Алексей Уотерстоун

Стояла глубокая ночь, Центр был пуст и погружен в темноту, весь, кроме нескольких комнат. В одной из них, в медпункте, был я. Привела меня сюда не болезнь, а нужда, и, найдя необходимый препарат, я вколол его себе в вену.

– Забавно. Не буду спрашивать, что именно ты себе вводишь, – послышался от порога голос.

Обернувшись, я увидел следователя, по вине которого провожу ночь на работе, а не с Аленой. Я и так не чувствовал к нему симпатии, а сейчас и подавно.

Бросив ему ампулу, я ответил:

– Это обычное обезболивающее, можешь проверить. Оно никак не связано с твоим расследованием.

– Обезболивающее? – приподнял брови Ашас.

– У меня зуб болит, а теперь еще и голова.

– Не рассказывай мне сказки, – хмыкнул террианин. – Это сильный препарат, его хватит, чтобы все тело сделать ватным.

– У моей расы просто слегка немеет, – скривился я. – И откуда такие познания в фармацевтике у следователя, никак не связанного с медициной и вирусологией?

– Моя профессия многому учит, в том числе и распознавать ложь, – прищурился следователь.

– Я кажусь тебе подозрительным? – спросил я прямо.

Несколько секунд помолчав, Ашас качнул головой.

– Нет, с тобой все ясно.

Теперь настала моя очередь прищуриться. Спрашивать о его догадках я не стал, просто напомнил:

– Ты, когда к ней будешь приближаться, не забудь те слова, что я сказал тебе на пороге столовой, и твое здоровье будет целее.

Широко улыбнувшись мне, следователь пошел по коридору, бормоча себе под нос слова песенки:

– Ты попался в мои сети, хотя в них ты и не метил…

Я прикрыл глаза, обезболивающее почти не помогало, а тут еще и этот…

– Чтоб поймал тебя капкан и наставил много ран…

Алена Ионова

Никаких действий от Уотерстоуна после своих слов я так и не дождалась. Желание, к которому даже как-то привыкла, не отступало, и я чуть не плакала от отчаяния.

Приняв холодный душ, попыталась отвлечься просмотром фильма, но в каждом мужском персонаже я видела его, в каждой реплике слышала намек на нашу непростую ситуацию.

Я уже довела себя до нервного тика, когда звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. Неужели он? И, едва створка двери отъехала в сторону, меня затопило облегчение – он!

– Рада меня видеть? – спросил, входя, Уотерстоун.

– Угу. Прям только о тебе и думала, – проворчала я, втайне радуясь.

– Я чувствовал и поэтому приехал. С этими убийствами и расследованиями меня совсем задергали.

Я сочувственно кивнула.

– Ужинать будешь?

– Конечно, голоден как волк. С обеда ни крошки во рту.

Бросив взгляд на часы, я отметила, что уже поздний вечер.

– Ты что, только из Центра?!

– Да, и скоро вновь туда вернусь. Твоя подруга из отдела кадров вообще оттуда не уходила. Следователь вцепился в нее как цирийский саблезуб и третирует, гоняя по базе данных.

Я только покачала головой и отправилась заказывать еду, а в это время из комнаты прорвался Зяпа и бросился к Уотерстоуну. Тот перехватил его в прыжке и, всучив в лапы что-то сладкое, закрыл в ванной.

– Я смотрю, ты учишься на ходу, – подмигнула я.

– Да, но для начала…

Он за затылок привлек меня к себе и впился в губы с удивительной для его спокойствия страстью. Жадно отвечая на поцелуй, я горела, и мне показалось, что драг немного дрожит.

– Теперь еда, – произнес он, оторвавшись от меня, и прошествовал в комнату.

А я, держась за стенку и еле переставляя ноги, поползла к кухне. Облизав губы, снова почувствовала вкус поцелуя и, прикрыв глаза, чуть не застонала, по телу разлилась болезненная слабость.

Через пятнадцать минут я сидела в комнате, а Алексей отодвигал от себя пустую тарелку.

– Зачем ты сегодня приехал? – решила я прощупать почву.

– Поесть, – хитро посмотрел на меня драг.

– Врешь, – прищурилась в ответ я.

– Вру, – согласился драг. – Нам нужно обсудить, как с этого момента будет проходить наше общение.

– Ну-у-у, – протянула я. – Ты будешь приходить ко мне, или у тебя…

– Алена, мы же не тайные любовники, которым лишь одно надо.

Я не могла с ним не согласиться, хотя мне сейчас, стыдно признаться, нужно только одно. Но не говорить же ему об этом?

– Что ты предлагаешь?

– Мы будем вести себя как типичная пара.

– Что?! – не поверила я своим ушам.

– Алена, как ты определишь норму проведенного вместе времени? А что, если одного секса недостаточно? Что, потом все опыты по новой?

Я сглотнула.

– Нас могут увидеть.

– Значит, будем сидеть у меня дома и проводить время вместе.

Была у меня пара мыслей, как мы его проводить будем, но я промолчала.

– Хорошо, – пробормотала я.

Тело откликнулось горячей волной, и я, подавив стон, заметила:

– Но на работе наши отношения останутся неизменными. Не стоит забывать, что в Центре не поощряются близкие отношения между сотрудниками.

Драг только молча пожал плечами, соглашаясь.

– Тогда договорились. Видеться будем у меня или у тебя? – задала последний вопрос я.

Алексей осмотрелся и возмущенно ответил:

– У меня, конечно!

– Тоже мне, – пробурчала я, рассматривая руки, и упустила момент, когда драг поднялся.

Не успела опомниться, как он снова взял меня за затылок и крепко поцеловал. Когда наши губы разомкнулись, я чуть не заплакала.

– С тобой все в порядке? – нахмурился Алексей.

– Конечно, – широко улыбнулась я.

Надеюсь, моя улыбка не напоминала оскал акулы.

Проводив Уотерстоуна, я постояла пару минут, стараясь справиться с собой, и прошла в ванную, где обнаружила Зяпу. Маленький зверек, съевший целую кучу сластей, лежал на спине с большим животом и раскинутыми в стороны лапами.

– Ну что ты, хрюха, наделал? Теперь не спи всю ночь, корми тебя таблетками от колик.

В ответ лайк только громко икнул, состроив виновато-жалостливую мину.

Ну хоть кто-то из нас дорвался.

Алена Ионова

Утром я всех ненавидела. Вот прям всех!

Проснувшись после очередного эротического сна, с горящим телом и сжимающимися из-за отсутствия разрядки ногами, я, не выдержав, психанула и начала бить постель, чем и занималась, пока не выдохлась. За что мне это?!

Потом было смирение и холодный душ. Уходя на работу, я проигнорировала жалобный взгляд Зяпы.

– Ты вчера хорошо поел, так что теперь у тебя разгрузочные дни.

Я полночи не спала из-за этого невозможного животного, а с утра он за старое. Кушать просит!

Центр встретил меня суетой и гомоном. Предчувствуя неладное, я нашла Уотерстоуна и, улучив момент, шепнула ему:

– В следующий раз, если перекормишь его, живот ему сам лечить будешь.

А в ответ услышала:

– К нам из-за расследования пожаловала комиссия.

Застонав, я отправилась выполнять свои обязанности собирающей.

Первая половина дня тянулась очень долго, и лишь после обеда, на который я так и не попала, я заскочила к Наре поболтать и узнать все самое интересное. Но едва открыла дверь, как услышала начало зарождающегося скандала.

В кабинете подруги обнаружился Ашас, которому Нара возмущенно выговаривала:

– Как вы только посмели такое предположить?! Я сидела здесь с вами полночи, тогда как остальные сотрудники отправились по домам, старалась помочь, тратила время и силы, хотя могла просто дать временный доступ, и возитесь с базой сами, а вы решили обвинить меня в том, что я покрываю убийцу?!

– Я совсем не это… – начал следователь, но был перебит.

– Алена! – заметила меня подруга. – Ты представляешь, сегодня вот этот… уважаемый представитель контроля предположил, что я не иду навстречу следствию и, значит, как-то замешана в этом деле!

– Я совсем не об…

– Между прочим, должна вас просветить, что моими обязанностями является ведение личных дел служащих и все, что с этим связано. А вот вы собирались переложить на меня свои обязанности.

– Я не хотел переложить… – снова начал Ашас.

– Конечно, не хотели, а оклеветать человека хотели?

Подойдя к следователю, я тихо сказала:

– Дай ей остыть, потом снова придешь.

Поджав губы, Ашас вышел за дверь, а Нара еще какое-то время жаловалась на него. Я знала, что подруге просто нужно выговориться, и тогда все наладится. Так и случилось: через десять минут после ухода следователя мы пили чай с вкусностями и мирно беседовали.

– Чего ты такая злая на этого милого мужчину?

– Это он-то милый? – фыркнула Нара. – Конечно, он не лишен некоторых достоинств и обаяния, особенно когда ему это надо, но мягким и пушистым этого типа сложно назвать. Вчера подмазался ко мне, чтобы я помогла ему с базой. Всю ночь с ним тут сидела, совсем не спала, а утром он мне заявляет, что и весь этот день я должна провести так же, или он решит, что я утаиваю сведения!

Зря Ашас так. Видимо, тоже не спал и сказал не подумав.

– То есть вы всю ночь были одни? – Я коварно улыбнулась.

Нара посмотрела на меня.

– Это единственное, что ты услышала из моего рассказа?

– Это самое интересное из твоего рассказа.

– Он может, конечно, пленить мое сердце, но не после сегодняшнего дня. А теперь признавайся, как ты с ним познакомилась?

Встретив пытливый взгляд подруги, я только хмыкнула.

– Рассказывай сказки, только все с тобой понятно, он тебе нравится.

– Глупости! Чтобы я, да положила глаз на этого дамского угодника?! Никогда!

Я лишь хитро посмотрела на Нару, а потом поинтересовалась, какие сплетни ходят по нашему Центру. Ее глаза загорелись, и она начала делиться новостями.

Поболтав еще немногой с подругой, я сослалась на дела и отправилась в дамскую комнату. Тело томилось и горело, жгло огнем. Если вечером Уотерстоун ничего не предпримет, я приду к нему сама, чтобы… умолять?

Ну уж нет!

В конце коридора около окна я столкнулась с Ашасом. Он стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на улицу.

Услышав мое приближение, он повернулся и с тоской спросил:

– Она там уже успокоилась или нет?

Окинув мужчину пристальным взглядом, я заметила, насколько он устал и даже изможден.

– Да, Нара быстро отходит. И вот тебе совет – будь с ней попроще и действуй прямо. Она правильная девушка и твой подход с обаянием и очарованием не оценит.

– Легко! – улыбнулся Ашас и направился к кабинету подруги.

А мои мысли снова переключились на мою жажду и одного драга. Прохладная вода, я спешу к тебе!

Сумерки опустились на город мягким покрывалом, а я металась перед окном, словно загнанная в угол кошка.

Придет он сегодня ко мне? Пригласит ли к себе? Или останется еще на одну ночь в Центре? Если последнее, то я задушу следователя собственноручно.

Я не слышала, когда он вошел в комнату, лишь почувствовала, как меня взяли за руку и повлекли прочь. Мне уже было все равно, кто нас увидит, кто нет, все равно, куда мы идем, лишь бы с ним, тем, на чье прикосновение отзывается каждая клеточка тела, каждая молекула. Страсть кружила и мутила голову, желания тела полностью подчинили меня.

Долетев в его машине до небоскреба, словно в тумане я поднялась наверх и, скинув верхнюю одежду, подошла к прозрачной стене, не зная, как себя вести дальше. Но мне и не нужно было ничего делать, Алексей все взял на себя.

Пошуршав в своем импровизированном кабинете, он подошел ко мне и, приподняв мое лицо за подбородок, посмотрел прямо в глаза. Черты его лица выглядели заострившимися, немного хищными, а взгляд черных глаз пылал жаждой, посылая дрожь по моему телу.

Склонившись, Алексей легко прикоснулся к моим губам, и уже через секунду мы исступленно целовались. Не прозвучало ни слова предупреждения, пояснения или вопроса. Все слова были лишними, мы и без них прекрасно понимали друг друга. Вернее, не могли думать ни о чем другом, только о невыносимой потребности в новой близости. Скорее!

Одежда летела в стороны. Мы, не задумываясь, срывали ее, желая только одного – почувствовать друг друга кожей. Мне нестерпимо хотелось поскорее провести ладонями по груди Леши, ощущая жар его тела и стук его сильного сердца.

Происходящее походило на безумие. Лихорадочное. Поспешное. Словно всего миг отделяет нас от неминуемой гибели, но именно за этот миг мы должны многое успеть. Очень многое. Как в моих снах. Жарких и головокружительных. Я словно проживала волшебные сны наяву – один за другим! Тело горело болью нетерпения. Меня лихорадило от желания скорее почувствовать драга в себе.

Я вскинула руки, обнимая его за шею и упиваясь вкусом его губ. Прижалась тесно-тесно, едва не повиснув на Алексее. Ждать не могла. От нетерпения я не способна была устоять на месте. Как взбесившаяся кошка, терлась грудью о мужской торс, царапала коготками плечи и оседала бедрами на его колено.

Уотерстоун отвечал с не меньшим пылом. Сила, с которой он обнимал меня, то, как вжимался в мою плоть, яростное трение хвоста и движения его бедер не оставляли в этом сомнений. И сводили с ума окончательно. Хотелось позволить себе все, вкусить все возможные удовольствия.

Но в первую очередь – поспешить!

В нетерпении я устремилась выше, поддерживаемая под ягодицы мужскими руками. Зарывшись пальцами в волосы Леши, обвила его бедра ногами. Чувствуя разгоряченной и жаждущей плотью инстинктивные толчки его чресл, я едва не кричала от желания. Любое промедление казалось смерти подобным.

Стараясь приблизить миг единения, я впилась в плечо мужчины зубами, умоляя поспешить. Алексей и сам не способен был на предварительные ласки, я чувствовала, как его тело подрагивает от напряжения в отместку за те секунды, что он дарил мне, готовя.

Без прелюдий, ненужных ласк и разговоров, спустя считаные минуты после появления в квартире, мы стали близки.

Мы оба не могли поступить иначе. Просто не выдержали бы огромного давления снедавшего нас желания. На фоне вечернего города, замершего в сонном покое, мы исступленно двигались, жарко, с неутолимой жаждой сливаясь в стремлении стать одним целым.

Мысли путались, эмоции зашкаливали. Все мое существо сосредоточилось на таком чувственном и порочном соприкосновении наших тел. На твердом присутствии Леши, на моем влажном и ненасытном отклике.

Зарывшись руками в волосы драга, не осознавая, что делаю, я выгнулась, откидывая голову. И инстинктивно приближая грудь к губам мужчины. Алексей, поддерживая меня пониже спины, мгновенно отреагировал, потянувшись к чувствительной вершинке языком. Лизнул! По телу разбежались сотни возбуждающих мурашек.

И все это на фоне нарастающего темпа нашей близости.

Взлет-падение, взлет-падение, взлет-падение… Так мощно, необходимо и правильно.

И с каждым разом я все глубже ощущаю его в себе, все меньше реагирую на окружающий мир, все больше уплываю в сказку. Влажный жар мужского рта, что покусывает мои плечи, ласкает кожу поцелуями, тоже не добавляет здравомыслия, усиливая наслаждение и окончательно сводя с ума.

А пик все ближе. Это истовое, жадное, в чем-то первобытное движение вот-вот достигнет кульминации, сливая нас воедино. Кровь стучит в висках. Мир перед глазами расплывается.

Лишь сила стискивающих тело рук… Его дыхание… Его шепот…

Неожиданно в основание шеи, добавляя ощущениям остроты, в самый сладостный момент впиваются его клыки. Погружаясь в мое тело, раня кожу, добавляя «перчинки» вкуснейшему коктейлю из эмоций.

И мы замираем, соединенные сразу в двух местах, превратившиеся на миг в единое целое. И тут же, проваливаясь в бездну невероятных ощущений, я чувствую, как драг убирает клыки, чтобы лизнуть место укуса и приласкать его поцелуем.

«Фантастично! – купаясь в собственных ощущениях, я забываю обо всем. – В этот раз все произошло стремительно, порывисто и нетерпеливо, но… до чего же прекрасно!»

Мы дотерпели. Мы снова сделали это, сжигаемые обоюдным желанием.