Серафима

Если он будет продолжать периодами смотреть на нее таким долгим темным взглядом, словно охваченный страстью, она плюнет на приличия и предложит себя! А вдруг согласится! Серафима украдкой взглянула на волевой профиль, он смотрел в окно, потирая указательным пальцем свою нижнюю губу. Этот жест был таким сексуальным, что пришлось сжать ноги. Какой он красивый в этом черном смокинге с бабочкой, прям герой глянцевых журналов. Темный рыцарь.

Автомобиль остановилась возле какого-то ресторана, где было много людей возле входа, и все блистали нарядами и украшениями, что в глазах зарябило от такого блеска.

- Ты меня познакомишь с какой-то звездой? – прошептала Серафима, беря Кирилла под локоть. Он отдал приглашения какому-то мужчине, наверное, администратору, улыбнулся.

- Возможно, за нашим столиком окажется кто-то из шоу-бизнеса.

- Так куда ты меня притащил?

- Это благотворительный вечер.

- Оооо, так ты еще занимаешься благотворительностью….

- Поддерживаю имидж правильного бизнесмена, который должен не только получать, но и отдавать. Закон бумеранга. Что посеешь, то пожнешь. Поэтому я стараюсь по возможностям помогать.

- А чего не отпишешь сразу половину своего состояния бездомным детишкам?

- До статуса святого, мне далеко, – он усмехнулся, пропустив Серафиму вперед. Девушка замерла на входе. В зале было куча людей, в какой-то момент ей показалось, что все посмотрели на нее и удивились, откуда она тут взялась. В толпе приметила парочку знакомых лиц с телевизора, некоторые почему-то помахали ей. Она оглянулась через плечо, поняла, что приветствие было адресовано не ей, а Кириллу, который шел чуток позади нее. Его ладонь, лежавшая на ее талии, позволяла чувствовать себя увереннее, чем на самом деле. Он всегда был рядом, представлял ее как знакомую, чем слегка задевал Серафиму, но поразмыслив, поняла, данное объяснение ее присутствие самое адекватное. Ужас объял ее, когда все расселись по своим столикам. Кирилл был напротив, рядом сидел какой-то пожилой деятель культуры, с другой стороны была актриса театра, но она не запомнила ее имени. Рядом с ним сидела по левую руку очаровательная девушка, то ли начинающая звезда кино, то ли певица. По правую руку какой-то молчаливый подросток. Беседа носила чисто светский характер, молчали только она и парень. Подали еду, Серафима сглотнула, смотрела на своих компаньонов, ибо такого количества столовых приборов она в жизни не видела на одного человека. Пришлось делать вид, что не особо голодна, правда, желудок жалобно рыдал. Она ловила на себе смеющийся взгляд Кирилла, но ее воодушевляло, что это сочеталось и с губами.

- Ты сегодня, как никогда многословна, – прошептал Кирилл ей на ушко, когда настал период танцев.

- Чувствую себя глупо, – призналась девушка. – Мне неловко в этом наряде, я напрягаюсь, чтобы не брякнуть что-то неуместное. Вы все такие заумные, даже эта певичка и то с тобой говорит на чистейшем литературном языке.

- А я так ждал, – протянул он, прижимая чуть-чуть ближе к себе. Серафима сглотнула. Как бы ей хотелось, чтобы он еще ближе притянул к себе, чтобы поцеловал, провел ладонями по ее спине.

- Этот вечер, самый худший вечер в моей жизни!

- Ты так считаешь? – увидев ее утвердительный кивок, Кирилл усмехнулся. – Вечер только начинается. Через каких-то полчаса мы можем спокойно уйти.

Как и обещал, через полчаса они покинули этот чопорный ресторан, с кучкой показательной правильности. На улице оказалось прохладно. Обняв себя за плечи, Серафима смотрела на дорогу, где проносились машины.

- Возьми! -? Кирилл накинул свой пиджак ей на плечи, она улыбнулась, заметив, что бабочка была уже распущена, несколько пуговиц расстегнуты. – Итак, чего бы ты хотела?

- Сейчас?

- Да!

- Поесть! – увидев приподнятые черные брови, поспешила пояснить, – Я жутко волновалась, что буду, есть не той вилкой-ложкой какие-то блюда. Поэтому предпочла делать вид, что сижу на водной диете. Но сейчас не отказалась бы от двойного гамбурга, с холодной кока-колой.

Кирилл, засунув руки в карман, задумался, затем оглянулся и, схватив ее за руку, куда-то потащил. Через некоторое время Серафима увидела круглосуточный Макдональдс. На них странно посмотрели. Не каждый день в такие заведения заходят люди в вечерних нарядах.

- Еще большую упаковку картошку фри, с кетчупом, – перечисляла девушка, смотря на табло-меню. Когда заказ был готов, они поднялись на второй этаж, нашли свободный диван. Первые десять минут Серафима молчала, просто набивала свой голодный желудок, не обращая внимания на смеющийся взгляд Кирилла, который ограничился только кофеем.

- Удивляюсь, как в такой хрупкой девушке, вмещается такое количество еды!?

- Сейчас я готова съесть слона!?

- Думаю, что ни в одном ресторане тебе не смогут предложить такое блюдо.

- Это фразеологизм! – выговорила она с набитым ртом. Вытерев салфеткой губы, с вожделением посмотрела на упаковку картошки. – Хочешь попробовать?

- Нет, спасибо! – Кирилл отрицательно покачал головой. Серафима пересела к нему, обмакнув картошку в кетчуп, поднесла к его губам. Он отклонил голову. – Я же сказал, что не хочу.

- Не занудствуй! – перехватив ее руку за запястье, смотрел в глаза. Они внезапно потемнели. Девушка наблюдала, как медленно он поднес картошку в ее руках, ощутила на своих пальцах его губы. Дрожь пробежалась по всему телу. “Господи! Пусть он меня поцелует!” – взмолилась девушка, не в силах отвести глаза в сторону. И ей было все равно, что в зале еще были люди, хоть и находились они в укромном месте от посторонних глаз. Кирилл приблизился, прерывисто дыша, не спуская с нее глаз.

- Довольна? – его голос дрогнул.

- Нет, – откровенно призналась Серафима, прося глазами о большем. Он довольно резко отпустил ее руку и отодвинулся, взяв свой стаканчик. Аппетит мигом пропал. Настроение упало. Они в молчании вышли на улицу, не сговариваясь, побрели наугад. Кирилл по дороге заскочил в магазин, купив себе сигареты, а ей шоколадку, протягивая ее, виновато улыбнулся. Никакая шоколадка не подсластить горечь разочарования.

- Почему с тобой так сложно? – наконец-то она решила заговорить, откусывая шоколад. Кирилл затянулся и бросил мимолетный взгляд.

- Не знаю, – он неопределенно пожал плечами, вновь поднося сигарету к губам.

- Это из-за того, что когда то в прошлом тебя предали? – осторожно предположила Серафима. Он задумчиво докурил сигарету, потушив ее об урну.

- Возможно.

- Ты многословен.

- Послушай, Серафима, я не знаю, как объяснить, все, что происходит. Но есть определенная черта, за которую я не собираюсь переходить. И поэтому я не целую тебя, как бы сильно ты этого не хотела. Впрочем, как и я.

- А ты меня спросил, чего я хочу?

- А зачем?

- Может мне хочется просто поцелуя, чтобы разочароваться в тебе…

- Это тебе так кажется. За поцелуем тебе захочется еще поцелуя, потом объятий, потом уже секса. Потом ты проснешься утром и поймешь, что влюбилась. Влюбилась в человека, который ничего тебе не предложит.

- Твоя мама думает, что ты гей!

- Оставь мою маму в покое. Я прекрасно знаю, что она спит и видит, как я женюсь. Но ей придется подождать Артема.

- Почему? – потрясенная его откровением прошептала Серафима.

- Потому что даже близкие имеют свойство предавать. А мне хватило в своей жизни двух предательств.

- Но с чего ты взял, что тебя вновь предадут?

- Возможно, не предадут, но я буду постоянно жить в этом страхе, ожидая, когда в спину воткнут нож. Я не хочу впускать в душу человека, и постоянно ждать удара.

- Но ты же любишь маму… Артема….

- Люблю. Но они прошли со мной все. Все круги ада. Поэтому я знаю, что это единственные люди, которые если вдруг я потеряю все, останутся рядом.

Серафима с болью наблюдала, как Кирилл, отвернувшись, закурил сигарету, доставая мобильный телефон. Сердце плакало. Она не знала, какие слова нужно подобрать, чтобы достучаться до человека. Дать понять, что ей все равно, какие у него счета, машины, дома. Что если вдруг он потеряет все, она будет рядом, подставит свое плечо. Но слишком высока ограда и колюча. И человек, который неожиданно полюбился, отдалялся с каждой минутой.