержащей азот - 43%, кислород -21%, инертные газы - около 2%, остальное - аммиак.

       - О чем это вы? - Марго явно недоумевала.

       - Вот как! Где же аммиак для них берется? - ни обращая внимание на реплику дочери, поинтересовался Билл.

       - Есть специальная установка, что вырабатывает необходимую для жизни грибов воздушную смесь. Если та установка выйдет из строя, то грибы погибнут.

       - Как интересно!

       - Может, хватит Ваньку валять? - нахмурилась Марго. - Давай по делу. Я все равно его одного не пущу.

       - А он один и не пойдет, - спокойно сказал Ченг. - Мы пойдем вдвоем. И нам понадобиться бластер лейтенанта, чтобы проникнуть внутрь дредноута через его развороченную корму.

       - И что дальше? - Марго сложила руки на груди и посмотрела на механика исподлобья.

       - Самый лучший вариант - установить в реакторном отсеке датчик наведения для наших крылатых ракет и уйти оттуда подальше. Но, боюсь, ракетный удар может спровоцировать термоядерный взрыв. А это нас на данном этапе не устраивает, - начал рассуждать механик. - Надо попытаться обесточить дредноут. Для этой цели следует вывести из строя генераторы, преобразующие тепловую энергию реактора в электроэнергию. Как ни странно, на Сигууре ничего оригинальнее электричества тоже не придумали. Поэтому установка по переработке земного воздуха в нужную тварям дыхательную смесь запитана от генераторов постоянного тока. Без генераторов установка просто перестанет функционировать, ибо потребляет слишком много энергии, никакие аварийные батареи не смогут обеспечить ее питанием.

       - Регенерационная установка может иметь автономное снабжение, встроенный миниреактор, к примеру, - заметила Марго.

       - Вполне может. Но не забывай, прошло более трех веков с момента падения звездолета на Землю. Все запасы спрессованного в брикеты вещества, из которого вырабатывалась дыхательная смесь, давно иссякли. А агрегат для обогащения земного воздуха аммиаком не был изначально предусмотрен. Его собрали уже после крушения тамошние Кулибины. И вряд ли он имеет автономное питание.

       - Откуда столько информации? - продолжала задавать вопросы девушка.

       - Мне удалось нарваться на рассекреченные чертежи боевых звездолетов сигуурийцев. Тот, что лежит в нашем квадрате, относится к разряду крейсеров, если оперировать земной классификацией. Реактор у него хотя и термоядерный, но по своему техническому решению отличается от наших моделей. Конструкция генератора мне хорошо знакома. В свое время она была слизана людьми. И сейчас ее модифицированная копия широко применяется на земных кораблях. Земляне позаимствовали у сигуурийцев многие другие узлы и агрегаты. Их видоизмененные модели вашему покорному слуге приходилось изучать по роду деятельности. Так что для меня не составит труда разобраться даже в охранной системе дредноута. Кроме варианта с подрывом генераторов имеются и другие задумки, но их реализация будет зависеть от обстоятельств.

       - Я пойду вместе с вами! - тоном, не терпящим возражений, заявила Марго.

       - Ты будешь гораздо нужнее нам здесь, на корабле, - настойчиво сказал Ченг.

       - Меня списывают на берег, и ты должен об этом знать, - отпарировала девушка.

       - Ты останешься, я обещаю. Нам нужен крепкий тыл. Кто-то должен следить за передвижением чужих, держать с нами связь, координировать действия. Лучше тебя, девочка, это никто не сделает. Посему предлагаю не терять больше времени, а прямо с этой минуты начать подготовку к вылазке.

       - Что я должна делать?

       - Нам нужны радиоуправляемые детонаторы, улавливающие пояса с заземлением, наручные сканеры, радиодекодеры, а также другая подходящая экипировка, включая следящее оборудование и респираторы,- принялся объяснять механик. - Найди Мегеру - она поможет нам собраться. И забери у лейтенанта бластер. А я пойду, поищу другую медведицу.

       Главную амазонку удалось найти на палубе в окружении небольшого числа своих подчиненных. На требование Ченга оставить Марго на корабле, упрямица лишь нагло ухмыльнулась: Багира была не из тех женщин, которые меняют свое решение. Гордо осмотрев с ног до головы тщедушного мужчину, она заявила, что сама может прекрасно прикрыть тыл группе лазутчиков, собирающихся посетить звездолет чужих.

       - Я не доверяю тебе, - Ченг сказал последнюю фразу достаточно громко, чтобы ее слышали окружающие.

       - Вот как? - Багира оставалась равнодушной, но по всему видать, внутри ее клокотал фонтан ненависти. Механик только что нажил себе врага и прекрасно это осознавал. - Я тоже тебе не доверяю.

       - Я не нуждаюсь в твоем доверии. Последний раз требую оставить Марго в экипаже до нашего возвращения, в противном случае 'Крым' больше не тронется с места.

       - Жалкий шантажист! - зло прошипела Багира. - Ты не оставляешь мне выбора, но я за язык тебя не тянула: ты сказал - до возвращения. После возвращения даже духу ее не будет в моем экипаже, или ....

       - Или экипаж будет уже не твой, - закончил фразу механик и заспешил прочь, дабы, наконец, заняться подготовкой к предстоящему путешествию.

       Глава 10

       К утру все было готово. Амазонки здорово помогли Ченгу снарядиться в дорогу.

       Мегера полночи мастерила самодельные бомбы, для чего пришлось добывать тротил из хранящихся на борту 'Крыма' снарядов. А потом делать пластификатор и запалы.

       Капсюли снарядов тоже пошли в дело: в умелых руках амазонки они превратились в детонаторы, управляемые настроенными на определенную частоту взрывателями. Кроме того, девушка снабдила путешественников цифровыми радио декодерами и целой кучей электронных штуковин, предназначенных для слежения и сканирования местности.

       Близняшки помогли Ченгу изготовить широкие медные пояса с волочащимися по земле металлическими цепочками. Эти пояса предназначались для защиты от испускаемых трубками гномов электрических разрядов. Разряды, по словам механика, должны были уходить по пути наибольшего сопротивления через заземленную цепь, не причиняя особого вреда человеку.

       Никита принес импульсный излучатель, предложив путешественникам свои услуги. Юноша самостоятельно освободился от гипса, чем вызвал недовольство, как Варвары Алексеевны, так и доктора Анри. Теперь он рвался в бой, надеясь исправить свой пошатнувшийся имидж Безухого Воина. Ченг согласился принять помощь Никиты в качестве водителя вельбота, на котором решено было пройти в глубь материка по озерам. Двигатель вельбота как раз на днях восстановили близняшки, благодаря чему маленькое суденышко могло развить приличную скорость.

       Герцогиня, прознав о предстоящей отлучке любовника, обеспокоилась и взяла с Ченга слово не подвергать еще не до конца восстановившегося молодого человека опасности. Механик обещал всячески оберегать юношу, но по всему видать его обещание не возымело на Варвару Алексеевну никакого действия, и она осталась пребывать в тревожном состоянии духа.

       Чтобы избежать ненужных проводов с сопутствующими расставанию эмоциями, грузиться в вельбот начали рано утром, когда 'Крым' еще спал. Но покинуть корабль незаметно так и не удалось. Только успели отойти от борта, как на корме крейсера появились Марго с Варей и остались стоять в лучах восходящего солнца, наблюдая за суденышком, пока оно не скрылось из глаз, нырнув в стелющийся над лесной протокой туман.

       Утренний лес еще только просыпался, разбуженный равномерным тарахтением двигателя вельбота, углубившегося в живописнейший озерный край, красота которого не могла оставить равнодушным людей, сидящих внутри суденышка. Ченг загодя снял часть пластикового подволока, превратив вельбот в открытый на половину баркас с маленькой рубкой на корме. Теперь усовершенствованная конструкция позволяла путешественникам наблюдать проплывающие мимо красоты распускающегося весеннего леса. Вдыхать его ароматы, смешанные с влажным утренним воздухом. Слушать пение десятков птиц, встречающих восход солнца, чьи лучи блестели между стволами вековых деревьев, указывая путь на запад.

       Никита сидел в высоком кресле рулевого и держал курс согласно разложенной перед глазами карте. Бартон с Ченгом расположились на баке и хранили молчание, наслаждаясь великолепием окружающей природы.

       - В этих краях жили твои предки, Ник, - вдруг произнес механик. - Они, насколько я знаю, сумели все ж таки сохранить свою самобытность.

       - По счастью это им удалось сделать, - с удовольствием поддержал завязывающуюся беседу юноша. - Хотя в конце двадцать первого века казалось, что наступил закат русской нации. Сибирь была заселена плодящимися, как тараканы, китайцами, южные районы ассимилировали арабы, оставался лишь мало интересный для иноверцев север. Отсюда и началось возрождение русского народа.

       - А что послужило толчком? - спросил Бартон, у которого имелась дочь, рожденная русской женщиной.

       - Реставрация монархии, - сказал юноша, вглядываясь в даль.- Только у нас все оказалось ни как у других.

       - В смысле? - в вопросе Билла явно чувствовалась заинтересованность.

       - В Российской Империи престолонаследие переходит от одной венценосной фамилии к другой. Причем так повелось, что один государь венчается на трон под именем Дмитрий, а его приемник из другого рода уже точно будет Владимиром.

       - Путано как-то! - не понял Бартон.

       - Приведу пример. На данный момент империей правит Дмитрий Четвертый из рода Дмитриевых, значит следующим императором будет Владимир Пятый из рода Владимировых, а его, в свою очередь снова сменит Дмитрий, тоже Пятый по счету.

       - Мда! Действительно немного странно! - подал голос Ченг. - Хотя суть остается та же - наследник с младых ногтей знает, что ему предстоит управлять великой державой и получает соответственную подготовку.

       К вечеру вельбот достиг окончания своего водного маршрута. Большую часть пути осталась позади. Далее предстояло идти пешком. Ченг доложил Марго о начале движения по суше и тепло попрощался с Никитой, велев ему возвращаться на крейсер.

       - Посматривай по сторонам, - предупредил Бартон. - Мне кривая протока не понравилась.

       - А что там не так было? - поинтересовался Ник.

       - К ней сквозь заросли тропинка идет и не одна.

       - Может, звери на водопой ходят, - предположил Ченг.

       - Может и звери, а может и люди. Так что - держи уши востро. ... Извини, - наемник немного смутился, обратив внимание на изуродованное левое ухо молодого человека.

       - Все нормально, - махнул рукой Ник.

       На этом расстались. Наступающая ночь не смутила путешественников, резво зашагавших в сторону залива, где лежал дредноут чужих. Никита тоже не стал дожидаться утра и, проверив наличие топлива в баках вельбота, направил его в обратную сторону, держа курс по намеченным заранее ориентирам, которые загодя нанес на карту.

       Кривой протоки молодой человек достиг, когда уже забрезжил рассвет. Памятуя о предупреждении Бартона, сбавил ход, осмотрелся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. Как бы сейчас сгодился портативный сканер, оставшийся у Бартона. Но тут не до жиру. Лазутчикам тот сканер нужней.

       На малой скорости Никита завел вельбот в узкий канал, соединяющий два лесных озера и, когда уже заплыл за поворот, увидел, что протока перегорожена поваленным деревом. Позади послышался шум - еще одно дерево упало поперек канала, закрывая путь к отступлению. Ник не стал дожидаться, что произойдет дальше и, быстро покинув свое место рулевого, перевалился за борт, полностью погрузившись в холодную воду протоки.

       А в этот момент с обеих сторон канала раздвинулись кусты, и около дюжины вооруженных арбалетами людей открыли стрельбу по маленькой рубке, в которой несколькими секундами ранее восседал Ник. Стрелы пробили пластиковый подволок вельбота, будто картон, и не оставили бы лейтенанту ни малейшего шанса, задержись он в своем кресле еще хоть немного.

       Заметив, что в вельботе никого нет, несколько нападавших спустились к воде, держа оружие наизготовку. Один коренастый бандит взбежал на поваленное дерево, лежащее поперек канала, и внимательно оглядел протоку, тщетно пытаясь что-то высмотреть в ее темной воде.

       - Бросай бомбу, Кабан, - предложил стоящему на дереве человеку один из нападавших. - Если не завалим беглого, то уж оглушим обязательно.

       - Ша, Гнус! - цыкнул коренастый.- Живым надобно фраера взять.

       - На кой ляд он нам сдался? - не унимался бандит, названный Гнусом.

       - Есть у меня к нему интерес - порасспросить о новом восточном поселении хочу,- хмуро ответил Кабан и обратился ко всей своей ватаге.- Чего хлебала разявили? Не стойте вы на месте как бараны. Пройдитесь вдоль канала, найдите мне этого фуфела.

       Это были последние слова Кабана, произнесенные им в этом мире: как только его подручные разбрелись вдоль берегов канала, сидевший под стволом поваленного дерева Ник сбросил разбойника в протоку, резко дернув за голенище меховых унт. Фактор неожиданности сыграл свою роль. Неготовый к поединку в сковывающей холодом воде, бандит не сумел оказать должного сопротивления. Он умер быстро, не мучаясь: сильный удар ножом пробил широкую грудь Кабана и вошел точно в сердце.

       Заколов одного из нападавших, Никита выскочил из воды и кинулся наутек, петляя между кустов, дабы не стать мишенью для арбалетов. Разбойники организовали погоню, но она закончилась неудачей. Беглец оказался на редкость верткий и выносливый: ему не стоило труда оторваться от преследования. Бандиты вернулись ни с чем. Оставалось довольствоваться захваченным вельботом, который они отогнали к недалеко шумящему водопаду. Там под выступающим козырьком плоского скального образования.находился их лагерь.

      Тело Кабана так и осталось плавать в протоке. .